Битва за престол

                ЛЕГЕНДА О ПРИНЦЕССЕ ЭЛАНОР


                КНИГА I


                НОВЫЙ РАССВЕТ


В любой истории самый деликатный процесс это начинать саму историю. Скажу вам, что сейчас идет пятнадцатый год Эры Всечеловечества, объявленной Новыми объеденными нациями по итогам победы над террористами из организации «Зеленый фронт». Я Дарья Раевская родилась в десятый год эры Всечеловечества.  Я закончила  университет и в двадцать пять лет я стала политическим этнографом в Международном институте согласия и равенства при ОДН, работая под руководством профессора Ренато Алькасара. И я принадлежу к страте ученых, как и мои родители. Следует отметить, что в наше время наука определяет все сферы развития жизни. Идея «Всечеловечества» учит, что только научное знание является настоящим знанием, все другие виды знания — это просто мнения или абсурд. Наука помогла преодолеть болезни. Наука даровала эликсир продлевающий жизнь. Наука помогла преодолеть войны. Наука помогла даровать людям счастье. Наука помогла обрести человечеству уникальный артефакт, изучая который человечество пришло к эре совместного процветания, путем идеи Всечеловечества. Но я забыла сказать вам, что не все люди приняли науку. Эти не принявшие исповедуют старые культы и верят в пророчество о принцессе, которая приведет их к истинной свободе.
В детстве я хотела изучить каждую неизведанную часть истории нашей планеты. Начиная от самых истоков и заканчивая настоящим. По ночам, засыпая, я улетала на сотни лет назад. Моё воображение вмещало сотни различных цивилизаций. Их зарождение. Их величие. Их упадок. Их гибель. Эти картины впитывались в мой разум, как песок впитывает воду. Истории принцессы Эланор, возглавившей борьбу за спасение цивилизации не было среди них. Эту историю я узнала много лет спустя, когда стала её свидетельницей и когда её история стала и моей историей…



Строчки из путевого журнала Дарьи Раевской записанные ею во время своего путешествия.



                ЧАСТЬ 1

                ИНФАНТА



                ПРОЛОГ

Кастильское королевство, Ибероамериканский альянс 15 год эры Всечеловечества.

С
квозь раскидистые кроны вековых сосен бежал голый мужчина. Прерывистое дыхание и испуганный вид его красноречиво указывали на погоню.
Резко остановившись, тяжело хватая ртом воздух, расширенными от ужаса глазами мужчина бегло осмотрелся по сторонам и перебежал от одного крупного ствола к другому, опираясь на них и высматривая впереди следующую опору. Стоял холодный предрассветный час и его тело уже начало синеть. По всем признакам состояние было критическим, и даже страх начинал уступать место пронизавшему организм холоду, забиравшему последние остатки сил.
Мужчина чувствовал, что он задыхается, и спазмы горла перекрывают доступ воздуха в легкие. Мгновение, и его тело, опирающееся обеими руками о ствол огромной мачтовой сосны, стало сползать на землю. Оставшийся без одежды человек обессилено падает прямо на землю. Смерть придет неизбежно и скоро, если не от холода, то от диких зверей. Мужчине было уже всё равно. В любом случае это будет бессмысленно после всего. Он так ведь и не сможет ни кому рассказать… И Сяо-99 погибла напрасно, спасая его, дав время сбежать. Он подвёл. Подвёл снова.
Мужчина перевернулся на спину, но это все, что ему удалось сделать. Его сипение, прежде громкое и натужное, стало тише. Совсем скоро и его не будет слышно и казалось, что обездвиженный силуэт свидетельствует о неминуемой кончине беглеца, скрывавшегося от какой-то одному ему известной угрозы.
Неизвестно сколько прошло времени. Минуты или часы… но высоко над лесной кроной раздался крик сокола, парящего над зеленью деревьев и следом послышался мерный цокот лошадиных копыт. Несколько погодя, поблизости от распластанного на земле тела мужчины появилась крапчатая серая лошадь с человеком в седле, закутанным в белый плащ и в глухом шлеме с красивой резьбой, сквозь который однако нельзя было увидеть лицо. Всадник поравнялся с деревом, вытянул руку, издав мелодичный посвист и сокол сделав круг уселся на его приподнятое запястье. Несколько секунд всадник изучал свою находку, однако из-за шлема нельзя было сказать удивлен ли он или находить голых мужчин его обычное занятие. Однако в действиях всадника не наблюдалось никакой суеты. Он ловко спрыгнул на землю, оставляя свободные поводья на луке седла. Обученный скакун спокойно стоял рядом, дожидаясь седока и лишь переминаясь с ноги на ногу. Спешившийся всадник наклонился над обнаженным телом мужчины и стал осматривать его. Взяв в руку запястье, он обнаружил пульс и только тут снял шлем, открыв свой прекрасный девичий лик и рассыпавшиеся по плечам длинные светлые волосы. Всадником оказалась девушка чуть за двадцать изящная и хорошо сложенная. Во взгляде читалось сострадание и любопытство к неизвестному беглецу.
Её сокол дернул головой. По лесу опять раздался звук копыт и из-за дерева вылетел громадный черный конь с другим всадником, сидящим прямо, будто с палкой за спиной и надменно вздернутым подбородком. И копной жестких седеющих волос, упорно отказывающихся подчиняться ветру.
 - Ваше высочество, прошу меня извинить!.. – в голосе седовласого мужчины слышалась неподдельная озабоченность, - Но моя лошадь… по правде сказать, я не могу с ней управиться… слишком строптива.
- Наставник, - усмехнулась девушка, задорно блеснув глазами, - Вам бы лучше чаще отрываться от пыльных фолиантов и упражняться в верховой езде!..
- Не могу согласиться с вами, Ваше высочество!.. – продолжал сетовать спутник неизвестной венценосной особы.
По его усталому и озабоченному внешнему виду явно просматривалось недовольство.
 - Для меня намного важнее быть вашим мудрым наставником!.. – добавил мужчина и в очередной раз попытался натянуть поводья, чтобы его лошадь проявила смирение, — Это ваша молодая и горячая кровь не дает покоя. Соколиная охота не для меня. У вас же есть сокольничий, но вы предпочитаете…
Его взгляд упал на голого мужчину.
- Святая Дева! – взмолился он – Это ещё одно доказательство в мою пользу! Частые прогулки по лесу неизбежно приведут к встрече с туристами, которые приняв разные вещества думают, что им море по колено!
- Перестаньте, наставник!.. – перебила седовласого спутника девушка, - Нам срочно нужно оказать помощь этому бедолаге, пока он не испустил свой дух. Видно, что он от кого-то скрывался и вынужден был….
Молодая особа вдруг перестала говорить и прислушалась к звукам леса. Вдалеке послышался громкий крик беркута, а шум раскачивающихся от порывов ветра крон деревьев вдруг полностью исчез. И даже воздух стал еще более пронзительно холодным, вызывая клубы пара изо рта говорящих людей и фыркающих лошадей.
- Я вызову полицию с вашего позволения, Ваше Высочество, чтобы его забрали. Если бы не лошадь, я бы оказался тут быстрее и все сделал до вашего появления. Вам не пришлось бы участвовать во всем этом, и тем более видеть. Не трогайте его больше, ваше величество, он может быть заразен!
- Туристы и местные жители сюда не заходят, тем более в таком виде, - сказала девушка. - Но не думаю, что он, по вашим словам, дорогой наставник, заразен!
- Посмотрите на его ногу, Ваше Высочество, - седовласый мужчина указал стеком на ногу голого человека.
Девушка присмотрелась и увидела то, чему не придала прежде значения – у самой ступни круглый след, как будто от ожога.
- Определенно это был браслет слежения, которым пользуются в странах ОДН и определенно он преступник, а значит, в его обществе вам не подобает быть. Тем более, его не следует куда-либо перемещать, если здесь нас никто не видит, то спустись мы ниже, тут же появятся всяческие журналисты и папарацци. Вы ведь сами знаете, как на вас охотятся эти прохиндеи! Ещё не хватало, чтобы кто-то распространял истории о том, что Иберо-Американский альянс, столь кропотливо созданный вашим отцом, прячет преступников ОДН. Нам не нужны дипломатические осложнения.
- Мы еще не знаем, так ли это.
- По всем признакам, это так, Ваше Высочество.
- Но я сказала свое слово, - заметила девушка. – Что является законом отсюда и до границы княжества.
- Очевидно это так, Ваше Высочество.
Мужчина предпочел не уточнять, что именно. Имел ли он в виду слова девушки или продолжал свои собственные.
- И я прошу проявить больше сострадания, что в нашей религии почитается как высшая добродетель, насколько вы меня учили. В конце концов, если это преступник и его пребывание станет угрозой нам, то поступим с ним согласно нашим законам.
Наставник учтиво склонил голову. Он привык не спорить с будущей королевой, а дожидаться пока она столкнется с реалиями жизни.
Голого мужчину наставник завернул в теплую попону и положил на круп своей лошади, притянув ремнями, чтобы не упал. Дернув поводья, он двинулся по следам уже ускакавшей вперед девушки. В небе раздавались протяжные крики сокола.

******
Принцесса Эланор, Андрей Кирсанов, Джаспер Ричмонд, Кристина Левонова – герои и злодеи сражающиеся за будущее цивилизации. Однажды я услышу эти имена и узнаю тех, кто стал причиной всему…



                ГЛАВА I

                ПРОБУЖДЕНИЕ

В этом не было, конечно, ничего особенного. Не удивилась Алиса и тогда, когда Кролик пробормотал себе под нос:
— Ах, боже мой, я опоздаю!
Льюис Кэрролл

Два месяца назад

Д
арья Александровна Раевская была политическим этнографом только что выпустившемся из докторантуры факультета глобалистики. Её докторская диссертация посвященная влиянию цивилизационно-этнических групп Северной Африки на геополитические процессы и события «Африканского лета» ещё пахла сочной типографской краской, однако на лацкане её платья уже блестел знак «ведущего научного специалиста», что открывало ей прямую дорогу к званию младшего академика.
К науке, как и многие её сверстники, Даша стремилась с детства. Дети начала Эры Всечеловечества выросли на рассказах о безграничных возможностях человеческого научного разума. Собственно говоря в мире общего процветания было только три страты: ученые, дипломаты и созидатели. Ученые разрабатывали социальные программы. Дипломаты обсуждали. Созидатели претворяли их в жизнь. Все три страты работали в симбиозе, но быть ученым представлялось более романтичным. К тому же ученый это абсолютная свобода, как многим казалось. Даша не считала себя анархисткой, но к контролю она относилась как к отжившему рудименту. Более того, само слово "порядок" ассоциировалось у нее с чем-то ужасным, когда людей обкрадывают, лишая их свободы и радости путешествий, а самобытные культуры погибают под напором глобальной цивилизации. Вот почему мысли о непознанных мирах будоражили воображение девушки и её одолевало желание потрясти мир.
А потрясение мира началось с того, что в свои двадцать пять, Даша стала едва ли не самой молодой среди пятнадцати отобранных для работы в Институте согласия и равенства и она готовилась применить то о чём она мечтала на практике. Юношеская угловатость исчезла вместе с безрассудным идеализмом, и Даша превратилась в очень привлекательную, изящную молодую женщину, с длинными вьющимися светлыми волосами и зелеными глазами, которые, казалось, задавали немые вопросы обо всем, что внимательно изучали. Хотя в последнее время гораздо чаще приходилось останавливать попытки сближения со стороны коллег, чем размышлять о цивилизациях. Может быть это было и странно для девушки её возраста, но она не разделяла доминирующую в обществе процветания концепцию «абсолютного секса», хотя это и был один из столпов самого существования идеи всечеловечества.
- «Начинаем переход. Займите свои места в капсуле и подготовьтесь к телепортации».
Бесплотный механический голос цифрового ассистента-навигатора заставил девушку вздрогнуть и вернуться в реальность из своих мыслей. Даша поправила очки и придирчиво, словно строгий учитель, оглядела камеру телепортации. Прежде она никогда не совершала переход. Только видела как это происходит в гипервизионных фильмах. Дети часто подтрунивали друг над другом, что тебя обязательно вывернет наизнанку и ухо прилепится к носу. Не хотелось бы. Это путешествие означало конец юности и конец учебы.
Даша почувствовала на себе чей то пристальный взгляд. Развернулась. Её пытливо изучала женщина средних лет, которая однако ничуть не потеряла своей привлекательности. Очевидно она принимала «вытяжку». Даша естественно слышала об этом чудодейственном источнике энергии, ведь пара её научных статей касалась истории кастильских камней, с помощью которых заряжали воду и превращали её в волшебный напиток. «Вытяжка» являлась самой ценной субстанцией. Вытяжка продлевала жизнь, вытяжка расширяла сознание и являлась исключительно необходимым компонентом для телепортаций, однако страте ученых законодательно запрещалось лично принимать «вытяжку», чтобы сохранять «академическую нейтральность».
Как бы то ни было, Даша узнала женщину. Она сенатором Великоруссии в ОДН, должность, которая в мире процветания котировалась больше чем президент. Ведь президенты относились к созидателям.
Даша почла за должное учтиво поклониться. Шутка ли. Быть рядом с одной из героинь стоявших у истоков общества процветания.
- Сенатор Александра Асфур – приветствовала девушка – Большая честь для меня.
Сенатор улыбнулась.
- Прошу извинить, что я вас так пристально разглядывала – отозвалась женщина – однако мне стало немного любопытно… Должно быть это ваш первый переход на гиперскоростном поезде? 
Даша кивнула.
- Да – смущенно сказала девушка – Так и есть. Я немного нервничаю.
- О нет никаких поводов для беспокойства – сказала Александра – Весь переход вы будете спать. Хотя я уже привыкла, но после первого раза вспомнила как крутилась в детстве на карусели. Главное расслабиться и закрыть глаза. Иначе можно ослепнуть.
Сенатор протянула руку.
- Можете звать меня Александрой – дружелюбно сказала она.
- Дарья – ответила девушка, пожимая руку.
- Честно признаюсь вам, что мне всегда любопытно проснуться посреди путешествия – светски заметила Александра –  Но к сожалению наше тело и разум следуют разными курсами.
- Газ выделяемый из вытяжки, что заряжается кастильскими камнями усыпляет нас и мы таким образом не чувствуем перегрузок от скорости – стала пояснять Даша.
Сенатор удивленно вскинула бровь.
- Зачем вы едете в Солис-Сити? –
По лицу Даши пробежала улыбка гордости.
- Буду работать с Ренато Алькасаром – сказала она – Я попала по распределению в Институт согласия и равенства. Я политический этнограф.
Сенатор задумчиво качнула головой.
- Ренато Алькасар значит? – задалась женщина риторическим вопросом – Любопытно. Он странный человек. Я слышала, что он ярко критикует концепцию Всечеловечества. Его лекции строятся на изучении старых культов.
Даша на секунду смешалась и ничего не ответила.
- О нет – добавила Александра – Я ничуть не против. Пусть в мире расцветает сто цветов. У каждого ученого должен быть свой взгляд. Тем более когда ты молод. Я и сама нахожу многие его идеи…познавательными.
Их разговор был прерван подлетевшим нанороботом, который просканировал путешественниц и тут же им на лицо опустились глухие маски. В нос Даши ударил приятный аромат корицы и девушка моментально отключилась.







******
Транспортная капсула примагнитилась к телескопическому трапу. Цифры отсчитали последние десять секунд из положенных пяти минут путешествия. Ровно с последней десятой Даша открыла глаза.
- Добро пожаловать в Солис-Сити – Исток Всечеловечества! – услышала она синтезированный голос – Проверьте свой багаж и пройдите к выходу, который указывает световая дорожка. Международный транспортный союз желает вам приятного пребывания в городе. Боготворите науку и наслаждайтесь счастьем!
Принятое в обществе процветания приветствие утонуло в шуме пассажиров, которые суетливо направлялись к дебаркационному коридору.
Здание телепортационного вокзала было гигантским. Даже задрав голову не получалось разглядеть потолок скрывающийся где-то в розоватой дымке. А может и потолка никакого не было. Что же надо отдать должное ОДН – строения были всегда на высоте и все они свидетельствовали именно о коллективном труде во благо планеты, а не как подношения тирану.
Паспортный контроль оказался на удивление быстрым, без лишней бюрократии, с последствиями которой продолжали бороться в Великоруссии. Даша предъявила свой паспорт и пропуск в институт присланный секретариатом. Инспектор ОДН просканировал документы и поставил штамп, пока Даша вертела головой по сторонам.
- Восхитительно, правда? – любезно поинтересовалась Александра – Приятно всё-таки думать, что общие достижения человечества наконец-то направленны на созидание – сенатор ухмыльнулась – Простите, если ударилась в политику.
Даша смущенно улыбнулась.
- Не стоит извиняться – сказала она – Я и сама думала об этом. Я много изучала цивилизации. Могу сказать, что при глобализации одной из ключевых характеристик является возросший по скорости и объему обмен информацией. В контексте культурно-цивилизационной проблематики это означает, что элементы разных культур становятся более «видимыми», возрастает культурный обмен, что, с одной стороны, позволяет представителям разных культур быть более толерантными, более успешно сосуществовать друг с другом, но с другой стороны – стирает некоторые культурные различия и грозит размытием культурно-цивилизационных кодов.
- Вопрос лишь в том, нужны ли нам эти коды? – задумчиво проговорила Александра – Что же раз уж мы узнали друг друга лучше, то я не буду объяснять всё подряд, но поверьте, что следующее путешествие вам понравится ещё больше.
Сенатор сделала приглашающий жест и провела свою молодую спутницу в стеклянную кабину вакуумного лифта, незнакомой для Даши конструкции. Следом зашло её несколько человек. Раздался мелодичный перезвон и кабина устремилась вперед. Указатель гравитации замер на нуле. Даша почувствовала как пространство утягивает её куда-то к верху, пришлось закрепиться за поручень парапета, чтобы не парить как воздушный шарик.
Путешествие действительно поражало. У неё не было слов. Перед девушкой открылась вся величественная клеверного вида панорама Солис-Сити – первого города со времен древнего Вавилона построенного общими усилиями в сердце Африки – колыбели человечества.
Землю вокруг закрывали хитросплетения бежевого-зеленых или бело-зеленых построек средней высоты и округлых форм, которые идеально сочетались с струящимися фонтанами и гидропонными деревьями. Кругом было буйство разноцветия: фиалковый, шафрановый, лаймовый…. Единственное здание выше остальных была стремящаяся ввысь спиралевидная башня, каждый уровень которой был выкрашен своей краской. Возле неё вертелись боевые вертолёты. Это и был Международный институт согласия и равенства – святая святых всего общества процветания. Идея всечеловечества вышла из его стен.
Видя это здание можно было по настоящему оценить мощь науки и могущество человеческого разума, завоевавшего планету, чтобы развить её потенциал.
Даша отошла от парапета слегка ошеломленной. Множество мыслей крутилось в её голове.
Александра приветливо помахала рукой, указывая на кресло рядом с собой.
- Знаю – сказала она – с непривычки это сильно впечатляет. Но скоро вы войдете в рутинную работу и красота сего места перестанет казаться вам чем-то необычным.
- Почему здесь военные? – удивилась Даша, указывая на вертолеты.
- Инспекция безопасности – пояснила Александра – До вас наверное новости не дошли. На восточном краю мандата ОДН какие-то стычки. Подозревают «Красный меридиан». Не все хотят принимать мир и процветание. Вот эти отверженные и мечутся между нами, Альянсом и Сообществом единой судьбы в поисках награды. Вам родившимся в обществе процветания подобное кажется дикостью, но я старше вас и поверьте знаю, что наш мир ещё не так совершенен, как мы того хотим.
- Надеюсь, у меня будет шанс ускорить общее созидание – улыбнулась Даша.
Лёгкий толчок означал, что гравитация пришла в норму. Девушка перевела дух. Несмотря на действительно захватывающее путешествие, она была рада оказаться на традиционной земле. Воздух здесь был плотным и влажным. Гораздо плотнее, чем в Московске и намного свежее. Здесь у главных ворот вокзала они с Александрой расстались.
- Спасибо за компанию – сказала Даша – Мне было очень приятно познакомиться.
- Удачи на работе – улыбнулась сенатор – Надеюсь, что вы останетесь довольны профессором Алькасаром.
Женщины в вежливых выражениях распрощались друг с другом и отправились каждая по своим делам.

******
Для кого-то он был символом торжества человеческой мысли, для кого-то богомерзкой ересью, но вне зависимости от отношения башня Международного института согласия и равенства поражала каждого. Снаружи идеальные округлые формы с  выступающими колоннами, горизонтальными ярусами и двойными арками, словно Вавилонская башня с картины Брейгеля, только достроенная и устремившаяся ввысь так высоко, что её верхние этажи терялись в розовом небе. Внутри просторные коридоры украшенные фреской «Всечеловечество», на которой каждый день трудились мастера и на которой воссоздавалась каждая из известных страниц истории каждой цивилизации – символ единения и направления. Теперь, после окончания войны с «Зеленым фронтом», которую стали именовать Последняя война, и краха Понтийской Директории именно Международный институт согласия и равенства стал заменой отжившей ООН. Политики уступили место академикам и ученым – лучшим умам человечества и самым современным технологиям. Теперь здесь утверждался не национальный эгоизм, а будущее, а алчность прежнего глобального управления была заменена научным разумом.
- Предъявите свой контакт – приветствовал Дашу один из инспекторов безопасности ОДН бесстрастным голосом.
- Профессор Ренато Алькасар – сообщила Даша – Департамент политической этнографии.
- Ваши документы в порядке – кивнул инспектор – Боготворите Науку. Наслаждайтесь счастьем.
Даша не ответила, продолжая рассматривать фойе и гадая сколько же в высоту это здание.
- Вы можете идти – нетерпеливо сказал ей инспектор, очевидно не в первый раз уже.
- Куда?
- Вам нужен шестнадцатый эскалатор. Направо, потом третий поворот – налево.
Даша двинулась в указанном направлении и вскоре заметила в воздухе над собой указатель – пиктограммы светились в пустоте.
Воспользовавшись эскалатором, девушка оказалась на нужном уровне, где располагалась библиотека  – огромный зал, обращенный окнами на север, впечатлял изогнутой и уникальной конструкцией, которая занимала в общей сложности девять этажей. Интерьер состоял полностью из белого цвета. Вряд ли в какой-либо другой библиотеке традиции и современность сливались в такой успешной форме. Множество книг и дата-дисков было спрятано на деревянных полках, в сопровождении красивых сине-зеленых потолочных плиток.
Здесь Дашу ожидал пожилой мужчина. Девушка от неожиданности онемела, потом проговорила сдавленным шепотом.
- Профессор Алькасар! – воскликнула она – Ваше приглашение большая честь для меня.
- Нет это для меня честь – приветствовал девушку Алькасар – Ваша работа произвела на меня большое впечатление. В наш век унификации, вы не могли найти другой темы диссертации. Вот теперь? Когда цивилизационика фактически признана лже-наукой.   
- Я считаю, что каждая цивилизация уникальна – ответила Даша – Глобализация призвана выстраивать возможные связи между цивилизациями. Я считаю её инструментом, а не идеологией.
Алькасар улыбнулся.
- Наука весьма полезная штука в умелых руках – сказал он – Особенно если ученый смел и не боится отстаивать свои научные взгляды. Как вам понравилась местная библиотека? –
- Потрясающе – восхитилась Даша – Столько книг собранно. 
Алькасар учтиво по-хозяйски поклонился.
- Я был уверен, что вам понравится – сообщил этнограф – Несмотря на обширную цифровизацию хорошая книга является редкостью и всегда будет являться ею.
- Книга — это идеальный путеводитель в мозг любого собеседника – кивнула Даша – Возможно то, что я много читала повлияло на мое мировоззрение. Хотя главное не читать, а делать правильные выводы из прочитанного.
- Если вы умны также как и говорите, то мне с вами очень повезло – удовлетворительно сказал Алькасар – Честно вам признаюсь, что я давно ищу человека, которому я бы смог передать свое наследие – этнограф обвел руками комнату. – Вы мне подходите.
Даша задумчиво повела бровью. Она вдруг почему-то вспомнила ту характеристику, которую для этого человека подобрала Александра. Девушке показалось, что в словах этнографа есть какой-то скрытый смысл. Словно он проверял бы её.
- Давайте выпьем чаю – предложил Алькасар – Так принято у меня на родине. За чаем разговор всегда идет лучше. В вашей стране так же, верно? Удивительно как некоторые вещи объединяют народы и совершенно сами по себе.
- Да это интересно – вежливо улыбнулась Даша.
Был подан липовый чай, источавший удивительно тонкий и успокаивающий аромат, с фруктовой тарелкой.
- Как вы находите этот город? – спросил Алькасар.
Интересно почему всем так интересно её мнение?
- Он красив, эргономичен и полон технологий – ответила девушка.
- И никто не задумывается о цене, которую мы платим за эти технологии – сказал Алькасар.
 - Я никогда не думала о таком конкретном приложении!
 - Поработаете у меня, милая барышня, и научитесь применять цивилизационный подход ко всему подряд – пропустил улыбку Алькасар – Человечество слишком увлеклось прогрессом, оно так очарованно возможностью быстрой телепортации, выращиванием органов, что им всё равно, что за природа у всего этого.
Даша пожала плечами.
- Иногда, мы так привыкаем к чему-то, что для нас это становится обыденностью, хотя для наших предков это было фантастикой – сказала девушка – Но вы, мне кажется, знаете больше, чем говорите.
- О у меня есть только крупицы наработок – вздохнул Алькасар – Но вы ведь читали мой труд по «цивилизационному измерению»
Это был не вопрос, утверждение, поняла Даша.
- Конечно – сказала она – Как и любой политический этнограф.
- Вы согласны с моей концепцией?
Даша была обескуражена таким прямым вопросом.
- Теоретически я готова рассмотреть ваш тезис о том, что математика не может прогнозировать субъективные поступки одного человека и его желания, поскольку имеет дело с абстракциями, но если мы возьмем популяцию….
- Вся наша нейромодель построена на нашей попытке предугадать желание человека и избавить его от забот, испытаний. Заменить конкретного человека, абстрактной популяцией. Сделать всех общими, одинаковыми и потому только стабильными. И даже вы готовы рассуждать теоретически, но теория это лишь теория она не может учитывать ценности, веру, менталитет. Теория никогда не учитывает ценность жизни. Для любой теории это всего лишь предмет изучения, ну или расчёта, но не чувство.  Именно поэтому я предсказываю новую войну, что естественно не нравится моим оппонентам.
- Я знаю – кивнула Даша.
- Вы с кем-то разговаривали обо мне?
Девушке показалось, что этнограф заинтересовался этим фактом.
- Я летела сюда вместе с сенатором Овчинниковой-Асфур – кивнула Даша.
- Что она сказала?
– Она высоко вас оценила. Находит ваши идеи… занимательными. Хоть вы придерживаетесь… старых культов.
- Я придерживаюсь не старых культов – заявил Алькасар – А я верю в Того, кто создал нас и я не считаю, что нужно отказываться от веры предков, только потому что ты можешь перемещаться быстрее скорости света.
- Но разве Господь не дает технологии? – спросила Даша.
— Это я и хочу выяснить – сказал Алькасар – И для этого мне нужен другой этнограф, который тоже считает, что мир не в порядке, который умеет смотреть не только в будущее, но и в прошлое.
Даша вспыхнула.
— Значит вы следили за мной? – с жаром спросила она – И весь этот отбор и распределение с самого начала, всё было определено?
Алькасар вздохнул.
- Не стану оправдываться – сказал этнограф – Потому что на карту поставлено больше, чем вы можете себе представить. Мне необходимо знать, что будет кто-то, кто закончит моё дело, когда меня не станет. И я рад, что вы не принимаете слепо моих утверждений. Я хочу, чтобы вы опытным путем дошли до того, что узнал я. И тогда я отдам свою судьбу в ваши руки.
Возможно Даша и была зла, что её по сути заманили в этот странный институт, но она не могла не быть польщенной, что этот значимый в ученом мире человек выбрал именно её. Возможно он просто никому больше не доверял, а может просто сошел с ума. Она читала его труды, но никогда не думала, что он так их использует.
- Не понимаю – в пространство проговорила девушка.
- Поймете – сказал Алькасар с улыбкой – В нужное время.
Даша и представить себе не могла, как скоро наступит это самое… «в нужное время».



******
Сейчас.
Небольшая вилла «Casa do linko» располагалось на зеленой равнине, за которой начинался тот самый лес, где нашли таинственного незнакомца. Равнину с юга и востока окружала цепь невысоких холмов, ведущих к возвышающимся горному кряжу.
Название свое вилла получила из-за обилия в здешних лесах рыжехвостых зверьков, которые некогда считались вымирающими, но благодаря королевской программе охраны рыси быстро восстановили свою популяцию. Здесь рысь считалась благородным животным – символом королевской власти.
Прошло уже четыре дня с тех пор как несчастного неизвестного доставили сюда, выделили комнату и поставили охрану у дверей. На всякий случай. Шло время, но молодой человек так и не приходил в сознание, хотя как утверждал врач, все жизненные показатели были в норме. Самое поразительное было то, что никто им не интересовался, как если бы это был местный житель, никто не подавал заявление в гражданскую гвардию и нигде в новостях по гипервизору не передавали о его пропаже. Человек словно был никому не нужен.
Ну уж нет, твердо решила Эланор. Только не в её стране. Даже если ей придется иметь дело со всей ОДН. (Если конечно этот незнакомец вообще имеет отношение к ОДН). Хотя положение обязывало к иному.
Ну и бог с ним с положением. Она не хотела подчиняться общим требованиям одинаковости. Иначе зачем вообще существует Альянс? Вслух об этом, она, конечно, говорить не станет, чтобы не выслушивать отца, который непременно стал бы стандартно поучать девушку о том, что она, по сути, себе не принадлежит, а только короне, особенно теперь, в неспокойное время. Почему-то все, кто был в определенном возрасте, считали, что корона поможет стране сохранить стабильность только благодаря следованиям традициям и правилам, закрепленным века назад. Несмотря на всеобщие объединительные идеи, которые успешно растекаются по всему миру.
Нет корона это не просто следование традиции. Это ответственность.  И чтобы сохранить свое достояние надо поступать как считаешь правильным для своей страны, не оглядываясь на внешнее мнение.
Могла ли она ошибаться на счет незнакомца? Безусловно, но не отступать же ей теперь, требуя, чтобы от того избавились до того, как она что-либо узнает? Ни в коем случае! Тем более, что в их семье никогда не было принято отступать. Отец бы её понял. Хотя непременно прочел бы лекцию. Поэтому она решила, что пока не будет сообщать о незнакомце ни родителям ни кому-то бы ни было ещё. В конце концов ей уже двадцать пять лет и она вполне может принимать собственные решения. Она была не только инфантой, но так же управляла этим местным княжеством в качестве королевского наместника. Это была давняя традиция королевства, унаследованная ещё от мавров – по достижении совершеннолетия, помимо обязательной военной службы в трех родах войск, отправлять наследников престола в регионы, где они занимали пост губернатора провинции и так обучались искусству государственного управления и руководству армией под началом наставников. По достижении же положенного срока король созывал кортесы, где должен был объявить кто же из его детей станет наследником престола. Не имело значения, кто был старше, а кто младше, каждый из детей имел равные права на престол. У нынешнего короля было две дочери – две инфанты. Одна из них должна была стать наследницей, другая вечно пребывать в тени своей сестры и её наследников.
Могут ли они идти по дороге жизни вместе, или до скончания жизни одной из них им предстоит оставаться соперницами? Эланор непрестанно думала об этом. В детстве они были неразлучны с сестрой, однако теперь их разделило собственное предназначение и их жизни стали похожи на тонкий мостик над бушующим вулканом. Каждая из сестер знала, что игры вокруг престола приведут только к жертвам, ведь одна не может править, пока другая лелеет мечту о правлении. И потому каждый шаг, каждый вздох и каждое желание должны быть исключительно выверенными и острожными.
Вила, которая служила и резиденцией наместника была не слишком большой, но  достаточно просторной, чтобы вместить штат слуг, и отряд гвардейцев. Девушка спустилась на нижний этаж поместья. Она прошла по длинной галерее, ведущей в западное крыло здания. Мягкий ковер, лежащий на полу, скрывал звук ее шагов. Стены галереи были увешаны портретами ее предков. Род Эланор восходил к самой Изабелле – легендарной королеве, которая обладала великим могуществом и силой веры превратила разрозненные княжества в единое государство, провозгласив христианский проект глобального развития.
Инфанта остановилась у портрета Изабеллы. С холста на нее смотрела красивая молодая женщина. Каштановые волосы были собраны в изящную прическу, шея открыта. Самым притягательным в портрете были глаза – художнику отлично удалось передать железный характер Изабеллы, переданный через взгляд, но и еще ее жизнерадостность и страсть к авантюрам. Во взгляде Изабеллы читались искорки того самого озорства, что чувствовала и знала в себе Эланор. Наставник Орлио часто упрекал ее за своеволие и непокорный нрав, но при этом всегда добавлял, что нынешняя кастильская королева – видимо, унаследовала эти черты от легендарной Изабеллы. Портрет, хранящийся в поместье отличался от других изображений Изабеллы. Здесь она не представала в образе королевы, на этом портрете была изображена простая женщина, мать, сестра, подруга. Эланор вообще сомневалась, что Изабелла выглядела так, как ее изображали на портретах. В рисунок художник вкладывал свое видение объекта, где-то мог приукрасить, где-то подчеркнуть достоинства и скрыть недостатки. Так что Эланор не считала портрет исторически точным изображением. Единственное, что ей казалось настоящим – это глаза женщины, и крест, который королева держала в руках. Крест, инкрустированный драгоценными камнями. Шесть камней и крест были выписаны художником с не меньшей тщательностью, чем лицо самой королевы. Эту легенду Эланор впитала с молоком матери. Легенду о легендарной деве-воительнице Василисе Колдыревой и шести зачарованных самоцветах. Тех самых, что нынче были объектом постоянного изучения Института согласия и равенства. Никто не знал как они там оказались, но говорили, что камни обладают чудодейственной энергией и все последние достижения прогресса объясняются этой энергией.
Крест же считался давно утерянным и в детстве они с сестрой часто представляли, как вернут эту древнюю реликвию и даже однажды (это было за год до войны с Зеленым фронтом) попытались сбежать из школы, чтобы отправится в поход. Составили план, приготовили карту, еду, палатку для ночевки. Фике всегда подбивала её на что-нибудь эдакое. Сестер естественно поймали едва они добрались до следующего муниципалитета, но мечта осталась. А сестры не было. Взросление и корона разделила девочек. Фике исполнилось восемнадцать и как инфанта она отправилась управлять провинцией Альянса на другом берегу Атлантического океана. Исполняя волю короны в Америке.
Кончилось беззаботное детство, где они могли только мечтать и каждый день был полон открытий и радости. Появилась корона.
Эланор вздохнула, в который уже раз рассматривая портрет, провела пальцами по раме, не обнаружила там и следа пыли.
- Ваше высочество…
Девушку вздрогнула и оглянулась. Рядом с ней вырос плечистый гвардеец. Капитан её личной стражи Макс Льовера. Мускулы выпирали через мундир и казалось, что ткань сейчас лопнет.  Черная повязка, закрывающая левый глаз, который капитан потерял десять лет назад во время сражения с Зеленым фронтом, по мнению многих дам, придавала Льовере загадочный и дикий вид. Он, как и все молодые королевские гвардейцы, был влюблен в инфанту, считал, что даже в простом крестьянском платье она способна затмить любую из столичных красавиц.  Смесь взрослой решительности и детской беспечности поражали Льоверу всякий раз, когда он смотрел на девушку.
- Простите капитан – пробормотала Эланор – Я задумалась. Неизвестный пришёл в себя?
- Никак нет, ваше высочество – отчеканил Льовера – Но мы кажется сумели установить его личность и есть одно… обстоятельство. Наставник Орлио сообщит вам подробности.
Эланор кивнула и поспешила за капитаном по длинному коридору, стены которого были отделаны редким видом голубого мрамора Azul Ceilo, привезенным из Феса. Глубокий и насыщенный цвет с причудливыми зеленоватыми прожилками придавал ощущение легкости и свежести.
Наставник ожидал её в библиотеке. Именно она была самой просторным помещением на вилле а во все не трапезные как считали обыватели.
- Наставник Орлио – приветствовала инфанта – Надеюсь у вас для меня хорошие новости.
Седовласый мужчина пропустил улыбку.
- Смотря что считать хорошими новостями – сказал он – Почему то все хотят хороших новостей. Или желают хороших новостей, не обращая внимания на то надо это человеку или нет. Или считают, что все новости должны быть хорошими.
- Полагаю, что всё сразу – сказала Эланор.
- Если хорошая новость для вас, что ваш голоштанник не разыскиваемый преступник, то я вам сообщу эту новость.
Инфанта сейчас была на редкость спокойна. Поэтому обошлось без жертв.
- Подозреваю, что у вас для меня ещё воз новостей и вряд ли они хорошие.
- Новости это просто новости – ответил наставник – Хорошими и плохими бывают наши реакции.
Эланор прищурилась.
- И на что именно вы ожидаете реакцию?
- Вы знаете, что такое ГРУ?
— Это военная разведка Великоруссии – ответила инфанта без запинки и позволила себе ехидную усмешку – Вы же не хотите мне сообщить, что этот незнакомец связан с этой… структурой? Я думала, что слухи о всепроникающей ГРУ ушли в прошлое вместе с подписанием пакта Всечеловечества. Так написано в учебниках истории.
На лице наставника можно было прочитать какую угодно эмоцию, но только не сарказм.
— Ну это как сказать – задумчиво произнес мужчина – Возможно вы и правы про учебники истории. Но тот человек, которого вы спасли в лесу имеет к ГРУ самое прямое отношение. С высокой долей вероятности это Андрей Кирсанов – агент ГРУ, который спас жизнь президенту США Джасперу Ричмонду, во время покушения «Зеленого фронта».
- Я думала он погиб! – удивилась Эланор.
Наставник кивнул.
- Такова официальная версия – сказал мужчина – Однако его тело, нигде не было найдено и это породило множество конспирологических теорий. И вот теперь этот Андрей Кирсанов здесь.
- Вы уверенны? – спросила девушка – То есть я хочу сказать, точные ли данные…
- Видите ли, получить точные данные оказалось не особо сложно – прозвучал ответ – Его фотография имеется в любом газетном архиве, ну и к тому же его тело имеет специфические особенности – отсутствие отпечатков пальцев, синтетическая сетчатка глаза. Так что он не может быть просто двойником. Мой опыт говорит, что это именно Андрей Кирсанов.
- Но откуда он тут взялся, да еще спустя столько лет? - задала другой важный вопрос Эланор
— Важное замечание, Ваше Высочество, - одобрительно кивнул Льовера – Получив информацию от наставника Орлио, мы прочесали ту местность, подключили егерей, и смогли составить примерную карту перемещения этого человека. Сейчас мы находимся рядом с полуостровом Кабо де Пеньас, в то время как агент пришел со стороны моря. Найдена была лодка, спрятанная в безлюдном месте. Явно украденная, рыбацкая. Это может означать, что он прибыл или из других провинций, но скорее, с островов. Исла Салдана. Остров Эрбоса самый крупный из них.
- Там же нет ничего, кроме скал и временных поселений рыбаков, - заметила девушка. Он так увлеклась, что присела все-таки в кресло. Наставник распорядился принести чай, липовый, для успокоения, но девушка к нему не притронулась.
- Совершенно верно, Ваше Высочество – отвечал капитан – Но и на той лодке агент не уплыл бы далеко, она не предназначена для отдаления от берега, не говоря уже о выходе в открытые воды.
 Эланор задумчиво пожевала губу.
- Возможно, мы что-то не знаем о тех островах – предположила инфанта – Их ведь много, и на одном из них, который не посещается людьми, вполне может быть… - начала размышлять вслух девушка, но оборвала саму себя не закончив мысль –  Значит, нужно у него самого спросить, - убежденно добавила девушка.
— Это уж само собой – заявил Льовера. Но все же я обязан предостеречь вас, Ваше Высочество.
- Я сама могу о себе позаботиться! – перебила капитана девушка совсем невежливо, подозревая, что именно об ее безопасности хочет поговорить Льовера. Её бесило, когда её опекали
- Разумеется, можете, Ваше Высочество – обронил Льовера пропустив улыбку – Годы учения и тренировок, дай бог, не пропадут зря. Но все-таки не стоит забывать,  Ваше Высочество, что мы имеем дело, вероятнее всего, с агентом ГРУ и мы не знаем, что у него на уме.
Наставник кивнул.
- Акроним ГРУ — это не пустой звук – сказал Орлио – В то же время, я знаю, что вы желаете помочь, Ваше Высочество, и не откажетесь от встречи с этим… Кирсановым, поэтому попрошу вас, Ваше Высочество, вот о чем: послушайте внимательно, что он скажет. Кто он, откуда, и как тут оказался. Мы попробуем связать то, что скажет он с тем, что знаем мы. И тогда сделаем выводы о его дальнейшей судьбе.
Девушка согласилась – она в любом случае желала поговорить с незнакомцем, и никто бы ее не остановил от реализации этого желания - в конце концов, сидела она в этой резиденции едва ли не безвылазно, окруженная государственными делами, наставниками, охраной и прислугой, встречаясь с немногочисленными друзьями редко, и то зная, что за ней присматривают каждую секунду. А тут - новый человек! Интересно же и интригующе. Пусть она побудет немного той беззаботной девочкой по которой так скучала.
И всё же она не знала как реагировать на информацию. Она не знала радоваться ей или переживать. Дела Великорусси никак не касались королевства и до провозглашения Эры Всечеловечества, а уж после тем более. Наверное всё-таки она обрадуется. В конце концов этот молодой человек не преступник, а герой о котором говорят во всех учебниках. Будь здесь Фике она непременно бы уже растормошила незнакомца и потребовала автограф. Впрочем суровое лицо наставника зародило сомнение о целесообразности радости.
— Это ведь… не всё? – спросила девушка.
- Не совсем – сказал наставник – И сие обстоятельство терзает меня куда больше чем личность этого человека. Именно поэтому, я и попросил вас поговорить с ним, когда он очнется…
- О чем идет речь – спросила Эланор.
Наставник вытянул вперед руку. На ладони лежала белая ткань, явно срезанная с какого-то предмета одежды. А к самой ткани был самодельной липучкой приделан… рубин со странными письменами на гранях. Девушка вздрогнула.
- Вы ведь узнали… этот камень – кивнул ей наставник – Багряный рубин. Один из шести кастильских камней. Я рад, что мои уроки истории не прошли даром, а может и ваши детские мечты.
Эланор ничего не могла ответить. Она на секунду даже забыла про ГРУ. Девушка старалась понять как это бывает…. Только она вспоминала эту легенду и вспоминала как они с сестрой хотели отправиться в поход за камнями и вот один из этих камней ей показывают в её собственной библиотеке, хотя он здесь быть не положен. Он же должен быть в Институте согласия и равенства? Или нет? Мысли запутались окончательно.
- Этот камень был при нём? – подобрала Эланор самый очевидный вопрос. Глупый конечно. Иначе наставник не показывал бы рубин – Удивительная находка.
- И совершенно ненужная в контексте международной напряженности между ОДН и нами – напомнил наставник.
Эланор фыркнула. Как можно более церемониально. Дабы показать королевскую власть.
- Ну и что – сказала она – Лично я никогда не понимала, почему эти камни достались ОДН. Это камни достояние нашей семьи и нашего королевства. Так что это прекрасный знак, наставник.
- Только я сомневаюсь, что этот Кирсанов добирался сюда, чтобы отдать эти камни одной романтичной девице – заметил наставник.
Эланор насупилась. Она безусловно могла просто связаться с ОДН и выдать этого человека, обезопасив себя от проблем. Но нет только не она. И не потому что была сердобольной. Вовсе нет. Выдала бы, если бы речь шла об обычном преступнике. Но все обстоятельства указывали, что история этого человека заслуживает… ну как минимум возможности ему высказаться лично.
 - Наставник, у вас не выйдет вывести меня! Мы это уже проходили! – неожиданно для себя воскликнула девушка.
 Эмоциональная вспышка повисла в воздухе.
Зачем я это сделала? Удивилась Эланор. Она почувствовала как кровь  приливает к вискам и начинает бурлить в голове. Кроме того девушку вдруг охватило дикое желание агрессии. Ей вдруг чёрт знает от чего захотелось сделать что-то неимоверно разрушительное. Что-нибудь разбить или разорвать или может сжечь. И непременно с силой термоядерного взрыва. Инфанта совершенно не поняла с чего вдруг на неё нахлынули такие эмоции. Не то чтобы она никогда не злилась, но сейчас агрессивное Нечто словно звало её. Соблазняло.
Эланор охватил липкий жуткий страх, она тряхнула головой, закрыла глаза и в следующий момент наваждение испарилось. Осталось только ужасное чувство стыда.
- Вы в порядке, ваше высочество? – спросил Льовера.
Оказалось, что он поддерживает её за плечи, чтобы она не упала. Интересно, что она здесь устраивала эти несколько секунд? Кричала? Билась в истерике? Боже, какой позор.
- Да, да – успокоилась Эланор – Наверное я просто переутомилась. Давайте обсудим п-позже.
Щеки горели.
Она хотела уйти покрытая позором, но в это время в библиотеку вбежала медсестра. Крупная женщина строгой наружности.
- Ваше высочество – затараторила женщина, неумело поклонившись – этот мужчина он…
- Пришел в себя? – спросил наставник.
- Нет – сказала медсестра – Бредит. Он что-то говорит про камень и повторяет какое-то имя.
Эланор кивнула и решительно приказала медсестре отвести её к больному. Наставнику и капитану Льовере она велела задержаться в библиотеке. Сперва она поговорит с неизвестным сама. Она должна понять, что за чертовщина тут творится.


