Гончая Чёрного Солнца. Госпожа Морриган

К «белокурой бестии», которая называла себя Госпожа Грета. Самое занятное состояло в том, что, хотя она была стройной голубоглазой натуральной блондинкой (причём с молочным оттенком кожи), в ней не было ни капли ни немецкой, ни скандинавской, ни даже западноевропейской крови.

Кровь госпожи Греты была исключительно, стопроцентно литовской. На самом деле её звали Лайма Адамкуте (замужем она никогда не была, отсюда и –уте). Ей было тридцать пять лет; её родители (в своё время активно поддержавшие немецких оккупантов) сначала ушли в Германию с отступавшим вермахтом, а затем перебрались сначала в Канаду, а потом уже в США.

Лайма была поклонницей всего немецкого (она бы с удовольствием эмигрировала в ФРГ, если бы у неё была такая возможность), поэтому она с огромным удовольствием согласилась обучать фройляйн Фёрстер. Пусть даже та и выбрала себе такой совершенно не немецкий псевдоним как Госпожа Айне.

«Госпожа Морриган было бы гораздо правильнее» – заметила Лайма, когда они познакомились. «Почему?» – удивилась Элли. Лайма объяснила:

«Мои родители почти всю войну воевали на Восточном фронте – с августа сорок первого по март сорок пятого. Сначала в десятом, потом в 256-м полицейском батальоне. Сражались с партизанами, регулярной Красной Армией… в общем, со всей этой инфернальной братией…»

Глубоко вздохнула – и продолжила: «У тебя глаза моей мамы… нет, не цветом, они у неё такие же, как и у меня. Взгляд такой же – взгляд женщины, которая…»

Она запнулась. Затем спросила: «Тебе убивать не приходилось?»

Элли покачала головой: «Нет… пока»

«Значит, придётся» – уверенно заявила Лайма. «А учитывая, где ты сейчас работаешь… думаю, что очень и очень скоро…»

«Почему ты так в этом уверена?» – удивилась Элли. «Ты меченая» – спокойно ответила Лайма. Затем вздохнула и констатировала:

«У тебя в глазах Смерть, а не Любовь. Поэтому – если уж выбирать себе ирландскую богиню, то ты – Морриган, а никакая не Айне…»

«Ты так хорошо разбираешься в ирландской мифологии?» – удивилась Элли.

«Я хорошо разбираюсь в любой мифологии» – усмехнулась Лайма. «Я закончила University of Southern California по специальности история религий. Потом очень быстро поняла, что на этом ни черта не заработаешь…»

«Понятно» – вздохнула Элли. «Ладно – пусть будет Госпожа Морриган…»

Лайма удовлетворённо кивнула – и заметила: «Это очень хорошо, что твоя мама психотерапевт»

«Потому, что здесь девушки занимаются ровно тем же самым?» – спросила Элли.

Лайма кивнула: «С точки зрения науки психологии да – ибо мы приводим в состояние равновесия психику клиента, снимаем стресс, насыщаем её позитивными эмоциями… в общем, делаем клиента существенно счастливее…»

«Но?» – улыбнулась Элли.

«… но я предпочитаю термин энерготерапия» – улыбнулась Лайма. И объяснила: «Это очень хорошо, что ты активно занимаешься тай-чи и цигуном»

«Потому, что я знаю, что основа всего – жизненная энергия ци?»

«Вриль» – поправила её Лайма. И объяснила: «У жизненной энергии шесть составляющих. Ци или чи – это первые две… если вообще не одна. А чтобы помочь нашим клиентам…»

«… нужно уметь работать со всеми составляющими?» – закончила за неё Элли.

«Совершенно верно» – подтвердила Лайма. «Если коротко, то тебе нужно научиться подключаться к Чёрному Солнцу…»

«К Чёрному Солнцу?» – удивилась Элли. Ибо раньше о таком… объекте никогда не слышала. «Это источник энергии Вриль» – объяснила Лайма. «На самом деле всё несколько сложнее, но в первом приближении это так»

Сделала многозначительную паузу и продолжила: «Это с одной стороны – с верхней, если быть более точной. А с другой стороны…»

«Подключиться к клиенту?» – не столько спросила, сколько констатировала Элли. Лайма кивнула: «Да»

«И как это сделать… в смысле, как подключиться?»

«Я тебя научу» – уверенно пообещала Лайма. «Если совсем коротко, то с помощью медитаций. Мудра-медитаций, если быть более точной…»

«Мудра – это ритуальное расположение пальцев рук?». Где-то когда-то Элли об этом то ли слышала, то ли читала.

 «Можно сказать и так» – спокойно ответила Лайма. «Но скорее энергетическое, ибо каждая мудра позволяет концентрировать определённые энергии на определённом объекте внутри или вне медитирующего…»

«И закачивать энергии в клиента?»

«Если быть точной, то в тонкие тела клиента» – поправила её Лайма.

«В его или её ауру?».

Лайма кивнула: «Можно сказать и так».

