Назад в СССР часть 53

Было поздно и рентгенолога не было на месте. Часа через два, уже далеко за полночь, привезли молодую женщину лет тридцати пяти, она и была тем специалистом. Наверное, её подняли с постели, потому что, когда она сняла пальто, то оказалась в красивом, домашнем халатике. Она  зашла в кабинет, и через несколько минут пригласила меня войти. Я разулся у двери, залез на стол, и лёг на спину, как она просила. Пока она что- то колдовала с аппаратом, я успел заснуть.
- Больно-о-й,- услышал я сквозь сон, и открыл глаза.
Когда она наклонилась надо мной, халатик распахнулся. Прямо перед собой, я увидел её шикарную грудь, наверное, четвертого размера, лифчика на ней не было. Я не удержался и нежно поцеловал её, вдыхая запах молодого женского тела. Когда она поняла, что произошло, она, не резко, а медленно распрямилась, глядя на меня, и запахивая халатик.
- Что вы себе позволяете, больной?
Я, тут же вспомнил анекдот про Чапаева, и спросил:
- Девушка, а у вас папа, случайно, не скульптор?
- Что? - не понимая о чём я, переспросила она.
- У вас груди, как точёные, поэтому, я не смог сдержаться, это было выше моих сил, поверьте.
Она улыбнулась, и покачала головой.
- Вам лампочку стряхнули сто процентов, лежите смирно, нам нужно сделать снимок.
Мне повезло, если так можно сказать, череп выдержал, пробита была только шкура на голове, в пяти местах. Всего, как сказал хирург, мне наложили двадцать восемь швов, и отпустили, на все четыре стороны. От больницы до мамки, было пять минут ходьбы, и я направился к ней. Я был уверен, что Виталика она забрала к себе.  Повязка на голове, напоминала детский чепчик бандита “Сметаны”, из кинофильма “Свадьба в Малиновке”, даже завязочки были под подбородком. Три часа ночи, а в окне на кухне горит свет. Сто процентов, что мамка не спит, какой же я идиот. Я поднялся на второй этаж, и уже собирался постучать, как дверь открылась. На пороге стояла  и плакала мамка, видно было, что она не сомкнула глаз.
- Ну, что сынок, сон в руку. Я же просила тебя утром, а ты никогда меня не слушаешь, - проговорила она, и опять  заплакала.
- Мам, не плачь, ну всё же обошлось, всё нормально. Наложили три шва, больше разговоров.
До утра мы так и не ложились. Виталик мирно посапывал рядом с дедом. Утром он проснулся, и мы пошли домой, ему нужно было идти в школу, а мне звонить на работу, чтобы взять отгулы, которых у меня было дофига. В девять утра пришел Володька, я сначала его даже не признал. Всё лицо сплошной синяк, переносица заклеена пластырем.
- Не хило мы вчера день рождения отметили, как только нас до смерти не запинали?
Он принес две бутылки вина, мы выпили, и он пошел домой.  Только он ушел, приперся участковый.
- Вы помните тех, кто на вас напал? Они были несовершеннолетние? Вы что, били малолетних детей?- сыпал он вопросами.
- Вообще- то,  пи;здили колами нас, а не мы их. И я, почему- то,  не спросил у них свидетельство о рождении. Лейтенант, хорошо ещё, что ты говоришь, что на нас напали, а не наоборот. Всё, что я помнил, из головы выбили ногами, и колами. И знаешь что, у меня, ни к кому претензий нет, и у меня сильно болит голова, извини. Он дал мне подписать какую- то бумажку, встал и ушёл. Я не обижался, работа у него такая.
Вечером позвонила Любаша, и предложила пойти погулять, или сходить в кино. Я сказал ей, что у меня забинтована голова, и гулять в таком виде, не совсем удобно. Она спросила адрес, и через полчаса уже входила ко мне в квартиру.
- Господи, что с тобой случилось? Что- то на работе, или что?
Любочка, да не волнуйся ты так, всё хорошо,  пустяк, царапина. Она, конечно, не поверила, а когда увидела немного просочившейся крови, совсем расстроилась.
- Я остаюсь у тебя, вдруг тебе понадобится помощь.
Сказать, что я обрадовался, это значит, ничего не сказать.
- А как твои родители к этому отнесутся?
- Я уже большая девочка, - и тут же позвонила домой.
Пришёл с улицы Виталик. Увидев гостью, он недовольно буркнул - здрасьте, и зашел к себе в комнату, прикрыв за собой дверь.
Люба, он у меня с характером, ты не обижайся, пожалуйста.
- По- твоему, он должен был броситься в объятия к незнакомой тётке?- улыбнулась она с пониманием.
Мы сели на диван, а больше было некуда, придумывая тему для разговора.
- Давай, хоть телевизор посмотрим, у вас программа есть? Что там сейчас идёт?
- Я, и без программы знаю, потому что, у нас всегда показывает один фильм, и называется он  “Метель”.
- Это как?- не поняла Любаша.
- А вот так,- сказал я, и врубил те;лек.
Он зашипел, вспыхнул белый экран со снегом, по которому, иногда, пробегала чёрная полоса.
- Действительно, метель,- оценила она шутку,- тогда, может быть, угостишь гостью чаем? Надеюсь, чайник у вас работает?
Потом я включил магнитофон, и мы слушали музыку. Выяснилось, что Люба не любит рок музыку. Оказывается, она окончила музыкальную школу с отличием, и играла на домре. Такого инструмента у меня, к сожалению не было.
Она ещё несколько раз приходила в гости, но уже без ночёвки. Я прекрасно понимал, что ей неудобно перед дочкой, и родителями. Однажды, после работы она пришла, и поинтересовалась, есть ли у меня детские санки.
- Ты что, предлагаешь  пойти покататься на санках?
- Я хочу сделать вам сюрприз.
- Какой сюрприз?- поинтересовался я.
- Узна;ешь позже.
Я постучался к Тарадановым, это мои соседи по площадке.  Борис с Натальей воспитывали троих детей, и санки у них однозначно были. Безо всяких вопросов, Борис достал из темнушки санки.
- Бери свой телевизор, и привязывай к санкам, поедем в магазин.
Ничего не понимая, я сделал так, как она просила, и мы поехали в “Аккорд”, единственный промтоварный магазин в Заводском районе. Мы сдали мой телевизор за 50 рублей, и Люба купила новый, большой телевизор “Изумруд”, с диагональю 61 см, за 296 рублей. Я не знал, что сказать на это, но Люба всё разъяснила, сказав, что ей надоело смотреть фильм “Метель”.

В субботу после обеда, я лежал на диване, и смотрел телевизор. Позвонила Любаша, и сказала, что придет в пять вечера. Неожиданно, в дверь позвонили, я открыл, на пороге стояла моя “бывшая”. Выглядела она, мягко говоря, не очень; какая- то поникшая, темные круги под глазами.
- Неважно выглядишь, а вроде бы, должна быть счастливой, - не удержался я, чтобы не съязвить, - зачем пришла? Больше забирать у меня нечего.
- Можно войти? Нам нужно поговорить.
- Да, мы вроде обо всем поговорили.
- Это в последний раз.
- Ну, заходи.
Она разулась, прошла в зал, и села на диван
- У вас новый телевизор,- заметила она.
- Красиво жить не запретишь. Это мне моя знакомая подарила, - опять не сдержался я.
- У тебя уже появилась знакомая? Недолго ты был один, или она и раньше у тебя была?