******
Голова разрывалась. Его как будто опустили живым в газовый гигант. Молодой человек метался по постели, периодически прижимал ладони к голове и произносил нечто невразумительное. Постели? Да это определенно постель. Значит его схватили. Значит он опять на острове.
Лоб почувствовал холодное полотенце и чьи то заботливые женские руки. Нежные. Совсем ещё девичьи.
- Сяо У! – воскликнул он.
Молодой человек с трудом разлепил глаза и охнул. На него смотрела прекрасная голубоглазая девушка с очаровательными круглыми чуть румяными щечками. Должно быть он всё же умер и так выглядит ангел.
Послышался звонкий смех.
- В давние времена за одно прикосновение ко мне вас бы отправили на костер, - пошутил ангел.
Молодой человек удивленно моргнул глазами и понял, что сжимает запястье девушки. Он густо покраснел и поспешил убрать свою руку. Начал шарить взглядом по комнате, всё сильнее беспокоясь при этом. Определенно это было не Убежище. Что же… это уже положительный момент. Должно быть.
- Хорошо выспались? - задала безобидный вопрос девица, чтобы вернуть его внимание.
- Где я? – тут же выдал хрипло молодой человек.
- В самой охраняемой спальне континента – с вызовом ответила девица – Так что не вздумай никаких фантазий. Я Эланор – инфанта королевства Кастилия и королевская наместница провинции Астурия. А Эланор это я.
Белая принцесса, пронеслось в голове. Молодой человек не понял откуда это. Может быть из старых воспоминаний. А может быть из снов.
- Я из Коммуны 101 – сказал он – Меня зовут Кирс-101.
Девушка повела бровью. Видно, что она была идеальна обучена и выдержанна, но в тоже время казалось удивительно живой и любознательной. Блестящие глаза всегда выдают любопытство.
- Коммуны? – переспросила девушка.
Дурак, обругал он себя. Ну конечно, она же не знает про Коммуны и про Убежище! Они здесь все ничего не знают. Молодой человек подивился переменам в себе. Ещё совсем недавно он бы с жаром принялся рассказывать о коммунах и о трудящихся и о том, что там происходит и куда пропадают трудящиеся и как от них избавляются через Вознесение и ещё о… Но сейчас почему-то решил, что нужно это рассказать постепенно. Эдак так его здесь чего доброго примут за сумасшедшего, свихнувшегося от просмотра антиутопий.
Вдруг его сознание пронзила вспышка мысли и молодой человек стал шарить по своему телу и кровати. Нет! Нет! Он не мог его потерять!
— Это ищете? – 
Девица показала зажатый в руке рубин. Кирсанов попытался привстать с кровати и схватить камень, но девица отступила назад предусмотрительно.
- Помните про костер! - заявила она, теперь уже без шуток –Лучше попейте, чаю, вам будет полезно, - добавила она уже более мягким тоном.
Эланор, напомнил себе молодой человек. Так её зовут. Сам не зная зачем укрепив в памяти имя.
Хозяйка спальни и очевидно дома, где она располагалась, ведь не может спальня быть в вакууме, распорядилась принести свежего чая. Это же выполнили в ту же минуту - пришла крупная женщина в медицинской форме с подносом, словно ожидая приказа за дверью. Поставив поднос на столик, медсестра окинула взглядом комнату неодобрительно и удалилась молча, поджав губы.
Эланор, вернувшись в кресло, стала разливать по чашкам чай.
- Липовый. Он успокоит...
Но вместо успокоения молодой человек только еще сильнее разволновался и даже вскочил с кровати - насколько ему позволило истощение.
— Это же..., Это..., - начал он, одновременно стараясь держаться подальше от стола с подносом, словно опасаясь, что его кипятком обольют или отравят.
- Липовый чай, и только, - повторила Эланор. - Не бойтесь, он не отравлен и в целом, вам не грозит здесь никакая опасность. Вы под защитой короны. Если конечно будете вести себя благоразумно.
Молодой недоверчиво покосился на девушку, потом на чай и словно нехотя вернулся на кровать.
- Другое дело! - Девушка пождала одну из чашек, и налила себе чаю во вторую. И первой отпила демонстративно, чтобы окончательно убедить спасенного.
- Я думал это совсем другое., - проговорил он. Потом резко сменил тему. - Зачем вам этот камень? Это мое.
- Нет, это мое, - возразила непреклонно девушка. – Фамильная реликвия. Так что я хотела бы услышать, как она оказалась у вас. Потому что камень должен быть совсем в ином месте. И не здесь. И судя потому что этот камень у вас, я думаю, что МНК  имеет все основания преследовать вас.
- МНК? – переспросил он.
Настал черёд девушки удивляться.
- Вы никогда не слышали о Многонациональном корпусе? – спросила инфанта.
Молодой человек отрицательно покачал головой.
- Весьма странно если вы гражданин страны ОДН.
- ОДН?! –
Кажется он попал или в какую-то секту или сошел с ума. Ну или как обычно задал дурацкий вопрос.
- Даже не пытайтесь говорить, что вы не знаете про Объединённые демократические нации – напустилась на него венценосная особа – Может вы ещё и про пакт всечеловечества не слышали?
Пришлось признать, что он не слышал про пакт всечеловечества.
- Какой сейчас год? – спросила девушка.
Молодой человек ответил и поверг инфанта в ещё большее замешательство. Кажется сейчас они вдвоем занимались тем, что соревновались кто кого больше удивит.
- С этого времени прошло пятнадцать лет – сообщила ему девица – И по летоисчислению Института согласия и равенства сейчас 25 год Эры Всечеловечества. Правда мы в Ибероамериканском альянсе не используем данное летоисчисление и пользуемся прежним от Рождества Христова. Так что здесь вы можете использовать его, если вам удобнее.
Ибероамериканский альянс? Всечеловечество? Боже, что же произошло пока он отсутствовал? Наверное именно так чувствовал себя Нео в Матрице. Хотя это ему повезло. Он то отсутствовал только пятнадцать лет, как выяснилось.
Впрочем во вранье не всё бывает враньем. И значит часть из того, что рассказывали в Коммуне очевидно правда. Ну да ладно это он выяснит. Пожалуй сейчас надо включить свое неотразимое очарование и заручиться поддержкой этой особы.
Молодой человек рухнул на подушки.
- Вам должно быть кажется, что всё это галлюцинации – сказала девица – Но это не так. Это реальность. И вас зовут не Кирс-101. Вы Андрей Кирсанов. Человек спасший президента США Джаспера Ричмонда, который благодаря вашему героизму вместе с президентом Великоруссии Натальей Покровской провозгласил эру совместного процветания и идею Всечеловечества, по итогам войны с террористической организацией «Зеленый фронт».
«Зелёный фронт»? Ричмонд? Опять что-то очень знакомое. Да что же с памятью-то, а?
Молодой человек устало застонал. Как-то было слишком много информации. И не той, которую он хотел узнать.
- Так написано во всех учебниках истории всечеловечества – сообщила Эланор – И вас почитают как героя. Правда считалось, что вы погибли.
- Боже! – только и сумел выдавить молодой человек.
Кирсанов, Кирсанов. Его так уже называли в документах Профкома коммуны. Он даже помнил кто. Значит это действительно его настоящая фамилия. Значит эти люди действительно знают кто он. И похоже они не собираются сдавать его Координатору и его людям. Пожалуй нужно подыграть девице и постараться выяснить на чьей стороне играет этот её Альянс. Всё равно он слишком слаб, чтобы передвигаться. Возможно если они против Координатора, то он сумеет сыграть на этом. Ему нужно было донести до мира правду и спасти трудящихся из Убежищ. 
- Никогда бы не подумал за собой такого – соврал молодой человек. Хотя почему соврал. У него ведь не было полной уверенности, что эта девица вообще не подослана Координатором. Мало ли кем можно назваться. Или он вообще в сумасшедшем доме. А там через одну все принцессы.
-  Такова официальная версия, которую знают все и помнят, - сказала девушка.
Кирсанову показалось, что Эланор неодобрительно отнеслась к тому что он не гордится своим «подвигом». Он бы может и гордился только не помнил никаких подробностей.
- Я бы хотел узнать…
- Детали? – нашлась девушка – О, безусловно вам будет предоставлено вся необходимая информация, чтобы вы могли восстановить свою память.
- А вы не могли бы рассказать мне немного? – спросил Кирсанов – Нет не про меня. Меня больше интересует, что произошло здесь, пока меня не было.
Эланор понимающе кивнула.
- Ну хорошо – согласилась девушка – Я думаю, что врачи меня за это не отругают. Возможно, это вам даже поможет… С чего бы начать…
Инфанта откинулась на спинку кресла, взяла в свои изящные руки чашку с чаем и пригубливая напиток начала рассказ о том, как пятнадцать лет назад известный финансист Джефри Треверс задумал взять под свой контроль весь рынок зеленых технологий. Маскируя свою деятельность лоббированием налога на зеленый переход, Треверс вошел в сговор с экологическими радикалами из организации «Зеленый фронт». Вместе, при поддержке спецслужб Понтийской Директории – странны в Восточной Европе, они осуществили переворот на острове Кабо-Кабо и провозгласили на Африканском континенте священную войну против неоколониализма стран Запада. «Зеленый фронт» наводил хаос и ужас своими террористическими атаками. В том числе взрывом штаб-квартиры ООН и убийством президента США.
- Вы же сказали, что я его спас – не понял Кирсанов.
- О это весьма сложная история – ответила инфанта – Президента убили. Это официальная версия. Вы спасли вице-президента. И по конституции он стал президентом. Слушайте дальше…
Кирсанов слушал. Что-то ему казалось отдаленно знакомым, а что-то он не помнил совсем. А может и не знал никогда.
В общем в убийстве президента США сначала обвинили Великоруссию. Но это был отвлекающий маневр Треверса и лидера боевиков Иллариу Фернандеша. Пока великие державы грызлись, организация нанесла свой удар, подвергнув атаке военный флот США и Великоруссии. Вице-президент Джаспер Ричмонд объявил что убийство президента и обвинение Великоруссии было подстроено диктатурами, чтобы поссорить демократии. Демократиям ничего не оставалось как объединившись и объявить войну «Зеленому фронту». Общими усилиями флотов двух стран удалось захватить секретную базу Директории, где скрывался Треверс и где финансист был убит, поскольку сам пытался убить Асю Покровскую. Эта храбрая девушка была дочерью посла Великоруссии на Кабо-Кабо. Эланор что-то ещё рассказывала про Мишеля Голицына и какого-то Лео Моргана. Кирсанов плохо запоминал, но понял, что в общем этой посольской дочке удалось демаскировать базу злодеев и таким образом хорошие парни из морской пехоты Великоруссии захватили базу, убили Треверса и нашли таинственные кастильские камни, которые по легенде обладают чудодейственной силой.
Кирсанов слушал рассказ с великим вниманием и всё больше убеждался, что подобное с ним уже происходило и более того уже кто-то ему рассказывал об этих камнях. Эта мысль засела у него словно заноза.
— Значит хорошие парни победили плохих? – спросил молодой человек.
Эланор пожала плечами.
- Многие в это верят – сказала она.
- Мне кажется, что вы в это не верите – нашелся Кирсанов. Надо же было её как-то зацепить.
Инфанта пригубила чай.
- Вера — это сложная субстанция – ответила она – Но я продолжу.
Девушка продолжала. Кирсанов узнал, что несмотря на победу у Кабо-Кабо, Иллариу Фернандешу удалось сбежать и потребовалось ещё два года, так называемой Последней войны, для того, чтобы победить террористов и победив их президент США Ричмонд и выбранная президентом Великоруссии Наталья Покровская подписали Акт Всечеловечества знаменующий собой новую эру совместного процветания благодаря бесконечной энергии получаемой из кастильских камней, путем зарядки камнями воды. Так получилась субстанция ставшая заменой нефти и доступ к которой имеет каждый.
— Это ложь! – воскликнул Кирсанов – Вытяжка — это ложь! Она не производится путем зарядки камней!
Эланор осеклась.
- Вы что-то вспомнили? – обеспокоенно спросила девушка.
- Она производится не из камней – повторил Кирсанов – Не пейте её! Не пейте ни в коем случае!
Эланор покосилась на свою чашку.
- Вы поэтому не хотели пить? – спросила она – Вы решили, что там Вытяжка. Так?
Кирсанов сумбурно кивнул. Услышав про вытяжку. Он ещё раз пережил весь шок того, что увидел в Коммуне и из чего делается эта Вытяжка. Точнее из кого.
Инфанта положила руку ему на плечо.
- Успокойтесь сударь – сказала она – В нашем королевстве и во всем Альянсе запрещена вытяжка. Мы не разделяем ценности ОДН.
Кирсанов сверкнул глазами.
— Вот как? – спросил он – Значит я в хороших руках. Возможно вы мне поверите. Как удивительно, что я оказался именно у вас. Но что это за Альянс о котором вы всё время говорите?
Эланор коротко улыбнулась.
- Скажем так, не всем в мире понравился тот дивный новый мир, который предлагает нам акт Всечеловечества – сказала инфанта – Когда Последняя война пришла в Африку, то наши соседи и некоторые бывшие колонии попросили у нас поддержки против экспансии ОДН. Моим отцом было создано интеграционное объединение суверенных государств, под эгидой нашей общей короны. Это и есть Ибероамериканский альянс. Фактически теперь наш мир разделен на три фракции. Нас, Объединённые демократические нации и Сообщество единой судьбы – союз Китая, Индии и стран Восточной Азии. Не то чтобы мы враждовали друг с другом, но мы являемся скептиками многих достижений ОДН. А Сообщество единой судьбы интересует только торговля, на первый взгляд.
- Понимаю – кивнул Кирсанов – Но что же именно вам не понравилось? Наверное это глупый вопрос, да? –
- Совсем нет, для человека, который пятнадцать лет пропадал… где-то – заявила Эланор – Мы народ традиций. У нас были разные времена, но когда встал выбор между нашей историей и прогрессом, мы выбрали историю.
- Пакт всечеловечества борется с историей? – спросил Кирсанов.
- Считается, что история до всечеловечества это история рабовладения и эксплуатации. Вера, традиции, национальное достояние это инструмент эксплуатации. Пакт всечеловечества ставит своей целью преодоление национального эгоизма путем боготворения не бога-тирана, а науки, человеческого гения и концепции «абсолютного секса».
Кирсанов удивленно вскинул бровь.
- Вы ведь знаете, что такое секс, да? – на всякий случай спросила Эланор – Так вот в ОДН считается, что удовлетворение секса обеспечивает высокие научные и производственные результаты. Ну и потребление вытяжки естественно. Это и позволяет достигать необходимый уровень общего процветания.
Кирсанова снова мелко передернуло. Он заметил, что Эланор уловила это. Спокойно. Нужно научиться держать эмоции под контролем.
- Вытяжку пьют все в ОДН? – спросил молодой человек.
- Не совсем – ответила инфанта – Общество ОДН разделено на три страты. Ученых, дипломатов и созидателей. Ученым запрещено пить вытяжку. Их разум должен быть ясным. Ученые работают в Международном институте согласия и равенства. Именно оттуда вы и должны были забрать рубин, что нашли при вас.
- Я забрал его не оттуда! – отрезал Кирсанов.
Эланор хмыкнула.
- Чрезвычайно интересно – произнесла девушка – Может быть вы тогда можете рассказать откуда и как вы вообще оказались здесь? Надеюсь это вы помните, раз так боитесь вытяжки. И я так понимаю, что именно с вашим местопребыванием связанна отметина на вашей ноге.
Кирсанов фыркнул. А девица не промах. Она ловко вывела свой рассказ (неизвестно ещё правдивый ли) на рассказ о нём. Кто бы не готовил эту инфанту подготовлена она хорошо.
- Извольте. История моя, видите ли, не совсем обыкновенная – начал молодой человек.
Один из счастливчиков переживших ядерную войну, как ему сказали молодой человек носивший имя Кирс 101, он проснулся в своей кровати в Коммуне 101...


КОНЕЦ ПЕРВОЙ ГЛАВЫ


                ГЛАВА II

                УБЕЖИЩЕ

— Какие смешные часы! — заметила Алиса. — Они показывают число, а не час!
— А что тут такого? — пробормотал Шляпник. — Разве твои часы показывают год?
Льюис Кэрролл


К
ирс-101. Так его назвали, стоило ему очнуться. Что было раньше, он не помнил, что было потом, тоже порой было непонятно, словно с провалами. Но в любом случае прямо сейчас он, Кирс-101, жил в Коммунне-101 – одном из сети Убежищ, где остатки человечества спаслись после всеобщей ядерной войны свихнувшихся сверхдержав и так дела, судя по всему, должны были обстоять до конца его жизни.
Молодой человек был коротко острижен, гладко выбрит и не носил почти ничего из одежды кроме телесного цвета облегающих бедра шорт. Иной одежды трудящимся, как именовали жителей не полагалось вследствие того, что все ткани подвергаются заражению от наседающих радмикробов. Женщины носили аналогичные шорты, отличавшиеся только белым передником. Как было в других коммунах Крис-101 не знал или забыл. Говорили, что там шорты другого цвета.
Сейчас трудящийся стоял перед маленьким зеркалом в минималистичной ванной комнате своей маленькой квартирки и смотрел на свое отражение, стараясь не только запомнить лицо - собственное, но и пытаясь вспомнить, что с ним происходило прежде. Проблема состояла в том, что он забывал каждый прошедший день. Большую его часть. Смутно помнил людей, о чем примерно говорили они, на какие темы, какие-то события вроде того, что было на обед, но как-то очень неуверенно. Подробностей он бы не смог пересказать.
И так было с каждым из трудящихся. Всё последствия проклятого облучения.
Профком коммуны любезно напоминал трудящимся каждый раз, в чем дело и как обстоят теперь дела в связи с этим, оставлял краткие и лаконичные записки, которые Кирс-101 находил на тумбочке у кровати каждое утро, перечитывал их, кивал, вспоминая некоторую часть и принимая к сведению то, что уже забыл.
Так, в его памяти все же смог закрепиться факт - мир, каким был прежде, погиб. Вся поверхность - известная, как минимум, после очередного глобального конфликта, переросшего в ядерную и биологические войны, перестала быть пригодной для жизни. США и Великоруссия не смогли спасти мир, хотя пытались, даже заключив ради этого союз. Но были другие игроки на мировой арене, которых положение дел не устраивало – и потому все пошло прахом в конечном итоге. Теперь же, за бетоном, сталью, свинцом и толщей скальных пород была зараженная земля, на которую оседал каждый день пепел, не переставая.
Именно этот момент был описан в записке от Профкома в красках, должно быть, чтобы каждый читающих прочувствовал всю серьезность ситуации. Кирс-101 прочувствовал, каждый день, и потому только набор витаминов, заботливо предоставляемых Профкомом, помогал ему не свихнуться и не наделать глупостей, а продолжать жить, заниматься тем малым, что он мог сделать во имя коммуны. Хоть и с каждым днем желания заниматься этим было все меньше – накатывала апатия и лень банальная.
Кирс-101 проделал ставшую рутиной утреннюю процедуру. Опорожнил мочевой пузырь, взвесился и сделал утреннюю гимнастику. После этого подошел к электронному детектору. Иголка зонда кольнула в палец и металлический голос бесстрастно сообщил, что до следующей процедуры денуклеаризации осталось два дня. В Коммуне это была обязательная терапия, потому что все выжившие так или иначе были облучены и поэтому посещали специальную восстановительную процедуру в стерилизующей ультразвуковой ванне.
Кирс-101 продолжал стоять перед зеркалом еще некоторое время и может, простоял так еще долго, пока его не отвлекла открывшаяся дверь.
- Эй Кирс! Всё дрыхнешь? Завтрак ждать не будет! А он здесь самый важный!
Голос принадлежал жилистому парню в очках – сосед из квартиры напротив. Его вид явно свидетельствовал о хорошем аппетите. И не мудрено ведь образ жизни в Коммуне строился на трех постулатах: здоровая еда, физическая активность и солидарность. Только эти качества помогали справляться с последствиями хронической лучевой болезни. Соблюдаешь эти правила дольше проживешь. Правда смертей в Коммуне 101 ещё не случалось. И это была даже некая гордость Коммуны 101, ведь существовало общественное соревнование между Коммунами по количеству смертей от лучевой болезни. Коммуна 101 уже год несла общественный флаг трудящихся.
Кирс вышел из уборной, парень радостно замахал руками.
— Вот ты где! Опять в зеркало пялился? Много вспомнил?
- Как обычно, - буркнул Кирс.
Сосед посмотрел на свою руку, где на предплечье убористым почерком было написано всякое, кивнул сам себе, и продолжил:
- Я тебе уже сколько говорил - брось это дело! Одни расстройства. Всё равно там наверху нас никто не ждёт. Пошли завтракать лучше! А потом, не знаю, кино посмотрим! Сегодня начнется марафон старых фильмов. Что я зря их обеззараживал?
- Как будто ты не пытаешься?
Кирс кивнул на руку Эда-101, имя которого отчасти помнил - каждый день ведь встречались по инициативе последнего, решившего, что они со Кирсом лучшие друзья.
- Нет, не пытаюсь, а что до надписей, то они проверены администрацией и разрешены! Ничего из прошлого, только текущее. Твое имя, например, еще некоторых хороших людей из нашего блока, да расписание вот киносеансов, а то!
- И все? - усмехнулся Кирс. Надписей на руке соседа было гораздо больше, чем нужно для имен и сеансов.
- Ага! - категорично ответил Эд и сменил тему:
- Пойдем уже, а то все вкусное разберут. Буду потом тебе на ухо зудеть весь день, что из-за тебя все пропустили. Хочешь этого?
Кирс фыркнул и они вдвоем вышли в коридор. Квартиру запирать мужчина не стал - красть нечего. Хотя какая глупость, здесь вообще двери не запирались. Всё было общее, включая средства труда
Откуда он вспомнил про кражи?.. Парень мысленно махнул рукой. Неважно. 
Прошли к выходу со своего уровня, квартирного, встретили нескольких соседей из числа тех, кто припозднился в столовую, и всей, так сказать, толпой, бодрой и веселой после утренней порции витаминов направились по лестнице наверх, на следующий уровень, где, помимо прочего, расположилась и столовая.
Среди улыбающихся и переговаривающихся на самые разные темы теперь выделялся угрюмый Кирс, который старался держаться чуть в стороне – но не сильно, чтобы к нему не возникли вопросы у Координатора. Все соседи принимали его таким, какой он есть, не обращая никакого внимания на его поведение, а вот активисты из Профкома наверняка заинтересовались бы. Такое кажется, уже бывало, Кирса вызывали к Координатору и дотошно спрашивали, почему он не желает жить, как все, заниматься общественно-полезным трудом, как все, почему он забирает себе, а не живет вскладчину потому как в текущей ситуации это эффективнее всего для выживания оставшегося человечества.
Кирс тогда некрасиво всех послал, за что его наказали квартирным арестом на несколько суток... Или это было не с ним, а с кем-то из его соседей?  Да ерунда. Такого вообще быть не могло. Коммуна на то и коммуна.
Стоя в большой очереди на раздаче еды, начавшейся едва ли не у самой лестницы - совпало время отдыха у нескольких рабочих смен, он крепко задумался над этим. Он был раньше кем-то вроде инакомыслящего? Так вроде не за чем. Жизнь в коммуне не так уж и плоха по сравнению с поверхностью полностью выжженной ядерным пеплом. Голодом не морят, в клетках не держат, даже работой никого не нагружают особенно - все больше по желанию. И то, все сводится чаще всего к операторской деятельности, следить за автоматикой систем убежищ. Или же было что-то другое, что не давало ему спокойно жить? Кирс невольно посмотрел вокруг, но, конечно, не нашел никого, с кем мог бы поговорить об этом. Эда совершенно точно все устраивало, как и всех остальных - с ними, впрочем, Кирс в любом случае не общался толком, так что и поговорить по душам не вышло бы.
Подошла очередь Кирса, и на его поднос положили стандартную пайку - так ее называли иногда, хотя кормили в комплексе вполне неплохо и даже разнообразно. 
С порцией рыбных палочек и фасолевой пастой, к которым присовокупили травяной чай, Кирс отправился искать свободный стол. Большой продолговатый зал столовой был полон всякого народа.
- Кирс, мы тут! - Эд, и без того на голову выше всех остальных, привстал, чтобы его было видно издалека. Кирс вздохнул и пошел к группе соседей.
Пока он усаживался и расставлял свои миски, люди продолжили прерванную беседу. Говорил один из соседей, Меллон-101. С ним Кирс контактировал очень мало. Как, впрочем, и с остальными. Некоторых имен он и не запомнил — вот только Сара-101, маленькая женщина неопределенного возраста с короткой стрижкой, такая же молчаливая, как и Кирс, но при этом всегда в компании мужчин, и Паз-101, поджарый мужчина с желваками, часто шутящий невпопад и всё больше ниже пояса.
- Я так и знал. Им там что мозгов не хватает? – ругался Меллон.
- Что такое? – поинтересовался Кирс.
- Опять Декарт – проворчал Меллон – На пачке печенья опять Декарт! У меня подозрение, что Профком специально надо мной издевается.
- Вовсе нет – успокоительно сказала Сара – Просто вероятно они не знают, что ты коллекционируешь картинки с философами.
Это было одно из развлечений трудящихся. В каждой упаковке печенья, которую им выдавали к завтраку был спрятан вкладыш с голограммой какого-нибудь известного философа. Кирс тоже их собирал и без всяких пропусков. Только Декарта там не было. Откуда же тогда Меллон…
- Нет – возмутился Меллон – Такое впечатление, что они кроме Декарта никого другого не знают. Он мне уже третий раз попадается!
- Опять врешь – проворчал Паз – Это новая карточка. Я хорошо помню.
- Проверься в денуклеараторе! – отшил его Меллон – Тебе должно быть раджуки в голову залезли. Декарт был на прошлой неделе, во вторник.   
- Почему я не помню его? Я тоже собираю - вклинился в разговор Кирс. Отчасти из-за того, чтобы заставить Меллона замолчать. Тут помню, там не помню. Задолбали уже! Своих мыслей хватает об этом.
- Ты проспал завтрак, как обычно! - рассмеялся Эд.
Раздался общий хохот. И под него продолжили есть. Только Кирсанова стали есть мысли о карточке с Декартом. Он хорошо помнил, что в прошлый вторник был Аристотель. А карточки были у всех одинаковые, чтобы исключить обмен, торговлю и прочие вещи которые позорят трудящихся.
Вместо Меллона слово взял Эд:
- Я бы не размышлял особо – сказал он – Слышали про Арло-101?
- Нет, кто это вообще?
- Сосед наш дальний, кто ж еще.
- Нет.
- Ну, в общем, совсем плох он стал. Говорил всякое, глюки у него начались...
- Небось, на верхние уровни зачастил? Там и облучился.
— Это да, он был уборщиком там. И смены брал слишком часто, хотя его никто не заставлял, и вроде разбирательство было на Профкоме, грозились даже перевести на другую работу, если не одумается. Но вот нет, не послушался.
- И что с ним теперь? - спросил Меллон.
- Я знаю только то, что он перестал даже витамины пить, и это стало последней каплей для активистов. На днях пришли к нему, упаковали, да и увезли в медчасть, и до сих пор никаких вестей.
- Не видела никаких активистов в прошлые дни, - заметила Сара.
- Но они были, совершенно точно помню, - настаивал Эд. - Мало того, я их видел!
- Ну ладно, видел и видел, что ж теперь, - примирительно сказал Паз – Жаль парня. Столько прожил с нами, а не видать ему Вознесения.
- Ну и пофиг – сказала Сара – Тот кто работает на себя а не на коммуну не заслуживает Вознесения. Мы все уважаем вторую заповедь Морального кодекса трудящегося: Добросовестный труд на благо коммуны.
Все покивали головами и продолжили есть.
Спустя короткое время, когда собеседникам пора была уже собираться кто куда - на смену или в зал для досуга, где по расписанию проводились разные мероприятия, Эд, как главный в компании рассказчик всякого, выдал:
- Пока не ушли, а то опять забудете.
Все посмотрели на него, Паз вернулся за свой стул. Он не любил просто так стоять.
- Новая порция слухов про соседнюю коммуну! - возвестил Эд и даже взмахнул руками, придавая своим словам веса.
Все разочарованно вздохнули - они-то думали, будет что-то интересно, а тут опять всякая ерунда. Все же известно, что блоки не сообщаются друг с другом, как минимум, Профком не позволяет этого делать, говоря, что необходимо выждать определенное время, чтобы предотвратить риски распространения радиации.
Кирс посчитал это вполне убедительным ответом и больше к нему не возвращался, перестав интересоваться соседями, хотя новости оттуда иногда доходили, но в рамках «Живы все еще, проходимцы», и «У них все так себе, а вот у нас жизнь гораздо лучше! Потому и не надо нам с ними контактировать, чтоб не завидовали». В то время как остальные интересовались больше. И потому все же выслушали Эда с его «новой порцией».
- Говорят, - заговорщицким тоном продолжил Эд, и даже посмотрел по сторонам прежде во избежание подслушивания. - Из коммуны 99 к нам начали пробираться его трудящиеся!
- Чушь собачья! - отмахнулся Паз, хотя продолжил сидеть и слушать.
При этом все знали, что из себя представляет подземный комплекс - Профком порой повторяла презентации как раз для тех, кто терял память. Подобное было всеобщей проблемой, источник которой так и не был найден, так же, как и решение, поэтому только такие меры, как повторы, и выручали. Забывали свое прошлое все, и трудящиеся, и Профком. Все в общей лодке, так сказать. А что касается Убежища, то оно и впрямь состояло из больших блоков, выстроенных в линию. Та коммуна, где обитал Кирс и его товарищи, была первой, крайним с одной стороны. Почему именно так построили - ответов не было. В том числе и у Профкома. Впрочем, это было не так уж и важно. А вот новость о том, что между коммунами есть переходы, которыми можно воспользоваться...
- Но их видели, - сказал авторитетно Эд.
- Кто? - поинтересовалась Сара.
- Люди, - пространно ответил Эд, сам понимая, что попался ловушку - теперь его история выглядела как очередная байка, а не сенсационная новость.
- Ага, люди, - закивал Меллон, и градус интереса понизился.
Все стали расходиться.
— Вот найду, кто видел пришлых, и вам сообщу! - заявил Эд, но его уже не слушали. Всем было, чем заняться: Паз и Меллон отправились на работу - следить за гидропоникой на этот раз. То есть, ходить по залу с герметичными боксами с растениями и смотреть на показания датчиков. За все смены их «работы», по их собственным словам, им не пришлось ни разу нажать ни единой кнопки. Все работало идеально и без их участия, выдавая в определенное время определенный набор готовых овощей и фруктов. Эд заведовал залом интерактивного досуга - вроде кино, музыки и театра. Сара вела творческий кружок. Не какой-то конкретный, а общий для всех желающих. И потому на ее занятиях все делали то, чем хотел - рисовал, собирал пазлы, лепил из глины корявые кружки и вазочки и тому подобное. Администрация говорила, что этот труд учит терпению и способствует коллективному выживанию. Ещё одной активностью были физические занятия. Кирс особенно любил йогу.
Однако в этот день по расписанию у него было заседание профкома – так официально называлась администрация. Профком следил за бытом трудящихся Коммуны, их физическим и психическим здоровьем и как оно соотносится с благом Коммуны, а так же слушал просьбы и коллективные обращения. Если случались жалобы… хотя такого никогда не было. Жалобы не случались. Жалобы противоречили принципу коллективизма, когда сообща можно было решить любую проблему. 
Так что несколько минут спустя он сидел перед тремя активистами, которые в отличие от трудящихся носили серые английские костюмы с широкими плечами. В центре сидел Координатор – самый главный в Профкоме. По обе стороны от него две женщины в белых костюмах. Они старательно записывали слова Кирса.
- Меня зовут Кирс-101 и я вношу вклад в благополучие нашей Коммуны-101 Я состою в обществе молодых трубопроводчиков. Это держит в тонусе. Я состою в научном клубе по изучению трудов ученых погибшей цивилизации. Мне не хватает памяти, но я люблю поломать голову. Я преподаю уроки истории погибшей цивилизации детям. Мои спортивные навыки: я хожу на кружок дзюдо и стрельбы. Мой средний бал на браслете шесть кружков и до Вознесения мне необходимо набрать ещё шесть. В свободное время я люблю смотреть старые фильмы и заниматься гидропоникой. Моя работа нацелена на благо выживших.
Активисты одновременно улыбнулись и похлопали.
- Мы рады, что вы стали достойным членом Коммуны 101 – заявил Координатор – Возможно наличие начальства пугает, но помните, что мы здесь для того, чтобы вы были счастливы в это не простое время.
Кирс пожал плечами.
- Разумеется – сказал он.
Координатор покосился на монитор и пробежался по экрану глазами.
- Я познакомился с вашей историей – участливо сказал мужчина – У вас отличные показатели. Вы прилежно работаете, много тренируетесь. У вас большая общественная нагрузка… Однако последнее сканирование выявило незначительные психические отклонения. Вы стали пытаться вспомнить вашу прошлую жизнь.
Кирсанов поморщился.
— Это ведь не запрещено правилами – сказал он.
Координатор примирительно сложил руки на груди.
- Разумеется. Даже всячески поощряется. Но только на специальных занятиях. Я хочу вам напомнить, что из-за радиации наш мозг почему-то стирает нашу память каждый день. И попытка активировать эти воспоминания самостоятельно может привести к мозговому параличу. Именно поэтому наши психологи и пишут вам напоминалки. Мы надеемся, что однажды мы всё вспомним. Правда не знаю хорошо ли это. Ведь у каждого из нас была своя жизнь. Любимая, может быть дети…
- Я понимаю – пробормотал Кирс – Я делаю всё в точности с первой заповедью морального кодекса трудящихся.
- Что гласит первая заповедь?
- Преданность делу Коммуны.
- Великолепно – улыбнулся Координатор – Я знаю о ваших успехах. Поэтому захотел обсудить вопрос лично. Мне бы хотелось, чтобы вы так же и доносили это до своих товарищей. Ведь коллективизм это единственное спасение в нашей ситуации. Мне бы хотелось, чтобы вы были моральным авторитетом. Вы ведь думаете о будущем?
- На этой планете может быть только одно будущее – ответил Кирс.
- Вы говорите о Вознесении?
Кирс кивнул.
- Опишите что такое Вознесение – попросил Координатор.
Кирс пожевал губами. К чему эти вопросы? Дополнительная психологическая проверка?
- После каждой процедуры денуклеаризации на нашем браслете появляется новый кружочек. Двенадцать кружков означает полную денуклеаризацию и тогда за человеком пребывает корабль и он отправляется в человеческие города на Марс.
- Вы когда-нибудь видели отлет этого корабля? – спросил Координатор
- Я видел как человек поднимается в корабль на лифте – сказал Кирс – Это было очень торжественно.
- И что вы чувствовали при этом? – задала вопрос одна из женщин.
- Радость – сказал Кирс – Гордость за товарища.
- Такую же гордость, когда вы выигрываете общественные соревнования у других Коммун? – спросила вторая женщина.
- Мне нравится осознавать, что труд нашей Коммуны ценят – кивнул Кирс.
- Но?
- Что «но»? – не понял Кирс.
- Ваше предложение должно продолжиться противопоставлением.
Кирс насупился.
- Нет, не то чтобы противопоставлением, но у меня есть вопросы. Мы все живем в этих убежищах? Но кто их построил? Кто этот человек? И почему он решил, что мы должны жить коммунами. И почему если мы живем коммунами нас разделяют когда кто-то улетает на Марс – Кирс почувствовал что снова закипает – И почему я должен лететь на Марс? Может быть я не хочу лететь на Марс? Почему я не могу остаться здесь и продолжить работать в Коммуне?
Координатор оценивающе посмотрел на трудящегося и снисходительно улыбнулся.
- Вам как и любому свободному трудящемуся свойственно во всем сомневаться – сказал мужчина – Но поймите, что вам несказанно повезло. Марс — это награда за ваши труды. И к тому же в убежищах рождаются дети. Мы не можем допустить перенаселения. Я вас уверяю, что на Марсе вы сможете так же работать на благо своей новой Коммуны.
- Верно – согласился Кирс – Простите, что допустил эмоциональный всплеск. Просто Профком единственное место, где я могу выговориться.
- Для этого мы и существуем – сказал Координатор – И скажу вам больше, лично я с удовольствием бы улетел на Марс, а не работал здесь, но увы. У каждого из нас свое место.
- А разве вы не полетите с нами? Однажды – спросил Кирс.
- О нет – произнес Координатор с грустинкой в голосе – Я и мои коллеги по Профкому мы остаемся здесь, чтобы обеспечить работу Убежища. Так что нет, мы не полетим. Ваше место на Марсе, а  наше здесь, собирать осколки.
Ещё пара ничего не значащих вопросов и его отпустили. А он неплохо продержался, раз не отправили сразу в денуклеаратор.
Отделавшись от Профкома, Кирс направился по коридору в окружении и мимо таких же, как он, коротко стриженных голых трудящихся. Все они о чем-то говорили, создавая белый шум на фоне. Кирс не вслушивался в их голоса. Он, насколько помнил, слушал раньше, теперь считал пустой тратой сил. Как давно он перестал это делать? Вот уж напасть такая! Наверное, лучше уж была бы болезнь какая, чем вот такое, память терять то и дело. Когда во всем, что видишь, приходится сомневаться...
И даже не верить собственным глазам, хотя казалось бы, действие происходит прямо сейчас, а не в прошлом! Кирс остановился даже, немного обескураженный. Мимо него в том же направлении быстрым шагом прошла девушка. Ничего примечательного, коротко стриженная. Но вот цвет ее передника отличался от того, что был на остальных. Более темный, заметно так, спутать невозможно и подумать, что свет не так лег.
Смит, не желая упустить из вида чужачку - а как еще ее назвать, последовал за ней едва ли не по пятам, стараясь не сильно работать локтями, а то недовольные пешеходы подняли бы шум и вся его слежка прекратилась бы сразу.
Впрочем, она и прекратилась довольно быстро, причем, вероятнее всего не по вине самого Кирса. Девушка словно поняла, что ею заинтересовались сверх меры и в какой-то момент просто исчезла. Настолько внезапно, что Кирс подумал даже - а не привиделось ли ему все это вообще? Он, конечно, для порядка спросил у прохожих, идущих навстречу, не видели ли они девушку в темном переднике. Все, как один, отвечали отрицательно. Так кто же это был? Это явно не Активисты и не охрана. Те всегда ходят в специальной одежде, так как иногда выходят на поверхность.
Спрашивать у тех же Активистов Кирс не стал бы в любом случае - максимум, что они сделают, так это направят в медчасть, а там выпишут новых витаминов. И без того горстями уже пьются каждый день! Конечно, нужно поддерживать здоровье, но как уже... раздражает, честное слово.
В общем, Кирс бросил это дело. Ну, пропала чужачка и пропала, и дьявол с ней. Не было ее на самом деле, и хорошо, никому об этом не скажет, что видел, а была, там может, появится еще раз, и уж тогда Кирс ее...
Что? Об этом Кирс еще не думал, а стоило только поразмыслить, как он уже и не знал, что бы делал с незнакомкой? Интересно, а он когда-нибудь был с женщиной? В Коммуне близость была под запретом из-за опасности заражения. Дети рождались с помощью ЭКО. А про секс Кирс знал только из фильмов которые демонстрировали, чтобы получить семенную жидкость для оплодотворения.
Пожалуй он бы расспросил бы её. А если она из Активистов и это проверка? Его отправят в медчасть и дадут витамины. Кирс снова подумал о них за короткое время и снова его передернуло. Нет уж, пусть ходит сама по себе, если ей так надо, в какой угодно одежде, с него хватит неприятностей!
Трудящийся пошел дальше решительной походкой. У него есть, чем заняться. Йога-обед-рабочая смена-ужин-сон. И завтра то же  самое, и послезавтра. Никаких выходных - работа по паре часов в день, при этом ничего не делая, а только следя за показаниями автоматических приборов, не такая уж и тяжелая, чтобы от нее отдыхать. Кирсу нравилось - можно побыть одному, в тишине, только серые стены и приглушенное освещение...
Не дойдя до спортивного зала, расположившегося уровнем выше столовой, Кирса, как, впрочем, и всех остальных, кто шел в ту же сторону или противоположную, остановил специальный сигнал, раздавшийся из многочисленных скрытых в стенах динамиков.
То было ежедневное обращение Профкома, которое, согласно правилам, напоминаемым отдельно и также часто, необходимо было слушать всем, без исключения, чем бы они не занимались. Сообщение это транслировалось в случайное время суток, так что предугадать, когда оно будет, было невозможно. Правда, не ночью, когда все спали, и то дело. Кирс вздохнул и встал, широко расставив ноги. Активисты рекомендовали закрыть глаза и открыть разум каждой букве, сказанной диктором.
Хорошо поставленная речь гендерно нейтрального диктора мягко и проникновенно лилась из динамиков, выговаривая однотипные фразы. Они из раза в раз менялись, но смысл был один и тот же:
«Помните, жители Коммуны 101, вместе мы выживем! Труд нас спасет! Отриньте индивидуальность, направьте силу и волю по единственно верному пути, тому, на который мы уже ступили! Нас, жителей Коммуны 101, ждет Вознесение в конце, и к нему мы должны стремиться. Все, что мы делаем - идем к нему. Каждый день, каждый час, без сомнений, без раздумий! Прислушайтесь к себе - в вас не должно быть слабости, не должно быть нерешительности! Прислушайтесь к себе и поймите для себя - мы вместе, и только вместе мы выживем, дабы постичь Марс! Вот наша цель, цель всех действий, что мы делаем изо дня в день. Помните об этом! Мы - вместе! И вместе мы выживем!»
Последняя фраза была повторена всеми слушателями, кто-то громко кричал, кто-то говорил спокойно. Эмоционально, скупо, скучающе. Кирс просто пробурчал что-то похожее. Вещание закончилось звуками ситары, продолжающими тематику псевдо-буддизма, после чего Кирс кивнул, скорее самому себе, и пошел дальше. Вокруг него также зашевелились люди, выражение лиц их казалось более светлым, умиротворенным. Интересно, как выглядел со стороны сам Кирс? Впрочем, не важно.
Трудящийся вошел в спортивный зал, где уже было порядочно количество людей, и направился в уголок, отгороженный большой и цветастой, на восточный манер, ширмой, где занимались йогой и разного рода медитацией.
Там он взял из общего инвентаря бесхозный коврик, расстелил его, сел в подобающую случаю позу - и почти что уснул. В последнее время он много спал, и все равно ходил сонный. Побочное действие витаминов? Нужен будет спросить у  Профкома, чтобы они выяснили это. Кирс принялся лениво делать кое-какие упражнения, так, чтобы не уснуть, во-первых, а во-вторых, не привлекать внимания тренеров, которые ходили между занимающихся и подбадривали их, поправляли, подсказывали. К Кирсу они подошли бы в последнюю очередь - он сказал им однажды, что сам справляется прекрасно, а тренеры не стали возражать. Вроде так все было. Или же просто такие тут правила, где никто ни к кому не пристает с советами - все едино, а Смит не стал вспоминать лишний раз всякое, по его мнению, не особенно важное. Работает система, и пусть ее. Как он уже размышлял ранее, не самая она плохая, как могла бы быть в сложившихся условиях.
Так что никто не мешал Кирсу делать вид, будто он йогой занимается. Так же, Эд и прочие знакомые на этот раз были на сменах, так что Кирсу пришлось сидеть в компании незнакомцев. Насколько он знал, в блоке проживало несколько тысяч человек. Так что знакомиться со случайными соседями по столу он не стал - все равно забудет, и тем более, больше не увидит их, скорее всего.
Никто не мешал Кирсу и на работе. Он бродил один по дальним коридорам, посматривая на приборы, стены и на заблокированные гермодвери, никем не использованные давно и опечатанные. Они могли вести в соседние блоки, а могли и просто обрываться, уткнувшись в скалу.
А потом наступил «вечер», и закончилась смена.
Так прошел один день Кирса-101. Сколько таких дней было прежде? Он не знал. Сколько будет? Тоже неизвестно.
На следующее «утро» Кирс-101 уже ничего не помнил о событиях прошлого дня.
******
Когда Кирсанов закончил описание своего дня в Убежище уже светало. Где-то распевались птицы.
- То, что вы рассказали совершенно невероятно – сказала Эланор – Не могу поверить, что в нашем мире есть такие места. Однако, я рада, что к вам возвращается память. Ваши сведения чрезвычайно важны. Хотя пока их недостаточно, чтобы использовать их против ОДН.
- Я могу рассказать больше – заверил Кирсанов – Если бы вы только знали…
Было видно, что молодого человека трясло, когда он выуживал из памяти детали.
- Думаю, что достаточно, по крайней мере, на сегодняшнюю ночь…
Инфанта посмотрела в окно, где начинался новый день, прогонявший сумерки.
И улыбнулась.
- Вернее, уже утро. Но это не повод не спать. Так что отдыхайте. Я приду к вам следующим вечером.
Кирсанов заерзал на кровати. Он всё ещё не мог привыкнуть к одежде.
- Что будет со мной? – спросил он.
- Вы под защитой короны Кастилии – последовал короткий ответ – Вам нечего страшиться. И пока я не услышу конец истории, то не отправлю вас на костер. Ибо она удивительна. К тому же думаю, что я вам тоже могу кое-что рассказать. Вы ведь не знаете нынешнего мира.
Кирсанов потряс головой. Ему пришлось признать, что не знает.
— Вот и чудесно – ответила девушка – А покамест перенесем дозволенные речи, пока царь отправится вершить суд, и придут к нему войска и визирь, и диван уже наполнился людьми.
Инфанта звонко рассмеялась и с этим непонятным для Кирсанова высказыванием вышла из комнаты, представив мужчину самому себе. Не заперла за собой дверь, что было показательно, но Кирсанов не сомневался - за ним наблюдают. Говорили дураку, читай классику.
Молодой человек пожал плечами, попил еще липового чая, заботливо оставленной в графине на тумбочке у кровати и устроился поудобнее, взбив, как ему надо, подушку.
И задремал довольно быстро, спокойно, без сновидений. Пожалуй, именно это ему и нужно было.

