Восхождение. Том 4. Часть 41

Майор из Духарта, в чьём распоряжение были восемь сотен верных воинов князя Равира, двинулся на север - пробитое вражеское воинство, пускай и жаждущее мести, вряд ли станет преодолевать большие расстояние, ища сражения с более сильным врагом.
Отойдя на приличное расстояние от место битвы, приказав подчинённым разбить лагерь для отдыха и выставить караульных, майор, назначенный самим генералом Грутеном, принялся раздавать офицерам распоряжения князя Равира, которые следовало выполнить без лишних отступлений.
- Наше воинство разделится на две равные части, - говорил он, оглядывая собравшихся офицеров. - По четыре сотни воинов в каждой боевой дивизии. Первая боевая дивизия, командование над которой возьму я, отправится за врагом, на юг, и будет преследовать выживших защитников узурпатора до тех пор, пока либо они все не вымрут, либо столица Наргилоса не будет захвачена наследником Рандаром. Вторая боевая дивизия выдвинется на север, забрав с собой осадные орудия. Там командир Могин, - офицер указал на наёмника, который ещё два года назад обучал самого Рандара фехтованию и стратегическому мышлению, - объединится с войсками наследника и выдвинется к столице узурпатора.
- И почему я всё узнаю в последний момент, - жаловался Могин себе под нос, уже подсчитывая, сколько ему выплатят за выполнение этого опасного задания.
- Мы будем сдерживать врага, сколько сможем, - продолжал майор. - Однако же наших сил не хватит, чтобы противостоять всем воинам узурпатора. Нужно передать генералу Рандару распоряжение князя Равира: столица Наргилоса должна быть захвачена к наступлению снежных месяцев. Иначе, союзники не смогут прислать подкрепления.
- Передам, - кивнул Могин, убирая грязь из-под ногтей.
- Да сохранит нас всех Всевластитель, - с тревогой в голосе произнёс майор из Духарта, до сих пор не веривший в то, что наследнику и его воинам удастся осадить и захватить столицу Наргилоса всего за два месяца.

