Гончая Чёрного Солнца. Подготовка

«Что это было?» – обеспокоенно подумала Элли. Обеспокоенно тем, что совершенно далёкий от всего немецкого Дэрил Гейтс (он даже воевал на другом конце света – на Тихом океане) назвал её по немецкой, а не американизированной фамилии. Да и вообще, за сегодняшний день так к ней обратились больше раз, чем… да чуть ни за всю предыдущую жизнь.

Впрочем, ей очень быстро стало не до беспокойства по этому вопросу. Ибо шеф LAPD оказался прав – Элли смогла приступить к обязанностям… не до конца понятно кого, на самом деле лишь одиннадцать дней спустя.

Ибо сначала ей пришлось прослушать «курс Мартина О’Коннора» – ибо без этого соваться в LAPD было бы просто глупо и пройти курс обучения вранью и вообще «перевоплощениям» у доктора Линды Мейсон (аналогично, учитывая, в каком зоопарке ей предстояло работать).

Ну, и, конечно, прочитать мини-библиотеку, презентованную (точнее, одолженную) ей Дейдрой Бреннан. Ибо что бы там не предлагал Дэрил Гейтс, а максимально быстрое достижение финансовой независимости для Элли было жизненно необходимо. С точки зрения эмоциональной, а не финансовой ценности, разумеется.

При этом UCLA тоже никуда не делся… впрочем, это Элли беспокоило менее всего. Ибо ещё в средней школе она очень чётко поняла, то никто её ничему не научит – ей только могут создать условия для того, чтобы она научилась сама… чему сочтёт нужным.

Поэтому занятия она посещала… когда сочтёт нужным, однако научилась учиться ещё в раннем детстве настолько эффективно (спасибо маме-врачу и отцу-юристу), что училась на «отлично».

В Стэнфорде она продолжила в том же духе – правда, уже не столь эффективно. Что её не устроило, поэтому она внесла необходимые коррективы в «изучение матчасти» … и в UCLA очень скоро всё вернулось на «школьные круги своя» … сиречь на прямую дорогу к Summa Cum Laude в её университетском выпуске.

Закончив «обучение по ускоренной программе», она перешла к второй части подготовки к работе в LAPD. Которую – по понятным причинам – она считала своим основным занятием на ближайшие год-полтора. Включая, естественно, написание и публикацию статей по просьбе Дэрила Гейтса.

UCLA был лишь «информационно-обучающим приложением» (при этом скорее первым, чем вторым); ну, а Девушки в ботинках и бордель фрау Борк (как Элли вскоре узнала, носивший неофициальное название Кедеши – собственно, как и вся её секс-бизнес-империя) были приложением чисто финансовым (в смысле, генератором наличности). По крайней мере, ей тогда так казалось.

Спортивно-эмоционально-разгрузочным приложением был комплексный фитнес. Обязательный бег по утрам, зарядка (в самом прямом – энергетическом смысле) с помощью упражнений Цигун и Тай-чи, бассейн, тренажёрный зал…

Ну, и боевые искусства, конечно. В первую очередь, разумеется, Крав Мага, однако в последнее время Элли расширила свои занятия Тай-чи в сторону соответствующих боевых искусств (Кун-фу).

Всё это успеть (не говоря уже о том, чтобы добиться максимальной синергии между этими компонентами повседневной жизни) для подавляющего большинства – не только женского, но и мужского пола – было бы совершенно неподъёмной задачей.

Но только не для Элизабет Магдалены Фёрстер. Ибо её отец (в отличие от очень многих сильно занятых на работе мужчин) весьма активно занимался воспитанием дочери – причём, как говорится, «с младых ногтей».

А поскольку он был просто фанатичным поклонником императора Наполеона Бонапарта, то стремился подражать великому французу во всём, что было возможно. В частности, в вопросах сна и отдыха, по поводу которых Наполеон постоянно повторял, что «тот, кто спит больше четырёх часов, крадёт у себя время». Единственный невосполнимый ресурс.