******
В то самое время, когда инфанта Эланор уходила навстречу поднимавшемуся солнцу, на другом краю континента на это же самое солнце смотрела из иллюминатора полицейского вертолета Анастасия Покровская.
Запястья Аси были скованны электронными наручниками за спиной, а по бокам замерли бойцы ОМОНа с закрытыми масками лицами. Несмотря на существовавший в ОДН Многонациональный корпус, большинство из стран ОДН все же оставили некоторые старые полицейские структуры, в качестве переходной меры. Этим было грех не воспользоваться.
Пятнадцать лет прошло с тех пор как она пыталась предотвратить то, что теперь царит вокруг. Ей тогда никто не поверил. Спустя пятнадцать лет из девчонки-школьницы с угловатыми коленками она превратилась в молодую женщину, стала жестче, хладнокровнее. Но изменилась не только она. Общий тон звучания мира тоже: После подписания Акта Всечеловечества ОДН распространила свое влияние на большую часть планеты, а попытки ей противится стали по-настоящему тщетными. Хорошие парни и девушки умирали направо и налево, а надежды как не было так и нет.
И всё же, даже не смотря на то, что её захватили, они не разбиты. Ещё нет!
После долгих лет жизни в иллюзии и борьбы с ней, она превратилась в свирепого повстанца, возглавлявшего группу отчаянных бандитов, цель которых щипать ОДН и Институт всеобщего согласия и равенства там где это возможно.
Вертолёт влетел в посадочную шахту и приземлился профессионально и чётко посреди пустыря на одной из окраин Московска.
Омоновцы выволокли девушку из винтокрылой машины и весьма нелюбезно толкнув повели вдоль очистительных установок. Пахло хлоркой и марганцовкой. Пары от люков канализации через которую сливали воду окутывали всё пространство. В глазах рябило от неонового света вывесок.
Отличное возвращение домой, резюмировала Ася. Она-то рассчитывала на почетный караул и ковровую дорожку. Президентская дочка все же. Ася мысленно фыркнула. Подумать только её собственная мать стала символом эпохи Всечеловечества. Так что пожалуй стоит повременить с теплым семейным ужином.
Впрочем почетный караул то всё таки был. Двое бездушных солдат МНК с индифферентными одинаковыми синтетическими лицами. Андроиды на службе системы как высшая стадия контроля индивида, в обществе где пропагандировалась всеобщая беззаботность, абсолютная свобода и счастье. Возглавлял их человеческий офицер по виду ни чем не отличавшийся от синтетика. 
- Район закрыт – бесстрастно сообщил офицер – Цель визита?
Один из омоновцев с лычками сержанта махнул рукой и девушку за шкирку и подтащили к офицеру и бухнули на колени.
- Не верю своим глазам – хмыкнул офицер – Предательница и всё ещё живая?
- Министр нас ждет – громыхнул омоновец – Он обещал награду за эту хорошенькую головку.
Офицер кивнул.
- Вы задержались – сообщил он – Министр не любит ждать. Вам нужна дополнительная охрана? –
Омоновец фыркнул.
- С девкой как-нибудь разберемся – отмахнулся боец и махнул рукой.
Ася получила легкий, но хлесткий удар в область живота.
- Хороший удар! – одобрил офицер – Надеюсь она сгниет в тюрьме вместе с остальными предателями из этой проклятой ячейки.
- Как приятно иметь поклонника – бросила Ася – Всегда мечтала
- Молчать, отродье! – офицер закатил свои глаза, как они обычно делали, когда в их чип передавали новые приказы – План изменился. Ты – указал он на сержанта – Идешь с нами. Твой друг останется здесь. Приказ министра.
Омоновцы шедшие сзади переглянулись. Один из них сделал движение похожее на то как если бы удобнее перехватил оружие. Сержант перехватил его руку.
- Министр хочет сохранить всё в тайне – сказал он – Так что не будем лишать его приза. Думаю бабло нам нужнее автографа. Проветрись пока тут. В автоматы поиграйте. Держимся плана и тогда всё на мази.
- Ясно – фыркнул второй омоновец.
Офицер пихнул Асю в сторону синтетиков, те грубо взяли девушку и пихнули в капсулу лифта. Главный, тот что говорил приложил руку к считывателю. Лифт подпрыгнул на подвеске и поплыл вверх.
Капсула вознесла их на третий уровень. Девушку повели узкими коридорами. Запах марганцовки сменился на запах креозота, словно бы они оказались на старой станции метро.
- Интересно, где вы её нашли? – осведомился офицер
- Один «барабан» настучал, что у него хотят купить ящик разрывных гранат времен второй мировой. Тепленькую взяли. Остальные оказывали сопротивление, но мы с ними не церемонились. Жаль, что общество Всечеловечества не практикует публичные казни.
- Этого не нужно – отозвался офицер – Когда министр с ней закончит, она пожалеет, что казни не практикуются. Если хотите можете присоединиться. 
С шипением открылись пневматические двери и Асю втолкнули куда-то внутрь. В глаза ударило солнце. Девушка проморгалась и обнаружила, что стоит на деревянном пирсе перед широкой серой яхтой. Возле неё в кольце охраны находился высокий седой мужчина – министр внутренних дел Великоруссии Игорь Джарданов.
- Район оцепили? – последовал вопрос.
- Да министр – кивнул офицер.
Министр хоть и задал этот вопрос, казалось не ждал на него ответа. Его взор притягивала Ася. Грузный мужчина в сером габардиновом костюме смотрел на девушку будто бы она была изысканным блюдом.
- Анастасия Покровская – возвестил министр – Позор своей матери!
Он громко и театрально зааплодировал. Анастасия фыркнула. Она никогда не любила театральщину не от себя.
- Мать не поминайте, министр Джарданов – огрызнулась девушка – Думаю она не в курсе, что за игру вы затеяли, верно?
- Ишь ты выискалась – зашипел министр – О матери надо было думать, когда в банду совалась! Мы за вами долго наблюдали, Асенька. Вы живете и уже давно двойной жизнью. В одной вы преуспевающий молодой дипломат любящая дочь и активный член единого социума. Вы получили блестящее образование. Ваши аналитические доклады используются при формировании программ ОДН. Однако есть и другая ваша жизнь и другая деятельность и тут вы известны под кличкой Айрис. Вы виновны во всех уголовных преступлениях всех стран мира. Диверсии на складах снабжения, нарушение линий коммуникаций, хакерские атаки на критическую инфраструктуру, компьютерное ограбление Всемирного банка. Неудавшийся переворот в Салониках, тоже твоих рук дело, да?
Ася попыталась повернуть голову, чтобы как-то размять затекшие мышцы шеи.
- Я польщена, что вы следите за моей скромной деятельностью – осклабилась девушка – Что вам нужно, министр? Признание? Вы прекрасно знаете, что я работаю на Меридиан.
- Верно – согласился министр – Но мы не знаем всех деталей. И вы приведете меня к остальным членам вашего… Скрытого пути. Я покончу с этой искрой мятежа.
- Остальных убили – мрачно проговорила Ася – Вы же слышали.
- О, не думаю – возразил министр – Я давно изучаю вашу организацию и я знаю ваш стиль. Уверен, что все ваши слова ложь. И вы скорее всего придумали очередную пакость. Но знайте, что я достану из вас информацию, прежде чем эта пакость произойдет, так или иначе. От вас зависит только останетесь ли вы при этом жизнеспособны, чтобы предстать перед судом. Иногда всё что нужно это хороший разговор, но, при желании на борту моей яхты есть инструменты куда менее тривиальные. Они развяжут язык даже немому. Уж поверьте.
Министр сделал знак рукой и синтетики затащили девушку на борт и заперли в одной из кают. В иной бы ситуации, она бы непременно включила бы режим «благородное негодование», но синтетикам было наплевать.
Палуба каюты начала немного вибрировать и яхта пришла в движение. Отлично, теперь осталось надеяться, что информатор не обманул, а уж парни сделают свое дело.
Щелкнул замок. Дверь каюты открылась. Тот же офицер, что приволок её на яхту велел следовать за ним.
Через роскошные коридоры из стеклопластика девушку провели в кают компанию. Там она снова увидела министра внутренних дел.
- Что в меню кроме похищения? – спросила она с порога  – Каленое железо, расплавленное олово? –
Джарданов расплылся в улыбке. Он взял бутылку виски и налил себе немного
- Вы слишком спокойны для ситуации в которой оказались – сказал мужчина – Послушайте, вы держите в руках информацию. Я вашу жизнь. Как думаете, на чьей стороне перевес?
Ася пожала плечами. Фигня, это фокусы для сопливых девочек. Мы не таких обламывали.
- На моей – веско сказала она – Убьете меня, не получите информацию. А эта информация вам очень нужна. Вы хотите возвыситься за счет этой информации. Сколько бы в ОДН не говорили о равенстве и единстве эксплуататорскую природу никуда не спрятать. Но вы играете в опасную игру, министр. Вы не представляете мощь сил, с которыми собрались тягаться. Это большая ошибка.
Джарданов никак не отреагировал на её слова.
- Опять этот конспирологический бред – махнул рукой министр – Всё бы ничего, вот только выбрать род деятельности, который выбрали вы ошибка гораздо серьезнее, чем любая из тех, что я совершу. И всё же, я готов пойти определенные шаги и дать вам шанс вернуться в социум. От вас нужно только одно помогите обезвредить террористов. Станьте вновь той героиней о которой все говорили.
Ася прищурилась и ничего не ответив показала министру средний палец.
Министр вздохнул.
- Ах как бывает трудно вести переговоры – сказал он – Но, как я сказал, я узнаю информацию, которая мне нужны и вы мне поможете, хотите вы этого или нет!
Министр сделал кивок головой. Не говоря ни слова, синтетики схватили девушку за запястья и силой усадили в кресло. Ася попыталась вырваться, но синтетик державший её был сильнее. Один из андроидов запрокинул голову девушки и легонько кольнул её шприцом в шею.
Моментально по телу стала расползаться судорога, кости и суставы начало выворачивать и растягивать. В голове всё звенело.
- Что это? – прокричала Ася – Что вы со мной сделали?!
Перед глазами всё плыло. Мутнеющим взором, девушка сумела рассмотреть ухмылку министра.
- Пока лишь веритайзер – сказал мужчина – И теперь мне не надо упрашивать вас, что-то рассказать мне. Достаточно просто спросить. Верно? Ведь под действием этого чудесного зелья вы запоете как соловей. Ведь так?
Ася смогла только бросить взгляд презрения. Против веритайзера не было природного иммунитета. Когда они составляли план применение веритайзера рассматривали. Штука во всех смыслах подлая и уж конечно неприятная, но игра стоила свеч.
- Наше путешествие займет два дня – заметил министр – И за это время у нас с вами будет долгий разговор. Для начала я бы хотел узнать, что толкнуло вас на путь предательства, чтобы мы могли избежать подобных осложнений в будущем. Как вы стали работать на красный мередиан?
Гул в голове усилился. Ася стала проваливаться в забытье и вспоминать…


*******
Пять лет назад.
Да, это было пять лет назад. И тогда отмечали День Мира – всеобщий праздник установленный ОДН по итогам победы над Директорией и «Зеленым фронтом». В те времена она жила исключительно правильной жизнью, как это было принято в обществе Всечеловечества.
Ну почти правильной.
Местом её тогдашнего обитания являлась новая столица Великоруссии город Рось расположенная в Особой экономической зоне «Источник» на берегу Печерского моря. Использование корректора климата позволило значительно улучшить жизненные условия региона Крайнего Севера, поддерживая комфортную температуру для проживания и торговли – успешное совмещение идеи сохранения дикой природы и человеческой деятельности.
Здесь не занимались никакой промышленностью, только информационными технологиями, исследованиями, в том числе  возобновляемых источников энергии, а также каждый год возводили центры обработки данных, которые бы  использовали географическое и климатическое преимущества региона.
Не в последнюю очередь развитие города поспособствовали указы президента Великоруссии Натальи Покровской, которая в последние годы принимала много законов, направленных на усиление развития северных регионов страны.
И здесь же, именно в этом городе был подписан акт Всечеловечества и было решено проводить ежегодный День Мира в память о тех, кто положил свои жизни в борьбе против международных террористов. И ещё это был день Анастасии Покровской – девушки, которая вместе со смелыми друзьями сумели обезвредить и захватить корректор климата. И хотя после этого разразилась кровопролитная так называемая Последняя война, но решающее преимущество было добыто именно Покровской-младшей и её товарищами.
Асе все это не нравилось. Особенно когда приходилось участвовать во всякой пафосной ерунде. Ася была дипломатическим советником. Она пошла по пути матери. И даже многое поддерживала в ОДН. Но она не считала, что растворение в глобализме — это тот единственный путь которым надо следовать. Она понимала глобализацию как многоаспектный фактор, как возможность слушать друг друга. А не становиться одинаковыми потому что так велела группа ученых Института равенства. Никто в демократическом обществе не должен терять собственную идентичность. Демократия — это собственный выбор. Нельзя в мирном и демократическом проекте постулировать лишь одну идеологию, сколь бы благой она не являлась. Сила ОДН должна быть в компромиссах, взаимном уважении и отказе от диктата сильных над слабыми. Всё это Ася говорила открыто и на публичных встречах и на заседаниях ассамблей ОДН. Её конечно слушали, но не прислушивались. Своими заявлениями она только создавала видимость разных мнений и  в общем, сама не предприняла никаких попыток избавить себя от статуса героини. Поэтому жаловаться было глупо.
И потому у неё опять было паршивое настроение. Более паршивое чем обычно. Тебе всегда удивительно плохо, когда ты жаждешь заняться чем-то полезным, но не можешь и никаких занятий у тебя нет.
Ася сняла ВР-очки, через которые работала над тезисами доклада, сидя в одном из кафе города и потерла глаза. Они не устали, очки выглядели как самые обыкновенные, которые до сих пор носили, угождая модным веяниям. Да и со зрением у нее все было в порядке, давно были пройдены все корректирующие процедуры. Скорее, то была просто непроизвольная привычка.
Ася посмотрела в панорамное окно, за которым простирался город. Это был символ, что человек наконец смог обуздать природу. В Рось вкладывались усиленно. В другие города которые были здесь ещё до таяния льдов тоже вкладывались. Но они постепенно устаревали, как ни крути. Монументальность не предполагает гибкости в большинстве своем, а Рось была именно гибкой, в угоду своей специфике. Ещё столицу называли Нгэрм-сей, что-то вроде «Сердце Севера». Оно и было похоже на сердце, только если бы сердце было огромным кристаллом внутри которого бились непрерывно центры обработки данных, дата-центры и агентства искусственного интеллекта. Все они обрабатывали информацию поступающую из Международного института согласия и равенства.
А стоило посмотреть чуть дальше, и уже начинались бескрайние прекрасные зеленые равнины, чуть припорошенные снегом на горизонте сливающиеся с небом И все. Больше не было ничего.
Анастасия мотнула головой и отбросила мысли на отвлеченные темы. Когда-нибудь потом она поразмышляет над всем этим больше. Сейчас ей нужно было поработать. Она водрузила VR-очки на нос, вызвала лазерную клавиатуру на стол, за которым сидела и продолжила печатать тезисы
«Основа Дня Мира, почитание героев событий пятнадцатилетней давности, которые боролись со злом и угнетением, играет важную роль в формировании общества и сохранении памяти о прошлом. Эти люди являются примерами для подражания, вдохновляя на совершение добрых дел и борьбу с несправедливостью. Герои, которые противостояли злу, заслуживают уважения и благодарности за свои подвиги. Их жертвы и достижения должны быть признаны и увековечены, чтобы будущие поколения помнили о них и учились на их опыте. Даже несмотря на путь, который избрало нынешнее общество - без оглядки на прошлое, взор только на будущее. Следует сделать исключение для наших героев - а говоря «наших», имеется в виду общечеловеческих, ведь добрая память о них помогает воспитывать в молодых поколениях чувство патриотизма, гордости за свое общество. Это также способствует формированию гражданской ответственности и активной жизненной позиции - опять же, во благо общества.
Важно помнить о героях, которые отдали свою жизнь за свободу и справедливость, и передавать эту память из поколения в поколение. Только так мы сможем сохранить наследие наших предков и создать общество, основанное на принципах добра, справедливости и уважения к человеческому достоинству...»
Какая ерунда, в самом деле! Ася сняла очки.
Всё ерунда. И всё обман. Жизнь, прошлое, настоящее, будущее. Всё фальшиво. И самое поганое было то, что она не могла выдернуть провод и выбраться из матрицы. Матрица придуманная человеком гораздо страшнее матрицы придуманной компьютером.
Она знала правду, но ей бы никто не поверил. Всем оказалось проще поверить в сказку и этой сказкой и техническими игрушками заменить реальную жизнь Да и что она могла сказать? У неё же не было ни одного доказательства, а финальный аккорд со спутниками сделала она сама. Так было объявлено официально. Да она знала, что ничего не делала, но кого это интересовало?
Так же никого интересовало куда подевались Ксения Авалова, Андрей Кирсанов, Наоми Зибель. Как будто этих людей и не было никогда.
Мысли прервал звонок. Звонила маман. Наверняка с вопросом, когда дочь появится в  Администрации города, в здании которой сейчас проходила подготовка к празднику. До него оставалось полдня, а главная участница еще не готова - как так!
Девушка вздохнула почти что горестно и надела очки, включив видеочат.
- Ася, тебя будут все ждать, не забудь, - сходу высказалась по делу заметно усталым тоном Наталья Покровская. Выглядела она так же устало, хотя при ней всегда была целая команда специалистов, готовых привести ее внешний вид  порядок. И не только в плане макияжа, но и прочим, более существенными средствами. Все это Ася знала еще с тех времен, когда чаще бывала рядом с матерью, когда та была председателем парламентского комитета по международным делам. Они всегда поддерживали друг друга. Мать и дочь. Но власть меняет человека. А ещё человека меняет мечта. Мечта о вечном мире поменяла Наталью Покровскую. И теперь уже Ася сомневалась, может ли положиться на мать, которая выбрала тандем с Джаспером Ричмондом и продвигаемую идею Всечеловечества, которая размывала историю, традиции. Объявляла их отжившими и что дескать именно история и традиции, национальный эгоизм является корнем всех проблем человечества. Нет, нельзя сказать, что Наталья Покровская, как президент, полностью продалась главной силе мира, но определенно, она была на их стороне. Отчасти, понятно, по какой причине - нужно было сохранить порядок в стране, который стремительно падал в пропасть во время все той же неразберихи и фактически мировой войне с «Зеленым фронтом», но девушке все равно казалось, что все это чрезмерно, попраны прежние собственные принципы. Она считала, что традиции важнее благополучия. Тем не менее, она хотела сохранить хорошие отношения с матерью. Пыталась.
- Я буду на празднике, не беспокойся  - сказала девушка – Я покажусь перед горожанами, но может я не буду произносить речь.
- Ты говоришь об этом каждый год – напомнила мать.
- И каждый год там написана лютая чушь – пробурчала Ася – Она не имеет никакого отношения к тому что было на самом деле. А все эти люди, некоторые из которых приезжают даже из других стран! Я не говорю про другие города. Что же, они все настолько глупы? Тогда все очень плохо...
Ася понимала, что говорит слишком бескомпромиссно, может, и ведет себя по-ребячески, но ее это не волновало. По крайней мере пусть хотя бы мать слышит то, что она думает о Всечеловечестве. Не волновало также и то, что их разговор могли подслушивать - а в случае с президентом это делали наверняка, специальные службы Великоруссии, а может, и некоторые другие - сейчас же в мире все в союзе, все друзья, а кто не стал им, то станет обязательно! Так что тайн и секретов оставалось мало. Все, кому нужно, значит об отношении дочери президента ко всему этому, но ничего не предпринимали на этот счет. По крайней мере, пока дело не выходило за рамки разговоров в узком кругу и нежелания ни в чем участвовать, как в одобренных мероприятиях, так и противопоставленных им.
- Снова ты витаешь в облаках, - напомнила о себе Наталья.
- Извини, - буркнула Ася
- Все еще занимаешься поисками? - спросила Наталья, хотя у них на этот счет был уговор, прошедший через многие споры, обвинения и попытки каждой из сторон найти компромисс. Речь шла об идее Асе, которую все, кто был в курсе, считали навязчивой и бесперспективной, заключавшейся в продолжении поисков Андрея Кирсанова. Исподволь, совмещая с другими делами, тем не менее, девушка не оставляла попыток найти хоть какую-то информацию, касающуюся местоположения Кирсанова. Но после известных событий он как в воду канул, и за все пятнадцать лет не было и намека на подвижки в этом деле. Кроме того, по всему выходило, что только Ася и пыталась его искать, все остальные же приняли на веру версию, которая, как только все улеглось в мире, немедленно стала официальной: Кирсанов героически погиб где-то в Ньюфаундленде, спасая от пули Джаспера Ричмонда. И больше к этой теме никто не возвращался, а на девушку, если она поднимала ее, поглядывали с сочувствием поначалу, а потом и недоумением - никак не успокоится! В конечном итоге Ася стала искать молча. Используя свои навыки, надеясь, что однажды все-таки наткнется в недрах очередной системы на след...
- Ты так говоришь, как будто все, что я делаю, связано с ним! - воскликнула Ася, но опомнилась быстро, осознав, что она в общественном месте. Понизила голос.
- А разве нет? - в голосе Натальи промелькнула менторская язвительность. Та самая, которая и отдалила мать и дочь друг от друга. - Я уверена, что до сих пор не бросила все эти бессмысленные попытки. Хотя должна понимать, что занимаешься погоней за призраком. В прямом смысле этого слова. Разве мы не говорили уже об этом? Мне казалось, что все очевидно.
- Ты не все знаешь, - отрезала категорично Анастасия. - Помнится, ты сама мне сказала в прошлом - тело так и не нашли. Конечно, это еще ничего не значит, но как минимум твоя версия о его смерти не единственно верная!
Наталья вздохнула и потерла переносицу. Где-то на фоне ее о чем-то спрашивали помощники и секретари, должно быть, по поводу празднества, а может, государственных дел, которые прекратить не могло никакое событие в мире. Наталья коротко ответила в сторону, убирая звук, после чего снова вернулась.
- Или же у тебя просто мания, сказала она, повторяя, правда, слова, произнесенные в прежних их спорах. При этом обе уже знали, что договориться на этот счет не получится, каждая останется при своем мнении, но еще и с испорченным настроением. Вот только на этот раз мать отчего-то решила быть более категоричной. – Если бы он был жив, то обязательно бы дал о себе знать. Я понимаю, что он твой друг. Но он погиб за правое дело. Оставь прошлое в прошлом, сколько тебе повторять? Это ведь напрасная трата времени и сил! Ты могла бы с таким же рвением заниматься общественными делами - с нашими-то ресурсами, и принести много пользы обществу! Разве не этого мы обе хотели? Помогать людям. Я, как видишь, приложила к этому много усилий, и результаты налицо, но что же ты? Ты тоже ведь все еще можешь моим путем, вместо того, чтобы растрачивать наши ресурсы на поиски… Кирсанов умер. Смирись.
Наталья коротко и неоднозначно покачала головой, поджав губы. Ох уж эти многозначительные президентские жесты!
Ася решила сменить тему, поскольку прошлая себя исчерпала. Она обещала, что приедет. Значит приедет.
Сразу после этого разговора с матерью Асе отправили сообщения люди из её окружения, всякие безопасники, медиа, секретари и прочие. Целая толпа. Девушке предложили всяческую помощь, давали советы, как одеться, где одеться и нужно ли подвезти в какое-то определенное место то, во что можно одеться в случае. если она не захочет посещать магазин или с собой нет того, что подойдет, по ее мнению, для праздника (занудство одно, в общем). Даже давали всякие указания.
Ася расплатилась за зеленый чай, пару чашек которого выпила, подхватила портфель и отправилась выполнять обещанное. Каждому в этой жизни приходится за что-то платить. Ей за чрезмерное любопытство. Возможно если бы она не полетела тогда на Кабо-Кабо всё бы было по иному? Ну хотя бы она не имела бы отношения ко всей глобалисткой вакханалии. 
Байк ждал ее у входа на маленькой парковке, разумеется, арендованный сразу же по прилету. Конечно, бензиновый, а не модный электрический или хотя бы гибридный. Своим появлением она непременно даст новую порцию для сплетен в глобалистском обществе. Ну и пусть. Хоть развлечется.
И вот девушка уже ехала по дорогам города в сторону центра, к главной площади, окруженной высотками.
Примечательно, что площадь была крытой и представляла собой цветущую круглый год благодаря тщательно подобранному ассортименту флоры оранжерею. Таким образом, жителям города там можно было собираться не только по официальным причинам, но и для простого отдыха. И честно сказать, Асе хотелось бы там появляться только ради второй причины, а никак не первой. Но - не судьба.
А некоторое время спустя оказалось, что не судьба, возможно, появиться и ради первой причины. А все из-за внезапной пробки. Навигатор не предупредил о ней, значит, появилась она буквально недавно. Только информация от камер наблюдения над дорогой: впереди авария. И потому все участники движения по центральной улице города, имевшей дорогу хорошую, свежую и современную, но  все-таки не особенно приспособленной к единовременному наплыву такого количества авто, встали намертво. Ася, которая, хоть и была на байке, но все же не могла протиснуться ни вперед - там все перегородили, ни назад - не только она была на двухколесном транспорте, чтобы поехать другой дорогой, отправила сообщение помощникам матери, что опаздывает. Помощники ответили, что дорожная служба уже работает над расчисткой дорог и рекомендовали ей оставаться на месте - ее встретят и проводят. И в этот раз девушка согласилась. Пусть будет так. И пока она ждала разрешения ситуации, у нее появилось время посмотреть вокруг.
Проблема была в контейнеровозе, который развернуло поперек дороги, да еще и тротуары по обоим сторонам улицы зацепило, сорвав заграждения, тем самым заблокировав все направления, и для автомобилистов, и для пешеходов. Как угораздило водителя?.. А, понятно – автопилот. Это можно было понять по кабине, стекло которой, издалека казавшееся наглухо затонированный, в итоге оказалось замененным на сенсорную панель, позволяющую компьютеру ориентироваться в окружении. И если прежде это работало относительно неплохо, на этот раз что-то пошло не так.
Впрочем, не это заинтересовало Асю настолько, что заставило даже снять шлем, чтобы не упустить ни одной детали. Как и было сказано помощниками президента, очень быстро появились те, кто стал расчищать затор. Причем довольно кардинальным способом: Сначала грузовик посредством большого шагающего робота сместили к одному из тротуаров, освобождая дорогу, затем меж застрявших авто стали ходить человекоподобные роботы, быстро сканировать их и распределять по двум группам. Одни авто, видимо, принадлежавшие простым людям, роботы, ничуть не заботясь о сохранности, сдвигали в стороны под визг шин, скрежет металла крыльев и приглушенно-возмущенные вопли находящихся внутри людей, другим же, чаще всего показательно дорогим, представительским машинам, они давали «зеленый свет», порой создавая из своих тел коридоры, по которым важные люди могли выехать из затора.
Девушка скорее полезла в сеть, чтобы выяснить, кому принадлежат эти роботы. Она не помнила, чтобы в какой бы то ни было службе Великоруссии, за исключением, сильно сокращенных за последние годы и чисто номинальных вооруженных силах страны, были роботы. Выяснить удалось быстро: знак на спинах роботов, серебристо-белый куб с видом сбоку принадлежал МНК. Похоже, их структуры уже занимались разными вопросами, теми, которые должны были быть в ведомстве местной МВД. Вот, значит, как...
Высокопоставленные гости на своих авто, благодаря стараниям роботов смогли миновать затор, и подошел черед Аси - к ней подошли сразу два синтетика. Просканировали, выяснили, что она тоже из «этих», и тут же указали, куда ехать.
- Вы идентифицированы, путь для вас свободен, - нейтральным голосом сказал один из синтетиков и пошел дальше. А девушка поехала вперед, позабыв про шлем. Ее больше заботил факт участия инструментов Корпуса в делах Великоруссии. Что же. ее мать окончательно сдалась ОДН?! А то ведь, как иначе объяснить, что только что произошло? И что дальше? Полицию распустят, как везде, и придет Корпус на ее место, контролировать жителей? К этому разве стремились Покровские, за это боролись?!
Наверное за это.
Анастасия невольно прибавила скорости и опомнилась, когда на забрале шлема перед ее глазами вспыхнули предупреждающие знаки: «осторожно!» 
Она узнает, что стоит за всем этим. Но прежде, конечно, ей нужно было разобраться с этим чертовым праздником...
Высокопоставленные гости, те, которые смогли выехать из затора раньше, а то и явиться заблаговременно, возможно, используя иные средства перемещения, личные и недоступные простым смертным, были уже на месте, в оранжерее. А когда Анастасия пробралась через толпу, намеренно игнорируя СБ, которые могли бы провести ее за «кулисы» праздника и многочисленных помощников и секретарей матери, которые то и дело появлялись тут и там, и подошла к специально выстроенному по торжественному случаю помосту, оказалось, что Наталья Покровская уже выступает с речью.
Президент стояла на трибуне, которую гармонично разместили на возвышении в самом центре площади-оранжереи. Женщина одухотворённо, с горящими глазами заявляла:
- В этот прекрасный, особенный день, когда солнце светит ярче, чем прежде, когда птицы поют свои чудесные песни здесь, в главной оранжерее Источника, давайте вспомним о важности мира на нашей планете. Ведь именно мир является основой для процветания и счастья каждого человека, каждой нации и всего человечества в целом. Мы несомненно является хорошими, добрыми людьми - мы всеми силами стремимся к этому званию. делаю все, чтобы нас считали таковыми. И мы знаем, что только в условиях мира возможно развитие, прогресс и благополучие. Мы хотим жить в мире, где нет места насилию, жестокости и страданиям. Мы хотим видеть, как наши дети растут в гармонии и учатся любить и уважать друг друга. Мир — это не просто отсутствие войны. Мир — это состояние души, когда каждый человек стремится к взаимопониманию, сотрудничеству и терпимости. Мир — это возможность для каждого из нас реализовать свой потенциал, внести свой вклад в развитие общества и оставить после себя наследие, которое будет служить будущим поколениям. Давайте не останавливаться на достигнутом, хотя уже можно сказать, что проделана большая работа. Нет, давайте и дальше двигаться по выбранному пути ко всеобщему миру, ведь только вместе мы сможем достичь нашей общей цели. Давайте строить мосты, а не стены, и создавать условия для сотрудничества, а не конфронтации. Пусть наша планета станет местом, где каждый человек чувствует себя в безопасности, где каждый имеет право на счастье и развитие. Пусть окончательный мир на нашей планете станет реальностью, и пусть каждый из нас внесёт свой вклад в его достижение. Вместе мы сделаем этот мир еще лучше, и наши дети и внуки будут благодарны нам за нашу работу и усилия!
Все стали аплодировать и восторженно, но в рамках приличия, закричали. Причем голосили даже те, кто выглядел солидно и серьезно. Со стороны выглядело это несколько шокирующе - Ася, единственная, кто не поддался такому жалкому проявлению стадного инстинкта, посмотрела по сторонам. Все люди искренне счастливы, это было написано на их лицах, часть из них лезла обниматься друг с другом от переполняемых их положительных эмоций. Но что такого сказала ее мать, чтобы так бурно на это реагировали? Девушка не поняла. По ее мнению, в этом году речь, написанная наверняка нейросетью, была еще более пафосной и оттого фальшивой. Но людям понравилась. Что с ними не так?!
- А теперь я попрошу подняться сюда одну из тех, кто в свое время помог нам добиться всего того, что мы имеем. И я также чрезвычайно рада добавить, что это моя дочь!
Наталья продолжила говорить и только спустя пару секунд Ася поняла, что говорят про нее. И Наталья нашла ее в толпе, даже указывала повелительным жестом. Девушка невольно поежилась. Откуда у ее матери взялись такие замашки? раньше за ней такого не водилось...
- У нее тоже есть несколько слов о Дне Мира, я думаю, она будет рада поделиться своими мыслями по этому поводу.
Да чтоб вас, нет! Ася встрепенулась, не веря своим ушам. Ей совсем не сложно выйти и сказать, но это же будет насквозь фальшиво! И даже этому глупо улыбающемуся, уже поворачивающему к ней свои головы человеческому стаду говорить заведомую ложь ей было невыносимо! Особенно сегодня. Сегодня, когда пропал Кирсанов. Человек, которого тоже превозносили как героя, но всем было наплевать на его судьбу.
И тут Ася совершила поступок очень спонтанный, что было свойственно её характеру, но один из таких, которые определяют твою жизнь. Она развернулась, не дойдя до балкона и быстро побежала прочь из оранжереи, опасаясь даже не преследования, а того, что сама передумает.
Заскакивая на байк, Ася подумала, что ей всё-таки удалось отмочить прикольную штуку. Она только жалела, что не могла видеть тот хаос, который неизбежно начнется из-за её отсутствия. Наверняка там сейчас дикая паника.
Шлем выразительно пискнул – к ней приближались две машины сопровождения из числа президентского кортежа. Ну надо же! Ее собирались воротить? Неожиданно. Мать начала принимать что-то, и это не контролировалось медиками, что начала так себя вести? С чего вдруг такая агрессия? Ася не могла ответить на этот вопрос однозначно, и даже в какой-то степени пожалела, что не была близка с матерью, вечно пребывала где-то далеко. Может, у нее какие-то проблемы? А она и не знает...
Вот только прямо сейчас она свои проблемы решит! Не останавливаться же ей, в конце концов! Анастасия прибавила скорости.
Девушка ехала по центральной улице города, разумно полагая, что здесь, на шести полосах, ее будет сложнее перехватить, чем на второстепенных, более узких дорогах. К тому же, здесь были камеры, которые следили за исполнением ПДД. Может, ей за прошлые маневры пришлют штраф, кстати. Но также они запомнят, как ее преследуют безопасники, а значит, попадет в сеть. А уж оттуда будет очень сложно стереть видео. И оно может ей помочь, если что-то пойдет не так. Уже сейчас все шло не так - подумать только, ее мать отправила своих пешек, чтобы захватить насильно дочь! А что могло быть дальше? Сложно представить!
Девушка видела, как преследующие ее авто охраны держатся на расстоянии, и намерений действовать более активно не проявляли. Звонить матери Анастасия больше не пробовала, поскольку была зла на нее. Позвонит позже, чтобы все выяснить. Когда уйдет от погони. Оставлять это просто так нельзя было. Что матери взбрело в голову? Или ее кто-то науськал на такие действия? Александра? Эта её верная Александра Овчинникова-Асфур, которая и без этого была странной личностью. чтобы Ася относилась к ней заведомом с подозрением. Именно она сделала всё, чтобы расследование исчезновения Ксении Аваловой и Андрея Кирсанова быстро закрыли.
Ладно это мы потом выясним. Ася сосредоточилась на погоне. И очень вовремя: авто охраны несколько поотстало, но вместо них на дороге появились странного вида байки. И медлить они не собирались. Маневрируя между редкими гражданскими авто, они быстро приближались к байку девушки. Она присмотрелась - и поняла, что все очень серьезно. Ее преследовали роботы МНК. С какими конкретно намерениями, непонятно. Возможно, просто перехватить как можно более категорично и доставить президенту, а может... да нет, невозможно! Никто не пойдет против Натальи Покровской, у которой, несмотря ни на что, есть большое влияние в мире! И даже если бы по какой-то причине пошел - не здесь, не сейчас, так открыто! Как бы она не относилась к сильным мира сего, чего бы о них не знала, все-таки, сейчас не то время, чтобы они стали угрожать детям человека, от которого что-то требуется. Не тот уровень, и методы используются совсем другие. Может, более мягкие на первый взгляд, но уж точно более действенные. Технологии манипулирования развивались стремительно, и шантаж среди них был уже давно устаревшим понятием.
Робо-байки поравнялись с ней, серебристо-белые эмблемы становились заметнее и не оставляли сомнений в своей принадлежности.
Все это подстроено? Девушка лихорадочно пыталась это понять. Ведь от понимания зависело, хотят ли ее просто остановить, или же...
И выяснилось быстро, что они задумали: дорога впереди были перекрыта новой партией робо-байков. В том смысле, что несколько таких штук стояло по обоим сторонам дороги, пропускало гражданские авто, но явно дожидалось Асю, пока она к ним приблизится.
Так уж вам хочется, чтобы я вернулась на этот чертов праздник? Ну уж нет.
Ася добавила скорости.
Робо-байки приближались. Столкновение было неизбежным….
Только не для человека. Ася прижалась к топливному баку и выкрутив ручку газа наклонила байк и рванула в сторону проскочив оцепление под грузовым трейлером.
 - Мальчики и девочки, никогда так не повторяйте – резюмировала она, послав робо-байкам воздушный поцелуй, выровняв свой байк.
Честно говоря, она думала, что её будут преследовать, но вероятно поступила команда отбой и больше погони не было.
Вот теперь она точно доберется до президентских апартаментов и узнает у матери причину по которой её чуть было не убили.
У входа в здание её никто не задерживал и до самого этажа с апартаментами тоже. Только идентифицировали быстро, спросили, нужно ли ей что-то, получили отказ и больше не беспокоили.
За ней никто не приходил, никто не звонив и вообще, ее как будто стали игнорировать. Как будто ее мать успокоилась и решила, что закончит праздник без своей «ручной героини».
Смыв в душе с себя пот и грязь, девушка всё же решила заказать в апартаменты что-то перекусить. Однако потянувшись к интеркому нащупала лежащий на столе бумажный конверт.
Девушка прищурилась прочтя на конверте собственное имя. Но позвольте…. Как он тут очутился, если его не было сорок минут назад?
- Конверт? – пробормотала Ася самой себе.
Зачем было посылать акри-письмо, когда можно было воспользоваться электронным? Ещё бы на бумаге прислали бы…
Надо  сказать, что в последнее десятилетия стремительные технические достижения сыпались как из рога изобилия и уже сложно было представить без них цивилизованный мир. В этом случае без акри – сокращения от акрипласта.  Толщиной с волос, акрипласт изготавливался из акрилового волокна, был почти прозрачным и иногда использовался в качестве твёрдого переплёта для книг. Также акрипласт использовался как материал для печати компьютерных файлов и для создания одноразовых больничных халатов. В отличие от обычной бумаги акрипласт был многоразовым, однако растворялся в жидкости, что обеспечивало легкую утилизацию.
Ася конечно помнила об этой характеристике акрипласта и поэтому вскрывала конверт с большой осторожностью.
Это оказалось письмо от анонима. Он говорил, что у него есть информация по поводу одного общего знакомого из прошлого Указывался и конкретный регион встречи – Монголия. Прямо таки говоря неспокойная территория учитывая соперничество ОДН с Сообществом единой судьбы. Нынче оба макрорегиона тащили Монголию в свою орбиту. Те же в ответ вежливо слушали, но вели себя уклончиво.
А ещё в конверте был сотовый телефон древней модели, ещё с антенной. Едва Ася его взяла в руки, аппарат разразился трелью. Девушка фыркнула. Матрицу насмотрелись, блин. Уж не розыгрыш ли — это вообще….
- Алло –
- Вы согласны встретиться? – без приветствий и прелюдий прозвучал вопрос.
- Хотелось бы узнать кто вы и суть встречи.
- Странно мне казалось, что вы помните друзей – усмехнулся голос – Впрочем это не важно. Если вы принимаете мое предложение, отправляйтесь в кофейню на пересечении восьмой и десятой улиц. Закажите иберийский латте. Это всё.
Звонок был закончен, а Ася сидела и смотрела на черную трубку.
Через полчаса она была в кафетерии. Официант-синтетик принес ей иберийский латте. Если неизвестный доброжелатель будет опаздывать, она просто уйдет, и займется своими делами.
Но через пару минут к ней подошли. Молодой парень, по виду из Юго-Восточной Азии, в деловом костюме, из-за чего у него хорошо получалось смешиваться с местными обитателями делового центра.
Он заговорил первым, уверенно и четко:
- Анастасия Покровская? - спросил он деловито.
Девушка кивнула утвердительно. Молодой человек представляться не спешил, вместо этого он сказал, заставляя Асю начинать волноваться:
- Тогда вас ждут. Правда в другом месте.
Молодой человек сделал невидимое движение рукой и брызнул чем-то в лицо Аси. Ноги девушки подкосились и последнее что она увидела это как парень бросает за стойку бара дымовую шашку.
Так спокойно это газ, решила Ася. Значит я нужна им живая. Теперь главное сохранить достоинство и женскую честь.
 Сколько по времени заняло ее беспамятство, девушка не знала. Но очнулась она внезапно, по ощущениям, как будто через пару мгновений. Вот только окружение было совсем иным, что напрочь дезориентировало.
Она сидела, но теперь на диване, старом и продавленном. А технопарк сменился другой обстановкой - какой, еще предстояло выяснить, в окружающих девушку потемках было сложно понять. 
- Какого черта вы творите?! - попробовала воскликнуть Ася в продолжение ее похищения - а что еще это могло быть? Но получился только сухой хрип. Девушка закашлялась. и поняла, что без сознания была не минуту, а гораздо больше. Так где же она теперь?!
Девушка спохватилась - где вещи? Но вот они, рядом с диваном ее портфель. Она порылась в нем, чувствуя некоторую головную боль при этом, но выяснила, что почти все на месте. Кроме телефона и ноута, что логично. Наверняка, будь у нее еще какая-то электроника, с помощью которой она могла бы позвать на помощь, и ее изъяли бы.
Значит, похищение. Из-за работы? девушка припомнила - Запугать хотят? Может быть, но это кто же осмелится? Она дочь главы Великоруссии всё таки.
Девушка вздохнула, поискала в портфеле маленькую бутылку воды, которую всегда носила на всякий случай, и сделала несколько глотков. Нужно было промочить горло перед тем, как к ней придут о чем-то говорить. Это случится в любом случае.
Где-то скрипнула дверь. Щелкнул выключатель. Глазам стало больно от света. Когда девушка проморгалась и привыкла к электрическому освещению, она сумела рассмотреть того, кто включил свет.
Уж этого-то персонажа она никак не ожидала увидеть.
- Лео Морган – сказала она чернокожему мужчине, который, кажется, внешне почти не изменился за пятнадцать лет. Всё такой же поджарый и мускулистый. И всё в такой же лётной форме. Словно они были снова там на Кабо-Кабо.
Уж не сон ли это?
- А ты неплохо выглядишь – заметил пилот – Правда в том школьном платье была сексуальнее.
И ухмылка, давно уже забытая, но вспомнившаяся, едва ее увидела девушка.
- Я рада, что с возрастом у тебя не выпали зубы остроумия – заявила Ася 
Пилот подошел ближе, и она увидела, что ухмылка его совсем не та, которую она помнила. Нынешняя была жестче. Что ж, время всех меняет.
- А тебе смотрю наоборот, - сказал сухо Лео. – ОДН язычок отрезал и мозги тебе совсем промыл. Героиня мира и справедливости! - фыркнул он и прошел мимо девушки, к ближайшему окну. Там он уселся на подоконник.
Значит, приятной беседы не выйдет. Хотя, стоило ли на нее надеяться, учитывая похищение?
- Не мой выбор, - буркнула девушка.
- Но лавры ты тем не менее, пожинаешь, - парировал Лео.
- Не волнуйся тебя тоже вспоминают как героя – осклабилась Ася – Так что мы в одной лодке. Или меня похитил, чтобы претензии какие-то выдвигать? –
Лео усмехнулся.
- Дельце одно у нас есть. К тебе – сказал пилот – И к твоей матери –
Ася фыркнула.
- Через неделю у неё прямая линия – сказала она – Телефон кол-центра дать? Или вашей компашке это западло?
- Компашке? – переспросил Лео.
- Ну дурочку то из меня не делай – заявила Ася – На военных ты не работаешь, потому что они все под ОДН, полиция тоже. Значит ты из этих… Как вы там себя называете, Красный меридиан?
Мать всегда говорила, что в переговорах всегда нужно бросать вызов и опережать оппонента на полслова. С Лео она общалась недолго конечно, но помнила, что пилот не умеет ни того ни другого и только распаляется когда ему бросают вызов.
Лео развел руками.
— Вот и прекрасно – сказал он – Ничего не надо объяснять. Ты отсюда не выйдешь, пока мы не получим нужную нам информацию, - заявил наконец он – Жестко, согласен, но поверь, у нас нет иного выхода.
- Ты говори, что нужно – небрежно бросила Ася – А я посмотрю. Может и помогу тебе.
Лео повернулся к окну и открыл его - как, девушка не поняла. Может, был какой-то скрытый механизм. В помещение ворвался жаркий ветер, несущий в себе частицы песка и пыли. У Аси от неожиданности даже дыхание перехватило. До того в комнате был приятный, пусть и суховатый микроклимат, теперь же, с открытым окном стало заметно жарче.
Она подошла к окну и увидела...
Пустыню. Самую настоящую, насколько хватало глаз, во все стороны, до самого горизонта. и она не сомневалась, что и дальше будет тоже пустыня.
- Где я? - спросила она.
- Рядом с сердцем Гоби, - сказал Лео. И тут же пояснил:
- Если нужны подробности, то мы на территории аймака Уйнеговь, Южная Монголия. На двести километров во все стороны нет ничего, кроме песка и барханов. Так что тебе и впрямь не сбежать.
Ася посмотрела вниз. До песков было далековато, значит, она примерно на десятом этаже. Посмотреть вверх не удавалось, мешал козырек. 
- Высотка посреди пустыни? - высказала она. - Глупость какая!
Таким образом она хотела подбить Лео на объяснения, но тот не повелся.
- Воду и еду ты получишь, на остальное не рассчитывай. Мы экономим ресурсы
После чего пилот стремительно вышел из комнаты. Квартиры, если говорить точно. В которой не было ничего, никаких коммуникаций, а в туалете - только дыра в бетонном полу, сквозь которую можно было бы видеть нижний этаж, будь он освещен; никакой проводки, так что ночью тут делать было нечего. Благо, что тепло, но не факт, что это продлиться дольше - девушка вспомнила, что в пустыне температура меняется значительно в течение суток. Она походила по однокомнатной квартире, выглянула в окно - на нижний этаж не перелезть никак. Подергала ручку на входной двери - накрепко заперта, да и взламывать нечем, все у нее отобрали, кроме одежды.
Итак, Гоби. Значит, южнее находится граница с Китаем и его Сообществом единой судьбы. Существовали только две силы, которые были оппозиционны технократическому доминированию ОДН это Сообщество единой судьбы и Ибероамериканский альянс. ОДН предпочитает считать, что этих форматов нет. А вот, насколько знала Ася из новостей в даркнете, куда она периодически наведывалась, Сообщество единой судьбы  очень хорошо знает о существовании Иберийского альянса и ОДН. И мало того. внимательно следит за развитием событий.
Так почему же Меридиан окопался тут? Даже если это просто ячейка. Есть ли связь между ним и Китаем? Было бы интересно узнать конкретику касательно этого...
Прошло несколько дней. Точнее три дня. Как и обещал Лео, ей приносили воду, еду и примитивные предметы гигиены. В вечер четвертого дня за ней пришли два бородатых боевика и вежливо попросили следовать за ними.
На голову девушке набросили мешок и повели какими-то лестницами и коридорами.
Когда мешок с головы сняли, то Ася поняла, что вечер встречи героев прошлого не был окончен – перед ней стоял Мишель Голицын, некогда известный исполнитель великорусских романсов и инструмент влияния покойного Джефри Треверса. После «известных событий», поставленный на ноги лучшими психиатрами, Голицын так и не смог продолжить свою карьеру. Желтая пресса пестрела новостями о его пассиях. Потом он сделал какое-то заявление, которое никто толком не слышал, но за которое его обвинили в искажении идеи всечеловечества. Голицын исчез и поговаривали, что то ли сгинул в пруду или в болоте, то ли снаркоманился.
А он тут вот перед ней стоит. Живой. Правда не совсем здоровый, это точно. В одной руке он держал кислородный аппарат,  а другой опирался на трость. И шел он довольно тяжело, тщательно переставляя каждую ногу, словно те не слушались как следует владельца. Голицын уделял пристальное внимание ногам и ни малейшего - девушке, что та тоже невольно стала смотреть вниз.
Музыкант выглядел сильно постаревший, пережившим немало боли, судя по сосредоточенному выражению лица, нечёсаным космам с сильной проседью, неряшливой щетиной на щеках. На лице и на руках много золотых скобок и застарелых шрамов, вместо некоторых пальцев – протезы. Глаза вроде бы свои, но тоже не точно. А в носу прозрачные трубки, тянущиеся куда-то под куртку, где как будто выпирал баллон с кислородом. Должно быть, были у Голицына также и проблемы с внутренними органами.
- Какой сюрприз, верно? – голос Голицына был хриплым и изменен хирургически. Должно быть операция на гортани, причем явно в полевых условиях.
- Не сказала бы что приятный – отрезала Ася – Я то думала, что мы расстались друзьями
- Трусливый друг страшнее врага, ибо врага опасаешься, а на друга надеешься, как говорил Толстой – заметил Голицын
- У мужчин никогда нет умения слушать – фыркнула Ася – Итак, ты будешь злым или добрым полицейским?
- Ты знаешь, где мы находимся? - вместо ответа спросил скрипучим голосом Голицын. Он даже сидя опирался на трость, простую, с рукояткой в виде кривоватого и узловатого куска корня дерева. Таким бить удобно и болезненно, подумала вдруг девушка. Но, может, до этого не дойдет...
- Брошенный город, потому что пустыня все-таки победила? - предположила она.
Голицын медленно кивнул. он был облачен в бесформенную, песочного цвета хламиду, и потому непонятно было, есть ли у него какие-то еще проблемы со здоровьем, кроме ног. Но выглядел он определенно побитым. Что же с ним произошло?
- Этот город построили одиннадцать лет назад, но имени он так и не получил. - сказал Мишель. – Ну, знаешь, у всех были свои особые экономические зоны, чудеса инженерии и архитектуры… Монголия тоже захотела иметь свое чудо, посреди родной пустыни. Но чуда не случилось. И город бросили, построив половину из того, что хотели. жилые кварталы есть, а вот какой бы то ни было производственной составляющей - нет. И достался в итоге город разным кочевникам и тем, кто хочет жить свободно. Или наоборот, не может жить в определенных местах, при определенном правлении.
— Значит это ваша база – утвердительно сказала Ася – Не боитесь мне её показывать?
 Голицын осклабился.
- Ты всё равно ничего не расскажешь. – бросил боевик.
Это была не ирония. Собственно говоря, вряд ли вообще у этого человека осталась ирония. А ведь когда-то девочки-подростки просто тащились от него. Да и не только девочки-подростки если уж на то пошло.
- Хватит меня мистифицировать! – воскликнула Ася – Говорите немедленно, для чего я здесь. Со стороны вы выглядите именно как любители поговорить, не больше!
Сзади вырос Лео и с силой опустил девушку в полинялое кресло
- Что  тебе известно про «вытяжку»? – быстро спросил Голицын.
Ася нахмурилась.
- Что и всем – сказала девушка – Заряженная вода. Распространяется через автоматы розлива. Моя мать говорит, что это очень полезная вещь, но я как-то не очень к этим новым штучкам.
- Удивительно как это тебя ещё не подсадили – заметил Лео – Ты же из этих… элитных.
- Элитные бывают проститутки Лео Морган – ощерилась Ася – Кстати, я и концепцию абсолютного секса не разделяю. А то может ты решил…
- Хватит – жестко оборвал её Мишель – Нам нужны коды доступа к главному компьютеру управления в столице, через который распространяют энергетики по всей Великоруссии.
Ася округлила глаза.
- Ты упал? – поинтересовалась девушка – Мне-то откуда это знать? Я из страты дипломатов, а не ученых –
Лео навис над девушкой.
- А ты мне говорила, что для тебя раз плюнуть достать любой код.
Ася послала пилоту испепеляющий взгляд.
— Это было давно – сказала она – Я сейчас этим не занимаюсь. Навыки забылись.
Это было неправдой. Но какая разница. Не собиралась она им помогать. Если она им что-то расскажет убьют ведь. Правда и если не расскажет тоже убьют. Занятная история.
- Мы мастера задавать вопросы – хищно улыбнулся Голицын – И получать на них ответы. Передайте мне чемоданчик, лейтенант…
Ася заметила, что Лео немного замешкался, но все же передал бывшему музыканту металлический кейс. Голицын положил его на стол и открыл.
В руках Мишеля оказался компактный шлем, похожий на велосипедный. Мужчина быстро передал предмет Лео. Пилот нехотя кивнул и одел шлем на голову Аси. Говорить или как то ограждать её он не собирался.
- Должно быть ты не знаешь эту маленький аксессуар – заметил Мишель – Подарок наших восточных друзей. Можешь назвать это мозгосчитывателем. Сенсоры улавливают биологические токи мозга и выкачивают твои мысли. Так что правду не скрыть! Но есть побочный эффект. Обычно от этого прибора люди сходят с ума. Если переборщить с напряжением.
Ася увидела как Мишель нажал на свое запястье и в этот момент её пронзила острая но секундная боль. Как будто тысячи иголок воткнули в её мозг. А затем на неё напал дикий липкий страх. Девушку затрясло в судорогах.
Сколько продолжались ментальные истязания Ася не знала. Все еще сидя в одной позе, она только и могла видеть, как всё о чём она когда-либо думала методично проявляется на экране монитора. Перед ней проносились картины её прошлой жизни. Воспоминания оказались разрозненными и перемешанными.
Она уже не была уверенна, что всё это когда-то случилось на самом деле. Минуту спустя она уже не была уверенна, что знает кто она. Затем она просто решила, что думать об этом бесполезно а нужно просто смотреть в пустоту. Эта пустота прекрасна. И хорошо бы так просидеть всегда. Краем уха она слышала, что её о чем-то спрашивают.
- У меня нет доступа – монотонно ответила она.
Кто ответил? Кто это говорит? Она не знала кто говорит и кто спрашивает. И кто она сама, она тоже не знала. Ну и не важно это.
Её спрашивали имена людей с которыми она пересекалась во время всех этих своих светских встречах.
Что такое светские встречи? Какое смешное слово.
Она называла какие-то имена. Причем некоторых из них до настоящего момента она и не помнила. Значит, где-то в глубине разума они болтались без дела... Ну конечно, их лучше назвать и забыть…
Все набралось десятка два человек.
- Так, - кивнул Мишель. - С какими из этих людей у тебя были какие-либо совместные дела?
Ася покачала головой. Она не знала, что за дела были. Что за дела могут быть. И что такое вообще дела.
- Очень странно. Как такое может быть? Герой страны и мира, и ни с одним министром... Может, мощность мала? 
Девушка дернулась от новой волны огня, прокатившейся по всему ее телу. Горло сдавило, стало трудно дышать.
- Ты ее убить хочешь?! - услышала она откуда-то со стороны двери. Кричал кто-то другой. Послышалась какая-то возня, но Ася этого уже не видела. Она уже не могла вспомнить, как нужно дышать, и ощутила напряжение в легких, проваливаясь, по ощущениям - сквозь кресло, и дальше...
В какой момент она очнулась, она не знала.  И почувствовала, что ее сейчас вырвет. Благо, находилась она все еще в кресле, а чувствительность к конечностям немного, но вернулась. Едва успев собрать все силы и повернуться к краю кресла, девушка мучительно исторгла из себя жгучую желчь. Ну конечно, она ведь уже и не помнила, когда ела в последний раз!
И только немного придя в себя, она увидела, что попала точно в обрезанную пополам старую и грязную канистру, которую что-то предусмотрительно поставил рядом с креслом, в нужном месте.
Кто-то говорил в помещении. Не Лео и не Мишель. Кто-то другой. Это было понятно по восточно-азиатскому выговору. Кажется этот новый персонаж был недоволен.
Девушка попыталась встать, но поняла, что все силы, которые у нее накопились, только что потратила. Не получилось бы даже руку поднять, чтобы смахнуть слезы на глазах. Оставалось только растечься по креслу словно желе.
- Будьте вы прокляты, - пробормотала она, пытаясь разглядеть, кто на ней навис – И вы и ваша революция!
Теперь боевиков действительно было трое – Голицын со своей тростью (вот подожди, получишь ты ею по роже! - пообещала себе Ася твердо), Лео с непроницаемым выражением лица и третий, черноволосый мужчина с белой фарфоровой кожей. В отличие от сообщников он был одет в легкий коричневый костюм без галстука. От него пахло дорогим одеколоном. Он как раз и был самым предусмотрительным. Отодвинул канистру в сторону, выудил бутылку воды, приподнял девушке голову и дал напиться вволю.
- Вы были уверенны, что она вам ничего не расскажет? – спросил мужчина – Почему вы западники всегда так обращаетесь с женщинами? Её можно очаровать, обмануть, показать ей правду наконец. Вам бы не дознания проводить, а контрабанду возить, как прежде...
- Не забывайся Янь Цзинь! – гневно бросил Голицын – Мы всё организовали. Мы боролись с ОДН ещё до образования Сообщества. Это вы нашли нас. Это вы заинтересованы в нас.
Человек которого звали Янь Цзинь фыркнул.
- Совсем нет – сказал мужчина – Операций вы проводите мало и низкого качества. Эта тому пример. Вам нужна информация, а вы превратите её в овощ.
- Сообществу легко говорить – вспыхнул Лео – Сообщество как всегда не спешит. А между тем наша планета катиться к чертям. Эти программы ОДН по трансгуманизму... Мы должны их остановить любой ценой.
- И что вы узнали? – спросил Янь Цзинь
- Ничего, - вынужден был признать Голицын. - Она не в курсе дел Покровской и ее приближенных. Или же очень хорошо скрывает это.
- Наш прибор прочтет любые мысли – веско возразил Янь Цзинь – Именно для этого вам и передали подобную технологию. У вас есть… – мужчина неожиданно осекся и криво ухмыльнулся – Кажется ваша пленница слышит каждое наше слово.
Ася хотела закрыть глаза и затаить дыхание, но не успела. Ей в лицо снова чем-то брызнули и она провалилась в небытие.
А очнувшись в третий раз, вновь через неопределенное время, хотя свет из окна, кажется, лился с той же интенсивностью и под тем же углом, Ася поняла, что ее переместили с кресла на... стол? И на столешнице крепко ее зафиксировали. При этом она чувствовала себя лучше, не тошнило и голова была относительно ясная. Значит, никаких транквилизаторов теперь.
Рядом сидел на стуле Голицын, все так же теребя в руках трость. Лео был по другую сторону стола. Мужчины по имени Янь Цзинь не было.
- Что теперь? - фыркнула девушка и поняла, что может теперь нормально говорить. – Вы, олухи, хотя бы опытным путем поняли, что я не знаю ничего из того, что вам нужно. Потому что я не участвую во всем этом. Изначально так было. Я против ОДН и всего, что с ним связанно!
- Ну, конечно, так тебе и поверили, - вклинился Голицын. - А герой страны и мира, скажешь, тоже не ты?
- Нет, на меня навесили это «звание», без моего согласия!
- Что ж ты тогда прилюдно от него не откажешься? - ухмыльнулся Голицын. - Выйди во время очередной церемонии, которую проводит твоя мать или её фаворитка Овчинникова-Асфур и скажи: я не герой, и вы все врете!
Девушка не нашлась, что ответить. Да нет она бы вышла. Просто… Просто всем плевать. Все поверили в сказку о вечном мире.
- Ага – торжествовал Голицын – Потому что тебя все устраивает. И система тебя тоже устраивает. Ты ведь обычная дипломатическая крыса. Ездишь по миру, наслаждаешься благами ОДН. Изображаешь, что свободна.
- А чем вы лучше? – спросила Ася – Вы устраиваете пытки. Даже не разобравшись что к чему? И как далеко вы готовы были зайти?
- По обстоятельствам – жестко отчеканил Лео – Ты не знаешь, что поставлено на карту. Когда у людей отнимают традиции, веру, когда пропагандируют свободу от всего. И заставляют пить этот эликсир счастья. Это общество победившего сатанизма.
- Вы не понимаете, не все так плохо, как может показаться со стороны, - посчитала нужным внести ясность Ася - Перегибов очень много, но сама идея...
— Вот видишь! - обрадовался Голицын. - Ты защищаешь ОДН!
- Нет, - девушка чувствовала, что вновь ее тело хочет провалиться в сон. Не до конца еще прошел эффект- Идею. Сама идея нормальная, но как ее реализуют... Моя мать никогда не будет приветствовать сатанизм.
Она закашлялась, и вспышка резкой боли в голове заставила ее поморщиться и замолчать.
-  С тобой все ясно, - покачал головой Клауд и посмотрел на Лео. – Ты должен признать, что она безнадежна и остается только одно средство.
Асю пробрало холодом и она завозилась на столе. Бесполезно. Привязана она была профессионально.
Лео кивнул.
- Анастасия Покровская – объявил пилот – За преступления общества процветания перед человечеством мы приговариваем тебя к смертной казни. Твой приговор будет приведен в исполнение в прямом эфире всех стран ОДН.
- Чего?! - выдохнула девушка, не веря своим ушам. А потом она снова провалилась в беспамятство.

