Дом с призраками

Аннотация

Павел приезжает на волжскую базу отдыха и оказывается в центре расследования, связанного с заброшенным домом и трагедией прошлого. Странный свет в окне, пропавшие деньги, новые смерти и старые тайны постепенно складываются в единую историю. Чем дальше Павел погружается в происходящее, тем настойчивее его собственное прошлое напоминает о себе. Вскоре ему предстоит осознать: некоторые места мы покидаем лишь для того, чтобы однажды туда вернуться.

Глава 1

Павел стоял, облокотившись на перила, на палубе теплохода «Москва» и наблюдал, как за его кормой вспенивается волжская вода. Прохладный влажный ветер приятно обдувал его тело, сбивая сорокаградусную июньскую жару. С каждой минутой он был всё ближе к своей заветной мечте — полноценному отпуску, которого с нетерпением ждал последние пять лет. Впереди у него были две недели настоящего отдыха на замечательной базе, расположенной на острове посреди Волги, в малонаселённом районе Самарской области. Рядом с Павлом на палубе стоял администратор базы отдыха Максим — парень тридцати шести лет в сером спортивном костюме, который полчаса назад лично встретил своих новых постояльцев на речном вокзале Самары. Вместе с Павлом отдыхать на базу также ехала семейная пара с непоседливым русым подростком двенадцати лет по имени Толик, который за время их поездки облазил уже все закоулки их речного "трамвая".

Теплоход двигался довольно быстро, учитывая то, что он шёл против течения, делая двухминутные остановки в населённых пунктах, располагавшихся на его маршруте. Вскоре за очередным изгибом реки показалась земля, а точнее — скала посреди реки, делящая реку на два узких прохода. Теплоход пошёл слева от скалы, наполовину замедлив ход. Максим повернулся к Павлу и, прислонившись к перилам спиной, сказал:

— Ну, вот, почти прибыли.

— Ваша база это конечная остановка этого маршрута? — поинтересовался Павел.

— Нет, предпоследняя. А последняя это посёлок Заволжский, а выше по течению пассажирские суда уже не ходят.

Снизу к ним на палубу поднялась высокая стройная девушка с длинными русыми волосами в ярко-жёлтом платье и солнцезащитных очках. На вид ей было, как и Павлу, около тридцати.

— Добрый день! Кажется, мы прибываем? — спросила она Максима.

— Именно так, — ответил администратор базы и показал ей рукой на своего спутника, — познакомьтесь, это наш новый гость Павел. Он в первый раз едет отдыхать на наш остров. Надеюсь, Вы поможете ему обустроиться. А это Наталья, — повернулся он к Павлу, — она ездит к нам отдыхать уже в четвёртый раз.

— Приятно познакомиться, — сказал Павел девушке, широко улыбаясь, — не знал, что на этой базе будут такие бонусы.

— Мне тоже, — ответила девушка. И, окинув багаж парня, состоявший из рюкзака и чемодана на колёсиках, добавила, — судя по всему, Вы едете туда ненадолго.

— Наталья работает помощником прокурора, — пояснил Максим, — и она любит оттачивать свои навыки на обитателях нашей базы.

— Вот как? Что ж, постараюсь не разочаровать Вас, — с воодушевлением сказал Павел, — Вы правы, я еду пока только на две недели, но если мне там понравится, то в следующем году приеду снова. А что ещё Вы можете сказать обо мне?

Девушка внимательно оглядела его:

— Прежде всего, Вы явно не тот, за кого себя выдаёте. Судя по Вашему внешнему виду, Вам приходится играть новую для Вас роль. Также Вы много работаете, мало отдыхаете и почти не общаетесь с людьми. При этом Вы чуткий и отзывчивый человек, готовый пожертвовать собой ради тех, кого любите. Вы живёте один, у Вас нет семьи, и есть буквально несколько знакомых, которым Вы доверяете. А работаете Вы, скорее всего, в сфере, связанной с IT или бизнесом. Ну, как? Всё правильно?

— В целом, да, — ответил Павел, который, похоже, был удивлён проницательностью девушки, — у Вас и вправду есть талант, Вы играючи проникаете во внутренний мир окружающих... Я, действительно, не женат и целиком отдаюсь своей работе, а работаю я юристом по бизнесу. Последние три года у нас большие нагрузки, сейчас мир стремительно меняется, и многим российским и зарубежным компаниям требуются наши консультации. И это мой первый длительный отпуск за пять лет, до этого мне не удавалось отдыхать дольше пяти дней.

— Сочувствую, — улыбнулась Наталья, — уверена, что там, куда Вы направляетесь, Вы сможете превосходно отдохнуть.

— Ну, а Вы почему без багажа едете? — поинтересовался парень.

— Мой багаж уже четыре дня находится на базе, я привезла его ещё в прошлый четверг.

— Похоже, что не одного меня не хочет отпускать работа, — пошутил Павел.

— О, к счастью, нет. Просто я на три дня ездила навещать свою мать, которая живёт в Рязани, — пояснила девушка, — а что Вы с собой везёте? — спросила она, глядя на длинный чемодан Павла.

— Только самое необходимое: немного одежды, зарядник для телефона, кое-какую экипировку для путешествий, продукты на первое время... Надеюсь, там есть рынок поблизости?

— Есть небольшой рынок в посёлке напротив острова, а в Заволжском есть торговый центр.

— А что за посёлок?

— Старая Пристань, — ответил Максим, — он совсем небольшой: пара тысяч жителей и десяток двухэтажных кирпичных домов советской постройки, плюс магазин, больница, школа, почта и полицейский участок. И ещё около сотни частных домов и коттеджей, которые разбросаны вокруг посёлка.

— И что, этот посёлок прямо напротив острова с базой отдыха?

— Да нет, от нашей базы до центра посёлка — около трёх километров. От нас он даже не виден, если не считать одного заброшенного дома, который стоит близко к берегу реки.

— А сколько от базы до Заволжского?

— Километров десять. Но Заволжский хотя бы с натяжкой можно назвать посёлком городского типа, в нём обитает восемь тысяч жителей. Я сам — родом оттуда, учился в Петербурге, а потом вернулся и девять лет назад пришёл работать на эту базу отдыха... Ну, вот мы и приплыли, — добавил он, увидев показавшийся впереди посреди реки остров, — пойду скажу той паре с ребёнком, чтобы готовились к выходу.

Через пару минут теплоход пришвартовался у небольшого пирса. Павел закинул рюкзак на спину, взял чемодан за ручку и направился к мосткам, которые один из матросов перекинул с теплохода. Когда парень проходил через весь теплоход, он бросил взгляд на пассажиров, сидевших в каюте, и заметил среди них пузатого мужчину в джинсах и тёмно-бежевом пиджаке, который как-то нехорошо посмотрел на него, а затем отвернулся.

— Кто это? — спросил Павел у Максима, незаметно показывая ему на мужчину в пиджаке.

— Это владелец торгового центра в Заволжском, — ответил администратор базы.

— Неприятный тип и, явно, с тёмным прошлым, — заметила Наталья, бросив на сидевшего мужчину внимательный взгляд. Павел только покачал головой.

Теплоход подал сигнал и отправился дальше по маршруту, а все приехавшие зашагали вслед за Максом по дорожке, выложенной небольшими бетонными плитами.

Глава 2

Остров, где располагалась база отдыха, которая также называлась «Старая Пристань», был всего около трёх километров в длину и около шестисот метров в ширину. По его периметру простирались песчаные пляжи и просторные беседки. Весь остров, включая пляжи, опоясывали слои мелких подводных камней, которым бесконечные волны придали идеально округлую форму. В середине острова располагались около сотни однотипных жилых домиков. Помимо них на острове также размещались воркаут с тренажёрами, баскетбольная площадка и детская площадка с качелями, каруселями и батутом, а также небольшая сцена. С одной боковой стороны острова был пирс, рядом с которым на берегу стояло несколько лёгких лодок и небольшой катер, а с другой возвышалась наблюдательная башня высотой около пятнадцати метров. В центре острова на небольшой поляне было обустроено место для костра, огороженное кирпичным забором, вокруг которого стояли деревянные скамейки.

Макс показал Павлу его домик на краю базы возле одного из пляжей и вручил ключи от входной двери. Войдя внутрь, Павел увидел небольшую комнату, условно разделённую на три зоны: кухня, где находились микроволновка, электрочайник, мойка, холодильник и кухонный стол с четырьмя стульями; туалет с унитазом, раковиной, водонагревателем и душевой кабиной; а также жилая комната, состоявшая из широкой двухместной кровати, тумбочки и шкафа для белья. Парень разложил привезённые им вещи по своим местам, сунул чемодан под кровать и снова вышел наружу, чтобы осмотреть весь остров.

— Сезон только начинается, поэтому у нас пока занято только десять жилых домиков, — сказал ему Максим во время небольшой обзорной экскурсии по базе, — у нас тут есть своя система охраны: пятеро охранников, которые по совместительству — мои помощники, постоянно живут на острове и по очереди дежурят по ночам на сторожевой вышке, хотя никакого криминала в этих местах ни разу не было, но так спокойнее. Лодки можно брать бесплатно на прокат, пользование ими входит в стоимость проживания на базе. Можно плавать в них по реке или просто перебираться с острова на сушу и прогуляться в посёлок на рынок. До берега от острова — метров триста. На том берегу тоже есть небольшой причал, где можно привязать лодку. В крайнем случае, любой из охранников поможет Вам.

Как выяснил Павел, сейчас на базе, кроме него, Максима и охранников, обитает шестнадцать человек. Центральные домики заняли две семьи: у одной была маленькая девятилетняя дочь Маша, а у другой — тот самый двенадцатилетний непоседливый Толик, который ехал с ними на теплоходе. Ещё у одной пары детей не было — молодые миллениалы Никита и Оксана. По их внешности было заметно, что они — большие искатели приключений. В соседнем с ними домике обитали Марина Викторовна, разменявшая шестой десяток, и её дочь Галина, которые обычно что-нибудь читали, загорая на пляже. В следующем доме жили двое молодых мужчин лет тридцати, которые, по словам Максима, обычно либо катались на лодках, либо сидели в шезлонгах и выпивали. Также на острове проживала молодая художница Анна, которая постоянно где-то пропадала, исследуя окрестности и подыскивая красивые места для своих картин. В одном из крайних домиков обитала пара пенсионеров, которых звали Евгений Петрович и Ксения Ивановна. И, наконец, крайний домик, расположенный дальше всего от жилища Павла, занимала Наталья, с которой он познакомился на теплоходе. Как прикинул Павел, их домики разделяло примерно полкилометра.

