Глава 1

За окном, несмотря на шумоизоляцию в квартире, послышался громкий хлопок, который взбудоражил весь квартал. От этого неожиданного звука Май открыл глаза. На его лбу выступила испарина, а футболка, а которой он заснул, была липкой и мокрой от пота.
Несколько минут он неподвижно лежал на кровати, пытаясь прийти в себя. Привстав на локтях, он обвел взглядом комнату, за окном которой был снежный февраль.
Май был одет в простую, а не камуфляжную одежду, которая, казалось, стала для него уже привычной.
«Стоп!.. А где Микки?..»
Сейчас они должны были вернуться из Евпатрии и быть в доме на берегу озера, который стал для них убежищем от всего мира.
«Неужели что-то пошло не так во время так называемого перехода через портал?»
Если это так, то в таком случае может произойти что-то страшное и непоправимое! Тот план, который он придумал по восстановлению прежнего облика Земли и жизни людей теперь оказался под большим вопросом.
«Это катастрофа! Это настоящая катастрофа!..»
Май крепко обхватил голову руками: «Думай, думай, думай…»
В тот самый момент, когда Май уже мысленно стал прощаться со здравым смыслом, в дверь его квартиры постучали, и ему был знаком этот стук: так по обыкновению стучал по входной двери его отец.
Он встал с кровати и неуверенным шагом направился к двери В его голове был целый ворох мыслей: «Если это отец, а с отцом они сейчас по разные стороны баррикад, то это вполне может быть провокацией или чего хуже – к нему подослали наёмных убийц…»
Май инстинктивно дотронулся до пояса брюк, но пистолета, который всегда был при нем, сейчас от чего-то не оказалось.
«Интересно, сколько их там за дверью? Впрочем, это не важно, потому что, если это ловушка, то смертельная, и ему из нее уже не выбраться…»
В дверь еще раз постучали.
- Кто? – Спросил Май, подойдя к двери.
- Май, это я.
Голос, вне всяких сомнений принадлежал его отцу.
- Ты пришел один или с тобой еще кто-то?
Это был абсолютно бессмысленный вопрос в сложившейся ситуации, но ответ на него все же вселял некую надежду.
- Конечно, я один. С кем я ещё могу быть? Открывай, здесь очень холодно! – Отец, судя по интонациям в голосе, уже стал терять терпение.
Когда дверной замок щёлкнул и дверь открылась, в проёме стоял Влад, отец Мая: его одежда была в снегу, в руках он держал полупрозрачный пакет, в котором можно было рассмотреть торт в праздничной упаковке.
- Я уже минут пятнадцать в дверь стучу. Уже хотел уходить. Вот принес твой любимый торт «Тирамису». Ставь чайник, рассказывай, как дела – Он протянул Маю пакет с тортом.
- Почему ты без охраны?
- Какой охраны, Май? У меня никогда и не было охраны. С тобой точно все хорошо?
Вот тут-то пазл и сложился, мгновенно и очень неожиданно.
«Сон! Неужели мне всё это приснилось? Микки, Стюарт Рэт, Голд, Сильвер, участие в сопротивлении, покушение…Все? Все это мне приснилось?! – Май еще раз окинул взглядом свою квартиру и осознал, что это все было лишь сном – Нет, этого не может быть! Я ведь никогда, сколько себя помню, не видел снов. Никогда. А тут такое…»
- Папа, ты проходи. Проходи, не стой в дверях. Прости, я действительно крепко заснул. Со мной все хорошо. Такое приснилось!.. Ты бы не поверил… - Май почти втащил отца внутрь и быстрым движением закрыл дверь.
- У тебя точно все хорошо? На работе все нормально? – Влад взволнованно смотрел на сына.
- Да, все хорошо. Проходи, располагайся. Я сейчас поставлю чайник. Проходи… - Май юркнул в небольшую комнату, служащую и ванной, и уборной.
Он открыл кран, из которого хлынула ледяная вода, зачерпнул ее в ладони и омыл несколько раз лицо. Посмотрел на свое отражение в зеркале. На его лице не было и следа от тех сражений, в которых он участвовал.
«Это был сон! Господи! Это все-таки был сон, и отец сейчас выглядел так, как выглядел в их последнюю встречу, перед тем самым предложением Стюарта Рэта… Только бы не сойти с ума! Только бы сохранить холодным рассудок!..»
В этот раз общение с отцом не задалось по понятным причинам: Май выглядел отстраненным, а Влад не стал лезть в душу сыну и грузить его своими переживаниями и проблемами. Отец был просто рад его видеть, как и любой родитель, старающийся в меру своих возможностей проявлять заботу и внимание по отношению к своему ребенку.