******
Сейчас
- Действие веритайзера заканчивается – услышала Ася голос министра Джарданова – Уведите её. Я продолжу с ней завтра.
Два синтетика подхватили девушку под руки и вытащили из каюты министра как будто она была мешком с картошкой.
Голова гудела. Тошнило. Но оно того стоило. Министр заглотил приманку. Она будет рассказывать ему всё, без малейшей утайки. Если парни сработают как умеют, то эти знания министру не понадобятся.
Удивительно, но воспоминания которые она рассказывала сейчас не вызывали у неё никакой боли. Ибо теперь она знала, что такое ОДН и она тоже пойдет на всё, чтобы остановить их. Только это поможет спасти её мать.



******
Даша Раевская ехала в вакуумном лифте из своего кампуса-34 в центр Солис-Сити, туда где высилась башня Международного института согласия и равенства. Ехала одним и тем же путем, в одно и то же время, как и прошлые два месяца, с тех пор, как впервые попала сюда и встретила профессора Алькасара. За эти два месяца Система трубного транспорта (сокращенно TTS) уже перестала её удивлять. И вид футуристичного города тоже стал привычным и однообразным.
Ее больше интересовали возможности, которые предоставляла новая работа. И этот интерес не ослабевал. Вот и теперь, она с нетерпением ждала, когда вновь окажется в своей лаборатории и приступит к работе над очередной программой для ОДН.
Она быстро припомнила, на чем остановилась вчера поздно вечером, когда уже сам профессор Алькасар пришел напомнить ей о необходимости сделать перерыв.
Эти два месяца Даша ходила за профессором повсюду. Алькасар знал множество людей и встречался с ними в самых разных местах. Это могла быть научно-практическая конференция, коллоквиум историков. Вечером это мог быть ужин с представителями дипломатического корпуса. И все они проявляли к Даше большой интерес. Живо интересовались её исследованиями и заказывали для неё особые блюда. Ренато Алькасар, несмотря на свою… скептичность к идеи Всечеловечества был вхож и принимаем самыми утонченными людьми Солис-Сити. Через него социальный статус Даши рос день ото дня. Она развлекалась с модными художниками и молодыми архитекторами, ведя утонченные беседы.
Однако к своей работе он её пока не допускал.
В последнее время она работала над программой «Национальное примирение и согласие». Нейросеть сформировала базис для этой программы, и теперь нужно было проверить каждую строку, прежде чем давать положительное заключение по ней, проводить первичное тестирование на добровольцах, составлять отчет по реакциям и только по итогу получения нужных результатов направлять ее в Штаб-квартиру ОДН, где проводилось бы окончательное тестирование и последующее внедрение.
Ранее девушка уже отправила на обработку нейросети следующие тезисы: национальное примирение в стратегическом отношении является очевидным путем материализации идеи неконфронтационного политического мышления. В реалистическом плане это наилучший в конструктивном плане способ проработки национальных, межнациональных и региональных конфликтов, ранее достигших стагнации. И в целом, это способ снижения противоречий на глобальном уровне. Затем, национальное примирение - наиболее продуктивный способ развития социальных процессов в странах где подобные преобразования столкнулись с непреодолимыми силами разного характера, экономического, политического и прочих.
Теперь же следовало сделать запрос на формирование в заданных параметрах итогового результата и запросить варианты развития событий при реализации его в контрольной группе добровольцев. - классу среднего школьного возраста разных рас. Лично перед ними Даша никогда не показывалась, классом занимались ИИ-учителя, они их и успокаивали в случае волнений сверх положенной меры.
Пока программа будет внедряться в их стандартное обучение, незаметно, пассивно, нейросети проведут наблюдение и выявят все недочеты. Итоговой целью было привить подопытным отрицание к любой розни по любому признаку, хоть половому, хоть национальному. Неслучайно для этого был выбрана именно Африка, территория,  населенная самыми разными племенами, имевшими собственные, отличные от соседских, традиции и верования. Теперь, постаравшись сохранить эти традиции, необходимо было также привить и новый взгляд на мир - более открытый, добросердечный и послушный.
Иными словами, работы предстояло еще очень много, не на несколько дней, а скорее, на насколько недель. Изначально, концепция национального примирения и согласия  была впервые широко представлена на сорок первой сессии Генеральной Ассамблеи ООН, и озвучена как «базовая модель урегулирования внутринациональных и региональных конфликтов». Кое-что было взято оттуда, однако понятно, что с тех пор некоторые аспекты устарели и их следовало выявить и заменить на современные, с учетом текущий реалий в мировой политике и технологическом рывке. Кроме того, Даша считала, что концепция размывает национальную идентичность и не учитывает этнические и национально-культурные особенности при урегулировании конфликтов. Собственно именно поэтому старая ООН не смогла решить ни одной глобальной проблемы и косвенно стала причиной войны с «Зеленым фронтом».
Кабина лифта поравнялась с  первым пропускным пунктом Башни, прошла его автоматически, просканировав единственную пассажирку.
Здесь Даша вышла из кабины, пересекла аллею зелено-розовых деревьев или аллею равенства и поднялась по лестнице из одиннадцати ступенек. Над стеклянными дверьми Института согласия и равенства вошедшего туда приветствовал девиз
«Diversity, Equity, Inclusion»
Именуемое просто DEI –  это было общее название для комплекса мер проводимых Институтом по поддержанию уровня всеобщего счастья и процветания.
Эскалатор вознес девушку до периметра защиты Башни. Здесь имелась охрана и даже вооруженная. Хотя Даша не понимала, чему такие меры, к чему превращать Институт к режимный объект - здесь же не военная база с оружием или чем-то подобным. И нейросети не собираются превращаться в глобальную угрозу человечеству, у них для этого недостаточно не только разумности настоящей, но и подобия разумности искусственной. Разве что боевики Скрытого пути…
Два синтетика завели девушку в капсулу идентификации. Просканировали сетчатку, дыхание, идентифицировали голос. Людей на этой работе давно не было, их заменили человекоподобные роботы, облаченные в сероватую форменную одежду, с бесстрастными серыми лицами.
- Дарья Раевская, департамент политической этнографии – буднично представилась она.
- Проходите, - разрешил синтетик – Ваша идентификация подтверждена. Боготворите науку, наслаждайтесь счастьем
- Благодарю вас – кивнула девушка, проходя сквозь рамку детектора.
Едва она прошла, девушку арестовали.
Дальнейшее было как в тумане. Даша помнила, что синтетики куда-то её отвели. Потом ей вежливо и долго задавал вопросы социальный инспектор разнообразия и равенства. Он подробно спросил девушку о её образовании, социальной стратификации, о теме диссертации и о её научных планах. Она скупо отвечала. Хотя девушку очень соблазнял вариант броситься на всё великолепие стекла и пластика и это всё самое великолепие перебить, выразив таким вот образом свой протест. Однако рациональность вовремя взяла верх. Таким образом точно делу не поможешь. Ещё и умалишённой объявят.
 Больше всего социального инспектор интересовал профессор Алькасар и его работы. Её спрашивали, что она знает о его работах и в каких работах уже успела принять участие? Даша отвечала, что ничего не знает и занимается только утвержденной программой национального примирения. Никаких секретных поручений или инструкций, которые как либо порочили бы идею Всечеловечества, от Алькасара или от кого бы то ни было ещё, Даша не получала.
- Вам знакома его политическая позиция? – спросил социальный инспектор
- Я предпочитаю не обсуждать такие вопросы – отвечала Даша – Ведь это противоречит  шестой статье пакта Всечеловечества. Никогда не обсуждать с человеком его политические убеждения. Эмоциональные разговоры не способствуют счастью.
Социальный инспектор нахмурился.
- Но вы политический этнограф, вам это не запрещено.
Даша пожевала губами.
- Я не считаю нужным выделять себя из социума.
- Возможно профессор Алькасар сам рассказывал вам какие-то свои тезисы? – последовал вопрос.
Даша снова ответила отрицательно.
Следующего вопроса не последовало – в комнату, где допрашивали девушку вошло новое лицо. Важную гостью сопровождали Социальный инспектор прервал допрос и вытянулся в рост. За те два месяца, что Даша была здесь, её всегда поражало, что в ОДН несмотря на декларацию общих ценностей Всечеловечества, чиновники отдавали прямо-таки милитаристским уклоном нацизма. 
Социальный инспектор сделал вежливый кивок гостье и будто прочитав в её глазах нечто, тут-же решил поспешно ретироваться, оставив допрашиваемую с новым гостем.
И так Даша ещё раз встретилась с  Александрой Овчинниковой-Асфур.
- Грустно встречаться при таких обстоятельствах – приветствовала девушку сенатор – Но иногда они неумолимы. Однако поверьте, что я здесь для того, чтобы разрешить всё наилучшим образом и в первую очередь для вас.
- Ну так освободите меня! – потребовала Даша – Я не понимаю по какому праву меня задержали! Я задержана без всяких на то оснований! Я ни в чем не виновата! Ни в чем!
- О в этом нет никакого сомнения – заявила Александра – И задерживать вас решительно никто не собирается.
Уже по благостному тону сенатора, Даша поняла, что это смысловая ловушка. И значит уйти она сможет только если сообщит или сделает что-то, что нужно её «тюремщикам». Осознав это, девушка решила, что её главный помощник полное спокойствие.
- Мы давно за вами наблюдаем – сказала Александра – Тема вашей диссертации заинтересовала не только профессора Алькасара. Он ведь знакомил вас со своей теорией. И не надо отпираться. У меня мыслительный коэффициент выше чем у социального инспектора и я прекрасно понимаю насколько соблазнительными могут быть для юного дарования революционные мысли.
- Профессор Алькасар не революционер – возразила Даша.
- Верно – сказала Александра – Он реакционер. Как я вам и говорила он поклоняется старым культам. Это не преступление. Но старые культы мешают всеобщему процветанию и счастью.
Даша хотела снова возразить, сказав что традиции и определяют человека человеком, но Алекандра её прервала.
- Здесь становится душно – сказала она – Совершим небольшую прогулку?
Будто бы у неё был выбор? Естественно нет. Минуту спустя они вышли из башни Института и по длинной стеклянной лестнице спустились в розово-голубо-зеленый Сад Наслаждений.
- Традиции учат нас, что нельзя просто так наслаждаться счастьем – говорила Александра – Традиции устанавливают запрет. Само собой это противоречит идеи Всечеловечества. Мы культивируем наслаждение и через наслаждение получаем счастье. И не требуем за это никаких жертв. И соответственно не устанавливаем запреты.
- Но разве мы не должны обращать внимание на мудрость старшего поколения? – спросила Даша – Традиции предохраняют нас от необдуманного.
Александра пожала плечами.
- Знаете, мировая история полна консервативных лже-пророков, которые утверждали, что если мыться, то непременно попадешь в Ад – заметила сенатор – Человечество избавилось от эпидемий когда научилось мыслить рационально. Где же здесь необдуманность?
- А что если профессор Алькасар прав и мы слишком полагаемся на нашу систему абстрактного моделирования?
- Предположим – кивнула Александра – Однако у него весьма странное поведение, не находите? Сначала он критикует нашу концепцию этнографического нейромоделирования. И имеет как ученый на это полное право. Но вместо того, чтобы выступить в научном поединке с другим этнографом, который возможно достаточно умен, чтобы разложить его ошибки, Алькасар прячет выводы своей работы под подушку и делится ими только с группкой избранных. Так почему мы не должны считать, что Алькасар смутьян, который не хочет заглянуть за кулисы? Вы политический этнограф, Дарья Александровна и если Алькасар лжец, то ваш моральный долг выявить это.
Ах ловко она меня подвела к этому поручению, мелькнуло в голове Даши
- А если нет? – пожала плечами девушка – Если теория верна?
- Вы должны опровергнуть его результаты – веско сказала Александра – Если его расчеты верны, то вы займете его место и скорректируете программу. Мы решим кризис быстро и безболезненно, не лишая беззаботности и счастья наших граждан. Долг человека из страты ученых, Дарья Александровна.
- С чего мне верить политику и дипломату? – спросила девушка.
- Нужно верить тем, кто положил конец кризисам, голоду и войнам – сказала Александра – А не тому, кто хочет разжечь новую, увлекаясь старыми культами. Я скажу как можно проще, Даша. Если вы не разберетесь в этом вопросе, то разберутся другие и используют это против вас. Как случилось с вашим… гуру. Ассамблея стала проявлять все большую враждебность к его действиям. На его новых сторонников оказывают все большее давление. Именно поэтому возникшую проблему нужно решить именно сейчас. Для всеобщего успокоения.
- Как вы хотите, чтобы я это сделала? – нахмурилась Даша
- Профессор Алькасар просил вас найти доказательства своей теории – оборонила Александра –  Я прошу вас найти опровержение. Если вы не найдете опровержение, значит его теория верна. Это очень простая игра в верификации и фальсификации. Сыграйте в эту игру. Идите от противного и вам откроется ответ. Камни помогут вам в этом…
Сердце Даши на секунду зашлось.
- Камни? – переспросила она – Мне предоставят доступ в лабораторию по изучению реликвий?
Сенатор благодушно улыбнулась.
- Мы просто хотим знать правду – сказала Александра – Больше ничего.
На этом сенатор завершила встречу, оставив стоять девушку посреди парка. Выбора у Даши действительно никакого не было, кроме как согласиться.
Через два часа ей предоставили полный доступ к изъятым архивам профессора Алькасара и открыли доступ в «Лабораторию по изучению реликвий», куда пускали даже не всех из страты ученых. Именно там и проводились опыты с Кастильскими камнями.
Эти камни манили девушку ещё с тех самых пор, когда она писала диссертацию. Теперь же у неё появилась возможность прикоснуться к ним. Кастильские камни представляли собой всё, чем живет наука. Смесь древности и прогресса. У неё в руках будет живая история.
К чему действительно эти загадочные разговоры Алькасара, когда есть то, что избавляет людей от проблем и позволяет им жить в мире и благоденствии? В конце концов слова Алькасара это просто слова. А что такое слова против цифр? Слова могут врать. Цифры нет.
Или могут?
Ерунда, она всё равно не владеет порядковым анализом, чтобы опровергнуть результаты нейросети. Значит в её случае всё действительно упирается в веру? Но в веру во что? Ей было неловко от того, что в ней проснулся дух противоречия. Наука требует точных фактов а не приблизительности и уж точно не личных эмоций
Она размышляла об этом всю дорогу пока шла в лабораторию. Девушку удивило, что никто её не сопровождает. Несколько часов назад её арестовали по подозрению. А теперь все как будто забыли о её существовании. В этом что-то было определенно не так.
Необходимая лаборатория располагалась на самом верхнем уровне Башни. Там, где не было уже ничего кроме небесного свода. Обыватели вообще считали, что у башни Института согласия и равенства нет последнего этажа. Но этот этаж был. И как можно было видеть Башня заканчивалась тонким и заостренным словно гигантская иголка шпилем. Лаборатория по изучению реликвий соседствовала с собственным автономным дата центром, где нейросеть аккумулировала данные исследования камней и передавала их на спутниковую группировку, которая когда-то была запущенна маньяком миллиардером, чтобы подчинить Землю, а нынче служила вполне благим целям. Спутники передавали информацию в приемные Башни стран ОДН.
От высоты у Даши немного закружилась голова. Взглянув в панорамное окно, ей почудилось, что в темном небе она словно оказалась на гигантской вате. Где-то далеко-далеко внизу начинали зажигаться огоньки. Девушка тряхнула головой. Она и не заметила, что уже наступил вечер.
Через двери, Даша прошла беспрепятственно - пропуск уже работал, и попала в «Лабораторию по изучению реликвий». Внешне такую же, как и ее лаборатория, потому как все в башни было стандартизировано, отличалось только оборудование.   
Никто не спрашивал, что она тут делает, но не потому, что все уже получили сообщение о ее назначении на объект. А просто потому, что спрашивать было некому. Эта странность поразила Дашу не меньше чем отсутствие сопровождения. Не только охраны, здесь не было даже ученых. Лаборатория была пуста. Только гул генераторов нарушал тишину.
Однако впечатление пустоты было обманчивым. Работа здесь шла. Однако весь рабочий процесс проводился исключительно ИИ. В скупом свете круглых бледных ламп девушка увидела пьедесталы с манипуляторами для мелкой и точной работы, скрытые под стеклянными куполами стояли в ряд, и между ними можно было свободно пройти, осмотреть каждый из них со всех сторон. Куполов таких, похожих на цилиндры, было гораздо больше. Но они не интересовали Дашу. Её взгляд притягивает пульсирующий словно бьющееся сердце треугольник реактора, от которого целые пучки проводов в разных направлениях, скрываясь в специальных отверстиях в полу на границе куполов. Здесь, в этом реакторе билась энергия человечества. Кастильские камни сияли ярчайшим светом, катализируя вырабатываемую энергию. Бесконечную энергию.
Несколько минут Даша стояла словно завороженная. Она не могла отвести взгляд. Она словно оказалась рядом с Богом. Мягкий гул реактора заполнял помещение, создавая атмосферу постоянной напряжённости и действительности. Казалось, это сердце действительно живое — немое и могущественное, готовое выпустить на волю всю свою мощь.
Ей хотелось подойти ближе, ощутить эту энергию, познать тайны, скрывающиеся за стеклянными стенами. Она шагнула к одному из куполов и, прикоснувшись к прохладному стеклу, с любопытством заглянула внутрь. Внутри стояла сложная механика, незнакомые машины и системы, слаженно работающие друг с другом, как часть одного единого организма.
Даша вспомнила уроки истории: как люди мечтали о технологиях, которые когда-то сделают их жизнь лучше, но в конечном итоге превратили её в бесконечный цикл бездушной работы. Теперь, когда ИИ занимался всем, взлетело ли человечество ввысь, или же стало просто зрителями на своей же сцене?
Девушка приложила карточку к считывателю и ввела дезактивационный код для сервисного обслуживания. Это было простое любопытство. Ей хотелось хоть на секунду взять в руки то, что давало жизнь человечеству.
Генераторы стихли. С шипением пневматики поднялась стеклянная крышка. Даша затаила дыхание.
Да! Несомненно. Теперь она знала во что она верит. Александра была тысячу раз права! Да кому нужны эти традиции и верования, если есть… ЭТО!
Она взяла в руки изумруд, по легенде камень терпения и внимательно рассматривала его, ощущая связь с тысячелетней историей, которая была заключена в этом чуде природы. Каждая его грань, каждая трещинка напоминали о древних шахтах, где он когда-то был добыт, и о тех, кто мечтал о богатстве, владея таким великолепием. О той силе, что скрыта в этом камне. В каждом из них.
Несомненно она опровергнет теорию Алькасара. И как она могла только поверить ему? Непременно опровергнет, вот только положу камень на место.
Она не могла сказать точно, что произошло дальше… может быть она плохо положила камень или он как-то предательски выскользнул из её пальцев…
Не больше двух секунд Даша наблюдала, как изумруд падает на пол. Но эти секунды показались девушки вечностью.
Изумруд упал.
И разлетелся в стеклянную, зеленоватую пыль.
Это было простое стекло.
А Даша как стояла, так и осталась стоять словно кто-то наложил на неё заклятье.
Но позвольте? Как же это? Что за дешевый грязный трюк с ней сыграли?
Девушка повернула головой и посмотрела на реактор. Энергия, Всечеловечество. Этот Институт… И всё фальшивое. Всё обман. Даша вдруг почувствовала себя Алисой  вокруг которой разлетаются карты. Как будто не было ни генератора, ни камней. Словно бы тление охватило всё вокруг. Она успела сделать несколько шагов вперёд, когда неожиданно раздался треск, и лампы мигнули, погружая всё в полумрак. Девушка вскрикнула от неожиданности, и её сердце забилось быстрее. Темнота, казалось, нарастала вокруг, как будто что-то беспокойное пробуждается в этом месте.
Она почувствовала, как земля под ногами слегка задрожала. Ей нужно было укрыться, и она быстро оглянулась в поисках выхода. Но пока она искала безопасное место, из глубины реактора раздался глухой звук, заставивший её сердце замереть. Что-то менялось, и свет снова начал мерцать, но теперь он был нервным, хаотичным, и в этих отблесках она увидела тень, скользящую в глубине куполов.
Где-то завыл сигнал тревоги. Послышался топот сотен тяжелых армейских ботинок.
Огонь по ней открыли сразу. Даже не разбираясь по кому стреляют. Даша едва успела пригнуться. Пожалуй только свист пуль импульсных винтовок привел её в чувство. Нужно было выбираться из этого местечка.
Она бросилась к ближайшей двери, но, к её ужасу, она оказалась заблокирована. адреналин стучал в висках. Даша повернула в другую сторону, ища любой выход, но пространство вокруг было словно заколдованным: повороты, коридоры и лестницы сливались в одну запутанную паутину.
Сердце девушки лихорадочно билось в такт собственным шагам. Представляться она не собиралась. После того, что она узнала, её расстреляют на месте. Ну собственно с ней это и хотели сделать.
Она поправила спавшие очки и метнулась к импровизированному укрытию в виде купола. Если она будет сидеть тихо, то возможно синтетики решат, что она сумела выскользнуть из помещения лаборатории.
Сердце зашлось, когда один из охранников с лычками лейтенанта. Не синтетик остановился прямо возле купола.
- Проникновение в «лабораторию по изучению реликвий», миледи –бесстрастно доложил офицер – Обнаружено повреждение саркофага. Нарушитель не опознан. Должно быть умелый боевик из коммунистов.
- Не утомляйте меня подробностями! – услышала Даша, к своему ужасу, голос Александры Овчинниковой-Асфур. Правда совсем иной. Холодный и бесстрастный. Но голос сенатора, вне всякого сомнения. – Немедленно найдите и убейте нарушителя лейтенант. И не занимайте меня вашей работой. Я думаю, что ректора не обрадует ваша оплошность –
- Мы исполним приказание, миледи – в голосе офицера пробежал сильный страх
Ну уж нет, решила Даша. Вы что забыли про умелого боевика?
Девушка извернулась и улучив момент, схватила ремень от импульсной винтовки лейтенанта и что есть силы дернула его по дуге вверх. Удар приклада пришелся куда-то в область челюсти офицера и тот от мешком осел пол.
Не долго думая, Даша схватила его небольшой парашютный ранец, полагавшийся для страховки и припустила по коридору. Ей в след неслись крики и свистели пули. Даша подняла свою винтовку и наугад пальнула куда-то в сторону. Винтовкой она никогда не пользовалась, поэтому отдача чуть не вывернула ей сустав.
Даша бежала. В коридоре царил хаос — звуки выстрелов, окрики, и ползущие по стенам тени солдат-синтетиков, которых она только что миновала… Девушку словно поместили в компьютерную игру.
Коридор закончился. Девушка выбежала на вертолетную площадку. В лицо ударил бешенный ветер. Сердце из-за высотного давления колотилось так, что, казалось, оно вот-вот вырвется из груди. Охватив себя холодными руками, Даша сделала глубокий вдох и попыталась собраться. В голове пронеслось множество мыслей, но одна из них выделялась ярче других – выжить любой ценой.
Снова приближался топот. Где-то зашумел вертолет. Всё, она в ловушке! Впереди опасность. Позади тоже. Бежать было больше некуда.
Выход был только один. В другой момент она, подумав, наверное испугалась бы этого выхода, но думать было некогда. Сейчас нужно было только действовать.
Выдохнув, девушка быстро перекрестилась и прыгнула в небесное безмолвие.
Сердце ощутило пустоту и готово было разорваться в любой момент. Даша попыталась успокоится и нашла подходящий воздушный поток, который понес её.
Все мысли потом. Сейчас их надо отбросить. Девушка позволила заполнить сознанием ощущением абсолютной свободы и стремительного полета. Мимо неё проносились разноцветные уровни Башни.
В какой-то момент сработала парашютная автоматика и белоснежный купол опустил девушку на кроны деревьев в Аллее равенства, зацепившись за электропровода.
Даша тяжело дыша поспешно скинула с себя парашютный рюкзак и побежала через алею. Здесь ей стало несколько легче. Настолько, что она поняла, что портфель и рабочие документы остались в Башне. Нечего конечно было и думать возвращаться за ними. Задыхаясь Даша пересекла уже кажущуюся ей зловещей аллею и запрыгнула в первое попавшееся аэротакси.
Девушка оглянулась. Погони не было. Оставалось только надеяться, что в Башне не сразу сообразят, куда именно она делась и не сразу определят её личность. Во всяком случае ясно одно – в Институт она не вернется. С неё хватило согласия и равенства.

******
Александра Овчинникова-Асфур стояла возле изрешеченной пулями стены лаборатории по исследованию реликвий. Возле неё зудел лейтенант МНК, пытаясь оправдать свой провал. Она безусловно могла его убить, но она не Анастасия Урусова. Она не склонна к эмоциональным всплескам немотивированной агрессии. Во главу угла Александра всегда ставила рациональность. Именно поэтому она здесь, а Анастасия сгорела в недрах планеты.
Александра повертела головой, оценивая ущерб. А эта Раевская тут неплохо поработала. У девочки отличный потенциал. Сосуд? Кандидат на обращение? Всякое возможно.
Но это потом.
Наконец она решила обратить внимание на офицера.
- Т-там ректор он….
- Да?
- Т-требует – жаловался лейтенант.
- В самом деле? – поинтересовалась Александра.
- В-вас. Немедленно.
- Неужели?
Прошло ещё время. Офицер что-то говорил ей, Охотница не слушала. Скучно. Ах как всё это скучно. Действительно, Анастасия уже бы отрезала этому лейтенанту голову. Просто потому что надоел. Она любила брать что-то живое и давить его, оставляя за собой тлен. Любопытно почему? Жаль, что уже не расскажет.
Александра манерно поджала губы.
- Перевести сигнал в мой офис.
- Д-да, миледи – стекся в поклоне офицер.
Она не стала заставлять ректора ждать. Только одно существо в целом мире могло бы вселить страх в мрачные уголки мрачной души Александры. Нет лично его она не боялась. Относилась с опаской. Как укротительница заходит в пасть ко льву. Если ты знаешь, что лев царь и убедишь его, что ты в это веришь, то он не откусит тебе голову. Анастасия это забыла. Она нет.
- Новый этнограф не прошла испытание – сообщила Александра как будто в пустоту – Боюсь, что вы выбрали неправильно. 
- Напротив – ответил голос откуда то из пустоты – Всё прошло именно так, как я задумал. Она не смогла устоять перед искушением и теперь увидев ложь, она будет искать правду. Мы будем следить за ней и она найдет для нас то, что нам нужно. Страстной натуре всегда кажется, что она подчиняется исключительно собственной воле.
- Вы хотите сказать, что она каким-то образом окажется вместе со сбежавшим объектом?
Её всегда поражало, что её собеседник думает на несколько дней вперед, а иногда и лет.
- Я предвижу это – ответил голос – Знаешь, все кто считает себя защитниками человечества всегда объединяются в самую нелепую компанию из возможных. Мы же действуем из тени.
— Именно это и позволяет нам побеждать и поддерживать порядок в мире – заявила Александра – А для тех, кто вносит диссонанс у нас есть длинный хлыст.
- Верно – согласился голос – Но не стоит переоценивать хлыст. Важнее не то, что он у тебя есть, а правильность времени удара этим хлыстом… Отправь близняшек.
- Уже сделано.
Анастасия непременно бы начала выклянчивать задание для себя лично. Александра подождет пока его сделают другие. Всегда лучше не быть хлыстом, а управлять им. Это было ещё одно фатальное различие.
Хлыст сохранял баланс и устойчивость. Так было есть и будет.

