Война богов Глава 4 Защита города

             Александр открыл глаза и не сразу понял, где он. В горле першило, будто он наглотался пыли. Воздух пах озоном и чем-то металлическим — как после грозы. В голове возникли последние воспоминания — окно, улица, его родной двор и вот. Точно — взрыв, яркая вспышка перед окном. Странная, правда? Она возникла из ниоткуда и на высоте его окна. Да и она стала быстро приближаться — вот, точно, она ударила в окно. Всё — пустота, он проваливается вглубь тьмы. Но нет — свет, боль в глазах, странная комната. И никого рядом. Александр попытался поднять руку, но она не поддалась. Что-то удерживало её. Тогда Александр посильнее попробовал и — ого. Ручка кровати, которая верёвкой держала его руку, устремилась в потолок и, как дротик, вонзилась в него. Он не сразу понял, что произошло, но не стал медлить и с силой рванул вторую руку. Вторая ручка проделала ту же траекторию полёта. Только теперь она проломила потолок и улетела в комнату, что находилась на этаже выше. Оттуда послышались женские крики, и сигнал тревоги наполнил комнату звуком. В комнату вбежали солдаты, вооружённые резиновыми дубинками и электрошокерами. Они остановились у порога и стали ждать действий от Александра. Он не заставил себя долго ждать и, схватив кровать, с силой бросил её в охранников. Кровать сделала своё дело — ножки её полностью вошли в бетонную стену, намертво прижав к ней пятерых охранников. Трое других попытались напасть на Александра, но он схватил рядом стоявшую тумбочку и кинул её в них. Тумбочка врезалась в стену и примяла под собой троих бедолаг, тем самым сломав им позвоночники. Тела обмякли и упали на пол. В комнату зашёл Сатана и, переместившись к Александру, скрутил ему руки за спину.
— Спокойно, Александр, это пройдёт. Ты сейчас очень испуган, но ребята ничего тебе не сделают, — проговорил он и отпустил Александра.
Александр упал на колени и осмотрел комнату, в которой он находился, ещё раз. Это была белая просторная комната без всяких излишеств. А точнее, в ней находилась только кровать, которая теперь торчала в стене, держа собой ещё живых охранников. А также тумбочка, которую он тоже швырнул в охранников, тем самым их убив. В потолке, также белого цвета, красовалась дыра, из которой на него смотрели оперативники. Почему он так решил? Они наставили на него оружие и ждали приказа открыть огонь. Но они были одеты в серый камуфляж, в отличие от формы охранников, которые носили чёрную униформу.
— Что с-с-со мной? — заикаясь, произнёс он.
— Это долго рассказывать, может, мы пройдём в зал совета, и там ты всё узнаешь, — ответил ему Сатана.
— Нет, я хочу сейчас всё знать, — ответил Александр и встал на ноги.
— Ну, я...
— Сатана, Люцифер, бла-бла-бла, я всё это помню. И про того Зевса, и про Геру, и... Стой, Михаил.
— Что Михаил?
— Я помню архангела Михаила. Но откуда? Я его не видел до взрыва. Взрыв — он возник из ниоткуда. Почему я помню архангела Михаила?
Александр стал ходить по комнате. Он провёл ладонью по лицу, пытаясь стряхнуть туман воспоминаний. Перед глазами снова мелькнул силуэт у окна — архангел с оружием, которого не бывает на Земле. Его не было в комнате до взрыва, он это хорошо помнил. Но вот — точно. Окно, двор. Его взгляд поднимается на уровень его окна и... вот оно — архангел Михаил. Михаил выстрелил в окно из какого-то неземного оружия вспышкой, которая врезалась в него и... пустота, а потом эта комната. Александр посмотрел на стоявшего в комнате Сатану, а потом перевёл взгляд на стену, из которой ломами пытались освободить охранников. Он подошёл к кровати и с лёгкостью выдернул её из стены и отшвырнул вглубь комнаты. Сатана с интересом наблюдал за ним.
— Так что ты там говорил про Михаила? — спросил он у Александра.
— Да так, ничего, просто показалось. Сон странный видел, пока был без сознания. Кстати, сколько я был в отключке, и где мы находимся? Хотя где находимся, можно не отвечать, я, походу, знаю. Это какая-то секретная база правительства. Но на вопрос про отключку жду ответа.
— Ты был без сознания пять дней. Тебя сильно ранило, Зевс тебе дал своей крови. Из-за неё ты такой сильный. Это коротко, и, да, началась война.
— Какая? С арабами опять?
— Нет, к сожалению, не с арабами. На вас и на нас теперь уже напала Тёмная раса. Пока они не сильно атакуют, а только малыми группами. Численностью не более сотни в каждой. Мы отбиваем такие атаки. Они сильно ударили по столицам стран, и многие президенты не смогли выбраться и погибли. Мы спасли вашего президента и президента США. Эти две державы сильны и должны объединиться для сопротивления.
— Ну, постойте, насколько я знаю, Китай тоже не слабая держава. А Франция и Германия, и...
— Не надо перечислений, мы поздно увидели вторжение. Их корабли были невидимы для наших и ваших радаров. Да и что мы тут говорим, в зале совета идёт сейчас экстренное заседание, и вы, Александр, там нужный человек.
— Кто это решил? Вы со своими богами? Я больше в вас не верую и помогать не очень сильно вам хочу. Я хочу уйти отсюда. Где выход?
— Но ты теперь часть нашей расы и не можешь уйти.
— Кто сказал? Ты, Сатана? Может, ты остановишь меня?
— А ты не оборзел, человечишка. Я сам Сатана, я тот, от кого у вас волосы дыбом встают. Если я захочу, то силой мысли распылю тебя, мальчишка, — заорал Люцифер и ударил Александра в грудь кулаком.
Александр остался на месте и даже не почувствовал удара от Сатаны. Он спокойно посмотрел на него и вышел из комнаты. Люцифер же остался ошарашенным на месте. Как он, сильная, превосходящая раса богов, не смог причинить вред человеку? Пусть даже с кровью бога. Александр шёл по коридору базы и искал выход. Он хотел пить и свернул в столовую — она была как раз по пути. Столовая была пустой, только гудел холодильник в углу. Он подошёл к кулеру, налил воды и жадно выпил. Потом — ещё. И тут, подняв голову, увидел зеркало на стене. Допил стакан, подошёл ближе — и замер. Он не узнал своего лица. Точнее, узнал — но будто кто-то взял его черты и растянул, перестроил, сделал чужими. Скулы стали шире, челюсть — тяжелее, а рост... он и так был не маленький, но сейчас в зеркале стоял человек под два с половиной метра. Но не это заставило его отшатнуться. Правый глаз. Его не было. То есть — он был. Он видел. Но зрачок стал абсолютно чёрным — бездонным, как колодец, в который уходит свет и не возвращается. Александр наклонился ближе к зеркалу, вглядываясь в эту черноту, и на секунду ему показалось, что что-то внутри глаза шевельнулось. Он отшатнулся, опрокинув стакан. Вода растеклась по полу, как кровь.
— Что со мной? — прошептал он зеркалу. Зеркало не ответило.
Сатана переместился в зал, где шло заседание, и, подойдя к Зевсу, сказал:
— Александр пришёл в себя, он собрался покинуть базу. У меня такое чувство, что он что-то вспомнил.
— Что он мог вспомнить, Люцифер? — произнёс Зевс и вышел из зала.
Зевс направился к выходу и встретил там Александра. Тот стоял в коридоре, прислонившись к стене. Лицо было бледным, руки — вялыми. Он уже знал, что с ним что-то не так, но ещё не понимал — что именно.
— Вы далеко, молодой человек? — спросил Зевс.
— Что со мной? Кто я? Я зашёл в столовую, хотел пить. Там висело зеркало.
— И что ты там увидел?
— Я хочу сказать, кого я там не увидел.
— И кого?
— Себя. Я там не увидел себя.
— А с кем я тогда разговариваю?
— С качком, накаченным стероидами и вытянутым в два с половиной метра. У меня поменялись глаза, а правый глаз — его нет. Точнее, он есть и видит, но он чёрный, как уголь. А эта сила? У меня такое чувство, что я могу танк поднять.
— Что с ней не так?
— Я в зеркале... на секунду мне показалось, что в этом глазу что-то двигается. Будто он живой. Отдельно от меня.