Поэтому отец Элли и сам научился полноценно высыпаться, отдыхать и восстанавливать силы за четыре часа и научил этому дочь (правда, они спали четыре часа подряд, а Наполеон – два раза в сутки по два часа).

Жену, правда, он приучить к этому так и не смог – после чудовищного недосыпа на медицинском факультете и в ординатуре она выбрала себе в образцы для подражания в этом плане… Альберта Эйнштейна. Который никогда не спал менее восьми часов в сутки (обычно десять, а иногда – и все двенадцать).

Кроме этой (в высшей степени полезной) привычки, отец научил Элли максимальной эффективности использования времени между пробуждением и отходом ко сну.

Иными словами, Элли научилась жить, учиться и работать так же эффективно, как профессиональные юристы. Которые просто обязаны в высшей степени эффективно использовать своё время, ибо выставляют счета клиентам в зависимости от количества потраченного на их дела времени – причём с точностью до минуты.

Максимально эффективно в первую очередь путём проведения чёткой и «несдвигаемой» линии отсечения, ниже которой оказались многие «пожиратели времени» – и потому «убийцы успеха». В первую очередь, телевизор. Элли практически никогда не смотрела этот «зомбоящик-мусоропровод», разве что фоном, во время уборки квартиры или готовки.

Последнее, впрочем, случалось нечасто, ибо Элли (как и её мама) готовить не любила и не особо умела. Предпочитая готовые блюда, которые она просто разогревала на сковородке или в микроволновке. Новости Элли узнавала из газет – или по радио, которое слушала во время утренних пробежек, во время занятий в тренажёрном зале, поездок в транспорте (а затем за рулём собственного авто).

В первую очередь из газет, ибо ещё в детстве (спасибо опять же отцу) Элли освоила методику скорочтения, которая позволяла ей «извлекать знания» из самых разнообразных печатных источников информации в разы быстрее не только своих сверстников, но и вполне себе состоявшихся профессионалов.

В результате она знала настолько больше, чем кто-бы-то-ни-было (включая преподавателей), что ответ на вопрос о том, кто является лучшей не только в классе, но и вообще в школе, очень скоро стал совершенно очевидным. И оставался таким до самого её выпускного вечера.

Мама научила Элли очень редкому для женщины искусству «довольствоваться малым» в одежде, косметике и украшениях – и при этом выглядеть совершенно сногсшибательно. А также не менее (если не более) редкому «искусству шоппинга» – иными словами, как приобрести всё действительно необходимое и потратить на это минимум своего времени.

Что с практической кочки зрения означало искусство приобретать товары (любые) по каталогу и заходить в магазины (с их просто вездесущими и кричащими соблазнами) лишь в случае крайней необходимости.

В отличие… да практически от всех её одноклассниц (и вообще сверстниц), Элли было совершенно чуждо «стрекотание с подругами» – не в последнюю очередь по причине полного отсутствия последних.

Единственной подругой Элли была её мама – причём с самого раннего детства. Больше ей просто никто не был нужен (в смысле подруг – со взрослыми мужчинами и женщинами она общалась с удовольствием… если у них было что узнать и чему поучиться). Что давало просто колоссальную экономию времени.

Ещё большую экономию времени – как в старших классах, так и в университете – давало полное отсутствие у Элли интереса к романтическим отношениям (не говоря уже о сексуальных). Поэтому «на мальчиков» она тратила ровно ноль времени, хотя «подбивали к ней клинья» очень и очень многие – включая нескольких весьма завидных женихов из очень и очень влиятельных семей.

Поэтому, когда на двенадцатый день после аудиенции у начальника полиции Города Ангелов, Элли вошла в мрачновато-тоталитарное здание LAPD почти в самом центре города, она была совершенно уверена в том, что она всё успеет и всё у неё получится. Причём даже лучше, чем она думает… собственно, чем кто угодно думает (как внутри, так и вне Департамента полиции Города Ангелов).