Арийский символ

Путь в далёкую долину Военной Истории пролегал через гористую местность, тут и там виднелись кустистые плато высокогорий, с которых обозревать можно было прилежащие поселения местности, да и события военные особенно ближних лет на этих гористых оазисах словно сами норовили рассказать о себе, наполняя мысли картинами происшедшего, а то и связными кадрами словно снятого некогда фильма. Внезапно услышав резкий звук, похожий на хруст ветки, Странник, замедлил шаг. Оглядевшись и, не заметив ничего опасного, он было продолжил путь, как вдруг, на плато перед ним, словно из земли возникла неразличимая темная фигура, лишь тень ее создавала зрительные образы в лучах незабвенно алого солнца. Волк. Облик был выше  и мощнее обычного зверя, однако  что-то ещё, колдовское, отличало огромную всклокоченную фигуру, с  яростью, вот-вот алчущей  вырваться наружу. И изумление вызывал зверь своим великолепием, и ужас, всепроникающий в душу. Замерев на месте, Странник, заворожённый великолепием волка, словно не мог оторвать от него взгляд, однако замеревшая словно темный памятник фигура, повернулась, устремляя свой взор на Странника. В дикой оторопи Странник словно спасаясь от всепрожигающего насквозь лика, отвернулся. Когда же глаза его открылись, зверя не было, плато оказалось пустым.

Пребывая в своей вечности, Странник был в достаточной мере умиротворен, войны лишь внутренней борьбы его духа порой опечаливали его, то печалью чистого просветления, то бурным пылом припоминания прожитого. Однако многие, встречающиеся на его пути в вечности люди, разных времён и народностей,  ведали ему о войне многое – и об уже прожитых военных летах, и будучи обуенными тревогами о еще предстоящей войне. И уж очень многое в их рассказах настораживало его, сколь противоречивыми порой были их рассказы – одни говорили одно, другие ведали противоположное. Намерение приблизиться к единственности истины и предопределило путь его в долину Военной Истории - диалектический закон перехождения пустых пересуд и молвы он не приемлил. Долина Военной Истории, по ведению магов, представлялась каждому заинтересованному знанием  – одним, посетившим ее, ведала о великих подвигах и завоеваниях, другим открывались тайны дворцовых переворотов, третьих вовлекала в особенности судеб конкретного, четвертым же открывала всю людскую боль и ужас происшедшего. Да будет каждому по интересу его – Странник в приятном нетерпении следовал на встречу затаенному.
Предстала пред ним долина во всем великолепии своего могущества знания. Оказался он Вене, в соборе святого Стефана. Однако, немного разочаровавшись, ведь он уже многое знал об этом месте и связанных с ним событиях. Поговаривали, что в подземелье собора, некогда находился древний храм Вотана, арийского бога, жрецы которого ко приходу его Царствия совершали жертвенные кровопролития. Знал  Странник и о том, что именно сила Вотана, по одной из версий возникновения фашизма, породила некогда Третий Рейх.  Побывав в храме и будучи столь преклоняем власти Вотана, некий общественный деятель Гвидо Лист создал известное и увлекшее впоследствии А. Гитлера, мистическое учение о тайне древнегерманских магических символов, о зашифрованном в них знании. Уверившийся при том великой роли германцев, не уступающей и римлянам в истории, превосходству арийской расы над всеми прочими, в особенности над иудеями.
 Он же, Лист, в 1875 году в честь 1500 – летия битвы при Карнунтуме и у ворот Язычников зарыл восемь бутылок кровавого цвета вина, уложенных в виде свастики. «Если поля битв долго поливать кровью, то древний Бог Вотан проснется и настанет царство справедливости...для германской нации» – читал  Странник в журнале «Загалки истории», в десятом номере за 2026 год.
Не вполне определяя происшедшее с ним в долине, и отнеся опыт пребывания в храме хотя б к необходимости повторения знаний, Странник, направился в обратный путь.
Однако долина Истории не отпускала его.

