Рога бога

Отец скончался десять лет назад. Лет ему тогда было уже за восемьдесят хорошо. Не за долго перед смертью он вызвонил меня с сестрой, дабы рассказать какую-то историю. Раньше он легендами нас не потчевал и само по себе это было не обычно. Примчались мы быстро, замечу, что батя несмотря на уже совсем расшатанное здоровье разумом был светел.

-Я после войны ходил матросом на буксирах и на баржах по Ладоге. - Начал он рассказ усадив нас за стол. Салага конечно полный. Сам же тридцатого года, пацан еще считай.
Очередной раз баржа с углем наша, как на картинке, шла по мирной воде, но погодные условия начали ухудшатся. Не особо кто знал и оповещений не каких не было. Конечно Ладога не Тихий океан, но может подкинуть. Загрохотала только так, ветер. Груз закреплен был хреново. Бросился я подтягивать стропы, баржу качнуло и оказался за бортом. А на всей барже считай кроме меня два человека.  Дед-капитан да пьяница матрос, они и не заметили. Так я остался барахтаться в воде. Сверху грохочет, дождь, начало осени-прохладно. Так что понятные чувства. Здрасьте, товарищ господь бог.
Однако, Робинзон Крузо произведение вечное. Уцепился я за некую доску или бревно, так же с баржи упавшую, и чего-то там крича, попытался сохранить плавучесть, как у моряков говорят. Холодно жуть, чувствует еще немного и пойду глубины исследовать. Обхватил бревно как самую дорогую возлюбленную, держусь, а кроме ветра дождя еще и течение какое-то наметилось. Потому как понесло меня хрен знает с какой скоростью неведомо куда.
Очертания земли внезапно появились, островок. Вокруг чуть стихло, ну и разве что темнеть уже и без туч стало. Я, однако сам с бревном смог до неведомого клочка земли догрести.
Сколько здесь ходили, островок не замечал, однако подобный Робинзону, выбрался на сушу. Холодно, но хоть не утоп, уже есть чему порадоваться. У Робинзона в дали корабль с инвентарем на мели разбитый находился, у меня ни чего. Отлежался я не помню сколько, пошел смотреть куда попал. Тьма уже полная, пора белых ночей миновала. Остров такой типичный для тех широт, скал не много в основном сосны.  Большой ли маленький сам клочок земли, кто ж знает.
Тем дальше, тем больше дрожь пробирает. Одежду мокрую снял, но как без костра высушить. Не спичек ни чего. Наломал лапника, укрылся хоть не так холодно. Однако заснул. Проснулся, когда уже расцвело. Хоть видно стало, а чего видеть лес да скалистый берег. Начал обследовать угодья. Островок конечно не сто метров, но все равно мелкий, кокосов не замечено. Чем питаться.  Какая-то тропинка, вот ведь от куда на необитаемом острове тропинка. Значит обитаемы. На душе полегчало. Пошел в глубь леса, если это можно лесом назвать. Пригорок. Дальше обомлел. Стояла какая-то металлическая чаша-не чаша, на треноге. Метров десять в высоту я в те времена, что такое локатор знать не знал, так бы понял.  На отдаление от сооружения, нечто сродни вагончику. Все кстати ржавое, явно тут лет пять, может больше, не кто не появлялся. Залез в вагончик, благо дверь открыта была. Вот ведь свезло так свезло. Место было вполне себе оборудовано. Топчанчик, первое что заметил. Шкаф, а в нем тебе и тушенка, и галеты в упаковке из фольги. Все немецкое. Немцы — значит здесь себе что-то оборудовали. Радиостанцию что ли, подумал я. С другой стороны, вагончик был закрыт, но я нашел трёхгранный ключ и им отворил. Такое впечатление, что пульт управления. Кнопки приборы. Рядом генератор стоит, но бензина нет, завести не чем. Ладно, большая удача вместо спичек лежало огниво, я развел костерок на улице поодаль и даже тушенку разогрел, она старая надо проварить, как учили. Варил, варил, потом употребил на душе полегчало и отогрелся. Кстати в вагончике предусмотрена печка, я сразу не сообразил, чего у костра греться. Однако, что ж за вражеский пункт? Чего они здесь хотели передавать ли, слушать. Я моторист-стажер, не радист там какой. Точнее простой матрос.
Уверенности и силы во мне прибавилось. Действовать решил согласно книгам, а именно развести на берегу костер, дрова есть, огниво есть. Нож кстати большой валялся в вагончике.  Так что устроил я на берегу сигнальный дым. Получилось хорошо. Дальше как в сказке, буксир появился на горизонте. Дым мой увидел причалил. А там знакомый мне экипаж, значит меня искали. Молодцы ребята.
Причалили капитан дядя Кока, сначала ах ты паразит. Потом обнял, считай второй раз говорит, родился. Объятия с командой. Все как полагается. Меня с загадочного острова пока не снимали, мельком только успел локатор да вагончик команде показать.
Вечером застолье по поводу моего спасения, времена голодные, но по такому поводу нашлось. Я пацан еще считай, напился и заснул. Мне вообще это мое приключение стало сном казаться.


С утра проснулся, черт его знает может и вправду все приснилось, а я только в холодной воде искупался.  Долго не мог в себя прийти. Вдруг на улице гудки послышались. Спустя пару минут стук в дверь, отворяй. Чего отворять не заперто. Встаю как есть в трусах.
В комнату входят. Капитан нашего порта. Огромное для меня начальство, всего два раза видел. Военный моряк, капитан лейтенант. И два в летной форме. Одни подполковник с веселым лицом, мне сразу подмигивает.
-Ну что, это ваш Робинзон? -Спрашивает.
-Так точно. -
Смотрю, что начальник порта, что морячок, что еще один перед летчиком тем подполковником навытяжку стоят. Видать большая шишка. Зачем я им понадобился.
-Вася тебя звать, слыхал. - Подошел он ко мне. Меня Юрий Николаевич. Ну что, поплывем покажешь свой остров необитаемый.
-А зачем. Я как дурак, в себя еще не пришел.
-Кино снимать будем про Робинзона Крузо. Натура там подходящая. Ты,- говорит, в главной роли.
Издевается догадался я.
-А вы что, с киностудии? - спрашиваю.
Народ переглянулся, видать ответ понравился.
-Минута тебе на сборы. –Ответ.
-Дальше на военном катере мы поплыли в направление моего острова. Так я окрестил.
-Что ж за островок такой? Может нам кто из флотских поведает. –Юрий Николаевич как не в чем не бывало обратился к команде.
-Мы здесь люди новые. –Капитан-лейтенант пожал плечам. Но ни чего разузнаем.
-А я вот про этот остров кстати теще в детстве слышал. - Сквозь шум мотора голос капитана нашего порта был слышен только так. Якобы сюда в наказание за что-то там сослал царь Николай какого-то декабриста.
-Их же в Сибирь вроде, а не на Ладогу. –Предположил капитан лейтенант.
-А почему бы и нет. –Помирил Юрий Николаевич. Главное, что место с легендой. Ну вот гляди, и он твой архипелаг, скоро причалим.
Мы пришвартовались. Я лихо выпрыгнул и побежал к знакомому уже месту. Впрочем, вся моя загадочная свита не отставала.
-Вот оно. –Я, будто демонстрируя собственные творения, показал на загадочное сооружение, которое уже стало мне казаться чем-то своим.
-Ну ка, Вася, погуляй и вы капитан тоже. -Вместо спасибо приказал летчик. Мы понятно подчинились.  А Юрий Николаевич со своим помощником проследовали к установке. Я обратил внимание, что у них какие-то чемоданчики и фотографировали на ходу.
Я стоял в стороне и думал, что это за загадочное сооружение, к которому такое внимание благодаря мне. Повторю, про локаторы на то момент я ничего не знал. Хотя слово локатор уже пару раз донеслось из подслушанных разговоров моих попутчиков. Такое впечатление, они меня не стеснялись. Я собой был горд необычайно. Сам подполковник и чувствуется не обычный со мной почти на тебя. Я уже представлял свою дальнейшую карьеру. Что б такой человек как я с такими друзьями простым матросом плавал. Или может в училище военное поступлю потом стану…
Мой взгляд упал на сломанные ветки. Прошлый раз этого не было, точно запомнил, что бурелом, не проходимый был.
-Товарищ капитан, а вы тут уже были? Я подошел к начальнику, порта, который рядом переминался с ноги на ногу.
-Когда не понял тот. Почему спрашиваешь? -
Я показал на поломанные сучья. Капитан внимательно посмотрел и побежал в сторону локатора, очевидно переговорить с Юрием Николаевичем. Те вскорости появились.
-Ну ка Вася, показывай.
И впрямь видно было что протоптана тропика, очень недавно.
