Гончая Чёрного Солнца. Баронесса

Прямо перед Элли стояла (словно телепортировавшись из параллельной Вселенной) женщина оглушительной, нечеловеческой, за-человеческой, неотмирной красоты. Реально нечеловеческой, ибо человеческие существа просто не в состоянии произвести на свет такую красоту.

Одета женщина была в почти точную копию униформы СС-Хельферин. «Почти» потому, что её костюм (пиджак и юбка-миди) был пошит из материала на пару порядков дороже, чем шерстяная униформа женских вспомогательных подразделений Охранных отрядов.

Как и белоснежная блузка, и чёрные туфли на низком каблуке… да и чулки тоже (такая женщина вряд ли носила колготки). Сколько стоило бельё Лилит, Элли боялась даже подумать.

Кроме того, униформа СС-Хельферин была однотонного серого цвета, а баронесса была облачена в ярко-красный пиджак и чёрную юбку. Красный-белый-чёрный – самое эффектное сочетание цветов. Цвета Второго Рейха кайзеров Вильгельмов – и Третьего рейха Адольфа Гитлера.

«Баронесса…» – прошептала Элли. Лилит (Элли не сомневалась, что это была именно она) озарение Элли проигнорировала. Лишь трижды хлопнула в идеальные ладоши: «Браво, мисс Форстер…».

Элли удивилась, и сильно, ибо баронесса Элина Ванадис Фон Энгельгардт была явно немецкой крови (да и имя Ванадис о многом говорило) … но, тем не менее, Лилит обратилась к ней по англоязычному, а не немецкому варианту ей фамилии.

«… вы не перестаёте меня удивлять. Кстати, моё бельё действительно недешёвое – полторы сотни долларов за комплект. Чулки – я действительно никогда не ношу колготки, даже зимой – тоже дорогие весьма»

Взглянула на совершенно оторопевшую Элли и от души расхохоталась: «Да, я действительно читаю мысли людей… и не-совсем-людей. С совсем-не-людьми несколько сложнее, но… впрочем, это неважно»

Элли совершенно ничего не поняла. Разумеется, кроме того, что баронесса, похоже, действительно читает человеческие мысли как открытую книгу.

Лилит (как показалось Элли, пренебрежительно) махнула неотмирной                рукой в сторону коленопреклонённой Сандры (та по-прежнему стояла на одних коленях): «Не волнуйтесь, она меня не видит и не слышит». Усмехнулась и объяснила: «Нет, я не умею проходить сквозь стены – и вряд ли когда-нибудь научусь. Зато могу выбирать, кто меня видит и слышит, а кто – нет…»

Глубоко и странно обеспокоенно (по крайней мере, Элли так показалось) вздохнула – и продолжила:

«Насчёт сегодняшнего видения тоже не волнуйтесь – его повторения не будет. Никогда – я об этом позабочусь. Про всякие там мудры-медитации и всё прочее, что Вам наговорила Лайма, тоже забудьте – сегодня вы намертво и необратимо подключились к каналу энергий Вриль…»

«И что мне с этими энергиями теперь делать?» – растерянно спросила Элли.

Баронесса пожала совершенными плечами: «Да ровно то же самое, что Вы и так планировали делать…»

«То есть?» – удивлённо спросила Элли. Ибо ожидала какого-то совершенно радикального изменения своей жизни. Лилит объяснила: «Изменения будут, но не радикальные. Хотя существенные…»

Элли удивлённо (и даже с некоторой опаской) посмотрела на баронессу. Та невозмутимо продолжила:

«Вы предполагали не столько раскрывать преступления, сколько добиваться от полиции и прочих ФБР раскрытия висяков. Глухарей. Cold Cases. А потом описывать эти дела в своих документальных детективах…»

«А теперь?» – осторожно осведомилась Элли.

«А теперь» – эхом ответила Лилит, «Вам придётся создать собственную детективную структуру. И раскрывать преступления уже самой – к огромному неудовольствию вышеперечисленных официальных структур – а потом описывать ваши расследования в уже гораздо более интересных книгах…»

«Почему?» – удивилась Элли. «Почему самой расследовать?»

«Потому, дорогая Элли» – обворожительно улыбнулась Баронесса, «что после сегодняшнего Вы сможете видеть то, что не способен увидеть даже самый опытный и талантливый детектив. И потому раскрывать дела, которые им не под силу – как они не старайся…»

«И что – я так смогу раскрыть любое дело? Даже дело Джека-Потрошителя?»

Лилит покачала головой: «Не любое, конечно – всемогущества у Вас не будет. Но очень многие, на которые давно махнули рукой даже лучшие из лучших…»

Глубоко вздохнула – и продолжила: «Насчёт алготерапии…»

«Алготерапии?» – удивилась Элли.

«Лечения болью» – объяснила баронесса. «Весьма эффективная психотерапия и энерготерапия, как Вы очень скоро увидите своими глазами…»

Сделала небольшую паузу – и продолжила: «Итак, насчёт алготерапии. Абсолютно правильный выбор…»

«Не мой» – честно призналась Элли. Лилит кивнула: «Я знаю. Впрочем, я никогда не сомневалась в проницательности фройляйн Мертенс…»

И продолжила: «После сегодняшнего Вы сможете вылечить… да, кого угодно, собственно. И от чего угодно. Правда…»

Баронесса снова пренебрежительно посмотрела на Сандру.

«… иногда придётся повозиться… как, в этом случае. Кстати, Вы не ошиблись – я действительно отношусь к Вашей клиентке весьма и весьма презрительно…»

Элли начала привыкать к тому, что Лилит читает её мысли. Поэтому просто спросила: «Почему презрительно?»

