Кинут не кинут?!

 Кинут — не кинут?!

### Как Америка собирается расплачиваться с миром по долгу в сорок триллионов долларов

**Александр Аит**
9 сентября 2026 года
Цфат, Израиль

Я смотрю на американский государственный долг и задаю простой вопрос:

**Как они собираются его возвращать?**

Не миллион.

Не миллиард.

И даже не один триллион.

Более сорока триллионов долларов.

По данным Министерства финансов США, к началу сентября 2026 года совокупный федеральный долг Америки достиг примерно **40,1 триллиона долларов**.

Число настолько огромное, что человеческий мозг перестаёт его воспринимать.

Мы можем понять стоимость квартиры.

Можем представить цену завода.

Даже миллиард ещё можно разложить на понятные вещи.

Но сорок триллионов — это уже не деньги в привычном смысле.

Это отдельная финансовая вселенная.

И у меня возникает подозрение:

Америка не собирается возвращать этот долг так, как обычный человек возвращает деньги банку.

Возможно, она вообще не собирается его возвращать.

По крайней мере — настоящими деньгами.

## Государство, которое живёт в долг

Обычный человек сначала зарабатывает, а потом тратит.

Если он долго тратит больше, чем зарабатывает, наступает момент, когда банк говорит:

Хватит.

Больше денег не дадим.

Продавай имущество.

Рассчитывайся.

Государство живёт иначе.

Особенно если это государство печатает главную мировую валюту.

Американское правительство каждый год расходует больше, чем собирает налогами. Недостающие деньги оно занимает, выпуская государственные облигации.

Их покупают банки.

Пенсионные фонды.

Страховые компании.

Другие государства.

Центральные банки.

Частные инвесторы.

Сама Федеральная резервная система.

Америка получает реальные товары, нефть, оборудование, труд и услуги.

А взамен отдаёт бумагу — обещание заплатить в будущем.

Но приходит будущее.

Старые облигации нужно погашать.

Что делает Америка?

Выпускает новые.

Берёт новый долг, чтобы рассчитаться со старым.

А потом ещё один.

И ещё.

Только в 2026 финансовом году Соединённым Штатам необходимо рефинансировать около **9,7 триллиона долларов** погашающихся обязательств. [Счётная палата США](https://www.gao.gov/federal-debt)

Представьте человека, который берёт кредит в одном банке, чтобы внести платёж в другом.

Потом занимает в третьем, чтобы рассчитаться с первым.

Такой человек называется проблемным должником.

Но если то же самое делает государство, выпускающее доллар, это называется финансовой политикой.

Красиво.

Солидно.

С печатями и флагами.

Но суть от этого меняется не сильно.

## Возвращать весь долг никто не собирается

Здесь необходимо сказать честно:

Америка не обязана однажды положить на стол сорок триллионов долларов и закрыть долг полностью.

Государства обычно так не поступают.

Они перекладывают старые обязательства в новые.

Главное — вовремя выплачивать проценты и сохранять доверие кредиторов.

Пока мир готов покупать американские облигации, машина работает.

Старые долги гасятся новыми.

Новые долги превращаются в ещё более новые.

И колесо продолжает вращаться.

Поэтому проблема не в самом размере долга.

Проблема начинается тогда, когда обслуживание долга дорожает быстрее, чем растёт экономика.

В 2025 финансовом году проценты по федеральному долгу обошлись Соединённым Штатам примерно в **1,2 триллиона долларов**.

На начало сентября 2026 года расходы на обслуживание долга за предшествующие двенадцать месяцев составляли около **1,17 триллиона долларов**, или приблизительно 19 процентов федеральных расходов. [Министерство финансов
Америка уже тратит на проценты больше, чем на национальную оборону.

То есть значительная часть новых долгов берётся уже не на строительство дорог.

Не на развитие науки.

Не на медицину.

Не на улучшение жизни людей.

А на обслуживание вчерашних долгов.

Долг начинает кормить сам себя.

## Может ли Америка объявить банкротство?

Я думаю об этом всё чаще.

Может быть, им понадобится банкротство, чтобы всех кинуть?

Формально специальной процедуры банкротства для Соединённых Штатов не существует.

Америка — не предприятие.

