Оползень

На западной стороне склона дождь ещё моросил, будто ненастье не хотело уступать свои права безоблачному дню, но на востоке горизонт уже светлел. Овцы с аппетитом щипали ароматное разнотравье альпийского луга. Было свежо. Куковала кукушка. Казалось, день будет прекрасным. 
Вдруг овцы, пасшиеся на пологом склоне, вздрогнули и, блея, стали прижиматься друг к другу. А Халид замер, словно кто-то сдавил ему горло: огромная лавина, словно сорванная с места невидимой силой, поползла по ложбине вниз вместе с перепуганными овцами. 
Старик схватился за голову: «О, Аллах, что мне делать? Как мне помочь бедным овцам? Как их спасти? Сейчас эта лавина вместе с отарой сорвётся в пропасть…».
Лавина, двигавшаяся с северной стороны склона, всё ползла и ползла вниз. А старик метался из стороны в сторону, но предпринять ничего не мог: «О, Аллах, не губи моё стадо, я же с таким трудом выходил его в Караногайских степях! Не губи ягнят, которых я споил и вскормил в лютую стужу! Не перечёркивай мои труды цветущей весной! 
Неужели погибнет всё стадо? О, Аллах, за что ты наказываешь эти безвинные существа? Или ты решил наказать меня, загубив всё стадо? О, Аллах, я вроде бы никому не завидовал, ни с кем не ссорился, никому не навредил. За что же ты решил наказать меня?» 
Вдруг старику показалось, что лавина перестала двигаться. «Неужели те раскидистые ивы, что растут на краю обрыва, удержали лавину?» 
Халид не раз любовался раскидистой листвой густо разросшихся альпийских ив, не раз ругался с лесорубами, которые пытались срубить их на дрова, однако отстоял, как родных детей.
Старик, не веря чуду, опёрся на палку: «О, Аллах, помоги этим ивам выдержать тяжесть сползающей лавины, спаси моих овец!» 
Лавина, добравшись до рощи, на самом деле замедлила ход, а потом и вовсе перестала двигаться. У старика отлегло от сердца: «Ивы не дали лавине сорваться с обрыва. Благодарю тебя, Аллах, Ты спас моё стадо…», – старик с замирающим сердцем, проваливаясь по колено в грязь, стал спускаться вниз, к роще. Вдруг сомнения опять приковали его на месте: «Я-то спускаюсь, а что, если вдруг ивы не выдержат давления и тяжести лавины? В таком случае я тоже могу сорваться с обрыва…». Однако блеяние испуганных овец и ягнят, эхом отзывавшееся в скалистых теснинах, заставило его идти к отаре по разжиженной ливневыми потоками глинистой земле, оголившейся после оползня. 
Сердце у старика щемило, перед его глазами стояла картина погибающих овец. Вдруг шальная мысль озарила старика: «А что, если на уцелевшей части суши посыпать соль? Стадо всегда бежит на неё. Дай-ка посыплю её в разных местах. Может, ради соли овцы спрыгнут с оползня? Чем чёрт не шутит…».
Халид с трудом выбрался из вязкой глины на почву, посыпал соль на кочках и стал звать овец. Стадо, боясь расстояния между оползнем и сушей, долго не решалось двинуться с места. Но козы, любительницы соли, отважились на рискованный прыжок. За ними последовали и овцы, а за овцами – и ягнята. 
– О чудо, я никогда не видел, чтобы мелкий рогатый скот на такое расстояние прыгал. Молодцы, мои овцы! Мои умницы! Давайте, прыгайте смелее! Вот вам и ваше лакомство! Вы же любите соль, как самую вкусную сладость. Давайте, мои хорошие! Давайте прыгайте!
Овцы, одна за другой, перебрались на твердую почву. Старик облегчённо вздохнул: «Кажется, все спаслись! У меня чуть сердце не лопнуло, видя, как лавина уносит овец. А они, бедняжки, спаслись, благодаря ивам, преградившим путь оползню. Значит, не зря я воевал с лесорубами. Спасибо вам, ивы! Растите всюду, украшайте наши склоны!   
Эх, люди, люди, почему вы не бережёте эту чудную красоту? Лесорубов можно понять: дома должно быть тепло. Когда газ протянут в горные аулы, люди перестанут вырубать деревья. Но почему иные любители лихой езды не могут воздержаться от рюмки спиртного, хотя бы тогда, когда садятся за руль? После выпивки, если они сорвутся с горной дороги вместе с машинами, близким родственникам лихачей приходится прокладывать бульдозерами дороги там, где их не должно быть. Сколько таких дорог проложено здесь по склонам и лощинам. И этот склон, изрезанный зигзагообразными дорогами после того, как сорвались машины с горной дороги, похож на вдребезги разбитую и рассыпавшуюся тарелку. А частые ливни и ураганные ветры губят изрезанную почву. И как тут не быть оползню, если ливневые потоки, текущие по лощине, подтекают под рассечённую почву? Если бы склон не был так рассечён незапланированными дорогами, отсюда никогда не сползла бы та огромная лавина, на которой спокойно паслись овцы…
Хорошо, если лихачи, сорвавшиеся с дорог, останутся живы, если их машины уцелеют, если трезвых водителей, случайно попавших в беду, удастся вытащить, проложив дороги там, где их не было. В любом случае, по непредвиденным ли обстоятельствам, из-за непутевого трезвого водителя происходит авария или по глупости нетрезвого водителя случается беда, страдает земля! Если человек избежать непредвиденных случайностей не может, не выпить перед тем, как сесть за руль, он вполне может
А сколько же живых существ погибает из-за человеческого фактора, из-за научных просчётов? Пора бы извлечь уроки из совершённых человечеством ошибок и делать всё возможное, чтобы не случались несчастья? Делать всё, чтобы не страдали ни люди, ни природа. Хотя бы не совершать грех, чтобы потом не мучили угрызения совести».