-Точно не твоя?
-Нет.
Мои друзья переглянулись. А второй летчик даже потянулся к кобуре. Вот значит, как, может шпионы на острове. Уже так быстро тут.
-Слушай и молчи. –Капитан приложил палец к губам. Потом молча махнул рукой, типа за мной. Вся процессия побежала. На сей раз оружие достали все. У кого оно были.
Берег, бухта. Лодка, вытащенная на берег. Деревянная, обычная. Рядом   копошится фигура в плаще.
-Не с места. Руки верх. -Это кричал капитан лейтенант. Держа на прицеле загадочного нарушителя.
Человек поднял руки вверх и бухнулся на колени.
-Можешь встать, -приказал Юрий Николаевич.
Человек встал и опустил руки. Повернулся. Это была девушка или точнее еще даже девчонка. Чуть младше меня. Светлые волосы, красивая или нет сказать сложно. Так обычное лицо. Я успел ее разглядеть.
-Кто и от куда? -Юрий Николаевич произнес слова таким металлическим голосом, что и пытать не надо. Любой ответит.
-Я, я. Я с острова. Она назвала место. Название я слышал. Полунеобетаемый или полу обитаемый. Мы как-то причаливали к нему. Маленькая община финнов, на нем живет. Рыбачат. И ждет чего с большой земли подкинут. Дикие почти, вспомнил что я про них слышал. Находится относительно рядом, можно догрести если с пути не сбиться.
-Меня Ева зовут. Дед велел посетить этот остров. Дед умер недавно.
-Что же за последняя воля покойного такая? –Юрий Николаевич усмехнулся.
Еще с тобой кто ни будь есть?
-Нет. Девчонка замотала головой
Я еще раз разглядел ее. Лицо как у дикой кошки скуластое, глаза светлые злобные. Фигура крепкая. Хоть и не высокая. Вообще девка дикая, будто вся природа в ней сосредоточилось, минуя человеческое. Как я сам для себя обозначил образ диверсантки.
Тем временем вдали загрохотало и начал моросить дождь. Что ж за погоды такие меняются за три минуты.
-Куда ходила? Здесь.
-В будку, к железному коню.
-Странное название. Но что пошли что ли от дождя в будку.
-Капитан вам приедятся подежурить на свежем воздухе. Может она врет что одна, посмотрите.  На катере сколько еще человек?
-Три. –Юрий Николаевич. При выстреле будут здесь и передадут по рации. Сторожевик рядом.
Юрий Николаевич кивнул и оставил капитана мокнуть. Мы же проследовали к таинственному сооружению с вагончиком. Пистолет Юрий Николаевич убрал, правда кобуру застегивать не стал. Обратил я внимание.
Зашли внутрь. Дождь тем временем перешел в ливень. Бедный капитан. Его там смоет.
-Рассказывай. -Юрий Николаевич кивнул девчонке что б садилась.
Я еще раз осмотрел ее. Да крепкая, видать к работе с малых лет представала. Повторюсь, дикая, типа пятницы у Робинзона. Только в женском роде. Ну если я Робинзон почему бы не быть пятницей бабе. Так интересней.
-Мой дед, Сайно, недавно умер. На этом острове он ставил сети и просил меня их забрать. Он рассказывал, что они должны быть в этом вагончике с железной башней. -Ева перепугано всхлипывала.
-Давно сети забыл?
-Летом, когда еще крепкий был. Он был лучший рыбак. Самый добрый был. Теперь только я и мать осталась. Зима будет не знаю, что делать. Хочу убраться с острова. Дед хоть и завещал находится на нем. Это наша земля мы здесь с незапамятных времен. Но чувствую, что не выживем. -Девчонка всхлипывал. Наверное, она голодная. Жаль у меня нет ни чего съестного.
-Девочка знаешь, что будет дальше. –Юрий Николаевич улыбнулся своей доброй улыбкой. До чего обаятельный мужик кстати. Даже как-то потеплело вокруг. Наверное, он все-таки очень добрый и справедливый человек хоть и большой начальник.
-Девочка, знаешь, что сейчас будет,- еще раз повторил он. Мы тебя свяжем заткнем рот и утопим.
Я ахнул.  Ева сидела вся белая, губы у нее сжались и перестали дрожать, я заметил.
Мы это сделаем, если ты не перестанешь нам врать. - Продолжил Юрий Николаевич.
Дедушка твой и правда был главный на острове. Староста поселения или как там у вас. Он и при царе батюшке и при финнах, и при немцах был старший.
Зачем к вашему острову так часто приплывали некие высокие чины из Германии не знаешь? Ну, это ты может и не знаешь. Но то что дед твой чем-то хорошо немцам помогал, это нам известно.
От куда он все знает?
-Сам такой умный, зачем спрашиваешь. –Девчонка вдруг стал невероятно смелой злобы сколько на лице. Вовремя и после войны народу, озлобленного я хоть и молодой, много повидал, но тут что тебе.
-Топи. Вы не даете нам жить уже триста лет. Что вы, что ваши немцы. Топи. Сказал дед посмотреть, что это за рога.
-Какие рога.
-Дед эти ваши железки, которые, наверное, антенны, называл рога.
Правильно называл. Рога бога. Как в германско-скандинавской мифологии назвали одно явления. –Юрий Николаевич произнес что-то на немецком. Не скажешь значит больше ни чего.
-Нет. Все сказала.
-И помогать нам не будешь?
-Девчонка опять злобно зыркнула. Она, пожалуй, и вправду была готова погибнуть. Просто Зоя Космодемьянская, только, с другой стороны.
-Ну хорошо, а если мы тебя топить не будем. А скажем, все ваше поселение не утопим, а выселим. Хотя примерно конец будет одинаковый. -Предложил Юрий Николаевич.
Вот ведь какой оказывается у меня друг, добрый да мягкий. Конечно с врагом по-другому нельзя, но все же.
Ева застонала.
-А ведь ты не думай, что от тебя что-либо понадобится такое страшное. Считай сыграешь в школьной самодеятельности. Ты в школе училась.
-Четыре класса.
-А Робинзона Крузо читала?
-Читала. В доброго не играй.
Ева говорила так, что я задумался, а не старше ли она меня на самые дела. Пожалуй, да. То же мне девочка. Тетенька.
-Короче, исполнишь в нашей постановке роль Пятницы.
Ева смотрела на Юрия Николаевича уже не с ненавистью, а как на не одушевленный предмет.
-Значит договорились, ты Ева будешь Пятница. А вот тебе, Вася, придётся взять на себя роль Робинзона. - Обернулся он ко мне.
Я не чего не понимал.
-Пошли, выйдем.
Мы прошли на улицу, дождь поутих.
-Короче, поживешь с этой девчонкой на острове недельку. Такое тебе задание.
-На каком острове? - не понял я.
-На этом. В Тихий океан пока тебя забрасывать рано.
-А что делать?
-Ничего, следи за этой. Из вида не упускай. Оружие тебе дадим, провизии. На ночь будешь ее запирать в этом вагоне. Замок повесим. В остальном, что хочешь.
-А зачем? - Задал я простой, но в тоже время самый волнующий меня вопрос.
-Если честно, то сам не знаю. Может увидим, что такое Рога бога. Извини что задание тебе, но вариантов нет. Война хоть и кончилась, время мирное, но оно не на всегда такое будет. Поверь.
Я не понял ни чего, но согласился и почувствовал себя шпионом на задание.


Первый наш совместный с Евой на острове день, точнее пол дня прошли тихо. Катер ушел, оставив нам продукты, запас так на месяц. Палатку мне выдали, котелок кружку. Ракетницу. В общем полный походный набор. Я такого и не видел. Плюс выдали портупею с пистолетом. Капитан поинтересовался, умею ли стрелять. Я конечно сказал, что умею. Хотя из пистолета как раз нет. Тот на всякий случай показал, как снимать с предохранителя и вынимать магазин.
-Надеюсь, не понадобиться. -  Напутственно произнес. Так же вручили нож армейский в ножнах.  Еще бы автомат подумал я. Не уж то с бабой не справлюсь. Я хоть и тощий, но жилистый невероятно. Многих наших тяжелее в драках клал.
Обиходил быт, набрал сучьев, развел костер. Поставил кашу вариться.
Ева грустно смотрела и не реагировала на мои приглашения поесть кашу, приготовленную на костре. Она сняла блузку и осталась только в нижней кофте. На спине у нее я заметил странную татуировку. Не когда таких не видел. Не якоря не имена, а какие-то узоры. Я где-то читал что людоеды в племенах такие делают, может она тоже того из племени местных наших ладожских людоедов. Потрогал кобуру под бушлатом.