Её нельзя привести в обычный суд, распродать Белый дом, Пентагон и Статую Свободы, а затем распределить деньги между кредиторами.

Но государство может допустить дефолт.

То есть отказаться вовремя платить по своим обязательствам.

Такое возможно, например, если Конгресс не повысит потолок государственного долга или если политическое руководство сознательно решит изменить условия выплат.

Однако открытый американский дефолт ударит прежде всего по самой Америке.

Рухнет доверие к казначейским облигациям.

Инвесторы потребуют намного более высокие проценты.

Пострадают банки.

Пенсионные фонды.

Страховые компании.

Подорожают ипотека, автомобили и кредиты для бизнеса.

Может начаться финансовый кризис, который пройдёт по всему миру и вернётся в Соединённые Штаты ещё более сильной волной.

Америка может кинуть кредиторов.

Но вместе с ними она кинет собственных пенсионеров, вкладчиков и предприятия.

Это будет не хитрая победа.

Это будет выстрел себе в финансовую голову.

Поэтому открытого банкротства, скорее всего, постараются избежать.

Но существует другой способ.

Более тихий.

Более растянутый.

И гораздо менее заметный.

## Заплатить можно обесцененными деньгами

Представим, что я занял у человека тысячу долларов.

Пообещал вернуть через десять лет.

Через десять лет я честно отдаю ту же тысячу.

Цифра совпала.

Договор выполнен.

Но раньше на эти деньги можно было купить многое.

А теперь — в два раза меньше.

Получается, что формально я никого не обманул.

Я вернул всё до последнего доллара.

Но реальную ценность вернул не всю.

Вот здесь и находится главный американский выход.

Большая часть государственного долга США выражена в долларах.

А доллары создаёт сама американская финансовая система.

Америка практически всегда способна найти необходимое количество собственной валюты.

Она может выпустить новые облигации.

Может расширить денежную массу.

Может через Федеральную резервную систему выкупать государственные бумаги.

Но она не способна по приказу сохранить покупательную способность этих денег.

Доллары можно напечатать.

Ценность напечатать нельзя.

Поэтому наиболее вероятный американский «кидок» — не отказ от выплат.

Америка заплатит.

Вопрос только в том, **что будет стоить возвращённый доллар**.

## Инфляция как скрытое банкротство

Банкротство бывает громким.

Закрытые двери.

Суд.

Разорённые кредиторы.

Списанные долги.

Но бывает банкротство без объявления.

Когда все платежи произведены.

Все документы подписаны.

Все обязательства формально выполнены.

А кредитор всё равно стал беднее.

Так действует инфляция.

Она похожа на вора, который не взламывает сейф.

Он просто уменьшает содержимое каждой купюры.

Цифра остаётся.

Ценность исчезает.

Если инфляция в течение многих лет превышает доходность американских облигаций, реальная стоимость долга уменьшается.

Теряют владельцы облигаций.

Теряют люди, хранящие накопления в долларах.

Теряют пенсионеры с фиксированными выплатами.

Теряют государства, державшие резервы в американской валюте.

А должнику становится легче.

Не потому, что он вернул долг.

А потому, что сам долг похудел.

Можно назвать это мягким дефолтом.

Можно — управляемой инфляцией.

Можно придумать ещё десять умных экономических терминов.

Но человек, который дал в долг на один дом, а получил деньги только на половину дома, поймёт всё без экономистов.

Его кинули.

Аккуратно.

Законно.

Без объявления банкротства.

## Доллар — главный американский товар

Америка много лет продавала миру не только самолёты, компьютеры, оружие и технологии.

Главным американским товаром стал доллар.

Мир покупал американские деньги.

Хранил их.

Рассчитывался ими.

Создавал долларовые резервы.

Покупал государственные облигации США.

После Второй мировой войны доллар оказался в центре мировой финансовой системы. А после отказа от его прямой привязки к золоту он окончательно стал деньгами, основанными прежде всего на доверии.

Не на золоте.

Не на серебре.

Не на нефти.

На доверии к Америке.

Пока это доверие существует, Соединённые Штаты могут получать реальные товары со всего мира в обмен на создаваемые ими финансовые обязательства.

Другие страны должны сначала что-то произвести.

Продать.

Получить доллары.

А Америка может создать новые доллары внутри собственной системы.

