Жёлтая машина. Глава 3. Девушка с котом

Дед Мороз как раз допивал кофе из термоса, когда планшет пиликнул. Новый заказ: улица Строителей, дом 25, корпус 2, квартира 147. Комментарий: «Кот в переноске, не пугайтесь».
— Кот в переноске? — Дед Мороз хмыкнул и отставил термос. — Ну, я за свою жизнь столько зверей перевозил... Олени, волки, медведи. Кот — это легко.
Он завёл мотор и поехал по указанному адресу. Через пятнадцать минут жёлтая Toyota припарковалась у облезлой панельной девятиэтажки. Двор был неухоженный: сугробы, облезлые качели, пара брошенных машин. Дед Мороз глянул на подъезд и стал ждать.
Из подъезда вышла девушка. Лет двадцать пять, в сером пуховике, который был ей слегка великоват. Волосы растрёпаны, заплаканные глаза, под ними — тёмные круги. На плече — потрёпанный рюкзак. В руке — пластиковая переноска, из которой доносился душераздирающий кошачий вой.
Девушка открыла заднюю дверь, поставила переноску на сиденье и села рядом. Дед Мороз посмотрел на неё в зеркало: она выглядела так, будто не спала несколько суток. И будто плакала недавно. Прятала глаза.
— Здравствуйте, — тихо сказала она. — Едем на Юго-Западную. Улица Островитянова, дом 9.
Дед Мороз кивнул и тронулся. Из переноски продолжал доноситься вой — настойчивый, требовательный, переходящий в надрывный крик.
— А кто у нас там такой голосистый? — миролюбиво спросил Дед Мороз, пытаясь разрядить обстановку.
— Кот, — коротко ответила девушка. — Барсик. Ему не нравится ездить в машине.
— Слышу, — Дед Мороз поморщился, когда вой перешёл в особенно пронзительную ноту. — И давно он у вас?
— Пять лет, — она погладила переноску пальцами. — Я его ещё котёнком из приюта взяла. Он у меня с тех пор. Всё со мной пережил.
Голос у неё дрогнул на последнем слове. Дед Мороз насторожился. Магическое обоняние уловило запах — солёный, горьковатый, с металлическим привкусом. Так пахнут несбывшиеся надежды и спрятанные слёзы.
— А куда путь держим? — осторожно спросил он. — К родным? Друзьям?
— Не совсем, — девушка отвернулась к окну. — Я... комнату снимаю. Новую. Одну.
Вой кота стал ещё громче. Казалось, Барсик пытался перекричать весь мир.
— Он у вас всегда такой громкий? — спросил Дед Мороз, повышая голос.
— Только когда волнуется, — девушка вздохнула. — А он волнуется всегда, когда я волнуюсь. Мы как будто связаны. Вот и сейчас... я волнуюсь, и он орёт.
Она замолчала. А Дед Мороз смотрел на неё в зеркало. И чувствовал. Чувствовал, что за этим «не совсем» и «одну» скрывается что-то большое и тяжёлое. Что-то, о чём она не говорит.
Они выехали со двора и влились в поток. Барсик продолжал орать — ровно, монотонно, с чувством глубокого кошачьего отчаяния. Дед Мороз терпел минуты три, потом не выдержал:
— А можно его... ну... чуть-чуть успокоить? А то у меня уши закладывает.
— Я пыталась, — девушка виновато посмотрела на переноску. — Он только когда в машине перестанет бояться, замолчит. А он боится всего последние два дня. Я его из дома забирала — он под диван залез, не хотел выходить.
— Из дома? — Дед Мороз осторожно переспросил. — Вы переезжаете?
Девушка долго молчала. Так долго, что Дед Мороз уже подумал — не ответит.
— Уходим мы, — наконец тихо сказала она. — От... от человека одного. Мы с Барсиком. Собрали вещи и ушли.
Дед Мороз сбавил скорость. Он глянул на неё в зеркало внимательнее. На запястье её правой руки, чуть выше края рукава пуховика, он заметил синяк. Небольшой. Свежий. Такой остаётся, если тебя крепко схватили за руку.
— Понятно, — спокойно сказал он. — И надолго вы ушли?