Кашу потом она все-таки взяла не слова не говоря. Она меня, как и не замечала. Ну да бог ты с ним. Задание и все происходящее мало было похоже на не что понятное. Однако я воспринимал себя как разведчика. Повоевать не успел, так хоть шпионом поработаю.
Тем временем стемнело. Я разглядывал таинственную возвышающуюся антенну локатор. Действительно можно подумать, что силуэт напоминает гигантский перевернутый рог. Бога или кого еще. Трубить он вроде рог должен. Но ни каких звуков или света не имелось. Сидел сидел, смотрел смотрел, заполз в палатку, да и задремал. Забыв о правилах безопасности.
Сон был глубокий и тяжелый. Снились мне картины яркие и в тоже время мутные. То я на каком-то парусном корабле просторы Ладоги осваиваю. Корабль не понятный, команды нет, один я. Как управляю и куда плыву не понятно. То вдруг обрывки из моей не долгой жизни.
Вот отец живой как ни в чем не бывало, и вроде время сейчас. А не до войны. Отец же в сорок втором на Ленинградском фронте погиб. 
Вот мать, тоже живая, кашу варит рядом с палаткой. Объясняет, что пока не готова. Мать тогда же, в конце февраля сорок второго окоченела, как сейчас помню, так и лежала, и я лежал, думал, что помру, пока в дверь нашей коммуналки на Васильевском барабанить кто не стал. Подруга матери, она передвигалась. Меня тогда забрала. А мать на улице кашу варит, она же мертвая.
Детдом, все хочу стать большим и сильным. Я вроде сейчас и большой, и сильный, ну может не такой большой, но кулаков моих вся шпана в порту боится. Тренер говорит, что, если всерьез займусь, не только город выиграю. А я все равно пацан хрупкий. Старшие жратву отбирают, хотя старшие младше мня нынешнего.
Ленинград после войны, спасибо двоюродный брат отца, живой, определил меня в речное училище после детдома. Так бы не поступил. Мне опять кажется, что не поступил. Меня уже арестовали и жду, когда расстреляют. За что, а какая разница. Что я на этой земле забыл.
Надо на остров убежать, где буду я один и войны, и голода, и детдома, и шпаны и мусаров не будет. А будет рай. В раю полагается напарника иметь. Робинзон имел пятницу. Адам имел Еву, хорошо сказано. А у меня, у меня как у него.
Мы значит с Евой вдвоем стоим, только отнюдь не голые в каких-то старорежных одеяниях дворянских. И предстаем перед богом. В качестве бога Юрий Николаевич. В мундире, я такой на портрете царя Николая первого видел. Жеманный весь такой, надменный как ему и полагается.
-Ну с отчитывайтесь.
Я на Еву, та на меня. Ох сейчас нам будет выволочка.
-В колодец обоих за невыполняемы поручения. Моряки подбежали, не знакомые и кидают нас в некий колодец. Темно-темно, мы падем кричим. Упасть не можем.

Проснулся, голова тяжелая. Полежал еще пол часика. Вроде отошел от сновидений. Выбрался из палатки наружу. Погода кстати ни чего.
Ева варила кашу на костре, на меня даже и не посмотрела. Ночные виденья улетучились совсем.  Антенна мрачно разрезала небо. Тишина и сырость. Ветки деревьев слегка качает. Больше ни чего. Зачем мы вдвоем с этой бабой на этом острове.
-Готово? –Я подошел к дымящемуся котелку.
Повариха лишь повернулась ко мне задом выгнув спину и ничего не ответив.
-Сука. –Подумал я.
Сам взял миску, ложку, попробовал вроде ничего. Открыл банку тушеки. Ева, так же усевшись и поедая кашу, своими хищными зенками поглядывала на меня.
-Какие фильмы смотрела? –Я решил переговорить.
Ответом молчание.
-А книжки читала?
Тоже самое.
-Или ты такая же начитанная как друг Робинзона Пятница.
Глаза собеседницы стали еще злее. Это хорошо. Хоть какая-то реакция.
Я, доев, решил осмотреть окрестности, прогуляться. Островок маленький. Меньше еще чем я думал. Разве что забавный. Пригорок где антенна и куча бухточек. Вообще он мне напоминал чем-то затонувшую гору. От которой только небольшая часть верхушки на поверхности. Хотя глубины здесь никакие, горе спрятаться не где.
Осмотрев райский угодья. Сосны холмы и скалы, я вернулся к нашей стоянке. Ева в бухточке не в далеко задрав юбку и обнажив до отвращения стройные бедра чего-то поласкала в воде. Я подошел поближе, она как не замечала меня.
- А что у вас там за поселение такое. Чем у тебя родители занимались, -я попытался завязать беседу. Понимая безнадежность попыток. Та вместо ответа лишь еще выше задрала юбку и яростней стала полоскать белье.
Потом вдруг выпрямилась и обернулась.
-Гроза будет. –Произнесла как ни в чем не бывало.
Небо было абсолютно чистое.
-Тебе нам на метеостанцию надо. -Я пытался шутить.
Однако девка стала какая-то очень собранная. И реально, не пойми от куда, появились тучки, небо начало темнеть.
Такое впечатление, что действительно стала собираться гроза, не что бахнуло. Вот ведь ведьма предсказательница. Вскорости пошли молнии. Все ближе и ближе небо пронзалось зигзагами света. У меня складывалось полное впечатление, что должно ударить как раз в антенну. Ева очевидно была схожа в выводах, серая баба, а все знает. Поэтому, стремглав мы отбежали от нашей железной вышки. Дальше я реально увидел, как молния долбанула ровно в антенну. Кажется, даже метал запел. Хотя я был где-то метрах двухстах, ощущение очень неприятное. Потом еще пару раскатов молний.  Гроза стихла. Можно возвращаться, тем более, что котелок с кашей мы оставили так где варили. Вещи там же.
Подойдя поближе, я услышал некое гудение. Гудение шло собственно от антенны. Она будто заработала.
После, я почувствовал головную боль, не сильную, но, однако, дальше со мной, наверное, от головной боли начло происходить не что странное. А именно, я такое впечатление, как стал легче. Нет не похудел одномоментно, я и так на тот момент был парень тощий, мне стало легче передвигаться. Может загадочное гудение антенны добавило сил.
Я посмотрел на Еву, с ней кажется тоже не все в порядке, на лице напряжение.
-Иди сюда,- позвала она меня. Впервые в голосе появились какие-то просящие нотки. Я рванул к ней только так и тут случилось странное.
Я всего лишь собрался пробежать пару десятков метров расстояния между нами. Но мои ноги так легко оттолкнули меня от поверхности земли, что кажется я преодолел тридцать выше упомянутых метров в три шага. Как скороход в сказке.
Ева смотрела на это с неким ужасом в глазах, а потом просто подпрыгнула. Явно без особых усилий, но оторвалась от земли она примерно на человеческий рост. Наблюдать за этим честно вам скажу было страшно.
-Укуси меня,- попросила она. Вообще полагается ущипнуть, но я не стал отказываться и цапнул ее за руки. Та взвизгнула. Потрясла головой и снова подпрыгнула. Получилось еще выше. Я же пробовал прыжки в длину, получалось побить все мировые рекорды.
Затем я попробовал поднять дерево, валяющееся рядом, получилось легко.
Это значит, странное устройство, активированное грозой, добавило нам столько силы.
Ева тем временем показала на землю, по земле прыгала лягушка. Да что тебе летающая. Это что, и ей силы добавилось.
-Интересно смогу ли вырвать дерево с корнем, -озадачил я вопросом себя и Еву.
Потянул блажащую березку, но фига с два, вытащить мне ее не получилось. С трудом отломал ветку.
-Гравитация,- произнесла фразу из учебника физики Ева.
-Что ты сказала, -я не сразу понял к чему она. Гры что? Грывитация.
-Гравитация. Есть такая вещь как сила тяжести. Двоечник. - Это она уже ко мне. Эта железяка, запущенная грозой, уменьшает силу тяжести, ну или гравитацию.
-Где уменьшает, на всей планете? –Я стал мыслить глобально.
-Думаю, что только здесь…
-От куда ты все знаешь? -Действительно от куда эта дикая деревенская дура так знает физику.
-У нас книг было мало, только учебники, мне учебник физики всегда нравилось читать. - Произнесла деловито Ева.
-А как эта железяка ее эту силу уменьшила. Грывитацию. –задал я вопрос Ева будто она эту антенну и придумала.
Та всего лишь хмыкнула в ответ. Буд то знала, или это было и так понятно.
-Может мы легче стали? -произнес я
Однако я стал привыкать к новому ощущению и даже прикинул как можно пользоваться. Ну скажем дрова легче таскать будет.
