А что останется воробьям?

Райсат посмотрела вокруг. Туман густел. Хотя солнце еще не зашло, темнело.
«Ну, куда же делся теленок? – холодная дрожь прошла по телу девочки. – Если туман совсем окутает окрестность я не смогу найти теленка. Вдруг его съедят волки, что же потом я скажу маме?»
Подвергаясь направлениям свирепствующего ветра,  туман то густел, то рассеивался. Девочка, гонимая страхом за судьбу телёнка, торопилась.
Забыв об усталости, она долго искала его по опушкам леса, по скалистым склонам, по густо заросшим рощам. Вдруг она, потрясенная увиденной картиной, остановилась: вся лощина, от кромки  до кромки склона и даже фасад родника, облицованного пиленым камнем, – все вокруг краснело от созревших плодов шиповника. Девочка, удлинённая представившейся картиной, даже рот раскрыла  изумления: спелые, словно кизил, плоды шиповника заколдовали девочку. Она сорвала несколько ягод – они были сладки, как  сироп. «Не шиповник, а настоящий мёд.   Я думала, что плоды этого колючего кустарника бывают твёрдыми и кислыми… Рядом  с нашим домом растут именно такие… –  Девочка снова окинула взглядом окрестность. – Как их здесь много… – Она начала быстро наполнять шиповником карманы. –  Соберу их много-много и попрошу маму, сделать из них варенье».
– Пр-р-р-р-р, – неожиданно, справа от неё, закачались кусты – с них слетела стайка воробьев.
Райсат вздрогнула от неожиданности, у нее неистово заколотилось сердце: «Я же не нашла нашу тёлочку  Звездочку. Что же я тут шиповник собираю? Если  волки съедят телёнка, что я скажу маме?» – представив расстроенный взгляд мамы, девочка смутилась.
– Звездочка! Звездочка!  – она стала звать теленка. – Ах ты, безобразник! – Куда же ты запропастилась?
Девочка уже собиралась искать телёнка, как  сочные плоды шиповника, как магнит, вновь притянули её к себе. Казалось, чем гуще чаща, тем слаще  ягоды. «Соберу еще чуть-чуть и пойду искать Звездочку. А может,  она давно уже дома: она же не глупая, чтобы долго оставаться на пастбище…»
Отправляя в рот ягоды помягче и послаще, ставя в карманы плоды потверже, девочка углубилась в кусты. Изредка  оглядываясь вокруг, она набила все карманы, собрала шиповник и в жакет.
Туман густел. Начало моросить. «Нет, сейчас я не смогу собрать много ягод на варенье. И некуда их уже ставить. Приду с мамой собирать их потом. А из этих шиповников сделаю бусы и повешу сушить. И наша веранда украситься, как балконы в индийских кинофильмах…»
Свисающие с веток плоды шиповника все ещё манили девочку. Оказавшись среди кустов, она не знала, как ей выбраться из чащи. Шипы кололи ее, царапали руки, затягивали одежду.
Стайка воробьев, прилетевшая к шиповнику и севшая на ветки, вновь вспугнула девочку.  Воробьи, устроившись удобнее, стали клевать ягоды и весело зачирикали, будто от удовольствия выражали свою радость.
Девочка от удивления раскрыла рот: «Как? Плоды шиповника – воробьиная еда?» Раиска внимательно присмотрелась: «Нет! Воробьи не   играются. Они, видно, проголодались, а теперь ужинают…»
Девочке стало не по себе, она вспомнила, как иногда забывала, а иногда и ленилась сыпать на дощечку корм воробьям, живущим рядом с их домом: «Когда я сыпала пшеницу, куры и петухи не давал воробьям клевать зерно, прогоняли их со двора. А я теперь собираю их еду? Краду их запасы?» – девочке стало стыдно, будто кто-то застал её на месте преступления. Она с трудом выбралась из кустов и стала высыпать на каменистую гряду содержимое карманов. Высыпала и шиповник, собранный в жакет.
– Птички, не обижайтесь: я не знала, что плоды шиповника – ваша еда. И не бойтесь: я не унесу шиповник  домой. Может быть, наша Звездочка вернулась домой... До свидания, мои крошки!»