Как начинался БИММ

Как начинался БИММ. От инженерного опыта к философии человека
Опыт руководящей работы как отправная точка
Всю свою жизнь я занимался руководящей работой — от юношеского клуба до управления заводом. Причём это была не только производственная деятельность, но и общественная: походы, экспедиции, спасательные работы. Везде, куда меня забрасывала жизнь, получалось так, что я исполнял руководящую функцию. Не обязательно должность — именно функцию. Вплоть до того, что организовать трёх конструкторов, чтобы они синхронно делали единый объект, — это тоже требует серьёзного понимания того, как человек работает.

Я пишу эти строки не как теоретик, запершийся в кабинете, а как практик, прошедший сорокалетний путь в архитектуре и конструировании. Мой опыт — это опыт человека, который ежедневно сталкивался с живыми людьми, с их радостями, страхами, сомнениями, амбициями. Каждое управление проектом, каждая экспедиция, каждый спасательный рейд были для меня не просто задачей, а исследованием человеческой природы. Я наблюдал, как люди ведут себя в экстремальных условиях, как они взаимодействуют, когда ставки высоки, как они принимают решения, когда времени на раздумья нет.

Именно этот практический, эмпирический опыт стал тем фундаментом, на котором;; выросла вся моя философия. Всё, что я говорю о мире, о познании, о бытии, имеет одну точку опоры — человека. Не абстрактного человека философских трактатов, а живого человека, с которым я работал бок о бок, которого я мотивировал, направлял, а порой — учился у него.

Управление креативными специалистами: индивидуальный ритм как внутренний закон
Управлять креативными людьми особенно сложно. Нельзя сбить внутренние настройки человека, его ритм работы, привычный и приятный ему способ творить. Это всё равно что вмешаться в настройку тонкого инструмента — можно сломать то, что давало звук.

Бывают конструкторы, которые из семи отведённых дней шесть молчат и прогоняют варианты в голове — внутри идёт невидимая работа, — и только в последний день выдают результат. А другой с первого дня начинает выдавать варианты, что-то крутится, и к концу недели он тоже выходит на желаемый результат, но другим путём. Оба приходят к цели. Но пути — разные.

Мне как руководителю конструкторов приходилось вычислять эти моменты: почему люди так делают? Почему один «вынашивает», а другой «выплёскивает»? В чём природа этого различия?

Здесь я подошёл к важному пониманию: творческий процесс человека не поддаётся внешней регламентации. Его можно направить, но нельзя подчинить графику. Творчество — онтологическое свойство личности, не привилегия избранных и не хобби. Человек не может не творить. Но то, как именно он творит, зависит от его внутренней информационной архитектуры — от того, как устроены его блоки восприятия, осмысления и действия. Попытка навязать чужой ритм — это попытка перестроить внутреннюю модель мира человека, и она всегда ведёт к разрушению качества.

Хороший руководитель — не тот, кто заставляет, а тот, кто создаёт условия, при которых внутренний ритм каждого работает на общую цель.

Мотивация: за пределами финансового стимула
Мотивировать людей на работу — отдельная задача, и она привела меня к одному из ключевых открытий моей жизни.

Я пришёл к выводу, что не только деньги, и иногда даже не столько деньги мотивируют человека. Бывают случаи, когда человек сам платит за работу, сам вкладывается в будущий проект, вместо того чтобы получать. Финансовая мотивация — не на первом месте. На первом месте — другие мотивации.

Что это за мотивации? Их несколько, и все они связаны не с внешним вознаграждением, а с внутренним состоянием человека. Это мотивация достоинства — потребность чувствовать, что твой труд уважаем, что ты не просто функция, а носитель ценности. Это мотивация творчества — радость созидания, та самая, о которой я говорил выше: человек не может не творить, и когда ему дают возможность творить, он работает с отдачей, которую никакие деньги не купят. Это мотивация служения — осознание, что твой труд нужен людям, что он меняет что-то вокруг. И, наконец, это мотивация синергии — радость совместного созидания, когда результат коллектива больше суммы индивидуальных вкладов.

