Глава 5

ГЛАВА 5. У красавиц бывших поклонников не бывает. Предложение, от которого не отказываются
 
На мгновение свет померк, и они оказались на открытой веранде роскошного городского особняка, аналога итальянского палаццо.
— Это твой дом? — поинтересовалась Татьяна.
 — Да, — Ладмон сел напротив неё и сложил перед собой руки. — Заказывай, что хочешь. Сложность не важна, еду готовит автоматика. Главное, припомни вкус: для воспроизведения этого будет достаточно.
— Офигеть! — восхитилась девушка, и одно за другим перед ней возникло несколько блюд.
Ладмон с удивлением их оглядел.
— Рыбья икра? Пережаренное мясо с крахмальной размазнёй? Куча сахара с маслом, яйцами и молотыми злаковыми? Отвар из сохлых ягод и фруктов? Ты серьёзно? Неужели тебе действительно такое нравится? Это же пустая еда, к тому же вредная для организма.
— Заткнись и дай мне насладиться деликатесами из моего детства. Ладно, можешь добавить травы… Не так много! Стараниями Клермона я уже достаточно зажевала витаминов за завтраком.
— Всё, всё! — сдаваясь, Ладмон поднял руки. — Ешь, не обращай на меня внимания.
— А ты почему ничего себе не заказал?
— Я не голоден. Мы с Тайрой поели совсем недавно.
Ладмон проиграл спор самому себе. Девушка съела всё, что заказала, и с довольным стоном откинулась на спинку стула.
— Э… тебе не поплохеет? — осторожно поинтересовался он.
Смерив его снисходительным взглядом, Татьяна фыркнула.
— Спокуха, мой несостоявшийся братец! От такого меню мне никогда не поплохеет. Ну что, давай приступим к деловой части нашей встречи? Итак, зачем я тебе понадобилась?
С тем же выражением на лице, что и Клермон в зале заседаний, её собеседник побарабанил пальцами по мозаичной столешнице.
— Я к тебе с предложением…
Татьяна поперхнулась.
— Надеюсь, не руки и сердца? — вопросила она сиплым голосом.
Ладмон посмотрел на неё и засмеялся.
— Видела бы ты своё лицо!.. Ой, не могу! Что, всё никак не можешь отрешиться от облика уродливого карлика, в котором я изначально предстал перед тобой?
— Хватит ржать! — не выдержала Татьяна и с досадой добавила: — В облике Ричарда ты был если не умней, то хотя бы серьёзней.
— Хочешь, чтобы я снова превратился в него и начал таскаться за тобой? — с подозрительным восторгом осведомился зеленоглазый красавец и, не дожидаясь ответа, оказался около её ног. — Сестричка, не бросай меня! — пролепетал он голосом карлика. — Хлуд! Ну, зачем ты нацепила такое длинное платье?
Татьяна неверующе посмотрела на подол, задранный выше колен, и нервно икнула. 
— Гад, ты что творишь? — возмутилась она, но как-то нерешительно, что «гад» воспринял как поощрение и потёрся щекой о её голую коленку, при этом успев задрать ей платье уже до бёдер.
— О сестричка! Какая же ты сладкая…
— Да что б тебя! — Татьяна попыталась схватить тарелку со стола, но та исчезла, оставив её с пустыми руками.
«Ладно, ты сам напросился!» — она вознамерилась врезать прилипчивому перевоплощению карлика по причинному месту, но тот уже вновь сидел напротив неё, и, положив подбородок на сплетённые пальцы рук, с обиженным видом хлопал ресницами.
— Злая ты, сестричка! Неужели в тебе нет ни капельки сострадания? Не говоря уж о любви. Ведь я был готов положить за тебя жизнь. Кстати, что и сделал, подставившись под клинок наёмника, а затем чуть не убился, пока спасал тебя от тигра-людоеда… Ну вот, явился твой защитник, сейчас устроит мне допрос с пристрастием.
Действительно, на веранде возник Кат Ворон.
— Привет честной компании. Ничего, что я без приглашения? — осведомился он и сел на стул, который сам же создал. — Молчание, я так понимаю, знак согласия.
Кат улыбнулся девушке, которая смотрела на него с нескрываемой радостью.   
— Что, Танюшка, этот жучара уже успел довести тебя до белого каления? Не переживай, вдвоём как-нибудь отобьёмся. Давай спросим, почему он задействовал именно тебя в своей авантюре, наверняка продуманной до мельчайших деталей. А лучше давай узнаем, каким образом ему удалось вырваться оттуда, откуда ещё никто не возвращался, кроме него и одного сумасшедшего землянина.
