Вилли Такс и талант детектива

               

Он был настолько жизнерадостным и дружелюбным, что многие от него шарахались и сторонились, всячески избегая широченной улыбки и не менее широких объятий. По факту рождения Вилли Такс был самой настоящей таксой: чёрно-подпалой; с бархатными ушами, свисающими, словно две мягкие салфетки; и чёрным гуттаперчевым носом, улавливающим запахи, запашки и запашенции со всей округи. Зелёное в клетку пальто подчёркивало его вытянутую, точно сливочная сосиска, фигуру. А бежевое с красной пипочкой кепи, сдвинутое на затылок, не скрывало умные, весёлые глазки.  Такс умел находить всё: уроненные в воду игрушки и потерянное время, прекрасное настроение и «царское» варенье, древние книги в кожаных одеждах и книжки-раскраски с набором карандашей. Но почему-то его невероятное умение никому не было нужно.  Обитатели апельсиновой страны предпочитали искать сами. А когда поиски приводили к ещё большим потерям, обращались в фирму «Шестеро минус один». Во главе её стоял трутень Пар-де-Парс, которого несколько лет назад изгнали из пчелиного Дома маргариток. Изгнали с позором и страшным скандалом! Несмотря на это, трутень собрал вокруг себя компанию из пяти сотрудников и принялся за работу. Реклама их фирмы была везде. О шестерых кричали на каждом углу нанятые воробьи. Листовки с перечнем услуг вручались посетителям кафе, театров, салонов и даже платных туалетов. Скидки для первых десяти обратившихся выросли до 20 %. Народ повалил!!! Правда, за лакированной дверью их встречали не сыщики, а четверо прохиндеев. «Почему четверо?» – спросите вы. Старый мопс Мирри-Опс распрощался с «Шестерыми», быстро поняв, что на кону стоит его профессиональная честь. Он хлопнул той самой дверью, заявив, что лучше жить на небольшую заслуженную пенсию, чем шиковать на незаконные дивиденды. 
Нахмурясь, старик сидел в парке на лавочке и бурчал себе под нос:
- Дожили! Жулики изображают из себя честных, а честные вынуждены доказывать, что они не верблюды.
- Вы знакомы с верблюдами? – спросил его молодой голос. – А я только читал о них в громоздкой энциклопедии. Вам повезло, уважаемый!
Мирри-Опс сдвинул очки на лоб и вгляделся в нечаянного собеседника. Улыбка последнего удивила его и даже озадачила, поскольку сразу припомнилась народная «мудрость», что всегда сияют одни дурачки. Но потом он понял, что этот термин совершенно не подходит незнакомцу.
- Вижу, вы наблюдательны и прозорливы, юноша, - сказал мопс и представился. – Служитель охраны первого ранга. В отставке. Джей Мирри-Опс. Долгое время проработал сыщиком под руководством самого Мартируса Хобли.
- Ооооо! – восхитился собеседник и снял кепи. – А я – Вилли Такс. Не доучился в Академии стражей по причине отсутствия дисциплины. Честно признаюсь, капрал Кунт-Хунт терпеть не мог мою улыбку, считая её издевательством над всеми служаками. Я же от природы такой – прекраснодушный, как говаривала моя бабушка.
Старик усмехнулся:
- Поэтому среди стражей полно каменномордых типов со ржавыми мозгами! А как у вас с профессиональным нюхом, юноша?
- С ним всё в порядке, - радостно ответил Вилли. – Могу унюхать за три километра запах картофельной запеканки в доме у зайца Жур-Жура. Он обожает сдабривать кушанье острым соусом «Огненный пурш».
- Неплохо, неплохо, - кивнул экс-страж. – Что скажете об этой вещичке?
И он вытащил из кармана изящный цилиндрик.
Такс повертел вещицу перед глазами, обнюхал, задумался на минутку и выдал ответ:
- Это помада фирмы «Глюччи». Первоначальный аромат – малина, корица и толика бергамота. Но сейчас запах притушился и отдаёт сушёной апельсиновой коркой. У помады было две хозяйки. Прима театра «Высокий ярус» - рысь Виолента Ктотуйская. Потом вещь украли вместе с малиновым беретом, и пользовалась данной косметикой коза Афродита.
- Ну, и дела!! – опешил старик. – Да, вы – гений сыска!!
Он вскочил со скамейки, невзирая на приличный возраст, и хлопнул Вилли по плечу.
- Пусть «пятеро-шестеро» дурачат народ! Мы с вами станем им достойными конкурентами и откроем бюро по розыску, ээээ, «Кепи и малиновый берет». Согласны?
- Ураааа! – завопил Такс, от радости трижды подпрыгнув.
Неделю они провели в безуспешных ожиданиях. Жители апельсиновой страны не шли к ним со своими печалями и пропажами. Пока у Виоленты Ктотуйской не украли великолепную шляпу со страусиными перьями. Украли нагло, прямо во время спектакля, когда прима пела: «Всё в жизни нам даётся для чего-то…». Безутешная актриса не поддалась на рекламу «Шестерых» и обратилась за помощью к старому знакомому – Мирри-Опсу.
- Ах, ах, - стонала Виолента, сидя на жёстком стуле. – Без моей шляпы «си» второй октавы превратится в писк. Безобразный, беспомощный писк!! Найдите её, умоляю вас!
И сыщики пошли по следу. Они побывали на сцене, где Вилли посчастливилось обнаружить чужие, не театральные отпечатки. Следы уводили за кулисы, где почему-то стали пахнуть мёдом и цветочным одеколоном.
- Эге! – задорно воскликнул Такс и повёл гуттаперчевым носом справа на лево и обратно.
Втроём: мопс, такса и рысь – неслись по ночному городу. Следы пахли всё сильнее. Ещё немного, и троица оказалась перед дверью с табличкой «Шестеро минус один».
- Вот это фокус! – прошептал страж в отставке. – Хотя я не удивлён.
Такс, вспомнив дедушку-охотника, подкопал землю под стеной дома и оказался в подвале. Оттуда он выбрался в прихожую и впустил друзей. В первой же комнате они обнаружили шляпу с перьями и рядом с ней ещё кучу вещей: от камертона настройщика Пини-Плю до халата светлячка Бонифация. Вызванные стражи задержали трутня и его жуликоватую компанию. Выяснилось, что «Шестеро минус один» трудились вовсю. Они воровали вещи и потом возвращали хозяевам за некую сумму. Или продавали краденое, заявляя бывшим владельцам, что запах улетучился.
- Ха-ха-ха!! – засмеялся Такс. – Теперь их фирма будет называться «Влипшие и горшочек мёда»!
Он был настолько жизнерадостным и дружелюбным, что к нему торопились не только для того, чтобы отыскалась пропажа, но и затем, чтобы хлопнуть его по плечу и воскликнуть: «Привет, Вилли!».

Из книги "Если долго жонглировать апельсинами..."