«Потому» – спокойно и даже бесстрастно объяснила баронесса, «что я всегда презирала, презираю и всегда буду презирать стокгольмских синдромников. Насильников – я имею в виду любое насилие, не только сексуальное – нужно убивать. Просто жестоко убивать – а потом будь что будет…»

Элли кивнула: «Согласна». «Я знаю, что согласна» – улыбнулась Лилит. И продолжила: «С этой… особой придётся повозиться. Но деваться не куда – либо ты её вылечишь…»

«Либо в петлю?».

Баронесса покачала головой: «Скорее, в психушку… впрочем, это, пожалуй, ещё хуже. Хотя есть совсем уж плохой вариант – кстати, весьма вероятный…»

«Наркотики?». Лилит кивнула: «Они, родимые. Ибо опыт уже есть…»

И радикально сменила тему: «После сегодняшнего секса тебе нужно будет не просто много, а очень много…»

«Поэтому к фрау Борк?» – улыбнулась Элли.

«Как можно быстрее» – кивнула баронесса. «Причём…»

Запнулась, некоторое время молчала, потом вздохнула и махнула рукой:

«Ладно, скоро сама почувствуешь… если уже не чувствуешь…»

Видимо, человеческие чувства Лилит ещё читать не умела.

«Мне нужен очень жёсткий секс?» – осторожно спросила Элли. Ибо некоторое время назад начала что-то такое подозревать.

«Тебе нужно очень много очень жёсткого секса» – уточнила баронесса.

«Групповое изнасилование?»

«Вообще изнасилование» – спокойно поправила её баронесса. «Строго говоря, игровое изнасилование, ибо ты пойдёшь на это совершенно добровольно…»

«Я поняла» – вздохнула Элли. «Мне нужно, чтобы меня насиловали…»

«Минимум раз в неделю тебе нужно будет проходить через очень жёсткий хор. Во влагалище, анус, рот… Откладывать не надо, поэтому я попрошу Лауру, чтобы сразу… ну, почти сразу после того, как ты расстанешься с девственностью…»

Заработав на этом немалые деньги, надо отметить.

«… она тебя отдала… в общем, есть у неё пара компаний, которые устроят тебе адскую ночку. За очень хорошие деньги, разумеется…»

Элли кивнула: «Хорошо. Я согласна…».

Баронесса удовлетворённо кивнула и продолжила: «Тебя будут бить по лицу. Регулярно бить по лицу. И Лаура, и клиенты…»

Как ни странно, Элли это не удивило. И не напугало. Ибо она уже некоторое время назад почувствовала, куда ветер дует – и куда всё идёт.

«Я поняла» – сказала она. «Я сегодня же попрошу Лайму поставить меня на колени на битое стекло. А потом высечь… то есть, засечь до потери сознания»

«Сразу на стекло?» – удивилась Лилит. «Не боишься?»

Элли покачала головой: «Я прекрасно знаю, что в конечном итоге меня ждёт стекло и кнут. Так что чем раньше, тем лучше…»

Баронесса кивнула: «После сегодняшнего ты ещё не то выдержишь – и быстро восстановишься. А уж после эликсира доктора…»

Она неожиданно запнулась, словно хотела произнести какую-то фамилию, но вдруг поняла, что делать этого категорически не следует.

«… Вольфа и подавно»

Глубоко вздохнула и то ли посоветовала, то ли вообще приказала: «Закончишь смену – после… этой у тебя будет ещё один клиент, разденешься догола, одежду оставишь здесь, поднимешься к Лайме, встанешь на колени, опустишь голову и попросишь сделать с тобой то, что ты озвучила…»

Элли кивнула: «Хорошо»

Баронесса задумчиво вздохнула: «Да, вот ещё что. Попроси фрау Борк дать тебе почитать брошюру о священных женщинах»

Элли снова кивнула: «Хорошо, обязательно попрошу…».

И осторожно спросила: «Как так получилось, что…»

Она запнулась. Лилит усмехнулась: «… что на тебя снизошло это видение?»

«Ну да». Баронесса пожала плечами: «Понятия не имею. Для меня это ровно такая же неожиданность, как для тебя»

Элли изумлённо посмотрела на неё. Лилит спокойно объяснила: «Я не Господь Бог, не Богоматерь, не святая, не языческая богиня и даже не ангел – в смысле…»

«Я поняла» – улыбнулась Элли. «Поэтому» – всё столь же спокойно и бесстрастно продолжала баронесса, «я запросто могу что-то не знать. Поэтому ко всему, что ты только что от меня услышала…»

«О порке, стекле и сексе?». Лилит кивнула: «Да. Ну так вот, ко всему этому нужно относиться с осторожностью. Думать своей головой, если совсем уж конкретно…»

«Я поняла» – улыбнулась Элли. «Есть думать своей головой, Баронесса!»

«Вольно, унтершарфюрер» – рассмеялась Лилит. Как ни странно, обратившись к Элли не по присвоенному ей капитаном Аароном Гиббсом гражданскому полицейскому званию, а по его эсэсовскому эквиваленту.

И добавила: «Свободна. А то твоя клиентка тебя уже заждалась – того и гляди, сознание потеряет…»

«Разве в СС принимали женщин?» – удивилась Элли.

«В СС не принимали» – загадочным тоном ответила баронесса. «И да, званий не присваивали. Но то в СС…»

И исчезла, как будто её и не было.