Зевс чуть прищурился, но тут же вернул себе обычное выражение.
— Странно, может, побочный эффект. Такого развития событий я не предугадал. Я надеялся на многое, но что твои силы станут такими — такого разворота я не ожидал. Куда ты теперь?
— Хочу выйти на улицу, подышать. Меня с ума сводят эти стены. Где мы?
— На закрытой и хорошо засекреченной базе С.А.Т.Т., и ты не можешь уйти, Александр.
— Это ещё почему?
— Не сейчас. Там идёт война, и ты должен понимать, что тебя могут убить.
— Я понимаю, что там идёт бой, а вы, как крысы, тут попрятались.
— Да как ты смеешь? Я владыка и отец всех богов. И я приказываю тебе, людишка, подчиниться мне.
— О как мы заговорили. Вы же кричали, что нам поможете?
— Кто, мы? Вам? — вспылил Зевс.
Зевс поднял руку вверх, и Александра прижало какой-то невиданной силой к стене. Он поднял вторую руку напротив Александра и резким движением влево перевёл её. Александра швырнуло сильно об стену. Кровь хлынула из носа. Александр упал на пол и, вытирая рукой кровь, спросил:
— Кто ты?
— Я, Зевс.
— Да ладно, не смеши меня, кто ты на самом деле? Я так понимаю, маскарад уже не нужен.
— А ты прав, человечишка, долой маскарад.
Александр уставился на Зевса — и только сейчас заметил то, что раньше, видимо, скрывала иллюзия. На шее Зевса, у самого воротника, мелькнула полоска чешуи — серая, мелкая, блестящая. На секунду. Как отсвет. Потом — снова кожа. Но Александр уже видел. И Зевс понял, что он видел. Зевс подошёл к Александру и на его глазах поменял облик. Ростом он остался прежним, но его лицо приняло вид ящерицы. Руки поменялись на лапы большой ящерицы. Перед Александром стояла большая разумная ящерица — её глаза светились, как раскалённые угли.
— Ого! — проговорил Александр и вытер кровь с лица.
— Я, — начал грубым, но звонким голосом говорить существо, — лорд Драко. Я повелитель и глава седьмого легиона.
— Легиона кого? — спросил Александр и стал подниматься на ноги.
Невидимая сила снова швырнула его об стену. Хруст собственных костей пронёсся по телу, и Александр услышал его — сухой, короткий, как треск ветки. Боль дикой кошкой бросилась на него, вцепилась в каждый мускул, в каждый нерв. Александр упал на колени. Кровь хлынула у него изо рта. Лорд же, отвернувшись от Александра, начал говорить.
— Я знал, что ваша раса наглая и непокорная. Но скоро всё изменится, и вы снова будете нам служить.
— Кому, вам? — поднимаясь еле дыша на ноги, спросил Александр.
— Я очень сильно хочу убить тебя, юноша, но ты первый, кто смог слиться с нашей кровью. Я не убью тебя, а сломаю тебя, и ты первый поведёшь мою победоносную армию. Просто убивать уже не интересно, зачем тогда я спасал тебя? Нет, убить — это просто, но мне нужны такие послушники, которые будут служить мне в моём замке. А если нет, то сгною тебя. Например, со свиньями.
Лорд пошёл по коридору, и на его месте появились архангел Михаил и бог Один. Лорд остановился и приказал им кинуть его в темницу. Архангел и бог не заставили себя ждать, схватили Александра и переместились с ним в темницу. Они приковали его цепями к стене и исчезли. Александр сел на пол и стал рукавом вытирать кровь. Каждый, даже самый малый ветерок, наносил ему боль. Он не мог понять, почему его организм сейчас так сильно реагирует на ветер и что с ним не так. Вдруг перед ним снова возник Сатана. Он подошёл к нему и, подняв его, приложил руку на плечо. Боль стихла и через минуту ушла полностью.
— Я вылечил тебя, но вот сил я тебе не добавлю. Слушай и запоминай: я тот, кого вы зовёте Сатаной. Или Люцифером. Имена ничего не значат, когда мир рушится. Зевс и Один оказались не теми, за кого они себя выдают. Им помогает архангел Михаил. Почему — не знаю, но выясню. Слушай, хочешь жить и сражаться за Землю? Придётся мне довериться. База захвачена Тёмными. Кто они, тебе объяснять не надо. Всё намного хуже, чем я предполагал. Они оборотни, про это я не знал, и наша раса тоже. То есть об этом должны узнать земляне и оставшиеся из нашей расы. Кому доверять, а кому нет — решать тебе, но сейчас я единственный вариант на твоё спасение. Держись за меня, и я тебя перенесу на поверхность, и там уже решим, что делать.
Александр не стал спорить и даже не сказал ни слова. Он просто кивнул. Сатана перенёс Александра сначала в коридор базы, а потом и на поверхность. Они оказались на пустыре рядом с какой-то заброшенной овощебазой. Склады, стоявшие рядом, были наполнены старыми овощами. Это он увидел, когда они зашли в один из складов. Воздух внутри был густым, сладковатым от гнили. Где-то в углу шуршали мыши.
— Уходить далеко не стоит. Тёмные знают о нашей способности перемещаться. Они, кстати, тоже умеют это. И пойдут в погоню. Им не придёт в голову искать нас у себя под носом. Пока они бегают, мы с тобой подумаем, как дальше быть.
Сатана сел на ящики и показал жестом Александру, чтобы тот садился рядом. Александр подошёл и присел.
— Что дальше? — спросил он.
— Не знаю. Первый раз за столько столетий — не знаю.
— Надо что-то делать. Как-то к своим пробиваться.
— А где они, свои? Если Тёмные имеют силу оборотничества, что даже я, Люцифер, не смог их отличить от настоящих. Вывод — не знаю.
— Просто так сидеть тоже нельзя.
— Нельзя, ты прав. Сначала надо понять, почему ты был дорог оригиналу Зевсу. Почему твой организм так принял их кровь, преобразовав тебя в одного из них.
— Я — это я. Что бы вы ни влили мне в вены.
— Да это понятно, но теперь ты обладаешь их силой и должен уметь себя регенерировать. Я много раз пытался тебя расщепить, пока мы тут сидим, но результат — у тебя иммунитет к моим умениям. Ты обладаешь их способностью, Александр. С одной стороны, ты опасен, с другой — союзник и козырь.
— Погоди. Ты сказал — «их кровь». Я думал, мне Зевс дал свою кровь. Кровь Богов.
Снаружи послышался далёкий гул мотора. Люцеф замолчал и прислушался. Гул прошёл мимо и стих. Он продолжил:
— В том-то и дело. Я сам так думал. Зевс — или тот, кто притворялся Зевсом — сказал мне, что даёт тебе свою кровь, кровь Богов, чтобы тебя вытащить. Я не сомневался. Зачем мне было сомневаться? Передо мной стоял Зевс — владыка, отец богов, кому я верил. А на деле это был лорд Драко. Он влил в тебя свою кровь — кровь Тёмных. Вот почему ты теперь обладаешь их силой, а не нашей. Вот почему я не могу тебя расщепить — в тебе течёт кровь моего врага, а не союзника.
— То есть он с самого начала знал, что делает.
— Не просто знал. Он выбрал тебя. Ты первый, чей организм не отторгнул кровь Тёмных. Для них ты не просто солдат — ты эксперимент, который удался.
— Ты пытался меня убить, пока мы сидим и мирно разговариваем? Ну, спасибо. Хотя, что ожидать от короля ада.
— Король ада? Да, были времена, когда меня боялись все люди и даже многие из нашей расы. Послушай, Александр, всё то, что тебе сказали там, в квартире, в твоей.
— И?
— Я тогда думал, что Зевс тебе специально говорит не то, и подыграл ему.
— Тогда ты мне многое и без него рассказал.
— Я — Сатана, архангел, плут и лгун. Мне соврать ради выгоды — всё равно, что плюнуть. Когда ко мне в ад пришёл сам Один, я был шокирован. Он сказал, что Тёмные у ворот в галактику. Я сначала не поверил, но, слетав на крейсер, убедился.
— Архангел? — перебил Александр.
— Долго рассказывать.
— Крейсер? У вас на земной орбите крейсер стоит?