Остаток дня пролетел незаметно. Павел осмотрел спортивную площадку и поднялся с охранниками на наблюдательную вышку, потом обошёл остров по кругу и посмотрел пляжи на обоих его концах. Затем немного перекусил в своём домике, разогрев привезённые с собой сырники и жареную картошку. После этого он снова вышел наружу и увидел Наталью, которая шла в сторону его жилища. Оказалось, что Максим уже начал разводить костёр, что стало на базе своеобразной традицией: на острове было принято раз в неделю по вечерам сидеть у горящего огня с кружкой чая и беседовать на разные темы. Павел расположился на одной из деревянных скамеек и принялся слушать байки, которые, в основном, рассказывали Максим и охранники. Однако в этот раз, кроме них самих, в вечерних посиделках у костра приняли участие только Никита с Оксаной, Наталья и приехавшая вместе с Павлом на теплоходе семья.

— Максим, у Вас тут всё замечательно обустроено, нам очень нравится, — сказал отец Толика, искоса наблюдая за своим непоседливым сыном, который в этот момент носился неподалёку от них на детской площадке.

Павел поспешил присоединиться к его словам и тоже поблагодарил Максима за уют:

— Кстати, мы хотели у Вас поинтересоваться, а что это за дом стоит прямо напротив Вашего лагеря на том берегу, где посёлок?

— Это заброшенный коттедж, — ответил Максим, — когда-то в нём обитала одна семья, но пятнадцать лет назад у них в доме случилась трагедия, и они уехали из этих мест.

— Трагедия? А что там произошло? — подключилась к разговору мать Толика.

— Кажется, у них погиб сын, но я не знаю подробностей.

— А что-нибудь известно про ту семью? — спросил Павел.

— Я слышал только то, что она была далеко не бедствующей.

— И сколько лет было сыну? — спросила Оксана.

— Лет восемнадцать, кажется, он как раз школу заканчивал.

— А как он погиб?

— Извините, но я не в курсе. Возможно, повесился...

— Ужасно! — произнесла мать Толика. — Ну, упокой, господь, его душу.

— Кстати, о душах, — подключилась к разговору Наталья, — я ещё в прошлые свои приезды сюда слышала в посёлке, что этот заброшенный дом имеет у здешнего населения мрачную репутацию. Говорят, что призрак того погибшего мальчика время от времени возвращается в своё жилище. Несколько людей видели по ночам движущийся свет в окнах заброшенного дома на верхнем этаже.

— Такое себе соседство, — хмуро заметил отец Толика.

— Может, это бомжи? — предположил Павел, — или какие-нибудь приезжие гастарбайтеры забрались переночевать?

— Это тебе не Москва, тут таких нет, — ответил ему администратор.

— Вау! — воскликнул Никита, — получается, что у этого дома есть легенда? Нужно будет обязательно забраться в него и посмотреть, что там происходит!

Он вопросительно посмотрел на Оксану, и девушка закивала головой.

— А не побоитесь? — поинтересовался Макс.

— Мы же сталкеры! — пояснил Никита, — мы в Москве и Подмосковье в такие места и заброшки проникали, откуда вообще можно живым не вернуться, а тут всего-то старый коттедж.

— Вообще-то это называется проникновение на частную собственность. Наталья вот подскажет вам, чем это чревато, — пошутил Макс. Но помощник прокурора только улыбнулась в ответ.

— Получается, что пятнадцать лет назад в этом доме погиб подросток и вот уже пятнадцать лет в нём обитает призрак? — поинтересовалась Оксана, — странно, что в этот дом ещё не начали водить экскурсии.

— Нет, — ответила Наталья, — мне рассказывали, что сперва в доме было всё тихо, а призрак начал появляться в доме лишь года четыре назад. Причём, он делает это довольно редко, всего один-два раза в год.

— Если честно, я не верю, что за всё это время никто из жильцов Вашего лагеря не забирался в этот дом, — скептически сказал Никита, — это напоминает какую-то замануху!

— А я и не говорю, что не забирались, — ответил администратор, — пару раз посещали несколько лет назад, но, говорят, что там ничего нет, просто пустые комнаты. Мебели и техники почти нет, гнилые ступени, отвалившиеся обои... И, кстати, крепкая входная дверь. Тем, кто туда лазал, пришлось использовать деревянную лестницу. Но это было ещё до того, как начали говорить о призраке.

— И когда призрак последний раз возвращался в этот дом? Кто последним видел свет в окнах?

— Неделю назад, — неожиданно ответил один из охранников по имени Всеволод, невысокий короткостриженый парнишка.

— Почему Вы так уверенно говорите об этом? — спросил отец Толика, — Вы видели свет в окнах?

— Нет, свет в окнах тогда видела местная травница Тамара, женщина лет шестидесяти пяти. Поздно вечером она проплывала на своей лодке мимо заброшенного дома и видела отблески свечи в комнатах верхнего этажа, — пояснил Всеволод, — я потом встретил её на рынке в Старой Пристани, и она интересовалась у меня, не обитатели ли нашей базы залезли тогда в тот дом...

— Нужно ли верить рассказам старой травницы? — пожал плечами Павел, — она вообще достоверный источник информации?

— Да я и сам тоже кое-что видел, фактически в тот же вечер, что и она, — объяснил охранник.

— Что именно? — спросила Наталья, — тоже свет в окнах?

— Нет, я видел другое. Я в ту ночь дежурил на вышке, и у меня, как обычно, был с собой бинокль. От нечего делать я посмотрел на заброшенный дом и неожиданно увидел тень, которая двигалась вдоль стены дома. Потом она остановилась под окнами и медленно взлетела вверх вдоль стены и исчезла в одном из окон.

Услышав слова охранника, люди, сидевшие у костра, умолкли и начали недоумённо переглядываться. И неожиданно откуда-то до базы донёсся отдалённый вой дикого зверя.

Глава 3

Рассказ охранника зацепил сталкеров. Чувствовалось, что им, как воздух, было необходимо какое-нибудь необычное приключение.

— Вау! — снова воскликнул Никита, — а что было потом?

— Я примерно полчаса наблюдал за домом и его окнами, но больше ничего подозрительного не увидел, — ответил Всеволод.

— Небось, выпил чего-нибудь на посту, — пошутил Максим. Но Всеволод отрицательно покачал головой.

— Вы же сами знаете, что на дежурствах мы не употребляем.

— Послушайте, а что нам мешает посетить эту заброшку прямо сейчас? — предложила Оксана, — до неё отсюда, вроде, всего-то чуть больше полукилометра! Вы не будете против? — спросила она у Макса, но тот в ответ только развёл руками.

— Ваше дело, но если вас кто-нибудь там поймает, то я никого из вас не знаю.

— Значит, Вы с нами не пойдёте туда? Жаль! А Вы? — спросила девушка у Натальи.

— Признаться честно, что история о гибели парнишки меня заинтриговала. Я бы присоединилась и осмотрела "место преступления".

— А Вы авантюристка, — улыбнулся ей Павел, — Вы же сюда отдыхать приехали, а не следствие вести.

— А разве Вы сами не присоединитесь? Мне показалось, что история про призрака взволновала и Вас, — ответила Наталья.

— Вам не показалось. Поэтому я за то, чтобы сходить в этот старый коттедж!

Он повернулся к родителям Толика:

— А вы не хотите осмотреть заброшенный дом и проверить, нет ли в нём призрака?

— О, нет, это не для нас, — ответила мать Толика, — к тому же, мы устали с дороги и хотим сегодня пораньше лечь спать.

— Мам, я хочу пойти с ними! — выкрикнул неожиданно выскочивший откуда-то Толик.

— Нет, сынок, это опасно.

— Да ну тебя, мама! Мы с друзьями в Новгороде все заброшки облазили: и недостроенную больницу, и заброшенные цеха заводов, и коллекторы... А тут всего-то старый дом!

— Если Вы сами не хотите, можете отпустить его с нами. Видно, что Толик — сталкер с опытом, мы присмотрим за ним, — попробовал уговорить их Никита.

— Да, да, я хочу, хочу с ними! — начал Толик, но мать была непреклонна.

— Я сказала "нет". И вообще, скоро пора спать, уже — почти восемь часов.

Толик нехотя смирился, но по его лицу было видно, что, так или иначе, но он всё равно доберётся до этого заброшенного коттеджа.

— Если никто не против, я тоже к вам присоединюсь, — сказал Всеволод, — я сегодня выходной, и мне самому интересно узнать, что же такое я тогда видел.

— Не против, с Вами будет надёжнее. Значит, идём впятером, — подвёл итог Никита.

— Вшестером! — услышали они голос подходящей к ним девушки с длинными разноцветными волосами, — я была на вышке, где рисовала закат, и слышала весь ваш разговор. Возьмите меня с собой! Я ещё никогда не бывала в подобных местах. Может, потом нарисую картину по фото, — она с любопытством посмотрела на Павла.

— Это Анна, художница, — представил её новичкам администратор, — и когда вы думаете выдвинуться? Будете ждать глубокой ночи?

— Думаю, надо отправляться туда прямо сейчас, пока ещё не стемнело, — ответил Всеволод, который уже взял на себя формальное руководство их операцией, — и если больше никто не присоединится, одной лодки для переправы нам будет достаточно.

— Окей, тогда мы сбегаем за фонариками, — сказали Никита и Оксана.

Спустя несколько минут все шестеро уже выбирались из лодки на противоположном берегу. У Всеволода, Никиты и Оксаны были с собой фонарики, Анна взяла зеркальный фотоаппарат, а Павел прихватил бинокль и прибор с большим полукруглым экраном. Всеволод взглянул на этот прибор, и восхищённо причмокнул.

— Это же ультразвуковой радар! Он дофига бабок стоит! Откуда взял?

— Подарок от фирмы на День рождения, — пояснил Павел, скромно улыбаясь, — хотя вряд ли он там пригодится, ещё достаточно светло и вряд ли мы будем передвигаться в кромешной темноте.

— Мне бы кто такие подарки на праздники дарил, — завистливо пробормотал в ответ охранник, — ладно, сейчас идём друг за другом и как можно тише движемся вот по этой тропинке. Она идёт в сторону заброшенного дома и проходит вдоль его забора.

Они углубились в заросли сорняков и через пять минут были уже возле коттеджа. Его забор был основательным: на литом бетонном фундаменте в паре метров друг от друга располагались высокие кирпичные столбы, а между ними были закреплены стальные щиты. Не тонкий профлист, а пластины из настоящей толстой стали. Никита и Оксана собрались было обойти забор по кругу, но почти сразу обнаружили в нём аккуратно вырезанную дыру.

— Похоже, мы реально тут не первые, — сказали сталкеры, — явно, до нас сюда заглядывали какие-то серьёзные люди: дыра сделана плазменным резаком!

За забором располагался просторный двор с гаражом, газонами и площадкой для отдыха с навесом. В двух противоположных углах в заборе находились калитка и ворота, наглухо закрытые. Крыльцо заброшенного коттеджа располагалось по центру. Дверь коттеджа была заперта, плюс поперёк неё для надёжности были приколочены доски. Анна включила зеркалку и сделала несколько снимков фасада с разных ракурсов.

