По совету Ленина, который полезен не только в поли

Помню, в институте наш препод по истории КПСС частенько повторял ленинскую фразу, что, дескать, всякая революция, если она чего-нибудь стоит, должна уметь защищаться. И когда я осторожно заводил речь о явном произволе и жестокостях, творившихся в первые годы советской власти, он неизменно осаживал меня именно этим аргументом.
И, видимо, осадил на всю жизнь. Потому как этот железный большевицкий довод стал для меня хорошим заслоном от всякого рода слюнтяйства, жалости, квази-гуманности, на которые я, грешным делом, нередко поддавался.
Да, революция, как, собственно, и контрреволюция, как любая власть должна уметь защищать себя, отметая всякое там внегосударственное сострадание, так называемую эмпатию, все эти нюни… А иначе – сожрут. И, кстати, не только в политике, даже в личных отношениях, особенно с женщинами. Не давать никому никаких поблажек…
И вот надо же, спустя несколько десятилетий мне стал задавать те же вопросы мой младшенький. И то нашего студента возмущает, и это, что так, мол, в цивилизованном обществе нельзя… А я, даже в чем-то соглашаясь с ним, нередко повторял: – Ничего не поделаешь, революция должна уметь защищаться…
– От Антанты? – спросил он как-то с хитрой усмешкой.
– От всех, кто посягает на нее…
– И от своих сограждан?
– И от них тоже, если они подрывают наши устои.
Он театрально поморщился. – А для меня главное, чтобы была справедливость, чтобы людям было лучше, не унижать их и не затыкать им рот…
Я уже начал злиться. – Ты этот свой гнилой либерализм оставь, я не потерплю этого у себя в доме…
– Ну, а если не оставлю? Что ты сделаешь?! – произнес он с явным вызовом. – Выгонишь?! Заявишь на меня?! Убьешь?! А потом расчленишь, чтоб следы замести?..
– Что я сделаю?! – вспыхнул я. – И с силой ударил его кулаком в лицо… Это было, конечно, слишком. И чтобы хоть как-то оправдать себя, успокоить, я машинально по-глупому снова озвучил эту ленинскую мысль: «Революция должна уметь защищаться…»
Теперь, разобиженный, он съезжает от нас. Сказал, что тоже намерен защищаться.