******
В этот день Кирсанов проснулся поздно. Около половины двенадцатого. Его сон, несмотря на ночной разговор, был глубоким и продолжительным и впервые за много лет спокойным.
Кирсанов принял ванну и ему был выдан новый комплект одежды и белья, на которые он всё ещё смотрел с настороженностью.
После утренних процедур его осмотрел врач, что-то многозначительно покивал и ушел. Служанка немного погодя принесла ему завтрак -  чашку кофе, два яйца всмятку, сосиски и белый хлеб с маслом.
Его пребывание было похоже на комфортабельный санаторий. Правда из санатория ты всегда можешь свободно выйти, а здесь возле его комнаты неотлучно стояли королевские гвардейцы.
Нет, ограничивать его дееспособность вроде бы никто не собирался. Наверное он бы сам мог уйти куда пожелает. Весь фокус-то был в том, что он не мог никуда уйти потому, что ему некуда было идти. Он даже свое имя-то не очень ещё признавал. А тут куда-то идти… Нужно ещё выяснить возможные последствия такого похода. А это он может сделать, только через хозяйку этого дворца.
Съев и выпив, что ему принесли, Кирсанов подумал, что в общем-то из всех возможных вариантов ему выпал самый удачный. Мало того, что жив, так ещё и здоров и попал в место, где о нём заботятся, охраняют. Да и ещё и девушка красивая. Вот уж действительно дуракам везёт.
Тогда и пришло решение – посмотреть местные интерьеры. Молодой человек нацепил тапочки, халат на пижаму и вышел в коридор. Высокие потолки, классический интерьер, однако ничего вычурного. Как и ничего слишком футуристичного. Ничего здесь не свидетельствовало о том, что он отсутствовал пятнадцать лет и что теперь он, по сути, в будущем. 
Кирсанов прислушался - где-то вдалеке, кажется, гремели посудой, или же так ему хотелось это слышать, чтобы окружение перестало на него давить. Он вновь пошел наугад, хотя и старался запомнить обратный путь - совсем не хотелось бы потом оказаться в каком-то дальнем крыле дворца и ждать, когда его найдут и выведут обратно в комнату. Или вовсе прочь за территорию - чтоб не шлялся, где не следует.
И в этом случае тем более нужно было собрать побольше информации об окружении. Кирсанов стал ходить коридорам уже более осмысленно, но при этом не дергая за ручки попадающихся дверей - было бы совсем неприятно, если он откроет дверь туда, где были бы совсем не рады незваному гостю, рамки приличия все же следует соблюдать, насколько это возможно. Международная вежливость, понимаешь.
Он смотрел на стены, на картины, висящие на них, но те не давали никаких полезных подсказок. Обычные для подобного места пейзажи, некие люди в средневековых одеждах и горделивых позах. Тяжелые деревянные рамы, полотна разных размеров, от совсем небольших, до тех, которые занимали всю стену. Но и вновь — только это, только классика, безо всяких намеков на пятнадцать лет вперед, на будущее. Впрочем, а что он ожидал? Тут могли бы летать дроны охранные, или, может, все было бы в голограммах? Кирсанов посмотрел на потолок: светильники с вензелями, как и положено дворцу в его нынешнем стиле хорошо сохранившегося прошлого.
Коридор вывел молодого человека к большому панорамному окну, почти до пола оно выходило на луг, который заканчивался намеком на ограду - должно быть, концом территории дворца, а на само горизонте, в сизой дыме, виднелись горы. Была ранняя весна, но в здешних краях это означало уже начало полноценного роста травы - изумрудная зелень, за которой явно присматривали, простиралась, насколько было видно, во все стороны. Возможно, и за забором была та же картина. А вот в горах все было иначе. Зачем же он туда пошел, а не остался в низине? Кирсанов задумался, пытаясь вспомнить, но это не удавалось. Наверное, все же стоит вспоминать последовательно...
Где-то на этаже, а Кирсанов решил, что он на первом, если судить по виду из окна, раздался некий шум, и мужчина пошел в его сторону. На этот раз уже просто из любопытства, а также потому, что не хотел возвращаться в комнату. Что ему там, спать только, и все.
Пройдя по коридорам, он вышел в большой зал, где скопилось много прислуги, и все они занимались  сервировкой длинного стола. Столовая, и близится время обеда, тут же подумал Кирсанов. На него покосились, и только, продолжая работать. Кирсанов не стал задерживаться, спрашивать кого-то о чем-то. Зачем мешать выполнять свои обязанности? Невежливо. Кое-что он уже выяснил: здесь есть люди, и много. Вряд ли для него одного станут организовывать целую постановку с попытками показать невесть что.
Кирсанов пошел дальше, надеясь, что выйдет в библиотеку или, может, ротонду со стеклянной крышей, которая позволит увидеть небо полноценно - и узнать, как оно изменилось. Хотя, пятнадцать лет не такой уж и большой срок, чтобы оно как то изменилось.
Но в итоге, побродив так некоторое время, он пришел обратно к своей комнате. Расположение коридоров здесь было как-то хитро устроено. Кирсанов даже вспомнил кое-что из прошлой жизни, как бегал по коридорам, и они все время меняли свое расположение и направление. Похоже на ночной кошмар, но ему почему-то казалось, что такое было на самом деле. Вот только где? И когда было. Этого в памяти не сохранилось, к сожалению...
Кирсанов вновь предпринял попытку пойти в другую сторону, но уперся в пустой зал безо всяких дверей. Видимых, по крайней мере. Только голые стены, большие окна и мягкие полы, заглушающие его шаги. Если прежде он ходил по коврам и потому его не было слышно - что очень его радовало, о здесь все дело было в особом покрытии пола. Каком именно, Кирсанов мог только догадываться, также как и о предназначении самого зала. Здесь точно не проходил ремонт недавно  и комната не готовилась принимать мебель. Казалось, что все именно так и должно тут быть. Может, здесь устраивали танцы или какие-то еще активности? Нужно будет спросить.
Он побродил еще немного, но ничего интересного так и не увидел. Ни одной технологии, ни людей - только тех, кто был в столовой. Сейчас, может, они уже и оттуда ушли, и теперь там заседают непосредственно королевские особы. Инфанта не распространялась на счет численности семьи, но Кирсанов решил, что их достаточное количество. И дело не только в столе многометровом — это уже традиции, невзирая на то, сколько именно человек будет его использовать. Кирсанов понял это по количеству приборов, мельком их увидев. Не менее десяти персон. Впрочем, сейчас это не так важно, да и что ему даст это знание? Только то, что во дворце есть еще люди, но это он и так понял. Важнее было понять, что они думают в его отношении и что хотят предпринять на его счет. Выкинуть за территорию, стоит им только решить, что он уже пришел в себя? Или выведать больше информации об Убежище? Хотя, если подумать, им-то какое дело до всего этого? У них свои заботы, королевские. К тому же, мир, судя по всему, не пропал в огне ядерной катастрофы, как Кирсанову твердили все пятнадцать лет, а вполне себе жив и здоров. Мир продолжает жить и ему наверняка нет никакого дела до каких-то там жителей убежища, до Кирсанова в частности. Максимум - заметка в газете, в Интернете, мол, нашелся спятивший подземный житель... Кирсанов был не из тех, кто мог бы развить в свою пользу это событие.
В итоге, побродив еще немного по коридорам дворца, так и не открыв никакой двери - несмотря на то, что все-таки было интересно, что за ними, Кирсанов  окончательно вернулся в свою комнату. За все время, пока он «путешествовал», его ни разу не остановили, хотя он видел прислугу, не подошли к нему и в целом, просто игнорировали. При этом, он постоянно чувствовал, что за ним наблюдают. Если не простым взглядом, то, возможно, какими-то камерами скрытыми, или еще чем. Но и то, было бы странно, если бы за ним никто не присматривал, позволяя просто так ходить, где вздумается. Кирсанов прикинул - подобное чувство он уже испытывал. В Убежище. Там оно не слишком ощущалось, постоянно находились отвлекающие факторы, но теперь он понимал, почему у него то и дело волосы вставали на затылке. Впрочем, и без слежки там проблем было много, как в итоге оказалось. Взять тот же... Но это ладно, это он потом вспомнит. Кирсанов невольно содрогнулся, позволив памяти забраться в те дебри, которые он хотел бы забыть. Хотя в любом случае придется вспомнить и рассказать. Инфанте этой. Мысли Кирсанова вернулись в безопасную гавань. Он теперь стал составлять образ той, кто с ним так долго говорила и кого он первую увидел. В первую очередь, конечно, возник вопрос - зачем ей все это? Из жалости и желания показать, какая она добросердечная к простонародью? По статусу положено таковой быть? Но вроде бы интерес с ее стороны был искренний. Или же за ее спиной стоят истинные любопытствующие, а сама она пока сама не знает, чего хочет. Играется с новой, необычной, пусть и принесенной с улицы грязной игрушкой? Иначе зачем слежка и чувство, что совсем скоро его выставят за дверь те, кто придет однажды вместо принцессы в его комнату? Потому как они изначально были против оставлять у себя всяких беглых проходимцев, но решили проявить немного снисходительности ради девушки - инфанта же.
Кирсанов не заметил, как вновь прошелся по коридору - должно быть, со стороны он смотрится совсем уж странным! Но и плевать. Как и прежде, живя в Убежище, он так прохаживался по всем доступным уровням, увлеченный какими-либо мыслями, погруженный в себя. И, если на то пошло, многие так делали, не имея других вариантов разобраться с тем, что происходит в их головах. Психологов-то не было там... Или были? Просто он не помнил ни одного сеанса с ними. Или же только его не трогали, не копались в его разуме? Или он этого не помнил. До сих пор. А в целом - слишком много «или», надо бы с ними заканчивать. И попробовать найти хорошего мозгоправа, терапевта, того, кто сейчас в этом мире занимается разумом.
Кирсанов даже встал, как вкопанный, осознавая, для чего все это ему нужно. Вспоминая, и покрываясь холодной испариной: Воротынцев. Он же за всем этим стоит! Не в смысле, дворец и его жители, хотя... Нет, имеется в виду Убежище и вся эта программа! И он виновен в ...
А кто такой Воротынцев?
Кирсанов не смог вспомнить этого. Мысль снова оборвалась. Интересно почему он обвинил этого человека? Воспоминание как будто из снов. А может и человека то никакого не было.
Кирсанов задышал часто и начал даже смотреть по сторонам, желая присесть куда-то. Прислуга, появившаяся из ниоткуда, как то и бывает, пожелала помочь ему, но он властным знаком остановил их. Он присел на краешек подобия банкетки, удачно оказавшейся рядом и постарался успокоиться. Нет он действительно так сойдет с ума. Нужно перестать вспоминать. Память должна вернуться сама.
Кирсанов вернулся в комнату и прикрыл за собой дверь. Увидел заботливо пополненную воду в графине - пока он ходил, налили? И тут же выпил половину, после чего завалился в кровать, теперь уже  с намерением оставаться в ней до самого вечера.
Вот только спать не хотелось, скорее, приходилось отгонять всякие мысли, в том числе о своем прошлом. Тогда Кирсанов взял книгу, ту, которая была прежде в руках Эланор. Текст был на местном, и молодому человеку пришлось с сожалением отставить ее.  Возникла идея поискать другие тексты, благо, небольшая библиотека в комнате была.
Так он и провел остаток дня. Ближе к шести часам ему принесли ужин: говяжий стейк и чай. Снова зашел врач и осмотрел его. Эланор навестила его около десяти.
- Мне сказали, вы выходили, - сказала она с порога.
- Любовался интерьером – ответил молодой человек.
Девушка кивнула, и на лице ее не было ни осуждения, ни неодобрения. Но лицо было добрым и спокойным.
 - Он бы показался вам странным, если бы вы приехали из мира ОДН – сказала Эланор – Однако футуристичной одинаковости мы предпочитаем красоту традиций.
Кирсанов фыркнул.
- После того, что я увидел, вас никто не может за это судить – сказал молодой человек – По вашим словам мир ОДН не слишком отличается от моего мира, в Убежище.
Инфанта сохраняла дипломатичную невозмутимость.
- Мне трудно об этом судить – произнесла девушка – Во всяком случае мы не смогли найти ничего, чтобы указывало на подобные места.
- Очевидно в этом весь смысл – вздохнул Кирсанов – Весь мир наслаждается гармонией, пока под миром работают трудящиеся.
- Пока мы можем установить, что в мире ОДН очевидно есть скрытая страта о которой они предпочитают не сообщать – кивнула Эланор – Если удастся привлечь внимание к вашей истории, то ОДН потеряет своих сторонников. Ваша история это не просто пропаганда от боевиков Скрытого пути, а уже что-то реальное.
Ага, если бы всё было так просто.
- Скрытого пути? – поинтересовался Кирсанов – Это какие-то оппозиционеры.
- Кто-то их так называет – кивнула Эланор – Кто-то партизанами. Это фракция отступников, которая не признает идею Всечеловечества. Однако в отличие от нас или Сообщества единой судьбы, они выбрали путь диверсий. После «африканского лета» многие боевики «Зеленого фронта» подались туда. Опасные люди, хотя и со своим кодексом чести. Весьма специфическим, конечно. Однако вы ещё не сказали, как именно у вас оказался один из кастильских камней…
Кажется инфанту интересовало только это. Ну или по крайней мере по большой части это.
Что же он ей расскажет….
Кирсанов снова вспомнил, как он был Кирсом 101


******
Дни проживания в коммуне 101 летели один за другим, однообразие, как ни старались в профкоме, начинало съедать всех ее жителей. Потому что в сущности эти дни были лишь одним бесконечным днём и одной ночью
В том числе и для Кирса 101. Он, как и все остальные, начинали менять деятельность, искали новые увлечения из доступных. Правда, Кирс оставался работать, но только лишь потому, что ему физически требовалось отдохнуть от вездесущих и вечно говорящих людей, хотя бы два часа в день. Но вместе с тем, он забросил йогу, на которую исправно и упорно ходил... некоторое продолжительное время, точнее он не помнил, и занялся лепкой из глины всякого. Скульптор из него был посредственным - не хуже, чем другие, такие же бездарности в этом плане, но и не лучше, но убить время можно было, в том числе за разговорами. Опять ему в компанию набились сосед Эд и прочие его знакомцы, Меллон и Паз. Сара управляла кружком лепки, так что подходила только иногда.
Разговор начал, как обычно, Эд, спустя некоторое время, когда, как ему показалось, все излишне увлеклись лепкой.
- Как вы думаете, откуда глина? - спросил он всех сидящих за столом. В разговоре так же, по его знаку рукой могли поучаствовать и те трудящиеся, кто сидел за соседними столами, имен тех людей Кирс, конечно, не помнил и не знал, и не хотел узнавать.
- Какая глина? Эта глина? - переспросил Меллон. - Так ведь... Мы под землей же, наверняка можно было ее много получилось в процессе выкапывания Убежищ, - предположил он, давая достаточно очевидный ответ. Паз согласился с ним.
- Вполне, да, - кивнул Эд. Только мы глубже, чем может находиться глина, на том уровне, где уже сплошные скальные породы. Это если верить Профкому. Нам же рассказывали как-то об устройстве комплекса, помните?.. А! - Эд сам сообразил, что сказал глупость. Кто ж помнит-то? Он сверился с очередной записью на руке, кивнул сам себе:
- Да, рассказывали, пометка вот есть, - он помахал рукой.
- Ладно, как скажешь, рассказывали, так рассказывали, - не стал никто спорить.
- Но может тогда специально подготовили? Так же, как коврики для йоги, или, вон, мячи для волейбола - Кирс, принявший все же участие в беседе, кивнул в сторону игроков в дальнем углу зала. — Это если не говорить про силовые инструменты. Гантели, штанги и вот это все. Их же не тут сделали, а доставили при строительстве!
- А почему нельзя предположить, что за стенами нашей коммуны нет каких-либо производств? Пусть они и не работают все время, а только при необходимости, но вполне могут быть на автоматике, и просто выдавать что-то по запросу! А? Что скажете на это?
- А ты откуда знаешь? - закономерно спросила Сара, которая как раз проходила мимо, держа в руках что-то, похожее на чашки. Кривые, косые, местами оплывшие. Но ими совершенно точно гордились их создатели, идущие за Сарой, проследить, чтобы та поставила творения на видное место, на столе у стены, рядом с такими же поделками.
- Я предполагаю, - развел руками Эд. - Как сразу и сказал - не доказанный факт, а слухи, которые я слышал то тут, то там.
- А сам-то что думаешь на этот  счет? - спросил Паз. - Слухи распространять - такое себе дело. Можно и на непонимающих напороться.
- Я думаю, - Эд понизил голос заговорщицки, как это обычно делал, чтобы рассказать очередную байку, - Что мы на самом деле не глубоко под землей, как говорит Профком, а гораздо ближе к поверхности!
- И чем докажешь?
Эд снова развел руками, показывая, мол, за что купил, за то и продает.
- Просто такое мнение.
Люди за столом разочарованно загудели - опять эти байки бездоказательные! Эдак можно договориться до того, что среди жителей бункера - рептилоиды, а за стенами нет ничего, пустой космос, и их куб на самом деле космический корабль, летящий тысячелетний полет к новому миру. Помнится, был у них такой житель, Карл-101, говорил о чем-то подобном, а потом его отвели в медчасть и все, больше не видели.
Кирс задумался - исчезновение Карла как раз таки подтверждало его теорию... Правда потом сказали, что он сам ликвидировался, проникнув в крематорий, уровень самый высокий в блоке, ближе всего к поверхности. Или с ним что-то другое произошло? Уже не вспомнить. Ну и ладно.
В любом случае, разговоры за лепкой закончились ничем. Как каждый из этих разговоров. Трудящиеся, что жили в коммунах постоянно пытались выяснить хоть крупицу информации о том, что за стенами Убежища. Но всё оставалось на уровне диплоидной жизоидности, а на следующий день, они забывали что было в предыдущий и день начинался заново.
К этим мыслям Кирс и вернулся, когда был на смене вечером. Обходя пустые коридоры, он смотрел на стены и заблокированные гермодвери и думал - что же там, по другую сторону?
Именно в этой части, по рассказам Профкома, должен был быть соседний блок. Но так ли это?
Кирс попробовал вспомнить - пытался ли он это выяснить прежде? Или, как сейчас, все больше отстранялся, переставал интересоваться, погружаясь в себя.
К собственной горечи, он не мог сказать об этом однозначно. Ему казалось, что раньше он был гораздо деятельнее. Что же случилось с ним с тех пор? Кроме нынешнего положения жителя Убежища, кроме ежедневного приема горсти таблеток, об истинном  предназначении которых можно было только догадываться. Было ли что-то еще, что так его... сломало?..
Внезапно Кирс понял, что слышит не только свои гулкие шаги, но и что-то еще. Он стал озираться по сторонам выискивая источник звука. Обе стороны коридора были совершенно точно пусты. При этом Кирс знал, что и при повороте коридора должно быть все пусто - там нет ничего кроме голых серых стен. И если повернуть назад, пройти десяток метров и повернуть налево, то и там не будет ничего, только...
Гермодверь. Запечатанная, да, и обвешанная предупреждающими, контролирующими и предотвращающими средствами: стальные тросики по контуру двери со свинцовыми печатями, сетка проволочная на полстены. Разве что проволоки колючей не было и ток не пустили. Зачем такие меры предосторожности, Кирс не знал, и не спрашивал. А теперь что - кто-то пытается пробраться сюда? Или... Туда. Кирс воодушевился - да ведь и правда, наверняка кто-то настолько отчаялся жить серой и однообразной жизнью, что сошел с ума и решил голыми руками - а инструментов-то нет ни у кого и не достать их, порвать сетку и, должно быть, пробиться головой через бронированную, и наверняка толстую стальную дверь.
Кирс направился решительно к повороту коридора, приготовив фонарик, простой, маленький и пластиковый, в качестве аргумента в возможном споре, а может, и утихомиривании. Откуда в нем проснулся боевой дух? Этого Кирс не знал. Из прошлого, покрытого мраком, откуда еще. И, возможно, именно прошлое заставило мужчину остановиться, не выскакивать из угла, а осторожно и как можно тише подойти и выглянуть. Потом он себя хвалил за такую предусмотрительность - она его спасла, ни много, ни мало, но сейчас...
За углом, у гермодвери все оказалось совсем не так, как себе представлял Кирс. Вместо одного сумасшедшего, который бы бился о дверь, там была целая группа людей из профкома и в окружении облаченных в силовую броню силуэтов. Минуту, А это кто такие? Откуда они здесь взялись? Таких он здесь никогда не видел.
Они что, с поверхности?!
Кирс отпрянул обратно за угол, чтобы ничем не выдать свое непомерное удивление. Что тут происходит вообще? Он подышал, взял себя в руки - совсем расклеился, чуть какое потрясение, и все, едва не истерика. Что же с ним такое?
Отдышавшись, успокоившись, Кирс, не выходя из-за угла, стал прислушиваться, о чем речь. Только ничего не вышло - все разговоры, а они, должно быть, оказались результативными, уже прошли и группы разделились. Свои остались тут, чужие - ушли через гермодверь. Увидеть, что там, за дверью, возможности у Кирса не было, хоть он и выглянул осторожно. Дверь закрылась за чужаками, и Кирс увидел, что все эти тросики, печати, сетка просто висели на самом полотне двери, ничего не преграждая, ни о чего не защищая. Кому надо, могли свободно ходить здесь! Что все это могло значить? Кто эти люди? Они что не боятся заражения? Кирс не уставал повторять себе этот вопрос. Торговцы с поверхности? Кочевники? Исследователи? Разведчики? Прорвавшиеся сквозь пепел выжженой земли и кислотные моря. Версия, достойная новых баек Эда за завтраком. Или жители соседнего блока, у которых дела идут совсем иначе, чем говорит нам Профком? Такое мог бы придумать Меллон, например. Или даже Паз. Но скорее, конечно, Эд. Где правда? Неизвестно. И спросить не у кого.
Люди из Профкома, продолжая тихо переговариваться, пошли в сторону Смита. Он поспешил ретироваться, насколько можно прижавшись к стене и затаив дыхание. Он не знал почему это понадобилось делать, но какое-то чувство подсказало.
Странная компания не обратила на Кирса внимания и прошла мимо. Говорили они на каком-то странном языке.
Кирс дождался пока они свернут за угол и побежал к своим товарищам. Наверное в первые в жизни он сам хотел рассказать байку.
В столовой его ждал сюрприз.
- Эд прошел денуклеаризацию! – воскликнул Паз – Все двенадцать кружочков собрал. Теперь будет есть свежие яблоки, кататься на марсианских склонах… Везет же некоторым. Это он нас специально убаюкивал своими байками, а сам…
- Ты ещё веришь в эти байки? – фыркнул Меллон – Договорился просто наш Эд со своими байками и обкололи его чем-нибудь, чтобы не болтал. Чего и вам всем желаю!!! – закричал мужчина.
Кирс непонимающе посмотрел на трудящихся.
- Опять Декарт? – спросил он
- Ньютон – кивнула Сара – Но Меллон утверждает, что и Ньютон тоже у него был.
Эту перебранку Кирс слушал в пол-уха. Его насторожило, что вознесение объявили натурально после очередной байки Эда. Но ведь там было всё безобидно. Всего лишь предположил, что на поверхности что-то есть. И что с того? Об этом все судачили.
Правда не все видели, что видел сегодня он. Говорить остальным он не будет. Посчитают, что Кирс хочет занять место Эда. Он сам всё изучит для начала и соберет побольше фактов. Да ещё Профком внимание обратит. Нет уж, такого точно не надо! Как бы уже не вычислили, что он, Кирс, видел то, что не следует.
После ужина разошлись по своим блокам. Меллон звал в бар – тематическую комнату отделанную под бары из «жизни на поверхности». Алкоголь тут правда не продавали, хотя трудящиеся пытались сбродить легкое вино из фруктов, что выращивали в гидропатических садах. Правда безуспешно. Кирс от приглашения отказался. Он решил притихнуть на время и понять, заподозрил ли его профком или нет. Он не будет ничего говорить и перестанет бывать в праздных местах. Покажет, что он добропорядочный трудящийся. Может, запишется еще в какой-то  творческий кружок….
Кирс нахмурился собственным мыслям и даже немного удивился. Раньше его не волновало, что думает профком. Апатия все сильнее его съедала, теперь-то это стало ясно. Но сейчас? Сейчас он чувствовал себе живее, чем прежде. Ему нравилось это ощущение приобщения к тайне, при том, что одновременно он не хотел со всем этим связываться, как и прежде. Его прошлое всплывает наружу? Тогда тем более не нужно привлекать внимания, зная, какими будут последствия – Эд стал трепаться и его отправили на Марс. Вперед других.
Странно. И странно даже то, что они и про этот Марс-то ничего не знают толком. Почему они вообще решили, что их кто-то отправляет на Марс?
Кирс лег на кровать и провалился в беспокойный сон. И было ли следствием его беспокойств накануне, или что-то еще, но проснулся Кирс в холодном поту. И тут же попытался записать все, что приснилось, чтобы точно не забыть. Это было очень важно, он чувствовал это!
Ему приснилось, как он был в некоей стране, в некоем поселении. Вокруг - много деревьев и одноэтажные дома, и он понял, что окружение ему привычно. Значит, он и впрямь там был? Ему было поручено охранять. Но он... не справился? Вот он сидит на веранде и пьет чай, а в следующее мгновение куда-то быстро едет, мимо проносятся деревья, машины прыгает по ухабистой проселочной дороге.  А после... Частный самолет? Он видел, как сидел в кабине, на месте пилота, и тут он стал задыхаться! Он схватился за горло, попытался нащупать тонкую стальную удавку - он не видел ее, но точно знал, что это именно она, но никак не удавалось подцепить ее. Он хрипел и выворачивался, но все безуспешно, а после рядом с ним появилось лицо молодой девушки, которая сказала...
Кирс проснулся.
Кто эта девушка?! Он не помнил. Где он был? Нет, не знал и этого тоже. Разумеется из его памяти стерлись все вчерашние разговоры и мысли о жилье в Убежище. Как и каждое «утро». Он снова пытался по крупицам восстанавливать свою память.
Надо сказать, что Кирс понял одну закономерность. Если держаться за одно воспоминание, то по нему можно восстановить целую цепочку.
Сегодня он уцепился почему-то за вино из забродивших фруктов. Уж очень ему захотелось его попробовать. Эта мысль засела в его мозг и совершенно не хотела покидать. Поэтому Кирс, отработав смену, выслушав жалобы про карточки с философами от Меллона, дождался «вечера» и направился прямиком в бар.
К слову в этом баре сам он никогда не был. Хотя может и был, но просто не помнил. И потому несколько настороженно кивнул нескольким посетителям, оказавшимся тут даже раньше него, хотя заведение открылось буквально вот только что, и прошел к барной стойке.
Кроме напитков направленных на трезвость. Бар выглядел так, как и должен был выглядеть. Правда Кирс не был уверен, что бары выглядят именно так – приглушенный свет, яркие стены, высокие крутящиеся стулья.
Кирс подошел к хромированному и разноцветному автомату и некоторое время изучал яркие этикетки. Потом ткнул на одну из них. Вытянулся манипулятор с высоким стаканом и из краника в него вытекло понемногу всяких соков. Такой вот коктейль без капли алкоголя.
Кирс выпил стакан залпом и стал изучать заведение – типичное оздоровительное место после трудного дня. Ничего примечательного.
Разве что четверка мужчин сидевшая в углу. Кирсанову они показались странными. Этих лиц он никогда не встречал в Коммуне 101. Наверное. Да и на трудящихся они не похожи.
Может они из другой коммуны?
Кирс уже хотел подойти и подсесть к ним. Авось чего-нибудь расскажут. Или поделятся как забродить сок…
Но молодой человек почувствовал легкий тычок в спину. Кирс обернулся. Позади него на соседнем стуле сидела девушка и попивала сок.
- Не нужно их злить – сказала она без приветствия и прелюдий – Парни не любят особого внимания
Кирс внимательно посмотрел на незнакомку. И первое, что увидел - передник отличающийся по цвету. Он ее прежде видел, в толпе.  Видел же?.. Точно видел! Лица разглядеть не смог тогда, но сейчас он был точно уверен, что это та самая девушка. Вот чёрт, а. Собственный метод запоминания принес плоды.
- У вас что дело ко мне? – спросил Кирс.
Девушка, темные волосы собраны в пучок, тонкие черты лица, глаза темные и непроницаемые, внимательно смотрела на Кирса. Выжидающе.
- Возможно, - сказала она наконец.
Через несколько минут Кирс узнал, что его новую знакомую зовут Сяо-99 и она действительно из другой коммуны.
- Я помню тебя по соревнованиям – сказала она – Ты показался мне самым вменяемым во всем этом цирке, - Пока все остальные молча делают, что им скажут и мечтают о Марсе, ты пытаешься идти против течения. Ты нам подходишь.
- Нам?
- Людям – сказала Сяо-99 – Людям, которые объединились, чтобы узнать правду и открыть глаза трудящимся.
- Вы разделяете эти понятия.
- Не я – покачала головой девушка – Профком. Люди знают, что всё вокруг это ложь призванная скрыть рабство. Трудящиеся нет. Меня послали сюда, чтобы раскрыть эту правду трудящимся.
- Кто послал? – спросил Кирс.
Сяо повертела головой, убедившись, что их не слышат и доверительно наклонилась к Кирсу.
- Не важно кто – сказала она – Мы давно ищем вас. Тех кто живет под землей. О вас есть страшные сказки, но у нас наверху не все верят.
- Наверху не может ничего быть! – воскликнул Кирсанов и моментально осекся, испугавшись чужих ушей.
Сяо каверзно улыбнулась.
- Ты не первый, кто это говорит – сказала она – Я тоже была такой. Но тебе предстоит узнать, что всё вокруг ложь. Не было никакой ядерной войны, не было никакого заражения. Наверху существует цивилизация. Но вас держат вдали от неё.
Кирсанов глупо уставился на собеседницу. Цивилизация наверху? Тут что действительно наливают перебродивший сок? Никакой цивилизации наверху больше нет. Там только пепел. А с другой стороны… Откуда же тогда те неизвестные, которых он видел в коридоре. Не из воздуха же. Может быть он чего-то не знает?
- Почему? – вырвалось из его рта. Вопрос был глупый, но наверное подходил для ситуации.
- Есть причина известная узкому кругу – фыркнула Сяо – Вас бы  уже освободили, если бы все знали причину. Поэтому я и здесь. И мне нужен местный, который будет свидетелем.
Кирс поежился. Это был какой-то бред. Не может быть того, что она говорит. Возможно это просто очередной психический трюк профкома. Или может она действительно из другой коммуны и хочет склонить кого-то из их коммуны 101 к саботажу? Хочет захватить знамя трудящихся таким образом?
- Но я лишь трудящийся – попытался возразить Кирс – Я не знаю ничего об устройстве Убежища и его целях, кроме того, что нам говорят.
— Это и не нужно – сказала Сяо – Уже само твое существование доказывает правоту нашей борьбы. Идем со мной и узнаешь ответы на вопросы, что мучают тебя, а если останешься, то ляжешь спать и завтра всё забудешь. Но вопросы всё время будут тебя мучать поверь. Я это знаю по себе.
Кирс покачал головой.
- Пойти с вами значит предать моих товарищей-трудящихся – сказал он – Я не могу это сделать. От моей лояльности зависит их Вознесение.
Сяо многозначительно хмыкнула.
- Тяжелый выбор для каждого – согласилась девушка – Но я только предлагаю узнать правду. И прежде чем вы окончательно откажитесь, я хочу вас кое-куда отвести и показать вам за что мы сражаемся…
Довольный, что выиграет еще сколько-то времени, Кирс сказал, что непременно пойдет.
Он обязательно узнает намерения этой девицы и если они противоречат кодексу трудящихся, то он легко сможет донести на неё.
******
Сейчас
Вы знали, что эта девушка из Меридиана? – спросила Эланор.
Кирсанов покачал головой.
- Нет – сказал он – Сяо не открыла мне название их организации. Но всё равно бы ничего не изменило. Даже если бы они и оказались реакционными террористами.
Эланор задумчиво вскинула бровь.
- Почему?
Кирсанов пожал плечами.
- Она отнеслась ко мне как к индивиду, а не как к части чего-то общего – сказал он – Вы там не были. Вам не понять, когда у тебя нет личного, а всё только общее. Даже мысли. Сяо нашла меня, потому что я цеплялся за свои мысли, а не за общие.
- Она погибла? – веско и жестко спросила инфанта.
Кирсанов мрачно склонил голову.
- Она спасла меня – бросил молодой человек. Ком горечи застрял в его горле.
Эланор ровно кивнула и встала.
- Соболезную – сказала девушка – Думаю, что она много для вас значила. Давайте сделаем перерыв. Думаю мы можем позволить оставить остальной рассказ на следующий вечер. Отдыхайте и ни о чем не тревожьтесь. Сон — это лучший лекарь от любых ран.
Сказав это инфанта вышла из его комнаты, оставив молодого человека в одиночестве. Она появлялась и исчезала так внезапно, что Кирсанов не мог точно сказать – происходит ли всё это с ним на самом деле или весь этот дворец и эта девушка только его фантазия.
Вскоре пришла горничная, подала больному успокоительного чая. Кирсанов сделал пару глотков и его сознание успокоилось. Пришёл долгожданный сон.


******
 Ася вновь сидела перед министром Джардановым. К её руке был подключен катетер. Жидкость поступающая в кровь туманила сознание и заставляла говорить.
- Расскажите о своей фейковой казни – жестко потребовал Джарданов – Это было так убедительно для всех. Немногие сомневались. Идеальное прикрытие для вас безусловно. Кто станет искать мёртвую? Но такой рискованный шаг для вашей организации… уверен вы потеряли многих сторонников. Удар по репутации.
— Это был тест – ровно ответила Ася
- Тест? – не понял министр.
- Мне показали истинную причину борьбы Скрытого пути и истинную причину опасности идеологии Всечеловечества.
Джарданов фыркнул.
- Вижу вы натурально отравлены революционными идеями Сообщества – констатировал министр.
Ася кивнула.
- Также как вы отравлены идеологией Всечеловечества. Иногда полезно посмотреть на свою жизнь со стороны…

******
 Пять лет назад
Очередное пробуждение Аси далось хуже предыдущего. И дело было не в ощущениях, хотя казалось. что ее как следует избили. Во рту был привкус крови, болел лоб и голова в целом. Как снаружи, так и изнутри. Один глаз плохо открывался, но это, кажется, было из-за запекшейся крови, которая текла по лицу из кровоточащей раны. Она вспомнила - ох уж эта трость! В глотку засунет этим уродам, дай только выбраться из всего этого...
Рот тщательно был завязан туго свернутой в жгут арафаткой, от которой пахло Лео. Свой платок не пожалел для кровавого дела?! И ему достанется, еще как...
Но все-таки хуже было осознание того, что ее снова переместили. Теперь уже за пределы квартиры, хотя и возможно, все еще в черте высотки. А еще она обнаружила себя накрепко привязанной к стулу. Железному, перекошенному и помятому. И стоял этот стул у стены - как могла понять девушка, извернувшись, насколько позволяли ей пластиковые стяжки на руках и ногах. Увиденное ей совсем не нравилось…
Стена была со следами множественных попаданий разнокалиберных пуль. Грубо намалеванные мишени предлагали подумать, что это тир, но соседствовавшие рядом с ними темные подозрительные потеки заставляли в этом сомневаться.
Ася отвернулась, не в силах смотреть на такое. Помещение, где она очнулась, представляло из себя бетонный куб со множеством выходов со всех сторон, кирпично-недостроенных перегородок, резко контрастирующих своей краснотой со всеобщей серостью, путаницей проводов и кабелей на полу, тянущиеся к производственным светильникам с одной стороны и куда-то за ближайшие стены и перегородки с другой. Сухой сквозняк, поддувающий откуда-то сбоку, подсказывал девушке, что она, возможно, на первом этаже высотки. Или в подвале ее.
Правда рассматривать долго этот антураж, она не смогла. Пришел Мишель. Ася дернулась на своем стуле, посмотрела на него с ненавистью. Тот и бровью не повел. Стуча по полу ненавистной тростью, он подтащил к стулу девушки еще один, на этот деревянный и по виду кажущийся старше самого мужчины, сел на него неуклюже.
- Твой рот так и останется завязанным – сообщил вожак боевиков – Тебе больше сказать нам нечего, а к чему крики и оскорбления? А так, мы сейчас посидим тут, подождем, пока все подготовят.
Ася снова дернулась. Это всё на что она была способна.
- Знаешь, где мы находимся? – риторически спросил Мишель – Этот город мы прозвали «Раскопками», потому что в этом регионе проводилось много археологических изысканий и были найдены всякие древние кости. А вот своего названия этот город так и не получил, представляешь? Построить его построили, по документам он как-то значился. Рабочее, так сказать, название. А потом все пошло наперекосяк. Это, знаешь, как с Ордосом во Внутренней Монголии. Но если в итоге тот город все же вернули к жизни, то этот так и остался призраком. Но там понятно - запасы природных ископаемых были огромными, а здесь? Здесь была только идея.
Клауд стукнул тростью об пол, отчего девушка невольно вздрогнула.
- Так и в нашем случае, - продолжил Голицын. - Не то, чтобы была такая уж необходимость казни, но идея непримиримой борьбы должна быть визуализирована.
Ася несогласно промычала сквозь платок.
- Ну, конечно, ты не согласна, - Мишель снова постучал по полу тростью. - Но разве ОДН церемонился, когда решил встать во главе всего мира? Разве спрашивал? Так и здесь. Нужно заявить о себе как можно громче, посеять хаос, заставить людей понять, что ОДН не защитит их. А уж дальше будет видно. Слабые забьются в темные углы, предпочитая и дальше думать, что за них все сделают и страшных террористов переловит Корпус, а сильные... будем надеяться, они задумаются.
Ася пожевала платок, который больно врезался в уголки губ.
- Ну да, они могут прийти за нами, конечно. Но мы будем их ждать. И Корпус будем ждать тоже. Чтобы ударить по ним и показать снова - ОДН - ничто! И так далее, повторяя раз за разом, если понадобится, пока все это не поймут. Ты послужишь первым доказательством.
Пока Голицын произносил свою тираду, в помещение вошли ещё несколько человек. Ася узнала Лео и его китайского приятеля.
- Товарищ Янь изъявил желание присутствовать – сказал Лео – У тебя всё готово, Сяо У?
Он обращался к какой-то молодой китаянке, подключавшей камеры. Будто Асю собирались фотографировать.
- Подключились к сети через маску, если ты об этом – сказала девушка с явным северо-китайским акцентом –  Пару часов не смогут отследить точку входа. Но, думаю, за это время мы управимся со всем этим. Осталось только пустить запись. Будет и прямой эфир, и пленка.
Лео и Янь Цзинь, до этого переговаривающиеся тихо между собой, прервали беседу. Они встали с другой стороны камеры, оставив Асю наедине со стеной. Она снова завозилась и замычала. Шансов у неё не было.
- Последнего слова не будет, - произнес деловито Мишель. - так что скоро все закончится.
Девушке очень хотелось бы проклясть его за такие слова и в целом, но оставалось только возиться на стуле и мычать. Так что она просто поникла - какой толк в бесполезном трепыхании? Это уже не было затянувшейся шуткой, тут все по-настоящему. Она подумала о матери. Пожалела, что их последний разговор был не самым приятным. Как и действия, впрочем. С обеих сторон, если на то пошло...
Но все сожаления улетучились быстро, когда ее палачи перестали медлить.
Сяо У встала у камеры, Лео - рядом с ней, у прикрепленного к ней микрофона. Китайский товарищ взирал на всё действо со спокойствием восточного мудреца.
- Запись пошла, - сообщила девица, приникнув к видоискателю.
Ася дернулась в последний раз, просто из упрямства, но понимая, что уже ничего не поменять, а Мишель заговорил:
- Объединенные демократические нации пришли в мир, когда он находился на грани. Нуждался в новом порядке и определенности. Но что же случилось? Порядок и определенность были принесены людям, но какой ценой? В какой-то момент история пошла другим путем. И теперь есть только один порядок, тот, который устанавливает ОДН. Справедливо ли это? Оправданно? Я так не считаю. И есть много людей, которые так не считают.
Ася яростно помотала головой - что же, теперь очередная пафосная и претенциозная речь?! Да убейте меня сразу, чтобы этого не слышать! Я уже согласна!
- ОДН забыла, что мир слишком велик. ОДН прокляла традиции. Вы думаете, что он у вас в руках и теперь можно расслабиться. Вы все контролируете... Нет! Этому не бывать. Вы стали тем, против кого боролись... Но боролись ли? А может, просто хотели встать на его место? Вот, кстати, еще один вопрос для думающих людей. Тех, кто остался, не прибившись к стаду. А мы же... Мы покажем, что есть и другие силы в этом мире, которые готовы выступить против вас. Вы увидите!
Произнося свою речь, Мишель не показывался на камеру, и теперь, махнув рукой в сторону Аси, зрители могли заметить только этот жест.
- Зрителей уже сотня миллионов, - сообщила как бы между прочим Сяо У. - И прибавляется.
Ася поморщилась невольно: статьи ее были не так интересны, а вот казнь...
- Перед вами Анастасия Покровская, дочь президента Великоруссии Натальи Покровской. Ее страна на пороге полного поглощения ОДН. Пара-тройка новых законов, и уже у руля государства встанет ОДН, без всяких местных президентов. Страны не станет, только название. Президент предала свой народ. И вот что мы будем делать с предателями. Раз за разом, пока вы, люди, не поймете!
После чего он выхватил из-под куртки револьвер - заметила, как тот блеснул в лучах фонарей, и потому не успела испугаться, отвлекшись невольно.
А потом грянул выстрел, ее толкнуло в сторону.
И темнота.
А потом – свет! Ася проморгалась, пытаясь понять, что произошло. Да в нее же стреляли! Но она... жива?! Она прислушалась к своим ощущениям - ранений не чувствуется,  а вот свет фонарей ее прямо-таки слепит. Она попыталась отвернуться, но поняла, что не выйдет. Тем более, что она лежала на боку, все еще привязанная к стулу.
Она замычала сквозь ткань кляпа, требуя объяснений.
Кто-то подошел - Лео, и одним махом вернул стул с девушкой в вертикально положение.
- Все закончилось, выдохни, - достаточно доброжелательно сказал он. - Посмотрев на девушку, откинув волосы ей ото лба, он отошел назад.
- Не снимай кляп, а то орать будет! – весело сказал Янь Цзинь – Ей сначала следует объяснить –
Лео снял девушке кляп. Она уже открыла рот, чтобы изрыгнуть на него все проклятия, которые она знает и на всех языках, но пилот бесцеремонно его закрыл надавив на подбородок ладонью.
- Заткнись – посоветовал он.
Стоявшая у камеры Сяо У театрально хлопнула в ладоши. Лео обернулся.
- Как я думала, доступ нам отрезали – заявила девица – Но не кипишуйте. Все ушло в сеть, теперь все там. Что-то заблочат, конечно, но все видео не перехватят. Оно засветилось, и далее если все провайдеры его снесут, оно уйдет глубже, и его оттуда будут распространять. Но нам придется смотреть либо в записи, либо...
- Кому надо, тот видел – жестко сказал Мишель.
Ася перестала их слушать. Что же это, и впрямь большая злая штука?! Она поверить не могла! Сначала в казнь, потом - что все обошлось. Наверняка какой-то подвох, не иначе. Она посмотрела на Лео. Тот понял ее немой вопрос.
- Я все объясню, но чуть позже. Посиди пока, выдохни.
Посидишь тут, как на иголках! Девушка и Лео пристукнула бы с огромным удовольствием, за то, что участвовал и не предупредил...
Правда, и сидеть пришлось Асе недолго. Очень скоро «палачи» закончили разбираться с тем, насколько хорошо удалось распространить запись, после чего стали убирать за собой. Лео вернулся к девушке и стал ее освобождать от пут.
- Я бы не рекомендовал, - заметил Янь Цзинь – После всего, что она пережила по вашей вине она пожалуй прибьет тут всех нас. Позови парней, пусть вместе со стулом отнесут обратно в квартиру. И уже там развяжешь, если так уж хочешь торопиться с этим.
- Она в норме – сказал Лео – Я её знаю. Всегда похожа на собаку, которую хотят спустить с цепи, но как только её база любопытства будет заполнена, то она становится совсем ручной.
- Тонкое замечание моих привычек – Ася с радостью осознала, что может говорить – Что за херня тут происходит?
- Для начала мы должны извиниться – сказал Мишель – Знаю это было жестко, но мы не были уверенны, что ты добровольно согласишься.
Ася разрывалась между желанием разнести здесь всё и навалять этим самодовольным… и желанием узнать наконец для чего её сюда притащили… Как и всегда, любопытство оказалось сильнее. 
- Конечно не согласилась бы! – фыркнула девушка – разыграть собственную казнь. Это что за псих придумал такое?
Янь Цзинь добродушно улыбнулся.
- Этот псих я – сказал он – Извини, но у нас не было иного выбора. Ты нужна нам, но нужно тебе было показать, что делает с людьми ОДН.
Ася всплеснула руками.
- О я понимаю, что вы испытали множественные оргазмы пустив мою… «казнь» в инет, но каким образом это что-то докажет мне?
- Как ты думаешь, как отнеслись в мире ОДН к твоей казни? – спросил Лео. Он поставил перед девушкой тарелку супа, хлеб и стакан компота.
 - Уверенна, что вас уже ищут по всему миру – заявила девушка накидываясь на хлеб
- Ага – кивнул Мишель – А самообман река в Египте. Движением пальца смахнул изображение с экрана смартфона на ближайшую стену. За окном было сумрачно, так видно было неплохо, зернисто, но приемлемо.
То что увидела девушка заставила её забыть про еду. Всю ее поглотило происходящее в записи. То была простая нарезка реакций на ее мнимую казнь. И надо отметить, везде на территории ОДН Праздник Мира продолжался. Моменты, когда на экранах на улицах городов прерывалась реклама, или на каких-то интерактивных панелях сменялась картинка и показывался манифест Скрытого пути, ни у кого не вызывали какого-то интереса. Никто не снимал на камеры смартов, никто не реагировал по-нормальному на демонстрацию ужасов. По-человечески. Может, подумали, что это шутка? Но все было очень убедительно, уж она-то знает! А может, слишком быстро трансляцию оборвали?..
Девушка никак не могла понять, почему весь мир никак не отреагировал на ее казнь. Это же какое преступление и чрезвычайное событие! Такого не случалось десятилетие, нигде в мире! Той его части, которая контролируется ОДН, поправила тут же девушка себя. Но все-таки!
- А может запись показали не полностью? – вырвалось у неё.
Но это было не так. Запись просмотрело несколько сотен миллионов по всему миру. И до сих пор смотрят на ресурсах, которые не такие расторопные. Или которые не подчиняются ОДН.
Просто никто не среагировал. Никто.
А потом Ася увидела собственную мать. Как раз в момент ее очередного выступления. Рядом как всегда стоит Александра. Словно тень. Маман что-то опять говорила. Хотя, ясно что: все ту же свою пафосную речь о мире и справедливости толкала. И вот, за ее спиной, на огромных экранах пропали кадры, где всякие счастливые люди обнимались и делали вместе разные полезные для мира и справедливости вещи, и вместо них показали бетонное помещение, Анастасию, привязанную к стулу у стены, помятую и окровавленную - девушка вспомнила про рану на лбу и потрогала ее. Там был пластырь. Кто успел его налепить? - а потом речь Голицына и внезапный, категоричный выстрел. Он был один-единственный, и казался при этом гораздо весомее и существеннее, чем если бы ее расстреливал отряд. При звуке выстрела девушка невольно вздрогнула.
Наталья Покровская посмотрела на экран, на притихшую толпу перед ней, сказала что-то своим людям и кадры сменились. Сделали все оперативно - именно кадры сменили, и только, не были отправлены люди на ее поиски, проверить, что такое с ней могло случиться, что она, дочь президента, оказалась на стуле перед расстрельной стеной! Нет - как ничего и не произошло, вернулись счастливые видео со справедливыми делами. Сама же президент, помолчав лишь секунды, начала говорить о важности дела мира во всем мире.
После чего все выпили «Вытяжку», и президент демонстративно, и толпа единым движением, и все продолжили праздновать, стали приглашать на сцену артистов и тому подобное. Как будто ничего не случилось, сбой, ошибка в вещании на экраны, легкая и незначительная, от которой просто отмахнулись и быстро все вернули, как было, блаженное неведение, безразличие и пассивность. Что в случае с людьми в своей массе, что с ее матерью...
А Ася по другую сторону экрана отвернулась от увиденного. Девушка была шокирована - и это еще мягко сказано. Как такое вообще возможно?..
Лео выключил видео.
- Они все под действием «Вытяжки» - пояснил Янь Цзинь. – Никому нет дела до реальных проблем и трагедий. Всё человечество живет грезами благоденствия и беззаботности.
Наступила долгая тишина. И длилась она ровно столько, сколько Ася переваривала увиденное. Нет она сама критиковала «беззаботность» и всю прочую хипповую ересь, которую пропагандировали в Институтах ОДН, но увидеть это со стороны…
— Это суровая картина – согласился Мишель – Не каждый сможет выдержать. Каждый из нас проходил через это. Не верил. Пытался искать оправдания. А потом видел собственными глазами.
- Почему я? – глухо спросила девушка – Вы сказали, что я вам нужна.
Лео кивнул.
- Да – сказал он – И мы пошли против правил. Мы обычно не вербуем людей из ОДН. Они слишком отравлены беззаботностью. Но есть другой путь. Путь Сообщества единой судьбы. Янь оттуда.
- Так точно – сказал Янь Цзинь – Эти двое убедили меня в твоей ценности. Наша цель свобода людей, чтобы их освободить нужно избавиться от «Вытяжки». Нужен талант, который войдет в программную сеть производства и запустит вирус, который уничтожит «Вытяжку».
Ася прищурилась.
- Почему же не воспользовались своими мощностями? – спросила она – Что у Сообщества хакеров нет?
- Официально Сообщество единой судьбы не связанно с Красным меридианом – сказал Янь Цзинь – Они работают вне нашего контроля и если попадутся, то мы за них не впишемся. Рискованно, но так мы защищены от провала.
Ася задумчиво пожевала губу.
- Жаль, что я не могу ничего сказать об этой «Вытяжке» – нервно бросила девушка – Я никогда её не пила. Повторюсь. Может вы сами что-то узнали?
Лео покачал головой.
- Ничего такого, чтобы можно было использовать для борьбы с ОДН – сказал пилот – Совершенно очевидно, что Вытяжка воздействует на сознание. Именно поэтому газ усыпляет при телепортации. Но мы не знаем компонентов «Вытяжки» и не знаем где она производится.
- Только истории, которые говорят шепотом – сказал Мишель – Есть слух, что «Вытяжку» делают под землей и работают там некие подземные жители. Этакая дополнительная социальная страта ОДН.
Глаза Аси загорелись. Она забыла о всей ненависти к своим «похитителям».
- Иногда самый фантастический слух оказывается правдой – сказала девушка.
Мишель кивнул.
- Ты права – сказал он – Мы послали по следам этих слухов специальную группу. Им удалось внедриться в пару структур. Но предстоит ещё долгая работа.
Они меня похитили, подумала Ася, но разве после того, что она увидела цель не оправдывала средства?
- То есть у вас только я – констатировала девушка.
Мишель кивнул.
- Знаю ты не веришь нам, а мы не понимаем можно ли верить тебе – сказал музыкант – Но у нас есть общий враг и общее дело!
Ася ухмыльнулась.
- Предлагаете мне присоединится к коммунистам? – осведомилась девушка – Ваша идея ничем не отличается от ОДН.
- Предлагаем присоединиться к борьбе за справедливое общество – сказал Янь – Для товарищей-руководителей именно справедливость на первом месте. Мы отказались от уравниловки и классовой борьбы. Мы выступаем за пятиединое строительство, основанное на четырех уверенностях. Экономическое, политическое, культурное, общественное и экоцивилизационное процветание для всех вот наша цель. Мы за глобализацию, но за глобализацию для всех. Сложно сделать выбор, мы понимаем, но если твои выступления правдивы, а не ширма глобалисткой пропаганды, то присоединяйся к нам. Мы сделаем всё, чтобы твои идеи и наши идеи оправдались а мечты сбылись.
Ася немного помолчала. Как-то на неё свалилось слишком много событий. Сначала её расстреливали, а теперь вот вступить в организацию предлагают.
- Двадцать минут назад, я была готова вас убить – осторожно сказала Сяо У – А теперь… ну мы ведь и в первый раз друг друга чуть не перестреляли. Это определенно заставляет вспомнить старые денёчки. Я с вами!
Янь Цзинь хлопнул в ладоши.
- Прекрасно! – воскликнул он – Это надо отпраздновать! Пойду скажу Сяо У, чтобы приготовила что-нибудь особенное! Отметим твою смерть!
Китаец с силой хлопнул девушку по плечу. Она сделала свой выбор. Дороги назад не было. Особенно когда она была мертва.
Так, Анастасия Покровская осталась на базе Красного меридиана в покинутом городе посреди пустыни, который называли Раскопками. Среди людей, которых прежде считала отбросами общества, занимающихся расшатыванием мира излишне категоричными средствами. Осталась - такая ирония, после того, как ее казнили записали этот процесс на видео. Но сама мнимая казнь уже забылась на фоне того, какая была реакции мировой общественности. Она-то и показала девушке, как обстоят дела на самом деле. Оказалось, что все очень плохо. Взять хотя бы ее мать, которая проигнорировала запись и даже не связалась после. Как такое возможно?! А вот возможно, в новом мире, который строил ОДН. И этот ОДН следовало как можно скорее снести, пока мир совсем не обезумел в своем безразличии.
Прошло несколько лет. О старой жизни Ася не вспоминала. И без того было полно всего, что приходилось осознавать с новой точки зрения. Теперь она была членом ячейки отверженных, совершавших дерзкие ограбления, кражи военных данных, диверсии и саботажи, в надежде, что у них появится шанс против непрерывно расширяющегося Всечеловечества. По вечерам, когда она штудировала работы председателя Си Цзиньпина, её мысли были обращены к матери и всем тем людьми, которые остались там – в плену мира беззаботности. И когда после неудачной акции у неё опускались руки, она сразу вспоминала об этих людях. Шли годы. Всечеловечество расширялось, но расширялось и сопротивление ему. Те немногие, которые хранили самость, а не коллективность.
За эти годы они, эта странная команда, вошли в ритм. У них не было мощи армии за спиной; они были скорее — как их называл Янь? — ударной группой, способной быстро и тихо входить и выходить из ситуаций, оставляя за собой столько разрушений, сколько могли. Лео, их странный пилот, лучший из всех, кого Ася когда-либо знала (хотя, надо признать, она не встречала так много), всегда готовый доставить их в опасность и увести от нее с бесконечной чередой жалоб, которые никогда не мешали ему делать свою лучшую работу.
Янь Цзинь его серьезное лицо, бледное для человека, было покрыто более темными пятнами. Шрамы, пересекающие его нос и бровь, говорили о тяжелой жизни. Волосы, как полированный уголь, всегда были зачесаны вверх и назад от его карих глаз таким образом, что, казалось, бросали вызов гравитации. Его улыбки были быстрыми и легкими. Должно быть, это мило.
За последние несколько лет Ася видела в Яне что-то другое почти каждый раз, когда смотрела на него. Иногда он был закаленным воином-лидером их команды, одержимым местью. В других случаях, хотя он изо всех сил старался это скрыть. Он был предан, но в равной степени предан своему делу и своей команде. Он был таким милым, что это было немного раздражающе.
Мишель Голицын был их координатором с высокими людьми. Он планировал операции и анализировал добытые данные.
Итак, после в значительной степени однородного воспитания Ася все еще чувствовала, что их команда представляла собой разношерстный ансамбль. Но их различия сделали их почти неудержимой силой. Объединенные в своем деле, каждый привносил в борьбу свои собственные сильные стороны.
И всё же этой борьбе не было конца. Они словно пытались догнать солнце. Ячейки проваливались одна за другой. Единственной реальной возможностью борьбы оставалась работа с информацией о подземных жителях, которые производят «вытяжку». Но и там не было просвета. Любая информация о «вытяжке» была защищена. Как только они тянули за один конец ниточки, он тут же обрывался. Исчезали информаторы, гибли люди. Так повторялось снова и снова.
Пока непредвиденный случай… не изменил ситуацию….
Они перехватили неисправный дрон-разведчик. Это был ординарный информационный дрон, оборудованный камерами и датчиками, но, как оказалось, в его памяти содержалось шифрограмма посланная из Международного института согласия и равенства. При дешифровке выяснилось, что произошло проникновение в объект «Убежище». Было установлено, что неизвестные вербуют трудящихся в оппозиционную Профкому ячейку.
— Вот оно! – торжествующе воскликнула Ася – У них получилось! Сяо У смогла проникнуть туда!
Это было лучиком надежды. Веселушка Сяо У, пропала полгода назад во время неудачного переворота в Греции. Три месяца спустя она сумела выйти на связь из места, которое называла «Убежище 101». Её информация подтвердила слухи о подземных жителях, хотя содержала сущие крохи. В конце письма Сяо У писала, что нашла единомышленников среди трудящихся и пытается сколотить ячейку сопротивления Профкому. Что такое Профком и кто такие трудящиеся она не пояснила. Больше писем не было. Стали подозревать худшее. Кое-кто даже стал поговаривать, что Сяо просто устала и решила сбежать.
И вот теперь, эта шифровка. Она доказывала, что Сяо У не продалась, но по её следам вероятно шли и не было понятно схватили её или нет.
Однако следующий шаг был предельно ясен…

