Эксперимент 734 Непредвиденные последствия

Лаборатория профессора Аристарха Аристарховича Аристократова пахла озоном и чем;то неуловимо травяным. На стеллажах громоздились колбы и реторты, а в центре комнаты возвышался «Трансмутатор Биоморфных Форм» — детище профессора, в которое он вложил годы кропотливых исследований.
Аристарх Аристархович стоял рядом с машиной, разглядывая свои тонкие руки с длинными нервными пальцами — руки, созданные для тонкой работы. Он был очарован лошадьми: их грацией, силой, благородством. Но, по его мнению, им чего;то не хватало. Крыльев, чтобы парить в небесах, рога, чтобы нести в себе магию. Его цель казалась простой: улучшить, возвысить.
Трансмутатор был не просто устройством для физических изменений. Он перестраивал ДНК, пробуждая разум и способность к человеческой речи. Профессор видел в этом прорыв, который перевернёт представления о границах биологии.
Первыми подопытными стали его любимые кони — могучий вороной жеребец Буцефал, чья грива развевалась, как чёрное знамя, и изящная кобылка Астра с шелковистой белоснежной гривой.
Первый запуск прошёл… успешно. Вспышка ослепительного света, лёгкий запах жжёной шерсти — и Буцефал обрёл величественные белоснежные крылья. Теперь он был Пегасом — прекрасным, но испуганным.
— Что это?! — прохрипел он голосом, похожим на скрип старых ворот. — Я не могу! Это абсурдно! Коню не место в небе!
Профессор, сияя от гордости, похлопал его по могучей шее:
— Буцефал, мой дорогой! Ты — Пегас! Ты можешь летать! Это же невероятно!
— Невероятно страшно! — взвыл жеребец, прижимаясь к земле. — Я хочу галопом по лугу!
Следующей была Астра. После второго сеанса она стала единорогом: на лбу красовался изящный спиралевидный рог, а белоснежная грива отливала нежным розовым оттенком. Она выглядела растерянной.
— Профессор, — прошептала она мелодичным, но полным досады голосом, — я задела стену. Теперь там дыра. И другие лошади смеются над моей гривой… Они боятся моего рога. Никто не может меня утешить.
Аристарх Аристархович пытался её успокоить, но Астра лишь грустно склоняла голову.
Настоящий сюрприз ждал профессора дальше. Эксперимент с молодым своенравным жеребцом по кличке Зевс дал непредвиденный результат: вместо крыльев или рога Зевс обрёл человеческий торс. Теперь он был кентавром — могучим, покрытым густой чёрной шерстью снизу и мускулистым, с грубыми чертами лица сверху.
— Что за чертовщина?! — рявкнул Зевс низким, хриплым голосом. — Ты что со мной сделал, старый колдун?!
Ошеломлённый, но не теряющий научного азарта профессор пытался объяснить:
— Зевс, мой дорогой! Ты уникален! Ты — кентавр! Это символ силы и мудрости!
— Мудрости?! — презрительно фыркнул кентавр, раздувая ноздри. — Я хочу быть конём! Обычным конём! Ты испортил меня!
С каждым днём недовольство Зевса росло. Он обвинял профессора, требовал вернуть прежний облик. Буцефал;Пегас дрожал от страха, когда Аристарх Аристархович подталкивал его к полёту.
— Пожалуйста, профессор! — молил он, глаза полны ужаса. — Я упаду! Это противоестественно!
Астра;единорог продолжала грустить. Её розовую гриву украшали мелкие блестящие звёздочки, проявившиеся не сразу, но радости ей это не приносило.
— Я даже не могу понюхать траву, — жаловалась она. — Мой рог слишком острый. Другие лошади шарахаются от меня. Мне так не хватает ласки…
Однажды, когда Зевс пытался хоть как;то утешить Буцефала, между ними завязался тяжёлый разговор.
— Буцефал, ты опять дрожишь? Что с тобой? — топая копытом, спросил Зевс.
