Статус-кво...

Галактический дипломат первого класса Либрик Стазис трижды проверил герметичность скафандра, прежде чем выйти из шлюза. Не столько из-за практичных соображений, сколько из-за суеверий. Война между планетой Деметра и коалицией Букуку шла уже пятьдесят третий год. Начиналась она из-за прав на добычу жидкого гелия, но за полвека гелий кончился, первоначальные правительства обанкротились, а конфликт плавно перешёл в ведение Автоматического Бюро Справедливого Урегулирования (АБСУ).

Встреча проходила на нейтральной планете-спутнике, на которой из достопримечательностей имелся только Музей кратеров, где переговоры и проводились.

Внутри висел плотный табачный дым. Представитель Букуку, господин Сторм, сидел за столом, играя кофейными шайбами. Рядом электронная секретарша модели «Лида-4» ждала команду «Фас».

— Курение убивает, — уныло поприветствовал Либрик присутствующего.

— Ваши обормоты опять атаковали «Плешь Деверя». Так себе поиск общих точек соприкосновения.

У космонеймеров, скучавших по земной жизни, было своеобразное чувство юмора.

— Наша Плешь, имеем право, — Либрик сел напротив. — А вот что там делали три ваших батальона, непонятно. Лидочка, зафиксируйте!

Сторм тяжело вздохнул:

— Наш штаб ещё на тридцатом году войны перевёл все батальоны в латентный режим в целях экономии бюджета. Ваш десант вчера три часа штурмовал заброшенный полигон.

— Полигон принадлежал вашей стороне? — строго спросил Стазис.

— Ну, нашей.

— Он захвачен?

— Как можно захватить то, что не функционирует?

— По факту, — устало подытожил Либрик.

Сторм пожевал губами, а затем с хитрой улыбкой включил проектор звёздной карты.

— Наша автоматическая система «ТАЗ» ещё на прошлой неделе накрыла ваш элитный корпус на «Тёщином языке».

Либрик нахмурился:

— Там десять лет никто не живёт. Ввиду отсутствия атмосферы после нашей ответки на ваше бессмысленное контрнаступление...

— Ключевая фраза: «Никто не живёт». Правда многих оставляет обманутыми, так как избавляет от стереотипов.

Они яростно уставились друг на друга.

Военные сводки и претензии сыпались как из рога изобилия. «Лида-4» мигала красными лампочками, молниеносно обрабатывая данные о взаимных триумфах.

К двум часам ночи Либрик облюбовал в качестве кровати уютный псевдократер из резины:

— Продолжим разбор наших побед завтра, я спать хочу. Если вы, конечно, не созрели, чтобы принять наши условия.

Сторм, над чем-то задумавшись, закурил трубку.

— Эта война идёт так давно, что мои дети состарились и заимели собственных внуков. Будь она в XX веке, меня бы и самого уже не стало. Но мы научились жить гораздо дольше, чем нам положено.

— Но счастливей мы стали едва ли... К чему этот душевный стриптиз?

— Согласно Закону о Военном Балансе, если обе стороны достигают 100% успеха одновременно, война считается выигранной обеими сторонами. Звучит, конечно, как издевательство, но разве не издевательство то, чем мы сейчас занимаемся?

Они лихорадочно начали вбивать данные в приёмник «Лидочки». Машина послушно заглатывала инфу, переваривая «блестящие прорывы», «критическое уничтожение» и «окружения сил противника».

Наконец секретарь поделился обратной связью из АБСУ:

«Поскольку живых ресурсов на обеих планетах больше не числится (согласно отчётам об успешных зачистках тылов), остаток военного бюджета автоматически перенаправлен на Пятую межпланетную войну в системе „Зятиного яйца“. Переговорщикам Стазису и Сторму предписывается немедленно аннигилировать друг друга для достижения полного статистического отчёта».

В тишине зала послышался сухой щелчок. Две лазерные пушки, закреплённые на потолке, медленно выехали из пазов и нацелились на представителей воюющих сторон.

— Ужасный конец или ужас без конца? — тихо спросил Сторм, поднимая руки вверх.

Стазис тоскливо посмотрел на потолок, затем на Сторма:

— Лидия, пишите новый отчёт: «В ходе уточнения новых данных стороны зафиксировали статус-кво, о новом раунде переговоров будет сообщено позднее...»