— А тут и правда есть на что посмотреть, — сказала негромко Наталья, пристально оглядывая всё вокруг. Павел заметил, что в её глазах загорелся огонёк неподдельного интереса.

— Вы напали на след преступника? — полюбопытствовал он.

— Нет, но, судя по всему, когда-то тут был шикарный сад! Вот это — снежноцвет, канадский багрянник и, по-видимому, кедр. Также на заборе видны остатки текомы, одной из красивейших лиан. Видно, что у бывших хозяев этого дома был хороший вкус!

— Или хороший садовник, — фыркнул Павел, — а Вы откуда так хорошо разбираетесь в растениях?

— Моя мама работает в ботаническом саду в Рязани. Нужно будет обязательно рассказать ей, что тут растёт снежноцвет, вот она удивится!

— Очень симпатичные деревья, — согласилась Анна, фотографируя их одно за другим на свою камеру, — кстати, а как мы попадём внутрь дома? — спросила она у сталкеров, которые тем временем суетились вокруг коттеджа и оценивали его профессиональными взглядами.
— Думаю, что вон через то окно, — ответила Оксана, показывая всем на приоткрытое окно на третьем этаже коттеджа, — между прочим, под навесом валяется та самая деревянная лестница, которую упоминал Максим. Её длина около шести метров, и нам как раз должно хватить.

— Вы тогда видели, что призрак поднялся в это окно? — спросила Наталья Всеволода.

Тот в ответ утвердительно кивнул:

— Именно в него.

Никита и Павел отправились к навесу за лестницей. Наталья тоже зашла на площадку для отдыха и внимательно осмотрела её.

— Всё говорит о том, что когда-то тут был пожар, — произнесла девушка, показывая на обгоревшие деревянные брусья, державшие навес, — причём, после него ничего восстанавливать не пытались.

— И ещё тут нередко готовили шашлыки, — добавил Никита, кивая в сторону, где в траве валялись несколько перевёрнутых ржавых мангалов, — вполне возможно, что они и были причиной того пожара.

Парни приставили лестницу к стене коттеджа и начали по очереди подниматься по ней наверх. Первым забрался в окно Всеволод, за ним — пара сталкеров и девушки, Павел был последним. Поднявшись, он оказался в тёмной комнате, где пахло сыростью. Сталкеры и охранник уже включили свои фонарики и осматривали всё вокруг, но, кроме голых стен с отклеившимися обоями, смотреть было не на что. Кое-где на стенах произрастала плесень, в углу валялся ломаный деревянный стул.

— Давайте по очереди осмотрим все помещения, — предложила Анна.

Но Оксана уже опередила её.

— Смотрите-ка, что тут! — крикнула она из соседней комнаты, куда только что перешла.

Там в стене был самый настоящий камин, внутри которого от долгого простоя и осадков остались только потёки сажи, но на нём сверху лежала чистая белая салфетка, а поверх неё стояла рамка с фотографией какого-то улыбающегося парнишки лет восемнадцати в серой ветровке, с карими глазами и объёмными чёрными волосами. Неподалёку на полу лежал выпотрошенный фотоальбом, абсолютно пустой. Всеволод присвистнул.

— Ни фига себе! Похоже, что тут кто-то регулярно бывает.

— Видимо, это и есть тот погибший парень, чей призрак возвращается сюда, — предположила Анна, разглядывая фото парнишки, — довольно симпатичный, пожалуй, я нарисую потом его портрет.

Она сделала несколько снимков своей зеркалкой.

— Вы тоже считаете, что это призрак погибшего приходит сюда? — спросил Павел Наталью.

— Нет, я думаю, что всё проще объясняется, — ответила девушка, — скорее всего, кто-то любил этого парня и время от времени посещает этот дом и ухаживает за его фотографией. Возможно, это кто-нибудь из его родителей, его девушка или друзья. Поэтому иногда люди и видят свет в окнах. А никакого призрака тут нет.

— То есть, Вы реально предполагаете, что по ночам в окно по приставной лестнице забирается мать, которая пятнадцать лет оплакивает своего сына? — спросил её Никита, — и для этого она проделала плазморезом дыру в заборе?

— Действительно, всё это как-то странно звучит, — поддержал его Всеволод, — если парень погиб, то он, наверное, похоронен на местном кладбище, и там его и надо оплакивать. И как Вы объясните то, что я видел, как чья-то тень поднялась вдоль стены дома?

— Хорошо, хорошо, — задумчиво пробормотала Наталья, — моя версия пока не обоснована, но всему своё время. Не сомневаюсь, что на все эти вопросы есть простые ответы.

После этого сталкеры спустились по крутой деревянной лестнице вниз и осмотрели помещения, которые располагались там, но ничего интересного не нашли. Судя по всему, на первом этаже раньше были кухня и туалет с ванной, потому что там они увидели раковину и кучу тарелок в углу. А на втором этаже, как и на третьем, располагались две комнаты, в которых не было ничего, кроме перевёрнутого шкафа. Всё было покрыто слоем пыли, и было видно, что, в отличие от камина с фотографией, к этим вещам давно уже никто не прикасался. Анна сделала ещё пару фоток, и сталкеры отправились назад на свой остров.

Глава 4

Солнечные лучи проникали сквозь неплотно зашторенное окно и освещали тело Павла, крепко спавшего на кровати, когда в дверь его домика кто-то робко постучал. Парень шевельнулся и оторвал сонную голову от подушки:

— Кто там?

— Наталья. Вы ещё спите?

— Уже нет, — ответил парень, садясь на кровати и потирая заспанные глаза, — а что случилось?

— Я просто собираюсь прогуляться в посёлок, думала захватить Вас с собой...

— Хорошо, — ответил Павел, взглянув на свои часы, которые показывали почти девять часов утра, — скоро я к Вам выйду.

— Не знала, что Вы любите поспать, — с улыбкой сказала ему девушка, когда они вместе направились к лодкам, — я почему-то была уверена, что Вы просыпаетесь с восходом солнца.

— То есть, в половине пятого утра? — сыронизировал Павел, — Вы, наверное, шутите?

— Просто я представить не могу, что кто-то приезжает на базу отдыха, чтобы спать, — смущённо пояснила девушка.

— Если честно, я давно уже так хорошо не высыпался как сегодня! К тому же, я вчера устал с дороги, а этот вечерний поход в заброшенный дом окончательно добил меня... Как, кстати, продвигается Ваше расследование про призрака? Вы уже составили версию, объясняющую все факты?

— Пока ещё нет, но, думаю, в ближайшее время объяснение будет найдено, — уверенно ответила девушка.

Они переплыли на лодке на другой берег и направились по дорожке, уходящей вправо. Сперва они шагали через заросли сорняков, затем пересекли луг, поросший полынью и мятой, и вскоре вышли на асфальтовую дорогу, которая вела прямо в Старую Пристань. Дорога была в удручающем состоянии и напоминала лоскутное одеяло: буквально на каждом метре было с десяток ям, некоторые — кое-как залатаны асфальтом другого оттенка. Вдоль дороги рос подсолнух, на его мощных стеблях с бархатными листьями уже покачивались цветы, но вместо чёрных семечек внутри виднелись ещё только бледные зародыши.

— Через месяц дозреет, — сказал Павел, растерев между ладоней пару семян, — непонятно только, откуда он тут.

— Когда-то, в эпоху СССР, тут сеяли подсолнечник. Почти все берега Волги были заняты полями под различные культуры, — объяснила Наталья.

— Вы — из здешних мест? — спросил Павел, — Вы вроде упоминали, что у Вас в Рязани живёт мать...

— Не совсем, мы раньше жили в Волгограде, и моё детство прошло там. А потом я уехала учиться в Москву, а мать переехала в Рязань. А Вы сами откуда будете родом?

— Из подмосковного Щёлково. Но я тоже, как и Вы, уехал учиться в Москву... Что случилось, что-то не так? — спросил девушку Павел, увидев, что она пристально разглядывает его, но девушка только загадочно улыбнулась и ничего не ответила.

Спустя десять минут они были уже в посёлке. Наталья, которая до этого уже много раз бывала здесь, показала Павлу главные местные достопримечательности: школу с барельефом в виде играющих детей и небольшой магазин, располагавшийся в здании бывшей харчевни какого-то местного купца девятнадцатого века. Сразу за магазином простирался рынок, представлявший собой несколько рядов палаток, в которых местные садоводы торговали овощами и фруктами. Наталья купила килограмм черешни и пакет помидоров, а затем вернулась в магазин и взяла там свежего хлеба. Павел купил себе килограмм абрикосов и кусок ветчины на бутерброды.

Продавщица магазина, которая отпускала им товар, приветливо улыбнулась Наталье, с которой, видимо, уже была знакома. После того как рассчитала её, торговка наклонилась через прилавок и негромко произнесла:

— Слышали новость? Сегодня утром начальника охраны торгового центра в Заволжском нашли мёртвым!

Глаза Натальи округлились, и в них засиял уже знакомый Павлу огонёк:

— И как это произошло? Уже известно?

— Говорят, вчера вечером он принимал ванну и решил заодно проверить почту на телефоне. Забрался в наполненную ванну вместе с подключённым к зарядке телефоном, и там его и замкнуло.

— Жуть, — пробормотала Наталья, — не иначе как этот человек был пьян. Во всяком случае, так было во всех моих расследованиях с похожим концом.

— Вы услышали эту новость по радио? — спросил Павел.

— Нет, Черников был местный, он жил тут, в Старой Пристани, — пояснила продавщица, — его нашли пару часов назад. Говорят, дверь его квартиры была приоткрыта, и соседка, спускавшаяся вниз по лестнице, удивилась этому и заглянула к нему, чтобы проверить.

— Вы говорите, что дверь квартиры была открыта? — переспросила её Наталья, снова проявляя интерес к случившемуся, — но в таком случае совершенно очевидно, что это...

Она не договорила и нахмурилась.

— Вы чем-то озабочены? — спросил её Павел.

— Я думаю, нужно быть очень пьяным, чтобы вечером не закрыть дверь своей квартиры, а потом ещё забраться в ванну с телефоном. Так не бывает! Да и редко кто купается ночью, насколько мне известно.

— Вот тут я с Вами не соглашусь! Немало людей моются с вечера, потому что не хотят ложиться спать грязными. С другой стороны, ванну он мог принять и утром!

— Тогда он вряд ли был всё ещё настолько пьян, чтобы залезть в неё с телефоном. Всё это маловероятные гипотезы. Скорее всего, этой ночью у начальника охраны был какой-то гость... Вы не знаете, этот Черников жил один, или у него была семья?

— Нет, семьи у него не было, лишь изредка он водил к себе на квартиру девок из Заволжского, — ответила продавщица с лёгким пренебрежением.

— Похоже, Вас работа всё же не хочет отпускать, — смеясь, заметил Павел девушке, — так Вы совсем и не отдохнёте во время отпуска!