Ева же как ни в чем не бывало решила станцевать и запрыгала, со стороны смотрелось смешно. Девчонка взлетала верх, вскорости меня стало чуть подташнивать. Организм к таким переменам законов физики был не готов.
Однако наши хозяйственные заботы прошли вполне как обычно. Я думал, что устану меньше, но нет не сказал бы. Может грывитация стала возвращаться на свою начальную отметку. Я так и не мог запомнить правильный термин.
Между тем, как я заметил, Ева смягчилась в своих чувствах. Принимая у меня ветки для костра вполне искренне сказала спасибо. Возможно пообвилась. Если двигаться было понятно легко, то на душе тяжесть не уходила. То ли кто-то должен прийти, то ли на оборот стало мерещится, что нас здесь так и оставят на веки вечные.
Я решил вообще меньше двигаться, да и как гласят один из законов Ньютона на тело, которое покоится не действует не каких сил или наоборот, когда силы не действуют, тело покоится. Звучит то как.
Между тем Ева не развела костер. Искры от огня кажется преодолевали гравитацию и пламя поднималось выше.
-У нас этот остров всегда с духами был связан. -Ева вдруг начала рассказ. Еще со времен, когда здесь русских и в помине не было, якобы на острове волшебники жили.
Почему она стала рассказывать. Видно что-то натолкнуло ее на мысль.
-Они волшебники эти, кого хотят невидимым делали и летать учили.
-И что дальше. Далеко улетали.
-А кто ж их знает.
-Немцы тоже эти легенды слушали, задал я почему-то этот вопрос.
-Меня не спрашивали.
-Грывитация это вообще, что? - поинтересовался я.
-От куда ж я знаю, способность одного тела притягиваться к другому.
-Я почему-то понял это по-своему. Впервые мне захотелось облапать эту девку. Что собственно я и сделал, за что получил плюху. Увесистую кстати, это хорошо еще гравитация у нас поменьше, чем в других уголках земли, я не принял удар на себя, а только отлетел на пару метров. Кстати все равно больно ударился.
Ева рявкнула на меня и схватила дубину. Больше для устрашения, но, однако было противно, что вообще полез к этой каракатице шпионке. Что она тут со всей своей семейкой под немцами делала?
Мысли отвлекло ощущение того что вода кажется стала ближе. Типа прилив что ли. Какой к чертовой матери прилив. Но подскочив к берегу где валялся оставленный топор, я четко увидел вода подошла почти вплотную к нему это метров на пять, наверное, ближе чем было.
Ева оказывается стоявшая сзади тоже заметило сие явление.
-Кабы нас тут не затопило.  По преданиям этот остров с волшебниками раньше уже затапливало.
-Но мы не волшебники.
-За себя говори, -фыркнула Ева. Маня всегда за колдунью у нас держали. Хотя сила тяжести и для воды изменилась. Может сейчас буря какая подымиться.
Бури не значилось, а вот вода реально как прибывало. Конечно мы можем на самую высокую точку забраться, не затопит нас, но все рано как-то не приятно. Это тебе не дрова в легкую носить. Что такое наводнения я понимал хорошо.
Тяжело стало на душе, и ведь и не только на душе. Такое впечатление, что сила тяжести вернулась к обычному своему уровню. Обычный по тому как с другим мы не до последнего времени не сталкивались.
И то хорошо, а то еще не много и будем плавать.
Двигаться кстати было тяжело, может я так привык к лёгкости, а когда она не ведомым путем пропала, стало еще тяжело. Только не на душе, а на земле.
Тем временем я услышал не что похожее на шум качающихся деревьев. Хотя ветра и в помине не было. Огляделся.  Железная злосчастная антенна скрипела, даже как малость погнулась под тяжестью.
Ева тоже это заметила.
-Тяжелее стало. –Произнесла она.
-Что тяжелей.
-Все, веса добавилось. Сам что ли не чувствуешь. –Она злобно выругалась. Матерится как последний уголовник кстати.
-Когда грывитация была меньше жилось не в пример легче. -Сделал я вывод. С которым явно поспорить бы было сложно. Нонече, не то что давеча.
Стареем к земле тянет вспомнил я чью-то присказку. Посмотрел на Еву, она реально как поднабрал годков не старуха конечно даже, не тетка пожилая, но так вполне себя тертая жизнью баба, а не девчонка.
-А сколько тебе лет? - задал я вопрос.
-Тебе то что. - Она впялись в меня. Наверное, мысли были схожи. Я что ж того этого подрос, вернее постарел.
Что ж за гадость такую на нашем острове немчура поставила. Может это как гипноз какой, я про такие штуки слышал. То легче становимся, что летать начинаем, то тяжелеем, то вслед за добавочным притяжение к грязи по ко торе ходим и годков набираем.
-Мы с тобой может спим-предложил я.
Ева злобно вскинула глаза, типа спим, а жизнь во время сна быстрей пробежала.
-Сказка такая была. Карлик Нос называется. Ты тупой не читал, наверное. Подругу моя была для деревенской девки не вероятно начитанна. Ну хамка понятно.
-Какой еще Карлик Нос.
-Да там один мальчик заснула проснулся этим самым. И постареть успел.
Поскольку меня уже ничего не удивляло и все я принимал за четную монету, за нос схватился моментально.
Ева засмеялась, была рада.
-Может мы с тобой уже десять лет женаты, а ты просто не помнишь. Тебе лет то уже к тридцатке. –Подкинул я ей идею.
Тут она проявила себя чувствуется начала искать зеркало. Но такого не было.
Тем временем погода опять стала ухудшатся. Небо стало затягивать, дождь накрапывать. Одно хорошо двигаться вроде чуть полегче. Значит назад подкрутили гравитацию. Правда не до конца. А то что мы теперь постаревшие это выровняется. Что я озвучил. Напугав соседку.
-А ты в блокаду на вашем острове как питалась или у вас и блокады не было? -задал я вопрос.
Ева посмотрела на меня с недоумением. Типа, о чем ты.
-Ну ты то, наверное, под немцами была или, прости, под вашими финнами.
Ева грязно выругалась.
-Вот к чему рассказываю, помню обстрел начался, и я вот, парнишка мелкий, как раз попал и укрыться не где.  Думаю, как сделать так что б бомба или снаряд в меня не попал. И кроме как силой мысли изменить ни чего нельзя. Надо, думаю, представить, что меня здесь нет. И правда, я глаза зажмурил представил. Тут взрыв почти рядом. Осколками весь забор разворотило у которого я лежал. А мне как ни чего, будто я правду в тот момент исчез из пространства.
-Красиво щебечешь,- хмыкнула Ева.
-Что ж ты прямо как баба сорокалетняя. - Не выдержал я.
-А может я такая и есть,- хмыкнула девчонка. Ты сколько лет мне не спрашивал.
-Ну сколько? Не говори, что сто.
-Зачем, сорок два мне.
-Да брось ты. Я думал тебе лет шестнадцать. Врешь все.
-Не вру. У нас заговор такой, мы все моложе считай в два раза выглядим.
Я не понимал врет она или нет.
-А замужем была? - задал я вопрос. С мужским интересом.
-Была и не раз. А мужиков через меня прошло сколь через может сотню баб. Немцы твои.
-Почему мои.
-Ну ты же все их поминаешь, когда дела пошли не очень меня в бордель забрали, там знаешь не спрашивают. Хотя тех, кого просто насиловали, что те же немцы, что ваши тем похуже.
-Много мы вас изнасиловали.
-Ну много немного, но бывало. Ладно, лет мне двадцать один, тебя старше. Остальное правда. А к чему ты вспомнил, про свою невидимость для осколков? Сейчас бомбить не будут.
-К тому что ли, притяжение, пожалуй, не только к двум предметам, а скорее к тени что они отбрасывают стремится. Я так тогда для себя после обстрела решил. А сейчас в связи со все этой кашей вспомнил.
-Совсем окосел, двоечник. -Ева засмеялась.
-Я помню у нас до того сосед истощал, что перестал тень отбрасывать. –Это были мальчишеские страшилки, но я решил загрузить подругу. Как она не хамила, а все равно мы в двоем на этом странном острове с еще более страной штукой и страной легкостью или такой же тяжестью. И становится за этот короткий промежуток каким-то больно близким существом. Хотя я ее и не знаю толком. И чествую, что секретов у нее еще много.
-Сказки-страшилки рассаживаешь. –Ева улыбнулась. От ее улыбки у меня резко поднялось настроение.
-Может ты сказку какую расскажешь.
-О чем, - Ева явно потеплела ко мне за последний час.
-Ну хоть про эту. Про гравитацию. –Сказал я по-научному.
-Это можно. По поводу гравитации рассажу тебе следующее. –Ева подмигнула, заговорщитски.