Возведя очи горе, Ладмон воззрился на гостя с выражением долготерпения золотой рыбки, умученной дурацкими пожеланиями престарелых рыбаков.
— Может, придержишь коней? Сначала поешь. А то в твоих мозгах царствует желудок.
Перед Катом возник хрустальный стакан с водкой, блюдечко с парой солёных огурчиков и громадная краюшка свежеиспечённого чёрного хлеба, сдобренная шматом сала, от которого исходил незабываемый чесночный дух. Ладмон указал на угощение.
— Прошу! Думаю, тебе должно понравиться, но если хочешь что-нибудь другое, заказывай сам, я тебе не официантка.
— Спасибочки! Тронут аж до соплей. Не ожидал такого внимания. Правда, одному пить водку не с руки, я же не какой-то дядя Сеня, алкоголик со стажем. Танюшка, может, ты составишь компанию?
— Нечего травить мою гостью. Ваша водка — редкостная дрянь, что не мудрено, поскольку вы её делаете из древесных опилок. Я выпью с тобой.
— Наш человек. Насчёт водки ошибаешься, приличную гнали из зерновых.
— К хлуду ваше земное пойло, давай я угощу тебя нашим сиртианским напитком. Уверяю, тебе понравится, древние его очень уважали.
— Уговорил, наливай. Вино из пруда, которым ты нас угощал, было выше всяких похвал. Я не прочь повторить его дегустацию.
 — Это другое вино, но оно не хуже вчерашнего. Надеюсь. Во всяком случае, в исторических хрониках его очень хвалили.
На столе возникла большая пузатая бутыль светло-зелёного цвета, причём без каких-либо этикеток, и Татьяна подумала, что она выглядит точь-в-точь, как посудина, к которой прибегают киношники, когда им нужно изобразить, что герои распивают самогон. Кат подставил опустевший стакан, и Ладмон щедрой рукой плеснул туда мутноватую жидкость. «Как есть настоящий самогон», — утвердилась девушка в своём предположении.
— Ну, вздрогнем! — сказал Кат.
— Вздрогнем! — согласился хозяин палаццо, и, выпив, оба застыли с вытаращенными глазами.
— Эй! Вы там живы или как? — забеспокоилась Татьяна.
— Частично, — прохрипел Кат. — Твою ж мать! Нужно предупреждать, что твой самогон имеет такой градус, что запросто сжигает слизистую желудка.
— Извини, — икнул Ладмон, роняя слёзы, текущие по покрасневшему лицу. — Совсем вылетело из головы, что чири-кири нужно разбавлять перед приёмом внутрь. Помочь с лечением или сам справишься?
— Вот ещё! Мы сами с усами.
Пришедший в норму Кат наколол на вилку огурец, но, не донеся его до рта, с подозрением посмотрел на шкодного сотрапезника.
— Надеюсь, огурец без фокусов?
— Клянусь Создателем! — отозвался Ладмон и утянул у него второй огурец. — Вот видишь? — сказал сиртианец, аппетитно хрустя инопланетной для него закусью.
— Классно вы вздрогнули, — сказала Татьяна. Ни один из сотрапезников не откликнулся на её реплику, и вскоре она поняла почему: они вели мысленный диалог.
Жёсткое выражение на лицах говорило о том, что это крайне непростой разговор, при этом оба умудрялись есть и пить как ни в чём не бывало. Для проверки своей догадки она встала и, подойдя сначала к одному, а затем к другому, помахала ладонью перед их глазами. Кат не обратил на неё внимания, Ладмон щёлкнул зубами и ухмыльнулся, когда девушка поспешно отдёрнула руку, но затем снова отключился, судя по отрешённому виду.
Заметив, что они перебирают с едой и горячительными напитками, Татьяна забрала у них тарелки и поставила перед ними кружки с кофе. Когда посиделки перевалили на второй час, она ушла внутрь палаццо и бродила там до тех пор, пока перед ней не возник Ладмон.
— Утомили мы тебя? Извини. — Он потёр лицо и устало улыбнулся. — Твой земляк такой въедливый, он и меня утомил. Думаю, он единственный, кому я сдал позиции в споре, но ты ему не говори, а то зазнается.
Татьяна кивнула.
— Хорошо, не скажу… если не спросит.
— Предательница, — был вынесен ей дружный приговор, и она, поставив на место затейливую фигурку, насмешливо хмыкнула.