— Да, он замаскирован, и ваша технология его не видит. Там стоит специальный радар, который может видеть объекты на многие тысячи километров. Меня только одно удивило.
— Что?
— Один. Он никогда не носил рыжую бороду. А тут он рыжий.
— Я совсем запутался с вами, богами. Кто что носил, кто как выглядит. Ужас просто какой-то. Может, ты мне расскажешь правду. Кто вы и откуда?
— Расскажу, обязательно расскажу, но сначала нам надо попасть на засекреченную базу С.А.Т.Т.
— Мы только оттуда еле выбрались, а ты опять туда. Ты псих, Люцифер.
— Я не про эту базу. У вас в посёлке есть засекреченная база, которая строилась под моим присмотром. Там лежит очень важный артефакт. Мы должны туда попасть раньше Тёмных. Я почему-то уверен, что они про неё уже узнали.
— Не вижу трудности — перенесись, и всё.
— Я только что пробовал, не могу. Причину тоже пока не понимаю. Я также не могу позвать своих демонов. Телепатическая связь тоже прервана. Тёмные как-то глушат моё устройство. Я точно знаю, что город ещё не атакован.
— Ты ж сказал...
— Я должен был это сказать. Я узнал, что Зевс — лорд Тёмных, только на базе. Уходить без тебя был не вариант, но и он рассматривался не раз. Пока ты был в отключке, я попытался найти своих, но неудачно. Пришлось играть роль. И они не догадались. Я был шокирован, узнав, что архангел Михаил помогает Тёмным.
— Почему он это делает?
— Ну, умирать и мы не хотим, мы тоже смертны. А ад и рай — это сказки для верующих. Нет ни ада, ни рая.
— А куда мы попадаем после смерти?
— А я почём знаю, мне совсем не интересно.
— Стоп, но демоны, черти и всякая другая нечисть — не выдумки?
— Это моя армия. Демоны и черти — это раса, которая жила тут до вашего появления. Они намного развитее, чем вы. Кстати, они выглядят так же, как вы. Они человекообразны. Единственная разность: у демонов зрачки чёрные, а у чертей строение черепа такое — спереди два небольших нароста. Напоминают рога. Вот их и стали называть чертями. Хотя их раса так и называется — Черток.
Александр потёр лоб. От обилия информации голова шла кругом. Снаружи снова прошёл звук — на этот раз не один мотор, а несколько. Люцеф поднял руку, призывая к тишине. Звук удалился.
— Спрашивай, Александр, нам тут ещё до вечера сидеть. Потом попробуем выбраться в город, а там уже посмотрим по обстановке.
— Так что с моим городом?
— Никто пока про вторжение толком ничего не знает. Но думаю, скоро оно будет.
— Значит, у нас есть время.
— Есть. Нам надо найти Зевса и всех остальных, они должны знать больше, чем я.
— Так я не вижу проблемы, свяжись с ними. Вы ведь по Библии или где там ещё написано, можете телепатически общаться.
— Ага, и воскрешать людей, и ещё многое другое. Мальчик, почти половина из того, что написано в ваших книгах про нас, — выдумки.
— А что не выдумки? Расскажи, и я хоть знать буду. Времени у нас до вечера хоть.
— Кто и откуда мы — расскажу, если мы выберемся из этой ж... Ну а что мы умеем, где правда, а где ложь. Слушай. Я Сатана, ну или Люцифер, — не суть. Мы — раса Ангиов и архаилов. Есть раса Богев.
— Оттуда боги?
— Вы их так прозвали. Всё, что тебе сообщили там, в доме, — чушь. Во-первых, я не знал, что там были Тёмные, и принимал их за своих. Во-вторых, думал, что правду знать вам рано. Теперь всё изменилось. Тёмные уже давно тут и копируют нас. Нашей расе и расе Богев придётся рассказать вам правду. Иначе будет крах. Мы должны сражаться с нашим врагом, но думаю, что он намного хитрее нас.
— Ты опять ушёл от сути.
— Да, да, конечно. Теперь, Александр, я расскажу тебе истину, которая скоро станет известна всем.
Сатана встал и молча прошёлся по складу. Потом сел обратно к Александру и начал рассказывать.
— Далеко отсюда, в другой галактике, есть две обитаемые планеты. Планета Орга, очень красивая, там много природы. Моя родная планета. Населяют её более пяти миллиардов Органцев. Но тебе проще называть нас ангелами и архангелами. Когда привыкнешь, сможешь называть нас Органцы. Живём мы там спокойно, никого не трогаем. Точнее, жили. Пока к нам не прилетели Тёмные. Они стали пытаться захватить нас. Нашим преимуществом стали крылья и то, что мы умеем летать с детства.
— Точно, крылья. Где твои крылья?
— Тут у меня под одеждой. Я их складываю. Так они менее заметны и не выделяют из толпы. Мы долго сражались, но победой это было назвать трудно. Мы ни разу не смогли взять в плен хоть одного Тёмного. К нам на помощь прилетела раса Богев. Они были сильнее и могущественнее нас, и мы начали выигрывать.
Александр молча слушал, подавшись вперёд.
— Мы победили, как нам тогда казалось. В обмен за помощь мы стали помогать этой расе. Давно это было, ещё до моего рождения. Потом я родился. Уже частично с кровью Богев. Да, наши расы тогда объединились и стали жить вместе. Так как наша раса и раса Богев живут долго. Сколько — не знаю. Мы давно победили старость и можем регенерировать своё тело. И при желании можем лечить. Перемещение из одного места в другое — это не способность, а технология. Да, мы обладаем очень развитой технологией, которую вам ещё предстоит освоить.
Сатана посмотрел на Александра, и скупая мужская слеза появилась на его щеке. Он быстро смахнул её и отвернулся. Странно, но Александр сейчас полностью верил его словам. Он видел, с какой скорбью тот рассказывал ему про свою планету.
— А при чём тут ангелы и архангелы?
— Ну, Александр, не тупи, — улыбнувшись, произнёс Сатана, — у вас на Земле есть арабы и немцы, поляки и американцы. Вот ты русский. Так и у нас на планете. Только мы были разделены на две ветви: Ангелы и архангелы.
— Но зачем тогда та история была там?
— После того как нас предали, я перестал кому-либо верить.
— Что было дальше? Как по-настоящему вы попали на нашу планету? Почему наша раса стала вас называть богами?  Да, я много хочу знать о том человеке — извини, органце, — с которым мне придётся сражаться бок о бок. Хоть ты наполовину, человек.
— Почему ты так говоришь? Мы — раса человекоподобных. Отличие только в том, что мы лучше развиты и наша раса с крыльями. Ну а предатели, как ты понимаешь, есть и среди нашего народа.
— Визуэлы, кто они? Или это тоже выдумки?
— Ты, как я понял, имеешь в виду Геру и ей подобных.
— Да, она была там, в квартире.
— Да, точно, Гера. Она...
Сатана замолчал и что-то стал перебирать у себя в голове.
— А ты же прав, Александр, там была Гера. Но вот на базе её уже не было. Нам надо её найти, она, скорее всего, многое знает. Но нам надо ждать темноты. Так у нас будет больше шансов понять, что вообще происходит. Я, если честно, мало что сам понимаю.
— Технология перемещения — как она работает?
— Видишь, у меня на руке, около плеча, татуировку в виде ангела?
— Да.
— Туда вмонтирован под кожу чип перемещения. Так не надо его носить с собой и потерять невозможно. Заряжается он от аккумулятора моего тела. Проще — у каждого человека есть своя энергия, и вот наша технология позволяет её использовать для перемещения. Это расщепление. Проще: каждая материя и каждый предмет состоит из атомов. Мы научились их расщеплять на микроатомы и при этом останавливать и преодолевать расстояния. Это очень сложно для тебя, и не просто будет для ваших учёных. Но лучше всего об этом расскажут наши учёные. Они уже давно на Земле и плотно работают на секретной базе С.А.Т.Т., что находится в посёлке. Нам туда попасть надо. Вот только дилемма: я не знаю, как глубоко лорд смог внедриться в наши и в ваши ряды. Их технология оборотничества мне не знакома, и о ней я даже не знал.
— С.А.Т.Т... Опять эта контора. Что они такое?
— Это первая контора, с которой мы стали сотрудничать, когда наши разведчики доложили, что орда Тёмных идёт в эту галактику. Точнее, летит. Её создали учёные и военные из России, Китая и Индии. Позже присоединились ещё пять стран. США развивали свою контору во главе с архангелом Михаилом.