Если гравитацинные волны рождаются из черных дыр, то соответственно и сродство они имеют к антиматерии выпускаемой каждым объектом, ну или скажем так, к его тени. Тень как известно не всегда отображает силуэт человека или объекта, а может вести себя вообще черт знает, как. Соответственно, чтобы уменьшить гравитацию, надо воздействовать на тень человека или предмета, хотя это вроде одно и тоже, соответственно пустить сигнал в то место где обитает наша антиматерия.
-Вот, вот, я же говорю все дело в тени. -Я не черта не понял из того что она говорила, но это слово уловил.
Есть еще параллельные миры, -я это слово, что оно значит хрен его знает, я прочитал в каком-то фантастичном романе. Название не помню. Но почитывал, что здесь надо применить это словцо. Что бы точно казаться Еве знающим, вот я теперь точно профессор. Знай наших
-А вот и нет. Эту фразу слышали все, но миры эти не параллельны, они как лента Мебиуса с другой стороны поверхности, но в этой поверхности можно проделать дырку и перейдешь на другую сторону. Единственное, этих дырок нельзя делать много и не аккуратно, просто лента бытия разорвется.
Эта штука, антенна или Рога бога, как там ее называют, просто дырявит сею ленту. Вот только как.
Я прямо ахнул.  Разумеется, ничего не понял, но от куда эта деревенская девка все это знает. Еще и темнеть стало. Так что становилось реально страшно.  Это на меня не изменение грывитаци так повлияло догадался я. Может от того что эта как ее, сила утяжеленности, другая так и мозги лучше работают. Может я тоже каким суперотличником стану. Сумею поступить куда, а то валю все экзамены. А теперь точно, на книжку взгляну издали, все задачи решены.
Собственно, мысль про влияние гравитации на умственные способности я озвучил, на что Ева лишь хмыкнула и выматерилась. Опять напомнив собой деревенскую девку, жлобиху.
-Это мне один человек рассказывал. А я запоминала, как он велел. Сейчас решила повторить.
-Что за человек? Удивился я. Физик какой учитель.
-Офицер, хотя, наверное, тоже физик, только не учитель.
-В каком звание офицер? –бросил я не пришей куда вопрос.
-Штандартенфюрер. Произнесла Ева, как в ни в чем не бывало.
-Немец что ли? –Догадался я.
-Немец. Он почему-то выбрал меня. Вытащил из борделя. Хотя сам. Толковал что-то про мою избранность, типа я жрица какого-то их культа. И должна носить в себе эту информацию.
-Физик, а в жрецов и всякие сказки верил? –Я решил, что она просто врет.
-У них это как-то совмещалось. -Вполне серьезно ответила Ева. Меня сюда привозили, когда первый раз эту штуку включали.
Они немцы базировались тогда на нашем острове. Финские войска оттуда по договорённости убрали. С дедом моим, который староста много он разговаривал.
-Кто он.
-Ну тот штандартенфюрер, Ганс его звали.
-А фамилия.
-Не помню, да и тебе какая разница.
Антиматерия есть в любом предмете только не всегда она с ним совпадает. А на земле есть участки где это совпадение присутствует. Для этого наш с тобой островок и облюбовали они.
Есть антиматерия в любом предмете, но не всегда с ним совпадает. –Я не понимал уже ни чего.
-Так ты знала про антенну. А как она работает?
-Да кто ж ее эту дуру знает. Однако то, что шагать легче после ее запуска становится, а потом тяжелей, это я проходила.
Я все больше недоумевал от этой девки, сколько же в ней тайн, сколько всего знает. Страшно даже стало, но не бежать же. Я парень ленинградский блокаду пережил, голодуху значит, рядом сколько умерло, а я остался. Обстрелы пережил, детдом пережил, шпану и урок не боялся. Тонул считай, живым остался, так что буду я эту ведьму немецкую подстилку бояться.
Надо страх преодолевать.
Для преодоления страха я не нашел ни чего лучшего, как попытаться обнять и облапать объект такого.
Ева не то что бы смутилась, но явно не ждала такой реакции. Очевидно думала, что я полный карась еще и напуганный. Поэтому пока она открывала рот от изумления я успел заползти ей под юбку и под кофту. Потом только получил леща. Не слабого надо сказать, но что называется, первую заградительную линию успел пройти.
-Ты что, сопля? –Ева опять грязно выругалась и попытался выписать мне второго леща, но я ловко увернулся. Почувствовав в один момент резкое увеличение гравитации в сторону загадочной подруги. Вот гравитация так гравитация. Я заграбастал девку   только так. Самое странное, что она не сопротивлялась. Как только я не пыхтел, наверное, ей было смешно видеть мои не умелые потуги. Она отстранилась засмеялась, а потом сама сама обхватила меня. Одежду я снимал с себя и неё в бешеном темпе, наверное, было смешно. Особенно промучился сначала растягивая ремень с висящей кобурой. Отбросил его, как только освободился подальше, забыв про оружие. Она не смеялась, а наоборот с невероятной нежностью в тоже время страстью обнимая меня.
На сколько много в ней силы я почувствовал будучи внутри, опыта у меня не было на тот момент, это первый. Но всю бедующею жизнь мне она будет казаться воплощением женского начала. И отнюдь не потому что была первая, это, наверное, выше упомянутую гравитация, направленная из продырявленного мира, по другую сторону от нас.

Проснулись мы под утро. Спали в будке управления. Вроде холодно, а не замерзли. Я проснулся первым и долго любовался изгибами рядом лежащего женского тела, которое стало казаться мне самым совершенным из таковых. Она же спала или делала вид, что спала. Бесстыдно раскидывая ноги и поворачиваясь то на живот, то на спину. При этом улыбаясь, не открывая глаз.
Я опять прижал ее.
-Слышишь. –Произнесла Ева, открыв глаза и отстранив меня.
Что такое. Обломали в самый момент. Я-то думал, что наше соитие будет на этом райском острове вечно.
-Слышишь,- повторила она.
-Да что слышишь? -Я чуть не вскрикнул.
Она зажала мне рот.
-Одевайся. Кто-то идет, хруст веток.
Я бросился одеваться, глянул в окошко и впрямь к будке приближалась какая-то фигура. Мужик в штатском. Я обернулся. Ева была уже одета, как успела.
-Кто это?
-Не знаю, небось от твоего Юрия Николаевича, проведать нас решил.
Мужчина видимо тем временем преодолев расстояние и открыл дверь нашего странного домика. Мы даже защелку не заперли.
По лицу было видно, что он не ожидал увидеть нас здесь, не похоже, что б это был посланник от Юрия Николаевича. Кстати, а где мой пистолет. Куда я его вчера сунул. Такового не было, вот ведь не вовремя.
-Вы кто? –Первый спросил гость-незнакомец. На вид ему было лет за сорок. Худощавый, благородное лицо.
-Мы рыбаки, я вот, Ванька мой, -первая бросилась тараторить Ева как ни в чем не бывало. Это место наше, она улыбнулась как дура, типа мы здесь дядя того.
-А вы кто будете?
Мужик пробуравил нас взглядом будто в прицел смотрел. Ни чего хорошего мне в нем не показалось, а вот опасности предостаточно, это я в людях считывать научился.
-Да тоже считайте рыбак, мы тут с друзьями на баркасе плавали, а места интересные плыви говорит Георгий к острову, я вот и поплыл. -Мужик ухмыльнулся, от чего мне стало не по себе.
Может на него бросится, но я понимал, что он гораздо сильнее, конечно Ева может помочь сзади его чем ни будь огреть. А если у него пистолет или нож. Нет, но какой же я дурак, что оружие свое потерял.
-А что за железяка такая дивная, и что эта за будка, оглядывая интерьер, как ни в чем не бывало задал вопрос незнакомец.
-А мы ж откуда знаем, может кран какой. -  Пожала плечами Ева, кашу с нами позавтракать не желаете.
-От каши не откажусь, сегодня с утра не по завтракал. –Мужик улыбнулся.
Ева бросилась разводить костер в очаге на улице. А мужик тем временем направился к пульту и попробовал что-то понажимать. Однако видно результат был не доволен.
-Аккумуляторы сели. - опять с улыбкой объяснил он. Конечно столько лет прошло. Ты чем парень занимаешься?
-Я то? Я моторист. А вы чем?
Гость не ответил. Как-то больно по-хозяйски он себя здесь чувствовал.
-Я-то, искусствовед я. -Произнес он не очень понятную для меня фразу.
-Эта типа историк?
-Ну считай, что так, считай, что так. -Он чего-то долго корпел над пультом сверяясь с вынутым из кармана блокнотом. Очевидно дядя-искусствовед не на столько разбирался в технике.
-Каша готова. –Позвала Ева.
Дядя еще раз грустно вздохнул над пультом, очевидно так и не добившись нужных результатов.
