Как Иван толпу разозлил и моряка нашёл

Однажды Иван решил, что всё-таки надо разорвать этот круг — дом, работа, дом. Он взял билет на круиз. Не потому, что был уверен, что море что-то изменит. Просто хотел посмотреть на горизонт, за которым не было заявок. На четвёртый день плавания он вышел на палубу. Ветер был солёным и тёплым. Где-то внизу гудел двигатель. А перед ним, на палубе, собралась толпа. В центре, на деревянном ящике, стоял парень в морской форме и что-то горячо говорил. Иван заинтересовался и решил подойти к толпе и послушать речь моряка.
— Товарищи, я не назвал бы себя философом или писателем, и тем не менее я осведомлён в предмете философии и литературы, мне интересны вопросы нашего бытия. Нахожусь в поисках ответа и стимула жить для самого себя. Я много думал о разных вещах, в конечном итоге всё пришло к идее пустоты и нигилизму. На этой концепции я и застрял.
Услышав речи моряка, люди начали дискуссию и выкрикивали:
— Почитай Шопенгауэра, там все ответы!
— Нет, нужно читать Ницше!
— Какой к чёрту Ницше, он под конец своей жизни начал пить мочу!
— Камю читай, Камю, тогда ты разберёшься в себе!
Моряк стоит на ящике и пытается разобраться, кто прав и к кому прислушиваться. Он не обращает внимания на драку пассажиров корабля, ведь сейчас он пуст и потерян, ему нужны ответы на Главный вопрос жизни, Вселенной и всего такого. Вряд ли ответ 42 столь юного морячка устроил бы. Иван постоял минут пять и решил вкинуть прикол в спорящую толпу:
— Все ваши философские концепции — фигня для быдла. Вот то ли дело — разумизм!
Толпа людей неожиданно умолкла и медленно повернула головы. С озлобленным и недоумённым взглядом люди посмотрели на Ивана.
— Вот видите, вы готовы друг другу порвать задницы — ради кого?! Просто вдумайтесь... А по разумизму всё просто: лежи на тряпках, на диванчике, собирай бутылки из-под пива и корми вкусно свою грушу.
Толпа от услышанного в один голос крикнула:
— Дебил!
И побежала за ним, чтобы избить его за слишком прогрессивные взгляды на жизнь. Иван им просто так не сдавался: не зря же он может своей гигапоходкой разрывать пространство. Догнать его не могли, пока он не спрятался в своей каюте.
Юного моряка заинтересовал этот молодой человек, особенно его провокация, объединившая толпу. Умно! Ведь они были разобщены, а теперь как единое целое готовы бороться с инакомыслием и принести порядок в устоявшийся мир. Надо найти этого человека, он может быть интересным собеседником.
Прошло часов пять или шесть. Толпа остыла, так и не найдя Ивана, и отправилась трапезничать. Иван, увидев, что преследование окончено, вышел из каюты и отправился к носовой части корабля, чтобы подышать свежим воздухом. Морячок увидел Ивана и резко направился в его сторону. Догнав Ивана, положил руку ему на плечо и выкрикнул:
— Попался!
— А я и не ловился, — с усмешкой ответил Иван.
— Давай пройдём в тихое место, где никто не увидит нас.
— Э-э, зачем? Знаешь, я не по парням, мне больше нравятся...
— Нет-нет, я не из этих. Просто интересно было бы с тобой пообщаться.
— А ну если пообщаться, то... — Иван задумался, посмотрев на невидимые часы на руке. — Так и быть, найду часик для разговора по душам.
— Отлично, следуй за мной.
Иван, следуя за молодым моряком, думал про себя: «Хоть бы не маньяк, хоть бы не маньяк».
Они дошли до особой гостевой зоны, куда проход был только для высокопоставленных гостей. К счастью, таких на корабле сегодня не было, а значит, можно там поговорить.
— Тебя как зовут? — спросил моряк незнакомца.
— Иван.
— А меня Соберий. Мне 18 лет.
— Какое интересное имя...
— Ну да, родители у меня креативные люди. Слушай, меня заинтересовала твоя концепция, она забавная. Что ещё расскажешь про неё?
— Концепция? А! Нет, я же прикол вкинул. Вряд ли эти люди станут жить как великий Разумист Ваномас, имеющий на счету 30 миллионов, но покупающий нищие блины в «Ленте» с царскими принадлежностями.
— Что?! Ахаха! — рассмеялся недоумевающий Соберий.