— Вы правы, — ответила Наталья, — будем надеяться, что местные следователи сумеют во всём разобраться. Просто я как услышу о каком-нибудь происшествии, так у меня в голове сами собой начинают строиться всевозможные версии.

Они направились назад на базу и спустя полчаса были уже на острове. Едва они привязали к причалу свою лодку, как позади них к берегу подошла ещё одна. Павел и Наталья обернулись и увидели пару пенсионеров, которые приветливо помахали им руками.

— Доброе утро! Вы катались на лодке вокруг острова? — крикнула им Наталья.

— Доброе утро! Да, мы с супругой каждое утро после завтрака плаваем по реке, пока не слишком жарко, — ответил Евгений Петрович, — уже почти две недели эта несносная жара не спадает, каждый день тридцать-тридцать пять, а там, над водой, всё же попрохладнее будет.

Старик вылез из лодки, привязал её верёвку к кольцу и помог своей супруге выйти на берег. Женщина передала ему из лодки холщовую сумку, из которой выглядывало какое-то длинное устройство, отдалённо напоминающее монопод.

— Вы — неместные? — поинтересовался у пенсионеров Павел.

— К сожалению, нет, — уныло ответил Евгений Петрович, — мы приехали из подмосковной Капотни. Вы, наверное, слышали, что тамошняя экология оставляет желать лучшего?

— Да уж, у вас там один только нефтеперегонный завод с его вредными выбросами чего только не творит, — сказал Павел.

— Вот мы и планируем переехать куда-нибудь подальше от всех этих заводов. Здешние места нам очень нравятся, и если появится возможность, мы с радостью приобретём тут какой-нибудь брошенный дом...

— А вы, видимо, были в посёлке? — поинтересовалась Ксения Ивановна. Она прищурилась и оценивающе скользнула взглядом по пакетам в руках молодых людей, — что-то купили?

— Немного фруктов и хлеба, — ответила Наталья.

— Аналогично, — кивнул головой Павел.

— Вот и нам тоже надо будет прогуляться после обеда и купить молока, — сказала пожилая женщина своему супругу, — говорила тебе, что сперва нужно было на рынок идти, а потом уже кататься по реке!

— Не ворчи, мы всё успеем, — спарировал пенсионер.

Павел и Наталья зашагали в центр острова, а Евгений Петрович и Ксения Ивановна, любовно ругаясь, побрели вслед за ними.

Глава 5

Первые дни на базе пролетели для Павла незаметно. Постепенно он знакомился со своими соседями — например, пообщался с тридцатилетними парнями Дмитрием и Сергеем, которые проводили отпуск вместе. Оказалось, что они старые приятели и вместе работали в одной торговой компании, продававшей сувениры и канцелярские товары. Весь их отдых сводился к тому, что они либо катались на лодке вокруг острова либо валялись на одном из пляжей, попивая коньячок под шашлычок. Основными темами их разговоров были обсуждение последних вышедших в прокат фильмов и перемывание костей коллегам по работе, поэтому их компания быстро Павлу наскучила. Куда более интересным было общение со сталкерами, у которых всегда была в запасе парочка захватывающих историй об их проникновениях в запретные уголки Москвы, начиная от старого синхрофазотрона в Дубне и заканчивая подземельями Кремля. Часто к ним присоединялись Анна и Наталья, а также Толик, который тоже был не прочь рассказать о своих сталкерских подвигах. Пару раз их новоиспечённая компания каталась на лодке, но обычно они располагались в беседке одного из пляжей, куда забирались вместе с пакетом каких-нибудь фруктов и большой бутылью газировки.

В пятницу после завтрака Павел пришёл отдыхать под навес в одиночестве: Наталья в то утро отправилась в посёлок за продуктами, а сталкеры затеяли в своём домике небольшую уборку. Однако пляж уже не был пустым: недалеко от навеса дремали на солнце Марина Викторовна и её дочь Галина. Увидев появившегося рядом с ними Павла, они обе поздоровались с ним. Затем Галина снова закрыла глаза, а Марина Викторовна перетащила своё покрывало, на котором она лежала, поближе к Павлу.

— Говорят, Вы из Москвы приехали? — поинтересовалась она у парня.

— Да, а Вы и Ваша дочь? — спросил Павел, снимая с себя рубашку.

— Мы вообще в Самаре живём, но дочка два года назад закончила университет в Москве... Вы — такой интересный мужчина, позвольте Вас спросить, а кем Вы работаете?

— Юристом.

— В суде?

— Нет, в консалтинговом агентстве.

— То есть, Вы участвуете не в уголовных, а в финансовых делах?

— Можно сказать и так, — согласился Павел, не понимая, куда клонит женщина, — я защищаю в суде интересы различных предпринимателей.

Парень подумал, что у женщины есть какие-то проблемы в этой сфере и она хочет проконсультироваться у него, но следующие её слова показали ему, что он ошибается.

— Какой Вы молодец! — похвалила его Марина Викторовна, — тогда Вы, наверное, неплохо зарабатываете, — заметила она не то утвердительно, не то вопросительно.

— Мне хватает, — пожал плечами парень, ложась на матрас, — а Вы где работаете?

— Мы с дочерью сейчас не работаем, но у нас есть кое-какие сбережения, на которые мы живём... А Вы, судя по всему, один живёте?

Павел кивнул. Теперь ему было уже понятно, чем закончится их беседа.

— Такой красивый мужчина, и всё ещё не встретили свою половинку? — недоумённо спросила Марина Викторовна, — и моя дочь вот тоже никак не может найти себе любящего мужчину... Не желаете вечером выпить чашечку чая в нашем домике? Я как раз собиралась купить к ужину тортик...

— Нет, благодарю Вас, как-нибудь в другой раз, — ответил Павел, отворачиваясь от неё.

Марина Викторовна пристально посмотрела на парня, а затем недовольно хмыкнула и отползла назад к своей неподвижно лежавшей на солнце дочери. Минут через десять они обе поднялись и удалились с пляжа, что-то тихо обсуждая между собой.

Спустя полчаса к Павлу присоединилась Наталья. Она принесла из магазина двухлитровую бутылку газировки и пару больших пакетов чипсов. Увидев, что он задумчиво смотрит куда-то вдаль, девушка вздохнула:

— Всё-таки мне непонятно, чем Вы тут занимаетесь, — сказала она, раздеваясь.

— Просто отдыхаю. А Вы?

— Вот я именно отдыхаю, а Вы внутренне постоянно напряжены, словно Вы находитесь на каком-то важном задании. Это чувствуется.

Павел рассмеялся:

— Вы правы, я не могу полностью расслабиться, всё время думаю об одном деле, которым мне придётся заниматься, когда мой отпуск закончится.

— Хотите, я научу Вас медитировать? — предложила Наталья, — у нас начальница занимается йогой и приучила нас всех к релаксации перед началом рабочего дня...

— Спасибо, но, пожалуй, не нужно. Лучше расскажите, как Вы стали следователем. Мне кажется, немногие девушки выбирают себе такие серьёзные профессии, для этого определённо нужен особый стимул...

— У меня был такой стимул, — сказала Наталья, поджимая губы, — мой отец был полковником полиции, и он погиб фактически у меня на глазах, когда мне было восемь лет. Группировка, на которую он собирал доказательства, застрелила его в нашем подъезде, когда он возвращался домой. И я решила продолжать его дело...

— Сочувствую... Простите, что невольно вызвал у Вас печальные воспоминания, — произнёс парень.

И, чтобы перевести разговор на другую тему, спросил:

— Что слышно в большом мире? Больше никто не пытался заряжать телефоны в ванне?

— Нет, новых происшествий не было. Но меня, конечно, возмутило, что гибель этого Черникова списали на несчастный случай. Ведь все косвенные улики указывают на то, что этому начальнику охраны торгового центра явно кто-то помог уйти на тот свет. Если бы это было моё расследование, то я бы обязательно докопалась до истины!

— Не сомневаюсь, — с улыбкой ответил Павел, — а хотите, я помогу Вашему страдающему от разлуки с работой мозгу? Вот, посмотрите вон туда и ответьте: что Вы видите?

Наталья повернула голову и, прищурившись, взглянула в направлении, указанном Павлом:

— Ничего особенного. Пенсионеры снова катаются на лодке. Кажется, хотят вылезти на берег и ищут место, где можно пришвартоваться.

— Вы уверены, что они делают именно это?

Наталья пригляделась.

— Постойте, — пробормотала она, — а что за странной палкой они раздвигают у берега заросли камышей?

— Видимо, не палкой, а тем аппаратом, который они носят с собой в холщовой сумке, — поправил её Павел, — металлоискатель.

Девушка вздрогнула и повернулась к парню, широко раскрыв глаза:

— И зачем они это делают?

— Ищут что-то, полагаю. Я давно уже заметил, что они плавают, в основном, вдоль берега и постоянно водят металлоискателем над водой. Значит, что-то ищут.

— А Вы наблюдательны, — констатировала Наталья, — но что они могут тут искать?

— Наверно, что-то настолько ценное, что готовы в своём возрасте часами грести против течения.

Наталья снова взглянула в сторону лодки пенсионеров:

— Вы думаете, это как-то связано с трагедией в заброшенном доме?

Павел искренне рассмеялся:

— Конечно же, нет. Да и как это может быть связано?

— Ну, они вполне могут являться родителями того самого погибшего паренька. Если тогда ему было семнадцать-восемнадцать лет, то его родителям сейчас должно быть как раз около пятидесяти пяти. И, может быть, перед смертью паренёк выкинул в реку какую-то важную вещь.

— Например, слиток золота, — пошутил Павел, — нет, с заброшенным коттеджем наши пенсионеры точно никак не связаны. Да и на вид им — уже далеко не пятьдесят пять, а, скорее, под семьдесят.

— Почему Вы так уверенно говорите об этом? — с недоверием спросила его Наталья, — может быть, Вы обладаете какими-нибудь способностями, о которых мы ещё не знаем? Может быть, Вы — ясновидящий?

— Увы, не ясновидящий, но одно я предвижу точно, — ответил Павел, поглядывая на небо, которое начинало хмуриться на горизонте, — сегодня вечером будет гроза и сильный дождь, и жара, наконец-то, спадёт.

Глава 6

И действительно, после обеда погода начала портиться: ветер усилился, и всё небо затянуло тучами. Большинство обитателей лагеря попрятались в своих домиках. Около пяти часов вечера из быстро перемещавшихся по небу низких облаков на землю упали первые капли дождя, и практически одновременно послышались приближающиеся громовые раскаты. Почти полчаса чёрно-синее небо по несколько раз в минуту озаряли ярко-голубые вспышки гигантских молний, а затем гроза ушла на юго-восток, ветер стих, и на несколько часов зарядил нудный ливень.

К восьми часам вечера дождь практически прекратился, и Павел выглянул из своего домика, чтобы посмотреть, что происходит в их лагере. К своему удивлению, он увидел, что Никита и Оксана из домика неподалёку стоят на крыльце и машут ему руками, словно зовут в гости.