-Ладно брекфост так брефост произнес. -Он фразу.
Уселся выйдя на улицу у костра, почему-то поодаль от нас, и как не в чем не бывало начал уплетать кашу. На сколько вообще он спокоен.
-За нами скоро приплывут. –Произнесла Ева, наверное, что б он знал, мы не одни. А приплывут то на самом деле через неделю. Я оглядывал местность, может взять какую дубину, да и шарахнуть этого историка.
-Ну значит времени не много. –Усмехнулся он.  Эх дети детки, знали бы вы на каком интересном месте предаетесь плотским грехам.
Вот как говорит.
-Ну расскажите, раз вы историк. – Не выдержал я.
Мужик опять хмыкнул.
- А чего рассказать, хотя рад, вам могу что угодно рассказывать. Собеседников в этом вопросе мне тяжело найти, потому как за сумасшедшего начинают считать, но вы выслушаете.
В стародавние времена был в этой местности прекрасный край. Жили исполины, потому как гравитация в те далекие времена была иной, и что тебе динозавры были не нынешние крокодилы там, а достойного размера твари. Ну и люди были атланты, а не мы маломерки. Однако, что обычные людишки, что атланты существовали практически одновременно, только миры их не сообщались. Разве что иногда, когда между ними ход открывался. Вот на месте этого чудного нашего остова и был таковой проход в мир атлантов.
Людям или атлантам очень понравилось в мир иной шастать, а проход должен быть очень узкий иначе, как написано в одной умной книжке, начинает рваться все вокруг.
Я, слушая этого мужика. Не вольно вспомнил недавний рассказ Евы, про дыры между мирами для изменения грывитации, и то что их не должно быть слишком много, иначе лента материи рвется.
-Вот, -продолжил мужик, дырочка стала увеличиваться. Сила притяжения земли матушки манятся, а где такое творится, и водичка начинает капать, иными словами катастрофа, наводнение и затопило то прекрасное место. Только эта дикая природа на невзрачном островке вашем и осталась.
-Так что, на этом острове атланты жили? – Не выдержал я.
-Считай, парень, что так. Мы с тобой на останках Атлантиды. Мужик грустно вздохнул.
Спасибо за кашу. Ну что ребята будем прощаться.
-Вы уплываете?
-Нет, это вы уплывете в воды Стикса. Может вам в советской школе рассказывали, эта река мертвых. -Мужик как ни в чем не бывал достал из-за пазухи пистолет.
Тут только я понял, что мы от него метрах в трех и допрыгнуть я до него не успею. А успею что толку. Он просто нас сейчас положит.
-Дяденька, дядечка не надо, дядечка, -заголосила Ева. Может надо чего так возьмите, она задрала кофту.
Мужик чувствуется отвлекся.
-Что-то в вас девушка есть.
Ева поспешила задрать юбку. Трусов на ней не было. Забыла одеть. Она, моя прекрасная, готова отдаться этому выродку. Я не выдержу.
-Извечная тайна мироздания. Что и чем привлекает эта дыра не меньше чем загадочные космические дыры, даже есть красивая картина на эту тему. Вышедшей из лона мира.
Нет, не время и не место, но что-то в вас барышня есть, поверьте есть. Можете одеться, хотя замерзнуть вы уже не успеете.
Лицо его было спокойно, и даже с какой-то радостно -меланхоличной улыбкой.
Мне было очень страшно пред смертью, но я все ж таки решил посмотреть ему в глаза. Глаза у мужика были веселые и довольные, наверное, это тот тип палача, который получает удовольствие от своего дела. Мне почему-то стало казаться что кусты за ним двигаются.
Наверное, он уловил мой взгляд и тоже, не отводя правда пистолета, обернулся.
В следующее мгновение вывалившись из-за кустов тень поглотала чудо искусствоведа. Тень почему-то была зеленого цвета, что я успел заметить.

Я сидел и тяжело дышал. Ева обнимала меня и гладила по голове.
-Да молодые люди, вас оставлять нельзя. –Пред мной стоял, улыбаясь Юрий Николаевич, разве что на нем был одет маскировочный халат. В стороне в таких же маскировочных халатах стояло еще два человеке. Под ногами у одного валялся связанный искусствовед-историк.
Не какая эта не зеленая тень поглотила гада, а тот в маскхалате выскочив из-за кустов, где все они прятались, за долю секунды скрутил философа-диверсанта. Размякшего от собственных излияний.
-Что, Юрий Николаевич, вам летунам в засаде сидеть не в привычку. Промерзли небось. Нам то разведке что. - Весело подмигивал один из двоих.
-И то, Коля, верно. Я в открытой кабине летал зимой в разорванном комбинезоне. Пулей так посекло, но тут продрог хуже не куда.
Не уж то думали, ребята, мы вас одних тут бросим. Видишь какие гости пожаловали.
-Ты за оружием то следи, при себе держи. -Разведчик протянул мне мой потерянный пистолет.
-Не сильно туриста помял, Коля? Больно интересно он рассказывал-. Юрий Николаевич кивнул на ист0рика.
-Да обижаете. Целёхонек.
Коля пнул, на первый взгляд, бездыханное тело философа, от чего оно ожило.
-Кляп то вынь, он своих не позовет. Свои далеко.
-И то верно, привычка. - Коля вытащил затычку из рта незнакомца.
-Ну, кто, чего. Говори. Ребята, да успокойтесь вы. - Коля подмигнул нам.
Ты девка молодец, что показала ему все, нам как раз могло секунды не хватить, что б на позицию выйти.
-Коля не смущай. –Поправил Юрий Николаевич.
Ну так, господин историк, расскажите о себе.
Историк лишь поудобней уселся, и сверля ненавидящим взором, отрицательно покачал головой.
-Ладно, начну я.-Юрий Николаевич опять улыбнулся.
-Зовут вас Георгий, вы действительно искусствовед и действительно работаете в Эрмитаже.
Связанный дёрнулся, и тут же получил пинок ногой от разведчика Коли.
Власть советскую вы всегда ненавидели и когда пришли немцы, а ведь вы на половину немец очень обрадовались. С вами друзья быстро связались. И кормили вас и карточки у вас хлебные появились в огромном количестве, даром что фальшивые. Разве что ракеты вы не пускали сигнальные потому как вас берегли. Вы для немцев собирали ценную коллекцию, на тему Рога бога. Не что из мифологии о связи миров и возможности летать. Ну как-то так.
Потом с этой коллекцией гравюр перешли к немцам, через Урицк ход был налажен. Ну обрисовали типа вы в эвакуацию поехали, с вашими документами в эвакуации другой агент оказался. Держался он подальше о тех, кто его по Ленинграду знал. А когда дела плохи стали вас опять местами поменяли. И вы снова в Эрмитаже. Герой блокадник, сберегли произведения искусств. И тому подобное.
Видите, Георгий все знаем, а вот что произошло за последнее время и как вы здесь оказались, это уже вы нам расскажите.
-Щасс. –Георгий лишь презрительно улыбнулся.
Юрий Николаевич перевел взгляд на Колю.
-Мы разведка. –Произнес гордо Коля. Что Жорик, ты на бабьи сиськи значит смотрел, а сам показать ничего не хочешь. Не по-людски это.
Я не понимал, чего он говорит.
Коля подошел к связному, достал нож и вспорол тому сзади штанов, обнажив ягодицы. Второй разведчик умело перевернул его в самое не красивое положение, что называется глазом к солнцу. Коля взял две маленькие палочки и вытащил уголек, из вполне еще не затухшего костра, на котором мы кашу варили. Дальше понятно, куда пошел уголек. Вопль огласил кажется не только весь остров, но и потусторонний мир атлантов.
-Ко мне пару дней назад пришли и сказали, как проплыть сюда. Где взять тротил, что б взорвать это все. –На сей раз историк –искусствовед рассказал без ироничных оттенков в речи, а как-то с грустью.
Еще тогда у меня много выясняли про этот остров, он кстати есть на карте, как место входа.
-Какого?
-Для атлантов. –Усмехнулся Георгий, мне не кто верил. Поверили лишь немцы, получается правильно, раз все мы тут.
-Да почему нет мы тоже верим. Только я не много в этом разбираюсь. Больше я по технике, -согласился Юрий Николаевич. А вот это штандартенфюрер. Как там его?
Юрий Николаевич уставился на Еву. Твой девушка знакомый, Ганс, он чувствуется и в науки, и в мифологии преуспел.
-Подслушали наш разговор. Спросила Ева. И вообще все видели?
-Не подслушивали и не видели, и видеть не чего не видели. Все знаем. Все видели и так.
Коля и его друг второй разведчик весло закивали главами.
Этот господин, Ганс, кстати жив здоров.