— Надо же, какое единодушие. Я три часа вокруг них круги наворачиваю, а они сидят как истуканы и ноль внимания на меня, и я же предательница.
Кат Ворон состроил виноватую мину.
— Не сердись, Танюшка. Нужно было соблюсти меры безопасности.
— Ой, да ладно вам! Ваши тайны мне по барабану, так что я не в претензии, но… — она ткнула пальцем в Ладмона. — Этот тип хотел со мной о чём-то поговорить. Давай, я вся внимание. И побыстрей, а то у меня терпение не бесконечное. Стой! — она ухватила Ката за рукав. — Погоди линять. Я хочу с тобой посоветоваться, на чём именно я могу заработать здесь деньги. Много и быстро.
Подбоченившись, Ладмон стукнул себя кулаком в грудь.
— Не к тому обращаешься. Скажи, сколько нужно, и ты получишь любую сумму в любой валюте.
Татьяна с иронией посмотрела на него.
— Радость моя, ты хоть с основами экономики знаком? Вообще-то, деньги — это эквивалент товаров и услуг, а они не возникают из воздуха, хотя в вашем случае... ладно, не суть. Дело в том, что избыточная денежная масса приводит к её обесцениванию. И не важно бумажки это или золото, покупательная способность всё равно падает. Короче, мне нужен постоянный источник дохода. Тем не менее я не откажусь от твоего подарка. Если сможешь возместить приданое Савики Родомир, то у меня одной головной болью будет меньше.
— Договорились. Вообще-то, именно об этом я хотел поговорить с тобой, — Ладмон пристально посмотрел на девушку. — Нет, не о деньгах, а о твоём желании остаться здесь. Если хочешь, я могу забрать тебя с собой. Тайра будет рада, если ты составишь ей компанию. Боюсь, ей будет слишком одиноко в новом мире, где не осталось никого из наших прежних знакомых. А тебе будет гораздо проще привыкнуть к порядкам цивилизованного общества в Содружестве, чем к тем, что сейчас царят на Трисе. Ну, что скажешь?
Обдумывая его предложение, взволнованная Татьяна направилась к окну, и Ладмон подумал, что она удивительно похожа на его жену, причём не только внешне, но и своими повадками. Кат Ворон хотел что-то сказать, но он отрицательно качнул головой, призывая его к молчанию. «Она достаточно видела, поэтому должна самостоятельно решить, хочет или нет остаться с Клермоном. Возможно, такая жизнь ей слишком тягостна, несмотря на любовь», — мысленно сказал он, и аналитик согласно кивнул.
Татьяна резко повернулась, так что взвихрился подол длинного платья, и её потемневшие глаза впились в лицо Ладмона.
— Скажи, если я уйду с вами, то смогу достигнуть энергетической формы?
— Да. В этом плане для тебя ничего не изменится. В твоём распоряжении будет бэр, который продлит твою жизнь и поможет освоить переход. Не бойся, никаких испытаний, каким здесь подвергались симбионты, у тебя не будет.
— Хорошо. Если я останусь на Трисе, то вечная жизнь мне не светит. Я просто умру от старости или от болезней. Верно?
— Да.      
Она снова отвернулась к окну, и мужчины озадаченно переглянулись.
«Как думаешь, что она выберет?» — мысленно спросил Ладмон, на что Кат пожал плечами. «Не знаю. Конечно, она любит Клермона, но у девочки пытливый ум. Прошлую жизнь она считает прожитой впустую, так что соблазн велик. Я бы на её месте…»
— Я остаюсь, — сказала она, не оборачиваясь.
— Ты хорошо подумала? В Содружестве перед тобой откроются такие возможности, о каких ты даже не мечтала. В твоём распоряжении будет целая Вселенная, а не ограниченный средневековый мирок.
— Кат, замолчи! Без тебя тошно! Думаешь, я не понимаю? — выкрикнула Татьяна и заплакала. — Уйди, гад! — она оттолкнула Ладмона, поспешившего к ней с утешениями. — Тайра сказала, что по своим деяниям ты равен богу, а как по мне, ты настоящий дьявол! — пробормотала она сквозь слёзы.
Прижимая девушку к себе, Ладмон погладил её по волосам.
— Не плачь, малышка. Клянусь, ты не исчезнешь навсегда. Я уже записал твою копию и буду хранить её как зеницу ока. Однажды мы снова встретимся, и ты первая посмеёшься над своими сегодняшними слезами. Должен сказать, вопреки моему скептицизму, ты сделала правильный выбор. Ты уже беременна, и при всём желании я не могу забрать тебя с Триса. Мой альтернативный предок — редкий упрямец. По прогнозам «Звёздного моста», он женится только на тебе и ни на ком другом, а это значит, что твоё потомство будет единственно законным в североводском княжеском роду, который со временем породит моё второе «я».