******
Какой же это шаг? – яростно осведомился Джарданов – Что вы со своими дружками удумали сделать?
Ася открыла глаза. Действие веритайзера начало ослабевать. Её разум просветлел.
- Разумеется найти Убежище – проговорила девушка.
Джарданов прищурил глаза.
- В самом деле? – спросил он – Знаете, я знал многих других «борцов за свободу». Они так же как и вы говорили высоким ямбом пафосные речи, но конец их был жалок – падение от собственного высокомерия!
Ася осклабилась.
- Высокомерие — это ловушка в которою попадают многие, министр – изрекла девушка – Вы серьезно думали, что поймали меня? Я забыла вам дорассказать. Наверное интересно? Шифрограмма была на ваше имя. Так что в этот раз нам нужны… вы.
Джарданов выпучил глаза и пока он удивлялся, Ася впечатала ботинок в висок замершего рядом синтетика, выхватив из его кобуры импульсный пистолет. Свободной рукой она обвила шею министра, словно искусная любовница, и приставила к кадыку мужчины холодный ствол.
- Нет! – испуганно заорал министр, останавливая синтетиков, которые вскинув винтовки собирались открыть огонь
- Оу – воскликнула Ася – Похоже ваши синтетические друзья не могут вам помочь, министр!
В следующую секунду послышался звон бьющегося стекла и сквозь разбитую крышу в каюту прыгнули двое мужчин в военной разгрузке. В руках они держали автоматы, которые незамедлительно применили, точными, быстрыми, одиночными «уложив» синтетиков.
-  Да, теперь точно не смогут помочь – заключила Ася.
- Он тебя не обижал? – спросил Лео.
- Так разминался – усмехнулась девушка.
Она отпустила министра и отошла от него на  два шага, держа импульсный пистолет наготове.
- Он вроде не такой страшный, как в гипервизоре – сказал Янь – Может даже поделиться с нами кое чем, что нам очень нужно. А?
Министр дико крутанул головой, разглядывая похитителей.
- Да я вам головы поотрываю, шакалье! – зашипел он.
- Неверный ответ – заявил Лео и несильно пхнул министра прикладом. Тот обмяк и осел на пол.
- На параше сгною, козлы!
- Два неверных ответа подряд как жаль – сказал Лео и сел на корточки рядом с тушей министра – Немного поясню ситуацию, чтобы тебе было понятно. Или ты рассказываешь нам всё добровольно и мы тебя отпускаем или…
Лео повернул голову к Янь-Цзиню. Китаец порылся в куртке и достал откуда-то изнутри ткани небольшой флакон.
- Ты знаешь что это – сказал он, плотоядно улыбнувшись искоркам страха, которые забегали в глазах Джарданова – Мы вольем в тебя эту гадость целиком и ты сдохнешь от передоза всё равно нам всё рассказав. А передознуться «вытяжкой» крайне неэстетично. Уверен ты видел как это происходит.
Ася вздрогнула. Она этого не видела. Но слышала. Года два назад они скрывались от МНК в лесу Айбисвальд. В их группе был парень по имени Лвин Маунг. Он страдал от нехватки «вытяжки», так как принимал её постоянно, пока не попал в отряд. Часами он рассказывал Асе от том, что значит быть наркоманом и о том, как смешивать «вытяжку» с кокаином… Тогда он и рассказал, что бывает когда слишком много выпить «вытяжки» - твой разум размягчается и ты не можешь заставить себя заняться чем либо. Ты просто будешь сидеть в пижаме и смотреть на стену. Твой разум будет абсолютно ясен и ты всё понимаешь, а потом ты начинаешь медленно истлевать пока не обратишься в прах и твой разум будет ясен до самой последней секунды. Ты будешь знать, что гниешь, но ты ничего не сможешь с этим сделать.
Через месяц Маунг погиб. Но знакомство с ним только укрепило желание борьбы в Асе.
- Я дам вам информацию – услышала она голос Джарданова – Но вы всё равно не успеете ей воспользоваться. Вас найдут раньше.
— Это уже наше дело, министр – заявил Лео, ткнув министра в спину стволом автомата.
Джарданов промычал что-то невнятное и скрежеща зубами от досады и злости ввел свой идентификационный код. Включилась гипервизионных панель и немедленно замелькала красными точками.
- Ну что же посмотрим, чего стоили мои мучения – флегматично сказала Ася, кивнув в сторону министра – Если дернется, пристрелите.
- С радостью, конфетка – осклабился Лео – У меня уже руки чешутся.
Ася ухмыльнулась и наклонившись над декой стала водить по ней руками, открывая файлы.
- Они повсюду – пробормотала Ася – Только разрастаются.
- Не на такой результат мы надеялись – кивнул Янь – Годы борьбы, но ничто не замедлило ОДН. Люди наверху наслаждаются беззаботностью, а люди внизу на них работают.
Раздался мерзкий смех.
- А чего вы ждали, Асенька? – осведомился министр – Вы проиграли заранее, когда только начали борьбу. Нельзя идти против волны. Она сметет вас. Вы думаете, что ваша мать такая яростная поборница ОДН? Нет. Просто как каждое разумное политическое животное она приспосабливается и ищет компромиссы. Зачем бороться если не можешь победить? И я и ваша мать сделали выбор в пользу стабильности и процветания.
- Вы разрушили нашу историю! – выплюнула Ася – Наши традиции, культуру и скормили наше достояние глобальному прогрессизму!  Но пройдут годы и дети, которых вы сейчас оболваниваете будут знать, что были люди которые сражались за достояние и за цивилизацию.
Джарданов фыркнул.
- Как удручающе и наивно – сказал он – Вечные спутники горячих голов.
Ответную реплику Аси прервал Лео.
- Яхта скоро причалит – сказал пилот – Думаю пора делать ноги, если никто не хочет повторения ланкийского рынка – Лео кивнул в сторону министра – Что с этим? Пристрелим или утопим?
- Пойдет с нами – сказала Ася – Ему нужно убедиться в правдивости моего рассказа про технологии наших друзей.
- Отлично значит возьмем дичь с собой – осклабился Лео – Повезло вам министр. У вас свидание с известным певцом. В былые времена к нему очереди стояли. А вы с ним как будто запросто будете.
Тень страха пробежала на лице Джарданова.
- Давайте договоримся – сказал он – Он ведь просто убьет меня. Тупой наемник! Я богатый человек и вы получите столько сколько захотите
Лео похлопал министра по спине.
- Нам нужны вы – весело сказал он – И мой вам совет, если хотите жить, не стоит называть нашего певучего друга тупым наемником. Он от этого хиреет. А когда он хиреет то становится ещё злее.
- Всегда может проверить, умеет ли человек летать – кивнула Ася.
- Кончайте базар – заявил Янь – Уходим.
Ася кивнула.
- Берите его – сказала она – Мне ещё минутка нужна. Хочу ещё раз отсмотреть терминал на предмет полезной инфы.
- То есть компромата за который можно выручить презренный метал? – спросил Лео.
Ася улыбнулась.
- А он что, для нас бывает лишним? – хитро спросила девушка.
О нет, не компромат и не деньги интересовали Асю. Слишком наблюдательной она была. А за время её работы на Красный меридиан эта её наблюдательность превратилась в инстинкт хищника. Дождавшись пока парни скроются с пленником, она вновь включила десктоп. Ей нужно было проверить….
Девушка ввела данные и глаза забегали по выпадающим словно конструктор символам. На глаз всегда трудно понять есть ли стоящая информация в этих наборах букв и цифр. Даже в защищенной базе данных здесь стояло двойное шифрование. Апологеты Всечеловечества не любили когда тревожили их секреты и скрывали правду даже друг от друга. Но одна аббревиатура показалась Асе знакомой – Кирс101. Трудящийся Кирс 101 поисками которого судя по данным шифровки хранившейся в базе занимался МНК.
Кирс 101. Комок возбуждения застрял в горле. Мог ли этим трудящимся быть Кирсанов?
Ася задержала дыхание и судорожно стала рыскать по шифровке как будто текст мог преобразиться в фотографию. Но она умела работать с информацией и знала, что иногда текст красноречивее изображения. Она видела аббревиатуру. Она видела идентификационный код, который был сходен с днём рождения Кирсанова. Таких совпадений не могло быть. Значит Кирсанов это один из трудящихся. Очевидно именно его нашла Сяо. Кирс 101 из Убежища 101. Это ясно как день. Девушка импульсивно хлопнула руками.  Она поняла, что эти плутовские символы, которые бежали по экрану были аббревиатурами трудящихся. Миллионы людей были целенаправленно убраны из социальной стратификации ОДН. И Кирсанов оттуда сбежал. Один или вместе с Сяо У? Сразу возник в голове Аси вопрос.
Неважно, это потом. Необходимо срочно доставить министра Джарданова на базу и выпотрошить его мозги. Она не собиралась проявлять милость. Не в этот раз.
 
КОНЕЦ ВТОРОЙ ГЛАВЫ




                ГЛАВА III

                ОТРАЖЕНИЯ
.
   – Что толку в книжке, – подумала Алиса, – если в ней нет ни картинок, ни разговоров?
Льюис Кэрролл


А
эротакси домчало Дашу до профессорского кампуса – ряда одинаковых двухэтажных белых домиков. Этим собственно говоря они и отличались от кампусов научных сотрудников – у тех были одноэтажные. Девушка устало вздохнула: нечего было и думать про возвращение в свой кампус. Хотя мысль о несъеденном мясном пироге собственного приготовления и тушеных грибах определенно вызывала сожаление. Нет дело было не в самой еде. А в том, что теперь её жизнь на разделилась на «до» и «после». Не то чтобы Даша была яростным апологетом идеи Всечеловечества, однако при всей несовершенности, эта идея давала некую определенность, а работа в Институте согласия и равенства существенный престиж. Теперь всё исчезло и это было жестоким ударом.
Через тридцать семь минут после погрома в отделе по изучению реликвий девушка оказалась в служебной квартире профессора Алькасара. Синтетики, дежурившие возле КПП, для поддержания порядка и спокойствия ученых, пропустили её без вопросов. И тут было два варианта: Или они действительно не идентифицировали её как человека устроившего переполох в лаборатории, а потому хотят, чтобы она разговорила профессора, как и задумала Александра или, если они считают её сообщницей профессора и ждут какие указания он даст ей. Оба варианта ей не нравились. Но первый давал чуть больше времени.
Профессор, одетый в темно-зеленый костюм встретил девушку с самой любезной улыбкой и с такой же любезной улыбкой выслушал её сбивчивый рассказ. Казалось, что его даже забавляла сложившаяся ситуация.
- Я рад, что вы не принимаете тезисы на слепую веру – сказал ей Алькасар, наливая чай – В старые времена это было одним из важнейших качеств ученого. Нынче предпочитают иные факторы.
Даша фыркнула.
- Вы знали, что это случится! – заявила она
Алькасар улыбнулся.
- Я не Господь и не святой Иаков, юная леди – сказал он – Я не могу знать времена и сроки. Однако, признаюсь, что допускал такую возможность. Я, видите ли, читал ваши научные работы. Я знаю, чем вы дышите – профессор подмигнул, доверительно наклонившись – Вы всегда пытались ответить на поставленный вопрос и не ограничивались простыми предположениями или общепринятым мнением. Я только проверял свои догадки и рад, что оказался прав насчет вас.
Даша почувствовала себя неловко. В ней проснулся дух противоречия.
- Но наука не выбирает сторон – возразила девушка – А вы были так уверенны…
- Потому что настоящая наука только подкрепляет высшую истину, данную нам – сказал Алькасар – Я знаю правду. Всечеловечество хочет подчинить людей, извратив науку. Они заменяют ей религию. Демонстрируют прогресс, чтобы прикрыть свой обман. Вы одна из немногих, кто это поняли. Противоречие и сомнение — это не преступление, Даша. Нельзя слепо верить тому, что сделано одним лишь человеком. Теперь, когда и вы узнали правду, они придут не только за мной но и за вами.
- Они боятся, что я это расскажу людям? – спросила Даша.
- Боятся, что люди в это поверят – кивнул Алькасар.
— Я думала, — сказала Даша, — что ученый не употребляет слов типа «верить». Я думала, мы наблюдаем факты, избегаем поспешных выводов…
- Отнюдь – покачал головой Алькасар – Вера это именно то, что делает человека приближенным к пониманию истины. Люди не рождаются неверующими. Забудьте это. Если они не верят в Высшее, значит они верят в низшее. Но вера в низшее никогда не решает предельных вопросов. Кажется ваша новая знакомая Овчинникова-Асфур говорила про поклонение старым культам. Они боятся возвращения истинной веры. Веры в Высшее. Но мало просто сказать, нужно это ещё и доказать. Когда ученый убедительно опровергнет других ученых это пошатнёт саму их идею и выстроенный ими глобальный порядок.
Даша закрыла лицо руками. Щеки горели.
— Это кошмар – сказала она
Профессор устало сгорбился. Груз пронесенных знаний отразился на его лице совершеннейшим достойным спокойствием.
- Всего лишь наука – мягко сказал Алькасар – Я сожалею, что втянул вас в это. Но иного выбора не было. С того самого дня, как в институте узнали о моих исследованиях, ректор не скрывал своего желания сорвать проект. Я же делал всё, чтобы сорвать его проект. О котором вам только предстоит узнать. Вы же были для меня приманкой. Всё ваше путешествие задумывалось для того, чтобы вы доказали мою неправоту. Но вы шагнули чуть дальше, чем положено ученому и теперь должны сами решить, что делать с правдой, которую вы узнали.
Даша с трудом могла подбирать слова. Состояние шока сковало девушку с головы до пят. Но всё равно внутри теплилась пусть и слабая искорка любопытства.
— Значит эти… камни… легенда  – пробормотала девушка – Это всё ложь? Их не существует?
Алькасар довольно улыбнулся.
- Я надеялся, что вы это спросите – профессор сложил руки на груди – У вас у самой ответ есть? –
Даша нервно дернула плечами. Она была в крайнем возбуждении.
- Возможно, что не совсем ложь – сказала она – Может быть настоящие камни где-то спрятаны. А людям не говорят правду.
- Как утопающий хватается за соломинку, так ученый хватается за каждый тезис, который может ему помочь, верно? – спросил Алькасар – Но здесь, вы на верном пути. Кастильские камни действительно существуют. Как и правдива легенда о них. За это я вам ручаюсь. Но только доступны они немногим избранным, тем которые и создали Всечеловечество.
- Но почему? – вопрос Даши был скорее возмущением – Ведь люди разумны. Они поймут как использовать эти камни во благо. Почему Институт обратил правду в ложь?
Алькасар меланхолично вздохнул. Его глаза что-то изучали на потолке персикового оттенка.
- Каков же ответ? – спросил он в пространство.
Даша нервно сглотнула. Хитрый старик. Он хочет, чтобы она прошла через аутодафе и ответила всё сама. Уж не права ли Александра на его счёт? Возможно, что существует какая-то особая цель, для сокрытия камней…
- Потому что Институт был образован, чтобы создать эту ложь – услышала Даша свой голос.
Эти слова вырвались как будто сами собой. Словно птица из закрытой клетки, тщательно спрятанной в самом дальнем уголке её сознания.
- В точку – Алькасар эмоционально взмахнул пальцем.
Профессор был доволен, тем что она сказала. Просто в восторге.
- Но ведь и вы являетесь частью института – сказала Даша – А значит вы можете быть элементом Всечеловечества и средством контроля.
- Звучит неплохо – кивнул Алькасар.
- В связи с этим мой самый логичный вопрос. Насколько вы искренне со мной? Не является ли мой выбор плодом общей фантазии?
- Безусловно это так и было бы – сказал Алькасар – Если бы я предложил вам этот выбор. Но вы выбрали сами. А потому вы уже не выбираете, а хотите понять на той ли вы стороне. Но я не могу вам это сказать. Вы должны слушать свой собственный разум и своё сердце.
— Значит Александра тоже подталкивала меня к этому выбору? –
Профессор флегматично покивал седой головой.
- Возможно – пожал плечами старик – В любом случае вы выбрали не так, как выбирает большинство ученых и стали для них опасны. Ваши шансы не совсем ничтожны, но… это стереотип их поведения, знаете ли. Я хорошо его изучил. Всечеловечество уничтожает любое сомнение в системе. Вы и есть это сомнение. А потому я приму весь удар на себя.
Даша непонимающе посмотрела на профессора.
- Вы должны продолжать – любезно пояснил Алькасар – Что касается меня, доктора говорят, что я протяну ещё год, максимум два. После этого я отправлюсь к праотцам. Не стоит так переживать, право – попросил профессор, заметив шок на лице девушки – Я доволен тем, что успел завершить то, что начал и к чему стремился. Вы мое продолжение. Вам будет суждено поставить точку в моих исследованиях – отыскать свет надежды в нужное время. И всё пойдет своим чередом.
   – Не понимаю…
   – Поймете – сказал Алькасар – Ваш острый, тонкий ум и научная прозорливость всё это понадобится тем, кто будет вокруг вас. Это мое последнее напутствие. Поезжайте в Эль-Аюн. Там в берберской пустыне, отыщете моего давнего друга. Если вы ему понравитесь, то он расскажет вам куда больше моего. Эта безделушка укажет вам путь – профессор протянул небольшой трекер – Другой у моего друга. Он превосходный стрелок и смелый солдат. Вам эти его навыки пригодятся, когда будете убегать от того, что будет идти по вашим следам, поверьте. Но что касается меня, – закончил он шепотом, так что Даша едва расслышала последние слова, – то мне… конец. Кажется за мной пришли.
   – Что?!
   Мысли Даши опустились с небес на землю, и сквозь окно она увидела патруль.
- Полагаю, вам лучше спрятаться – сказал Алькасар – Не стоит присутствовать при том, что случится. Хотя предполагаю, что они будут довольно милы.
Дашу колотила дрожь. Она не могла понять, как можно идти на собственную казнь с таким достоинством. Ведь суд над ученым это была все равно что казнь. Неужели он так верит? Достанет ли ей такой веры?
Девушка осторожно вышла на балкон и спряталась за косяком двери. Сквозь тонкие стены она прекрасно слышала всё, что происходило в доме.
- Доктор Алькасар – услышала девушка низкий, хорошо поставленный, вежливый голос Александры Овчинниковой-Асфур – Прошу вас следовать за нами.
- Я приветствую вас, сеньора – прозвучал вежливый голос профессора – Неужели меня так боятся, что мой арест поручили человеку с… вашими способностями.
Даша услышала ехидную усмешку Александры.
— Это моя собственная инициатива – сообщила сенатор – Мне интересен человек, который так ярко критикует нашу реальность. Любопытно будет послушать его аргументы –
- Мне дадут высказаться?
- Как и любому гражданину ОДН – сказала Александра – Чтобы историки эпохи Всечеловечества лучше понимали мотивы поступков и контекст их совершения. Это моя задача.
- К чему эти шарады, сенатор? – спросил Алькасар – Я ни на секунду не поверю, что вы позволите мне говорить публично. Что вам от меня нужно на самом деле?
- Вы должны закончить то, что вы начали, профессор – сказала Александра – Продолжите работу над проектом Теофраст и можете говорить всё, что пожелаете нужным.
- Для меня это не возможно – сказал Алькасар – Вы лжецы и убийцы. Под видом свободы, вы принесли народам величайшее рабство. А под видом разнообразия полное уничтожение личности.
- Ах оставьте – фыркнула Александра – Не надо кокетливо заламывать руки. Вы проиграли. Примите неизбежное будущее и послужите на благо Всечеловечества.
- Всечеловечество это ложь – отвечал Алькасар – Пошлая ложь. Нельзя построить Рай на Земле.
- Мы всего лишь дали человеку то, что он хотел – сказала Александра – Мы не создаем лагерей, мы не создаем церквей. Человек свободен делать то, что он захочет. Поэтому люди пошли за нами.
- Горе тому, кто искусит малых сих – произнес профессор – Вы столкнетесь с последствиями. Ибо всегда будут те, кто бросит вам вызов и отыщет истинный свет надежды.
Даша нервно вздрогнула. Она понимала, что эти слова были сказаны о ней и для неё. Алькасар знал, что она слышала их.
Александра нервно мотнула головой. Сенатору вероятно надоел философский диспут, поскольку она приказала синтетикам увести упрямого профессора на позорное судилище. Алькасар не стал сопротивляться.
- Ах от чего же мы так непримиримы? – риторически поинтересовалась Александра у профессора на самом пороге апартаментов.   
Старик горделиво выпрямился.
- Есть вещи которые нельзя забыть – коротко сказал он.
Александра многозначительно хмыкнула и отдала быструю команду. Синтетики повинуясь вытолкнули профессора из апартаментов и то был последний раз, когда Даша видела старика в живую.
Наверное если бы она это знала тогда, то что-нибудь предприняла бы. Она бы придумала что-то….
Но ей, даже после всего увиденного, всё происходящее казалось чудовищной ошибкой, в которой непременно разбираться.
И старика уводили, уводили навсегда. А Даша всю эту картину, замерев от страха, разглядывала в неверных тенях кое-как, сквозь узкую щелку приоткрытой двери.
Профессора увели. А Александра, прежде чем уйти следом задержалась на мгновение и пытливым взглядом осматривала комнату. Будто бы она хотела взглядом послать какой-то сигнал. Даша быстро отодвинулась от двери. Ей вдруг стало почему-то нехорошо от этого взгляда. Он был холодный, мертвый, но ужасно… притягательный, до того притягательный, что девушке захотелось… Даша густо покраснела от собственных мыслей и тряхнула головой, прогоняя наваждение, которое однако никак не хотело исчезать. На секунду девушке даже показалось, что взгляд сенатора просвечивает стены, настолько пристально Александра смотрела на дверь.
Неизвестно сколько бы ещё продолжалась бы сцена, но наконец Александре наскучила и эта её игра в гляделки с неизвестным фантомом и она развернувшись на каблуках быстрым шагом покинула апартаменты Алькасара.
«Странно – размышляла Даша, осторожно приоткрывая дверь, как только каблуки сенатора стихли. - И я бы даже сказала, страшно».
Девушка смахнула капельки холодного пота со лба. Она чувствовала себя словно бы на неё налетело грозовое облако и окатило ледяной водой. Это было абсурдом, но Даше вдруг представилось, что Александра вообще явилась с того света. Настолько это была другая Александра, совершенно непохожая, на ту милую попутчицу в телепорте. Девушке вдруг вспомнились слова Алькасара про нечто, что будет преследовать её. Уж не Александру ли имел в виду старик?
Может он знал о сенаторе нечто большее? Какую-то тайну, которую скрывает сенатор?
Даша мотнула головой. Нет, у нее определенно разыгралось воображение. Это вон в гипервизионных сериалах показывают, а в реальности всё куда прозаичнее.
Фантазии, уважаемая. Фантазии.
Нужно выбросить из головы всё посторонние мысли и  сосредоточиться на помощи Алькасару. Она переберет все его документы и артефакты и непременно найдет что-то, что обменяет на свободу профессора и распутает всю паутину махинаций этого проклятого Института.
Девушка печально вздохнула. Она окончательно запуталась в мыслях как своих, так и Алькасара, но понимала, что от ситуации отчетливо пахло бедой.

******
Выйдя на палубу Янь Цзинь вдохнул полной грудью свежий ночной воздух.
- Знаете, я решил пересмотреть свои приоритеты  – сказал молодой человек – ОДН нужно бить всегда. Пожалуй останусь в вашей команде подольше.
- Приятно что-то менять, верно? – улыбнулась Ася.
- Нет – бросил Янь – Просто эти чинуши т-а-а-а-кие богатые. До неприличия. Им позавидует любая мафия. Честное слово.
Он знал, что говорил. Год назад на специальном заседании Партии в Сообществе единой судьбы официально признали успешное искоренение триад, чье влияние казалось повсеместным. Несколько лет против них работала центральная руководящая группа, которая проводила политические и юридические зачистки, провоцировала войны между триадами, пока в конце концов они просто не исчезли Оставшиеся немногие преступные ренегаты сбежали за границу. Янь Цзинь был одним из тех, кто боролся против триад. За свою службу он получил ранг политического комиссара и его направили партийным куратором в «Красный меридиан».
- Деньги дают власть – философски изрекла Ася – А слабым умам только власти и нужно. Им нравится демонстрировать свою силу над народом. Понятия не имею кто это сказал, но разделяю полностью.
- У нас ещё будет время поговорить с нашим другом – осклабился Лео – Может он поделится секретом, как чинуши ОДН богатеют, говоря о равенстве.
Пилот отвесил щедрого тумака министру.
- Уверен, что на этой базе есть много секретов, которые он нам поведает – ухмыльнулся пилот – Может быть расскажет что о Трудящихся подземелья. Да, министр?
Джарданов закряхтел.
- Вы не понимаете против кого идете – сказал он – Когда вас найдут, то вы будете умолять о смерти!
Ася села на корточки возле распластавшегося министра.
- Как-то вы недемократично выражаетесь – издевательски скривилась девушка – Я и не думала, что такому апологету…
Тут в глаза ударила яркая вспышка, яхта подпрыгнула как резиновый мячик и девушку отбросило, больно ударив о стену. Из глаз посыпались искры.
Тяжело дыша и отплевываясь девушка с трудом поднялась на ноги. Зрение пришло в норму и Ася сумела разглядеть приближающиеся сквозь огонь и дым силуэты.
- Ну наконец-то! – вскричал Джарданов, вскакивая на колени и устремляясь к силуэтам – Пока вы гоняетесь за тенями, меня…
Это была его последняя фраза в жизни. Что-то просвистело в воздухе и секунду спустя голова министра с ужасным чавкающим звуком отлетела от тела. Его глаза ещё несколько секунд удивленно смотрели в пространство, прежде чем голова ударилась о металлическую поверхность и укатилась куда-то в угол. Следом рухнуло тело, обильно оросив палубу кровью.
Предмет, который отрезал голову описав окружность вернулся в подставленную женскую руку.
Дым расселся. Перед опешившими повстанцами стояли две одинаковые девочки в одинаковой школьной форме. На вид обеим было лет по тринадцать.
- Вы укрываете предателя, министр – сказала одна девчачьим, но ледяным и металлическим голосом.
- Это очень нехорошо, министр – вторила ей вторая – Вас за это заругают. Общаясь с предателями можно и головы лишиться!
Первая девочка сделала задумчивое лицо.
- Он уже и лишился – сказала она – Надо найти голову и принести её нашей госпоже.
- Да, да, да – вторила вторая – Но сначала надо избавиться от всего лишнего. То есть от посторонних.
Слушая этот бред, Ася вдруг поняла, что речь идет о них.
- В рассыпную! – заорала она.
Девушка не поняла, слышали ли её напарники. Некогда было и думать о том, что ещё за напасть они тут встретили. Ася просто наугад кинулась с борта в воду, подныривая, чтобы иметь хоть такое укрытие. Только вот шанса это никакого не давало. Или она всплывет, и её схватят, или, не выдержав, она вдохнёт и захлебнется. Дыхательной маски у неё не было.
Ася стала усердно грести руками, но тщетно, вода подхватила её и понесла куда-то, где образовывалась белая пена. Очевидно поблизости был водозаборный узел. Ну блеск, теперь ещё её и разрежут на корм рыбам.
Гул от тяжелого винта, Ася услышала раньше, чем увидела его. Однако ей повезло – винт работал, не выдавая полных оборотов, и, просчитав драгоценные секунды, девушка смогла проскочить сквозь вращающиеся лопасти. Эх видел бы её сейчас Кирсанов.
Сразу за лопастями, обнаружилась бесшовная труба, по которой вода гнала Асю как будто девушка оказалась в аквапарке, пока наконец она кубарем не выкатилась в огромный резервуар наполненный тоже водой.
Отряхиваясь и тряся головой, чтобы смахнуть воду, девушка отряхнулась. Это всё было больше похоже на станцию водоочистки.
- Эй, народ меня кто-нибудь слышит!? – Ася постучала пальцем по наушнику.
- Громко и ясно! – сказал Лео – Не ори так. Лучше скажи, где ты. Только прошу без твоих поэтических описательных подробностей.
Ася хмыкнула. Если честно она никогда ещё не была рада слышать этот чертов голос.
- А зря! У меня тут т-а-а-кие выразительные цистерны – сказала девушка ухмыляясь – Их форма напоминает надувшихся шмелей после…
- Она очевидно на станции очистки – вступил в разговор Янь – А мы двумя уровнями выше. Найди, где подняться, и двигайся нам на встречу!
Янь начал говорить ещё что-то, но фразу привали выстрелы. Кажется, мальчики решили развлечься, чтобы их ожидание не было скучным. Ася только пожала плечами. Мужчины. Провертев головой в поисках опасности, девушка осторожно пошла вперед  через открытую переборку. Другого направления всё равно не было. 
Зато подъем нашелся достаточно быстро: но не лифт, обычная винтовая лестница, от металлической поверхности которой эхом раздавался гул шагов девушки. Сообразила Ася, что передвигаться следует осторожно только когда завернув за угол нос к носу столкнулась… с синтетиком. Андроид моментально вскинул импульсную винтовку, но выстрел сделал кто-то ещё. В самого синтетика, который рухнул куда-то в темноту лестничного марша.
- Фью – присвистнула Ася и проводила взглядом летящего синтетика – И как вы? Осмотрели все достопримечательности? Могли бы и найти что-нибудь согревающее для девушки после плавания в воде.
- Нас задержал почетный караул – осклабился Янь – Напомни мне как-нибудь отвести тебя в Цзиньхай. Там самое лучшее согревающее в мире.
- Но мы ещё очень далеко оттуда и чтобы отведать твоего согревающего надо шевелиться – бросил Лео.
- Да, не будем задерживаться – кивнула Ася – Идем.
Торопливым шагом они пошли по мерцающему коридору. Кругом стояла мертвая тишина.
- Что-то я не ощущаю азарта от скрытых тут сокровищ – бросила Ася.
Лео пожал плечами.
- Меня больше беспокоит те, кого мы увидели на яхте – сказал пилот – Они были похожи на…
- Не поминай их – шикнула Ася.
- Эй я не понял! – вскинулся Янь – Вы что знаете, кто на нас напал на чертовой яхте?
– Не знаю и знать не хочу, – ответила Ася, правда, не очень уверенно. Она и сама вспомнила кого именно имел в виду Лео, немного придя в себя после заплыва. Они были даже очень похожи.
- Кто бы не были эти твари, но они первым делом замочили нашу добычу – буркнул Янь – Или потому что шибко ценный или сами имели задания его грохнуть. Дьявол, вся операция теперь псу под хвост.
- Не скажи – пожала плечами Ася – Кое-что мы всё равно узнали. К тому же банк данных у нас. Осталось только выбраться отсюда.
- Интересно каким способом? – осклабился Лео
Ася задумчиво почесала щеку.
- Ну, раз здесь есть охрана – стала рассуждать девушка – Значит должен быть или катер или вертушка. Доберемся и свалим отсюда. Идём.
Двинулись дальше. Коридоры в этом, Ася решила называть  это комплексом, были узкие и выдолблены в скале. Возможно они были на каком-то острове. Пахло солью, прибоем и, почему-то, залежавшимся мясом. Света практически не было. Приходилось пользоваться одним фонариком на троих. Кругом по прежнему было тихо, кроме эха от их собственных шагов. Чем бы не занимались в этом комплексе раньше, сейчас он, очевидно, был уже покинут.
- Синтетиков вероятно оставили в качестве охраны от любопытных – прочитал её мысли Лео.
Они прошли еще несколько метров, завернули за угол и впереди замигали огоньки приборной консоли. Подошли ближе, Янь навел фонарик. Это была стандартная консоль управления, вероятно узел связи.
- Думаете в ней есть информация, о том, что тут происходило? – осведомился китаец
- Если они следовали стандартному протоколу, то должны были оставить резервную копию информации – сказала Ася – Так что если вы прикроете мне спину и дадите пять минут я её вытащу.
Лео и Янь хитро ухмыльнулись друг другу.
Пилот вальяжно подошел к стене и аккуратно пробежал рукой по каменной поверхности, проверяя, нет ли скрытых датчиков. Рука нашарила рубильник.
- Если не возражаете…
В глаза больно ударил электрический свет. Когда Ася проморгалась, то увидела, что они стоят в идеально квадратной комнате, коридор, по которому они шли проходил через неё. Приборная консоль стояла в центре, а вокруг консоли валялись акри и разный забытый хлам.
- Я надеюсь, что это не была база морских пехотинцев на которых напали ксеноморфы – осклабилась Ася, ища взглядом на чтобы ей сесть. Такого предмета не обнаружилось и работать пришлось стоя.
Девушка пощелкала пальцами на клавиатуре. В динамике консоли раздались помехи, которые спустя секунду стали искаженным голосом оператора…
«Дневниковая запись 64, группы 415 ученых Международного института согласия и равенства. Мы выполнили указание ректора и заняли остров Кузнецова. Местное население перераспределено. Однако здесь не удалось найти ничего существенного, что могло бы иметь значение для проекта «Теофраст». Вулканическая активность уничтожила большую часть нашего оборудования. Тем временем всё больше ученых гибнет от опасной фауны. Мы не сможем выполнить предписание и организовать быт страты трудящихся на должном уровне. Рекомендую перенести проект в другое место и оставить небольшой аванпост для защиты наших технологий от преступного элемента». 
Запись остановилась.
- Остров Кузнецова – задумчиво сказала Ася – Значит мы немного западнее Алеутских островов. Но я никогда не слышала, чтобы здесь шли какие-то разработки.
- Очевидно Институт тщательно охранял этот секрет – сказал Янь – Смотри. Запись датируется седьмым годом. И они снова упоминают этих… трудящихся. Вероятно этот остров планировался как некая… база для их содержания, но что-то пошло не так и всё пришлось свернуть.
- Точно – сказал Лео – А базу основали в более подходящем месте. Но что они сделали с уже находившимися трудящимися тут?
Асю мелко передернуло.
- Я даже думать об этом боюсь – сказала она – Пойдемте дальше. Возможно мы узнаем ещё информацию.
- Я бы отсюда скорее сдриснул – бросил Лео – Любая информация имеет цену. А платить я не хочу.
Ася осклабилась.
- Разве тебе не нравится играть с горячими школьницами? –
- Только в специально отведенных для этого местах – хмыкнул пилот.
Из-за угла подул слабый морской ветерок. Отряд свернул и сразу за поворотом обнаружился провал в скале от которого вилась узкая поросшая мхом тропка. Сверху открывался вид на множество полуразрушенных небольших домиков. Янь приложил к глазам военный бинокль.
- Уведомление о выселении – прочитал китаец – Согласно резолюции Генеральной ассамблеи ОДН 979874 «О предотвращении риска заражения» продажа и обмен собственности запрещен. Все жители должны быть немедленно перераспределены на континент.
- Должно быть они не сильно сопротивлялись – кивнул Лео.
- Главное заставить население поверить в страх – пожала плечами Ася – А сам страх придумать можно. Они хотели этот остров и они его получили.
Тропа вела вверх по склону. Металл сменился на крошащийся под ногами камень, изрезанный ветром. Кое-где попадались строительные сваи, ржавые металлические цистерны и какой-то мелкий хлам. Шли тихо, памятуя данные записи об опасной фауне. Хотя ничего такого они не встретили. Только несколько раз пришлось остановиться, скрываясь в чахлых зарослях кустарников от то и дело патрулей. База была покинута Институтом, но оставленный аванпост продолжал функционировать.
- Целую базу соорудили прямо у нас под носом – недовольно пробормотал Янь – Думаю неплохо будет сделать несколько снимков. Для общественности.
- Да, но чтобы общественность встала на нашу сторону, нам нужно понять, чем Институт здесь занимался – кивнул Лео – У ОДН слишком много ручных журналистов. Они всё перевернут в пользу Института. Как было не один раз. Если не будет четких доказательств.
Янь пожал плечами.
- Ну что же, тогда поищем доказательства.
Спорым шагом отряд пересек небольшой горный ручей, вытекающий из зияющего чернотой пролома. Им и заканчивалась тропа. Другого пути не было. Не идти же назад. Путники стали протискиваться внутрь скалы.
Ася пролезла первой, осторожно ставя ноги, чтобы во время обнаружить пустоту. Но только  с другой стороны пролома, ноги вновь почувствовали металлический пол. Очевидно они попали в другую часть комплекса.
Здесь их снова ожидала паутина темных коридоров в мигающем свете аварийного освещения.