— Навсегда, — твёрдо ответила девушка. Но голос у неё дрогнул, и она добавила чуть тише: — Я... я больше не могу. Три года терпела. Думала, он исправится. Что это я виновата. А вчера он на Барсика замахнулся. Сказал, что выкинет его в подъезд, если тот ещё раз замяукает. И я поняла... если я не уйду сейчас, то не уйду никогда.
В машине повисла тишина. Даже Барсик на секунду замолчал, будто понимал, о чём говорят.
— Вы правильно сделали, — твёрдо сказал Дед Мороз. — Что ушли. Это не слабость. Это сила.
Девушка посмотрела на него в зеркало с удивлением. Кажется, она не ожидала услышать такое от случайного таксиста.
— Спасибо, — тихо ответила она. — Просто... я боюсь. У меня денег почти нет. Я комнату нашла дешёвую, но хозяйка сказала — без животных. А Барсика я не брошу. Никогда.
— А куда вы тогда с котом?
— Не знаю, — она шмыгнула носом. — Может, в приют позвоню. Попрошу, чтобы временно взяли. Пока я не найду что-то с животными. Только Барсик там... он же не выживет. Он же домашний. Он ко мне привык. Он один у меня.
Голос её сорвался. Она отвернулась к окну и закрыла лицо рукой. Барсик, почувствовав её слёзы, заорал с новой силой. Дед Мороз смотрел на них обоих в зеркало заднего вида.
— Так, — решительно сказал он. — Во-первых, хватит орать.
Он щёлкнул пальцами правой рукой, будто поправлял зеркало. На самом деле — применил магию. И Барсик... замолчал. Прямо на полуслове. Он удивлённо замер в переноске, пару раз моргнул и вдруг начал мурлыкать — громко, довольно, заливисто.
Девушка отняла руку от лица и изумлённо уставилась на переноску.
— Что... что ты с ним сделал?
— Я? — Дед Мороз изобразил невинность. — Ничего. Это он сам. Коты они такие: если чувствуют, что человек успокоился, — и сами успокаиваются.
Она недоверчиво посмотрела на него, потом на переноску. Барсик мурлыкал как трактор. Он даже начал тереться головой о стенку переноски — впервые за два дня.
— Ничего себе, — прошептала девушка. — Вы волшебник, что ли?
— Таксист, — улыбнулся Дед Мороз. — Но бывает, что и немного волшебник. Ну а теперь, — он стал серьёзным, — давайте думать, что делать с вашей проблемой.
Он остановился у обочины и повернулся к ней:
—Рассказывайте. Что за комната? Где? И почему хозяйка против животных?
Девушка растерянно заморгала:
— Ну... я через сайт нашла. Объявление: «Сдаётся комната в трёхкомнатной квартире. Женщинам. Без животных, без вечеринок». Позвонила — хозяйка, баба Зина, лет семьдесят. Сказала — смотрины в шесть вечера. Я и еду. Только если она узнает про Барсика, сразу выгонит.
— Смотрины? — переспросил Дед Мороз. — А почему смотрины? Обычно комнаты без смотрин сдают.
— Баба Зина сказала, что ей важно, кто будет жить рядом. Она одна живёт, боится нехороших людей пускать. Я ей по телефону вроде понравилась. Но кот...
Она посмотрела на переноску с тоской.
Дед Мороз задумался. Потом хитро прищурился:
— А что, если я скажу, что знаю одну бабу Зину, которая обожает котов?
— В смысле?
— В смысле, — Дед Мороз достал телефон, — есть у меня одна знакомая старушка. Она в этом же районе живёт. У неё три кота. Она котов любит больше, чем людей. И у неё как раз есть свободная комната. Она её давно сдаёт, но всё никак не найдёт подходящего жильца.
— А вы откуда знаете?
— Я, милая, много кого знаю, — Дед Мороз начал листать контакты. — Я ж таксист. Мне люди всё рассказывают. Вот помню, возил я одну бабулю с тремя котами...
