Город забытых страхов. Глава 2. Автор Андрей Матус

Сиреневый туман за окнами картонного вагона начал медленно таять, словно сладкая сахарная пудра, которая исчезает в чашке горячего чая. Картонный Поезд больше не летал высоко в облаках. Он плавно, мягко и волшебно спускался прямо с ночного неба. Его огромные коробки-вагоны слегка покачивались на воздушных волнах, как уютная люлька, а картонные колёса крутились совершенно бесшумно, едва касаясь невидимых воздушных рельсов.


Прямо перед кабиной паровоза, махая крылышками из цветных новогодних открыток, летел Чайник — Главный Завариватель Билетов.


— Пых-пых-пых! Держись за поручни! Посадка на перрон! — ворчливо сопел он, выпуская из носика аккуратные колечки ванильного пара.


Ш-ш-ш-у-у-у...


С этим тихим, ласковым звуком Поезд наконец коснулся волшебного перрона, снизил скорость и замер. Это не был жёсткий металлический грохот настоящего тяжёлого поезда. Это был мягкий, шипящий вздох — точно такой же, с каким сдувается большой надувной матрас или когда ребёнок со всего размаха прыгает в середину огромной пышной перины.


Чайник плавно закружился над крышей вагона, опустился на край картонного клапана и, весело зазвенев своей металлической крышечкой, объявил:


— Станция «Перрон Потерянных Кубиков»! Пассажиры, на выход! И не забудьте свои улыбки!


Настя и Алёна осторожно отогнули шершавые картонные дверцы и высунули носы наружу.


Воздух снаружи поезда изменился мгновенно. Тесный и привычный запах детской комнаты полностью исчез. Теперь здесь пахло мокрой осенней листвой, ароматной стружкой от недавно заточенных цветных карандашей и той особой, тихой прохладой, которая живёт исключительно под самыми дальними ножками диванов и кроватей — там, куда никогда не дотягивается мамина швабра.


Девочки сделали первый шаг и спрыгнули с картонной ступеньки. Под их домашними тапочками что-то затрещало.


Алёна тут же нагнулась, подняла свою находку и радостно подскочила, протягивая Насте на ладошке маленький яркий кирпичик:


— Настя, смотри! Это же мой кубик! Помнишь, который мы случайно под шкаф засунули прошлым летом и так и не смогли достать?


Настя посмотрела под ноги и ахнула. Весь пол этой загадочной станции был полностью усыпан тысячами потерянных вещей. Там были мелкие детали конструктора, разноцветные заколки для волос, прозрачные колпачки от высохших фломастеров, карандашные огрызки и блестящие монетки. Это была настоящая страна потерянных мелочей.


Чайник завис над большой кучей из потерянных за зиму шерстяных носков, одиноких варежек и спутанных ниток. Вдруг эта куча зашевелилась. Раздался тяжёлый, печальный и очень глубокий шорох:


«Ш-ш-хрусь...»


— Кто там?.. — Настя мгновенно вытянула руку и спрятала Алёну у себя за спиной. Сердце Насти заколотилось в груди, как пойманная в клетку птица.


Из глубокой тени за кучей вещей медленно выкатилось что-то огромное, мохнатое и совсем неуклюжее. Это был гигантский ком из свалявшейся войлочной шерсти, размером почти с мягкое кресло. На его верхушке торчали два коротких рожка, похожих на пальчики от детских перчаток. Ни рта, ни лап у него видно не было — только два огромных, с чайное блюдце, тёмных кругляшка. Это были глаза-пуговицы, пришитые толстыми чёрными нитками крест-накрест.


Весь его вид не пугал, а скорее удивлял. Мякиш — а это был именно он — беспокойно перекатился с боку на бок, издавая тихий, растерянный звук «Фырк-хрусь!», и с испугом уставился на незваных гостей своими огромными глазами. Было видно, что этот большой мохнатый шар боится девочек ничуть не меньше, чем они его.


Настя сильно испугалась. В её голове, привыкшей искать ответы в смартфоне, сработала быстрая привычка: если вокруг темно и страшно — нужно срочно включить свет! Она быстро достала из кармана свой телефон и нажала на значок ярко-жёлтого фонарика.


Слепящий, ядовито-белый луч вырвался из телефона и ударил прямо по тёмным пуговицам-глазам Мякиша.


— Ой! — ахнула Настя.


Но это только всё испортило. Этот холодный, резкий свет был болезненным для Ночноеда. Мякиш заверещал — тонко, жалобно и оглушительно, как закипающий игрушечный свисток. Его мягкие рожки-пальчики встали дыбом. От дикого страха и боли Ночноед начал стремительно раздуваться, увеличиваясь в размерах и заполняя собой весь перрон. Из его шерсти вырвалась густая, серая, пыльная туча, которая мгновенно закрыла всё вокруг и запечатала картонные двери поезда.


