Спасение неутопающего. Часть 2. Запах опилок

     В спешке я забывала дышать. Хотела домой, почти как ребёнок. Мне было так жалко себя. На чём я доберусь? Автобусы не ходят. Ночь за окнами. А завтра ведь снова к восьми на работу.

      Вахтёр была женщина. Она смотрела на меня со смешанным выражением высокомерия, раздражения и любопытства. У неё была высокая причёска, яркие губы и глаза, как у артистки, в ушах блестели серёжки, на груди покоился большой кулон из полудрагоценного камня. Она пришла на ночную смену и надеялась, что всё пройдёт тихо и безоблачно - по этажам гуляет эхо, народ разошёлся и разъехался по домам, двери заперты. У неё там уже что-то варилось на электроплитке, доносился аппетитный запах специй.

      Я вложила в голос всё, что можно - подобострастие, льстивое угодничество, рабскую покорность и заискивание, уместное разве что по отношению к вышестоящим людям или начальству.

      Я, кажется, отвешивала поклоны и колени у меня подкашивались, при обращении к вахтёру с языка чуть не слетело старообрядческое “матушка!”.

      Описала ситуацию. Оказывается, в подвале именно сейчас должен быть их рабочий. Пусть я спущусь и посмотрю. Это там.
      Я спускалась по пыльным ступеням в темноту, под ногами что-то хрустело, валялись какие-то деревяшки и ветошь, но в конце горел свет.

      Приблизившись к освещённому месту, я начала ныть и канючить, а увидев маленького человечка в рабочей одежде, склонившегося над широкой   доской и державшего в руках что-то небольшое угловатое, или это был инструмент, я вспомнила все куски  из фильмов про обездоленных и угнетённых и, перевоплотившись в них, стала описывать, что случилось и молить о помощи.

      Даже обещала деньги. С первой зарплаты.

      Человечек был впечатлён. Он приостановил свои манипуляции с доской и выпрямился. Я поднажала, добавив елея во взгляд и голос. Многократное  “пожалуйста” ни разу не повторило интонацию дважды, гамма отчаяния, заклинания и взывания о помощи в моём голосе была широка и многогранна.

     Человечек шёл в свои дебри, я следовала по пятам, заглядывала через плечо в его заветные ящички и коробки, набитые драгоценностями - ржавыми гвоздями, скобами и хомутами.

     Какое счастье, что он оказался на месте в такое позднее время! Что не остался безучастным! И у него в его талмудах нашёлся замок с ключами!

     Мой спаситель поднялся со мной на этаж. Покрутил отвёрткой, постучал какой-то штукой, вынул старый замок, разобрал его и долго демонстрировал внутренности с застрявшим куском ключа. Увы, я слушала только из вежливости, издавая ахи и охи, качая головой, изображала интерес.

     Потом он довольно быстро вставил новый, правильнее сказать “другой” замок и стал закрывать и открывать его ключом.

     Я была бесконечно благодарна, не могла поверить своему счастью, но так устала и хотела спать, что мои измученные эмоции начинали бледнеть и блекнуть.

     Мне ещё как-то добираться домой, а завтра с утра снова на работу.

     Мастер церемонно выдал мне связку ключей. Я искренне благодарила его и обещала завтра принести деньги. Мастер говорил - зачем. Он никуда не торопился, а я хотела домой, соблюдая приличия, как могла, закруглила разговор и вскоре была уже на необитаемой улице посреди непроглядной темноты.

     Не помню, как добралась до дома.

     А утро помню хорошо. Я приехала чуть не на час раньше. Открыла дверь с трепетом и замиранием сердца.  Один ключ из новой связки повесила на гвоздик. Где вчера висел тот, ныне сломанный в памятной борьбе с человеком.

     Когда стали собираться сотрудники, я объявила, что нам поменяли замок. Это новый ключ.

     Вчерашняя коллега, так понравившаяся мне, сказала:
     - Зачем? У нас уже два года замок не работает и мы никогда не закрываем эту дверь.


     P.S. Я смотрела на неё и не понимала, как плавные, мягкие линии лица, стройный подбородок, внимательные карие глаза и серьёзный, умиротворяющий взгляд могут вызывать такое отвращение и ненависть. По её воле я испытала столько напрасных переживаний, провела бессонную ночь, почему она показала мне тот ключ, но не сказала, что они давным-давно не пользуются замком?

     Теперь я больше не мечтала, что мы подружимся. Счёт открыт, 1:1. Вместе с ключом сломалась моя вера в тёплый взгляд и доверительный голос.

      Гораздо приятнее запах древесных опилок и клацание ржавых ключей в пыльном ящике!