***

Последующие три недели были наполнены событиями для всех войск, пребывавших в Наргилосе. Воинство Рандара продолжало свой марш по южному и западным уделам, держа путь на север. Всё те же речи, взывавшие к эмоциям и справедливости, присоединяли к мятежному воинству по десятку человек с каждого поселения. С людьми приходили и припасы: еда, ткани, редко лоскуты кожи и даже гвозди. Кажется, с каждым новым месяцем, чем быстрее приближались холода и снег, чем меньше была поддержка узурпатора и баронов, тем больше людей были готовы встать на сторону луже-наследника. Впрочем, в большинстве поселений генерала мятежников начали назвать не иначе, как истинный наследник княжеского трона.
Было ли то попыткой замилостивить пришедшее воинство, или же люди действительно поддерживали Рандара и его притязания - не важно. Главное, что за прошедшие два месяца пути наследнику удалось привлечь на свою сторону три сотни человек, что было впечатляющей цифрой. Теперь оставалось лишь обучить соратников военному делу.
К удивлению многих, и тем более Рандара, в восточном уделе им не встретилось ни одной заставы, ни одного боевого формирования. Сражения обошли мятежников стороной, за что следовало благодарить Всевластителя.
Теперь же воинству истинного наследника стоило надеяться, что Равир, получив письмо, соблаговолил помочь своему союзнику, отправив войска в северный удел. Если правитель Духарта проигнорировал просьбу Рандара, дальнейшая осада столицы будет проходит в крайне трудных условиях.
Что же касается боевой дивизии Сефенахта, немногочисленные защитники Наргилоса действительно двинулись на север. Останавливаясь в каждом поселении, ваулириец пользовался правом призыва, собирая всех стражников и взрослых мужчин, кого не успели забрать разбойники или мятежники, голод или болезни, а также необходимые припасы для дальнейшей борьбы с захватчиками, которых, впрочем, было также не очень много.
И пусть из каждого поселения удавалось собирать по десять человек, пусть запасы были крайне скудны, защитникам следовало радоваться сведениям, которыми делились градоправители в отсутствии дани для воинов князя. Сами того не ведая, Сефенахт с подчинёнными вышли на след воинства лже-наследника.
Все обиды и страхи тут же сменились стремительным желанием отомстить своим недругам. Пусть два воинства разделяли недели пути, в конечном итоге ваулириец поклялся настигнуть захватчиков, и дать им кровавый бой, что унесёт множество жизней.
Во второй половине месяца Последний листьев, забрав из южного удела пять десятков людей и два обоза продовольствия, Сефенахт велел своим воинам выдвигаться в восточный удел. Вацлириец чувствовал, что именно там пройдёт финальное сражение, которое переломит ход войны и обескровит мятежное воинство.
Боевая дивизия войск Духарта, состоявшая из четырёх сот воинов, преследовала воинство защитников Духарта по пятам. Согласно приказанию, воины князя Равира не должны были вступать в бой без крайней необходимости: в случае нужды в резервных войсках, боевой дивизии должно было явится к столице Наргилоса и оказать помочь соратникам. До тех пор, отвлекая вражескую боевую дивизию, воинству Духарта следовало следить за действиями противника: если бы они стали совершать смелые и отчаянные шаги, тогда и следовало начать сражение. До тех пор, пока выживший лидер защитников Наргилоса собирал необученных селян и грабил кладовые бедных людей, можно было лишь изредка напоминать врагам о своём присутствии. Редкие ночные атаки, мелкие диверсии, пугающие преследование и резкие ретирады - преследование должно было отвлекать войска и лишать их покоя. Открытые же атаки, поскольку грозили уничтожением четырёхсот верных воинов, полагалось оставить лишь на самый крайней случай.
Вторая боевая дивизия из Духарта, державшая путь на север, не встретила особых сопротивлений и преград. После атак разбойников, а также допросов столичных войск, люди боялись высовывать носы из своих поселений. Держась полей и лесов, страдая от долгих проливных дождей и холода, воины под руководством командира Могина направились в северный удел.
Держать связь с союзниками в данных условиях, разумеется, не представлялось возможным. Потому воинам из Духарта оставалось надеяться, что воинство Рандара прибудет на север в нужное место.
Почти три недели прошло с тех пор, как боевой полк князя Равира разделился на две боевые дивизии. Подходил к концу месяц Последних листьев. Погода ухудшалась, по утрам на жухлой траве уже лежал тонкий слой снега. Болезни не оставили воинов без внимания - ненастье, встреченное в походе, лишало всяких сил и стремлений продолжать затруднительный и опасный поход.
Впрочем, несмотря на жалобы рядовых, на желание засесть в ближайшей деревушке, выгнав всех жителей, Могин, придерживаясь плана «показательно доброго лица мятежников», следовал своей цели, и уже под конец месяца встал лагерем в обозначенном месте.
Союзники задерживались на несколько дней. Если бы в Данмаре правила тёплая и мирная погода, подобное не вызвало особых вопросов. Однако же, когда холодные ветра и первые снега принялись мучить Вундрат, все опасения и страхи лишь усиливались. Так, с началом месяца Холодных ветров, рядовые начали задавать всё больше вопросов и предлагать всё больше решений, как сдержать обещание, но при этом не мёрзнуть на холодной земле.
К счастью для командира Могина, который одновременно не хотел подводить своих нанимателей, но в то же время не желал слушать жалобы подчинённых, после нескольких дней, проведённых на холодной земле, на горизонте появилось вселяющее трепет воинство. Был ли то Рандар - никто точно не знал, однако же Могин, уставший от холода, молил Всевластителя и даже всех Кайренов, чтобы гостями были Рандар и его подчинённые.
Молитвы наёмника были услышаны. Впрочем, они вряд ли могли категоричным образом повлиять на уже свершившееся. Выслав к приближавшимся воинам лазутчиков, Могин выждал порядка часа прежде, чем его подчинённые вернулись обратно в лагерь. Вне всяких сомнений, судя по мундирам и состоянию воинства, пришедшие были соратниками. По этой причине, желая поприсутствовать давних товарищей, командир Могин в сопровождении дюжины лучших воинов выдвинулся навстречу к соратникам.
Уже через час дюжина воинов Духарта встретилась с воинством истинного наследника Духарта, насчитывавшего более тысячи воинов. Впереди оравы шёл юноша, чей суровый взгляд и острые черты исхудавшего лица могли напугать даже самого прожжённого воина. Все всякого сомнения, этим юношей и был Рандар.
- Ну чего вы там встали, - размахивая рукой, кричал на всю долину командир Могин, желавший поскорее встретится с товарищами. - Давайте к нам. Баб у нас нет, зато в картишки сможем сыграть!
Воинство остановилось на месте, что не было удивлением. Из соображений безопасности, на встречу к кричащему вышли две дюжины воинов под командованием Рандара.
Юный генерал, обладавший неплохим зрением, издалека распознал в кричащем своего давнего наставника и товарища - Могина. Потому, улыбаясь, сбавив скорость лошадей, генерал и его лучшие воины приблизились к соратникам с лучшими намерениями.
- Ты ещё жив, старый наёмник? - С детской радостью в голосе спрашивал Рандар, когда между двумя группами оставалось не меньше нескольких десятков метров.
- А как иначе? А с чего бы Вам, наследник, брать с собой так много воинов? Неужели я слишком плохо Вас учил?
Кони остановились. Рандар и Могин, не теряя ни секунды, спустились с лошадей, улыбаясь друг другу, подошли ближе и крепко пожали руки.
- А ты стал сильнее с нашей последней встречи! - Заметил Могин. - Хорошо, что не спился.
- Рад вас видеть! Вам не пришлось сражаться в пути? - Искренне спрашивал юный генерал.
- Воины Наргилоса ныне хуже слепых щенков - чересчур трусливы, - горделиво произнёс командир Могин. - А потому, вероятно, у нас не возникнет проблем при свержении их трусливого узурпатора. Но всё же, - приблизившись к воспитаннику, говорил наёмник, обратив правую руку в сторону своего лагеря, - князь Равир сомневался к Ваших силах. Вот и прислал целое поле этих проклятых машин!
Наследник Наргилоса, перестав обращать внимание на насмешки своего наставника, заглянул за плечо Могина. Лагерь, находившийся в сотне метров от места встречи двух делегаций, помимо сотен палаток также вмещал в себя с пару десятков навесов различной формы. Вне всякого сомнения, под ними скрывались осадные орудия.
- Ну что, Ваша милость, готовы ли Вы показать проклятому узурпатору, кто тут главный? - С хитрой улыбкой на устах спрашивал Могин, предвосхищая славную и неминуемую победу мятежников над своим давним врагом.

