Точка другой реальности. 39

39. Пробуждение.
Я очнулся резко - будто кто-то дёрнул за невидимую нить, выдернув из темноты. Первое, что почувствовал, - не боль, а странную, густую вибрацию, будто по телу тянули толстые струны и они тихонько гудели. Потом пришло зрение: матовый потолок, тонкая трубка, уходящая в вену, запах спирта и чего-то металлического, холодного.
Я повернул голову и тут же замер. На предплечье, прямо по коже, шли тёмные, почти чёрные полосы — толщиной в два сантиметра, неровные, как застывшие потоки чернил. Они не были просто рисунком: под пальцами чувствовалась лёгкая шероховатость, будто кожа в этих местах стала плотнее, твёрже. Я провёл ладонью выше, к плечу, и там тоже шли линии - пересекались, расходились, снова сходились, словно кто-то прочертил по мне карту невидимых дорог.
Дверь тихо скрипнула. В палату вошёл тот самый маг;специалист - высокий, с усталыми, но собранными глазами, с узкими серебряными нитями на мантии. Он не спешил, не делал лишних движений, будто уже знал, что увидит.
- Ты очнулся, - сказал он спокойно, подходя ближе, но не слишком - держал дистанцию, как будто боялся нарушить хрупкое равновесие.
Я с трудом сглотнул. Голос звучал чужим, будто я долго молчал, а теперь заново учился говорить:
- Каналы… они не просто зажили. Они… изменились. И теперь их видно.
Он чуть наклонил голову, не отводя взгляда.
- Покажи.
Я поднял руку, повернул предплечье так, чтобы он увидел эти тёмные линии. Он не потянулся трогать, только смотрел, будто считывал узор, как текст. Потом достал небольшой прибор - плоский диск с тонкими светящимися насечками. Поднёс к моей коже, не касаясь, и диск тихо щёлкнул. На поверхности вспыхнули цифры, линии, какие;то графики, бежавшие слишком быстро, чтобы я успел их разобрать.
Маг нахмурился едва заметно - так, что я бы и не заметил, если бы не следил за каждым его движением.
- Резонанс, - тихо произнёс он, скорее себе, чем мне. - Во время стабилизации твоя нервная система и энергетические каналы вошли в резонанс с моей восстанавливающей волной. Крайне редкий эффект. Почти невозможный. Но он произошёл. Вместо того чтобы просто закрыть разрывы, энергия фактически перестроила структуру каналов, увеличив их пропускную способность почти в десять раз.
- В десять раз, - повторил я, и это число вдруг показалось мне тяжёлым, как камень.
- Да, - кивнул он. - Это не наращивание новых каналов. Это экстренная модификация существующих. Единичный эффект. И, скорее всего, неповторимый.
Я опустил взгляд на свои руки. Тёмные полосы шли дальше, к локтю, к плечу, уходили под воротник больничной рубашки. Я чувствовал их не только глазами - я чувствовал их изнутри: как будто по этим линиям теперь тянулся другой, более глубокий ток. Не обжигающий, как раньше, а ровный, тяжёлый, будто река, которая вдруг стала шире, но не спокойнее.
- Это опасно? - спросил я.
Маг помолчал, убирая прибор.
- Опасно не само изменение. Опасно то, что ты можешь не почувствовать границы. Раньше твои каналы сгорали, когда нагрузка становилась слишком большой, — ты чувствовал боль и понимал: хватит. Теперь боль ушла, а ёмкость выросла. Ты можешь подумать, что способен на большее, и не заметить, как выйдешь за предел. Это как идти по льду, который вдруг стал толще, но ты не знаешь, насколько.
Я кивнул, хотя внутри всё ещё гудело от этой новой, непривычной ясности.
- Значит, мне нужно заново учиться чувствовать.
- Именно, - сказал он, и в его голосе впервые проскользнуло что;то похожее на одобрение. - Не пытаться сразу взять больше. Сначала - контроль минимального потока. Потом - постепенное увеличение. И параллельно - отработка аварийного сброса. Это теперь твоя главная страховка.
В дверях показалась медсестра, но маг жестом остановил её.
- Ещё пять минут. И подготовьте отдельный отчёт. Это выходит за рамки стандартной стабилизации.
Она кивнула и исчезла, а маг снова повернулся ко мне:
- Ты понимаешь, что это значит для академии? Для тренировок? Для тебя?

Я медленно выдохнул, глядя на тёмные узоры, которые теперь были частью меня.
- Понимаю. Это не сила, которую можно сразу использовать. Это ответственность. И риск.
Он едва заметно кивнул, будто именно этого ответа и ждал.
- Хорошо. Тогда начнём с самого простого. Попробуй сейчас не тянуть энергию, а просто почувствовать эти каналы. Не управлять ими. Просто заметить, где они проходят, как гудят, как отзываются на твоё дыхание. Если почувствуешь хоть малейшее жжение - сразу скажи. Даже если покажется, что это ерунда.
Я закрыл глаза, стараясь не думать о том, что было на полигоне, о броневике, о том, как всё взорвалось. Вместо этого я прислушался к себе - к этому новому, тяжёлому гулу внутри. Он был пугающим и в то же время странным образом правильным, будто я наконец услышал ту часть себя, которую раньше заглушали боль и спешка.
- Я чувствую, - тихо сказал я. - Они гудят. Как будто ждут.
- Пусть ждут, - спокойно ответил маг. - Сегодня им ничего не нужно. Сегодня ты просто учишься их видеть и слышать. Остальное - потом.
И я остался лежать, прислушиваясь к этому гулу, к тёмным линиям на своей коже, к тому, как мир внутри меня стал шире и глубже - и как важно теперь не сорваться в эту глубину, не потеряв себя.