Часть 2. Последняя дверь

Трава касается ладони. Стебли скользят между пальцами и отзываются тихими нотами. Ветер пробегает по коже, перебирает волосы на спине. Белые лошади бегут через поле, лес темнеет вдали глубоким синим цветом.

Я улыбаюсь.

Радость ещё со мной.

Открываю глаза.

Белая лестница уходит в туман вверх и вниз.

Продолжаю двигаться в выбранном направлении. Ступени появляются из тумана и остаются позади. Иногда белая плотность собирается в человеческие очертания. Одни фигуры сидят. Другие движутся. Я прохожу мимо.

Выхода не видно.

Закрываю глаза.

Первым возвращается прикосновение. Трава касается пальцев, но слабее. Я провожу ладонью по верхушкам и жду звука. Несколько травинок отзываются сразу, остальные молчат. Сосредотачиваюсь на них. Музыка становится слышнее.

Поднимаю голову.

Лес на месте, цвет кажется размытым. Я помню его тёмно-синим и всматриваюсь, пока деревья не темнеют. Лошади стоят на опушке. Одна поворачивает голову ко мне.

Почти всё как раньше.

Открываю глаза.

Белая лестница. Туман. Продолжаю путь.

Закрываю глаза снова, чувствую землю под ногами и ветер на лице. Трава. Её цвет приходится вспоминать. Бирюзовый. Я удерживаю слово, и поле постепенно наливается краской.

Лес появляется позже. Сначала только тёмная полоса, затем проступают отдельные деревья. На опушке белеют лошади.

Я смотрю на них и не могу вспомнить, сколько их было. Одна. Ещё одна. Потом появляются остальные.

Смотрю на них и понимаю, что не знаю, всплыли они в памяти или возникли потому, что я их придумала.

Перевожу взгляд на лес. Пока возвращаю ему глубину цвета, музыка травы становится тише. Провожу рукой по стеблям, слушаю их и замечаю, что лес снова светлеет.

Пытаюсь удержать всё сразу.

Поднимаю глаза к небу. Не помню его.

Над лесом проявляется голубизна. Я смотрю на неё и уже не знаю, была ли она здесь раньше.

Открываю глаза.

Лестница ничего не требует и ничего не предлагает. Ступени уходят в белое пространство. Иду дальше.

Когда закрываю глаза, ощущения возвращаются медленно.

Я не пытаюсь исправить всё сразу. Смотрю на траву, пока она не становится знакомой. Провожу пальцами по стеблям. Перевожу взгляд к лесу.

Хочу произнести своё имя.

Я...

Грудь сжимается раньше, чем я успеваю сформулировать мысль. Воздух застревает в горле. Пальцы сминают траву.

Имя.

Я знаю, оно было.

Сердце бьётся тяжело, неровно. Я опускаюсь на колени и хватаюсь обеими руками за траву. Пальцы проходят между стеблями и входят в холодную землю. Сжимаю её вместе с корнями, будто можно удержать этим движением всё поле.

Дара.

Имя возвращается внезапно.

Я выдыхаю его вслух:

— Дара.

Голос ломается.

Повторяю ещё раз, уже громче:

— Дара.

Лес остаётся бледным. Музыка травы почти исчезла. На опушке пусто.

Слёзы приходят сразу, без предупреждения. Я пытаюсь вдохнуть глубже, но вместо вдоха вырывается всхлип. Сжимаю землю крепче, прижимаюсь лицом к траве и начинаю рыдать.

Тело сотрясается от плача. Воздуха не хватает. Я хватаю траву обеими руками и тяну к себе. Несколько стеблей рвутся с корнем. Земля остаётся под ногтями, попадает на ладони, на лицо. Я плачу громче, потом кричу в траву, не складывая звук в слова.

Мне хочется удержать всё.

Этот цвет. Этот лес. Звук поля. Белые гривы. Ветер. Ощущение земли под телом. Дом.

Я ложусь на землю и продолжаю плакать. Слёзы текут в траву. Дыхание сбивается. Горло болит.

Перед глазами темнеет лес.

Я пытаюсь вспомнить его прежний оттенок. Цвет становится глубже, насыщеннее, почти синим.

Красиво. Не знаю, таким ли он был. Смотрю на него сквозь слёзы и впервые не пытаюсь исправить.

Можно не открывать глаза.

Мысль приходит спокойно, хотя тело ещё дрожит.

Возникают пещеры, горы, монастыри. Люди уходили туда и оставались в медитации. Некоторые до конца жизни.

Можно остаться здесь.

Слёзы снова текут по лицу. Придётся возвращать то, что исчезает.

Снова возникает знакомая фраза:

«Помни своё имя».

Почему имя?

Дара.

Я произношу его и жду.

Ничего вокруг не меняется. Я опускаю руки и смотрю на поле. Мне по-прежнему страшно его потерять. От этой мысли снова сводит грудь, а слёзы продолжают течь. Я не пытаюсь остановить их.

Трава пока касается ладони. Ветер пока поднимает волосы.

Я не поправляю цвет леса.

— Дара, — говорю я.

Я открываю глаза.

Белая лестница возникает сразу. Нет тела, земли под пальцами, мокрого лица. Нет страха.

Ступени уходят в туман. Я не знаю, куда они ведут.

Продолжаю движение.

Я Дара.