Вот настоящее американское преимущество.

Не только авианосцы.

Не только армия.

Не только Голливуд.

Доллар.

Возможность расплачиваться с миром валютой, которую ты сам выпускаешь.

## Но доверие тоже имеет предел

Американская Счётная палата прямо называет нынешнюю долговую траекторию неустойчивой.

По её прогнозу, долг, находящийся у инвесторов, может достигнуть 123 процентов американского ВВП в 2036 году. При сохранении нынешнего курса к 2056 году он способен подняться примерно до 251 процента ВВП. [GAO](https://www.gao.gov/americas-fiscal-future)

Это не означает, что Америка обязательно рухнет в названном году.

Экономика — не будильник.

Она не звонит точно в назначенную минуту.

Но долговая проблема постепенно сужает возможности страны.

Чем больше денег уходит на проценты, тем меньше остаётся на всё остальное.

Чем больше облигаций необходимо продавать, тем сильнее зависимость от желания инвесторов их покупать.

Чем выше процентные ставки, тем дороже обслуживание новых и старых обязательств.

Получается ловушка.

Чтобы выплатить проценты, нужно занимать.

Но чем больше занимаешь, тем больше становятся проценты.

Чтобы привлечь покупателей, приходится повышать доходность облигаций.

Но высокая доходность ещё сильнее увеличивает будущие расходы.

Долг растёт.

Проценты растут.

Потребность в новых долгах тоже растёт.

Вот когда глист начинает пожирать собственный хвост.

## Кого Америка может кинуть?

Принято думать, что американский дефолт ударит по Китаю, России, арабским монархиям или европейским государствам.

Это слишком простая картина.

Значительная часть американского долга находится внутри самой американской системы.

Его держат пенсионные фонды.

Банки.

Инвестиционные компании.

Страховые организации.

Федеральная резервная система.

Обычные граждане.

Часть общего государственного долга представляет собой обязательства одного государственного ведомства перед другим.

Поэтому Америка не может обмануть внешний мир, не задев собственное население.

Если долг будут уменьшать инфляцией, платить станут американцы.

Если повысят налоги, платить станут американцы.

Если сократят социальные расходы, платить станут американцы.

Если поднимутся процентные ставки, платить станут американские семьи и предприятия.

Если доллар начнёт резко терять мировой статус, Америка лишится возможности дешёво финансировать собственную жизнь.

Внешний мир понесёт потери.

Но первый счёт придёт домой.

## Пять вариантов выхода

Я вижу пять основных способов, которыми Америка может попытаться выбраться из долговой ловушки.

### Первый — продолжать занимать

Самый привычный путь.

Выпускать новые облигации.

Закрывать ими старые.

Надеяться, что мир продолжит верить в доллар и американскую экономику.

Этот путь может работать долго.

Но вечным он быть не может.

### Второй — обесценивать долг инфляцией

Платить вовремя.

Но более дешёвыми долларами.

Не объявлять дефолт.

Но постепенно перекладывать потери на кредиторов и население.

Это наиболее удобный политический вариант, потому что трудно показать пальцем на один день и сказать:

Вот сегодня нас ограбили.

Потери растягиваются на годы.

### Третий — повысить налоги

Можно заставить богатых, средний класс и корпорации платить больше.

Но любое повышение налогов вызывает политическое сопротивление.

Особенно в стране, где обещание снизить налоги помогает выигрывать выборы.

### Четвёртый — сократить расходы

На бумаге всё просто.

Трать меньше.

Но где сокращать?

Пенсии?

Медицинские программы?

Оборону?

Помощь штатам?

Государственный аппарат?

Каждая строка бюджета имеет своих защитников и миллионы зависимых от неё людей.

Сократить чужое легко.

Своё никто сокращать не хочет.

### Пятый — вырасти быстрее долга

Это самый здоровый вариант.

Если экономика растёт быстрее задолженности, долговая нагрузка относительно размеров страны уменьшается.

После Второй мировой войны США уже проходили через высокий долг. Тогда помогли экономический рост, умеренная инфляция и финансовая дисциплина.

Но сегодня население стареет.

Социальные расходы увеличиваются.

Проценты растут.

Политическое противостояние мешает принимать долгосрочные решения.

А каждый новый кризис требует новых триллионов.