И тут же, словно только и ждали этой вспышки, под самым потолком закружился мерзкий, беспокойный и трескучий рой. Это были Пуш-Уведомители, или просто Динги — крылатые мошки-пакостники с пищащими колокольчиками вместо носов и сухими стеклянными крылышками. Они были не просто надоедливыми мухами, а верными слугами самого Великого Серого Экрана — гигантской ледяной стены холода и скуки, которая заманивает детей в телефоны и замораживает их живые чувства. В реальном мире именно Экран напускает этих Дингов на телефоны, чтобы они постоянно звенели: «Динь! Посмотри на меня! Отвлекись! Забудь обо всём!». Их главная задача — сделать так, чтобы дети перестали обниматься, играть и разговаривать с близкими, а только молча смотрели в серую пустоту.


Динги зависли прямо над ушами Насти, оглушая её громким, злым звоном. Настя зажмурилась и прижала руки к ушам.


— Динь! Внимание! Сенсация! — тараторил один, кружась перед самым носом.


— Динь! Вспышка! Сними видео! Выложи в сеть! Получи лайки! — подхватывал другой, больно цепляя Настю за волосы.


— Динь! Опасность! Посмотри сюда, ну посмотри же в экран!


Голова у Насти закружилась. Серая пыльная туча забивала нос, Динги оглушали звоном, а раздувшийся от испуга Мякиш уже готов был раздавить картонные стены своими тяжёлыми войлочными боками.


— Настя, гаси его! Настя, ему же больно! Он этого света боится! — громко закричала Алёна.


Алёна, не раздумывая ни секунды, сорвала со своей руки мягкую махровую варежку — с вышитым морковным носиком зайчика — и со всего размаху нахлобучила её прямо на Настин смартфон, закрывая вспышку!


Слепящий электрический луч мгновенно угас. Вместо него сквозь мягкую махровую ткань затеплился тихий, еле заметный, приятный розовый огонёк. Звонкий шум Дингов на секунду стих от неожиданности.


Чайник-Завариватель мгновенно подлетел к рою и выпустил на них струйку тёплого пара:


— Пых! Пошли вон, трещотки Серого Экрана!


Настя потрясла головой, приходя в себя от очень громкого шума. Она посмотрела на сжавшегося, дрожащего от ужаса войлочного гиганта, увидела, как из его чёрных пуговиц-глаз капают огромные, чистые, как роса, капли воды. И весь Настин испуг куда-то исчез, а вместо него в груди разлилось привычное, родное тепло. Она вдруг поняла, что этот огромный великан боится всего на свете точно так же, как маленький ребёнок.


— Извини... — шёпотом произнесла Настя, делая медленный шаг вперёд. — Прости меня, пожалуйста. Я не хотела тебя обидеть. Я просто... я сама очень испугалась.


Девочка медленно опустилась на колени прямо на хрустящие кубики. Не обращая внимания на серую пыль, она протянула обе руки и мягко, заботливо прикоснулась к растрёпанному, тёплому боку Мякиша. Настя стала гладить его так, как мама гладит их самих перед сном или когда за окном гремит первая весенняя гроза.


— Тише, тише... Всё хорошо. Мы не враги. Мы свои.


Алёна подошла с другой стороны и, совсем не боясь, уткнулась лбом в мягкий шерстяной животик Мякиша:


— Ты хорошенький. Ты как моя самая большая и уютная подушка.


Мякиш замер. Его тонкое жалобное пискание постепенно сменилось глубоким, мягким мурлыканьем, от которого задрожал сам пол. Серая пыльная туча начала быстро ложиться на пол, превращаясь в мягкие, пушистые хлопья.


«Клик-щёлк!» — раздался чёткий и очень приятный щелчок, точно такой же, как у старого торшера возле дивана.


Тёмные, слепые пуговицы Мякиша вдруг вспыхнули изнутри глубоким, густым и тёплым медовым светом. Это был не режущий глаза холодный свет телефона, а самый уютный и добрый в мире ночник, под который так сладко слушать вечерние сказки.

Мякиш мягко похлопал своими светящимися глазами, переступил войлочными лапами и издал тихое, уютное:

«Фырк-хрусь...»

— Ты... ты умеешь говорить? — широко открыв глаза, спросила Настя, всё ещё гладя его тёплый шерстяной бок.

— Умею... — тихонько прошелестел Мякиш голосом, похожим на шорох сухих осенних листьев или укутанного в одеяло свитера. — Я — Ночноед. Но дети там, дома, зовут меня просто... Страх Темноты.

