В одиночестве

Одна я жила очень редко, разве что несколько месяцев, когда училась на втором курсе университета. Жить в общежитии у меня не получалось, родители сняли мне комнату, вернее уголок в комнате. Квартира коммунальная, в других комнатах живет семья из четырех человек, объединяет общий коридор и кухня, туалет на улице. Хозяйка уезжала к племяннику, я на это время оставалась одна. Пришла как-то вечером уставшая после тренировки по легкой атлетике, легла на свой диванчик и забылась тяжелым сном. Соседи куда-то уходили, крикнули мне через дверь, чтобы я заперлась, я не услышала. Квартиру ограбили, украли всю обувь соседей, стоявшую в общем коридоре, мою не тронули. Мне вроде бы снилось, что зашли двое мужчин и женщина, сказали: «Не бойся, девчонка, мы тебя не тронем». Видимо, я открыла глаза, увидела их и тут же снова уснула. Потом говорили, что воров нашли, действительно было двое мужчин и женщина. У меня надолго остались неприятные воспоминания, вина перед хозяйкой и соседями. Из той квартиры я ушла всё-таки в общежитие.

Жила в общежитиях, в отцовском доме, в квартире отца, ставшей моей после его смерти. В этой квартире я жила сначала с двумя сыновьями и мамой, позднее с мамой и младшим сыном, вдвоем с младшим сыном. Последние восемь лет после отъезда сына жила с гражданским мужем. С Александром мы встречались уже много лет, но жили в разных квартирах. Он жил один в двухкомнатной квартире, строил дом в деревне, занимался огородом, я помогала ему по мере сил. Работа в деревне тяжелая, муж стал часто болеть, медицины в нашем городе практически нет, про деревню и говорить нечего. Я настояла, чтобы муж поехал к своему сыну в Набережные Челны, там, может быть, подлечат. Он уехал, я осталась одна.

Сначала приходила в себя после предотъездной суеты, разбирала оставшиеся вещи Александра. Вдруг осознала, что рядом никого нет. Был теплый, добрый, гостеприимный родительский дом, такой же была и квартира. Уходили родные, уходили друзья, порой совсем молодые. Оборвалась линия брата. Живут, к счастью, мои сыновья, но они живут своей жизнью, встречаемся сейчас не часто. Внучка взрослая, внук тоже вот-вот повзрослеет и выпорхнет из родительского дома.


В грустных раздумьях почти не заметила, как приехал один из мальчиков-музыкантов. Два мальчика жили в квартире Саши, их выселили из общежития на время ремонта. Ремонт обещали закончить в сентябре, но, как водится, затянулось. Сроки окончания передвинулись на декабрь, и нет гарантии, то так и будет. Квартиру Саши пришлось продать, я предложила мальчикам жить у меня. Одному из мальчиков родители нашли другую квартиру, а второй перевез свои вещи ко мне, я разместила его в комнате младшего сына.

Мальчик красивый, талантливый, я слышала на концерте в их училище, как он играл на балалайке. Больше недели я доедала то, что оставалось в холодильнике. Но вот, наконец, пожарила картошку с грибами, предложила Сереже, он не отказался. Разговорились. Сережа из большой семьи, живут в селе за Волгой. У него два брата и сестра, один брат старше, еще брат и сестра младше. Держали скотину, огород, но отец умер, его лягнул теленок, что-то повредил. Мать осталась с детьми одна, от скотины пришлось отказаться, огород обрабатывают все вместе.

Свято храню комнату сына, не хотелось её занимать, но сын приезжает обычно два раза в год: на «новогодние каникулы» и в июле к моему дню рождения. Сергей в это время уезжает домой, они не пересекутся. Мне легче, когда кто-то есть в квартире, всё не одна.

Александр звонит, жалуется, что скучает, хочет домой. К врачам ещё пока не обращался, оформляли прописку. Голос вроде бы стал бодрее, сын возил его на их загородный участок, на рыбалку, за грибами. Здесь из-за болезней всё это стало для нас недоступно.

Собрался после летнего перерыва наш хор ветеранов, вспоминаем все свои песни, готовимся к выступлениям. Раз в неделю езжу в бассейн со старшим сыном и его женой. Их дети, мои внуки, тоже не слишком часто общаются с родителями. Внук ещё школьник, живет с родителями, но ездить с ними в бассейн уже не хочет, отказывается. Внучка живет в Саратове, работает, доучивается заочно в магистратуре математического факультета университета.

Всегда доступны книги, компьютер, телевизор, можно не скучать. И, к счастью, не отказывают пока ноги, стараюсь по возможности больше ходить пешком. Привыкают и к одиночеству, не так это страшно. Думаю, что не буду бросаться на людей, как наша ненормальная соседка на первом этаже. Она много лет ни с кем не общается, только орет из окна на все подъезжающие машины.

Пошла третья неделя нашей разлуки, и я понимаю, как я хочу видеть Александра, быть с ним рядом. Пусть с таким, всё забывающим, теряющем, засыпающим, но таким родным и любимым. Ему тоже нелегко. Отпуск у сына кончился, Петр работает, Саша остается один. Ключ Петр Александру пока не дает, чтобы не ушел и не заблудился. Так Саша ночью отправился гулять, перепутал дома, зашел в соседний. Поднялся на свой этаж, звонит в квартиру, выходят мужчина с женщиной. Номер своего дома Александр не знает, пришлось звонить Петру, будить его. Рассказывает Саша со смехом, но всё, конечно, грустно. Петр таблетки глотает, а что говорить про меня.

Мой ясноглазый квартирант живет своей студенческой жизнью, ему нет и не должно быть дела до моих переживаний. Главная надежда, что Александра всё-таки подлечат, ему станет лучше. А иначе зачем надо было затевать весь этот сыр-бор?

Обратила внимание на коробки с лекарствами в холодильнике. Сережа рассказывал о приступе, случившемся в общежитии, называл болезнь, я не расслышала. Нахожу в Интернете название лекарства. От рассеянного склероза! Такой молодой, красивый, приветливый, и такая тяжелая болезнь. Как же мне жаль его и его мать! Хочется хоть чем-то помочь ему. Стараюсь подкармливать при возможности, хорошо, что не отказывается.

Спаси и помоги нам, Господи!