Ожидание. Глава 4. Грехи

Измученный кошмарами и, вероятно, чужими воспоминаниями, Человек идёт вперёд. Голос его сорван от крика, глаза мутны от солёности слёз.

Дойти до чего-нибудь — такова цель. Не хочется уже ему знать, кто он или что он. По его мнению, это ни к чему хорошему не приведёт. Он чувствует, что ему до ужаса холодно, хотя на улице высоко светит солнце и ему явно жарко. Изнутри, из самой печени, ему холодно.

Он не помнит ничего. Он ничего не понимает. В глазах немой вопрос: «Что вообще происходит здесь?»

Для него нет пути назад. Этот путь забыт и замылен туманом мышления. Остаётся идти вперёд.

Подходя к какому-то длинному дому, он слышит голоса. Людские голоса.
Он выпрямляется, улыбается; в его голове проносится мысль, что вот оно — то, что он ищет. Человек вбегает в покосившийся дом и не видит там ничего, кроме разрухи. Но в голове он чётко слышит голос проходящей мимо него девушки.

От такого резонанса между картинкой и звуками начинает гудеть голова, наливаться болью, которая стремится выйти наружу сквозь кожу, глаза.

Человек быстро принимает решение закрыть их и прислушаться к голосам.

Было всего два голоса, хотя и казалось, что их намного больше. Девушка суетливо ходила, было слышно её шаги. Мужчина сидел на поломанном столе.
Девушка продолжила свою речь:

— Я уверена, это проклятье! Ты понимаешь: наша кошка пропала, дочь ушла гулять с друзьями и не вернулась, вокруг нашего дома постоянно ходят нищие и бездомные... Не смотри так на меня! Всё не может просто так случиться в одно мгновение.

— Это лишь совпадение, — серьёзно ответил мужчина. Его голос был уставшим и замученным. Говорить он не хотел.

— Но ты же знаешь, что кошки в этих местах у всех пропадают, просто подходят сюда, и их не найти, а собак здесь нет. Что тоже странно! А помнишь, что женщины говорили про ужасный запах из оврага? Что если наши дети... Фу, не хочу думать об этом! А нищие? Они же сходят с ума! И ты видел это! Ты видел, что они часами ходят кругами. Они задают странные вопросы и пугают жителей. Надо было раньше отсюда съезжать! Но наша дочь... девочка моя... — Её голос перешёл в шёпот, она начала всхлипывать.

Голова начинала болеть сильнее, многие слова мужчины было сложно расслышать, как и ответы девушки. Последнее, что услышал человек, — сердитый крик мужчины:

— Хватит твоих легенд! Ты знаешь, за что нам всё это. Не стоило прикасаться к той тайне! Но ты меня не послушала. Теперь ничего не будет, как прежде, так не реви, а прими последствия!

Дальше — грохот, крики. Находиться в помещении было невозможно. Человек чувствовал, как вот-вот и он задохнётся от переизбытка громких звуков. Он чувствовал, что сейчас захлебнётся паникой.

В последний момент он вышел из дома, и все звуки прекратились.

Кажется, в голове что-то начало проясняться, но это может оказаться миражом.
Глаза высыхали от одного лишь дыхания. Липкими лапами боль хватала за глотку. Уши ныли от большого количества звуков, хотя секунду назад была тишина. Улица заставила Человека упасть на колени. Глаза не закрывались.

Очертания девушки в странном платье. Какой-то мужчина в солидном пиджаке и с начищенной обувью, густыми усами. Она кричит на него, он размахивает руками.
Лоб Человека ноет, гудит, обещает взорваться, но тот продолжает смотреть.

— Ты... ты должен это сделать! Так мы сможем вернуть нашу дочь! Так мы сможем продвинуться в технологии, в изучении сфер. Ты знаешь, что это сработает, — кричала девушка.

— Нет, мы же потеряем тогда большинство наших людей, если не всех, — твёрдо отвечал мужчина.

— Они нужны нам, чтобы забирать их сферы, так что ничего не знаю. Мы будем это делать. Ты... ты будешь это делать. Всё, я собираю свиту.
Видение испарилось, у Человека пошла кровь из носа, тонкой струйкой стекая по губам и подбородку. Надо идти дальше.

Ноги дрожат, руки дрожат, всё тело дрожит. Ногтевая пластинка пальцев окрасилась в синевато-фиолетовый цвет, начала давить холодом на дрожащие пальцы.

Человек дошёл до какого-то сквера со старым фонтаном, посмотрел на него, и голову вновь пробила дробь боли.

— Ещё один человек, и у нас всё получится! — девушка стояла у самого фонтана, вокруг неё лежало слишком большое количество людей.

— Остановись, это и так слишком! — кричал мужчина, но упал на кого-то. Он тяжело дышал, пытался встать, ещё что-то сказать, но не смог.
Девушка хохотала. Обезумевшая мать, что хотела воскресить дитя любой ценой.
Но у неё не вышло.

Человек закашлялся, он не мог держать осанку. Он перестал обращать внимание на боль и на кровь из носа. Он не мог понять, чья вообще эта боль. И решил, что лучше не стоит понимать.