— Забей, это надо разбираться, а у нас нет с тобой двух часов, чтобы посмотреть видео про разумизм. Я правильно понял, что у вас экзистенциальный кризис? Вы чувствуете себя опустошённым? Вам нужен смысл, но вы не понимаете, где его найти?
Соберий посмотрел на Ивана серьёзно. Впервые за весь разговор он не улыбался.
— По-моему, всё предельно ясно. Смысл должен заключаться в самом себе. Иначе никак. Но это очень тяжело.
— Знаю. — Иван отвернулся. — И сам это чувствую, но продолжаю вести борьбу. Хоть и очень тяжело.
— У меня нет кризиса, мне просто хочется понять, что дальше. Хотя, может, это и кризис. Я не знаю... — засомневался Соберий.
— А что даст это понимание? — спросил Иван.
— Ахаха, ну знаете, я рассчитывал встретить человека, который перевернёт моё мнение о мире. Кого-то очень умного, чтобы я и дальше продолжал развиваться, а не только дополнять то, на чём я сейчас остановился.
— Я считаю, что мир нельзя полностью познать. А зачем вам это развитие? Какова конечная цель? Не думаете ли вы, что, развившись до высокого уровня, в конечном итоге останетесь один и никто не сможет вас понять?
— Недавно думал об этом и пришёл к тому, что конечная цель развития — найти себя. А быть непонятым вовсе не страшно, потому что никто по-настоящему не поймёт пустоту: ни вы, ни я. Только если самому не стать пустотой для других, в которую люди будут всё скидывать. Ведь, как ни странно, многие к этому стремятся. Но кто способен на такое усилие?
— А зачем мне понимать природу пустоты? Я бы наоборот хотел заполнить её полностью. Многие стремятся к тем, кто полон.
— По-моему, пустота — это то, что как раз таки и заполняет вас, — улыбнулся Соберий. — Христос, например, бесконечно полон пустотой. Он — море. Но это совсем другой разговор. Идея Христа, по-моему, за долгое время исказилась настолько, что всем уже не до этого.
— Как раз наоборот, пустота опустошает. Нет того, ради чего хотелось бы творить, идти на свершения. Но когда ты полон, ты самодостаточен и независим, ты можешь делать то, что другие позволить себе не могли.
— Значит, я просто дал не то определение тому, о чём думаю...
— Соберий, вера есть база существования Бога. Нет веры — нет Бога.
— Вера, по-моему, — это всегда риск!
— Вера — это риск с точки зрения того, кто не верит либо не знает, что будет, если не верить.
— Ты либо веришь, либо ищешь путь сам. Сейчас нет того, кто дал бы смысл всему. Хотя, может, я и не прав...
— Тут соглашусь. Но если подумать о том, кто был бы ближе к Богу гипотетически... Скажем, последовательный верующий был бы далеко от Бога, потому что он исполняет каноны, но не задаётся вопросами: зачем он это делает и почему именно так. Он прилежный ученик, который упускает суть. А вот просто верующий, но не исполняющий каноны, ближе к Богу — он по нужде обращается, чтобы найти силы в трудностях. Атеист мог бы быть ближе к Богу, но, поскольку он в него не верит, то и по логике рядом с Ним не существует...
Призадумавшись, Соберий перебил собеседника:
— Я уже слышал это мнение. В целом я согласен с ним. Но скажите мне: в чём разница между Богом и пустотой? Ведь Бог заключается сам в себе — и пустота тоже.
— Понятия не имею, тут всё зависит от определения.
— Ради кого существует Бог, если не ради самого себя?
— А что мы считаем Богом, а что — пустотой? Если хотите знать моё мнение, то я не знаю, есть Он или нет. Про абсолютное ничего, или пустоту, тоже неизвестно — есть она или её нет.
Соберий задумался на пару минут и выдал следующий поток мыслей:
— Хорошо, давайте попробуем дать определение. Сначала я, потом вы. Бог — это то, что заключается в себе самом, ради себя. В принятии Бога заключается истинная любовь. Что такое истинная любовь? Истинная любовь — это способность принять Бога во всех его проявлениях. Соответственно, если вы примете Бога во всех его проявлениях, то приобщитесь к Нему. А теперь попробуйте сказать то же самое, только заменив все слова на «пустоту». Обычно всё, о чём говорят люди, всегда сводится к одному — просто под разными названиями. Теперь вы.
Недолго думая, Иван выдал следующую мысль своему собеседнику:
— Допускаю своё представление, что Бог — это нечто всемогущее, вездесущее, создатель жизни. Но с какой целью — непонятно. Очевидно, не ради тщеславия. А пустота — это просто... абсолютное ничего, у которого нет никакого смысла. Вот есть — и всё на этом.