Парень накинул на плечи ветровку и подошёл к ним. Оказалось, ещё в самом начале грозы к ним на остров с теплохода высадилась местная учительница истории, которая попросила укрытия от непогоды. Хозяин базы Макс позволил ей переждать грозу и дождь в одном из пустующих домиков, а теперь она собиралась уезжать, но её увидели сталкеры и решили пригласить к себе на чай. Пожилую учительницу звали Софья Андреевна. Она увлекалась историей Самарской области и знала все местные легенды, а её тётя была одной из основательниц дома-музея Репина.

Через пять минут в домике Никиты и Оксаны собралась вся их компания. Пока женщина наслаждалась чашкой горячего зелёного чая, молодые люди поспешили задать ей несколько вопросов.

— Вы слышали что-нибудь о трагедии, которая произошла в этих местах пятнадцать лет назад? — поинтересовалась Наталья, — говорят, тут погиб один молодой парень. Их семья обитала в коттедже, который стоит на берегу...

Учительница явно не ожидала подобного вопроса. На её лице отразилось искреннее удивление.

— Да, я что-то смутно припоминаю, — ответила она, морща лоб, — действительно, вроде какой-то местный парнишка сгорел заживо во время пожара. А почему Вы интересуетесь?

Услышав, что парень погиб в огне, собравшиеся в домике тревожно переглянулись. На глазах Анны выступили слёзы, а Оксана тихо воскликнула: «Боже, какой ужас!».

— Мы слышали от жителей посёлка, что в этом доме последнее время появляется призрак того погибшего парня, — пояснила Наталья, которая тоже была потрясена словами учительницы, — это и привлекло наше внимание к заброшенному дому.

— Увлекаетесь мистикой? — улыбнулась Софья Андреевна, — мне раньше уже тоже рассказывали, что кто-то видел свет в окнах заброшенного коттеджа, но я не верю, что это — призрак. Я склонна думать, что причины более материальны.

— Вы не верите в существование призраков? — спросила её Оксана.

— Ничего нельзя исключать, — ответила женщина, — и да, согласно общепринятым представлениям и легендам, призраки часто посещают те места, где они жили, будучи живыми людьми, но в данном случае это вряд ли возможно. Ведь, насколько мне известно, тогда, пятнадцать лет назад, тут погиб не тот подросток, который жил в доме, а его приятель, который пришёл к ним на праздник.

— Вот это да! — присвистнул Никита, — а мы и не в курсе были!

— Вы уверены в этом? — переспросила Наталья, — а куда тогда подевались хозяева дома? Почему они уехали?

— Я слышала, что их сын не смог пережить ту трагедию, потому что был сильно привязан к своему погибшему другу, считал его чуть ли не братом... Поэтому после того пожара сын семейства скрылся в неизвестном направлении, и никто его больше не видел. А его родители, владевшие домом, переехали куда-то на юг — кажется, в Астрахань.
— Может быть, Вы вспомните какие-нибудь имена? — попросила Оксана, — ведь в подобных историях всегда есть имена...

— Кажется, сгоревшего звали Алексей, но я не уверена... Мальчиков звали Лёшка и Павлик, но я не помню, кто из них сгорел...

— А что там был за пожар? Это случилось в доме? — задала очередной вопрос Наталья.

Женщина снова напрягла память.

— Нет, вроде бы, не в доме, а во дворе. У них была какая-то вечеринка, на которой жарили шашлыки и запускали фейерверки... По-моему, это был несчастный случай.

— Вы можете что-нибудь рассказать о хозяевах этого дома? — попросил Всеволод.

— Я знаю совсем немного. Мне рассказывали, что это была довольно обеспеченная семья, их коттедж самый крупный в Старой Пристани. У них даже было четверо работников из числа местных жителей: горничная, повариха, садовник и охранник. А глава их семьи был военным инженером, он конструировал новые двигатели для самолётов.

— А что стало с семьёй сгоревшего мальчика? — спросил Никита.

— Насколько мне известно, у него была только мать. И она не вынесла гибели своего сына, и через несколько дней утопилась.

— Какой ужас! — воскликнула Анна, — бедная женщина! А отец?

— Там был отчим... Ходили слухи, что он был настоящим извергом: издевался над пареньком и был очень груб с матерью. У него был продуктовый отдел в магазине, а после смерти жены он уехал делать бизнес в Заволжский... Боюсь, что больше мне нечего вам рассказать, — добавила женщина, — ведь это было пятнадцать лет назад, а я тогда ещё не преподавала в поселковой школе. Я переехала сюда из Жигулёвска спустя год после той трагедии и помню только то, что мне рассказывали соседи и коллеги по работе.

— Всё равно мы Вам очень признательны, — сказала Наталья, — благодаря Вам мы теперь хоть что-то конкретное знаем об этой трагедии.

— Похоже, что версия с призраком окончательно отпадает, — заметил Павел.

— Если вас так беспокоит эта история, то на вашем месте я бы давно попыталась проникнуть в этот заброшенный дом и узнать, откуда там появляется свет в окнах, — заметила Софья Андреевна, допивая свой чай.

— Так мы уже побывали в том доме, — ответила Анна, — там всё заброшено, но в одной из верхних комнат на полке камина в деревянной рамке стоит фотография какого-то паренька, за которой, по-видимому, кто-то регулярно ухаживает.

— Вот оно как! — удивилась учительница. По её лицу было видно, что она впервые с начала разговора серьёзно восприняла его. Она даже слегка наклонила голову и на мгновение словно о чём-то задумалась.

— Вы не знаете, кто мог бы этим заниматься? — спросила её Оксана.

— Ума не приложу, — вздохнула учительница, — но это точно не могут быть местные. У погибшего подростка в Старой Пристани не осталось родственников. Если только у его бывшего отчима вдруг не проснулась совесть и он не решил таким способом заслужить прощение. Но парнишка был похоронен на местном кладбище, логичнее было бы навещать его там. Кстати, вы ещё не были на нашем кладбище? Можете сходить туда как-нибудь и поискать могилу погибшего, заодно и имя уточните.

— Что ж, возможно, мы так и сделаем, — ответила Наталья, — ещё раз спасибо Вам за подробности.

— Спасибо вам всем, что приютили меня у себя на время грозы, — поблагодарила их женщина, — не хотелось бежать через поля под таким сильным ливнем. С вами очень приятно общаться, но, к сожалению, мне уже пора.

— Пойдёмте, я переправлю Вас на тот берег, — сказал Всеволод, — дождь как раз полностью завершился.

— И обязательно приходите к нам ещё в гости, мы всегда рады Вас тут видеть, — добавила Наталья.

Женщина попрощалась со всеми, взяла свою сумку и в сопровождении Всеволода вышла из домика и направилась в сторону причала.

Глава 7

На следующее утро из-за дождя и долгой жары весь остров оказался окутанным плотной пеленой тумана. Павел вышел из своего домика и прогулялся к центру лагеря, надеясь встретить кого-нибудь и пообщаться, но вокруг было пусто. Небо за ночь полностью очистилось от облаков, а трава была ещё влажная от росы. Зевая и потягиваясь, парень присел на одной из деревянных скамеек возле места для костра и, закрыв глаза, прислушался к доносившимся с противоположного берега реки звукам просыпающегося леса. Его уши улавливали нежное щебетание птиц, сливавшееся с монотонным дыханием ветра и шелестом листвы. Неожиданно сзади до него донёсся какой-то посторонний звук — и парень мгновенно обернулся: недалеко от него стояла смущённая Наталья.

— Доброе утро! Извините, если напугала, просто хотела проверить Вашу реакцию.

— Доброе утро! И каков Ваш вывод?

— Просто потрясающая реакция! — ответила девушка, — кстати, чем Вы занимались вчера вечером? Я стучалась в домик, но Вы мне не открыли.

Павел изумлённо посмотрел на Наталью:

— Вы приходили ко мне? Не слышал... Может быть, Вы в темноте перепутали домики?

— Это исключено!

— А во сколько Вы приходили?

— В районе одиннадцати.

— А, ясно: я перед сном решил посмотреть на телефоне фильм и был в наушниках. Но не помню, во сколько это было. А что Вы хотели?

— Я хотела спросить, нет ли у Вас случайно средства от комаров или пластинок для фумигатора, а то мои закончились.

— Есть. Зайдёте?

— Спасибо, но я вчера у одной семьи уже одолжила несколько штук, сегодня постараюсь купить пару пачек в посёлке и вернуть им.

Девушка приблизилась и села на скамейку рядом с Павлом:

— Между прочим, из Вас получился бы первоклассный сыщик!

— Почему Вы так думаете?

— Я ещё вчера во время грозы запросила данные о происшествиях в этих краях за последний год, и коллеги нашли мне один любопытный случай. Весной прошлого года из большого строительного магазина в Пензе была украдена вся недельная выручка, около семнадцати миллионов рублей. Бухгалтер, в чью смену они пропали, на следующий день не вышла на работу и через месяц была задержана в Самаре, но она всё отрицала, и денег при ней не нашли. В итоге женщину признали виновной в краже, она была осуждена на восемь лет и сейчас отбывает срок в тюрьме.

— И при чём тут я?

— У меня появилась версия, что похитительница могла спрятать исчезнувшие деньги в реке возле берега. Я попросила Макса показать мне списки людей, которые отдыхали прошлым летом на его базе, и нашла среди них фамилию этой самой осуждённой женщины! Вы понимаете? Вполне возможно, что наши пенсионеры каким-то образом связаны с похитительницей, и она сообщила им, где примерно спрятала деньги.

— Вот оно что...

— Я ещё вчера хотела рассказать Вам об этом, когда пришла за таблетками, но Вы не услышали мой стук...

— Ещё раз извините, что так вышло! Как я понимаю, теперь Вы хотите узнать, не были ли Евгений Петрович и Ксения Ивановна знакомы с похитительницей?

Наталья кивнула.

— И что будет, если Ваша версия подтвердится? В наш лагерь нагрянет полиция?

— Нет, я думаю, что лучше сперва дождаться, пока они не найдут деньги, а потом уже брать их с поличным, — ответила девушка.

— Тогда нужно установить наблюдение за этой парочкой пожилых авантюристов, — посоветовал Павел, — предлагаю подключить к этому наших сталкеров. Иначе мы можем пропустить тот момент, когда они найдут деньги, и у нас не будет никаких доказательств.

Парень внимательно посмотрел на неё и, шутя, добавил:

— Насыщенный вышел у Вас отпуск! Получается, что Вы сейчас одновременно расследуете сразу три происшествия: трагедию в заброшенном коттедже, смерть того мужчины в ванне во время зарядки телефона и похищение выручки из магазина...

— Я бы не сказала, что я их расследую, — вздохнула Наталья, — просто мой мозг получил исходные данные для логического анализа, и поскольку он заточен под криминальные расследования, то он сам эти данные сопоставляет и анализирует. Увы, даже в таком тихом и спокойном месте, как это, криминал окружил меня со всех сторон.