-А где он сейчас? - Это я уже спросил.
-В Америке. –Коротко ответил Юрий Николаевич.
Рога бога не могут сработать из одной точки, по миру сколько-то таких установок. Надо запустить их всех тогда возможен результат. Вчера еще кое где в мире люди вдруг почувствовали легкость в передвижение.
-Так зачем меня послали ее взорвать? –Это уже Георгий полюбопытствовал.
-Ну как вариант, кому-то не хочется, что б люди преодолели гравитацию.
-Дело не в этом. Я понял. Люди не хотят, что б устройств попало вам в руки. Вы не только гравитацию преодолеете, но и весь мир разнесете. Как уже в семнадцатом сделали. –Георгий, очевидно забыв про уголек, злобно проскрипел зубами.
-А как эта штука то действует. –Вопрос задал далекий от науки Коля.
-Хороший вопрос. –Юрий Николаевич почесал затылок, покрутим, повертим, разберем. Ладно, этого Георгия пакуйте, дальше будете расспрашивать. Скоро катер подойдет с группой специалистов, мы тут поработаем.
Вы, молодые люди, тоже свободны, обратился он ко мне и Еве. Но помалкивайте сами понимаете, дело серьезное.
-А зачем вы нас оставили на острове? –Вопрос задала Ева.
-Про Адама и твою тезку слышала, хотел смоделировать ситуацию. А Георгий у нас вроде змея получился.
Лежащий на боку, связный Георгий, который очевидно сесть не хотел, услышав, реально начал изворачиваться как змей скрепя зубами.
-Тот штандартенфюрер Ганс про тебя девочка Ева помнит, нам это стало известно. Почему не знаю. Я и думал тебя на острове оставить с мужчиной, может ты что-то интересное расскажешь. Ты ведь тоже не просто так на острове в нужный момент появилась. Ну да об этом позже с тобой поговорим, пока свободна. Короче, как-то так.
Видать Юрий Николаевич хоть и технарь, а то же мифологии был не чужд.
-А предположим разберетесь вы с этими устройствами, что грывитацию, слово для меня было уже родное, изменяют. Какой с этого практически толк. Прыгать легче станет. - Меня распирало.
-Гравитация, моторист еще, -усмехнулся Юрий Николаевич. Прыгать это так, мелочи. А вот захочешь ты, Вася, скажем к звездам слетать, это далеко. На винтовом самолете и даже на реактивном сложно. На ракете реальней, но один хрен укачивает в полете. А вот, если сделать антигравитационный двигатель, можно будет слетать куда хочешь. Там может люди хорошие живут на планете какой дальней. Мы им, они нам, лучше станет.
-Что мы им? Злобу и разрушение. –Зашипел змей Георгий. Не дай бог, овладеете, все вселенную изгадите, мало вам России.
-Там еще угли есть. Сейчас тебе двигатель вставлю, полетишь. –Рявкнул разведчик Коля.
-Не портьте, он нам еще понадобится. –Юрий Николаевич был деловит. Послышался гудок подплывающего катера.
Ну до свидания, ребята,-  подмигнул нам летчик.

Отец закончил рассказ и закашлялся. Я не понимал где он нафантазировал или и вправду не что могло быть. То, что отец свалился за борт и чудом остался жив, подплыв к какому-то острову эту историю я слышал с детства и не только от отца, но и от его друзей. Даже кажется где-то слыхал, что немцы ставили локаторы на островах. Разумеется, не для изменения силы тяжести, а вполне себя реальные.
Про Еву, как не странно, я слышал тоже. Мать орала, что отец, когда напивался или ругался с ней, упоминал какую-то Еву из далекой юности. Так что по отдельности все ни чего, но вот вместе. Склонен ли был отец к научной фантастике. Нет. Он был моряк, вполне себе земной человек. Дошел до капитана. Ходил в загранку. Жили мы надо сказать очень жирно. Отец, который от пацана сироты блокадного прошел такой путь, для меня и сестры всегда был образцом и этот его рассказ даже как-то странно ложился тенью на авторитет. Однако интересно.
-Папа. ты сказал, что это все. А потом, ты не встречал никого из тех на острове?
-Встречал. - Отец опять закашлялся.
Ева как мы приплыли на большую землю со мной распрощалась и сказала, что как только уладит дела в своей деревне, увидимся. Дала адрес и все такое. Буквально через два дня назначили встречу. Но, как и следует не через два дня, не позже я ее не увидел и не встретил. Я., прождав неделю, сам приплыл к ее месту обиталища. Мне сказали, что Ева собрала вещи и была такова. Велела только передать какому-то Адаму, что его очень любит.
Поиски ее, которые я вел многие годы, не какого результата не дали.
Георгия и разведчиков как след простыл. Ну это и понятно.
А вот мня будто кто стал вести. В мореходку поступил. Это жуть как трудно было, а я смог.
Ну эти отцовские рассказы я слышал много раз.
-Папа, а этот летчик, Юрий Николаевич, разумеется тоже в безвестность ушел. Папа, может его и не было? –Попытался намекнуть я отцу на реальность.
-Почему, его я как раз видел.
-Сразу же после тех событий?
-Нет, почитай лет тридцать, а то более спустя.
-Где?
-В конце семидесятых вроде или уже восьмидесятый шел, друг мой тезка Вася, такой был, может помнишь, сменял квартиру на большую. Только в новостройке место конечно тогда ****евое, ну да ладно. Меня в гости пригласил. Я плутал по одинаковым дворам, искал нужный адрес.
Смотрю, какой-то дед по двору идет, еле-еле шагает, малость споткнулся. Вот думаю старый дурак, надо дома сидеть, однако помог встать. Тот славу богу целый. Посадил деда на скамейку.
-Ну что,- спрашиваю, отец, живой?
Тот головой трясет. У него смотрю и руки ноги трясутся. У нас один в порту был такой, Паркинсон называется болезнь, ни чего хорошего. Дед видать совсем болезнью побитый, ну хоть пожил свое ему видеть за восемьдесят. Тогда это больше чем сейчас, считалось.
-Ты аккуратней смотри, папаша, грывитация она, знаешь, шутить не любит.
Я это слово, грывитация, с той поры так и пронес. Как кто шлепнется, так и говорил, что, грывитация.
-Вася, ты что ли? - дед спрашивает и на меня смотрит.
-Мы знакомы? –От куда думаю знает, где пересекались.
-Плаваешь?
-Плавает известно, что, моряки ходят. –я ему стандартную фразу.
-Ну ту я не компетентен, -дед говорит, я не моряк, я летчик.
-Тут я аж ахнул, несмотря что перед мной дряхлый, высушенный дед-билет на то свет, четко вижу он. Юрий Николаевич.
-Вы? - Сам не понимаю, он ведь вроде не должен таким старым быть или болезнь доконала. Этот всесильный лощеный авиатор-супермен, как нынче говорят. Пред мной немощный старик.
-Я Вася, я.- Молодец, что признал. Юрий Николаевич прослезился. Сентиментальный видать стал. Паркинсон у меня. Я ведь локаторами занимался, не только гравитационными, а всякими, тогда без всякой защиты и контроля времени. Все, кто со мной работал уже давно на том свете. А меня мое здоровье, отменное, подвело, все мучаюсь. Хотя, скажу по-честному, уже мочи нет. Я не я. -Голова и руки у моего собеседника затряслись еще сильнее. Он тяжело задышал, потом видать успокоился.
Мимо проходила мама с дочкой. Маманя лощенная, шмотки импортные, за границей копейки, я цены знаю, у нас королевой чувствует.
-Вот ведь, -глянув на нас говорит, понатащат с деревни родителей, деду крестьянину бы на печки сидеть, а его в город, из деревни умирать привезли, дабы лишние метры в очередь на жилье заиметь.
Да, доченька, район у нас. Ни чего, скоро выберемся.
Девочка весело посмотрела на нас. Юрий Николаевич, сделав усилие улыбнулся, от его обворожительной улыбки остался только оскал на высушенном лице, и попытался помахать ребенку рукой. Та помахала в ответ. Мать злобно посмотрела и потянула дочку за руку подальше от нас.
-Спрашивай, Коля, спрашивай. Грывитация, как ты говоришь, нас свела. Перед смертью моей, ты ведь многое спросить хотел.
Я молчал, не зная, что сказать.
-Ева твоя где,- хочешь узнать.
-Хочу. –Выпалил я будто расстался с нею вчера.
-Вскорости, как появилась она тогда дома на своем острове. Пришли к ней и предложили бежать из СССР.
-Кто пришел?
-Считай, что мы и пришли. Очень она как ты помнишь интересовала штандартенфюрера Ганса, своего. Исследователя гравитации. Мы и решили ему подарок сделать, заодно узнать, как живет, о чем думает. Согласилась она сразу, так тебе скажу. Дальше дело техники. Это уже не мои службы переправляли и тому подобное.