## А может, им нужна большая война?

Этот вопрос неизбежно возникает.

История знает случаи, когда войны меняли финансовую систему, обнуляли старые правила и позволяли государствам списывать ответственность на чрезвычайные обстоятельства.

После большой войны можно провести денежную реформу.

Заморозить обязательства.

Перестроить торговлю.

Заставить союзников платить за безопасность.

Перенаправить промышленность на военные заказы.

Оправдать новые долги угрозой существованию государства.

Но утверждать, что Америка сознательно готовит мировую войну исключительно ради списания долга, без доказательств нельзя.

Долг может влиять на политику.

Финансовые интересы могут толкать страну к внешней экспансии.

Военно-промышленный комплекс действительно зарабатывает на конфликтах.

Но большая война не является надёжным способом избавиться от сорока триллионов.

Она способна увеличить долг ещё быстрее.

И уничтожить саму систему, на которой держится власть доллара.

Поэтому война — не план спасения.

Это игра с бензином возле горящего склада.

## Мир уже начал задавать вопросы

Многие государства постепенно увеличивают долю золота в резервах.

Заключают торговые соглашения в национальных валютах.

Создают альтернативные платёжные системы.

Сокращают зависимость от западной банковской инфраструктуры.

Это ещё не означает конец доллара.

До полноценной замены американской валюте далеко.

Доллар остаётся удобным.

Американский финансовый рынок — огромным.

Казначейские облигации — одним из самых ликвидных инструментов в мире.

Но доверие редко исчезает за один день.

Сначала появляется сомнение.

Потом осторожность.

Потом человек перекладывает часть денег в другое место.

Потом так поступает другой.

И однажды оказывается, что система ещё стоит, но под ней уже нет прежнего фундамента.

Главная опасность для Америки — не заговор Китая или России.

Главная опасность — сама Америка, которая решила, что доверие мира бесконечно.

## Кинут или не кинут?

Так кинут ли Соединённые Штаты своих кредиторов?

Я думаю, что открыто — постараются не кинуть.

Не объявят однажды утром:

Мы больше никому ничего не должны.

Не порвут облигации перед телекамерами.

Не закроют Министерство финансов.

Америка слишком много получает от доверия к доллару, чтобы добровольно уничтожить его одним решением.

Но существует другой ответ.

Более неприятный.

**Кинуть можно, продолжая платить.**

Вернуть каждый обещанный доллар.

Но сделать так, чтобы этот доллар стоил меньше.

Растянуть потери на десятилетия.

Назвать инфляцию временной.

Новые займы — стимулированием экономики.

Денежную эмиссию — обеспечением ликвидности.

А снижение уровня жизни — необходимой адаптацией.

Формально всё будет честно.

Облигация погашена.

Процент перечислен.

Подпись стоит.

Печать на месте.

Только на возвращённые деньги кредитор сможет купить уже гораздо меньше.

И тогда каждый сам ответит:

Кинули его или нет?

## Долг как вопрос нравственности

Деньги держатся не только на экономике.

Они держатся на нравственном обещании.

Я беру у тебя сегодня, потому что обещаю вернуть завтра.

Если я заранее знаю, что верну обесцененное, значит, формально я должник, а по сути — хитрый торговец доверием.

Государства придумали сложные слова, чтобы скрыть простые вещи.

Рефинансирование.

Монетарное расширение.

Управление долговой нагрузкой.

Коррекция процентной политики.

Но за всеми этими словами стоит один человеческий вопрос:

Вернёшь ли ты то, что взял?

Не цифру.

Ценность.

Америка построила мировую финансовую систему на обещании.

Теперь долг проверяет цену этого обещания.

Сорок триллионов долларов — это не только экономическая проблема.

Это мера доверия мира к одной стране.

И если Америка однажды решит, что может вернуть бумагу вместо ценности, она, возможно, действительно облегчит свой долг.

Но потеряет нечто гораздо большее.

Доверие.

А доверие нельзя напечатать.

Нельзя занять.

Нельзя выпустить в виде облигации.

Его можно только сохранить.

Или однажды потерять.

**Кинут — не кинут?!**

Возможно, главный вопрос уже звучит иначе:

**Когда мир поймёт, что его давно рассчитывают не деньгами, а обещаниями?**