Селфи со смертью
Рядом, скрестив руки, стояла Смерть. Она была в чёрном балахоне, как на старинных гравюрах. Вид у неё был слегка утомлённый — видимо, от вечного пафоса, который все вокруг ей навязывали.
— Ещё раз, — вздохнула Смерть, поправляя капюшон. — Я не позирую для фресок. Я просто хотела посидеть на пеньке и выпить чаю из термоса.
— Но это же уникальный ракурс! — возмутился профессор, размахивая телефоном. — Свет падает идеально! И символизм: учёный и сама персонификация конца бытия! Это же виральность!
— Мне не нужна виральность, — спокойно ответила Смерть. — Мне нужен покой. И, возможно, бутерброд. У вас случайно нет бутерброда?
Профессор замер, будто услышал откровение.
— Вы… едите? — прошептал он.
— Иногда. Особенно если там немного сыра. И без лука. Лук портит карму, даже если ты её не имеешь.
Тут из кустов вынырнула Наташа Сидорова из «Пятёрочки» — она как раз собирала землянику для пирога и случайно наткнулась на эту сцену. Увидев профессора с телефоном и Смерть с косой, она не удивилась ни капли. В её жизни уже были шахматы, рояль и шахматные подиумы — так что встреча с персонификацией конца казалась почти будничной.
— О, селфи? — деловито спросила Наташа, подходя ближе. — Давайте я вас сниму. У меня рука не дрожит — я каждый день пакеты по пять кило таскаю.
Профессор радостно протянул ей телефон.
— Вот! Именно! Объектив должен быть в надёжных руках! А вы… вы не боитесь?
— Чего? Смерти? — Наташа пожала плечами. — Да я её каждый день вижу в ценниках на гречку. То скидка, то наценка — всё равно конец света.
Смерть хихикнула и подвинулась, освобождая место на пеньке.
— Садитесь рядом, — предложила она Наташе. — Будем как три мушкетёра. Только без мечей.
Наташа села, профессор встал позади них, пытаясь выглядеть глубокомысленно, и скомандовал:
— Улыбнитесь! Это момент истории!
— Я не улыбаюсь, — заметила Смерть. — Это портит имидж.
— Тогда просто смотрите в камеру с достоинством!
Щелчок. Ещё один. Наташа быстро проверила кадр.
— Так, тут тень от косы на вашем лице, профессор, выглядит как зловещий шрам. Может, чуть подвинетесь?
Смерть вздохнула, но послушно сдвинула косу.
— Знаете, что самое странное в людях? — пробормотала она, пока Наташа щёлкала ещё пару кадров. — Вы всё время пытаетесь меня запечатлеть. Как будто если сфотографируете — перестанете бояться.
— Или наоборот, — возразил профессор, поправляя очки. — Если я смогу вас снять, значит, вы подвластны объективам. А значит, и разуму!
— Или значит, что у меня хороший ракурс, — сухо ответила Смерть.
Наташа сделала последний снимок, посмотрела на экран и довольно кивнула.
— Готово. Сейчас выложу в группу «Философские мемы нашего района». Думаю, лайков будет много.
— В какую группу? — нахмурился профессор.
— Ну, знаете, там обсуждают, почему кофе заканчивается раньше, чем мысли, и что страшнее — смерть или начальник в понедельник.
Смерть наконец улыбнулась — совсем чуть;чуть, но искренне.
— Ладно. Пусть будет селфи. Но только одно условие: в описании не пишите «жутко и мистически». Напишите лучше: «Когда день просто выдался насыщенным».
Наташа кивнула, быстро набила подпись: «Профессор, Смерть и я. На полянке. Пили чай. Ели бутерброд. Жизнь — штука интересная».
И нажала «Опубликовать».
Профессор посмотрел на экран, потом на Смерть, потом снова на экран.
— А ведь знаете… — медленно произнёс он. — В этом есть своя философия.
— Ага, — кивнула Смерть, доставая из рюкзака термос. — Философия бутерброда. Хотите?
Профессор вздохнул, сел на траву рядом с ними и протянул руку к кружке.
— Хочу. И, пожалуй, больше никаких селфи.
— Договорились, — улыбнулась Смерть.
А Наташа, довольная, спрятала телефон в карман и потянулась за ещё одной горсткой земляники. День и правда выдался насыщенным.
Свидетельство о публикации №226090901386