— Врёшь и не краснеешь. Клермон сам сказал, что женится в любом случае, и ему плевать, кто будет его женой: лишь бы вела хозяйство и рожала детей. Так что он прекрасно обойдётся без меня.
Смахнув слёзы, Татьяна обернулась к Кату.
— Слушай, а таких, как он, можно чем-нибудь убить? Кат, только не разочаровывай меня. Если мне суждена следующая жизнь, то я положу её на то, чтобы прикончить этого гада. Нет, я постараюсь вернуть ему облик и мозги Ричарда, чтобы он жил и мучился.
Кат Ворон развёл руками.
— Увы, моя дорогая! — произнёс он с сожалением. — Вдобавок тебе придётся встать в очередь, поскольку желающих прикончить этого поганца видимо-невидимо. Кстати, будешь в очереди за мной. За все художества, что мы имеем по его милости, я бы прикопал его в каком-нибудь уголке его любимого «Звёздного моста». Не пропадать же добру, пусть послужит ему мавзолеем.
Довольный удачной провокацией, Ладмон усмехнулся.
— Ну вот, ты к ним со всей душой, а они норовят воткнуть тебе нож в спину. Скажите, что плохого я вам сделал? Одну пристроил на место княгини, кстати, в будущем очень перспективное местечко. Второй наконец-то избавился от самопроизвольных нырков в первичную форму и путаницы в многочисленных личностях. Между прочим, подсказки, как это сделать, твоя талантливая змейса получила из моих рук.
— В таком случае предлагаю хотя бы его побить. Исключительно в воспитательных целях, — предложила Татьяна и схватила меч со стены.
Колотя его ножнами по спине и ягодицам, она гоняла Ладмона по комнате до тех пор, пока он не повалился на пол и не запросил пощады. Зеленоглазый красавец был слишком хорош, так что она быстро смягчилась и даже протянула ему руку, когда он, преувеличенно кряхтя и охая, поднимался с пола. Он тут же этим воспользовался и облобызал её ладонь, за что заработал оплеуху.
Кат Ворон, который, скрестив руки, наблюдал за их развлечениями, покачал головой. Сказав, что больше не в силах выносить наглые заигрывания женатого типа и попустительство глупой девчонки, не осознающей серьёзности своего положения, он попрощался с парочкой и исчез — к досаде Татьяны, оставшейся наедине с Ладмоном. В отличие от Ричарда, чья любовь носила искренний и безыскусный характер, его альтер-эго виделся ей опасным ловеласом.
Поскольку для Ладмона её мысли были как открытая книга, он обругал себя за то, что увлёкся и переступил черту, непозволительную в отношении невесты кровного родственника. Посерьёзнев, он мягко улыбнулся.
— Испугалась? Не принимай близко к сердцу. Я просто дурачился. Иногда на меня находит, сам не знаю почему. Возможно, это такая антистрессовая разрядка, что не удивительно после общения с Катом Вороном. До чего въедливый тип, не передать словами. Ну что, сходим в город, посмотрим, чем дышит местный люд? Правда, скоро начнёт темнеть.
Татьяна с сомнением посмотрела на него.
— Давай, но только недолго, хорошо? Чего-то я беспокоюсь за Клермона. Кстати, как у него дела?
Выполняя её просьбу, Ладмон выпал из реальности, то есть попросту исчез.
— Всё хорошо, — сообщил он по возвращении. — Предок жив-здоров и даже не ранен. Буйрасам приходится несладко. Княжеская стража значительно превосходит их числом и действует достаточно умело. Потери велики, но не фатально. Буйрасов тоже основательно посекли. Думаю, им не вырваться из ловушки.
— А что внук княгини?
— Судя по матерным репликам народа, Цейм Североводский сразу почуял, что дело плохо. Сев на коня, он умчался через восточные ворота. 
— Надо же, какая чуйка у парня. Остаётся лишь позавидовать.
— Согласен, отменная интуиция. Успел ускользнуть ещё до того, как поступил приказ о закрытии всех ворот.
— Интересно, куда это он собрался? Не дай бог за подкреплением к буйрасам! — встревожилась Татьяна.