Она снова поднялась со скамейки:

— Пойду дальше общаться со своими коллегами. А потом мне нужно будет сходить в посёлок за таблетками от комаров...

— Давайте после обеда снова соберёмся компанией на пляже, и Вы расскажете всем нам последние новости?

— Хорошо. Тогда предупредите всех, чтобы они были свободны, — ответила она.

После двух часов дня Павел уже сидел, как обычно, в беседке вместе с Никитой, Оксаной и Анной. Последним к ним присоединился охранник Всеволод, но Наталья почему-то запаздывала. Наконец, она появилась, и ещё издали по её лицу было видно, что случилось что-то из ряда вон выходящее. Вся взбудораженная с растрёпанными волосами она буквально подбежала к ожидавшим её на пляже товарищам и выпалила:

— Ещё одна смерть в посёлке! Этой ночью повесился директор школы!

Молодые люди переглянулись.

— Почему Вас это так разволновало? — спросил Никита.

— Да потому, что я чувствую, что всё это неспроста, — ответила Наталья, садясь рядом с остальными, — так не бывает!

— Чего не бывает? Что люди вешаются? — не понял Всеволод.

— Вы думаете, что смерть директора школы как-то связана с похищением семнадцати миллионов рублей? — уточнил Павел.

— Семнадцать милли... О-о-о! — выдавил Никита, — мы что-то пропустили?

— Я сама уже не знаю, что тут с чем связано, — хмуро произнесла Наталья.

Пока она думала, Павел в общих чертах рассказал сталкерам и охраннику историю о похищенных деньгах и версию Натальи о том, что проживающие в их лагере пенсионеры занимаются их поиском.

— Кстати, перед обедом я получила новую информацию от моих коллег. Им удалось установить, что похитительница магазинной выручки приходится дочерью Ксении Ивановны. Видимо, она как-то сообщила своей матери о том, где спрятала похищенное.

— Думаю, что с этим делом всё понятно, — подытожил Всеволод, — установим за пенсионерами круглосуточное наблюдение, и, если они достанут что-либо из реки, сразу накроем их. Предлагаю использовать ультразвуковой радар Павла.

Тот не возражал.

— Наблюдать будем с вышки? — уточнила Оксана.

— Нет, с пляжей. Если днём кто-то будет торчать на вышке, это привлечёт внимание.

— Верно.

— Перейдём теперь к директору школы. Объясните, что с ним случилось.

— Рано утром его нашли повесившимся в своей квартире. И я снова не уверена, что ему не помогли, — сказала Наталья.

— Расскажите по порядку, что Вы узнали в посёлке, и мы попробуем вместе разобраться, — предложил Никита.

— Вот что мне известно. Фамилия директора была Курьянов. Недавно ему исполнилось пятьдесят лет. Он с самого рождения жил в посёлке, и его тут все знали. Особым уважением он никогда не пользовался: постоянно выпивал, часто дебоширил по пьяни, и лет пять назад от него ушла жена. Соседи сказали, что вчера поздно вечером у него в квартире был гость: они слышали за стенкой какой-то разговор на повышенных тонах. А около девяти часов утра почтальон принёс ему заказное письмо и заметил, что дверь его квартиры не заперта. Он сначала позвонил в звонок, а потом зашёл внутрь и увидел, что директор школы висит на кухне, на трубе отопления, в петле из бельевой верёвки.

— Жуть какая-то, — сказала Анна, — и часто тут подобными нелепыми способами умирают люди?

— Да нет, этим летом только какая-то странная волна смертей пошла, — ответил Всеволод.

— И что Вы теперь планируете делать? — поинтересовался Павел у Натальи.

— Похоже, мне придётся завтра посетить квартиру директора школы и помочь следователю из Заволжского в составлении картины преступления, — ответила девушка.

— Не сомневаюсь, что с Вашей помощью он быстро распутает это дело, — сказал ей Павел.

Наталья неуверенно покачала головой, но ничего не ответила.

Глава 8

Договорившись дежурить на пляжах, чтобы следить за пенсионерами, Наталья, Павел, Анна, Никита, Оксана и Всеволод поделили между собой дни и часы. Поскольку Евгений Петрович и Ксения Ивановна обычно катались на лодке два часа утром и два часа во второй половине дня, было решено проводить наблюдение тоже в две смены: утреннюю и вечернюю. Причём, каждую из смен они поделили на две половины, чтобы каждый находился на пляже не более одного часа в день. Впрочем, они и так проводили на пляже большую часть свободного времени, а Никита и Оксана обычно брали себе на двоих сразу два часа. Таким образом, пенсионеры теперь практически всё время находились под их контролем, и у них не было ни малейшего шанса достать что-либо из реки незаметно.

В среду в полдень Павел пришёл на пляж сменить Анну, которая дежурила с утра. Девушка лежала под зонтом и что-то рисовала в альбоме, время от времени поглядывая на видневшуюся вдали лодку Ксении Ивановны и Евгения Петровича. Павел нагнулся, чтобы посмотреть рисунок, и увидел на нём изображение теплохода, рассекающего водную гладь.

— Как успехи?

— Сегодня пенсионеры заплыли дальше, чем обычно, — сообщила девушка, — если верить показаниям радара, сейчас до них больше километра.

— Судя по рисункам, Вам нравится на этой базе, — заметил Павел.

— Очень! Жаль, что через несколько дней мой отпуск закончится. Мне кажется, что природа между Ульяновском и Саратовом обладает какой-то особой красотой и хрупкостью, и в то же время всё вокруг наполнено могучей живой силой. Горы, покрытые лесом, гордо устремлённые в небо стволы деревьев, залитые солнечным светом опушки, нескончаемый травяной покров... Мне так хочется отразить всё это в своих рисунках, чтобы любой, глядя на них, мог почувствовать эту силу, ощутить на своей коже дуновение ветра, вдохнуть все эти запахи, услышать пение птиц...

— Вы романтик, — улыбаясь, заметил Павел, — покажете мне другие рисунки?

Анна протянула ему свой альбом. Павел перелистнул несколько страниц и неожиданно увидел изображения заброшенного дома в нескольких ракурсах и портрет того парня, чьё фото было в доме.

— Всё-таки нарисовали? Очень достоверно!

— Это несложно, если под рукой есть фотография, — улыбнулась художница.

— Может быть, Вы продадите мне несколько Ваших работ на память о моём отдыхе?

— В принципе, могу. А какие Вас интересуют?

— Я взял бы пару изображений из заброшенного дома... Вы ведь всё равно сможете ещё себе нарисовать! А что ещё у Вас есть?

— Большинство рисунков в этом альбоме — это местные пейзажи. Лично мне нравится изображение перекидного моста через проток, который неподалёку от кладбища.

Девушка протянула руку и раскрыла альбом на нужной странице. Павел взглянул на листок:

— И правда, очень симпатично! Вы были на кладбище? Наверное, искали могилу того погибшего парнишки?

— Нет, на само кладбище я не заходила. Я не знала, что там есть кладбище, просто гуляла, и тропа привела меня к мосту. Он мне понравился, и я его нарисовала прямо с натуры. А кладбище, оно на той стороне, дальше. Я туда не пошла.

— А откуда Вы тогда знаете, что там дальше кладбище?

— Когда я рисовала, с той стороны к мосту подошёл какой-то мужчина, и мы немного пообщались. Он и сказал мне, что за мостом начинается местное кладбище, а он — его сторож, и зовут его Виктор.

— Понятно. Тогда я возьму и мост тоже, помимо рисунков из заброшенного дома. И, пожалуй, ещё вот эти два, где нарисованы домики нашей базы и наши посиделки вокруг костра. Я дам Вам за каждую Вашу работу по две тысячи рублей.

— Ого! Вы щедрый покупатель, — изумилась Анна.

— Просто мне редко удаётся выбраться из моего офиса в такие богатые на приключения поездки, — пояснил Павел, — и мне хочется сохранить об этом месте как можно больше воспоминаний. Вот для Никиты и Оксаны подобные приключения, наверняка, обыденное дело!

Анна вынула из альбома заинтересовавшие Павла рисунки и положила их ему в отдельную папку, а он протянул ей деньги, которые достал из кошелька. В этот момент на дорожке показалась Наталья. Судя по довольному выражению её лица, её расследование продвигалось успешно.

— Я как раз искала вас, чтобы поделиться последней информацией, — сказала она, подходя к Павлу и Анне и поглядывая на рисунки, которые они держали в руках, — вчера я зашла в местный отдел полиции и попросила показать мне уголовное дело, связанное с той трагедией в заброшенном доме. И там я раскопала несколько интересных моментов!

— Мы Вас внимательно слушаем.

— Во-первых, в уголовном деле написано, что смерть парня по имени Алексей Шатилин произошла по неосторожности: во время запуска фейерверков он опрокинул канистру с бензином, стоявшую под навесом, пролил часть на себя и загорелся. Находившиеся рядом с ним люди пытались ему помочь, но он быстро загорелся как факел, бегая и крича. В результате он получил ожоги, несовместимые с жизнью, и умер в тот же вечер. Вся его нижняя половина тела обгорела до углей.

— Какой кошмар, — выдавила из себя Анна, схватившись руками за голову.

— Что ещё? — сухо спросил Павел.

— Во-вторых, я выяснила, что тот самый Черников, который на прошлой неделе погиб в ванне, пятнадцать лет назад был охранником этого заброшенного дома. В уголовном деле как раз были его показания о том, как подросток опрокинул на себя канистру и через несколько секунд загорелся от искры одного из фейерверков. То есть, рассказ Софьи Андреевны практически подтверждается.

— Интересное совпадение, что он был охранником, — холодно заметил Павел.

— Я тоже это заметила, — согласилась Наталья, — и третий факт: директор школы Курьянов пятнадцать лет назад был учителем обществознания в этой школе, и Алексей был его учеником. Его показания тоже есть в деле: он проходил недалеко от коттеджа, когда услышал громкие крики, и поспешил на помощь. Когда он вбежал через калитку во двор, парнишку уже потушили, но от полученных ожогов он уже потерял сознание.

— Интересно, зачем ему понадобилось под вечер проходить на окраине посёлка, — протянул Павел, — и теперь как истинный криминалист Вы должны прийти к неизбежному выводу, что их смерти связаны...

— Всё может быть. К тому же в деле отдельно отмечено, что они были хорошими приятелями.

— Да мне кажется, в таком маленьком городке все друг друга в лицо знают, — пробормотала Анна, — нет ничего странного в том, что погибают двое людей, которые знали друг друга.

— Я согласна с этим, но, согласитесь, что вероятность того, что есть что-то, что объединяет все эти трагедии, выше обычного. К тому же, и Черников, и Курьянов умерли после того, как их посетил неизвестный гость.