-Польза то была от нее?
-Ну так сложно сейчас уже сказать. –Юрий Николаевич опять сильнее затрясся, очевидно подустав.
Что вы в этой девчонке нашли, что ты что он.
-Кто он?
Штандартенфюрер. Ганс. Впрочем, это как секрет грывитации, кто что в ком находит.
-А этот Ганс-изобретатель главный устройства антипритяжения себя потом проявил. Удалось ему продвинуться?
-Не знаю. -Юрий Николаевич запрокинул голову и тяжело задышал. Я испугался как бы старик сейчас дуба не дал.
-Почему ты считаешь, что он главный изобретатель теории антипритяжения. -Юрий Николаевич продышался.
-Не знаю, вы вроде сами говорили. Кто его знает. Этого Фрица, наверное, кроме моей Евы, и не видел никто. Может его не было.
-Почему же, я его видел. –Юрий Николаевич был вполне деловит.
-Когда? На кого он похож был?
- Я, когда курсантом в академии был, это тридцатые как понимаешь, читал у нас лекции по физики один презабавнейший вольнонаемный старичок, древний. Гравитация и способы управления ею это были его мечты, ну или даже разработки. Старичок этот с Эйнштейном кстати переписывался. Я с тем старичком сдружился, хотя остальные его за полусумасшедшего держали, хоть и уважали. Был у него дома, письма эти Эйнштейна видел. Тот его ценил.
-Дед Эйнштейна? -
-Наоборот, Эйнштейн деда.
Как-то к нам прислали немецких офицеров на семинар, такое тогда часто бывало. Обмен опытом, был там не кто Ганс. Бросился к тому нашему деду, чуть ли не обниматься. Оказывается, он его за своего учителя почитал в исследование гравитации. Дед подозвал тогда меня и нас познакомил. Сказал, что я еще один, кто поможет человечеству преодолеть гравитацию. Мы тогда помню много говорили, я немецкий малость понимал, интересный такой Ганс, даже выпили вместе. Мы кстати даже внешне с тем Гансом схожи были. Просто братья. Он тогда меня по плечу хлопал и объяснял, что я и он есть-рога бога. Персонажи из германской мифологии, на которыми бог может перенести что хочешь куда хочешь. А может проткнуть что хочешь. Сравнение меня с рогом, хоть и божьим, насмешило тогда сильно.
-А что дальше было?
-Ну как что. Немец назад в свою Германию, дальше знаешь. А нашего с ним общего учителя вскорости сбил автомобиль. Видел он кстати действительно плохо.
-Интересно, Ганс этот живой.
-Сейчас не знаю, пятнадцать лет назад был живой.
-Продвинулся?
-Может и продвинулся, а может и нет. -
Я понял, что сейчас Юрий Николаевич опять зайдётся в тряске.
-А Ева что? Пока есть возможность задал я вопрос. Следы потерялись.
-Пятнадцать лет назад, следы были.
Почему он все говорит про пятнадцать лет назад. Очевидно это последний раз, когда он мог узнавать интересующую информацию.
-Некая дама, супруга одного финского промышленника, напоминала твою ненаглядную. –
Я дал собеседнику отдохнуть, а сам прикинул. Дела у меня не плохо. Капитан большого сухогруза. На хорошем счету в пароходстве. Да что там в пароходстве. А был парень моторист голодный.
Ева, супруга магната, мисс миллионерша, девчонка деревенская.
Ганс, мифический для меня персонаж, наверное, тоже не бедствует, если жив конечно. А вот собеседник мой, когда-то, наверное, всесильный, как-то не очень.
-Юрий Николаевич, а как вы сюда в эти края попали. Я думал у вас генеральские хоромы.
-Я не генерал, подполом ушел. Вернее, предложили уйти, так что не отказаться было.
-Не посадили? - задал я бестактный вопрос.
-Нет. Но так потасовали. Меня думаешь все любили. Вот Иосиф Виссарионович считал, что войну можно с воздуха выиграть. Поверь во многом он не ошибся. А я, ну не только я, небо считай закрыл для них. В том направление нам дальше удалось продвинуться, чем с грывитацией. На нее времени мне уже не хватило. Работы велено было свернуть.
-Почему?
-Может средств не было, это знаешь какие затраты. Может реально, что бы всю материю вокруг не разнесли.
Ты лучше про себя расскажи. То, что мореходку закончил знаю.
-От куда, вы что за мной следили?
-Ну поначалу пытался. Я ведь считай перед тобой в долгу. На острове тебя тогда оставил как подопытного, что б там могло быть.
-Так это вы мне с поступлением помогли?
-Ну с поступлением да, а дальше ты уже сам, не думай.
Мне почему-то стало тяжело, странно я не испытывал какой-либо благодарности к Юрию Николаевичу. И даже не испытывал жалости. Почему, сам не знаю. Возможно, он такой же как тот немец Ганс. Все для великой цели. А мы что я, что Ева, что остальные для него расходный материал.
-Вы мне, Юрий Николаевич, свой телефон оставьте, -попросил я.  Сейчас спешу, что б потом созвониться. Может помочь чем, у меня любые продукты и вещи. Я начал хвастаться.
Юрий Николаевич, чувствуется уже окончательно вымотавшийся, кивал головой. Попрощались, он прослезился даже, плаксив видать от болезни стал. И я ушел.
 Друга нашел быстро. Напился помню тогда так, что все удивлялись. Орал ты потом какую-то муть, про грывитацию. Рассказывали.
Разумеется, встреченному старому знакомому я больше не звонил. Побоялся. Мало ли что стоит за всеми этими тайнами. И если их оживить моя загранка и многое другое может закончиться. Да и повторюсь благодарности тогда к нему не испытывал. А сейчас, когда знаю сколько мне осталось, наоборот повиниться хочу.
В то ч о я тебе рассказал можешь верить, можешь нет. Вижу скептически настроен ты. Но просьба, просто запомни.
Я пытался позадавать вопросы, или точнее убедить отца, что часть он нафантазировал. Хотя конечно что-то правда. Отец не как не реагировал.
В тот вечер больше не чего не рассказывал и больше до, его скорой смерти, мы к этому разговору не возвращались.

Отца нет вот уже десять лет. Много это или мало. Если бы эти десять лет не последние, то, пожалуй, что и не шибко много, но учитывая сколько произошло за минувшие, ой как сколько.
Во что превратился мир говорить не буду, а может он всегда был таким, и вернулся на очередной виток.
Странно, если всего десять лет назад, рассказ отца об устройстве по преодолению как он говорил грывитации, мне казался выдумкой, то сейчас я почему-то все больше верю, что это правда. Теперь вообще, мало что кажется фантастикой.
Кстати за прошедшие десять лет появилось еще два персонажа похожих на тех из истории отца.
Помню в соцсети вплыли мне еще в доковидное время воспоминания одного искусствоведа блокадника. Собственно, о блокаде. Чего там только не было и тотальное людоедство, и оргии партийных работников и про то что, если бы немцам город сдали было бы значительно лучше. Воспоминания эти якобы были написаны им чуть ли непосредственно в блокаду. Еще этот герой хранитель ценностей якобы был исследователь Атлантиды и собирал некую информацию, о которой явственно ничего не осталось. Звали мужика Георгий, где-то в конце сороковых сгинул в застенках энквд. Записки его о блокаде очень были в какой-то момент популярны, особенно среди либерально интеллигенции. Ему вроде даже хотели мемориальную доску привинтить.
Второй персонаж. Один очень крупный финский политик, выступая на очередном заседание европейского парламента или комиссии, громил близлежайшую державу. И рассказывал про свою любимую, выдающуюся бабушку Еву. Которая была обычная малограмотная крестьянка рыбачка с маленького острова и ей чудом удалось вырваться из СССР. Дело было в конце сороковых. Знала не понаслышке что такое диктатура. И воспитала внучек. Почему-то я подумал про батину зазнобу.

Хочу сказать, что про Юрия Николаевича я не нашел никакой информации, а ведь я даже его фамилии не знал. Мало ли летчиков подполковников в Ленинграде было. Про его учителя, ученного, друга Эйнштейна, попавшего под машину, кстати то же не нашел.
При очередной атаке летающих бесчелночных устройств, а сегодня с утра как раз таковая и была, я вспоминаю слова Юрия Николаевича отцу, про закрытое небо. Может, если покопаться где реально, по тем разработкам, можно будет закрыться от них.   
Ну а тогда, занявшись, успешно, преодолением гравитации, и не расшатав при том имеющееся пространство, слетать в гости.
К располагающимся за много миллиардов световых лет хорошим людям.