Белый халат под андреевским флагом

1.
Карл фон Эспенберг родился 15 августа 1761 года в деревне Хыбеда, приход Хальяла, имения Геббет, в Вирланде, Э;стляндия.  Деревенька эта и сейчас есть,  там 69 человек живёт. Воспитание и образование получил в Ревельской гимназии. Учёба тогда  лёгкой не была, телесные наказания были обычным делом, ни о каких правах детей и речи быть не могло. К примеру, за побег из навигацкой школы, где обучали гардемаринов, могли и смертной казни предать.

Но Карл фон Эспенберг увлекся  наукой и после гимназии учился в Йенском и  Галльском университетах, получил степень бакалавра через несколько лет и вернулся к себе на родину.

Учёба за границей была необходимостью, в России получить учёную степень было нельзя. Изучать медицину фон Эспенберг уехал в Эрланген, в Баварию, в 1790 году. Единый язык науки, латынь, позволял учиться в любом иностранном университете.

Знания, впрочем, как и сейчас, обходились недёшево. Был внушительный взнос при поступлении на факультет, а посещение лекций также требовало дополнительной оплаты. За допуск к выпускному экзамену студенты платили сумму, сравнимую с годовым заработком рядового горожанина. Через шесть лет, получив докторскую степень, Карл с энтузиазмом приступил к работе в родной Эстляндии. А в 1997 получил разрешение работать в России.

 Все дворянские семьи Эстляндской губернии в восемнадцатом веке были знакомы между собой. Карл фон Эспенберг, семейный доктор Крузенштернов,  Август Фридрих Фердинанд фон Коцебу, композитор, драматург, дипломат,  и Адам Иоганн фон, он же Иван Федорович Крузенштерн, капитан, моряк, были дружны, и вовсе не случайно доктор оказался в экспедиции.

Крузенштерн подал свой проект о кругосветном плавании ещё в 1799. А в 1802, когда пришло время подбирать экипаж, стал приглашать знакомых ему специалистов необходимых профессий.  Также и кадеты Маврикий и Отто Коцебу(самые младшие члены экипажа) были приняты по просьбе отца, жена которого была кузиной Крузенштерна.

Так Карл фон Эспенберг в 42 года стал самым старшим участником кругосветной экспедиции.

2.

Карл фон Эспенберг, врач, взял под опеку Тараса несколько лет назад. Отец Тараса, православный священник, отдал младшего сына в обучение другу детства.

Смышлёный мальчик был обучен грамоте, каллиграфии, знал и латынь, и часто стенографировал доктору. Юноша хотел выучиться на врача и, став постарше,  сопровождал своего опекуна в его визитах к пациентам, ассистировал при амбулаторном приёме.

Известие о приглашении доктора в экспедицию  Крузенштерна Тарас принял с восторгом. Конечно, ему хотелось путешествий, парусов, неведомых земель и невиданных зверей! Хоть и любил Тарас свой родной Ревель, но и мир посмотреть хотел изрядно.

Тарас, конечно, не знал, что первая русская кругосветка готовилась не один десяток лет. Не интересовался мальчишка и интригами политиков и купцов, финансовой подоплекой экспедиции. Но пересечь экватор, посетить Русскую Америку, загадочную Японию, предвкушать замечательные приключения в дальних странах, это так по-мальчишески!

Экспедиция, в состав которой входили два шлюпа, "Нева" и "Надежда", должна была обеспечить возможность снабжения Тихоокеанского флота, доставить коммерческий груз  на Аляску, наладить дипломатические отношения с Японией и Кантоном. Капитаном "Надежды" и начальником экспедиции назначался Иван Федорович Крузенштерн. Капитан три года добивался осуществления  своего проекта. Но только при поддержке дипломата  Резанова и  министра коммерции Румянцева стало возможным исполнить задуманное.

Капитаном "Невы" стал капитан-лейтенант Лисянский, друг Крузенштерна.

Карл фон Эспенберг,  назначенный судовым врачом, взял своего подопечного в  плавание. Так 7 августа 1803 шестнадцатилетний Тарас оказался на шлюпе "Надежда",  идущим в первую русскую кругосветку.


3.
Капитан Крузенштерн взял в кругосветное плавание своего спаниеля. Тарас, как и вся команда, любил пёсика, и старательно чесал его за ухом "на удачу", почему-то все поверили в эту новую примету. Моряки суеверны и с удовольствием соблюдают старинные поверья, а также придумывают новые.

Например, нельзя свистеть на палубе; если поскрести по мачте, прилетит ветер; не выходить в плавание тринадцатого числа, а также в понедельник и пятницу; при проходе траверза южного Гогландского маяка бросать Нептуну мелкую монету как дань за благополучное дальнейшее плавание.

Восьмого октября 1803 года оба корабля сделали остановку на Тенерифе.

Тарас сопровождал доктора фон Эспенберга в походах по Тенерифе, они любовались красочной, буйной природой Канарских островов. Юноша то и дело восхищенно спрашивал о том или ином растении или  животном.

Собирал гербарий, увлечённо коллекционируя диковинные цветы, листья. Вернувшись на шлюп, в путевой дневник записывал по памяти свои впечатления и рассказы учёных о растениях и животных Канарских островов.

Пятнистую ящерицу  (Gallotia intermedia)  Тарас увидел в скалах северо-западной части острова, сложно было не заметить полуметровую красавицу  черновато-коричневый окраса с мелкими желтыми или синими пятнами.

Тенерифская гигантская черепаха (Centrochelys burchardi), сухопутная, метровой длины, коричневая, с будто лаковым панцирем, была отпущена Тарасом. Ему предлагали сварить черепаховый суп, а крупный красивый панцирь привезти домой, как сувенир. Но  юному естествоиспытателю стало жаль гигантскую древнюю рептилию.

Стенной геккон Тенерифе (Tarentola delalandii) намного меньше, всего 7 сантиметров. Этого серого, с золотистыми глазами малыша Тарас видел ежедневно, и на скалах побережья, и на высоте(ходили вулкан Тейде смотреть), и просто на стенах каменных домов. Липкие пластинки широких пальцев позволяют ему с лёгкостью  добраться до насекомых и пауков, которыми он питается.

В теплых и спокойных водах юго-западной части Тенерифе Тарас познакомился с афалинами (Tursiops truncatus). Он кормил этих общительных дельфинов рыбой и с сожалением расстался с новыми друзьями, когда пришло время отплывать.

Тарас старательно зарисовывал в свой путевой дневник разнообразных рыб и уже хотел перейти к птицам, коих наблюдал великое множество, но за ним послал матроса доктор, пора было осматривать занемогших островитян. Те, прознав, что на русских шлюпах есть врачи, каждый день приходили за помощью, расплачиваясь свежими овощами и фруктами, которые совершенно необходимы были команде для предотвращения цинги.

А вечером, засыпая на палубе под чужими звездами, сын православного священника Тарас Игумнов размышлял о том, как же велик и непостижим замысел Божий. Ведь для чего-то же созданы все твари сухопутные(и даже спаниель не для чесания за ухом на удачу) и морские, птицы и насекомые. Додумать свои размышления о смысле жизни рода человеческого и своей собственной мальчик не успел, уснул.

(Продолжение следует)