Вот идёт он по городу, темному, мрачному, ночному. Город похож на Санкт - Петербург, судя по окрестным проспектам и обликам исторических зданий. Ни в одном окне домов не горит свет, лишь машины, словно автоматические, проносятся мимо, причем машины одни и те же, они круг за кругом словно повторяли ритуал объезда одних и тех же улиц, проносясь мимо с небывалой скоростью. Вот и тот же самый велосипедист проезжает мимо, за тем же самым Пежо. Вокруг - ни человека, все словно замерло в мертвенный темной тишине.  Светает. Появляются первые прохожие, но необычные какие-то люди. Облик их тёмен, они подобны строю организованного марша, идут нога в ногу, силуэты словно поставленные роботы, Замедляется темп толпы - все одновременно снижают скорость шествия, усиливается если - все в ногу ускоряются. Ни малейшей эмоции, улыбок, живой речи и непосредственного движения тел.
Если зайти в автобус – то умиляющаяся заунывная музыка бесконечной песни сопровождает поездку, все пассажиры неподвижны, что будто по команде сидят на местах, ни людей с книгами в руках, ни разглядывающих в пути что-то интересное в телефонах. Ни разговоров, ни непринужденного лепета попутчиков.
Везде запах шафрана. Одурманивающий, возвращающий к неким неподдающимся первоистокам начал. Странник всматривался и всматривался в неживые серые лица. Силуэты были  чуть более крупнее обычного, с играющей кровожадной усмешкой внутри. Темные, обтянутые темными одеждами люди замест живых словно захватили город, мертвенным, сковывающим  холодом от них пропитывалось все вокруг. Люди – Волки, узрел Странник, звери, подобные страстям человеческим, заведенные железным ритмом солдат на  немое прямолинейное шествие.
Странник не хотел верить в то, что увиденное им станет реальностью,  новым Грядущим городов и сел, ведь ничего общего оно не имело ни с живым дуновением ветра, освежающим и бодрящим, ни с красотой непосредственности человека,  ни с яркостью природного обаяния, ни со светом разумных начал. Люди – не волки, не звери, не должное оно. И, тем более, не опоянные оккультной магией солдаты фашизма, заведенные тягой падали на железный марш. Раздумывая о назначении открывшегося в долине Военной истории, он вспомнил заметку из того же номера «Загадок истории», там же, где он прочел о кровопролитии Вотана. В заметке речь шла о кровавой бойне, организованной, что удивительно, в стране, велико  победившей во второй мировой войне, однако по какому-то не человеческому замыслу продолжившей проливать кровь. Кровь волков.
Из заметки Странник узнал, что в СССР, начиная с 1942 года и за 70 лет существования страны, «было уничтожено более полутора миллионов волков, притом что общая популяция определялась в 100-150 тысяч голов. То есть общее поголовье волков «уничтожилось» до 10-15 раз». Многочисленные постановления
типа «О мероприятиях по истреблению волков» (1945), «Об усилении борьбы с волками»  (1948 ), «О повышении размера вознаграждения охотникам за истребление волков» (1954); отстрелы волков с самолетов, конкурсы областей по уничтожению волка, специальные премии и переходящие вымпелы Главохоты РСФСР. Даже почему-то новые яды как фторацерат бария, сперва введённые, но вскоре же официально отмененные, люди продолжали активно использовать. Не было волкам спасения даже в заповедниках, их и там почему -то убивали сотнями, причем на «вполне законных» основаниях. На волков и списывали что угодно, по словам докторов биологических наук Бибикова и Штильмарка, «волк нередко прикрывал своей шкурой бесхозяйственность и казнокрадство, запущенность ветеринарной службы, оправдывая браконьерство и разбазаривание народных средств, служил источником наград и поощрений».

В итоге, что поведала ему, Страннику, долина Военной Истории? Древний Бог Вотан и храм его, древнее оккультное знание о рунах и символах.  Сила древнего германского символа. Зарытая Листом в глубь земли и окропленная алым вином цвета крови великая свастика. «Если поля битв долго поливать кровью, то древний Бог Вотан проснется и настанет царство справедливости...для германской нации». Восставшее из мертвых древнее зло, неупокоенная войною мощь фашистской Германии. Вновь и вновь льется кровь, кровь тем паче божьих тварей, волков, неповинных от воли людской, словно по энерции продливающаяся жестокость войны.   Все по завету древнего символа. Люди – Волки, что будто неупокоенные,  новые солдаты фашизма уже грядут на Землю замест живых.

По пути назад из долины Военной Истории, Странник понял, почему  приоткрыта ему власть арийского символа Великой свастики, проклято действующего и по ныне. Она проясняет ему непонятное. А именно -  непонятное ему действие закона псевдо-диалектики людской молвы. Да, люди могут противоречить друг другу в своих восприятиях, «перемалывая» без количества и качества,  отрицая и искажая опыт друг друга, ведь многое из пережитого ими продиктовано  не фактами, имеющими строгое научное обьяснение  или строгую аргументацию, напротив, обьясняется силами бесконечной природы и ее магии, силами неизведанного, как то – оккультной властью символа, суть действия которой на ход вещей вызывает споры и многочисленные людские мнения. Они же могут создавать и противоречивые трактовки истории.   Он же, Странник, не желает верить в и по ныне продолжающую действовать власть арийского символа - древнегерманскую Свастику.

Странник спокойно удалялся из долины Военной Истории, найдя ответ на свой пытливый вопрос.