— Так он же предал вас и нас. Ты сам видел. Или он тоже был там... оборотень?
— Нет, я на сто процентов уверен. Михаил был настоящим. А вот Один не был. У него борода рыжая, а у настоящего Одина — чёрная, как смоль. Я тогда на квартире это заметил, удивился даже, но не придал значения. А зря. До сих пор не пойму, как я не смог узнать Зевса. Ведь я его сын по крови. Да не удивляйся, я сын Зевса. Нас от него пятеро: я — Люцеф Сатанович, Михаил, Гавриил, Рафаил и Лилит. Лилит — тоже дочь Зевса, пятая в нашем роду.
— Лилит? Странно... Почему-то я думал, что Лилит — это демон.
— Демон? - Сатана расхохотался и, встав, проговорил: — Да, ваши книги многое переписали в нашей истории. Но Лилит — моя сестра. Она осталась там, на нашей планете, когда мы улетали. Она воин и самая сильная среди нас. Истинный архангел и патриот своей планеты, как у вас говорят.
— Самое интересное — почему я должен тебе верить? Тогда в доме ты говорил одно, теперь — другое. Кто вы на самом деле — остаётся тайной.
— Ты и не должен. Я тебе вообще рекомендую богам не верить. Верь роду своему. А наша раса, по сути, захватчики, которые без боя захватили вашу планету. Теперь мы просим у вас помощи. Без вас нас мало, и мы проиграем точно. Но ваша раса сможет выгнать Тёмных обратно на их планету. И я, как представитель своей расы, помогу. Точнее — тебе, Александр.
Александр посмотрел на Сатану и, закрыв глаза, уснул. Ему снилось мирное время: он гулял со своей девушкой, и всё у них было замечательно. Проснулся он оттого, что кто-то ткнул его в плечо. Открыв глаза, он увидел рядом Сатану с автоматом Калашникова наперевес. Тот указал Александру на дверь и показал на уши. Александр прислушался и услышал множественные голоса. По звуку можно было понять, что возле двери около пяти человек — но это только те, кто говорил. О чём шла речь, было не разобрать. Он прислушался и понял, что говорят не по-русски. «Английский. Точно английский», — проговорил он про себя. Александр встал, и Сатана отдал ему пистолет.
— Откуда? — шёпотом спросил Александр.
— Пока ты спал, я попытался переместиться, но не смог. Тогда я вышел из склада и заметил, что в нашу сторону движется колонна из пяти грузовиков с солдатами. Я проследил за ними и узнал: вторжение в ваш мир начнётся завтра утром. А это силы зачистки. Насчитал я около сотни солдат. Отсюда вывод: на окраине вашего города — сотня хорошо вооружённых бойцов-наёмников. Они остановились на этой базе. Совпадение или нет — не знаю, но точно знаю, что одного у них не хватает: его тело в тех ящиках из-под овощей. Каким именно оружием они вооружены — не скажу, но ребята вооружены до зубов. Нам надо уходить отсюда и срочно попасть в город.
— Есть варианты?
— Да. Следуй за мной. И без резких движений. Без особой нужды не стреляй в солдат. Боюсь, мы сотню не победим с одним пистолетом и автоматом.
— Бог и полукровка! Цирк шапито, — нервно усмехнувшись, произнёс Александр. Голос дрожал, но он стиснул зубы и проследовал за Сатаной вглубь склада.
Там он увидел проём, сделанный, скорей всего, недавно. Кусок железа, покрывавший стену склада, всё ещё висел на месте, а не лежал оторванный и прислонённый к дыре — так, как это бывает обычно. Вылезти наружу не составило труда ни Александру, ни Сатане, несмотря на его внушительный рост и небольшую дыру, проделанную как раз под лаз. Они прошли вдоль невысокого забора, и Александр узнал местность. Это был посёлок Бельгоп. Он находился недалеко от основного города, хотя пешком идти было всё равно неблизко. На их счастье, неподалёку стояла незаглушённая «Газель». Александр указал Сатане на неё и попросил пока спрятаться: он сам договорится с водителем. Сатана лёг в траву, но если бы кто-то пригляделся, то сразу бы заметил его: внушительное телосложение с лёгкостью выдавало его из травы. Водитель согласился довести Александра с другом до города. После жеста Александра Сатана залез в кузов. Водитель поехал. Они проехали мимо склада, где ещё недавно прятались, и Александр заметил «Уралы», стоявшие на стоянке возле складов. Теперь их было около двадцати. Столько он успел посчитать, пока водитель «Газели» пропускал машины и выезжал на главную дорогу, ведущую в город. Он понял, что вторжение неизбежно, но в голове не укладывалось, как об этом предупредить городские власти. Он понимал, что не может просто прийти к мэру и сказать о вторжении. Минимум — его вышвырнут за дверь, максимум — упекут в психиатрическую больницу. Туда он попадать не жаждал. Но пока «Газель» катила по дороге, Александр смотрел в окно. Город ещё жил обычной жизнью. Люди шли по тротуарам, матери толкали коляски, на остановке стояла девушка в наушниках и улыбалась в телефон. Светофор перед ними переключился на красный, и водитель выругался — торопился. Александр смотрел на город и знал: через несколько часов этих людей не будет. Эти улицы, эти светофоры, эта девушка — всё превратится в руины. Он стиснул кулаки так, что ногти впились в ладони, и отвернулся от окна. Они доехали до администрации, и водитель остановился у входа. Александр вышел, и Сатана вылез из кузова. Когда водитель увидел его в боковое стекло, удивлению его не было границ: было сразу видно, что он ещё ни разу не видел таких высоких и крепких людей. Но он завёл машину и, дав сильно по газам, уехал, оставив чёрную метку на асфальте от резины. Сатана и Александр зашли в здание администрации. Охранник указал им на этаж и номер кабинета заместителя главы администрации: самого главы не было на месте. Их это устроило. Они поднялись на этаж и вошли в кабинет. Там сидела молодая красивая девушка-секретарша. Не отводя взгляда от монитора, она по телефону сообщила заместителю о посетителях. Получив положительный ответ, она указала Александру и Сатане на дверь кабинета. Они вошли. Заместитель сидел за столом и тоже усердно смотрел в монитор компьютера. На столе стояла чашка кофе, рядом лежала табличка «Приём по записи».
— Проходите, садитесь. Я вас слушаю. Только покороче: у меня не так много свободного времени, — сказал он, не отрывая взгляда от экрана.
Александр присел на диван напротив окна. Сатана, же, подошёл к окну и стал внимательно наблюдать за происходящим.
— Да, я вас слушаю, молодые люди. Помолчать — это в другом кабинете. Вы либо рассказывайте вашу проблему или предложения, либо идите по своим делам. У меня тут не санаторий по молчанию.
— Скоро его у вас будет много, уважаемый, — начал Александр.
Заместитель поднял голову и, оторвавшись от монитора, осмотрел гостей.
— Что надо, дорогим офицерам, от меня?
— Нет, вы нас опять не поняли. Мы не из полиции.
— Тогда какого хрена, извините, вам тут надо?
— На первый взгляд это покажется странным, но на наш мир готовится вторжение из космоса.
— Ребят, я похож на клоуна, которому можно вливать в уши всякую хрень? Или вы сейчас же уходите, или я вызываю охрану, и они сдадут вас, шутников, в настоящую полицию.
— Сатана, покажи ему.
Сатана повернулся к заместителю и посмотрел ему прямо в глаза. Заместитель немного испугался, но, собравшись, рассмотрел человека, который до этого стоял у окна и не привлекал внимания. Только сейчас он понял, что этот незнакомец какой-то не такой. «Не человек, что ли?» — подумал он. Страх и ужас стали вселяться в него. Сатана снял куртку и рубашку, что были на нём, и расправил крылья. Они были чёрные, но очень красивые — словно сняли с красивой птицы, увеличили и, украсив белыми перьями, отдали человеку. Александра это тоже сильно удивило, но не испугало. Заместитель рывком откатился к шкафу, что стоял у него за спиной, и, поджав ноги к груди, дрожащим голосом спросил:
— Кто вы, чёрт вас подери? Извините меня.