Глава 20

Князь Домур восседал в своём кабинете. Однако же стопки бумаг и писем, ранее структурированные по датам и землям, ныне представляли из себя бесформенную массу исписанной бумаги. У правителя Наргилоса больше не было сил вчитываться в панические письма вельмож и офицеров. Опирая голову на правую руку, поигрывая наполовину пустым кубком вина, князь сверлил пустым взглядом пол своего кабинета. Тишина и пустота – разум Домура более не желал решать проблемы, которых с каждым днём становилось всё больше. А союзников, людей, на которых можно было положиться, становилось всё меньше.
Вестей от столичных войск и собственных дивизий давно не было. Стоило ли бояться сокрушения защитников, находились ли они в битве с мятежниками, удалось ли Сефенахту подавить воинство лже-наследника, жив ли Думар и в каком состоянии он находился. Слишком много дум одолевали измученный работой разум. Теперь же к ним присоединились беспокойства о Занире, которая вторую неделю не покидала своих покоев, а также чувство вины и стыда за смерть жены. Пусть последние годы супруги не находили общего языка, пусть истинной любви и преданности между ними не было, всё же Домур никогда не желал своей жене такой смерти.
Душевное состояние правителя Наргилоса ухудшалось также ненастной погодой, серым небом, голыми, будто окончательно погибшими, деревьями, лужами и полусгнившими листьями, чьи чарующие красные и жёлтые оттенки окончательно истлели, превратившись в хлюпающую бесформенную массу.
Теперь же, в середине месяца Последних листьев, в княжеский дворец Наргилоса явилось последнее известие, что сломило дух Домура, а также многих людей, воинов и купцов, что проживали в столице южного княжества.
- Милостивый князь, - вбежав в кабинет властителя Наргилоса, хлопнув дверью, истерично кричал советник Жормер, держа в руках помятое письмо, - Вам немедля нужно это прочесть!
Не видя, куда он бежит, Жормер споткнулся о складки красного ковра, врезавшись в письменный стол князя Домура, продолжая крепко сжимать письмо. Правитель Наргилоса, не изменившись в позе, мрачно отвечал:
- Читай! 
- Мы получили его сегодня… Только что, - заикаясь, дрожащим голосом говорил советник Жормер, принимая подобающий вид и всматриваясь в строки письма. – Его прислал капитан дозорных на западной стене города. Он пишет: «В седьмом часу утра в часе ходьбы пешем к западу от столицы, были замечены войско с вражескими штандартами. Синие полотна с геральдикой башни. Войско заняло дорогу, ведущую в западной удел. Ждём дальнейших распоряжений». Дозорные с других стен пока…
Домур медленно поднял голову, открывая своему ошарашенному взгляду образ взволнованного советника Жормера.
- Немедля послать гонцов к сторожевым башням! – Вобрав уверенность в свой голос, приказывал правитель Наргилоса, страшась тех мыслей, что пришли в его голову при упоминании вражеской геральдики. – Готовить осадные орудия. Поднять столичный гарнизоны и готовить столицу к осаде!
Советник Жормер закивал головой и, обернувшись, помчался на первый этаж быстрее, чем ожидалось от человека его возраста.
Князь Домур застыл на месте. Поднявшись с кресла, правитель Наргилоса пытался унять вихрь мыслей и идей, что в мгновение заполонили его голову. Нужно было отдать слишком много распоряжений, следовало следить за исполнением каждого приказа, необходимо было ежеминутно получать информацию о происходящем за стенами города. Самый мрачный и пугающий ночной кошмар Домура всё же воплотился в реальность: мятежники под руководством лже-наследника начали осаду столицы.
Если подозрения правителя Наргилоса были не беспочвенны, если большая часть его воинов была разбита за эти долгие месяцы, все надежды на спасение города возлагались на защитников столицы. Нехватка ресурсов, скорые холода, сопротивление собственных защитников или же помощь короля – теперь Домуру стоило молить Всевластителя о всех горестях, что помогли бы одержать победу или по крайней мере сильно ослабить врага. Иначе, к наступлению снежных месяцев, Наргилоса постигнет та же печальная участь, что Умрат и Поварин, когда в их земли вторглись войска предателя Равира и этого поганого лжеца, что именует себя истинным наследником княжеского трона Наргилоса.