Учитель

Зайнутдин прижимал к себе тяжёлый свёрток — ватное одеяло, в котором покоился его новорождённый ребёнок. Он не мог поверить, что сын не дышит, и это невозможно было ни понять, ни принять, ни исправить. Ведь он его так ждал, видел в нём продолжение своего пути. Дом построен, дерево посажено, да что там дерево — уже целый сад посажен. У них с женой росли две дочки, и вот сынишка, долгожданный, родился на эту землю и тут же ушёл. Жена осталась в роддоме, а он забрал сына, чтобы по-человечески предать его земле. Только вот никак не мог заставить себя это сделать. Вокруг него толпился народ. Все что-то говорили, советовали, тянули за плечо, а он сидел неподвижно на голой земле — с осиротевшей душой и невыносимой болью в груди, которую не вырвать и не выбросить. Зайнутдин не отпускал свёрток, пальцы его побелели от напряжения, а в глазах застыла такая боль, что многие, пытавшиеся утешить, просто отступали, не смея нарушить его тишину.
Тот горький день оставил на сердце Зайнутдина шрам, который так никогда и не затянулся. Он с головой ушёл в работу. Его комбайн гудел в полях от рассвета до заката. Жизнь шла своим чередом: они с женой растили уже четверых дочерей — все как на подбор красивые и умные. Он по-прежнему всё своё время проводил на полях. Рядом с ним всегда крутилась его вторая дочь, Зухра, его самая надёжная и сильная опора. Она вместе с отцом просыпалась с петухами на заре и была ему вместо сына, которого ему так не хватало. От неё, как и от него самого, пахло маслом, мазутом и зерном. Она уверенно и бесстрашно рулила огромным комбайном, а отец сидел рядом и видел в ней своё продолжение, с восхищением смотрел на чумазое лицо и не по годам взрослый взгляд дочери. Зайнутдин надеялся и верил, что так будет всегда. И завтра, и послезавтра, когда первые лучи солнца рассеют предрассветный туман над полями, они снова будут трудиться вместе, плечом к плечу, пока последнее зерно не будет убрано в закрома.
Зухра ещё долгое время с завидным упорством трудилась на полях и никогда ни на что не жаловалась. Несмотря на свой юный, школьный возраст, она не подводила отца, всем нутром чувствовала, что нужна ему, и работала с железным упорством, не жалея себя и своих сил.
Однажды, когда солнце плавно садилось далеко за горизонт, Зухра остановила комбайн и вышла. Девочка-школьница, не один год управлявшая огромной машиной, долго стояла, глядя на жатку. Потом внимательно разглядывала свои огрубевшие детские ладошки в мозолях и кровоточащих ранах. На поля она больше не вернулась.
Прошло несколько лет, Зухра окончила восемь классов. Отец всё ещё не терял надежды, что дочь вернётся в его ряды и пойдёт по его стопам. Зухра, воспитанная по правилам мусульманской семьи, не перечила: если отец сказал учиться на агронома, значит, так тому и быть. Так и поступили: Зухра с мамой поехали поступать в назначенный техникум. Автобус остановился на нужной остановке, но мама не торопилась выходить. На вопрос дочери она лишь ответила, что это не их остановка, их остановка — следующая. Крепко взявшись за руки, мама с дочерью сошли на нужной — у педагогического училища.
«Станешь учителем, для этого у тебя есть все задатки и способности. Нельзя зарывать талант в землю, ты умная и образованная, и твоё место здесь. А с отцом я сама поговорю», — твёрдо и решительно сказала мама.
Так Зухра поступила в педагогическое училище. Отец не ругал, хоть и расстроился, лишь сказал: «Значит, вы так решили?!» — возможно, где-то в глубине души даже одобрил решение жены и больше этот вопрос никогда не поднимал. А Зухра окончила учебное заведение, потом ещё одно — высшее, и стала учителем.
Я стою во дворе сельской школы, где училась в далёкие восьмидесятые годы прошлого века. С долей ностальгии вдыхаю знакомый сентябрьский аромат — смесь запахов цветов и едва уловимую грусть по детству. Передо мной директор школы громко приветствует своих учеников в честь нового учебного года: твёрдый взгляд, пронзительная речь, сила в слове и характер!.. Та самая девочка Зухра, которая когда-то бесстрашно управляла отцовским комбайном, сегодня — Зухра Зайнутдиновна, которая не один десяток лет отдала любимой профессии — обучению детей. Она с огромной теплотой в душе уже много лет сеет семена знаний, наблюдает, как они прорастают, и получает добрые плоды урожая в виде лучших и благодарных учеников. Не это ли путь человека на земле?!
Жизнь — удивительная штука, и чудеса рядом! Обычная деревенская женщина-мать смогла распознать и показать правильный путь своей дочери. Она видела в ней то, чего не видел никто, и одним движением — сойдя не на той автобусной остановке — на сто восемьдесят градусов повернула судьбу дочери, открыла ей судьбоносную дорогу в жизнь, распознала её предназначение и подарила право выбора лучшей профессии на земле! Мамы — они такие: только им одним ведомо, что лучше для их детей и что им предначертано судьбой.

Фото из просторов Интернета