— Это, — начал Александр, — Сатана, падший ангел, по-нашему. А, нет, извиняюсь, архангел. А я — простой человек, Александр. На чей дом упал бог, как я думал, и перевернул всю мою жизнь. Точнее, он сказал, что он бог, а на самом деле — пришелец из расы Тёмных. А бог где-то тут или там... Короче, его найти надо. И нам нужна помощь. Скоро Тёмные начнут вторжение, и вы, как заместитель главы, должны предупредить силовые структуры и вывести всех гражданских в охраняемые бункеры. У нас же в Ухте есть такие, я прав?
— Да-да... а-а-а... — начал заикаться заместитель. — Н-но к-как я объясню начальникам силовых о нападении из космоса? Откуда там должны прийти ваши Тёмные?
— Вы — начальство, и должны оберегать свой народ, а вы тут сидите и штаны просиживаете. Пришла угроза — и вы в кусты. Жопа получается полная. Ну и зачем нам такой руководитель?
— Да я не в кусты! Просто меня посчитают психом.
— Да, вы правы. Глупо получится. Надо что-то придумать. Слушай, Сатана, может, ты сможешь переместиться и притащить их всех сюда, в этот кабинет? Тогда им придётся принять нас.
— Извини, Александр, но я не могу тебе помочь. Тёмные блокировали мои способности. Они как-то глушат моё устройство. Я и не думал, что они смогут это делать, находясь на орбите.
— Они на орбите Земли? — спросил заместитель.
— Да, — ответил Люцеф. — Они на орбите Земли.
— Я не глава, а только его зам. Глава администрации уехал в отпуск в Турцию. И вопрос: почему наши земные радары не видят их корабли на орбите?
Сатана отошёл обратно к окну и, упёршись в подоконник, сказал:
— Они включили маскировку, но при таком режиме они не смогут ни вылететь, ни передать что-либо своим солдатам на планете. Стой. И это наше преимущество. У вас на планете идёт жёсткая война с терроризмом, ведь так?
Задав вопрос, Сатана посмотрел на заместителя. Тот уже наливал себе в стакан коньяк. Увидев, что Александр и Сатана смотрят на него, он жестом предложил им присоединиться.
— Что вы сказали, уважаемый Сатана? — спросил он.
— Так, меня это имя уже бесит. Я из расы архангелов, и у нас тоже есть свои имена, как и у вас.
— Так ты из расы архангелов, ну или как, по-вашему... Я уже забыл, — усмехнулся Александр.
— Имя, которое мне дали при рождении, — Люцеф Сатанович. Я из расы архангелов. Так проще. И запомнить надо: я органец.
— Оба! — шутлива начал Александр. — Вот почему в Библии ты записан как Сатана и Люцифер. Хорошо, теперь я буду называть тебя только по имени — Люцеф.
Зам кивнул, соглашаясь, и выпил коньяк из рюмки. Осмелев, он спросил у Люцефа:
— Люцеф, что вы придумали? Да, по всем странам сейчас идёт жестокая война с терроризмом, и наш город не остался в стороне. Есть специальное подразделение на случай терроризма.
— У вас в посёлке... Как его название, Александр?
— Бельгоп.
— Вот, посёлок Бельгоп. Там стоят пять машин с вооружёнными солдатами. Они готовы выступить во время нападения. Точно знаем, что там, около сотни или более солдат.
— Это точная информация?
— Я сам лично убил одного, когда мы выбирались из склада, куда они приехали, — сказал Люцеф.
Заместитель подошёл к телефону и набрал номер. Но ответить на том конце не успели.
Первый взрыв ударил не звуком — давлением. Стёкла вылетели наружу, рассыпавшись на тысячи прозрачных осколков. Люцеф отлетел от окна и ударился о стену; на штукатурке остался тёмный отпечаток, похожий на силуэт крыла. Александра накрыло стеклом. Оно впивалось в кожу, как ледяные иглы, но почти сразу тело начало регенерацию: под кожей вспыхивали тонкие светящиеся линии, и осколки выдавливались наружу. Заместителя вместе с телефоном швырнуло за стол, и на него обрушилось всё, что было на столешнице. Второй взрыв сорвал дверь с петель и швырнул её на заместителя. Тот исчез за ней, будто его накрыло щитом. Пыль поднялась плотной волной и повисла в воздухе, превращая кабинет в белую комнату без углов и стен. На полу валялась рамка с фотографией — стекло треснуло, но улыбающиеся лица сотрудников остались целыми. Рядом лежала чашка с остывшим кофе, и на белой пыли вокруг неё темнели крошки печенья. Мир, в котором пьют кофе и улыбаются на фото, только что закончился. Третий взрыв стёр стол со своего места. Он разлетелся на щепки, и одна длинная, острая щепка пронеслась в сантиметре от лица Александра. С улицы доносились автоматные очереди, крики, детский плач и вой полицейской сирены. Кто-то кричал, чтобы товарищ прикрыл. Кто-то неподалёку звал на помощь. Звуки смешивались в один сплошной гул, будто город кричал от боли. Александр поднялся на ноги и вытер лицо. Рука стала белой от пыли. Он сделал шаг — и ноги, будто не слушались, как после долгого бега. В ушах стоял тонкий, невыносимый звон, и первые секунды он почти не слышал криков с улицы. Только когда щепка упала ему на ботинок и стукнула о пол, звук прорвался обратно: сирена, очереди, чей-то плач. Вся одежда стала белой, на лице виднелись куски штукатурки, а в волосах застряли осколки стекла и щепки от стола, который мужественно перенёс два взрыва. Огня и запаха дыма нигде не было видно, но из-за пыли дышать становилось всё тяжелее.
— Глава! — крикнул Александр. — Глава, ты жив ещё?
— Меня зовут Андрей Николаевич, можно просто Андрей, — отозвался заместитель, выкарабкиваясь из-под осколков стола и двери. В его глазах была не паника, а пустота — взгляд человека, который только что понял, что всё, что он строил, рухнуло за три секунды. — И я не глава.
— Уже не важно. Цел сам?
— Да вроде... Живой и целый. Война? — выдохнул он.
— Началась, — коротко бросил Александр. — И мы опоздали. По нашим данным, они должны были ударить только с утра. Видно, наш побег ускорил их планы.
— Если я правильно понял, вы бежали от них. И Сатана... то есть Люцеф тоже? Он же типа архангел и всё такое?
— Ты не поверишь, Андрей, но он смертен.
За окном город уже не был тем городом, который Андрей видел каждое утро. На главной улице стояла колонна грузовиков, и из них выпрыгивали бойцы в броне. На перекрёстке горел автомобиль, и дым тянулся над крышами, как чёрный флаг. Где-то рядом завыла сигнализация, и этот звук слился с очередями в один сплошной, невыносимый шум. Андрей, выбравшись из-под завала, сел, упёршись спиной о стену. Он вдруг побледнел и тихо, будто самому себе, проговорил:
— У меня жена и дочь в центре города. Если я сейчас не сделаю хоть что-то...
— Тогда делай, — жёстко сказал Александр. — Веди нас к силовым структурам. Связывайся с военными, с кем угодно. Но сначала — выведи нас отсюда.
Андрей кивнул и поднялся на ноги.
— Через главный вход нельзя, — быстро сказал Александр. — Там наверняка уже есть их люди.
— Тогда через подвал, — хрипло ответил Андрей. — Там есть технический выход к складам. Старый, но рабочий.
— Веди, — кивнул Александр. — Только быстро.
Андрей уже взялся за ручку двери, но вдруг остановился. Он посмотрел на Александра так, будто только сейчас увидел его по-настоящему.
— Ты ведь не человек, да? — тихо спросил он. — Не совсем.
Александр не стал врать.
— Нет. Уже нет. Но я на вашей стороне.
Андрей кивнул и шагнул в коридор. И в этот момент по зданию пронёсся новый звук — не автоматная очередь и не взрыв. Это был низкий, вибрирующий гул, от которого дрожали остатки стёкол в окнах. Александр замер.
— Это что? — прошептал Андрей.
— Не знаю, — ответил Александр. — Но мне кажется, это только начало.