******
Следующий день Кирсанова во многом напоминал предыдущий. Молодому человеку даже стало казаться, что есть какая-то непостижимая схожесть между его пребыванием в Убежище и во дворце этой странной инфанты. Правда тут во дворце кормили вкуснее. Хотя и не затейливо. Без излишеств и изысков, которые будучи обывателем ожидаешь во дворцах. Немного фруктов и вяленого мяса с тостами и кофе на завтрак. Ну и воспоминания не пропадали. Он мог вспомнить что он делал и говорил вчера и позавчера и помнил как он сбежал из Убежища. Всё это не могло не радовать.
Кирсанов снова много и долго гулял по дворцу. И снова его никак не ограничивали в перемещениях. Сегодня врачи разрешили ему выйти в небольшой уютный садик, который благоухал свежими цветами. Эта идиллия казалась Кирсанову уже немного надоедливой, поскольку он понимал, что события проходят мимо него. Инфанты очевидно занимается какими-то своими делами и в том числе связанными с ним и его историей и очевидно, да кто бы её осудил, намеренна получить определенную выгоду от своего гостя. Вот только какую, девушка пока не говорила. Он чувствовал себя инструментом, который положили в красивую коробку и должны достать в нужный момент. Потому-то сегодня он решительно положил, что непременно должен закончить историю своего пребывания в Убежище и наконец понять мотивы Эланор.
В этих размышлениях он и провел свой день. Инфанта пришла к нему, как и вчера, около десяти. Расспросила его о прошедшем дне и пересказала последние новости мира. Сообщали, что боевики Красного меридиана похитили и убили министра внутренних дел Великоруссии Джарданова. За этим стоит некая Айрис. Одна из главных преступниц ОДН и дочь президента Великоруссии Натальи Покровской. Фамилия отозвалась в памяти но и только.
- Мне об этом ничего неизвестно – сказал Кирсанов – Но предположу, что этот министр очевидно был в курсе существования Убежищ. Если Сяо У действительно послал Красный меридиан, как вы его называете, то возможно они ищут доказательства нашего существования.
Эланор кивнула.
- Возможно – мягко сказала она – Или они преследуют какие-то собственные цели связанные с контролем над вашими… трудящимися. Сложно понять мотивы Сообщества единой судьбы. Но давайте вернемся к нашему разговору. Что же произошло дальше с вами и с этой Сяо У? Что же вам удалось выяснить?
Лицо Кирсанова помрачнело.
- Правду – сказал он – Благодаря Сяо У, я узнал для чего нас держат в Убежищах и как производится «вытяжка». Сегодня мне придется занять ваше время подробным рассказом, но он того стоит, поверьте. Пока это последняя глава моей истории…
 
******
Пока они шли по коридору, Кирс 101 сумел выяснить, что полное имя девушки Сяо У.
Этот факт поразил молодого человека до глубины души. В Убежищах ни у кого никогда нет полного имени. Значит Сяо У действительно с поверхности, раз она помнит свое имя.
И у него тоже было очевидно полное имя? И очевидно семья, друзья…
Неужели всё это было отнято Профкомом?
Погоди, одернул он себя. С чего бы мне так запросто верить этой трудящейся?
С того, что ты понимаешь, что тут что-то не так. Слишком много неясного вокруг. И каким-то совершенно удивительным образом версия Сяо У объясняет все твои вопросы.
- А вы знаете, как зовут меня? – спросил Кирс – На самом деле.
Сяо У качнула хорошенькой головкой.
- Увы – печально сказала она – У нас нет базы данных. Я собрала небольшую группу. Двоих вы видели. Мы пытаемся активизировать воспоминания. Но пока безрезультатно. Процесс очень долгий. А нам нужно успеть пока не случилось самое страшное.
Кирс101 вопросительно нахмурился. Сяо У только махнула рукой.
- То что вы называете «Вознесением» – возмущенно сказала она – Вы скоро поймете почему.
Кирс 101 пожал плечами. Он не собирался спорить. Девушка ему уже объяснила, что его необходимо подвергнуть небольшому эксперименту формирующему сознание, здесь, в Убежище. Она предупредила, что это будет мерзко и неприятно, но совершенно необходимо.
У одной из развилок, они встретили тех двоих парней из бара. Кирс напрягся, но Сяо У быстро разредила ситуацию поручившись за молодого человека. Им выдали два комплекта технических комбинезонов. Сяо У велела Кирсу надеть врученное.
- Поднимите капюшон – сказала девушка, делая тоже самое – Вас вряд ли узнают, но не будем искушать судьбу.
Кирс не знал, что такое «искушать судьбу», но сделал, что велели.
Прикрыв лица, они свернули в какую-то кишку. Очевидно, что Сяо У неплохо изучила тоннели Коммуны-101. Пахло сыростью и плесенью. Необычные запахи для стерильных Убежищ. Это могло означать, что рядом гнездо раджуков. Но Сяо У только посмеялась предположению.
Кишка вывела к гермодвери. Один из парней открыл, прислонив к замку считыватель.
- Мы частенько тут гуляем – пояснил он – Мы как бы были местными церберами тут, пока не увидели для чего существуют трудящиеся.
Кирс ничего не ответил. Вероятно смотрители-ренегаты и должно быть они всё же спятили. Но если так, то нервировать их не стоит, а нужно дождаться момента и позвать на помощь.
Вчетвером они встали на погрузочную платформу и стали подниматься наверх.
Поднимались долго. Кирсанов устал считать проносившееся мимо него уровни. Очевидно это были другие убежища.
Наконец платформа остановилась.
Это же зал вознесения! – воскликнул Кирс – Отсюда трудящихся отвозят на космодром!
Тогда он ещё в это верил. Наверное последнюю минуту.
К ним подошел… вроде человек, но Кирс никогда не видел таких людей. У него была лоснящаяся серая кожа и немигающие черные глаза.
- Вы кто? – последовал вопрос – Новая смена техников?
- Да – лениво отозвалась Сяо У – нас вчера сюда откомандировали. Нас прислали для перекалибровки в вышедших из строя термостатов в седьмом цехе.
- Обычно вас трое – сообщил серокожий – Кто четвертый? –
- Технический помощник – сказала Сяо У – Настоящий гений наладки.
- Неужели? – осведомился серокожий – Стало быть он в первый раз в этом цехе.
Кирс уставился в пол и промямлил, что да, впервые.
На лице серокожего не было никаких эмоций, сказал только, что Кирсу непременно понравится увиденное. Лениво махнув ногой, он дал нам понять, что мы можем проходить.
- Синтетики – любезно пояснила Сяо У – Андроиды Они охраняют верхние уровни.
- Никогда их не видел – бросил Кирс
- Естественно – сказал один из сопровождавших их парней – Трудящиеся их уже видят, только в конце пути.
- В конце пути?
- Мерзкое зрелище – сказал второй парень – Я надеюсь ты не только что ел.
На них никто не обращал внимания, пока они шли. Мимо сновали синтетики, строевым шагом, с оружием и техники с папками под мышкой, одетые в комбинезоны.
На этом уровне велась серьезная работа. Из коридора, они попали в огромный зал, где сидели люди в белых халатах за компьютерами и вводили какие-то данные, слишком занятые своим делом, чтобы обращать внимание ещё на кого-то Двое в белых халатах прошли мимо мнимых техников. Они громко смеялись.
Почему-то здесь на всех была одежда и никто не боялся подцепить радвирус.
Из этого зала мнимые техники прошли в ещё один коридор. Бахилы шуршали по металлическим ступенькам. Где-то стучал мотор и раздавалось ровное гудение. Какое обычно бывает при процессе денуклеаризации. Кирс сначала решил, что это обман слуха.
Сяо У о чём-то переговорила со смотрителями-ренегатами. Они сверились с планом Убежища, который был грубо отрисован на неизвестном Кирсу материале. Охранники молча кивнули Сяо У и один из них открыл тяжелую герметичную дверь. Охранники вошли первыми. Сяо У чуть повременила и посмотрела на Кирса. В её взгляде читалось сожаление. Она словно бы хотела, чтобы то, что произойдет дальше никогда не происходило. Однако быстро передумала и влезла в проем, жестом увлекая за собой молодого человека.
- Чтобы вы не увидели – сказала она – Помните, что только вы сами решаете свою судьбу. Ещё не поздно отказаться.
- Я готов – твердо сказал Кирс.
Вслед за девушкой Кирс проскользнул внутрь и охранники закрыли за ними гермодверь. Пути назад уже не было. Молодой человек пополз на четвереньках по висячей дорожке под самой крышей «зала денуклеаризации». Сквозь решетчатый пол можно было видеть очередь из сотен трудящихся, которые должны были пройти последнюю дезинфекцию перед перелетом на Марс. Они оживленно беседовали друг с другом и поздравляли с тем, что жизнь в этом подземелье наконец-то подошла к концу. Скоро они увидят живое небо и солнце. А ещё смогут наконец завести семью и детей. Будут молиться, чтобы их оставшиеся товарищи как можно скорее присоединились к ним. Конечно Кирс 101 завидовал им. Он никогда ещё не видел сам процесс вознесения.
С замиранием сердца, Кирс видел как трудящийся за трудящимся, проходил через турникет в камеру денуклеаризации, чтобы потом очищенным войти в каюту космического шаттла, модель которого висела в общей гостиной их коммуны. Кирс даже узнал несколько знакомых лиц.
Несколько секунд, они пронаблюдали эту картину, затем Сяо У махнула рукой и они поползли дальше.
Висячая дорожка оканчивалась чугунной крышкой люка, через который по изогнутой трубе можно было попасть в следующее помещение.
Здесь Кирс наконец-то смог выпрямиться и больше не нужно было передвигаться на карачках. Хотя помещение было очень маленьким. Не больше квартиры самого Кирса. Центральная стена была заполнена мониторами от которого к коричневому медицинскому креслу шло множество проводов, шлангов, трубок. Над самим креслом свисал прикрепленный к потолку механизм со шлемом.  Кирс видел, как трудящегося синтетики усадили на стул. Кирс узнал его это был Эд-101. Он что-то стал горячо объяснять про вознесение, кружки, Марс подошедшему человеку в белом халате. Из тех, очевидно, которых Кирс видел в другом помещении. Работник в белом халате успокаивающе взял Эда-101 за руку и сказал, что шлем удалит остатки радиации, как всегда утверждалось в кодексе трудящихся.
- Все будет хорошо, -  мягко сказал он – Никакой боли, и вдобавок вас ждет удивительный сюрприз.
Именно в этот момент, Кирс подумал о неравном количестве дверей. Из этой комнаты не было иного выхода кроме как входа, но ни один трудящийся не вышел. Осознание этого факта заставило молодого человека похолодеть.
Тут он увидел как ладони, щиколотки и колени Эда-101 оплели гибкие повязки, а в каждую из сонных артерий вставили тонкие внутривенные иглы, соединённые с трубкой, через которую поступал накачиваемый насосами бледно-голубой намагниченный раствор. Кирс бросил взгляд на центральную стену. Очевидно, что раствор настраивал крошечные, беспрестанно колеблющиеся электромагнитные поля мозговых волн в соответствии с аппаратурой.
Синтетик опустил блестящий серебристый шлем на голову трудящегося до носа и защелкнул зажим. Поверх него можно было видеть глаза трудящегося. Синтетик повернул рычаг управления. Эд 101 дернулся и его зрачки стали неестественно расширяться.
Шлем загудел. Накаченный раствором мозг Эда стал выходить из под его контроля. Спрятанный под круглым черепом он словно жидкое яйцо из скорлупы стал вытекать в отсасывающий механизм, который выпивал мозг трудящегося. Буквально. Тело ужасно завопило, но по сути оно уже было мертво.
Молодой человек вдруг понял, что никогда не сможет забыть глаз несчастного Эда 101. Эти ужасные глаза и застывшая навечно блаженная улыбка  вошли в его память даже сильнее осознания всей лжи, которой их тут пичкали.
А жизненная энергия Эда по специальным трубкам перетекла в сберегающий резервуар. Как только это произошло кабель, который соединял шлем с потолком напрягся и шлем стал подниматься, поднимая за собой и тело трудящегося. Монорельс к которому был прикреплён кабель перенес свой груз через люк и исчез. Очевидно в следующем помещении. Новый шлем по дуге опустился над креслом куда уже сажали очередного трудящегося.
— Вот она жизнь, лишенная голода, холода и эгоистических желаний – с отвращением проговорила Сяо У. – Теперь вы знаете за что мы сражаемся.  Спасти этих трудящихся мы уже не сможем но мы можем спасти тех, кто остался. С вашей помощью.
Кирс не был в силах что либо сказать. А затем его естественно вырвало от всего увиденного. Как же это может быть? Эд. Он только недавно видел этого человека, разговаривал с ним, смеялся над его шутками, а теперь его превратили в… жидкость. Вытяжку. Тот ужас, что ощутил Кирс был непередаваем и невообразим, его можно было только пережить.
Наконец Кирсу удалось снять с себя оцепенение и подчиниться Сяо У, которая тащила его в смежный коридор. 
- Но зачем? – прошептал Кирс 101 хриплым голосом – Что же является целью этого чудовищного обмана? Нас просто убивают! Почему?
- Экономика нового мира – пояснила Сяо У – Общество процветания,  наверху требует огромных объёмов разжиженной биомассы. Из неё они производят вытяжку – чудодейственное средство продлевающее жизнь правящему классу. Трудящиеся работают на то, чтобы отдать свою энергию верхнему миру. Кроме того, избытки «восстановленного протеина» используются для производства пищевых продуктов, которые потребители едят в ресторациях по всему миру. Это идеальный экономический цикл.
Кирс 101 мотнул головой.
- Нет – прошептал он – Непостижимо. Это нелепо. Это бессовестно. Постановка!
Сяо У мягко улыбнулась.
- Согласна, что это непостижимо – сказала девушка – Но к сожалению человек способен на такие чудовищные вещи. Бизнес есть бизнес. Когда ты привык к определенному уровню потребления, то перестаешь интересоваться как этот уровень достигается. Как избалованный ребенок бандита не интересуется чем занимаются его родители.
Так Кирс-101 увидел подлинное «вознесение» и стал единственным кто выжил после него.
- Меллон – вдруг вспомнил Кирс – Меллон говорил, что видел одинаковые карточки.
Сяо У кивнула.
- Побочный эффект от перекачки – сказала она –  Мы не знаем всего, но у некоторых трудящихся жизненную силу и энергию выкачивают не до конца. Возможно это связанно с какими-то аспектами здоровья. Я встречала таких. Этим трудящимся дают новые имена и новые воспоминания, но часть старых остается. Очевидно твой приятель уже подвергался перекачке.
- Нужно немедленно предупредить остальных! – сказал Кирсанов – Тут есть жизни, которые можно спасти!
- Не торопись – веско сказала Сяо У – Даже ты, будучи не до конца оболваненным не смог поверить в реальность и продолжал цепляться за навязанный вам вымысел. А других тебе и подавно убедить не удастся. У жителей верхнего и нижнего мира есть одна общая черта – они все рабы грёз и будут драться за эти грёзы. И ты должен выяснить простую истину – если ты не один из нас, то один из корпорантов.
- Но что же остается? –
- Работа – кивнула Сяо У – Долгая и кропотливая. Моя прабабушка занималась чем-то похожим. В другой жизни.
Кирс задумчиво пожевал губу.
- Если вы правы насчёт существующего верхнего мира, значит с ним должна быть какая-то связь – стал рассуждать молодой человек – Используя её можно послать воззвание к миру. Прежде чем сигнал будет перехвачен пройдет много времени. Информацию уже будет не остановить.
- Наш великий кормчий говорил «Если вы думаете, что сможете, вы сможете» – сказала Сяо У – Вы знаете откуда можно послать такой сигнал.
Глаза Кирса загорелись пламенным огнем борьбы.
- Совершенно непременно в помещении профкома – сказал Кирс – Проникнув туда мы точно найдем всё что нам нужно. Именно они руководят всей коммуной. Я буду тем, кто составит воззвание.
— Это именно то, чего мы от вас ждем – улыбнулась Сяо У – И именно то, что нужно в данный момент.
С этими словами девушка передала ему круглый цилиндр. Кирс раскрыл его и прочел название на первом листе «Концепция Си Цзиньпина Сообщество единой судьбы человечества : от идеи до практического воплощения»
— Это поможет вам – пояснила Сяо У – Вы находитесь в царстве теней, в руках эксплуататоров, чувствуете отчаяние и безысходность. Эта книга лекарство. Всякий раз, когда сталкиваюсь с трудностями, ощущаю разочарование, то обращаюсь к ней. Вы тоже можете попробовать.
Кирс не помнил как они вернулись в коммуну, но хорошо и отчетливо помнил как следующие несколько дней он читал листы, которые дала Сяо У и усиленно работал над воззванием. Оно зародилось и было вскормлено всем увиденным ужасом и несправедливостью по отношению к человеку и отвращением к миру где под лживыми разговорами о процветании была закреплен за место эксплуатации самый натуральный каннибализм.
В бывшей квартире Эда 101 теперь жила некая женщина. Она представилась Кирсу как Фин 101, и предложила ему приобщиться к ее кружку почитателей идей Убежища. Кирс не хотел, но Фин все же бегло рассказала, в чем суть: В кружке собирались люди, которые всячески старались следовать заповедям, излагающимся каждый день по динамикам, и мало того, помогали всем желающим следовать им, не отступая ни на шаг, и контролировали жизнь всех, кто еще сомневался, но склонен был присоединиться.
Кирс извинился и поскорее ушел из того страшного места. Ему вслед Фин кричала предложения присоединиться, но Кирс отнекивался на ходу. Только в квартире Паза, удачно попавшейся на пути, Кирсу удалось скрыться от фанатички.
Но и тут его ожидал неприятный сюрприз.
- Вы кто такой? Новый сосед? - спросил Паз за спиной Кирса. Жилец был прежний - и чужой одновременно. У Кирса непроизвольно опустились плечи. Он отвернулся от приоткрытой двери, через которую наблюдал, не последовали ли женщина за ним (не последовала, найдя новых «жертв») и посмотрел на Паза. Тот почти не изменился - хотя виделись не так давно. Только осунулся весь и как буто посерел от недосыпа. Кирс пригляделся к шее. Теперь он отчетливо видел два следа от инъекций. Паз тоже был после перекачки.
- Новый сосед, да? - спросил Паз, и Кирс понял по взгляду товарища, несколько извиняющемуся и отчаянному, что тот его не узнает совсем.
- А Сара где? -попытал счастья Кирс, уже заранее зная ответ.
- Кто? Тоже сосед? - Паз развел руками и виновато улыбнулся. - Нам бы держаться вместе, а то вот так вот, с памятью-то...
Он протянул руку для знакомства:
- Меня зовут Роб 101, а вас?..
- Кирс 101 - буркнул Кирс и нехотя поджал руку бывшего соседа. И отдернул быстро. Извинился и вышел из квартиры прочь. Здесь ему больше нечего было делать.
Уходя без оглядки, не глядя на направление, Кирс думал только одно: С этим надо что-то делать. И срочно!
Наконец, на двенадцатый день, в баре, как было и условлено, они снова встретились с Сяо У и двумя смотрителями-ренегатами. Предстоял рейд в Профком. Мир должен знать своих героев.
Кирсу была вручена униформа смотрителя. Сяо У уже была облачена в такую же.
- После активации передачи у вас будет минуты три, чтобы скрыться – сказал им смотритель – Мы прикроем ваш отход.
Чем глубже они уходили в многоэтажный лабиринт коридоров гигантского Убежища, тем трудней было им сохранять видимость безмятежного спокойствия. По счастью, если кто и замечал нервозность в поведении «смотрителей» никому не втемяшивалось в голову с ними конфликтовать.
Они уходили всё дальше по коридорам и всё реже встречали трудящихся. Теперь вокруг них по большей части сновал обсуживающий персонал и активисты. Кирс даже не предполагал, что обслуживающего персонала тут так много. Строем маршировали синтетики, как их прозвала Сяо У, люди в белых халатах, другие смотрители, рабочие в комбинезонах – занятые все своими делами, они не обращали внимания друг на друга, спеша по своим делам. Непременно злодейским. Твердо уточнил для себя Кирс 101.
Подошли к лифту, Сяо У переведя дух выдавила в решетку приемного устройства нужный уровень и кода. Дверь закрылась, кабина отправилась в путь. Несколько следующих минут показались часами, пока они смотрели мотивационный ролик о колонии на Марсе. Кирс отчаянно давил желание разнести экран в дребезги. Но вот дверь вновь открылась, они вышли в запретную зону.
Их ждал ещё один коридор – вверх и вниз уходила широкая шахта, вдоль стены которой спиралью изгибались узенькие мостки. Кругом торчали экраны на которых демонстрировалась жизнь коммуны Разноцветными огнями мигали высоченные машины анализа данных. Профком по сути представлял собой один гигантский компьютер созданный с одной целью – контроля над реальностью.
«Войти в систему и надиктовать заранее записанный текст. Ему нужна всего лишь минуты три. Проще простого»
Что-то зашипело сбоку от них. Раскрылись две двери, и внутрь вбежал десяток синтетиков с оружием на изготовку. Сердце Кирса рухнуло и похожий импульс он почувствовал от Сяо У. Их схватили. Кирс мрачно смотрел на андроидов, с топотом заполнявших дата-центр. Их было много и с оружием. Но где же те двое смотрителей? Почему не предупредили?
Затем ушей достиг другой звук — до ужаса знакомый. Медленная, размеренная поступь дорогих ботинок.
В отсек вошел именно и никто другой как Координатор. Он был в дорогом костюме и нарочито аплодировал.
- У меня плохое предчувствие – вздрогнула Сяо У.
- Ещё бы – нервно сглотнул Кирс – Это он. Координатор.
- Как мило, что вы к нам заглянули – приветствовал их мужчина –  Я уж было хотел сам к вам спуститься, поговорить, но мои смотрители были настолько любезны...
Кирс похолодел. Их предали, понял он. Сяо У доверилась смотрителям. Самая глупая из возможных ловушек и они в неё угодили.
- Вас плохо готовили в вашей эм… организации, милая барышня – стал объяснять девушке Координатор – Местные смотрители проходят специальную психологическую обработку. Их нельзя обратить на свою сторону. Даже цитатами вашего… великого кормчего. Не вы первая пытались узнать секреты наших прекрасных коммун. Смотрители первоклассно справляются с такими вот любопытствующими. Не могу сказать, что одобряю их методы. Я не люблю предательство. Ужасно не люблю. Но не могу спорить с результатами.
- Лживый гад! – выплюнула Сяо У – Вы ничего от меня не узнаете!
Координатор рассмеялся.
- О, мне и не нужно – лениво протянул мужчина – Я знаю всё о вашем задании, милая. Некоторые из ваших товарищей оказываются весьма разговорчивыми при должном с ними обращении. Всегда можно убедить словом. Но, поздравляю, вы прошли куда дольше чем остальные в своем любопытстве. Мне даже приятно думать, что в нашей системе есть изъяны.
- Ваша система подобна ядовитой ящерице! – бросила Сяо У – Кто к ней прикасается умирает. Плохо всем, кроме самой ящерицы.
- Да – согласился Координатор – Но поэтому именно мы выжили, несмотря на то, что сторонники вашего пути развития социализма нас уничтожали. И потому не ваш председатель, а именно такая вот ядовитая ящерица и осуществила мировую революцию. Правда я считаю, что человек всё равно не может принять мир без классовой борьбы и неравенства потому всё равно тянется к ренегатству.
Координатор посмотрел на Кирса 101.
- Он этому пример – сказал он – Обычное человеческое любопытство может разрушить целую систему. И хотя весьма забавно, что источник протеина может генерировать идеи и свободно мыслить, теперь я окончательно вижу, что живой организм гораздо лучше простых клонированных органов. До исполнения вечной мечты остался один шаг.
- Ваша безумная мечта никогда не осуществится! – воскликнула Сяо У
Координатор отечески погладил девушку по щеке.
- Вы словно паразиты – сказал он – Можете выпить немного крови, укусив то тут то там, но система и порядок всегда сильнее.
Он упивался яростью в ее глазах, но ровно до тех пор пока девушка схватив его ладонь не вцепилась в неё зубами, прокусив до крови.
Координатор взвыл. Синтетики попытались оттащить плюющуюся и рычащую пленницу, но Сяо У сумела обхватить руки ближайшего солдата и импульсная винтовка разбрызнула пули.
- Кирс беги! – крикнула девушка.
- Не стрелять! – скомандовал Координатор – Вы попадёте в дата-центры!
Но Сяо У именно этого и добивалась. Внезапный взрыв потряс помещение. Синтетиков расшвыряло в разные стороны. Столб пламени вырвавшийся из поврежденных блоков заполнил всё вокруг.
Можно было бы сказать в этот момент, что перед глазами Кирса пронеслась вся жизнь - да только проноситься было нечему, он не помнил ничего из жизни, за исключением последней недели, а говорить о прошлой жизни на поверхности и вовсе не приходилось.
Комната куда-то потекла. Кирс повертел головой понял, что Сяо У тащит его по полу и что-то говорит. Не разобрав, что именно Кирс пошатываясь поднялся на ноги.  Не очень всё-таки честно, когда девушка тебя тянет на себе.
- Бежим! – не сговариваясь сказали они друг другу.
Они побежали сквозь языки пламени, которые облизывали металлические конструкции. Кругом был едкий дым и шипящие снопы искр. Они бежали. Сердце стучало в унисон ногам стучавшим по металлическим мосткам. Сквозь решетчатую поверхность беглецы видели синтетиков. Засвистели пули. Их пытались поразить снизу, но пули только рикошетили от металла.
Кирс ощутил, как адреналин наполняет его тело, и все вокруг стало почти неразличимо. Он не успевал думать, инстинкты подсказывали, что нужно двигаться быстрее, прорываться сквозь огонь и дым.
Сяо У, казалось, знала, куда идти — её уверенные шаги помогали ему не сбиться с пути.
— Тут! — крикнула она, указывая на пролом в стене, где пламя чуть пригасло, словно давало возможность им выбраться. Она потянула его за собой, сквозь далекий гул боестолкновения и крики слышались остатки человеческого хаоса.
Кирс шмыгнул за неё, и в одно мгновение оказался в более открытом пространстве. Перед ними был длинный коридор с панорамным остеклением и Кирс впервые за долгое время увидел… воду. Темную и плотную. Она омывала коридор с обеих сторон и Кирс понял, что они находятся под водой.
Сделав пару коротких выдохов, они побежали дальше. Вокруг пылали металлические обломки, вдали можно было увидеть три одинаковые гермодвери.
- В капсулу эвакуации, скорее! – закричала Сяо У – Рви рычаг!
Кирс не понял, какой рычаг рвать и подбежав к консоли управления стал тыкать все кнопки.
Одна из дверей приоткрылась, но в этот самый момент просвистела пуля и взрывом уничтожила консоль.
Через мгновение из дыма появился Координатор в сопровождении двух десятков синтетиков. Солдаты рассредоточились, перекрыв беглецам путь назад, и вскинули винтовки.
Н-да, не очень-то честный расклад.
— Вот! — крикнула девушка, указывая на круглый вентиль.
Сяо У быстро оттолкнула с пути пару предметов, и они оба стали крутить аварийный механизм. С нажимом он поддался. Люк с шипением отъехал. Спасение было близко. Осталось только забраться внутрь…
— Давай! — подтолкнула девушка его, отстреливаясь свободной рукой.
Но синтетиков было больше и надолго девушку не хватило. Три пули попали Сяо У в грудь и куда-то в поясницу. Девушка вскрикнула от боли и рухнула на пол.
- НЕЕТ! – не своим голосом заорал Кирс. Парень подхватил винтовку и дал беспорядочную очередь. Другой рукой, которая оказывается обильно кровоточила, он втянул девушку в капсулу.
Дверь защелкнулись. Капсула выстрелила, разбрызгивая белую пену.
Кирсанов вытер холодный пот со лба и подбежал к умирающей девушке. Он ничего не мог сделать кроме как обнимать её.
- Кирс – с трудом проговорила девушка – Слушай меня. Я умираю. Отомсти за меня. Продолжи то что мы начали. Трудящиеся должны быть… свободны!
- Нет – всхлипнул Кирс – Ты должна жить! Ты не можешь умереть вот так! Мы же выбрались!
- Я уже иду к предкам – твердо сказала Сяо У – Мое время пришло. И я выполнила свое задание. Но борьба… ещё… не… окончена…
Девушка взяла парня за руку и вложила ему в ладонь что-то гладкое холодное и красное.
- Возьми… – с трудом проговорила девушка – Это… надо… передать… остальным. Это доказательство лжи… Всечеловечества.  Держи оборону! И помни… меня…
Глаза девушки закатились и тело её застыло. Кирсанов тихо гладил мертвую девушку, его слезы падали на спокойное и красивое лицо Сяо У.
Он не знал сколько времени заняло его плавание. Может быть часы, а может быть годы. Не знал было ли лето или зима. Не знал даже в какой части планеты он находится. И на Земли ли. Кирс-101 не знал ничего. Он только всхлипывал, убаюкивая мертвую Сяо У. Его сознание провалилось в черноту забытья.
Очнулся Кирс только когда приливная волна вынесла капсулу на какой-то скалистый берег. Светило яркое солнце. Кирс заплакал. Он видел солнце, небо, траву. Это было реальностью, а не сгенерированными картинками.
Сяо У была права. Верхний мир существует. И он сделает всё, чтобы остальные трудящиеся о нём узнали…

******
- Сяо У была права насчет верхнего мира – сказал Кирсанов – Но внизу о нём никто не знает, так же как и вы не знаете о нижнем мире.
Инфанта слушала его очень внимательно, ни разу не перебивая и видно было, что история потрясла девушку до глубины души.
- Я похоронил Сяо У – продолжал Кирсанов – Несколько дней я просто шёл по дороге, в капсуле было немного припасов. Потом  и они кончились. Но я всё равно шёл, пока силы не покинули меня. Так я и оказался здесь.
- Этот комплекс должен быть разрушен – сказала Эланор -  Системы, которые их обслуживают, должны быть ликвидированы. Законы, которые позволяют существование таких систем, должны быть отменены.
Девушка на секунду задумалась о силе судьбы. Из всех мест планеты, этот молодой человек оказался именно в том, в каком он необходим больше всего. Чудны дела твои господи.
— Значит именно Сяо У передала вам рубин? – спросила Эланор – Но откуда он у неё?
Кирсанов покачал головой.
- Я не знаю – сказал молодой человек – она передала мне рубин, да, но я ничего не знаю об истории этого камня. Подозреваю, что она забрала его у Координатора. Это единственное объяснение которое приходит мне в голову, но я ума не приложу, как этот камень сможет доказать ложь идеи Всечеловечества. 
Эланор пожевала губу.
— Все это большое везение. Мы могли бы направить лошадей совсем по другой тропе, в другую долину, но я помню, как настояла ехать именно там. И это оказалось правильным решением. Хоть и чисто случайным.
- А может, и нет, - заметил Кирсанов.
- Вы имеете в виду, камень меня направил к вам?
Молодой человек пожал плечами. После всех странностей он был готов поверить во что угодно.
— Это интересная тема для беседы, - кивнула Элеонор. – Однако мы снова засиделись. Давайте её разовьем после того, как вы отдохнете. Вам это нужно. А завтра, я так и быть прочитаю вам лекцию из энциклопедии по всемирной истории.
Кирсанов не стал спорить. Так очередная ночь рассказов подошла к концу. Но беглец был уверен, теперь еще сильнее, чем прежде - скоро может начаться кое-что другое. Не менее важное.

******
Даша видела сны. Девушка завернулась в одеяло и пыталась создать иллюзию ночного спокойствия. Ей было одиноко и неуютно в этом маленьком кампусе профессора Алькасара, заставленном старинными книгами, манускриптами и статуями, где она усталая скрывалась от какой-то неизведанной опасности. Может быть даже мнимой, придуманной её собственным воображением. Темный и тяжелый сон совершенно не мог остановить потока её мыслей и наоборот только добавлял тяжёлые красно-черные картины в растрепанное сознание девушки.    В этих картинках ночных видений девушка блуждала по бескрайним библиотечным залам, где книги шептали ей свои тайны. Где-то ржали и рыли землю кони, лунный свет блеснул в зелёной грани, загрохотал гром. Где она была? В какую зловещую долину перенес её сон? Там были люди знакомые и не знакомые, там был шум моря и женские крики. Тень буревестника пролетела едва не задевая крыльями волны. Всё ярче и ярче светила белая луна.   В этом сне Даша искала утешение и понимание, тщетно надеясь, что кто-то разделит с ней то липкое и страшное чувство безысходности, которое захватило её. Спастись от безысходности не удалось, она не проснулась. Веки задрожали, но глаза так и не открылись, а в следующее мгновение Даша лишь поглубже зарылась в подушки.
Наступило утро. Оно пришло вместе с ярким и неизменно жарким африканским светом, который не могла охладить даже современная система поддержания температуры. Светом который самим своим существованием уже отгоняет тревоги провозглашая новый день. Новый день это всегда новое, новые возможности и новые мысли.
Встав ото сна, Даша приняла душ, переоделась в свежее и сообразила себе нехитрый завтрак: три тоста с маслом, яйца, бекон и черный кофе. Еда и солнце благотворно повлияли на её настроение и она на время даже забыла про свои невзгоды и даже вчерашняя зловещая Александра Овчинникова-Асфур казалась ей фантомом, который натурально придумало её воображение. Ещё эти странные сны… Если на то пошло то почему вдруг она стала подозревать Александру в чём-то нехорошем? Да безусловно Алькасар имел научные взгляды, которые сильно отличались от общепринятых и её собственные научные взгляды, чего уж греха таить, не вписывались в общий тренд повальной унификации. Но разве Алькасар не может доказать право на свои взгляды на научном споре. Возможно именно этого и хотела Александра. И с чего собственно я взбесилась из-за этих камней? Мне они принадлежат что ли? Несомненно у института есть какая-то цель их скрывать… К чему была эта нелепая погоня? Не лучше бы было просто поговорить с Александрой, чем устраивать эту чепуху? Несомненно всему происходящему найдется самое приличное объяснение.
К середине дня солнце уже основательно парило и  в тот час, когда Солис-Сити превратился в кипящий котел и дышать уже не было сил, Даша в компании прохладительного коктейля  перебирала документы Ренато Алькасара, пытаясь найти хоть что-то, что могло бы помочь старому профессору. Вне всяких сомнений в его работах может быть нечто, что непременно докажет, что его взгляды — это не увлечение старыми культами, а именно серьезные научные открытия.
Однако даже при первом знакомстве с архивом Даша впала в ступор. Тут надо сказать, что научные работы и исследования профессора Алькасара представляли собой образец его несомненного чудачества ибо подавляющее большинство работ не были оцифрованы. А уж деловые бумаги и подавно. Даже беглого взгляда на архив хватало, чтобы сделать совершенный вывод о явных опасениях профессора по отношению к защите информации. Собственно и компьютера-то у него не было. Единственное, что Даша нашла технического, помимо бытовой техники, это древние, ещё начала прошлого столетия, восковые валики от фонографа – старейшего аудионосителя в истории.
Даша отложила трактат профессора о затерянном городе в Верховьях Амазонки, откинулась на спинку кресла. Она не очень представляла, что именно ей искать. И на что ей намекал Алькасар. Но при всей своей эксцентричности, он безусловно намекал не потехи ради.
- Думай как следует – велела себе девушка.
Даша закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Эти нехитрые практики помогали ей, ещё когда она писала диссертацию. Открыв глаза, девушка повертела головой. Взгляд снова задержался на восковых валиках.
Фонограф? Ну конечно, поняла девушка. Это же просто, до смешного просто. Фонограф.  Именно то, что ей было нужно. Гениально. Ни один синтетик, да даже офицер МНК не стал бы изучать старинные носители. Однако Даша, поразилась невежественности и скоропалительности действий Александры. Она чувствовала власть и довольствовалась этим. Ей не интересны были скрытые знания у Алькасара. Именно поэтому она не права. Именно поэтому долг Даши исправить совершенную ошибку.
Сам фонограф обнаружился под стопкой книг по истории Месопотамии – небольшой деревянный сундук изрядно потертый временем.
- Ну вот – сказала сама себе Даша, вставляя валик в мембрану с пишущей иглой – Возможно это как раз то, что нужно. А может быть и совсем не то.
Девушка нервно сглотнула и включила аппарат. Сперва раздались шорохи, а через несколько секунд шорохи сменились голосом профессора Алькасара.
- Отлично, незнакомец. Ты разгадал мою загадку и получил доступ к этой записи, одной из многих, что я оставил в тех местах, где бывал. Возможно мы не знакомы, но мне известна твоя цель. Судьба нашей принцессы и мира сейчас в твоих руках.  Я профессор Ренато Алькасар. Свою жизнь я посвятил истории зачарованных камней, которые преподнесла кастильской королеве Изабелле воительница Василиса Колдырева и долгие годы я работал в Международном институте согласия и равенства, который заявляет благие цели развития. Однако, используя надежные источники и путем собственного анализа, я выяснил, что истинной целью Института является подчинение человечества   и сокращения население Земли до немногих «избранных». Неважно, кто эти «избранные», а важны их действия. Я знаю, что Институт нанимает журналистов, которые пишут заказные материалы для СМИ, чтобы сформировать в обществе мнения, выгодные Институту. Институт провоцирует беспорядки в городах, результатом которых становится передача полицейских и военных функций Земному Корпусу под тем предлогом, что полиция города не справляется с ситуацией. А проводя некоторые исследования, Институт скрытно внедряет технологии, которые приводят к финансовой панике и политической нестабильности, что приводит к чувству паники у населения и постепенно национальные администрации оказываются под внешнем управлением сенаторов ОДН. Можно долго перечислять преступления Института. Несомненно одно. Сейчас их главная задача полное уничтожение любых даже уже и остатков национальной идентичности и тотальная унификация. Не должно быть никаких различий. Только так Институт сможет добиться своей цели – построения новой Вавилонской башни. Происходит тотальный обман человечества. Под видом прогресса ему предлагают порабощение и уничтожение. Я узнал и это стало самым большим шоком для меня. Признаюсь, что я не смог устоять, и нарушил десятое правило института. Я прикоснулся к кастильским камням. Настоящим камням, а не тем стекляшкам, которые представлены в Институте. У меня было немного времени прежде чем их не заменили. Институт обманывает насчет энергии камней. Не знаю откуда действительно они берут такую энергию и это только ещё больше пугает меня, но настоящие камни используются только той группой избранных, которая и создала идею Всечеловечества. Они хотят достичь физического бессмертия, путем манипуляций с энергией камней. Некоторое время я работал над так называемым проектом «Теофраст». Путем научных изысканий, я узнал, что кастильские камни действительно дают человеку, по крайней мере неестественно долгую жизнь. Однако есть последствия. Необходимо проводить специальный магический ритуал. Без этого особого обряда над камнями, каждый кто к ним прикоснётся и у кого недостаточно крепкая воля, превращаются в высушенную мумию и умирает. Великий боже, зачем мне вообще понадобилось  их трогать? Я сделал глупость,  не устоял перед искушением и теперь я расплачиваюсь. Самое большее, что я могу сделать это ограничить поражение одним участком. Не знаю сколько мне осталось, но возможно когда ты слушаешь эту запись, то меня уже нет в живых или меня арестовали. Но не верь новостям, что я признался или покончил с собой под тяжестью неопровержимых улик. Я силен духом и не сдамся перед Институтом. Все доказательства против этой банды международных поработителей и аферистов я записал на носитель и спрятал в хранилище где мне открылось видение конца. Но я могу доверить носитель только тому, кто понимает меня и идет тем же путем. Найди же пещеры трех великих рысей и научись видеть мир как рысьи люди видели его и каким он явился мне. Этот фонограф станет отличным инструментом для успеха твоего предприятия. Я оставил тебе подсказки записанные на такие же валики, как ты слушаешь. Уверен, что люди из Института не обратят на них внимание. Старое всегда надёжно скрыто от необузданного нового. Эти подсказки помогут тебе понять мой путь и приведут тебя к нашей принцессе. Она ключ борьбы с идеологией разрушения. Отправляйся на Кабо-Кабо там ты познаешь мир в эпицентре бури. Удачи, друг мой. И да хранит тебя Господь!
Голос умолк, из громкоговорителя слышалось только слабое потрескивание, и Даша выключила фонограф.
- Три гробницы? – девушка задумчиво пожевала губу – Три подсказки?
Мысли Даши, если бы их можно было попробовать на вкус, походили бы на бурлящий коктейль Кровавой ведьмы. Чтобы успокоиться, она снова закрыла глаза, досчитала до десяти и открыла.
Итак вот она правда, которую ей хотел передать Алькасар.  Теперь было только два пути – бороться или сдаться.
Если догадки были правильны, то значило это очень многое. Это значило, что действительно Институт в самом своем корне был создан, чтобы порождать ложь и уничтожать понятие цивилизации. Это была уже не научная школа а научная форма власти. Догмат. Другой вопрос, знают ли сотрудники института об этом, такие же как она сама. И как они собираются действовать.
Нет, подумала Даша, не так. Она вспомнила Ренсома из «Мерзейшей мощи». Дело было не в том, как они собираются действовать, за них это решат, а в том как они будут действовать. Многие сотрудники, да и обыватели уже так зависимы и отравлены этой системой процветания, что они просто не смогут жить без неё. Сотрудники безусловно настолько погрязли во лжи, что сами в неё поверили. И она бы непременно поверила, если бы работала здесь дольше. А возможно это сознательный выбор. Сотрудники несомненно знают про то, камни фальшивые, но они сами в своей голове придумали какую-то причину-теорию, которая как-то всё бы объясняла. Всечеловечество всегда было нереальностью, а бегством от реальности. Матрицей, к которой человека подключили не абстрактные машины, а он сам, для того, чтобы эксплуатировать другого человека, играя на желании мнимого покоя.
Вот почему Институту было так ненавистно понятие «цивилизация». Цивилизационная самобытность это то, двигало человечество вперед. Только синергия цивилизаций могла установить мирное процветание. Уничтожение самобытности неизбежно будет вызывать реакцию. 
Несомненно Институт именно то и готовил. Именно поэтому наука пошла в сторону от реальности. Но наука не выбирает сторон. Науку сдвигают в сторону, внушая другим ученым сомнение в объективной истине. Поэтому перестала быть важна вера ученого, красота, а важен прогресс ради самого прогресса. Ученый перестал отвечать за последствия своей работы. А научить его этому могла только цивилизованная самобытность. Что применимо в  одной культуре, то совершенно неприменимо в другой. Но в этом и есть сила цивилизационного разнообразия. Прогресс без ответственности уничтожал мечту о предназначении человека. Ради прогресса теперь человек был готов даже и отказаться от своей первоначальной природы и делать то, что возможно сделать с телом, но невозможно сделать с душой.
И эта светская религия и слепая вера в прогресс позволила Институту стать церковью и изгнать науку и научное знание. Это невозможно было сделать без унификации, но теперь, когда унификация полная то все кто пытаются использовать науку как инструмент познания будут признаны еретиками. Они уберут древние метафизические религии и поменяют Бога на группу избранных. Как у Хаксли провозгласят богом Генри Форда и будут осенять себя буквой «Т».
Да это несомненно ужасно. Такой мир стряхнет ограничения наложенные милосердием и нравственностью. Ведь милосердие, нравственность, любовь, самопожертвование для этой кучки технократов-интеллектуалов лишь побочный продукт глобальных экономических и социальных процессов, которые порождаются энергетическими импульсами мозга. И тогда уже не нужно будет боятся ада после смерти, ад воплотиться на материальной Земле. Даша вспомнила Клайва Льюиса – дурные люди, ползающие сейчас по маленькой планете, обретут состояние, которое прежде обретали лишь по смерти, и станут прямым орудием темных сил. Природа станет их рабыней, и предел этому положит лишь конец времен. О да несомненно это будет именно так. Институт является не порождением науки, а её извращением. Обратить доброе в злое. Вот их простая ясная и абсолютно достижимая цель.
Даша усмехнулась той формуле которую только что сама вывела. Забавно. Это могла бы быть неплохая статья, при должном оформлении. Жалко, что никто не напечатает.
Хотя и с новизной вопросы, ведь Алькасар в своих исследованиях дошел до чего-то похожего и очевидно спрятал свои изыскания. Но где их искать?
Девушка повернула голову и взгляд упал на гипервизионную панель. Передавали новости. Естественно не могли не рассказать о нападении на Центр по изучению реликвий. Из обычного любопытства Даша включила звук.
… очевидно единственным организатором нападения стал профессор Ренато Алькасар, который в научных кругах имеет репутацию реакционера-оккультиста. Алькасар пытался похитить камни из Отдела сохранения реликвий, но был схвачен охраной. Однако его увлечение старыми культами очевидно настолько повлияло на когнитивные способности профессора, что справедливому общественному суду Ренато Алькасар предпочел добровольный уход из жизни. Его тело было обнаружено в кабинете со следами передозировки вытяжкой. А теперь к прогнозу погоды. Сегодня над всей территорией…
Даша резко выключила звук. На глазах выступили слёзы.
И это знал – горько подумала Девушка.
Про неё здесь не сказано было ни слова. Алькасар действительно принял удар на себя за неё. Но почему Институт не упомянул её имя? Её ведь даже не отключили от электронных систем. Что за игру с ней затеяла Александра?
Очевидно узнать это можно только следуя по пути Алькасара. Прятаться от ОДН бесполезно так что выбора нет. Алькасар говорил, что-то про друга в берберской пустыне. Ну что же начнем оттуда. Вспомним апробацию диссертационной работы.
Девушка взяла свою сумку и вытряхнула оттуда всё, что у неё было. Помимо косметички, с которой она не расстанется никогда,  смартфон, бумажник с карточками. Вот это вполне можно обменять на нужные ей вещи!
Черный рынок все еще существовал, как бы с ним не боролись. Ушел глубже в подполье, сильно поредел, но продолжал функционировать. А где есть такой рынок, там можно найти всякое. Например незарегистрированный портал, который не отследят синтетики. Не может быть, чтобы принцип не просочился в сеть.
 Продаст смарт, карточку отдаст. На чёрном рынке это нарасхват. Хвала цифровизации не придется расплачиваться натурой. Секс-роботы стали дешевле и проще в обслуживании. Да и концепция абсолютного секса сделала интимную близость неходовым товаром.
Даша улыбнулась и налила себе вина. Не все так уж и плохо, если подумать. Конечно, карьеры о которой мечтала, она лишилась, но жизнь-то при ней еще. Это безусловно обнадеживало.