Выпив по чашке чая, отведав по куску торта и поговорив на отстраненные темы, они попрощались.
Уже стоя у порога, Май, вдруг, спросил:
- Отец, а, может, останешься сегодня у меня?
Влад явно не ожидал такого вопроса – Май никогда не просил его остаться переночевать у себя дома. Их отношения нельзя было назвать простыми, и сегодняшнее поведение сына показалось Владу, мягко говоря, странным. Если бы Влад не знал, что его сын не увлекается алкоголем и наркотиками, он подумал бы, что Май – под кайфом.
- Как-нибудь в другой раз, сын – Влад обнял Мая и это объятие отца и сына были немного продолжительнее, чем обычно.
- Как знаешь, отец. Приезжай чаще. Знаю, сам ты гостей не очень любишь.
- Хорошо. Обязательно еще загляну к тебе. До встречи.
Когда дверь за отцом закрылась, Май пошел за барную стойку, сел на высокий стул и впервые за несколько лет ему захотелось закурить. Несколько лет он успешно боролся с этой пагубной привычкой, но сейчас его охватило дикое желание снова вдохнуть сигаретный дым, задержать его, как можно дольше, в легких, и выдохнуть. И так затяжка – за затяжкой, пока пепельница не переполнится.
«Нет, надо держаться. Надо бороться с собой. С соблазнами, со своими слабостями, а это слабость. Курение, алкоголь – слабость. Слабость не столько тела, сколько духа. Нужно с этим бороться!»
Май не был святым. В его юности были и сигареты, и алкоголь, и веселые компании, пока все это не стало проблемой. Настолько серьезной, что его чуть было не отчислили из института, когда до защиты диплома оставалось полгода.
Май прекрасно помнил, сколько усилий приложил отец, чтобы он мог учиться на том факультете, и он не хотел подводить отца: разбивать, возложенные на него, надежды.
Потом он стал во отчую наблюдать, что стало происходить с людьми из его бывшей компании, с его однокурсниками и однокурсницами. Их родители были трэйторами, и они могли позволить себе все или почти все. Им нравился Май своей честностью и наивностью, остроумием и чувством юмора. Они видели в нем какой-то свет, которого не было в них самих. Поэтому приняли его в свою компанию (об этом он узнал чуть позже от одной из девушек).
Случилось это при достаточно трагических обстоятельствах, но именно они и заставили его пересмотреть свое отношение к той жизни, в которую он окунулся с головой.
Это было очередная вечеринка, которая в их компании называлась «пятничной»: конец учебной недели, лекциям и практическим работам, семинарам и скучным предметам.
Всей компанией, которая насчитывала порядка десяти – пятнадцати человек, они отправились в ночной клуб «Станция М», а после – на квартиру к Питеру, который к тому времени уже жил в отдельной квартире, купленной ему на окончание школы его отцом-трэйтором.
Эта домашняя вечеринка ничем не отличалась от предыдущих: все разбились на пары (мальчик/девочка). Кто-то даже уже успел уединиться в одной из комнат шикарной квартиры: кто-то танцевал; кто-то допивал остатки алкоголя.
Май не был в паре в этот вечер. Девушка, с которой он остался наедине, звали Мари. Она считалась одной из самых красивых и богатых девушек на их курсе. Она всегда делала что хотела и именно поэтому сама выбрала университет, факультет и уехала учиться в другую резервацию подальше от своих родителей. Ее отец тоже был могущественным и очень влиятельным трэйтором.
Мари встречалась с парнем по имени Ивар, он профессионально занимался танцами и учился в другом университете, что не мешало ему уже в этом возрасте ездить с гастролями по резервациям. Он считался перспективным и талантливым артистом.
Ивар и Май были знакомы, поэтому Май и не пытался проявлять знаки внимания к Мари – этого ему не позволяла совесть.
Но, что не позволяет совесть, то может себе позволить определенная ситуация, настроение, соответствующая атмосфера и алкоголь.
В этот вечер Май не употреблял алкоголя, видя в каком состоянии находятся остальные ребята из компании. Не употребляла в этот вечер горячительных напитков и Мари. Они явно выглядели в тот вечер для остальным белыми воронами.
- Май, ты не мог бы проводить меня домой? – Мари посмотрела на него своим глубоким, проникновенным взглядом.
- Да, конечно – Ответил Май, пытаясь скрыть в голосе волнение.