Андрей и Александр стали выбираться из атакованного взрывами здания. Коридоры подвала были разрушены. Кто-то пытался вытащить раненого. Они выбрались на улицу и, оглядевшись, увидели весь ужас происходящего. Десять минут — каких-то примерно десять минут — между первым взрывом и тем, как они выбрались. Результат ужасал. Город лежал в руинах. Словно тысячи бомбардировщиков атаковали его в течение суток. Но нет — Тёмные смогли разрушить город за десять минут. Повсюду лежали раненые. Мимо Александра прошла группа людей, вооружённых автоматами, и, внимательно осмотрев их, полезла в полуразрушенное здание администрации. Александр дёрнул Андрея и шёпотом сказал:
— Походу, это по вашу душу. Нам пора уходить.
Они не стали испытывать судьбу и быстрым шагом пошли в центр разрушенного города. Повсюду попадались солдаты с автоматами. Александр узнал их: те самые наёмники или террористы со склада, которых он мельком там видел. Он шёл и внимательно осматривал разрушенные дома. Из-под завалов доносились стоны — глухие, едва различимые, но от этого ещё страшнее. Вдруг кто-то схватил его за руку — крепко, как тиски, — и в глазах резко потемнело. Вновь свет, и уже он стоит в полуразрушенном здании, а возле него бегают полицейские и сотрудники МЧС с автоматами и что-то кому-то кричат. Рядом — Люцеф, только что державший его за руку. Стрельба привела его в чувство, и слух вернулся. Он осмотрелся — и вот миг: Люцеф появляется снова, и уже с Андреем.
— Люцеф, это ты? Я рад. Что скажешь? Как наша обстановка?
— Город атакован с воздуха, и теперь его зачищают те солдаты, которых мы видели. Ваши силовики сдерживают натиск, но мы уже потеряли несколько точек. Я пытаюсь переместить ваших людей сюда. И пока удачно. Вам надо помочь тут и наладить оборону этой точки. Я спасу, сколько смогу, но всех не обещаю. Мы в безопасном месте — тут несколько зданий, детский сад и школа. Пока это то, что возможно удержать этими силами.
— Хорошо, действуй. Стой — я так понимаю, ты можешь переместиться в любое место?
— В пределах города — да. Моё устройство тоже имеет радиус действия. И они поставили купол над городом, чтоб не было связи. Моё устройство тоже не может пронести меня сквозь него. Но можно ножками, если сильно надо.
— Надо как можно больше оружия, патронов и всё, что может нам помочь.
— Хорошо, только давайте выставим приоритет: что главнее — люди или оружие с медикаментами?
Александр задумался — ведь от его решения сейчас многое зависело. Люди — и без оружия и боеприпасов точка долго не выдержит, и всех их убьют. Оружие — но без людей кто будет обороняться? Он посмотрел на Люцефа, а Люцеф смотрел на него. Ни один не отвёл взгляд.
— Люди, — сказал Александр и замолчал. Потом сжал кулаки и добавил: — Нет. Приоритет — оружие. Как можно больше оружия.
— Хорошо, будут вам автоматы и боеприпасы. Но не забывай: ты только что обрёк, возможно, многих на смерть.
— Я понимаю. Действуй. А со своими скелетами мне жить.
Люцеф исчез. Он стал появляться и приносить по десять автоматов и патроны к ним. Александр поставил человека, чтобы тот при появлении Люцефа брал оружие и разносил боеприпасы по точкам. Он также наладил в разрушенной школе госпиталь для раненых. В соседнем здании — бывшей строительной конторе — развернули штаб. Оборона начала обретать смысл: солдаты Тёмных стали сдавать позиции и терять людей. Люцеф приносил оружие и иногда приносил людей. Шло время, и на улице наступала ночь. Хорошо выставленный рубеж защиты давал о себе знать — противник отошёл, перестав пытаться захватить точку. Да, передышка была нужна. Люди уже полностью осознали, что началась война, но они ещё не понимали, с кем они воюют. Александр прошёл по госпиталю, развёрнутому в школе. На партах, которые ещё вчера были школьными, лежали раненые. Окровавленные бинты, импровизированные носилки, чужие стоны. У стены, на расстеленном одеяле, сидела женщина лет тридцати и прижимала к себе мальчика лет пяти. Мальчик не плакал — просто смотрел на Александра огромными, сухими глазами. Женщина тоже посмотрела на него.
— Вы нас спасли? — тихо спросила она.
— Мы пытаемся, — ответил Александр и опустил глаза. Он не мог смотреть ей в лицо. Потому что не знал, спасёт ли их завтра.
Он вышел из госпиталя и направился в штаб. Там на втором этаже была организована комната заседаний, и уже вовсю спорили офицеры подразделений. Заместитель, а теперь уже глава разрушенного города, стоял возле стола, но в спор их не лез. Александр подошёл к ним, и офицеры расступились перед ним.
— Надо людям сказать всё, — обратился он к главе.
— Да, конечно, Саша, сделаем. Какие ещё будут указания?
— В смысле? Глава у нас ты, а не я. Я простой гражданский. И даже без военной подготовки.
— Ты смог организовать оборону этой точки. Мои люди смогли её расширить и сильнее закрепиться. Теперь под нашим контролем полгорода. Вторженцы отошли и почти без боя сдали многие рубежи. Спасли тысячи людей. Наладил снабжение продовольствием, сделал госпиталь для раненых. Разведка принесла столько данных только благодаря вам с Сатаной. Никогда не думал, но Сатане надо сказать спасибо, — выговорился глава.
— Сам ему и скажешь. А всё, что я сделал, — это не только моя заслуга, но и многих других.
— Извините, Александр, вас ведь так зовут? — вмешался в разговор капитан полиции. — У нас убито пятьдесят процентов мирного населения. Благодаря вашим действиям и руководству мы смогли защитить эту окраину города. Эту частичку разбитого, но живого города хорошо охраняют — тоже благодаря вашим напутствиям. Ваш друг Сатана многих спас и сейчас где-то пропадает. Я уверен, он принесёт продукты или оружие, или ещё что-нибудь, что сможет нам помочь. Я из тех немногих, кто знает, что мы воюем с пришельцами. Да, слухи разносятся быстро. Но я хочу сказать, что с тобой, сынок, я в разведку и на смерть пойду.
Александру всё это сильно льстило, но он понимал, что не годится на роль командующего. Показывать свой отказ ни жестом, ни делом он не хотел, но и соглашаться тоже не видел смысла. Он молча стоял и смотрел то на главу, то на собравшихся офицеров. Вдруг в комнате появился Люцеф, держа за плечи полковника. Тот был в лётном комбинезоне, с грязным, осунувшимся лицом, и парашют, волочившийся за спиной, похож был на хвост. Сразу не все смогли разобрать, кто он и к какому роду войск принадлежит.
— Это лётчик со сбитого самолёта. Я его подобрал на окраине города, когда осматривал новых привезённых поклонников Тёмных. Да, докладываю: у наших противников очень большой отряд подмоги.
— Насколько большой и где? — спросил Александр, сам того не замечая, и подошёл к карте. Все стоявшие в комнате сделали то же самое — они внимательно стали слушать Люцефа. На полковника ВВС уже никто не обращал внимания. Он же, напротив, стоял и не мог понять, где он и что с ним произошло. Только что он был возле сгоревшего танка, куда приземлился на парашюте, и пытался отстреляться от противника. А тут этот человек из ниоткуда, потом бах — темнота, и вот эта комната. Офицеры и гражданский, который, походу, ими командует.
— Извините, — окликнул он офицеров, стоявших у стола и обсуждавших какой-то план действий.
Все повернулись и посмотрели на удивлённого полковника.
— Простите, господа, а я где?
— Ой, извините, товарищ полковник, забыли представиться. Майор Головин, начальник штаба сопротивления, а также капитан полиции, — начал докладывать один из офицеров. — Этот гражданский, что поменьше, — глава администрации города, где вы сейчас находитесь. Тот, что повыше и помощнее, — Александр, начальник лагеря сопротивления. Ну а кто вас сюда доставил — это Сатана, в прямом смысле слова. Я понимаю ваше удивление, но вы скоро привыкнете. Он архангел, Люцеф его зовут. В Библии его называют Сатана, Люцифер и так далее. Он воюет с пришельцами на нашей стороне.
— Не удивлюсь. Мы, лётчики, давно знакомы с расой Органцев.
— Откуда? — удивился Люцеф.
— Лилит, имя вам знакомо?