— Если вы не возражаете, я оставлю вас, — сказала художница, — время моего дежурства закончилось, а я ещё хотела сегодня перед обедом съездить в Заволжский. Говорят, в тамошнем торговом центре есть хороший сувенирный отдел.

— Конечно, — отозвался Павел, — ближайший теплоход до Заволжского как раз будет тут через двадцать минут.

Анна собрала свои рисунки и ушла, а Наталья, наоборот, разделась и присоединилась к компании Павла, лежавшего на надувном матрасе. По её лицу было видно, что в она занята серьёзным анализом данных. Стараясь её не отвлекать, Павел направил своё внимание на лодку с пенсионерами и вдруг краем глаза уловил движение справа от себя. Он повернул голову и увидел ещё одну лодку, которая только что показалась из-за кустов. В ней сидели Марина Викторовна со своей дочерью и двое парней-сослуживцев. Судя по их жестам, они что-то весело обсуждали: видимо, Марина Викторовна подбивала к Дмитрию и Сергею очередные клинья.

— На что Вы смотрите? — поинтересовалась Наталья, заметив напряжённый взгляд Павла, — лодка наших дорогих пенсионеров — в другой стороне!

— Знаю. Просто я смотрю на другую лодку, которая сейчас плывёт за Вашей спиной.

Наталья обернулась и окинула взглядом её пассажиров:

— И что в ней такого интересного? Может быть, Вам нравится та девушка?

— Нет, я наблюдаю, как ловко эти две мошенницы обрабатывают очередных потенциальных жертв.

Глаза Натальи округлились:

— О чём Вы говорите?

— Марина Викторовна и её дочь Галина промышляют фиктивными браками. Дочь выходит замуж, но спустя два-три месяца разводится и забирает себе половину имущества мужа. Так они облапошивают мужчин и живут на отобранные у них деньги. Судя по всему, их сбережения почти на исходе и Галине срочно нужен очередной обеспеченный жених.

Наталья ещё раз оглянулась и недоумённо оглядела двух женщин и их собеседников.

— Серьёзно?

— А разве Вам не знакома такая мошенническая схема?

— Разумеется, знакома, но я просто поверить не могу... Дурдом какой-то! Не база отдыха, а какая-то преступная зона! Криминальная Пристань!

Наталья схватилась руками за голову и потрясла ею, словно желала проснуться от тяжёлого сна. В этот момент Павел взглянул в сторону лодки пенсионеров и заметил, что в ней происходит что-то интересное. Он поднёс к глазам бинокль: Евгений Петрович стоял возле лодки по пояс в воде и тянул из реки какую-то верёвку.

— Кажется, мы с Вами дождались, — Павел передал Наталье бинокль, — смотрите скорее! Только осторожно, не вставайте, чтобы они не заметили, что за ними наблюдают!

Наталья буквально выхватила бинокль из рук Павла и прильнула к окулярам. Пенсионер вынул из реки привязанный к верёвке мешок размером с туристический рюкзак и закинул его в лодку. Чувствовалось, что мешок был тяжёлый, потому что Евгению Петровичу еле хватило сил на то, чтобы поднять его над водой, а потом пришлось потратить почти минуту на то, чтобы отдышаться перед тем, как самому залезть в лодку.

— Я уверена, что в мешке похищенные деньги.

— На этот раз я с Вами полностью согласен. Рекомендую Вам опустить бинокль и прилечь на спину.

— Думаю, мне пора вызвать группу захвата, — сказала девушка, ложась на матрас и доставая свой смартфон, — лишь бы эти старики-разбойники сейчас не уплыли со своим сокровищем прямо в лодке.

— Нет, зачем им привлекать к себе ненужное внимание. Скорее всего, они сейчас вернутся в свой домик, отдохнут там пару часов, пересчитают сумму и подготовятся к отступлению. А завтра сядут на рейсовый теплоход и отвезут все деньги с собой... Вот я как раз вижу, что они, вроде, возвращаются.

Павел оказался прав. Минут через десять лодка пенсионеров причалила у острова, и Евгений Петрович и его супруга удалились в своё жилище. Но уже через полчаса к острову подошли два полицейских катера, из которых на территорию базы высадились восемь человек в форме. Они быстро окружили дом пенсионеров и вошли внутрь — как раз тогда, когда хозяева пересчитывали найденные деньги.

— Ну, что? Приплыли, кладоискатели, — цинично ухмыльнулся старший, — статья сто шестьдесят, присвоение в особо крупном. На нары захотели, к дочке поближе?

Ксения Ивановна, которая оказалась ближе к столу с разложенными деньгами, резко обернулась. Её лицо, иссечённое морщинами, дрожало от обиды и злости:  — Сынки... Да посмотрите вы на нас! Нам — восьмой десяток обоим! Мы всю жизнь на заводе отпахали, страну строили! А сейчас у нас пенсия — горькие слёзы! Меньше, чем зарплата у дворника! Вы пробовали на неё прожить, когда за коммуналку и лекарства в аптеке половину отдаёшь, а на остаток суповые наборы покупаешь?! Мы этот мешок искали, чтоб хоть на старости лет не впроголодь доживать! Из-за этих проклятых бумажек нашу дочку посадили, жизнь ей сломали, а они тут в грязи лежали!

Старик задёргался, хрипя и глядя в глаза оперативнику:  — У вашего начальника рожа в телевизор не влезает, он отчисления миллионные получает со всего. И ничего, на свободе ходит! А нас за гнилой утонувший мешок с деньгами вяжете?! Да подавитесь вы этой жадностью своей! Всё равно на том свете у нас карманов не будет... Да и у вас — тоже!

Старик обессилено уткнулся лбом в стену. Оперативник промолчал, брезгливо отвернувшись, но команду уводить задержанных не отменил.

После того как пенсионеров увезли, Наталья поблагодарила всех своих помощников за содействие, а затем подошла к Павлу:

— Я уже не смогу попрощаться с Вами через три дня, когда Вы будете уезжать, потому что завтра я уже буду в Пензе, готовить материалы дела о пропавших деньгах из магазина. Ещё раз спасибо Вам за всё! Но я уверена, что у Вас тоже есть какая-то тайна. Например, по Вашему произношению я ясно слышу, что Вы — родом не из Подмосковья...

Она поцеловала его в щёку и ушла в свой домик собирать вещи.

Глава 9

В субботу около полуночи первые звёзды едва только начали зажигаться в небе над Заволжским, но посёлок городского типа уже почти весь спал, погасив свет в окнах своих домов. Олег Витальевич Гнус, директор торгового центра, садился в свой огромный чёрный внедорожник. Он немного выпил со своими сослуживцами по случаю празднования Дня России и потому так и не посмотрел квартальный отчёт, не в состоянии сосредоточиться на цифрах. Впрочем, он не сомневался, что его бухгалтерия состряпала отчёт безукоризненно правильно, просто ему было интересно, сколько же денег в итоге он смог скрыть от налоговой благодаря серым схемам. За второй квартал он рассчитывал получить около восьми миллионов с неуплаты налогов, но в итоге получалось почти одиннадцать.

До своего дома директор вполне мог бы добраться пешком минут за десять, однако он предпочитал всюду ездить на машине. В шикарной трёхкомнатной квартире Олега Витальевича никто не ждал — он много лет уже жил один, о своей семье никому никогда не рассказывал, и лишь изредка у него оставалась на ночлег какая-нибудь молоденькая девушка лёгкого поведения. Но жил директор на широкую ногу: помимо квартиры в Заволжском, у него была ещё одна двухкомнатная в дорогостоящем жилом комплексе Самары, плюс он дважды в год уезжал за границу отдыхать на элитные курорты, а о суммах на его банковских счетах вообще ходили легенды.

Посмотрев на часы, Олег Витальевич положил папку с документами на пассажирское сиденье, отхлебнул водки из лежавшей там же бутылки и собрался уже вставлять ключ в замок, как неожиданно заметил в зеркале над лобовым стеклом какое-то движение. Он пригляделся. И вдруг кто-то положил руку прямо ему на плечо.

— Сильно только не газуй, а то меня укачивает, — сказал кто-то.

Директор испуганно замер, но всё-таки разглядел в зеркале молодого парня, одетого в облегающее трико и чёрный спортивный костюм. Голова парня была скрыта капюшоном, а почти всё лицо скрывала тканевая балаклава, из-под которой на Олега Витальевича смотрели, не мигая, блестящие серые глаза. Взгляд незнакомца был пронзительным и выражал обречённость.

Несколько мгновений оба молчали. Потом на лице директора появилась кривая ухмылка.

— Я тебя сразу узнал тогда, сучонок. Не думай, что я не понял, зачем ты решил вернуться в наши края! Так, значит, смерть начальника моей охраны и директора школы — твоих рук дело?

Незнакомец даже не шелохнулся и продолжал смотреть прямо на Олега Витальевича.

— Что ж, им просто не повезло, но меня тебе так просто не взять. Не знаю, что ты задумал, но лучше убирайся из моей машины...

Директор торгового центра открыл бардачок и достал оттуда пистолет, но парень молниеносно поднял руку и приложил к его шее какой-то немаленький прибор. Олег Витальевич ощутил укол и через мгновение услышал электрический гул и почувствовал, что его тело цепенеет, а в глазах разливается разноцветный фонтан. Он выронил пистолет на пол, а затем и сам свалился на пассажирское сиденье, как мешок с картошкой.

— Ты убил меня! Тварь... — прохрипел он из последних сил заплетающимся языком.

— Не неси чушь, — сухо ответил незнакомец, — от электрошокера не умирают. Теперь твоя координация будет заторможена. А умрёшь ты не от этого, а так же, как убил моего лучшего друга и своего пасынка!

Парень спокойно вылез из машины, открыл переднюю дверь, забрал с пола пистолет, взял с кресла начатую бутылку водки и облил ею сначала директора, а потом весь салон машины. После этого Олег Витальевич с ужасом увидел, как в руке парня появилась зажигалка, и не то застонал, не то зарычал.

Незнакомец пристально посмотрел на мужчину и покачал головой:

— Я знаю, что ты хочешь сказать мне. Думаешь, не знаю? Ты хочешь сказать, что готов дать мне денег, если я сохраню тебе жизнь. Такие, как ты, почему-то думаете, что всё в мире покупается и продаётся. Но меня тебе не удастся купить. Ты должен расплатиться за то, что совершил пятнадцать лет назад, и деньгами такие вещи не смываются... Кстати, спасибо тебе за то, что помог мне с такой школой жизни. Это и помогло мне вернуться сюда и отомстить всем вам. Такие выродки никогда не раскаиваются в содеянном, поэтому единственный выход — истреблять вас...

Парень в маске щёлкнул зажигалкой и, убедившись, что пламя нормально разгорается, бросил зажигалку на пол под сиденьем, а затем развернулся и медленно стал удаляться с парковки, так же незаметно, как и появился.