Совесть – совестью, но стоило признать, что Мари очень ему нравилась! Да, и он, порой, ловил на себе ее взгляды, и в этих взглядах не было похоти, скорее, интерес.
Всю абсурдность с провожанием Май осознал, когда они подошли к ее автомобилю.
- Так ты же сама можешь добраться до дома.
Она посмотрела на него и, лукаво улыбнувшись, сказала:
- Конечно, могу, Май. У тебя есть выбор. У каждого из нас всегда есть выбор. Ты можешь подняться обратно в квартиру Питера. Ты можешь пойти домой пешком, рискуя нарваться на патрульных, а можешь поехать со мной…
Май в этот момент не совсем понимал: играет она сейчас с ним или говорит серьезно. Это была ее отличительная черта общения с представителями мужского пола, что вызывало в Иваре дикие всплески ревности.
- Я хочу тебе предложить другой вариант… - Неожиданно даже для самого себя выпалил Май.
- Хм, и какой же вариант ты хочешь мне предложить? _ Удивленно спросила Мари, понимая, что ее стопроцентно действующий прием не сработал на этот раз.
- Исходя из тех вариантов, что ты мне предложила, могу тебе предложить еще один. Предлагаю тебе подвезти меня домой – на его лице заиграла улыбка, а в глазах плясами огоньки.
- Та-а-ак, стоп! Ты предлагаешь мне, девушке, подвезти тебя, парня, подвести домой? – На ее лице было искреннее удивление, граничащее с возмущением.
- Именно это или почти это я тебе предлагаю – Май уже прекрасно понимал для себя, как поступит дальше.
- Ну, садись в машину, кавалер… - Сказала Мари, не переставая удивляться такой неслыханной наглости, которой она раньше в нем не замечала.
Когда они оказались в салоне автомобиля и Мари уже готова была повернуть ключ зажигания, Май развернулся к ней все корпусом так, чтобы видеть ее лицо, а она – его взгляд:
- Мари, подожди… - Он положил свою ладонь на ее тонкое запястье – Не нужно меня подвозить. Прости, я даже не знаю, что на меня нашло. Я прекрасно понимаю, что случилось бы, если бы я «проводил» тебя.
- И, что бы по-твоему произошло? – Спросила мари, не глядя ему в глаза, а смотря перед собой в лобовое стекло автомобиля.
- Было бы то, чего нам с тобой делать нельзя. Я знаю, что мы нравимся друг другу – При этих словах она повернула голову в его сторону, ее глаза блестели.
- Это так заметно? – Спросила она.
- Я не знаю, видят ли это другие, но я это виду и чувствую. Поверь, что мои чувства к тебе. Да, именно чувства, очень сильны, но у тебя есть Ивар. Вы – пара. И самое ужасное для меня, что я знаком с Иваром, и он хорошо относится ко мне. Я тоже считаю его неплохим парнем. Это неправильно, Мари. Не правильно даже то, что происходит в данный момент. Даже этот разговор. Он не должен был произойти, но мы с тобой его допустили. Точнее сказать, я его допустил… - Май замолчал, и хотел было убрать свою руку с ее запястья, но Мари положила свою ладонь поверх его руки.
- Знаешь, почему ты оказался в нашей компании? – Она смотрела ему прямо в глаза – Потому что ты – светлый. В тебе есть тот свет, которого давно нет в нас, а мы – темные. Нас почти всех поглотила тьма: алкоголь, вечеринки, бешенные бонусы, безнаказанность, вседозволенность. И вот на курсе появляешься ты, словно рыцарь на белом коне, по-моему, так раньше писали в сказках. Воспитанный, скромный, умеющий быть галантным, умный, очень симпатичный. С очень сильным внутренним стержнем. Поэтому ты и не в кругу отличников и заучек, потому что они видят в тебе конкурента. Поэтому к тебе тянется и мужская часть курса. И, конечно, темные, так как их главная цель – сбить тебя с истинного пути, попробовать запятнать, украсть у тебя твой внутренний свет. Впереди тебя ждет много испытаний, Май…
- Откуда ты это знаешь? – Май ожидал услышать от Мари все, что угодно, только не это.
- Не спрашивай, откуда я это знаю. Лучше в таких случаях задавать другой вопрос: как быть дальше? Ты мне тоже очень нравишься, Май. Поверь, если бы не определенные обстоятельства, я бы сделала все, чтобы соблазнить тебя, и ты не устоял бы, и был моим. Но, я этого не сделаю. Я не хочу лишать тебя твоего света. Я хочу в своей памяти оставить тебя вот такого: рыцаря на белом коне. Этот образ будет меня хранить от тьмы. Ты даже представить себе не можешь, какое это невероятное ощущение, быть первой. Твоей первой женщиной… Кому-то очень повезет.
