22. Тайны хрустальной пирамиды. Царские причуды

Котёнок Макс уже успел забыть свой неудавшийся эксперимент с красавцем петухом. Теперь ему понравилось играть с хвостом Лиса. Хвост был красивый, яркий и чуть подрагивал от ветра странствий, который долетал из купола хрустальной пирамиды.
Лис выскользнул за дверь. Близость леса будоражила его. Через лазейку, прорытую им накануне, он вылез со двора. За забором гулял красавец петух. Инстинкт сработал, и Лис схватил петуха.

– Караул! Грабят! – закричал петух, роняя перья.
На этот крик прибежал пёс Гав и замер в нерешительности. С Лисом они росли вместе, а петух обидел Котёнка Макса. Но он – собственность хозяина, значит, его нужно охранять. Долг перед хозяином заглушил другие чувства. Пёс бросился спасать петуха. Лис выпустил свою добычу и метнулся к деревьям.
Углубляясь в лес, он первое время оглядывался на пирамиду, но инстинкт зверя уводил его всё дальше и дальше…

А Тимка был так увлечён происходящим в куполе хрустальной пирамиды, что не заметил исчезновение Лиса. В гранях пирамиды складывались живописные портреты императора Петра I, царевны Елизаветы, царевны Натальи… А вот их автор – «птенец гнезда Петрова, знаменитый придворный живописец Иван Никитин. Великий преобразователь России Петр I заботился не только о государственном устройстве, судостроении и «артилерном деле». Он думал о развитии русского искусства.

Братья Никитины были посланы на учёбу в Италию. Заходящее облако нырнуло за облако, и в калейдоскопе появилась другая картина: Иван Никитин заточён в Петропавловскую крепость, подвергается пыткам с пристрастием. Вот его бьют плетьми и вместе с братом Романом ссылают в Тобольск. Третий брат Иродим был отправлен в Берёзов. Так расправлялись с приближёнными императора Петра I после его смерти.
И снова в калейдоскопе появились портреты Никитина, теперь уже тобольские.

Вдруг что это? На хрустальной грани пирамиды возник портрет Тимкиной мамы.
– Мама, как ты попала в ХVIII век? – изумился мальчик и услышал смех за своей спиной.
В дверях стояла мама. В хрустальной пирамиде отражалось её лицо, как в зеркале.
– Ты вернулась? – обрадовался мальчик.
– Я приехала за тобой. Ты будешь жить с нами в городе.
– А дед?
– А пирамида? – напомнил дед.
– А Лис?
Лиса нигде не было Его следы уходили в лес.

– Лис сам выбрал свою судьбу, – сказала мама.
– А как же тайны пирамиды?
– Они тебя будут ждать, – пообещал дед Матвей.
               
После смерти царицы Анны художникам братьям Никитиным было разрешено жить в Москве. А Хрустальная пирамида и загадочный дед ещё долго радовали сельских ребятишек.