— То есть вы допускаете, что Бог — это некая личность? — с интересом спросил Соберий.
— Сущность, не личность, — уточнил Иван. — То, что нас объединяет и окружает, я бы сказал так, если допустить такую трактовку понимания.
— Но нас могли бы объединять и другие смыслы... Вот Христос был человеком, и всё же он объединил миллиарды людей...
— Могли. И даже возможно, что другие смыслы объединяют, но мы этого не знаем. Проблема в том, что другие верования никуда не исчезли.
— Ну тут я бы согласился с вами, Иван, но я имел в виду саму концепцию. Проще говоря, по такой логике, Богом может быть кто угодно, если он объединит людей?
— Мы не можем знать, что есть Бог и объединяет ли он нас, — с улыбкой утвердил Иван.
— Вы знаете, Соберий, я вот что думаю про концепцию смысла жизни, которая вас может интересовать. Представьте, что смысл жизни делится на два вида: глобально и локально. Глобально смысла нет, потому что человечество не единый организм: у нас много различий во внешности, культуре, языках, взглядах. Вид общий, а всё остальное — нет. В этом хаосе нет смысла, да и судить о правильности некому. А вот локально человек как существо индивидуальное сам может решить, что есть смысл. Ну, условно: кто-то видит, что рождение ребёнка (базовая функция) есть смысл жизни, кто-то — в работе на общество, к примеру приносить пользу, будучи врачом. Кто-то — в поисках смысла жизни. Да, поиск смысла жизни — это тоже смысл жизни. И судить или менять смысл можем мы сами, а не кто-то другой. У других людей нет таких полномочий, чтобы судить ваш смысл жизни.
— Иван, вы говорите неплохо, но культуры — это как живые мифы, состоящие из тех, кто взращивает этот миф. Человек рождается, чтобы создать для себя смысл, который в конечном итоге становится больше его самого. Культура, по-моему, — это и есть живой смысл, ради которого рождаются люди и в том числе умирают. Тот, кто способен жить вне культуры, сам становится культурой для остальных. А те смыслы, которые человек выбирает для себя сам, лишь дополняют часть одной большой культуры, в которой он находится. Но мне больше интересно, чего придерживаетесь вы в этой жизни?
Почесав свою мудрую репу, Иван отвечает на вопросы любознательного морячка:
— Для чего рождается человек — не совсем понятно, нет чёткого регламента или инструкции. Вот знаете, по поводу того, что есть культура и даёт ли она смысл... я ответить не смогу, потому что мне кажется, это не относится к понятию смысла жизни. А что касается того, чего придерживаюсь я... Ну, я не знаю. Я много размышляю над этим вопросом, пока не совсем понятно, чего я хочу. Вернее, я знаю, что хочу, но пока не получается. И вот ещё какой момент: я понимаю: если я получу то, что хочу, вряд ли это решит проблему с наполнением.
— Я надеюсь, что вы получите то, к чему стремитесь. Как говорится, кто ищет, тот всегда найдёт, — весело и непринуждённо ответил Соберий.
— Очень хочу. Но пока не получается. А мне, наоборот, говорят, что не нужно искать. Кому верить — непонятно, поэтому кручусь сам, — ответил Иван, разведя руками.
— Ну, тут уже зависит от цели поисков.
— Это желание любого здорового человека, наверное, — любовь.
— Понимаю вас, в любви нуждается каждый. С человеком, которого вы полюбите, можно познать любовь, состоящую не только из крови и плоти.
— Это я и так знаю. Но пока не удаётся. Однако я не сдаюсь, — с надеждой ответил Иван.
— Спасибо вам большое, Иван, за этот разговор. Желаю вам обрести любовь и семью. Было приятно с вами поговорить, вы очень мудрый человек.
— А я вам, Соберий, напоследок хочу сказать: вы невероятно глубокий и обладаете сильным умом для 18 лет. Океан и ночные вахты — красивое место для философии, но не превращай свои концепции в каменную стену от остального мира. Не бойся показаться слабым, не бойся признать, что тебе бывает одиноко и страшно, и не жди идеального «сверхчеловека», который придёт и спасёт тебя. Самые лучшие смыслы и самые верные друзья рождаются не в учебниках философии, а в реальной жизни — через общую радость, общую боль и искреннее человеческое тепло.
— Я запомню это!
— До новой встречи!