— Не беспокойся, — отозвался Ладмон. — Новый отряд буйрасов ему не дадут, разве что вернут уплаченные деньги. Конечно, если руководство сочтёт, что вина за невыполненный заказ лежит на посланном отряде. Если сочтут виноватым заказчика, то его судьба печальна. Так что вряд ли Цейм Североводский сунется в их логово. Между прочим, тех буйрасов, что сбегут или останутся в живых благодаря плену, со временем выловят, причём всех до единого, и перебьют: другим в назидание. Буйрасы — серьёзная секта. У них лозунг «Умри, но выполни поставленную задачу» соблюдается буквально.
— Секта не будет охотиться за Клермоном?
— Кто выживет из буйрасов, те могут, чтобы заслужить прощение в секте. Думаю, Клермон это знает, и никого из них не пощадит. Это буйрасам нужно теперь опасаться. Если он захочет отомстить, мало им не покажется.
— А ты не преувеличиваешь? Конечно, Клермон неплохо дерётся, но вряд ли он способен справиться с такой опасной сектой. Лучше ему не соваться к ним.
— Что ж, попробуй его отговорить, когда он нацелится на буйрасов, — Ладмон внутренне ухмыльнулся, припомнив хроники со славной историей предка.
Он взял Татьяну за руку и повёл к выходу из палаццо.
— Давай поспешим. Времени у нас действительно немного. Нужно успеть до того, как Клермон расправится с противником. Иначе он подумает, что ты сбежала и уже не вернёшься. Тогда кто знает, что ему стукнет в голову. Он у нас непредсказуемый. К тому же имей в виду, что его тянет к Катейе Лесногорской. Между прочим, в оригинальном варианте истории она — любовь всей его жизни, которая зародилась ещё в юности. Впоследствии он женился на ней.
— Но она же переродившаяся Мирелла Маска!
— А та, в кого она вселилась, это Катейя-род-Лесная Гора. В девчонке неожиданно прорезались ведьминские способности, и она сбежала из дома, чтобы семья не пострадала от жрецов, — пояснил Ладмон. — В исходном варианте Катейя ведьмой не была. Вообще-то, в этот исторический период их вообще не должно быть. Способности к управлению энтериумом должны были проявиться гораздо позже, а именно в просвещённые времена, когда таких людей уже никто не воспринимал как нечистую силу, — признался он и состроил печальную мину.
— Понятно, твои проделки, — догадалась Татьяна.
— Не столько мои, сколько «Звёздного моста», давшего сбой. Как назло, ещё вмешалось Хранилище душ, пошедшее на поводу у высокопоставленного змейса. Он оказался любящим отцом и не сумел противостоять напору дочери, которая с первого взгляда влюбилась в типа, который изображает здесь Сына Неба. К слову, совершенно идиотский культ солнца, которого не было у нас на Сирте, во всяком случае, в таких масштабах.  К чему приведёт вся эта мешанина, я уже не имею ни малейшего понятия. Нужно будет ждать, когда «Звёздный мост» полностью проанализирует возникшую ситуацию, что даст более узкий веер событийных расхождений. Тогда, возможно, мне удастся вернуть исторический поток Триса в исходное русло.
— Ничего не поняла, но, надеюсь, у тебя всё получится.
— Я тоже очень на это надеюсь. И не переживай. В этом мире Клермона миновала юношеская любовь. Здесь ты первая из женщин, что разбудила его сердце, в придачу к чреслам. Осталось перетянуть на свою сторону его расчётливую натуру, и дело в шляпе, как говорит твой приятель Кат Ворон.
— А я, по-твоему, чем занимаюсь?
Ладмон одобрительно посмотрел на девушку.
— Умница! Я знал, что ты лучшая замена безвременно почившей Катейе Лесногорской.
— Нет, всё же не мешает снова превратить тебя в карлика и основательно попинать, как это делала твоя разлюбезная Окойсо. Ой!
С детским изумлением Татьяна воззрилась на слугу, который как две капли воды походил на киношного старика Хоттабыча.
— Он точно не колдун? — спросила она, когда старик с величественным видом открыл перед ними ворота, а затем направился к сторожке, служащей ему домом.
— Кто ж его знает, — напустил туману Ладмон и оглушительно свистнул, подзывая извозчика.
«Эх! Где ж ты раньше был, старик Хоттабыч? Ведь мне, в отличие от Вольки, был нужен только один волосок из твоей волшебной бороды, чтобы спастись из рук похитителей…»
— Кто такой Волька? — заинтересовался Ладмон.
— Да так, детские мечты о несбыточном, — грустно улыбнулась девушка.