Поиск этих мотиваций стал для меня не побочной задачей, а главной. Потому что руководитель, который умеет находить и активизировать внутренние мотиваторы, — не управляет в привычном смысле слова. Он создаёт среду, в которой люди сами хотят работать. И это — высшая форма управления.

Рождение БИММ: от рабочего инструмента к философской системе
Приходилось разделять поведение человека на фрагменты. Так родилась Блоковая Информационная Модель Мира — БИММ.

Поначалу это был просто мой рабочий инструмент. Мне нужно было как-то привести разрозненные знания из разных дисциплин о человеке к общему знаменателю. Психология, социология, философия, теология, инженерное знание — каждая дисциплина говорила о человеке на своём языке, и эти языки не стыковались.

И вот я заметил: там, где различные школы знаний о человеке не противоречат друг другу, с большей вероятностью можно предполагать правильное понимание, правильное описание. Это такой консенсус мыслителей разных времён и народов о человеке. Но приводить это нужно к единому языку, иначе невозможно сопоставлять. Допустим, схоластическую философию Средневековья и современное научное учение о человеке — что в них общего, в чём различие? Приходилось кодировать через буквы информационную модель мира.

Мы наблюдаем, что всё наше бытие есть набор информации. Мои прикосновения, то, что я вижу, то, что чувствую всем телом. При этом я чувствую телом — значит, тело — это не я. Это моя принадлежность, как автомобиль. Я действую им в этом мире. Именно тело и свойства этого мира заставляют меня быть временным. Я существую во времени, постоянно меняюсь.

Говорят, человек не меняется. Но человек меняется и меняется постоянно. Вопрос лишь в том — за счёт чего? Что подвигает его к изменению?

БИММ даёт ответ на этот вопрос. Человек меняется потому, что его информационные блоки не статичны. Они динамически перестраиваются под воздействием нового опыта, новых смыслов, новых ценностных решений. Каждый поступок — это обратная связь, которая возвращается в систему и меняет её. Человек — не программа, выполняющая команды. Он свободно выбирает, как интерпретировать факты, какие ценности считать важными и какие действия предпринимать.

Мои наработки по БИММ имели практическое применение и давали результат. Если бы не давали — я бы БИММ не занимался. Сказать, что БИММ разработан целиком, нельзя. Разработаны принципы и правила построения этой модели. Причём это не описание мира, а именно таблица — как когда-то элементы химии существовали кучей, пока Менделеев не придумал таблицу и даже предсказал некоторые элементы. Так же и здесь: разрозненные знания благодаря БИММ укладываются в таблицу. Она в чём-то перекрывается, в чём-то нет, но теперь мы можем складывать то, как разные мыслители говорили о человеке, и видеть, где они сходятся, а где — нет.

Инженерное мышление и гуманитарное знание: синтез двух путей
Я как руководитель вынужден писать много инструкций. Как конструктор я пишу технические описания, пояснительные записки, где описываю изделия. Даю чёткие термины — и по правильному описанию изделия можно сделать именно это изделие и никакое другое. Любой чертёж можно описать словами. Если конструктор этого не умеет — он плохой конструктор, ему будет очень тяжело.

Этот навык — описывать материальное словом — стал для меня мостом между инженерным и гуманитарным мышлением. Если можно словами описать чертёж с такой точностью, что другой человек воспроизведёт изделие, — значит, и человека можно описать с такой точностью, что другой человек поймёт его устройство. Не личность — именно устройство. Не душу — а информационную архитектуру, через которую душа действует в мире.

Как человек мыслит креативно, как он создаёт? Как конструктор придумывает новые изделия — не было этого никогда, а он придумал и довёл до материального воплощения. Из фантазии, из мысли появляются новые изделия. Это чудо. Но оно во времени — мы можем его наблюдать. Построили дом — это чудо, чудо синергии.