Он на самом деле ничего не помнил. Он сочинял на ходу. И одновременно мысленно молился, чтобы Снегурочка подхватила эту идею. Он остановил машину у обочины и набрал номер. Через секунду в динамике раздался голос Снегурочки:
— Такси «Мороз-Экспресс», диспетчерская. Слушаю.
— Здравствуй, внучка, — бодро сказал Дед Мороз, покосившись на девушку. — Тут у меня пассажирка с котом. Нужна комната. Слышал, у бабы Нюры с Островитянова есть свободная. Она же котов любит?
Снегурочка на том конце на секунду замешкалась, но быстро сориентировалась:
— А, баба Нюра! Да, есть у неё комната. Два дня назад освободилась. Чистая, светлая. Она как раз говорила, что хочет кого-то с котиком. Чтобы её коты подружились.
Дед Мороз с облегчением выдохнул. Девушка смотрела на него, не веря своим ушам.
— А... а сколько она просит? — робко спросила она.
Снегурочка услышала её голос:
— Полторы тысячи в месяц плюс коммуналка. И условие: помогать с котами, если баба Нюра в отъезде.
— Полторы тысячи?! — девушка аж подскочила. — Это же почти бесплатно!
— Ну, баба Нюра не бедствует, — объяснила Снегурочка. — Ей не деньги нужны, а компания. Она одна живёт, скучно ей. А с котом на подселении — веселее. И вам хорошо, и ей.
Дед Мороз довольно ухмыльнулся. Он-то знал, что Снегурочка сейчас, вероятнее всего, создаёт эту «бабу Нюру» с нуля — с телефоном, адресом и тремя пушистыми котами. Магия — она такая. Работает быстро.
— Давайте адрес, — он сделал вид, что записывает. — Так... Островитянова, 9? Ага. Понял. Сейчас подъедем.
Он отключился и посмотрел на девушку:
— Ну что ж, повезло вам. И Барсику вашему повезло. Поехали знакомиться.
Она всё ещё не верила:
— Но у меня же смотрины у той, другой бабы Зины...
— А вы ей позвоните и скажите, что уже нашли жильё, — посоветовал Дед Мороз. — Скажите, что вселились. Вон, прямо сейчас и позвоните. Не надо её обманывать, а то она вас ждать будет. Мы же честные люди.
Девушка кивнула и достала телефон. Пока она звонила и виновато объясняла, что «уже не надо», Дед Мороз тихонько набрал Снегурочке сообщение: «Быстро нашла?» Через секунду пришёл ответ: «Уже создала. Три кота: Мурзик, Пушок и Кнопка. Бабушка — божий одуванчик. Бывшая учительница математики. Ждёт у подъезда».
Дед Мороз едва не расхохотался.
— Ну что, поехали? — спросил он, отсоединяясь. — Барсик у вас как? Успокоился?
— Мурлычит, — девушка с удивлением прислушивалась. — Впервые за двое суток не орёт. Что вы с ним сделали? Честно?
Дед Мороз пожал плечами:
— Коты, они такие, — повторил он. — Если чувствуют, что хозяин в безопасности, — успокаиваются. А вы, я гляжу, уже спокойнее стали. Страх уходит. И кот это чувствует.
Он не сказал ей, что это он убрал страх. Что магия пробежала по его пальцам и коснулась переноски. Что заклинание успокоения подействовало и на кота, и на девушку. Что Барсик теперь будет мурлыкать всегда, когда она будет волноваться. Это было особое заклинание — как нить, связывающая их.
Но это была его тайна.
Они подъехали к дому 9 по улице Островитянова. У подъезда стояла маленькая сухонькая старушка в пуховом платке и валенках. Рядом с ней — три кота: рыжий, серый и чёрно-белый. Все трое на поводках. Выглядела она как кукольная бабушка из сказки: сморщенное добродушное лицо, очки на цепочке и невероятно живые глаза.
Девушка вышла из машины с переноской. Баба Нюра всплеснула руками:
— Ой, голубушка! А я уж думала — не приедете! А это кто у нас такой? — она заглянула в переноску. — Барсик? Ах ты, красавец! Какой полосатый! Мой Мурзик такой же был в молодости!