Всю неделю, которую она проработала с доктором Баллардом (кроме уикенда,), Элли проводила с Лаймой по три часа (чтобы на сон оставались четыре часа). Сначала просто присутствуя, а затем ассистируя на сеансах (БДСМ-сессиях).

На выходных – по четыре часа, и не с Лаймой, а с госпожой Эвелиной (любовницей Лаймы). Причём как с мужчинами, так и с женщинами – как ей объяснила Лайма, последних в их заведении уж точно не меньше, чем мужчин. Возможно, потому, что женщины (как ни странно) в этой области существенно менее закомплексованы, чем мужчины.

Последнюю сессию (типа экзамена) Элли провела уже соло. Лайма и Эвелина, наблюдавшие за процессом из соседней комнаты через «фальш-зеркало», одобрительно кивнули:

«Завтра… или когда тебе будет удобно приходи к Диане. Мы сообщим ей, что ты готова отправляться в самостоятельное плавание. Что очень хорошо, на самом деле, ибо у нас клиентов просто невпроворот. Не справляемся…»

И добавила: «А мы пока подберём тебе гардероб и аксессуары». Элли лукаво улыбнулась и покачала головой: «Не надо подбирать. Я сама себе подберу…»

Ибо уже абсолютно точно знала, что ей нужно и где это раздобыть. Причём, если она всё правильно вычислила, для этого хватит всего одного телефонного звонка.

Подруги пожали плечами, но ничего не сказали. А Элли отправилась к ближайшему телефону-автомату. На другом конце линии ответили практически мгновенно: «Мартин О’Коннор слушает»

«Здравствуйте, Мартин. Это Элли…»

«Рад Вас слышать» – действительно весьма довольным голосом ответил мэтр. «Наслышан, наслышан о Ваших подвигах на поприще анатомии. Рад был оказать услугу доблестному LAPD…»

«Мне нужна помощь» – честно призналась Элли. «Какого рода помощь?» – уже совершенно деловым тоном осведомился Мартин О’Коннор.

«У Вас ведь есть связи в Голливуде?» – с надеждой спросила Элли. С надеждой, ибо знала, что по произведениям Мартина уже сняты два полнометражных фильма и началась работа уже над сериалом по его сценарию.

«Какого рода связи?» – уточнил Мартин. «Голливуд большой…»

«Мне нужно взять в аренду реквизит» – объяснила Элли.

«Какого рода реквизит?» – поинтересовался мэтр. «Ибо вот этого добра там… в общем, Вам хоть авианосец пригонят…»

Элли рассмеялась: «Авианосец не требуется… пока. На сегодняшний день у меня гораздо более скромные запросы…». И объяснила, какие именно. Мартин задумался, но очень быстро ответил:

«Это легко. Я даже точно знаю, у кого это взять. В запасниках осталась после того, как пару лет назад фильм сняли… как раз примерно по этой теме. У них правило – никогда ничего не выбрасывать… ибо вдруг понадобится?»

«Во сколько мне обойдётся аренда?» – осторожно спросила Элли. Ибо понятия не имела о соответствующих ставках в Голливуде. «Нисколько» – рассмеялся мэтр.

«Как это… нисколько?» – удивилась Элли. Мартин объяснил: «Те, у кого это есть, сдачей в аренду реквизита не занимаются. Доход копеечный, а возни много. Я просто выкуплю у них то, что тебе нужно – за сущие гроши, а то и вообще бесплатно получу. Когда тебе нужно?»

«Завтра вечером сможете?»

«Да хоть сегодня» – рассмеялся мэтр. «Впрочем, завтра так завтра…»

«Спасибо огромное» – у Элли словно камень с души свалился, ибо слишком уж важным для неё было получить этот реквизит. Повесила трубку и немедленно перезвонила Диане… то есть, Дейдре:

«Я буду готова завтра… скажем, в восемь вечера. Скажите, куда привезти реквизит… только не подглядывайте. Иначе всё впечатление испортится…»

«Второй донжон» – невозмутимо ответила Дейдра. «Не будем, обещаю…»

Ровно в восемь вечера следующего дня все свободные сотрудницы Дейдры (Девушки в ботинках были чисто женским царством – даже охранницы и прочая безопасность была женского пола) собрались у входной двери во второй донжон.

Как только секундная стрелка коснулась двенадцати, Дейдра (на правах гендиректрисы) распахнула дверь… И остолбенела. Реально остолбенела. Просто дар речи потеряла… как, собственно, и все остальные, кто вошёл внутрь донжона.

Ибо в самой середине подвала (заполненного, как и положено донжону, разнообразными инструментами физического воздействия, которым позавидовали бы и средневековые охотники на ведьм) …

Возвышался трон. Самый настоящий трон ирландской королевы. Великой королевы воинов. Её Величества Морриган.  А на троне с абсолютно королевским видом восседала… совершенно никому из присутствовавших не знакомая… да самая что ни на есть настоящая ирландская королева.