Алёна удивлённо наклонила голову:

— Так ты и есть тот самый страх? Который прячется под кроватью и в тёмном шкафу?

— Я никому не хочу вредить, — Мякиш грустно опустил свои мягкие рожки-пальчики. — На самом деле я живу в каждой детской спальне, когда гаснет свет. Знаете, почему я иногда раздуваюсь и кажусь большим, зубастым и страшным? Потому что мне самому очень одиноко в темноте! Когда в комнате гаснет свет, мысли начинают придумывать разные ужасы. Дети боятся меня, сжимаются в комок, а я от их испуга надуваюсь, как огромный шарик, и сам начинаю бояться и задыхаться! А от холодного, злого света телефона мне становится очень больно...

Мякиш аккуратно подставил свою мягкую войлочную лапу Насте и тихонько пощекотал Алёну мягким ушком.

— А когда меня не боятся, а просто обнимают или зажигают добрый, тёплый ночник... я перестаю дуться. Я превращаюсь в мягкую подушку, забираю из комнаты все тревоги и охраняю детские сны. Вы меня согрели — и теперь я ваш друг!

— Мякиш... а что делать детям ночью, когда им станет страшно в своей кроватке? — спросила Настя.

— Это самый главный секрет! — Мякиш подмигнул медовой пуговицей. — Если ночью в комнате станет темно и по углам зашевелятся тени... не надо включать яркий телефон и не надо сжиматься в комок под одеялом. Нужно просто сделать глубокий-преглубокий вдох... медленный выдох... крепко обнять свою любимую игрушку, прижать её к себе и тихонько шепнуть:

«Мякиш-Мякиш, тёплый бок, зажги медовый огонёк! Мякиш, приди, добрый сон принеси!»

Он мягко погладил девочек пушистой лапой по плечам:

— Я сразу услышу этот шёпот, где бы вы ни были. Я прибегу, свернусь калачиком в ногах кровати, буду мурлыкать и беречь ваш сон до самого утра. Ни один Серый Экран и ни один Динг к вам больше не подберётся.

Динги, всё ещё кружившие под потолком, поняли, что их противные звоночки больше никого не пугают. Совсем растерявшись от медового света, который лился от Мякиша, они с обиженным писком:

«Динь-динь-промашка...»

один за другим растаяли в серой дымке.

Настя глубоко вздохнула. В груди у неё стало так легко и спокойно, будто она скинула тяжёлый рюкзак, который тащила всю дорогу. Она посмотрела на телефон у себя в руке — натянутая на него варежка с зайчиком всё ещё светилась нежным розовым светом.

— Спасибо тебе, Мякиш, — улыбнулась Настя и впервые за всё время искренне, по-настоящему обняла войлочного гиганта. Мякиш в ответ уютно захрустел и обвил девочек своими мягкими лапами, словно тёплым пледом.

Чайник-Завариватель, всё это время поблёскивавший своим круглым боком в горошек, радостно выпустил вверх весёлое колечко пара.

— Пых-пых! Ну вот, теперь я за вас спокоен! — весело пропыхтел он, зависнув в воздухе прямо перед девочками. — Вы нашли самый главный секрет против холода — тёплое сердце и верного друга!

— А ты разве не пойдёшь с нами дальше? — расстроенно спросила Алёна, протягивая руку к его горячей ручке.

— Э-э, нет, милые мои! У меня работы очень много! — Чайник важно покрутился из стороны в сторону, наполняя всё вокруг волшебным ароматом мяты и чабреца. — Там, дома, ещё так много мальчиков и девочек сидят в темноте перед холодными экранами! Они тоже забыли, как обниматься и пить тёплый чай. Мне нужно скорее лететь к ним, чтобы помочь и привести их сюда — на Станцию Потерянных Вещей. Пора согревать другие детские сердца!

Он подмигнул Насте и Алёне своим блестящим носиком:

— А ваш путь к Великому Серому Экрану теперь открыт. Мякиш знает дорогу и покажет вам путь через Тёмный Туннель. Главное — помните про тепло и не давайте вашим огонькам угаснуть! Пых-пых... Прощайте, девчонки!

Чайник взмыл высоко под самый картонный потолок, выпустил на прощание пышное облачко душистого пара и с весёлым свистом умчался прочь, тая в тумане над рельсами.

Мякиш тихонько мурлыкнул, встал на все четыре лапы и задорно вильнул пушистым хвостом, освещая своим мягким медовым светом входящий в темноту туннель


Книга "Город забытых страхов".
Автор Андрей Матус
7 сентября 2026