Буцефал прижался к земле, его крылья нервно подрагивали.
— Зевс… я боюсь. Ветер такой сильный, а земля так далеко… — прошептал он.
— Земля всегда будет там, — фыркнул Зевс. — А ветер — это просто ветер. Ты же Пегас! Ты должен летать!
— Летать? Это противоестественно! — вздрогнул Буцефал. — Я конь! Я должен бегать, а не парить, как птица!
— Ты не птица, ты Пегас, — вздохнул Зевс с жалостью. — Ты можешь делать то, чего не могут другие. Ты сам себя ограничиваешь. Ты боишься.
— Я не хочу бояться, — тихо произнёс Буцефал. — Но каждый раз, когда пытаюсь взлететь, мне кажется, что я упаду и разобьюсь.
— Я понимаю, — мягко сказал Зевс. — Но ты должен попробовать. Ради себя. Чтобы доказать этому старому колдуну, что он не смог тебя сломать.
Пока Зевс говорил с Буцефалом, в его душе крепла решимость. Человеческий мозг в его гибридном теле оказался восприимчив к знаниям — и он научился читать. Наблюдая за профессором, он понял, как устроены чертежи Трансмутатора. Вскоре он сговорился с другими пострадавшими лошадьми: одной, у которой губы дёргались, как у кролика, и другой, полюбившей купаться и издававшей странные квакающие звуки.
Однажды ночью, убаюканный запахом химикатов и тиканьем часов, профессор спал. Внезапно его разбудил шум. Ворвавшись в лабораторию, он увидел, что Зевс с сообщниками выкрал чертёж Трансмутатора.
— Ты не уйдёшь от меня, старик! — прорычал кентавр. — Я верну себе прежний облик, и ты заплатишь за всё!
Зевс начал строить новое устройство. Он использовал все свои силы и знания, а лошадиные друзья помогали, как могли: приносили детали, поддерживали, когда он уставал. Профессор пытался остановить его, но был бессилен.
— Обратное превращение! — крикнул Зевс, когда устройство заработало.
Вспышка света, грохот — и кентавр исчез. На его месте стоял обычный вороной конь. Он посмотрел на профессора. В его глазах читались и ярость, и усталость, и, возможно, даже облегчение.
Но это было только начало. Пегас, единорог и другие изменённые лошади, увидев шанс, ворвались в лабораторию и начали крушить всё вокруг. Колбы летели на пол, реторты разбивались, химикаты смешивались, создавая облака разноцветного дыма.
— Нет! Мои исследования! Моё детище! — кричал профессор, пытаясь спасти хоть что;то.
Грохот привлёк внимание. Приехали пожарные, ветеринары, полиция. К моменту их прибытия лаборатория была разрушена, а следов экспериментов не осталось. Подготовленные профессором отчёты о «испытаниях слабительных средств для лошадей» убедили власти, что произошёл несчастный случай.
Лошадей осмотрели врачи — они были здоровы. Потом их отдали доброму хозяину.
Профессор остался ни с чем: исследования уничтожены, репутация под угрозой. Но, к собственному удивлению, он не чувствовал полного отчаяния.
Зевс, снова ставший конём, не хотел возвращаться к прежней жизни. Умение читать не пропало и оно навсегда изменило его. Он часто гулял с Астрой — бывшей единорожицей, которая, казалось, тоже испытывала к нему тёплые чувства. Зевс читал ей газеты, транслируя образы, а она с удовольствием слушала новости.
О профессоре больше ничего не было известно. Поговаривали, что, потрясённый крахом дела жизни, он скрылся в неизвестном направлении: кто;то видел его на окраине города, кто;то слышал, будто он отправился искать новый источник для опытов. А может, он просто устал от своих экспериментов.
Зевс был счастлив. Он снова был конём, но помнил, кем был. И знал: даже в самом странном превращении можно найти что;то хорошее. Главное — не терять себя и не бояться перемен.