Ирландская потому, что её длинные – до лопаток – волосы были иссиня-чёрными (как это и было у кельтов изначально), а бархатное длинное – до щиколоток – облегающее её идеальную фигуру платье с рукавами до запястий было цвета тёмного изумруда. Платье полностью закрытое и застёгнутое до воротника, хотя было очень хорошо видно – даже тем, кто не умеет «видеть сквозь одежду» – что у королевы очень красивая грудь.

На голове – золотая диадема кельтской королевы (кельтской, ибо в самом центре оной располагалась знаменитая Трикетра – символ трёх стихий); тонкая талия перехвачена по-военному широким кожаным поясом с золотой пряжкой в форме другого магического символа – трискеля.

Трискеля не БДСМ-ного, а именно кельтского (и потому ирландского тоже), олицетворявшего силу и власть Женщины. Богини. Королевы. Владычицы. Доминатриссы. В руках которой играла волшебная палочка – она же королевский жезл – почти метровой длины и толщиной в дюйм.

Женщина на троне была не знакома никому, ибо верхняя половина её лица была скрыта под чёрной бархатной маской, обильно расшитой золотом и серебром.

Королева окинула царственным взглядом совершенно ошалевших и сбитых с толку посетительниц ей царства и по-девичьи звонко рассмеялась:

«Неплохо для новоиспечённой домины?». И сняла маску. Изумлённым сотрудницам Девушек в ботинках улыбалась… мисс Элизабет Магдалена Фёрстер. Госпожа Морриган. Элли.

«Откуда…» – Дейдра запнулась. Элли снова рассмеялась: «Места знать надо. Если серьёзно – из реквизиторской Голливуда. У меня там есть знакомые. Да вы присаживайтесь…». Она царственным жестом махнула рукой в сторону скамеек. Присутствовавшие повиновались.

«Д/С… в данном случае фемдом» – спокойно и уверенно произнесла Элли, «это ролевая игра в социальное неравенство. Чтобы реализовать это неравенство, нужно либо унизить, опустить по социальной лестнице клиента, либо, наоборот, возвыситься самой. Подняться на недосягаемую высоту…»

Сделала многозначительную паузу и продолжила: «Для меня приемлем только второй путь…»

«Абсолютной монархии в одном отдельно взятом донжоне?» – улыбнулась Лайма.

Элли кивнула: «Именно так. Привлекательность для фемдома абсолютной монархии в стиле короля-солнца Людовика XIV или – что фемдому гораздо ближе – российской императрицы Екатерины Великой состоит в том, что социальное положение клиента… то есть, подданного не имеет никакого значения…»

«Ибо ни у кого нет никаких прав – только обязанности? И каждый обязан беспрекословно выполнять любые приказы императрицы?» – усмехнулась уже Дейдра. «Совершенно верно» – подтвердила Элли. И продолжила:

«В моей империи я не просто королева, а богиня. Небожительница. А любые мои клиенты – простые смертные. Даже члены правительства. Даже президенты крупнейших компаний. Даже какие угодно знаменитости. Поэтому у меня нет необходимости их унижать – между нами и так вертикальная бесконечность…»

«А маска и закрытое платье?» – подала голос госпожа Эвелина (как ни странно, это было её настоящее имя – видимо, оно ей уж очень нравилось). «Это тоже для вертикальной бесконечности?»

«Для вертикальной дистанции» – поправила её Элли. «Впрочем, как и горизонтальной…»

«Ты видишь лицо клиента, а он или она твоё нет?» – предположила Лайма.

Элли кивнула: «Именно так. А закрытое платье…»

«Чтобы подчеркнуть твою абсолютную недоступность?» – не столько спросила, сколько констатировала Диана/Дейдра. «Чтобы у него… или у неё не возникло даже мысли о возможности секса с тобой?»

«Совершенно точно» – подтвердила Элли. И добавила: «Кроме того, это гарантирует мой абсолютный контроль за процессом»

Обратилась к Лайме и продолжила: «Ты же мне говорила, что я должна контролировать сессию с первой до последней минуты – во избежание проблем как для меня, так и для клиента?»

Лайма кивнула: «Именно это я всегда всем и говорю. Ибо это есть абсолютная, непоколебимая истина. Истина фемдома…»

«Самый лучший способ это сделать – а также самый красивый и элегантный…»

«… это навязать клиенту или клиентке модель абсолютной монархии» – закончила за неё Дейдра. Глубоко вздохнула – и вынесла свой вердикт:

«Ладно, мы всё поняли. Идея блестящая, реализация – пока – тоже на высшем уровне… так что продолжим. Кого тебе первым подогнать – мужчину или женщину?». Элли пожала плечами:

«Да мне всё равно, собственно. Давайте для начала женщину, раз уж мы тут все относимся к прекрасному полу…»

Элли и в голову не могло прийти, что через невидимую никому видеокамеру за ними очень внимательно наблюдала самая настоящая королева.

Королева Англии. Та, кого не может быть…