— Лилит! — Люцеф быстро подошёл к полковнику. — Где она? Она давно на Земле?
— Я её узнал, этак уже, лет пятнадцать тому назад. Когда перевёлся служить в подразделение ВВС «Славуч». Мы базировались на секретной базе С.А.Т.Т и первыми приняли бой.
— Она жива?
— Вот этого я не могу сказать, так как улетел на защиту базы в вашем районе. А точнее — в городе Сосногорск, но говорят, этот город рядом с вашим. Я не успел долететь, меня сбили корабли пришельцев: Тёмные захватили Сосногорск. Не погиб ни один житель — они просто всех увезли в неизвестном направлении. А там устроили базу. Теперь Сосногорск — сильно укреплённая база Тёмных. И наша первая задача — окружить её и не дать оттуда выходить поставкам. Они атакуют постоянно базу, которая находится тут.

Полковник подошёл к карте и нашёл посёлок Нижний-Одес, потом он внимательно осмотрел его и указал на заброшенный то ли завод, то ли какую-то базу.
— Значит, она им зачем-то нужна, — вмешался в разговор Александр.
— Да, но эту информацию я могу рассказать только начальнику той базы. Информация секретная.
— Извините, товарищ полковник, — начал майор. — Во-первых, тут главный не вы, хоть и по званию выше. Во-вторых, у меня нет людей, чтобы идти в наступление. Да, наша застава хорошо укреплена, и мы держим полгорода. Нас бесполезно атаковать — что с воздуха, что с суши. Но отдать приказ на атаку хорошо укреплённого города я не могу. Да и люди у меня — почти все гражданские, а есть те, кто автомат только недавно взял. И вы хотите этими бедолагами взять хорошо укреплённый город и укрепиться там?
— Такой приказ. И не взять город, а окружить его и не дать быть поставкам. Держать кольцо окружения. Чтоб ни одна муха не могла вылететь или залететь туда.
— У вас приказ такой?
— Теперь и у вас.
Полковник достал из внутреннего кармана лист бумаги и протянул его майору. Там был приказ главнокомандующего выполнять все приказы полковника, если коротко объяснять. Майор внимательно прочитал приказ и передал конверт новому главе администрации, а потом — Александру. Офицеры тоже прочитали приказ и стали смотреть на Александра. Александр посмотрел на них, потом на майора и сказал:
— Нет. Я не позволю никому из моих солдат идти на верную гибель.
— Товарищ, послушайте...
— Нет, это вы меня послушайте, полковник, — перебил его Александр. — Мы понятия не имели, когда будет удар. А вы там хорошо знали о нападении. Люди в городе были застигнуты врасплох. тридцать процентов погибло при первой атаке, и ещё двадцать добили эти... Как их называть, я и не знаю — пусть будут послушники, чёрт их возьми. У нас только десять процентов всего военного штата — солдаты и офицеры. Единицы были в горячих точках и представляют, что такое война. Остальные познали всю её прелесть тут, на передовой. Воюя, извините меня, не пойми с кем. И ни одна собака оттуда не пришла на помощь. Вы все защищали задницы толстосумов, а на простой народ вам просто было наплевать. Конечно, вы не считали жертвы средь мирного населения. Теперь появляетесь и суёте мне эту бумажку. Знаешь, что я скажу тебе, полковник?
Александр взял полковника за грудки и поднял его. Полковник был шокирован силой простого человека.
— Мне глубоко наплевать на ваши писульки. Ни один солдат по моему приказу отсюда не тронется.
— Я понял. Отпусти меня.
Александр поставил полковника на место и отряхнул его плечи.
— Хорошо, я согласен. Но и вы поймите меня. Батальон, который должен был это сделать, попал в засаду. Вертушки ушли прямиком на базу. Рота ВДВ, которая будет прикрывать базу, тоже высадится через портал прямиком там. У меня нет выхода. Если мы не задержим прибывшее подкрепление Тёмных на выходе из города, там погибнут многие, и война будет проиграна.
— То есть там важнее, чем тут?
— Да.
— Тогда я жду ответа: чем?
— Ты же знаешь, что я не могу рассказать.
— Тогда я вынужден предложить тебе кров и обогрев с питанием. После прошу вас покинуть нашу базу, товарищ полковник.
— Да пойми ты, Александр. Не сегодня, так завтра ваш блокпост падёт. И город падёт, и мир потеряет ещё один город в войне. А если они возьмут ту базу, они найдут то, что спрятали так называемые боги. И мы проиграем войну.
— Так с этого места — подробнее.
— Ладно. Только тебе и Сатане.
Александр попросил всех выйти. Оставил только главу администрации и майора с Люцефом.
— Теперь говори.
— На той базе — вход в систему подземных сооружений. Они обширны и ведут на сотни, а то и тысячи километров. Единственный выход, который я знаю — только на базе. Может, есть и другие входы или выходы — но мне они не известны. Но к артефакту богов ближайший и безопасный вход — только на этой базе.
— Что будет, если они получат его, и что он из себя представляет? Почему я должен рисковать людьми ради этого? Может, проще отдать его им?
— Это очень мощный источник безопасного электричества. Получив его, они получат щиты. Тогда любое наше оружие будет бессмысленно.
Александр посмотрел на Люцефа. Тот посмотрел на него и сказал:
— Да, я знаю этот артефакт. Он с нашей планеты. Когда тёмные прилетели, он защищал нашу планету от вторжения. Но вскоре он был украден, и планета завязла в войне. Но как он оказался тут? У нас было убито всё элитное подразделение, которое охраняло его. Изобрели его наши учёные. Он очень важный и сильный. Способен вашу Землю накрыть щитом на многие миллионы лет. Ради того, чтобы вернуть его, я готов рискнуть.
— Получается, у нас нет выбора, — проговорил Александр.
— Выбор есть всегда, — ответил полковник.
— Майор, что скажешь?
— Надо помочь. И вот что я думаю: если они не знают, где вход, как я понял, то там — самое безопасное место для наших людей. Плюс армия, вертолёты и наше ПВО — мы дольше продержимся. Надо рисковать.
— Тогда задача: как провести всех людей мимо послушников и Тёмных?
— А вот тут, Александр, нужен будет отвлекающий манёвр.
— У вас есть план, полковник?
— Есть, но я плохо знаю город.
Александр подошёл к карте и начал:
— Мы, полковник, тут — улица Интернациональная, Ленина, Набережная. По последним докладам нашей разведки, послушники тут — улица Космонавтов, Западная. Подразделения Тёмных численностью до тысячи — тут, по улице Сенюкова. Отсюда вывод: мы зажаты.
— А тут?
Полковник указал на бывшую улицу Загородную и часть улицы Мира.
— Тут у них минные поля. А дальше — серая зона, она, по данным разведки, ничейная. Так, мелкие группировки послушников.
— Вот тут и надо идти. Я обучу людей разминировать, и мы пройдём тут. Надо собрать группу для отвлекающего манёвра — тут. Ударить по улицам Западная и Сенюкова. И держаться, пока люди и караван уйдут.
— День, два?
— Да. День, два.
— Хорошо. Майор, надо отобрать добровольцев для тактического отвлекающего манёвра. Остальные пусть готовятся к переходу.
— Есть. Запишите меня — я готов.
— Нет, майор. Ты пойдёшь с полковником и вместе с главой поведёте людей. Ты отвечаешь за их безопасность.
— Кто будет командовать тактической группой?
Александр посмотрел на майора, на офицеров, на Люцефа. Никто из них не мог пойти — все были нужнее здесь. Он понял: это его решение, и его последствия лягут на него одного.
— Я сам буду командовать. У меня больше шансов выжить.
— Я тоже, — вмешался в разговор Люцеф.
— Ну вот видишь, полковник: ты к нам лицом, и уже два добровольца есть.
— Нам нужно время для подготовки минёров.
— Я понимаю. Людей поднять и собрать караван — тоже не быстро. У нас нехватка машин и тягачей. Есть идеи, полковник?
— Тягачи и грузовики есть тут неподалёку, и ещё там пять автобусов, — показал на карте Люцеф.
— Вот и хорошо. Майор, найди водителей и вместе с Сатаной пригони эти автомобили сюда. Только осторожно — там может быть засада.
— Есть. Разрешите выполнять?
