Ещё один снег

Пораабта имбараты кумсаатасег.
Ещё один снег.
Я хотел бы, чтоб жизнь моя
измерялась не летами — зимами.
Чтобы кто-нибудь спросил:
— Сколько зим ты прожил?
И я вспомнил бы каждую.
По глубине.
По свету в окне.
По тому, как далеко
удалось уйти от порога.
Пораабта имбараты кумсаазаага.
Не летами — зимами.
Вот она, наступает.
Сперва — на скошенную стежню .
На  забытое с водою ведро у крыльца.
На ступени.
Потом исчезает дорога,
и две деревни всю ночь
светят друг другу
через черно-белый до странности  мир.
Ещё один снег.
Встаю на широкие лыжи.
Долго вожусь с ремешком,
согреваю дыханием пальцы.
Вселенная может немного подождать.
не спешу, вдруг
это в последний раз...
Иду по снегу в места,
где ещё никто никогда не был.
Даже если вчера
ходил туда за хворостом.
Снег обновляет всё.
Всё обнуляет.
У оврага опять нет имени.
У тропы — ни единой причины
повторять свой вчерашний изгиб.
Пораабта имбараты кумсаатасиб.
Всё начинается.
Сколько раз я тебя видел, старая ива?
Сколько раз проходил под тобой,
не подняв головы?
А сегодня стою.
И не знаю, как быть:
столько неба легло на твои плечи,
что боюсь потревожить
хотя бы одну твою ветвь.
Ты стоишь посреди другой долины.
На другой планете.
белое пространство под тобой освещёно
снегом  твоих ветвей.
Может, ты уже не дерево?
Может, я уже не человек?
Просто двое застали
первое утро какого-то пространства —
и молчат,
чтобы утро стало вечным.
Пораабта имбараты кумсаатасым.
Ещё один снег.
Славься, зима,
возвращающая расстояния.
Славься, простор,
в который нельзя войти
и остаться прежним.
Пусть заметёт мои старые следы.
Я не стану искать их.
Мне довольно того,
что под снегом жива земля,
что река продолжает течь,
не нуждаясь в моём отражении.
Я иду.
И всё меньше во мне
того, кто считает шаги,
кто торопится,
кто непременно должен вернуться
с рассказом о том, где он был.
Только скрип.
Только выдох.
И тихое облачко пара
покидает меня —
становится небом.
Ещё один снег.
Меня нет.
Тогда кто поправляет ремень?
Кто щурится от кристалликов снега?
Кто осторожно обходит
верхушку засыпанной  маленькой ели?
Пораабта имбараты кумсаатасали.
Трудно поверить:
на лыжах идёт вся Вселенная.
Все её звёзды,
все тёмные промежутки меж звёзд,
всё, чему не хватило названия, —
здесь,
на двух деревянных лыжах,
по пояс в снегу.
И старая ива
глядит ей вослед.
И не надо ни края,
ни цели,
ни свидетеля этому чуду.
Только снег впереди.
Белого света столько.
что  достаточно всем.
и еще;
Как хорошо,
что здесь некому крикнуть:
— Я первый!
Пораабта имбараты кумсаатасый.
Ещё один снег.
Идёт вся Вселенная.
Учится заново
не оставлять ничего  позади.
Пораабта имбараты кумсаатасаади.