Глава 10

На следующий день после обеда Павел попрощался с обитателями базы отдыха и сел на рейсовый теплоход, направлявшийся в Самару. Две недели отдыха закончились, пришла пора возвращаться на работу. Когда теплоход отошёл от причала, парень бросил последний взгляд на заброшенный дом, стоявший на берегу реки, и перед его глазами всплыли картины многолетней давности.

Это были самые счастливые годы его жизни, когда в шестом классе они с семьёй переехали сюда из Астрахани, и он подружился с местным Лёшкой Шатилиным. Они вместе гуляли, ловили рыбу, построили шалаш на том самом острове, где сейчас стояла база отдыха, и катались на деревянной лодке. Их дружба стала настолько крепкой, что выдерживала все жизненные испытания. Они часто отдыхали в своём шалаше и мечтали, что вырастут, устроятся в жизни и всё время будут держаться рядом, "спина к спине". Их дружбу первым заметил их садовник Виктор — весёлый мужчина средних лет.

К несчастью, отец Лёшки умер, и мать снова вышла замуж. Отчим Олег Витальевич был недобрым человеком: он часто бил маму Лёшки и издевался над пареньком. Но мужчина не бедствовал: у него имелась секция на местном рынке и несколько торговых ларьков в Заволжском. Из-за денег мать продолжала терпеть его, лишь бы только сын не голодал и у него было хоть что-то из вещей.

Тем временем, ребята заканчивали одиннадцатый класс. Конечно, они продолжали общаться и обдумывали план, как им обоим уехать в Самару или даже Москву и поступить там учиться. Но их планам не суждено было сбыться. Как-то вечером Олег Витальевич сказал своей жене и пасынку, что он собирается расширять свой бизнес, а для этого нужно продать квартиру жены и переехать жить в Заволжский, в более скромное жильё. Мать верила каждому слову отчима, заворожённо слушая сказки о временных трудностях и большом прорыве в бизнесе. Но Лёшка был совсем не рад такой перспективе. Незадолго до этого он случайно увидел на его ноутбуке открытые файлы: схемы фиктивного банкротства, серые счета для уклонения от налогов и планы по рейдерскому захвату поселковой мебельной фабрики. Он понял, что отчим просто хотел продать квартиру матери, вывести деньги на серые счета и бросить их. Медлить было нельзя. Дождавшись, пока Олег Витальевич уедет по делам, парень вскрыл ящик стола, скопировал всю финансовую базу с ноутбука на флешку и забрал папку с оригиналами поддельных бумаг. Руки тряслись: если отчим поймёт, кто это сделал, живым он его не оставит. Единственным безопасным местом был дом его лучшего друга — человека, которому он доверял как себе.

Они сидели в полутёмной комнате. На столе между ними лежала злополучная папка. Паша внимательно вчитывался в распечатки, и его лицо становилось всё мрачнее:

— Ты хоть понимаешь, во что влез? Это — не просто мелкое мошенничество. Тут — миллиардные подряды, за ними серьёзные люди стоят. Твой отчим — смертник, если это всплывёт, но и тебя он закопает первым.

— Он держит паспорт мамы и документы на квартиру, — глухо ответил Лёшка, обхватив голову руками, — он заставит её подписать отказ, лишь вопрос времени. Мы останемся на улице, понимаешь? Мне не к кому больше идти.

Пашка молча встал, подошёл к окну, вглядываясь в сумеречное небо, а затем резко повернулся. Его голос звучал твёрдо:

— Спрячем у меня. Тут как раз есть тайник, туда никто не сунется. Будем думать, что делать со всем этим. К местным ментам идти нельзя, они твоему отчиму первому же нас и сдадут. Хватит горевать, слышишь? Мы выберемся из этого дерьма. Вместе. Я тебя не брошу.

Лёшка поднял взгляд, чувствуя, как бешено колотящееся сердце впервые за день начинает успокаиваться. В этой комнате, рядом с надёжным плечом друга, он поверил, что выход действительно есть.

Они не знали, что отчим обнаружил пропажу документов почти сразу. Понять, кто это сделал, и выследить своего пасынка, который на следующий день отправился домой к своему другу, было несложно.

Добравшись до пашкиного коттеджа, Лёшка увидел, что несколько мужиков в их дворе жарили шашлыки и выпивали по случаю Дня России. Это были охранник коттеджа Черников и учитель Курьянов. Никого больше в тот вечер не было дома: родители Павлика уехали в Астрахань к родственникам, а у горничной и поварихи был выходной. Когда паренёк вошёл во двор через калитку и спросил, дома ли Паша, позади него тут же возникла грузная фигура Олега Витальевича, который крикнул, чтобы его схватили. Они втроём долго выпытывали, куда он дел украденное, но Лёшка ничего не говорил, и тогда отчим приказал остальным пытать его. Пьяные охранник и учитель решили поиздеваться над беззащитным парнем с той извращённой жестокостью, на которую способны только потерявшие человеческий облик подонки. Но когда Лёшка закричал от дикой боли, алкаши испугались, что парнишка в итоге сдаст их всех полиции, и решили просто избавиться от него. Охранник свалил прыгающего под навесом от боли Лёшку и держал его, а учитель притащил лежащую под навесом канистру с бензином и облил им несчастного. Чиркнула зажигалка. Звонкий хлопок — и яростное, голодное пламя взвилось до самого неба, отражаясь в окнах коттеджа. Подбежавший садовник Виктор пытался помочь пареньку, потушить огонь, но пьяные мужики ударили его по голове, и он отрубился.

Пашка тогда услышал шум во дворе, и, выглянув в окно, увидел страшную картину расправы. Он помчался вниз, но было уже поздно. Под навесом пылала большая лужа бензина, а Лёшка громко завывал, в беспамятстве карабкаясь по траве из горящего пекла. Павлик хотел броситься тушить своего друга, но алкаши в два счёта подбежали к нему, схватили его и крепко держали. Каким-то чудом они не решились избавиться заодно и от него тоже. А потом Пашка долго лежал на траве, из его груди вырывался лишь удушающий крик ужаса и вины. Его лучшего друга, который был ему как брат, больше не было.

Когда Лёшка умер, все были в шоке. Вернувшиеся родители Паши не хотели, чтобы пострадала репутация военного, и согласились скрыть факт пыток и умышленного убийства. К тому же, они сами не видели момент смерти, и для них вся эта история была, по сути, пьяной случайностью. В итоге взрослые договорились сказать, что парнишка погиб по неосторожности на празднике, запуская фейерверки. Олег Витальевич приказал всем говорить, что его тут вообще не было.

Учитель сказал на допросе, что проходил мимо коттеджа по тропинке и услышал крики. Охранник показал, что паренёк случайно опрокинул канистру с бензином и загорелся из-за искры фейерверка. Садовника Виктора избили до полусмерти и пригрозили, чтобы он молчал. Официальное следствие закрыло дело с оскорбительной быстротой, с формулировкой: «Несчастный случай в результате неосторожного обращения с огнём». Страшную смерть парня списали на глупую подростковую шалость с бензином и фейерверками. Через несколько дней пашкины родители уехали жить в Астрахань. Их охранника взял к себе на работу отчим Лёшки. А его мать — единственную, кто не поверил, что её сын погиб по такой глупой случайности, — нашли утонувшей. Экспертиза мгновенно вынесла вердикт: «Самоубийство на почве непережитого горя». И никого в полиции не смутило, что у "утопленницы" руки были намертво стянуты пластиковыми стяжками, а на шее висел обмотанный цепью кусок бетонного бордюра. Понятное дело, что ей помогли утонуть по заказу Олега Витальевича. Ещё через полгода Гнус выгодно продал квартиру жены и уехал делать свои тёмные дела в Заволжский.

А сам Павлик исчез. В ту страшную ночь, воспользовавшись суматохой вокруг пожара, он сумел выкрасть спрятанную папку с компроматом, добежать до трассы и сесть в попутный автобус. Из испуганного и раздавленного подростка он превратился в тень. Первые годы на чужбине были лабиринтом из выживания и боли. Каждую ночь, закрывая глаза, он слышал тот пьяный хохот этих отморозков и видел яркое оранжевое пламя, пожирающее его единственного друга. Боль утраты и вина не давали ему спать.

Он не пошёл к журналистам и в столичные органы — поняв, как устроена система на примере посёлка, он осознал, что бумажки из папки никого не накажут. Нужна была другая сила.

Он сознательно ломал и пересобирал себя заново. Спустя пятнадцать лет в зеркале отражался совершенно другой человек. За эти годы он заработал достаточно денег и связей, чтобы подготовить идеальный финал. Он помнил каждого, кто был во дворе в ту ночь: быдло-охранника, тупого деревенского учителя и убийцу-бизнесмена.

Время пришло. Папка с пожелтевшими документами Гнуса легла на дно дорожной сумки. Он купил билет до Самары. Изменившийся до неузнаваемости, взрослый и безжалостный, он возвращался домой не для того, чтобы судиться — он возвращался, чтобы сводить счёты.

Павел несколько раз уже посещал эти места в прошлые годы, чтобы разузнать, что и как. Бывший садовник Виктор к тому времени стал сторожем на кладбище. Когда он снова увидел Павла, то упал ему в ноги и долго плакал. От него парень узнал, что отчим его покойного друга к тому времени стал хозяином торгового центра, охранник — начальником службы безопасности торгового центра, а учитель — директором школы.

Три недели назад ночью Павел ещё раз посетил свой старый дом, и охранник базы отдыха Всеволод видел, как он забрался в окно по верёвке. Затем Павел приехал на базу под видом отдыхающего. Ему не составило большого труда по ночам, незаметно от охранника, дежурившего на вышке, покидать остров и возвращаться обратно.

Павел вспомнил, как посетил сегодня рано утром могилу, на которой фото восемнадцатилетнего мальчишки почти выцвело от солнца и осадков. Он бережно положил на надгробье четыре цветка и старый потёртый брелок с ключей от тайника с компроматом — их общее воспоминание из прошлой жизни.

— Ну, вот. Огонь, с которого всё началось, очистил всё, — тихо произнёс он.

Его голос, огрубевший за пятнадцать лет скитаний, дрогнул, а по щеке скатилась слеза:

— Спи спокойно, брат. Я сделал всё, без чего все эти годы не мог спать по ночам. Надеюсь, теперь прошлое отпустит меня.

Он постоял ещё минуту, вслушиваясь в шелест мокрой травы. Внутри него — там, где все эти годы бушевал свой пожар боли и ненависти, — впервые воцарилась звенящая пустота. Ему больше не нужно было бежать. Не нужно было просыпаться по ночам от собственного крика. Призраки прошлого отступили, забрав с собой всех убийц. Он повернулся и уверенным шагом пошёл к выходу. Он уезжал из этого места навсегда — свободным человеком, который наконец-то оставил всё прошлое и был готов начать свою собственную, новую жизнь.

ISBN: 9785007119481
Дата выхода: 08.09.2026
Редактор: Игорь Богатинов
Иллюстратор: Игорь Богатинов