Май густо покраснел от этих слов.
- Я знаю, Май, и хочу тебе сказать что-то очень важное. Запомни мои слова. Твоя будущая жена еще учится в школе. Она станет твоей верной спутницей, но позже, намного позже. На твоем пути будет много женщин, учись у них и береги свое сердце, потому что они будут пытаться его разбить. Впереди тебя ждет много предательств, но каждый раз на твоем пути будут встречаться люди, которые спасут тебя от падения в пропасть. Если все же разочарования поглотят твою душу, ты погибнешь. И еще: через несколько дней ты меня уже не увидишь, не ищи со мной больше встречи и разговоров. Ничего не спрашивай. Уходи из этой компании, там – смерть. Но помни, что мы с тобой еще встретимся тогда, когда ты этого не будешь ожидать. И я очень надеюсь, что и тогда я увижу перед собой рыцаря на белом коне. А сейчас…
Она обхватила его шею руками и нежно-нежно, еде касаясь своими губами его губ, поцеловала. По ее щекам текли слезы, но она улыбалась:
- До свидания, мой милый Май! Мы еще увидимся. Береги свой свет. А сейчас уходи…
Май, словно завороженный, вышел из машины и, не оглядываясь, поспешил домой. Всю дорогу она снова и снова прокручивал в своей голове их разговор, особенно то, что говорила ему Мари.
И сейчас, спустя годы, он вспомнил этот вечер, размышлял о том, что было бы, если бы он все-таки поехал ее провожать? Как сейчас сложилась их жизнь?
В одном мари оказалась абсолютно права: после того вечера он старался избегать и ее, и их компании. Он никогда не был особо суеверным, но за полгода до защиты дипломов в живых из этой компании остались единицы, да и то, сложно сказать, меньше им повезло или больше, чем те, кто покинул этот мир.
Кто-то из их компании разбился на машине; кого-то убили в драке; кто-то сорвался с балкона; у кого-то случилось смертельное отравление алкоголем; кто-то передознулся запрещенными препаратами, стал инвалидом или сошел с ума. Все случилось так, как и предсказала тогда Мари.
Сама же она через несколько дней вместе с Иваром покинула резервацию, а дальше их след затерялся…
Вот и сейчас, проводив отца, Май спрашивал себя: «Остался ли в нем еще тот свет, о котором тогда говорила Мари?»
И ответ был: «Не знаю, но очень надеюсь, что остался…»
Когда на следующий день его вызвали в кабинет главного трэйтора, Май снова вспомнил свой сон, который приснился накануне.
«А что, если этот сон был вещим? Ерунда, конечно, но все, что он в нем увидел было таким ярким, четким и реальным, что есть над чем задуматься…»
Когда все повторилось в точности, как в том сне, Май понял, каким будет его ответ, ибо то, что ему приснилось, было ему не по душе.
- Это очень бонусный кофе! Если мы правильно сейчас поймем друг друга, Май, то ты сможешь позволить себе такой кофе хоть каждый день!
Тем не менее, несмотря на то, что Май знал продолжение этого разговора, он все же решил это перепроверить:
- Я понимаю, о чем Вы говорите, господин Стюарт. Что я должен для этого сделать?
На лице трэйтора заиграла довольная улыбка и, конечно, как и во сне Мая, он начал говорить об отце своего подчиненного.
- Завтра, к десяти утра, я буду ждать твоего ответа.
Май слушал внимательно, сравнивая каждое слово и каждую интонацию с тем, что видел во сне.
- Господин…
- Стюарт Рэт, для тебя просто Стюарт – Лицо трэйтора расплылось в улыбке.
- Я дам Вам ответ прямо сейчас, «просто Стюарт» - И снова Май ощутил в себе ту силу и смелость, которую чувствовал тогда при разговоре с Мари – Я вынужден ответить Вам отказом. Меня не интересует повышение ценой жизни моего отца и своей совести. Я говорю Вам: «Нет!»
Улыбка медленно сползла с лица трэйтора:
- Ты хорошо подумал, Май?
- Я очень хорошо подумал и повторю снова: я отклоняю Ваше предложение.
- Ты понимаешь, что после такого ответа, навряд ли ты останешься сотрудником нашей компании?
- Да, я это отлично понимаю.
Май встал и уверенным шагом направился к двери. Он еще не знал, что ждет его впереди, но точно знал, что поступил правильно.