И этой синергией создаются инженеры, конструкторы. Понимание того, как мыслит инженер, тоже помогало мне в работе над БИММ. Потому что инженерное мышление — это мышление, которое соединяет идеальное и материальное. Инженер берёт идею — нематериальную, существующую только в сознании — и превращает её в чертёж, в схему, в расчёт. А затем чертёж превращается в изделие. Так же и БИММ: она берёт идею о человеке — и превращает её в работающую модель, которую можно применять.

БИММ как инструмент управления коллективом
БИММ позволяет создавать инструкции управления коллективом.

У нас шарахаются от слова «управлять кем-то». Все хотят быть свободными, неуправляемыми. Но в конечном итоге кто-то берёт управление, находя такие мотиваторы для выполнения своих решений, которые общество воспринимает бесконфликтно, без сопротивления. Если сопротивление есть, человек может и сделает дело, но плохо — гораздо хуже, чем если бы сопротивления не было. Создание этих мотиваторов — креативная работа руководителя.

Здесь БИММ работает как диагностический инструмент. Она позволяет увидеть, какие информационные блоки активны у данного человека, какие ценности для него приоритетны, что его мотивирует, а что отталкивает. Управление через понимание — это не манипуляция, а создание среды, в которой человек сам выбирает нужное направление, потому что оно соответствует его внутренним ценностям.

Это особенно важно при работе с творческими коллективами. В одной команде запросто уживаются скрупулёзные аналитики, изобретательные новаторы, осторожные прагматики и рисковые экспериментаторы. Каждый смотрит на задачу по-своему. Порой кажется, что вместо слаженной команды — набор противоречий. Но именно в этом многообразии кроется главная сила коллектива. БИММ помогает увидеть, как устроены процессы принятия решений у каждого сотрудника, и превратить разногласия в продуктивный диалог.

Русская идея как инженерная задача
Что касается русской идеи. Когда мы описали человека, выделили понятие базового человека, затем нормального человека, потом появилось описание человека политического, экономического, военного — там, где формируются политические науки, где складывается управляемое государство. Разные люди объединяются в единый синергетический организм на долгое время, действуют по определённым правилам. На разном уровне развития был разный менеджмент управления этими коллективами.

Когда стали анализировать реальное общество и пытаться его описать, встал вопрос: не могут найти русскую идею. Я поставил себе задачу — именно как инженерную — описать русское общество, выделив в нём ключевые моменты.

Сначала была схема: что искать, как искать, где лозунги, идеи, система мировоззрения. Все эти ячейки, блоки были уже готовы к тому моменту. И когда я стал смотреть, что общего в русских людях, кого можно назвать русским человеком, а кого нельзя, в чём заключается русскость, — это позволило как раз разложить по блокам.

Мы перебирали признаки, статистически набирали семантические облака. Какие эмоции русский человек выделяет? Что значит вести себя по-русски или не по-русски? Ведь русский человек проявляется в поведении, в действии. Действовать по-русски — это особенный способ поведения в обществе, определённая этика.

И здесь я подошёл к формулировке, которая стала для меня фундаментальной. Русская идея — это учение о равнодостоинстве людей. Не о превосходстве. О равенстве. И это равенство не навязано извне, а вырастает из самого понимания человека. Каждый человек обладает высоким, неуничтожимым и несравнимым достоинством — это базовое утверждение. Достоинство неотделимо от понятия «человек» и не может быть утрачено. В этом — корень русского мировоззрения. Русское общество существует более тысячи лет и держится на понимании равнодостоинства людей, независимо от религии, национальности, способностей.

Ключевые ценности, которые формируют русскость: любовь и взаимопомощь, милость к падшим, защита слабых, прощение врагов, воспитание в человеке осознания его достоинства вместо его унижения. Это не идеология, придуманная в кабинетах. Это «взято от земли» — сформулировано через общение с людьми разных социальных, религиозных, национальных групп.

Этика как механизм согласования разных мировоззрений
Этика — наука взаимодействия с обществом, с другим. Здесь ключевой момент: другой человек — с другим опытом, другим мировоззрением. Пусть даже в мелочах, но он чуть-чуть отличается.