— Да, конечно. А у нас, полковник, куча тактических дел. Подходите ближе — будем думать, где лучше, по-вашему, ударить. Нам бы день продержаться и ночь простоять — не так-то и легко.
Полковник с Александром и главой стали разрабатывать план нападения и вывода каравана из города. Шло время. Полковник набрал группу для разминирования и подготовил их. Они разминировали путь и передали мины группе, которую набрали из добровольцев. Группа оказалась небольшой — сотня солдат и гражданских, готовых были идти на смерть и держаться до тех пор, пока караван уходит. Перед рассветом, когда группа собралась на выход, к Александру подошёл боец — пожилой мужик с седой щетиной и автоматом, который держал, как вилы. Бывший тракторист, как он сам сказал. Он протянул Александру сложенный листок.
— Тут телефон дочери. Если что — позвони, скажи, что я... ну, в общем, скажи.
Александр взял листок и убрал в нагрудный карман. Ничего не сказал. Тракторист кивнул и ушёл строиться.
После всех подготовок и разведданных план пришёл в действие. Группа во главе с Александром и Люцефом заминировала подход с горы со стороны улицы Интернациональной и ударила по послушникам на улице Западной. Как только завязался бой, караван под усиленной охраной начал свой путь. На постах для обманки установили чучела, и группа прикрытия, оставшаяся там, периодически «светилась» на постах. Всё шло хорошо: Тёмные клюнули на мнимый прорыв и стали стягивать свои силы на Западную улицу. Бой был жарким. Александр стрелял, пока автомат не щёлкнул пустотой. Патроны кончились. Он бросился к телу убитого бойца — того самого тракториста — и забрал его магазин. Руки дрожали, но он перезарядил. Вокруг свистели пули, впивались в бетон, в кирпич, в живое. Справа от него боец по имени Колян — молодой, лет двадцати — вдруг дёрнулся и упал лицом вперёд. Александр потянулся к нему, но Люцеф крикнул: «Не вставай!» — и он остался лежать, вжимаясь в бетонный пол. Несколько секунд он видел только спину Коляна — неподвижную, неестественно скрученную. Потом кто-то из своих подхватил Колю и оттащил в укрытие. Александр не знал, жив ли он. Несколько раз группа, собранная для прикрытия со стороны Интернациональной улицы, докладывала о попытках Тёмных, обойти их. Но как только они нарывались на мины — эти попытки они оставляли. Тёмные не видели иного способа, кроме как бить в лобовую. То ли у них не было хороших тактиков, то ли эта раса была тупой. Александр держался со своей группой. В один из моментов — между перезарядками, когда дым поднялся стеной и видимость упала до нескольких метров — он вдруг заметил, что правый глаз, чёрный, нечеловеческий, видит сквозь дым. Не как тепловизор — скорее, он просто чувствовал, где враги, будто кто-то шептал их расположение. Движение за стеной слева — двое. За горящим грузовиком — ещё трое. Он вскинул автомат и выстрелил наугад, и двое тел упали. Александр похолодел. Это не было его умением. Это было что-то чужое внутри него. И оно хотело убивать. Люцеф периодически исчезал и появлялся — то раненым, то с оружием Тёмных, то с автоматами. Он пользовался своей технологией и, исчезая тут, появлялся у противника в тылу и нападал там. Однажды Александр увидел его вдали: Люцеф стоял в самой гуще боя, и крылья его — огромные, чёрные с белыми кончиками — были раскрыты, и казалось, что он не архангел, а смерть. Потом дым закрыл его, и когда рассеялся — Люцефа на том месте уже не было. Умение регенерации очень сильно спасало жизнь и Люцефу, и Александру. Время шло, и Люцеф после последнего исчезновения доложил, что караван ушёл из города и уже большая часть перекрыла дорогу от города Сосногорск до посёлка Нижний-Одес. Александр радовался: они смогли обмануть Тёмных, и люди ушли. Он скомандовал об отходе, и его группа отошла обратно на свой блокпост.
Перегруппировавшись, Александр насчитал живых — двадцать человек. Из сотни. Его пронзила боль — тупая, давящая, от которой не спасёт ни божественная кровь, ни чужая сила. Он вспомнил парнишку, который утром шутил, что не умеет держать автомат. Как его звали? Колян? Нет, Колян был постарше. Этот — тот, что шутил — как же его? Александр перебирал лица, имена, и не мог вспомнить. Имя ушло, как вода в песок, — и от этого стало ещё хуже. Тёмные не стали преследовать. Они ещё не поняли, что их обманули. А послушники, как понял Александр, у них были как солдаты, и их они не слушали. Это было на руку Александру. Он присоединился к группе уцелевших Люцефа, и они стали уходить с базы — блокпоста — по маршруту каравана. Они останавливались и минировали на своём пути, готовя ловушки для преследователей. Погони не было, и Александр со своей группой без потерь дошли до новой базы на дороге Сосногорск — Нижний-Одес. Штаб сделали на первых Нижне-Одесских дачах. Там уже была база добровольцев. Это усилило отряд Александра. Небольшую группу из силовиков отправили в помощь Нижне-Одесской базе. Там шли бои, и это было слышно даже тут. Преимуществом стал лесной массив и единственная дорога из города в посёлок. Поставили ПВО, как в лесу, так и в посёлке. Тягачи и машины в шахматном порядке разместили по дороге, чем затруднили проезд по ней. Большую часть леса заминировали и установили секреты.
— ПВО — вон туда, на пригорок, — указал майор на карту. — Обзор лучше, и от леса далеко, не подберутся.
— А если обойдут по руслу? — спросил Александр.
— Заминируем. И поставим секрет у ручья.
— Ладно. Делай.
Хорошо укрепились и стали ждать первых ударов. Время шло, но ударов так и не было. Хотя шум боя в посёлке стихал только на время — и потом с новой силой разгорался. Было ощущение, что послушники нашли другой маршрут и просто обходят их. Связь с базой оборвалась с последним нападением на неё. Тогда был небольшой прорыв: большая часть группы нападения осталась лежать на дороге и в лесу, и только полсотни смогли прорваться и уйти на базу. Александр не пошёл вдогонку, а только стал укреплять свои рубежи. Люцеф восстанавливался после последнего нападения, и это занимало много времени. Он тогда появился почти при смерти — солдаты еле смогли отнести его в госпиталь. Александр сидел в кабинете и искал радиоволны. Вдруг радио заработало — сначала треск, потом ровный, усталый голос диктора: «Мир пал. Тёмные смогли захватить почти все страны. В Африке есть база сопротивления.» Голос оборвался на полуслове. Радио заглохло, и оттуда пошло только шипение — ровное, безнадёжное, как последний вздох. Александр откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Мир пал. Весь мир — а они держали клочок леса и дороги. Он вспомнил девушку в наушниках на остановке. Вспомнил мальчика в госпитале с огромными глазами. Вспомнил тракториста с его листком. Достал из нагрудного кармана сложенный листок, развернул. Номер дочери. Он так и не позвонил, да и не куда – города нет. В дверь постучали.
— Да, входите, зачем стучаться.
— Александр, не спишь? — входя, спросил полковник.
— Нет. А что — есть что-то интересное?
— Да. Только что пришла группа из разведки города, откуда мы ушли.
— И?
— Мне жаль. Когда Тёмные поняли, что их обманули, они стёрли город с лица земли. Там не осталось даже руин. Один песок. Разведка доложила, что они увозили на кораблях всех мирных жителей, которых находили.
— Интересно, куда они их увезли?
— А в этом я смогу тебе помочь.
— Как?
— Ребята вернулись с двумя подарками.
— Пленные?
— Да. Один послушник, и ты не поверишь — ребята взяли языка из Тёмных.
— Ай да молодцы! Ну, пошли, поговорим с твоими языками. У меня, да и у тебя, наверно, накопилось много к ним вопросов.
Они вышли из комнаты и пошли допрашивать пленных. Пленного Тёмного держали в подвале — руки за спиной, ноги притянуты к стулу. Он не дёргался, не кричал. Он сидел и смотрел. Не как человек — без страха, без злости, без мольбы. Просто смотрел. Его глаза были чёрные, абсолютно, как у Александра. И от этого взгляда у Александра по спине прошёл холод. Он узнал этот взгляд. Он видел его каждый раз — в зеркале.
Александр не знал, что ответы на его вопросы изменят всё, что он думал о войне до этого дня.