Барсик, который ещё минуту назад орал бы на незнакомку, вдруг затих и с любопытством уставился на старушку. Дед Мороз видел, как по его кошачьей морде пробежало что-то вроде «а ты ничего». Барсик даже не зашипел, когда баба Нюра приоткрыла дверцу переноски и погладила его.
— Пойдём, пойдём, — засуетилась баба Нюра. — Я вам комнату покажу. Чайку попьём. У меня пироги с капустой. Котики мои новых друзей любят...
Девушка обернулась к Деду Морозу. В глазах у неё стояли слёзы — но на этот раз не горькие, а облегчённые.
— Спасибо, — прошептала она. — Я даже не знаю, как вас благодарить. Вы мне... вы мне жизнь спасли.
— Не меня благодарите, — улыбнулся Дед Мороз. — Судьбу благодарите. И Барсика. Это он вас сюда привёл.
Она не поняла, конечно. Кивнула, улыбнулась сквозь слёзы и пошла за бабой Нюрой в подъезд. Барсик сидел в переноске и с интересом разглядывал трёх котов, которые шли следом, обнюхивая воздух.
Дед Мороз смотрел им вслед. Потом выдохнул и сел в машину. В зеркале заднего вида он увидел, как на третьем этаже зажёгся свет в окне. Кто-то подошёл к окну — силуэт девушки с переноской в руках. Она помахала ему. Дед Мороз мигнул фарами и отъехал.
Через два квартала он остановился и набрал Снегурочку.
— Ну что? — сразу спросила она. — Получилось?
— Получилось, — Дед Мороз откинулся на сиденье. — Всё получилось. Баба Нюра — просто чудо. Три кота, пироги. Девушка уже вселяется.
— Я старалась, — довольно сказала Снегурочка. — Пришлось три квартиры проверить, пока нашла свободную у одинокой старушки с котами. И три кота создать... ох, дедушка, это было непросто. Они такие своенравные!
— Ты создала котов?
— А ты думал, они настоящие? — хихикнула Снегурочка. — Я их из снега слепила и оживила. Через месяц они так же хорошо будут её любить, как настоящие. Я прослежу.
Дед Мороз покачал головой:
— Внучка, ты у меня волшебница.
— А то! Слушай, а как там кот её? Барсик? Я волновалась, что он не подружится с моими снежными.
— Подружится, — улыбнулся Дед Мороз. — Он у неё боевой. Прошёл огонь, воду и медные трубы. Три года с абьюзером жил. Он с кем угодно подружится.
— А с ней всё будет в порядке? — серьёзно спросила Снегурочка.
— А с ней, внучка, будет всё в порядке, — Дед Мороз посмотрел в сторону дома, где зажглись окна. — Она сильная. Она смогла уйти. А теперь у неё есть комната, баба Нюра и целых четыре кота. Разве это не счастье?
— Это счастье, — согласилась Снегурочка. — А её бывший? Он не будет её искать?
— Будет, — Дед Мороз стал серьёзным. — Обязательно будет. Только не найдёт. Я уже позаботился. Перевёл её звонки на другой номер. Адрес в базе заменил. Теперь он будет искать её по старому адресу неделю. А когда поймёт, что она исчезла, — остынет. Такие, как он, долго не ищут. Им лишь бы контроль чувствовать.
— Ты прав, дедушка. Она в безопасности.
— А ты, внучка, передай своим снежным котам, чтобы за ней присматривали, — добавил Дед Мороз. — Вдруг она плакать будет по ночам. Пусть приходят и мурлыкают.
— Они уже знают, — ответила Снегурочка. — Животные чувствуют, кому нужна помощь.
Дед Мороз улыбнулся и отключил телефон. Посмотрел на планшет. Там уже мигал новый заказ. Но он не спешил. Он сидел и смотрел на окно, где горел тёплый свет. Где-то там, на третьем этаже, девушка и её кот начинали новую жизнь. Без страха. Без криков. Без него.
— С новым счастьем, — тихо сказал Дед Мороз и повернул ключ зажигания. — С новым счастьем, Барсик. Береги её.
Жёлтая Toyota медленно тронулась с места и растворилась в темноте, оставляя за собой лёгкий след из снежинок. А в окне на третьем этаже горел свет.