И летит в космосе наша осень

Вартагуана питха фартминаль
Над последним клевером — шмель,
Золотой и тяжёлый как будто от  света.
гудит, и дрожит канитель
Паутин на окраине лета.

Для него этот луг — Млечный Путь,
Каждый венчик — живая планета.
Нужно в каждую тихо нырнуть,
Унести по крупице  накопленное  лето.

Солнце греет — а с севера ветер,
Словно космос, касается щёк.
Мы стоим на крошечной планете,
Где последний качается цветок.
И летят золотые листья клёна,
Как обломки погасших светил.
Осень держит ладони раскрытыми,
вместе с нею молюсь
чтобы шмель,
как наша мечта
долетел до следующего лета.

Клён роняет созвездья к ногам,
Осыпается звёздная крона осины.
Ветер мчит по пустым рукавам пространства,
В них гудят космические  циклоны.

Солнце льётся на листья ручьём,
Но уже не согреть их до мая.
Мы сквозь холод по свету идём,
Под ногами галактик не замечая.


И пока ещё держится стебель,
И пока ещё слышится шмель,
Есть у чёрного, звёздного неба
Тёплый вход в золотой портал.

Солнце греет — а с севера ветер.
Шмель исчез за чертою ветвей.
Целый космос становится тише
Без единственной песни своей.
Только клевер над стынущим лугом
Бережёт недопитый нектар.
И летит в космосе наша осень  —
Золотой величественный  шар.
Вартагуана питха фартминар