Заказ выполнен

1
Восемьдесят девятый год. В одном из городов северного Казахстана осень дышала ветром и листья валялись повсюду.
Согласно оперативной комбинации, разработанной в ПГУ, в роли заключённого я оказался в ИК - 69, чтобы устранить опасного преступника с погонялом Филолог. Это был лысый старик с ужасной харей, которую можно увидеть в ночном кошмаре, он был замечен в связи с риджанскими террористами и продолжал поддерживать их, находясь в тюрьме.
Участок моей разнообразной жизни я сопоставил с насильным выдиранием листка из блокнота.
2
На зоне строгого режима меня приняли как родного. У меня была незыблемая легенда, согласно которой в моей преступной биографии не было изъянов. На длинноногого молодца, казалось,  с трудом нашли штаны. Бежевая куртка кое-как справилась с  руками славянина баскетбольного роста.
Меня сопроводили на площадку, где совершали променад черти в униформе. Падал первый снег, зеки стояли, прикрытые серыми кепками с глубоким охватом, некоторые с рассеянной удалью бросали романтические взгляды вверх. Небо отдувалось и декабрь спешил, чтобы прибыть вовремя.
3
Невольники с чёрствыми лицами болтались на прогулочной площадке. Смотря издалека, они были похожи на крупных чёрно-серых птиц, которые тихо перекаркивались, опасаясь вызвать недовольство надзирателей в городском камуфляже.
У того обормота, который меня вывел, был кирпичный подбородок. А впалые щёки, кажется, были посыпаны цементом. На сером поле его короткой куртки разрослась сирень.
4
Было логично, если те, которые совершили вооружённое ограбление, оказывались в хате с вымогателями и убийцами. Перед операцией пришлось пройти курс тюрьмоведения.
Политические соседствовали с экономическими. Случайные преступники - эти были вынуждены находиться в обществе воров.
Здесь же происходили трогательные втречи пожилых домушников с морщинистыми медвежатниками, которые коротают старость в совместных путешествиях, прерываемых остановками на множестве пересылок, откуда эти рецидивисты с взаимным благословением отправляются по этапу.
Очарование тюремной хроники далеко не в последнюю очередь определяется изяществом ее живописных деталей: решетчатая галерея, кованые двери со стальными запорами, кошмарный режим и аморальное поведение привыкших к ненависти вертухаев. А также едва различимый из окна поезда вид мимолётной свободы (ни дать, ни взять туманный пейзаж),  исчезающий во мгле; и многое другое.
5
Мне сильно мешала моя деликатность, особенно в юности. Со временем, поняв всю её бесполезность, я от неё легко избавился.
Медлить я не собирался и легонько прижал одного тощего карманника. Необходимость этого действия была оправдана тем, что произошло вскоре.
Смотрящим здесь был пожилой вор. Его звали Аристократ.
Меня пригласили в котельную около девяти вечера, где и увидел этого сурового на вид здоровяка, державшего в руке граненый стакан с чёрным чаем. Он сидел возле  стола авторской работы, на котором в пластмассовой вазе покоилось печенье в клеточку.
В стороне несколько человек, одетых по здешней моде, похожие на академиков, переговаривались о чём-то, кажись, важном
6.
Аристократ почти четверть часа спрашивал меня, кто я есть по жизни. Я односложно отвечал. Наконец, удовлетворённый беседой, громила предложил мне напиток домашнего изготовления. Заранее подготовленный к чифирю, в продолжение следующего часа я выжрал больше, чем полстакана и чувствовал себя на высоте.
Когда я краем глаза заметил быструю тень за спиной, то ещё быстрей наклонился вперёд и крюк нападавшего пролетел надо мной. Отпрыгнув влево, с разворота прямой ногой я поразил верзилу с тесаком в руке. Ещё три секунды потребовалось, чтобы успокоить двоих амбалов с медвежьими замашками.
Аристократ тихо сказал:
- Хватит.
Зеки выдохнули, снимая напряжение. Трое, с трудом поднявшиеся с земли после моих выкрутасов, постепенно приходили в норму.
Аристократ сделал обеими руками выпроваживающий жест и мы остались вдвоём.
Потом он произнёс какой-то неслыханный неологизм и появившийся, казалось, из ниоткуда длиннорукий личный помощник извлёк из кармана штормовки ампулу с армянским коньяком.
7
Выпив, мы закусили. После минутного раздумья Аристократ решился и предложил мне, чего я точно не ожидал, убрать Филолога. У него, по всему, были веские причины.
Аристократ из моих рассказов, которые я с лёгкостью придумывал один за одним, понял одно, что я киллер, но не смекнул, что киллер ПГУ.
Беседа складывалась, как чудная мозаика. Мы философствовали. Например, я поведал, что не знаю, что такое сновидение. Череда случайных сцен, тривиальных и вроде бы с трагическим оттенком? Неправдоподобные события, дополненные всякой всячиной, которые приходится обозревать без навязчивого анализа?
Потом я дивными намёками спросил Аристократа о прошлом. И он охотно сообщил, что да, это было, мой отец и два деда удачно торговали колхозными овощами. А когда бизнес пошёл в гору, они расширили творческий потенциал, сеть винных магазинов, сеть ресторанов быстрого питания, комплекс бутиков, где продавались ювелирные украшения, а также линия бензоколонок появились и не исчезали. Помню, как однажды плотным вечером я вышел из особняка в глухую жару, где под светом фонаря золотились мошки.
Мы нашли точки соприкосновения и конвергенция свершилась. Моё удивление сменилось на что-то другое, когда мы в итоге по-братски обнялись и я пошёл восвояси.
8
Человек, которого знали по прозвищу Филолог, держался особняком, окружив себя специальными охранниками из агрессивных дебилов, присевших за убийство.
Его вялое лицо как бы слепленное из коровьей лепёшки тем не менее было пропорциональным на редкость, летали слухи, что от него тащились тётки и первосортные шмары облизывались при взгляде на это позорище.
Некоторые приближённые к нему по секрету рассказывали, что от его физиономии воняло как от коровьего навоза или как от обосранного унитаза. Временами, когда он бывал слишком доволен, его морда напоминала заплесневевший каравай.
А его бесхитростная причёска источала аромат свежего дерьма. Такова краткая характеристика этого остолопа, имевшего вес в криминальном сообществе.
9
Кажись, два дня отлетели, как щепки от топора. Один из лучших осведомителей, прогуливаясь по территории, свернул за угол барака, чтобы отлить и заметил под кучей мусора ноги в знакомых ботинках. Ему стало интересно, он поднял с земли деревяшку и стал копать. Внушающее страх рыло Филолога предстало его взору. Одарённый стукач смекнул, что мужик не дышит уже несколько часов, стало быть, вполне окочурился. Доносчик резво побежал в сторону оперчасти, чтобы проинформировать тамошнего начальника.
Тем же вечером я исчез из зоны и зеки стали гадать, куда. Смотрящему доложила его прислуга, что молодой не пришёлся ко двору, посему отправлен был по этапу.
Между тем я прибыл в Вологду, чтобы отметить, а заодно и отпраздновать освобождение в компании с несравненной подругой.