Этика позволяет, чтобы две личные истины не стали конфликтовать. Там, где в мире другого человека то, что для одного истинно, для него истиной не является. Этика смягчает это противоречие, чтобы не было конфликта.

Это очень важный момент. Каждый человек живёт в своей модели мира — в своей системе информационных блоков. Эти системы никогда не совпадают полностью. Но они могут сосуществовать, если есть этика — то есть осознание того, что другой человек тоже носитель истины, пусть и иной. Этика — это не набор правил, а принцип отношения к другому, при котором его достоинство признаётся безусловно.

Без этики два человека с разными мировоззрениями неизбежно придут к конфликту. Каждый будет считать свою истину единственной, а чужую — ложью. Но с этикой открывается возможность диалога: «Я признаю, что твоя истина — твоя. Ты признаёшь, что моя — моя. И в этом признании мы находим общее».

Чувство лжи и жизнь без неё
Любой человек чувствует ложь. Он может не суметь её описать, не может привести аргументы, чтобы доказать, что его обманывают. Человек может даже не отдавать себе отчёт, в чём его обманули, но он чувствует: прошла ложь.

Это — важнейшее свойство человеческой информационной системы. Ложь — это искажение информации, которое нарушает целостность модели мира. Система не всегда может локализовать ошибку, но она всегда регистрирует дисбаланс. Человек не всегда знает, где именно его обманули, — но он знает, что что-то не так.

Кстати, когда перестаёшь врать, появляются слова для описания того, как лгут тебе. А когда перестаёшь лгать сам — через какое-то время начинаешь видеть, как лгут тебе. Это не парадокс, а закон информационной чистоты. Тот, кто сам искажает информацию, не может чётко видеть искажения у других — его собственная система уже содержит помехи. Но когда помехи устранены, приёмник начинает работать точно.

Человек может изменить себя — это осознанное обращение с ложной информацией. Зачем мне ложная информация? Зачем ложное видение себя в мире, видение мира? Зачем притворяться, действовать ложно, обещать ложное, делать ложные действия?

Переход от позволения себе внутренней лжи к жизни без лжи бывает тяжёлым. В этот момент лучше всего молчать. Уйти куда-нибудь в затвор, на дальнюю зимовку, побыть одному. Можно собаку с собой взять. Но не лгать — это хорошо.

Почему тяжело? Потому что ложь вросла в информационные блоки. Она стала частью модели мира. Убрать её — значит перестроить связи между блоками, а это всегда болезненно. Человек, который перестаёт лгать, — это человек, который перестраивает свою информационную архитектуру. Это не одномоментный акт, а процесс, требующий времени, тишины и честности с самим собой.

Философия истины и личной ответственности
Во всех своих работах я стараюсь говорить только правду. Если где-то в чём-то ошибся или наврал — меня надо поправлять, я буду благодарен тому, кто это сделает. Моя задача как философа — искать истину.

Конечно, хочется прославиться: слава помогает работать, даёт больше связей. Но главное всё-таки — умереть и не стыдиться того, что делал, и того, что успел сделать. Поэтому я стараюсь публиковать всё, что появляется, и выкладывать, чтобы люди могли проследить ход мыслей, их трансформацию. Думаю, в итоге получится положительный результат, который будет другим интересен.

Моя задача — чтобы другим было интересно прочесть и применить к себе то, что я создал и применил к себе. Супруга моя тоже применила это к себе и, с её слов, умерла счастливой. Я и видел, что она была счастлива.

И это, пожалуй, главный критерий любой философии — не её логическая безупречность, не её академическое признание, а то, делает ли она людей счастливее. Не в смысле внешнего благополучия, а в смысле внутренней полноты — когда человек знает, кто он, зачем он здесь и что он должен делать. Когда человек живёт в согласии со своим достоинством и достоинством других. Когда он не лжёт — ни другим, ни себе.

Вот так начинался БИММ. И вот так он продолжается.