******
Отряд осторожно шел по паутине коридоров покинутого комплекса. Оружие держали наготове.
Свет фонарика медленно пронизывал темноту, создавая причудливые тени на стенах. В воздухе стоял затхлый запах, смешанный с чем-то металлическим, напоминающим о давно забытых событиях. Каждый шаг отзывался эхом, словно само пространство вокруг настороженно прислушивалось к их присутствию.
Янь резко прижавшись к стене, дал знак остальным остановиться. Он внимательно вслушивался в тишину, прислушиваясь к любым посторонним звукам.
— Проверяем все двери и углы, — тихо произнес он — Будьте осторожны. Не расслабляйтесь.
Ася чуть потянулась к двери, ведущей в одну из смутно видимых комнат.
— Эй, не спеши! — резко сказал Лео, наводя оружие на дверную ручку. — Первая пуля должна быть для синтетиков, а не для нас.
Медленно и осторожно они оттянули дверь. Металл скрипел, как будто предостерегая их от входа. Внутри был полно паутины и обломков, а в углу виднелись силуэты, которые могли быть как остатками мебели, так и чем-то более зловещим. Пройдя внутрь, они начали осматриваться, готовясь к любому повороту событий.
— Не забывайте, что здесь могли остаться не только следы жизни, — шепотом заметил Янь направляя фонарик на стену, где следы капель крови смешивались с грязью. — Будьте на чеку.
Свет от фонарика скользнул по приборной панели и выхватил лицо синтетика. Ася охнула, но Лео опустил её винтовку. Синтетик был мертв.
Девушка смахнув испарину подошла ближе – андроид покоился в кресле его горло было разгрызено, но синтетическая кожа вероятно оказалась невкусной.
- Должно быть на них напали – сказала Ася – Что-то проникло в комплекс.
- Волки – веско сказал Лео, осматривая следы зубов – Скорее всего волки.
- Надеюсь они тут не выращивали ксеноморфов, которые их потом и съели – съежился Янь – Идемте. Нужно выбираться отсюда.
Ася нервно кивнула. Она припомнила подвалы на Кабо-Кабо и варанов с отравленной слюной. Могло ли здесь быть нечто схожее? Сама мысль об этом заставляла желудок противоестественно сворачиваться.
Отряд гуськом двинулся дальше. По прежнему не было ни звука, кроме бесперебойно работавших генераторов резервного питания. Ещё один коридор, переборка, снова коридор, поворот… за очередной переборкой обнаружилась подъемная платформа. Гидравлический механизм с гудением опустил их вниз.
Ася вдохнула носом. На этом уровне было гораздо сырее, чем наверху, рука снова нащупала горную породу. Кое-где в через  металлический пол стала пробиваться трава. Природа брала верх над человеческой конструкцией.
- Что-то мне сильно не нравится в этом месте – заявил Янь.
- Точно так же как в том баре на Мадагаскаре – заметила Ася
- Погоди это другое – сказал Янь – Мы знали, что там полно гадостей. Но это место… меня пугает неизвестность, понимаешь? Всё заброшено и слишком уж тихо. Ни птиц, ни зверей, ни насекомых. Если на персонал базы напали животные, то где они?
Ася ухмыльнулась
- Хочешь с ними встретиться?
- Просто странно – кивнул Янь – Столько флоры и никакой фауны.
Лео глотнул воды.
- Лично я хочу, чтобы так и оставалось – бросил он – Люблю зверушек, но не когда они пытаются меня сожрать.
Ася мотнула головой.
- Думаешь, что с животными что-то сделалось? – спросила она у китайца.
- Или… сделали – кивнул Янь – Кругом одна растительность. А на записи говорилось про опасную фауну. Куда же она пропала?
Лицо Аси помрачнело, словно наблюдение Яня выбило её из колеи. Нет отсутствие животных само по себе не было ничем особенным. Они могли попрятаться, но это не относилось к крупным хищникам, а только крупные хищники могли расправиться с целой базой. Да и к здоровой лесной фауне тоже.
Предположительно здоровой, поправила себя Ася.
Полное отсутствие фауны говорило об обратном. Пока она оглядывалась, Лео пристроил винтовку на плече поудобнее и убедился, что магазин плотно сидит в гнезде.
- Разве могут растения существовать без животных? – удивился пилот.
- В целом нет – качнула головой Ася – это экосистема. Она держится на балансе между флорой и фауной. Тут баланса нет. И мне от этого не по себе.
Отряд набрел на ручей и это вселило определенную радость. По крайней мере они смогли наполнить фляги из полной жизни и движения горного потока. Даже про отсутствие фауны забыли.
За ручьем обнаружилась маленькая гермодверь. Парни вдвоем крутанули рычаг. Механизм сработал и дверь распахнулась пропуская их в следующий отсек комплекса.
Комната. Она была маленькая и круглая. У центральной полукруглой стены стояло медицинское кресло, от которого уходили в черноту какие-то тонкие трубки с внутривенными иглами. Ася стала фотографировать кресло и трубки на свой смартфон.
- Чем они здесь занимались? – спросила с гадливостью в голосе девушка.
- Точно не зубы лечили – сказал Лео – Может быть какие-то манипуляции с кровью?
Ася взяла трубку и провела пальцем по игле. Осмотрела кресло. Рука нащупала дугу с металлическим шлемом на конце.
- Или читали мысли – задумчиво сказала девушка.
- Идемте дальше – сказал Янь – Хватит гадать. Время дорого. На базе фотки посмотрим.
Ася кивнула. Они пошли дальше.
Немного погодя, отряд наткнулся на узенький металлический мостик, который был переброшен через провал. По мостику перебрались в следующий коридор, длинный и частично затопленный. На базе по прежнему никого не было.
- Должно быть на них напали неожиданно – сказала Ася – И они даже не успели организовать эвакуацию. Наверное те синтетики это последние из гарнизона аванпоста.
- Не скажу, что мне их жалко – заявил Янь – Я…
Его голос осекся. Лео вскинул винтовку, но тоже замер. Ася подошла ближе, заглянула за плечо пилоту и вскрикнув отшатнулась. Её сразу замутило – Отряд остановился перед квадратной камерой шесть на шесть. Она была заполнена огромным курганом из плохо сожженных костей. Человеческих костей.
Паника накрыла Асю, и она старалась совладать с охватившим её страхом. Лицо Яня побледнело, а Лео, не отводя взгляда от ужасающего зрелища, застыл в напряженной готовности. Трясущимися руками Ася сделала несколько щелчков камерой.
— Что это за место? — прошептала девушка, стараясь подавить дрожь в голосе.
— Возможно, это катакомбы аванпоста, — ответил Лео, всё ещё изучая обстановку. —Крематорий. Но зачем здесь крематорий? И так много…
Неподалёку раздался глухой звук, словно что-то тяжелое скользнуло по полу. Отряд инстинктивно отступил к выходу, сжимая оружие в руках.
- Надо уходить – кивнул Янь – Мы должны передать информацию товарищам-руководителям.
- Кажется именно здесь и покоятся… трудящиеся – прошептала Ася, и её голос дрожал от страха – Вот что с ними сделали! Уничтожили как бракованный материал.
- Но мы до сих пор не знаем, кто были эти трудящиеся – сказал Янь – Преступники? Диссиденты? В базах данных комплекса ничего нет об их пребывании.
- Должно быть всё уничтожили – сказал Лео – Скорее всего это сделали сразу после нападения. А вот оборудование уничтожить не успели.
В камере обнаружилась шахта вентиляции, достаточная, чтобы можно было протиснуться в неё. Теперь ползли параллельно коридорам. В конце перехода снова подул ветерок. Ася никогда ещё так не радовалась простому ветру. Лео прикладом выбил тяжелый чугунный люк и первым выполз хватая руками холодную траву. Они снова оказались за пределами комплекса на очередном каменистом склоне. Стоял холодный предрассветный час.
Склон был покрыт мелкими валунами и колючими растениями, которые вырастали в трещинах камней. С одной стороны, это было красивое, хоть и суровое место, а с другой – непроходимое, как будто сама природа пыталась воспрепятствовать их побегу. Упирался склон в стену комплекса. Но зато над ними они наконец увидели посадочную площадку. Оставалось только на неё забраться.
Несколько прочных каркасных балок вполне внушали доверие. Янь жестом показал следовать за ним. Китаец взялся руками за балку и стал осторожно, но быстро скользить руками по балке. Его ноги болтались над бушующим океаном. Ася и Лео переглянулись. Путь был конечно ещё тот. Но иного не просто не было. Иначе нужно было возвращаться в комплекс и искать внутри.
- Если кто знает шутки самое время рассказать – прокричала Ася переставляя руки по холодному металлу, который очень скользил от идущего дождя. Над чем болтаются её ноги она старалась не думать.
Ещё разок… именно в этот разок вспотевшая ладонь соскользнула. Ася не успела почувствовать смертельную пустоту. Чья-то рука схватила её за воротник куртки. Это был Янь.
- Спасибо – кивнула Ася – Ещё один долг на меня запиши.
- Можно натурой? – осклабился Янь – Я соскучился по живой женской коже.
- Обсудим, когда выберемся отсюда – бросила Ася. Ей было совершенно не до брачных игр – Посмотрим на чём тут Лео сможет лететь.
- Да на чём угодно – ухмыльнулся пилот – Я готов убраться с этой дыры.
Тут холодный воздух донес голоса. Правда слова было плохо слышно. Удалось только разобрать «результата так и нет» и «Не беспокоиться. Это не наши проблемы». Да это хорошо ещё, что они не сразу влезли на взлетку. Иногда надо всё-таки думать прежде чем куда-то идти.
Ася выглянула из-за металлического ограждения и кивнула парням. Они определенно были не одни. Летательный аппарат тут имелся – кургузый грузовоз типа «мегалодон», но и синтетики тоже наличествовали. В количестве минимум взвода. Солдаты грузили ящики на борт транспортника.
-  Ого! кажется мы успели к переезду – заметила Ася – А это значит?
- Что они вывозят что-то ценное, что ещё не вывезли? – спросил Янь – Может быть. В любом случае нам нужно на этот транспортник. Действуем быстро.
Парни кивнули друг другу. Лео размахнул свободную руку и зашвырнул в металлическую стену камень. Синтетики из охраны дернулись, отвлекшись на звук и  начали перемещаться в ту сторону откуда он раздался.
Янь и Лео выскочили из-за ограждения, вскидывая винтовки. Зеленый луч прицела выхватил цель. Два коротких хлопка – пули прострелили синтетические головы. Парни подбежали к упавшим и оттащили тела за угол. Быстро переоделись.
- Ты раздобрел брат Янь – ухмыльнулся Лео – Смотри стандартный размер еле сходится.
- А ну тихо – бросил Янь – Ты лучше гляди как бы синтетики из тебя воздух не выпустили. Ни черта не вижу в этом шлеме. Как они ходят?
Положив тела в пустые ящики, вышли из-за угла. Первая часть плана прошла успешно. Только для Аси маскировки не нашлось и ей опять пришлось играть роль гордой но послушной пленницы. Уже тысячу и один гребанный раз, выругалась про себя девушка.
Наручников для колорита тоже не было. Пришлось скрестить руки за спиной. Сделав самый унылый вид на который была способна, Ася побрела вперед к транспортнику. Парни шагали сзади, наставив винтовки. Должно было сработать.
У транспортника их естественно остановили
- Мы поймали лазутчика – громко и четко сообщил Лео – Её нужно отправить с базы.
- У нас код 4356 – ответил синтетик – Угроза заражения.
- Немедленно пропустите – сказал Лео – Приоритет 3518
- Ответ отрицательный – сказал синтетик – Ждите 8244
Лео пожал плечами.
- Надоела мне эта беседа – бросил пилот и от души саданул прикладом по шлему синтетика. Второй вскинул винтовку, но поднять тревогу не сумел. Янь выстрелил первым.
- Говорил же не поверят – ухмыльнулся Лео
- Да они просто не успели – весело осклабилась Ася, подбирая винтовку и тут же внезапно побелела от ужаса – раскрылся транспортный зев самолета. Оттуда энергично спрыгнули «близняшки». Только теперь их было четверо.
- Привет! – поздоровалась первая.
- Перед полетом, госпожа нас всегда учит выбрасывать мусор – сказала вторая.
- А мусору… - подхватила третья
- Самое место на свалке – закончила четвертая.
Ася попятилась, но отступать было некуда. О какой госпоже они всё талдычат, мелькнула мысль.
- Берегись! – заорал Янь
Ася это сообразила раньше чем услышала. Девушка кувырнувшись прыгнула в сторону крепко держа оружие. Раздался душераздирающий крик и Ася почувствовала на себе чьи-то холодные руки. Она бы не смогла поручиться за этот момент точно, но поняла что одна из близняшек набросилась на неё приоткрыв маленький рот с острыми клыками с явным намерением укусить. Ася стала отбиваться от странного существа, которое теперь вместо едких эскапад бессловесно кричало. С криками и руганью Ася со всей силы ударила прикладом винтовки по белой конечности. Близняшка отлетела в сторону, ударившись спиной о металлическую стену.
Этих драгоценных секунд Асе хватило, чтобы вскочить на ноги, развернуться и выстрелить. Только выстрелила она уже в пустую стену. Близняшка была снова за её спиной. Но тут Ася была готова. Она увернулась и собрав какие-то неведомые ей силы побежала к транспортнику. Сердце готово было вырваться из груди, бешено стуча в такт бегущим ногам.
Где-то кричал Лео. Пространство заволокло оранжевым дымом. Ася набегу сообразила, что кто-то из парней догадался кинуть дымовые гранаты.
- Дуем отсюда!!! – услышала она Яня, который пихнул её вперед – Давай!!!
Его лицо было испачкано кровью, левая рука висела словно ломоть теста. Парень на бегу, держа здоровой рукой пистолет, отстреливался в густую оранжевую пелену.
- Ты жив – охнула Ася.
- Благодаря чертовому сыну озера Онтарио – кивнул китаец – Шевели своими прекрасными бедрами – парень снова подтолкнул её.
Отвернувшись, Ася рванула вперед по взлетке. Последнее что она увидела сзади это как из немного развеявшегося дыма выскочил Лео.
- У меня всегда припасена пара сюрпризов – неистово и истерично заорал пилот.
Воздух наполнился свистом пуль. Кажется к близняшкам подоспело подкрепление. Просто класс. Ну почему её все время пытаются или пристрелить или сожрать или всё и сразу. Надо было выбрать профессию спокойнее. Ботаник например.
Убегая от грохота за спиной, пошатываясь, Фарис добралась до грузового отсека транспортника, вскочила в него и выдрала из открытого шкафчика карабин, одновременно пытаясь унять трясущиеся руки. Зарядила оружие и сняла его с предохранителя.
Лео забежал следом и моментально прыгнув в кресло пилота, стал щелкать тумблерами. А вот Яню повезло куда меньше. Китаец уже взбежал на транспортник, но тут из оранжевой дымки выхлестнул черно-серебристый кнут и словно щупальце обхватил щиколотки Яня, утягивая его назад. Парень успел выбросить пистолет и схватиться за край грузового люка. Его тело растянулось словно резиновое.
Ася вскрикнула и выхватив нож стала в исступлении рубить по кнуту, только тот был будто бы из стали и нож был совершенно бесполезен.
- Оставьте меня! – крикнул Янь – Улетайте! Задание важнее! Нужно передать товарищам чертову информацию!
Гулко запели двигатели. Транспортник начал движение. Кнут опутавший ноги Яня натянулся как струна и заскрипел, но выдержал нагрузку. Тут было два варианта или Янь рефлекторно отпустит руку или парню просто оторвет ноги.
Ну уж нет, фыркнула про себя Ася. Не в этой жизни. Хоть ты меня и встретил совсем не дружелюбно брат Янь! Они были командой, отрядом, боевой группой. Своего она никогда не бросит. Девушка подобрала валяющуюся винтовку, прицелилась и закричав выстрелила в упор.
Кнут лопнул одним концом больно ударил Асю по щеке. Брызнула кровь. Ася не обратила на рану внимание, помогая другу забраться в люк.
- Спасибо – выдохнул китаец – Можешь не платить натурой. Квиты. Уф!
Парень откинулся на металлический каркас корпуса и нервно засмеялся, тяжело дыша.
Транспортник затрясло на взлете при наборе скорости. И в этом гуле отчетливее некуда выжившие в кабине услышали нечто совершенно неподходящее случаю. В дверь кабины заскреблись, как будто когтями.
- Охренеть! – выпалила Ася
- Да уж, попали так попали – фыркнул Янь – Надеюсь в этих ящиках не гребанный апельсиновый сок.
- Погнали! – донесся голос Лео.
Тяжелый самолет оторвался от земли. Ася увидела сквозь узкую щелку иллюминатора как вниз падает черная тень. Как будто кто-то прицепился к шасси, но потом спрыгнул.
Ася вошла в кабину, где Лео вытягивал штурвал.
- Ну как мы смотримся? – спросила она.
Ответом ей было мигание аварийной лампочки. На секунду экраны погасли, но потом зажглись снова.
- Чтобы это ни было надо найти безопасное место – сказал Лео – Ни минуты не желаю оставаться на этой скале! Курс на базу!
Янь, который всё ещё не мог отлипнуть от фюзеляжа призывно свистнул.
- Эй, будь хорошей девочкой – сказал он – Выруби транспондеры и передай информацию товарищам. Код проверки 25.04.18
Ася кивнула и занялась работой. Её то никто не отменял. Да и действительно, последнее что им было нужно это хвост. Покончив с транспондерами девушка включила бортовой терминал связи и вставила в него дата-диск. Через несколько секунд файлы были отправлены с зашифрованным кодом, который знали только в Пекине.
- Всё – выдохнула она – Надеюсь информация пригодиться.
В изнеможении девушка легла на кушетку и закрыла глаза. Это задание они выполнили. Наверное.

******
Он был всем и ничем. Везде и нигде. Он построил мир по собственному образу и подобию. Наверное обыватель назовет это сбывшейся мечтой. Но у него не было мечты. У него не было мечты и не было снов. В отсутствии снов не было боли, мучительных размышлений. Не было радости, понимания, сострадания.
У него была только цель. Одна цель.
Революция.
Вечная революция.
Ибо только революционным скачком можно было изменять этот мир под себя. И этот скачок должен самовоспроизводится, подобно круговороту воды в природе. Только в революционном движении возможен прогресс. Прогресс дарует бессмертие. Единственное, что не покорилось человеку. Ибо человек сдержан жалкими ограничениями традиций, веры, государства. Революция уничтожает эти ограничения.
Джаспер Ричмонд, Иллариу Фернандеш, Константин Воротынцев… Сколько ещё у него было имен он даже не запоминал. Сейчас у него очередное новое и оно тоже создано для цели как и каждое из предыдущих. Исключительно для цели. Ибо существует только цель.
Удивительно глупо передавать свое имя кому-то, который может быть ещё и не будет достоин тебя, когда можно сохранить имя для себя и сохранить себя, покончив наконец с той силой которую нарочно сокрыли от человека в опасении, что человек развивая прогресс бросит вызов.
Он человек и он бросил этот вызов. Те люди, которые приняли Всечеловечество уже не творения кого-то наверху, они его творения. И те кто живет наверху и те кто живет внизу.
Человек окинул взглядом большую белую залу с широким панорамным окном в которой он находился. На полу, покрытом матовым стеклом и кварцем, подобно редким цветам в ухоженном саду, воздвигались предметы мебели – новые и старые. Дизайн их был тонок, а вкус создателя – безупречен. Стены украшали прекрасные картины, да и сами стены являлись произведениями искусства – из-за использованных для отделки материалов. Освещение менялось в зависимости от зоны, если того требовал дизайн комнаты. В углу стоял черный беккеровский рояль. Человек сел за него и стал медленно нажимать клавиши, словно паук, который дергал за ниточки паутины. Играл Вагнер. Фауст, увертюра. Насыщенная музыка неслась ввысь.
- Что вы думаете о музыке, Александра Андреевна – спросил человек у стоящей перед панорамным окном сенатором от Великоруссии Александры Овчинниковой-Асфур. Та изящно повела головой. Человек заметил холодные глаза, взгляд которых  впитывал все вокруг. Определяя и оценивая.
 – Прекрасная и холодная.
– Идеальна во всех отношениях, – согласился человек.
- Рефлексия – холодно возразила Александра – Чувство, которое делает человека слабым. Фауст исполнен ею. Рефлексия отвлекает от цели. Задумываясь о причинах и последствиях мы отдаемся эмоциям. Рефлексии я предпочитаю анализ.
- Неужели? – поинтересовался человек – Но рефлексия прекрасный процесс, когда им кто-то управляет. Не так ли?
- Несомненно – кивнула Александра.
- И разумеется владеющий анализом не позволит одержать над собой верх человеку подверженному рефлексии.
Лицо Александры исказила гримаса.
- В большинстве случаев из возможных – сказала сенатор, проглотив издевку.
Человек предупредительно поднял палец. Сухая стареющая рука сильно контрастировала с остальным здоровым и совершенным телом.
- В этом ваша фундаментальная ошибка – сказал человек – Ибо рефлексия позволяет человеку совершать иррациональные поступки по зову своего сердца. Вы так и не усвоили этот урок. Чтобы победить врага нужно думать как враг. Понимать его культуру и образ мыслей. Я уже стал жертвой героизма идейной фанатички и не хочу повторять собственную ошибку. И вам этого не советую.
- Вы полагаете, что уничтожение предателя было преждевременным? – спросила Александра – Не согласна с вами. У нас скопилось достаточно доказательств того, что именно Ренато Алькасар стоит за саботажем проекта Теофраст. Он был опасен.
Человек покачал головой.
- Разумеется – сказал он – Но я знал это и до ваших изысканий. Неужели вы думали, что я не понимал для чего Ренато Алькасар стал сотрудничать с Институтом? Но его страсть к изучению кастильских камней была сильнее желания противостоять нам. Я умело управлял этой страстью. Заставлял чувствовать собственную зависимость. Совершенно натурально, что саботаж проекта Теофраст был не только неизбежен но и необходим.
- Я вас не понимаю, - нахмурилась Александра. — Это же наносит вред!
- Определенно, наносит, - согласился человек. – Но вред нужно принимать и перерабатывать. Как перерабатывать страх, боль и любые другие эмоции. Нужно набраться терпения, чтобы дойти до смерти, чтобы потом, после, возродиться вновь. Так это работает. В этом истинный смысл. Все сводится именно к этому.
Александра недовольно пожевала губами. Она не собиралась спорить.
- В любом случае книга, которую вы хотели у вас – сказала она – Не думаю, что Алькасар стал бы помогать разгадывать её тайные письмена.
Человек закончил играть, встал из-за рояля, ровным шагом подошел к стеклянной книжной полке и взял в руки длинный пожелтевший свиток. Документ был найден в доме Алькасара при обыске.
- Он был мне нужен не за этим – сообщил человек – Возможностей наших нейросетей вполне достаточно для перевода и анализа любых текстов. И данные говорят, что этот документ не полный, хотя и весьма занятный. Алькасар же верил в пророчество о белой принцессе, как верит любой, кто тоскует по величию своей нации. И потому он или спрятал вторую часть манускрипта или отправил кого-то на его поиски.
Глаза Александры вспыхнули.
- Вы предполагаете, что Дарья Раевская….
- Я не предполагаю, я имею в виду – с мягкой укоризной ответил человек – Ученик всегда продолжает дело своего учителя. Именно так.
Александра фыркнула.
- Вы знаете мое мнение – сказала она – Я не считаю необходимым заниматься тем, что покоится во тьме веков. Наши технологии вот что сделает нас вечными и непобедимыми.
Человек пропустил мимолетную улыбку.
- Какие знакомые нотки в голосе – сказал он – Твоя предшественница думала именно так же и потому она проиграла. Наши технологии смогут обеспечить что угодно, да. Но технологии не ответят на предельный вопрос, который ты задаешь всё чаще по мере своего опыта. В этом вся история науки. Я хочу узнать ответ и хочу узнать его как человек, пощупать человеческими руками.
- Предельный вопрос требует предельной цены – пожала плечами Александра – Многие стремились к этому и называли себя гениями. Почему же вы считаете себя уникальным? Не следует самому себя определять. У вас уже есть и власть и контроль.
— Контроль и власть… к этому стремится любой индивид, Александра Андреевна – сказал человек – Но такое обладание всего лишь небольшое мгновение в истории. Я хочу найти нечто большее. Остановить историю и закончить её. И Ренато Алькасар тоже шёл по этому пути. Но он испугался той силы, которая ему открылась. Мы же используем эту силу. Мы, человечество были созданы, чтобы служить, почитать, а если и творить в чью-то славу. Сейчас мы наконец разрываем эти рабские оковы. Остался последний шаг.
- Полагаю, что это как-то связанно с принцессой, которая указана в индейском пророчестве – заметила Александра.
- О да – сладко улыбнулся человек – В этом чудесном манускрипте записаны интересные вещи касательно неё и пагубного влияния камней.
- Извините, но ваши… ритуалы они отдают суеверной глупостью – заявила Александра – В конце концов для установления контроля Всечеловечество использует технологии, к которым старые свитки и кастильские камни не имеют никакого отношения. Разве вы не живете в плену иллюзии, как обыватель? Что если в них действительно ничего нет?
Человек взял в руки чашку исходящую паром от чая.
- Обязано быть – сказал человек делая глубокий глоток – Это я уже установил опытным путем. Не без последствий, как видишь – человек продемонстрировал свою высохшую руку.
Старинные часы пробили очередной час этого мира.
- Прошу меня извинить – улыбнулся человек – Мне нужно вернуться к воспитаннице.
Он сделал несколько шагов по этой роскошно обставленной комнате и остановился у самой двери.
- Если пророчество верно, то верны и идеи Алькасара – заметил Человек – Хотя можно эту формулу и перевернуть наоборот, однако в любом случае это будет значить, что Всечеловечество и все технологии о которых ты говоришь угаснут. Мы не допустим этого. Ради нового человека. Нашего человека.



******
В этот раз Кирсанов никуда уже не ходил по дворцу и оставался в своей комнате. Надо сказать его основательно вымотал собственный рассказ. Шутка ли, три ночи подряд вспоминать события, которые и помнишь-то смутно (в памяти были по-прежнему провалы), да и то что помнишь, вспоминать-то не хочется. 
В этом странном дворце его провели через настоящее аутодафе (он не помнил откуда знает это слово, скорее всего прочитал в энциклопедии из библиотеки Коммуны 101). Аутодафе правда было вегетарианским, его никто не пытал, не загонял иглы под ногти, но тем не менее приличную порцию информации инфанта и её люди от него получили. Хорошо бы понять, что они собираются делать с этой информацией.
Каждая крупица информации приносила Кирсанову боль. Он вспоминал и погибшую Сяо У и друзей по коммуне. Сяо У нравилась ему. Нет это было не сексуальное влечение. Ему нравилась её решительность, принципиальность. Она пошла до конца, чтобы добыть информацию для своих и отдала жизнь за то, чтобы её задание смог закончить Кирсанов. Он вспоминал её последние слова и тут же в его памяти возникали образы друзей по коммуне. Живы ли они? Не отправили ли их на перекачку? Кирсанов вспоминал всё, что он видел и его охватывал бесполезный гнев от совершенного бессилия. Он всё знает, но ничего не может сделать и ничем не может помочь. Всё, что ему осталось это рассказать историю какой-то непонятной девице из другого мира, который сильно отличается от того к которому Кирсанов привык до попадания в Убежище. И он совершенно не знал, что ему делать. Нет, вначале-то, он решил, что непременно сбежит отсюда при первой возможности. Найдет людей, о которых говорила Сяо У, и всё им расскажет. Но тут же он понял, что сделать это никоим образом нельзя. Не потому, что его охраняют (с этим-то справится можно), а потому что он просто не знает куда идти и где собственно находится этот Красный меридиан. А поскольку он ни черта не знает об этом мире, то непременно вызовет подозрение и его схватят люди Координатора и отправят на перекачку.
Так что Кирсанов просто лежал на кровати, отбросил все мысли и спал, как никогда крепко. И, по счастью и несказанному облегчению Кирсанова, абсолютно без сновидений.
Так что, позднее, уже ближе к вечеру, пришедшая в гостевую комнату Эланор обнаружила бодрого Кирсанова, сидящего за столом и с аппетитом уплетающего поздний завтрак, который принесла прислуга.
Молодой человек посмотрел на нее внимательнее и нахмурился. Девушка выглядела несколько обеспокоенной, может, озабоченной, но пыталась тщательно это скрыть за маской выученного дворцового этикета.
Эланор была не одна. Вместе с ней в комнату зашли двое мужчин. Первый был одет в светло серый костюм в тон его седым волосам, второй был поджарый мужчина лет тридцати-тридцати пяти затянутый в мундир капитана дворцовой стражи.
- Что-то случилось? - спросил Кирсанов.
- Всё в порядке – ответила Эланор – Мы выслушали вашу историю и теперь нам следует определиться, что делать дальше. Как вы спали? - спросила девушка.
- Сегодня как никогда хорошо, - признался Кирсанов. - Мысли в голове успокоились, части воспоминаний встали на свои места. Так что рассказ пошел на пользу.
Он конечно соврал, но свою слабость он не собирался показывать перед этой девицей. Ему как-то говорили, что при расспросах всегда нужно держаться степенно и индифферентно. Правда он не помнил кто.
- Прекрасно – кивнула Эланор – Значит, у нас ещё есть возможность поговорить, пока вы здесь.
- А что, меня скоро могут выгнать из дворца? - хмыкнул Кирсанов.
- Ну думаю, что вы и не собирались здесь жить вечно – заметил капитан дворцовой стражи – У вас наверняка есть дела, которые вас побудили сбежать и вы непременно их решите уладить.
- А вы предлагаете мне помощь? – резонно спросил Кирсанов.
Он решил зайти с козырей.
- Любая помощь ограничивается интересами нашего королевства и безопасностью её высочества – кивнул седовласый старик.
- Изучив вашу историю мы предположили, что наличие подобных практик, которые вы описали представляет определенную угрозу ценностям и интересам королевства – сказал капитан – И её высочество уверенна, что вас не следует сдавать ОДН.
Кирсанов фыркнул.
- Удачное мнение – бросил он – И политически верное, правда? Держу пари, что вы собираетесь использовать меня в своих играх против ОДН.
Эланор засмеялась.
- Политика — это сложная вещь – сказала девушка – Никогда не знаешь, где найдешь, а где потеряешь. Тем не менее я хочу вас успокоить, мы определенно не будем использовать вас в, как вы выразились «играх против ОДН».
Кирсанов нахмурился и его лицо охватило беспокойство. Он понял, почему на лице инфанты столь озабоченный вид.
- Их люди? – Кирсанов нервно заерзал на подушках – Они уже мной интересовались, так?
- Да – коротко ответила девушка.
- Этой ночью к нам с необъявленным визитом прибыла сенатор Александра Овчинникова – Асфур – сообщил капитан дворцовой стражи.
Кирсанову это имя ничего не говорило и он поспешил об этом пояснить. Тогда Эланор взяла слово и разъяснила личность этой женщины и её высокое положение.
- Она прибыла сегодня ночью – пояснила инфанта – Вызвала меня на разговор и поведала о желании стран ОДН предложить договор о сотрудничестве, а ещё она расспрашивала о наших гостях и кого мы принимали за последнее время. Я ничего ей не сказала на это. А она со всей любезностью сообщила, что в знак залога будущей большой дружбы, ОДН просит помощи в поисках беглеца и убийцы, который сбежал из охраняемой тюрьмы и представляет большую опасность. Она сказала, что для подтверждения нашей дружбы нужен сущий пустяк – простое подтверждение доброй воли. Найти и выдать беглеца ибо им известно, что он скрывается на территории королевства. Я не дала определенного согласия, и попросила три дня на раздумье. С этим Александра нас покинула. Но я уверенна, что она вернется. Исходя из этого спонтанного визита, я считаю, что рассказ нашего гостя правдив и необходимо принять срочные меры, чтобы защитить нас от давления ОДН и требовать освобождения людей спрятанных под землей.
Седовласый старик кашлянул.
- Но ваше высочество… – неуверенно начал он – Как же вы планируете это сделать?
- Мы отправим нашего гостя в столицу – кивнула Эланор – Мой отец поможет нам.
— Это маловероятно, учитывая официальный статус розыска – покачал головой седовласый старик – Первое, что захочет сделать ваш отец – арестовать вашего гостя и допросить. К тому же, хотя здесь не очень доверяют посулам Всечеловечества, в столице эти идеи находят существенную поддержку и если сенатор Овчинникова-Асфур не получит положительного ответа здесь, она непременно отправиться к вашему отцу. Я не думаю, что он будет доволен тем, что мы укрываем беглецов. Не думаете ли вы не подчиниться его приказу?
- Я поступлю как должно – сказала Эланор – Если мой отец нам не поможет, мы справимся сами. Наш гость здесь потому что должен быть здесь, и именно тогда, когда в этом есть необходимость. Значит, его прибытие определенно самой Судьбой и нам вместе предстоит отвести угрозу от всего нашего мира. Я не выдам его. Даже если мне поступит прямой приказ.
Старик помрачнел.
— Это будет расценено как мятеж – сказал капитан дворцовой стражи – Вы знаете наказание не хуже меня. Кортесы лишат вас права на престол, и вы будете исключены из семейных упоминаний. Вы слишком часто нарушали установленные правила. На этот раз вам этого не спустят.
- И всё же, я рискну – твердо заявила Эланор – Моя задача вернуть людям их достояние! Я не собираюсь делать ничего, что бросит тень на королевство. Отец поймет меня.
- Будь, что будет, ваше высочество – сказал седой старик, положив руку девушке на плечо и унимая её горячность – Но я советую подождать приказа вашего отца. Кортесы непременно воспользуются вашей оплошностью. Они мечтают уничтожить монархию и присоединиться к ОДН.
Эланор сверкнула глазами.
- Я должна жить в страхе перед ними, наставник? – спросила девушка – Мне нужно думать, что они сделают в ответ на любой мой шаг? По вашему это подходит той в чьих жилах течет кровь древних кастильских королей?
- Ваше высочество…
- Моим предком была благочестивая королева Изабелла – перебила наставника инфанта – Покорительница Гранады, защитница веры и основательница Испанидад. И потому знайте, никто и никогда не увидит моей склоненной головы – Она повернулась к капитану дворцовой стражи. - Капитан!
 Мужчина подтянулся.
   - Ваше высочество?
   - Готовьте гиперлёт – распорядилась Эланор.
   Наставник пришёл в ужас.
- Гиперлёт? – переспросил он – Это невозможно! Опомнитесь! Инфантам запрещено покидать Альянс без высочайшего повеления. Вы знаете установленный порядок! Что если с вами что-то случиться? Инфанта не может подвергать себя подобной опасности.
Эланор была спокойна и решительна. Кирсанов смотрел эту сцену молча и с отвисшей челюстью
- Я разделяю вашу тревогу, наставник – сказала девушка – Но выслушав историю, я не имею права оставить угнетенных людей на милость бесконечных заседаний кортесов, которые как вы справедливо заметили испытывают симпатии к ОДН.
- Я признаться, тоже не понимаю, чего вы добиваетесь? – спросил капитан дворцовой стражи.
- Возвращения наших реликвий – холодно сказала Эланор – ОДН и Сенат обманывают людей, скрывая кастильские камни для узкой группки олигархата. Кастилия вернет себе то, что принадлежит нам по праву и представит миру ложь идей ОДН.
Девушку можно было не вырезать из камня, а просто так выставить вместо памятника. Кирсанов пожалел тех, кто по недомыслию решит встать у нее на пути. Он надеялся, что он не в их числе.
- Доложите обстановку, и достаточно – сказал наставник – Меня и так очень беспокоит, что вы приняли этого беглеца.
- Наставник, Вы занимайтесь учеными делами, а дела государства предоставьте мне!
- Вы собираетесь инкогнито покинуть провинцию и отправить за границу, чтобы очевидно вступить в связь с Меридианом. Это вы называете делами государства?! Да где это видано, чтобы потенциальная наследница престола так поступала? Вести переговоры, да ещё и с партизанами, которые работают на другую страну! Я удивляюсь, как это вам только в голову такое пришло! Столько недругов вокруг! Они только и ждут случая очернить вас в глазах отца! Есть правила, есть традиции, старые обычаи... Нарушать их не смейте! Не забывайте, что вы не единственная, кто претендует на трон.
Эланор резко повернула голову.
- Не сталкивайте меня с сестрой, наставник! – гневно сказала девушка – Я почитаю и отца и свою сестру и никому не под силу разрушить наши семейные узы. Я никогда не пойду против семьи. Однако в этом случае я поступаю так, как велит мне моя совесть. Решение принято и оно не обсуждается.
Инфанта вновь бросила взгляд на капитана дворцовой стражи. Тот склонил голову.
- Как прикажете, ваше высочество – кивнул мужчина – Однако я буду вынужден отправиться с вами. С вашего позволения, я буду делать записи о вашем путешествии, чтобы потом предоставить отчет вашему отцу. Если кортесы выступят против вас, то в ваших руках будет доказательство ваших благих намерений.
Эланор уклончиво кивнула головой, очевидно продумывая какие-то собственные мысли.
- Благодарю вас, капитан Льовера – произнесла девушка – У меня и в мыслях не было сомневаться в вашей верности. И поскольку я хочу продемонстрировать свою разумность, посоветуйте, куда мне отправиться, капитан.
- Если позволите, ваше высочество – отозвался Льовера – Один мой друг из прежних времен сможет нам помочь. В настоящее время он проживает в берберской общине недалеко от Эль-Аюна. Это совсем рядом с нашими африканскими владениями и ваше отсутствие будет незаметно по крайней мере сразу.
- Я доверяю вам, капитан – склонила голову Эланор – Мы отправляемся в Эль-Аюн.
Кирсанов переводил взгляд с инфанты на наставника, а с наставника на капитана. Сбежав из проклятого Убежища, он совершенно явно оказался в котле каких-то политических разборок. Как внутренних так и внешних. Он научился уже кое-что различать. Благо долгие разговоры с Сяо У не прошли даром. И сейчас Кирсанов понимал, что спор наставника со своей воспитанницей выходил куда дальше наивного желания принцессы помогать людям. Хотя конечно он был благодарен ей за это. Что-то большее было в этом. Какое-то второе дно. Не очень хотелось конечно узнавать, что это за дно, да видно придется, если он действительно хочет выполнить просьбу Сяо У и освободить людей из Убежища.
Кирсанов снова перевел взгляд на наставника и удивился, что на лице седовласого старика блуждала улыбка.

КОНЕЦ ТРЕТЬЕЙ ГЛАВЫ






                ГЛАВА IV

                ИЗГНАННИКИ
.
   – Если ты сейчас же не сделаешься хорошей кошечкой, — прибавила Алиса, — я просуну тебя насквозь — в дом с той стороны зеркала. Как это тебе понравится?
Льюис Кэрролл


И
з квартиры Алькасара Даша вышла ещё затемно. В дорогу она надела молочный льняной брючный костюм, за спиной повесила рюкзак из экологической кожи. Туда она положила самое необходимое – косметику, сменную одежду, еду на первое время и главным образом книги – всё, что привлекло её внимание на книжных полках профессора. Туда же был уложен фонограф и прослушанный валик.
С утра сильно парило. Съев нехитрый завтрак, девушка отправилась в путь, моментально ввинтившись в толпу спешащих по делам обывателей. Идти предстояло пешком – аэротакси можно было отследить, а целью Дарьи Александровны были районы в которые не ходят люди из страты ученых – самая южная окраина города, то есть именно та, где громоздились фабрики роботов, водоочистные сооружения, гидропонические фермы и прочая техническая инфраструктура без которой сердце Солис-Сити перестало бы биться. Как и любой житель города, Даша знала, что группировки контролирующие черный рынок обосновались именно в этих районах.
Чем дольше Даша шагала, тем реже становилась толпа людей, пока наконец она не рассеялась окончательно. Высокие футуристичные белые и зеленые здания уступили место холодному серому металлу мерцающему красными огоньками. Гомон голосов заменил гул сервомоторов и генераторов. Вид сотен работающих механизмов завораживал. Осмотревшись вокруг девушка поняла что находится в каким-то подобии канализации. Об этом ей говорила сырость и обильная вонь, идущая издалека. Других проходов рядом не наблюдалось, а потому Даша просто пошла прямо, жалея, что не одела костюм темнее. Машинам не было дела до её переживаний, они выполняли свою программу. Обычно сюда никто не заходил, если не возникало проблем. Именно поэтому технический район и стал обиталищем преступного элемента.
Группа наемников водоочистительной станции были довольно известной рейдерской группой в этом регионе. Они заняли станцию и после того, как они закрыли клапан, который снабжал водой область, они начали продавать созидателям очищенную воду по высокой цене. В то же время они занимались торговлей людьми и время от времени грабили торговые флоты. Система труб позволяла им быстро уходить от облав. Не самое приятное знакомство будет, но особого выбора не было.
Девушка прошла еще немного, и вдруг остановилась. И даже попятилась невольно: на перекрестке, к которому Даша подходила, на другой стороне улицы она случайно увидела людей. Двух девушек в школьной форме. Цвета было не разобрать, но не в этом  суть… Несовершеннолетним запрещалось покидать Солис-Сити без определенной справки и уж точно возбранялось шататься по техническому уровню.
Это конечно была молодежь. Они могли прийти что-то купить на черном рынке или продать девственность местным «авторитетным мальчикам». Вот только стояли они таким образом, что одна была в тени, а вторая - под конусом света от прожектора. Намеренно ли это было сделано или случайно, но со стороны смотрелось это... настораживающе. И взгляд у них был не беззаботных развязанных нимфеток, а какой-то холодный и мертвый.
Даша снова попятилась, не спуская глаз с подозрительной парочки. Те ничего не предпринимали, замерли на месте и просто смотрели в сторону девушки. И это нервировало все сильнее.  В какой-то момент она, увидев закоулок, просто свернула в него. Было ли это глупым поступком? Поначалу Даша об этом не думала, желая лишь поскорее уйти как можно дальше от школьниц, которые очевидно следили за ней. Их намерения Даша совершенно не желала выяснять ни при каких обстоятельствах.
Девушка шла стиснутая с двух сторон рядами толстых металлических труб с попадающимися иногда накрепко запертыми дверьми-пожарными выходами, до нее начало доходить, что путь отступления она выбрала не самый удачный. Если на нее нападут, то ей никто не поможет. Никто и не узнает об этом. Ей начали вспоминаться всякие страшные истории про похитителей органов, которые орудовали в городах в первые годы прихода ОДН, да и некоторое время после. Люди на улице могли просто пропасть, и находили потом только их части, которые оказались не нужны. Жертв просто разбирали на части, изымая самое ценное, остальное бросая на месте... Даша сама, конечно, с этим не сталкивалась, да и в Солис-Сити, если на то пошло, таких случаев не было. Но это еще не значит, что...
Из коридора она вышла в довольно обширное помещение, заполненное запахом гнили и журчанием воды. Сделала ещё пару шагов и вскрикнула от неожиданности, когда из очередных дверей, мимо которых когда проходила, вывалился некто.
- Чего ты! - замахали на нее исступлённо. - Не кричи ты так, и так плохо...
Даша, отступив подальше, посмотрела на тело, привалившееся к стене, посмотрела в проем двери, за которой угадывался длинный коридор, теряющийся в глубине здания, полный открытых и полуоткрытых дверей, всяких вещей и чего-то еще, неопределенного...
Притон, что ли, тут у них? Разве их не вычистили все? Выходит, что нет...
- Слышь, ученая штучка, «вытяжку» дай – проговорило тело –  Тебе же это просто, а мне приятно будет.
Даша сумела опознать, что одет он был в дорогой некогда костюм, но теперь изрядно испортившийся. Лицо было худым и серым – типичный тауриновый наркоман. Она о таких слышала. Особенно много их попадалось среди несостоявшихся ученых – тех, кто не смог защитить диссертацию.
- Что, энергетик? А угостишь, м? – промычало тело – Я твой коллега между прочим. Не пропустили, а какая тема была…
Даша покопавшись в кошельке достала  одну из своих карточек и протянула наркоману. Тот стал жадно хватать пластик, но девушка моментально отдернула руку.
- Свалить мне отсюда надо – сказала она – По-тихому. Где я могу найти тех, кто мне это устроит?
Глаза наркомана забегали.
- А то как же, как же – стал тараторить он – непременно. Здесь и найдешь. Ну дык для того денежки нужны, ну у тебя-то есть видать! Ты же со значком вон! Видишь вон башню с колесом сверху – наркоман махнул рукой –  Вот получается напротив. Упрешься в дверь. Там будет лавка старой электроники. Типа, экспонаты такие, не работающие, но на память. Вот там тот, кто тебе нужен.
- А имя?
- Сама и спросишь, - буркнул мужчина и выхватив у Даши карточку тут же скрылся с ней в темном коридоре. Побежал за дозой живительного напитка.
Это было немного эгоистично с её стороны, ведь его отследят при первой же транзакции вне черного рынка, но зато синтетики поломают свои электронные мозги, когда увидят, что человек расплачивается с двух карточек в разных местах. Если за ней действительно следят, то это даст ей ещё времени.
Лавка находилась именно там, где указал ей наркоман – жестяной фабричный домик с узенькими щелочками вместо окон – очевидно чтобы стрелять в непрошенных гостей, если понадобиться. Внутри горел тусклый свет.
Повертев головой в поисках возможной опасности и не обнаружив такую, Даша решительно шагнула в сторону лавки. Дверь была открыта. Никакого предупреждающего звука не послышалось, но определенно, где-то в глубине лавки раздался сигнал о приходе посетителя.
Скрипя сгнившими половицами, девушка подошла и встала перед прилавком, смотря на полки заполненные старыми кинескопными телевизорами, сотовыми телефонами, радиоточками… очевидно свой фонограф Алькасар покупал именно здесь. 
Посетителей, даже из ностальгирующих (что, к слову, было не модно в нынешнее время и грозило интересующимся как минимум косыми взглядами) не было совсем. Только столы, на которых и под которыми лежало всякая электронная рухлядь. Впрочем казавшаяся таковой. Даша была уверенна, что для тех кто хочет быстро скрыться и иметь связь сотовый телефон или пейджер был незаменим.
Как и тот кто ими торговал - невысокий и тонкокостный тип в яркой гавайской рубашке с сальными волосами и испещренной оспинами кожей, но примечательнее всего были его глаза - без радужки и зрачков. Но определенно видящие, поскольку самых век угадывалась ярко-красная надпись с названием компании-производителя бионических протезов. И хотя все, кто получал подобные протезы, старались заказывать их стандартного вида, человеческого, этот торговец решил выделиться зачем-то.
- Голубь, - сказал мужчина с сильным акцентом когда-то существовавшего понтийского диалекта и Даша поняла, что это он представился.
- Ученая штучка, не осталась в долгу девушка. - И мне нужно...
- Убраться из города? - хмыкнул торговец, перебивая.
- С чего вы взяли?
- По твоему внешнему виду, по тому, что ты ученая штучка явилась сюда – сказал Голубь – А так делают или те кто хочет слинять или те которым нужна доза. А поскольку ты со значком, то из страты ученых тебя не выгнали. Значит хочешь слинять. Скажи, что я ошибаюсь!
Он посмотрел за спину девушки, словно ожидая, что еще кто-то явится. Может, МНК использующий Дашу как своего рода приманку, или еще кто-то нежелательный, типа той странной парочки школьниц. Но все это, конечно, были только домыслы. Наверняка торговец все предусмотрел и его не так-то просто было взять врасплох. И если он спокоен, значит, все необходимое знает о девушке. Уж не Алькасар ли его предупредил о возможном визите?
- Предположим – кивнула Даша – И вы это организуете?
Голубь развел руками.
- Я много чего организовываю – деловито сказал он – Тут и там. Зависит от того, что можешь дать взамен транспорта?
Даша положила свои карточки и смарт на прилавок.
- Ещё нужна связь – сказала девушка – Тот чёрненький Sony Ericsson мне подойдет. – Даша ткнула пальцем на полку.
- Ну-ка, ну-ка! – оживился «Голубь» и указал на сенсорную панель, встроенную в дерево прилавка. Чтобы девушка приложила карточку. Та так и сделала.
- Неплохо-неплохо, - кивнул торговец почти сразу, смотря куда-то вниз. Очевидно на экран, спрятанный за прилавком – Лимита на карточке тебе хватит на пару обедов. Хороших, правда, качественных и премиальных.  В ресторан бы могла сходить, на последний ужин, ха-ха!
Даша пожала плечами.
- Ваш транспорт взамен этого моего хорошего и качественного ужина, - предложила она.
«Голубь» осклабился. Он посмотрел на девушку сверху вниз, хмыкнул.
- Маловато конечно будет – проворковал он, протягивая коробку с сотовым – На мой транспорт нужно что-то более ценное – торговец плотоядно улыбнулся, оглядывая формы девушки – Тем более, что в твоей ситуации…
Даша криво ухмыльнулась и стала расстёгивать рубашку. Когда дошла до третьей пуговицы, «Голубь» вожделенно протянул к ней руку. Тут девушка рыскнула в строну и захватом руки обрушила торговца на прилавок.
- В твоей ситуации я могу уйти и вернуться с ротой МНУ – доверительно сказала Даша – И ты уже сюда не вернешься. Как тебе выбор?
- Ладно-ладно я пошутил – простонал «Голубь»  – Этого достаточно. Транспорт у меня внизу, с разными деталями.
Даша убрала захват. Торговец нервно отдышался и трясущейся рукой махнул следовать за ним, что-то бормоча о том что ему всегда попадаются девицы с норовом.
Сквозь деревянные висюльки за прилавком, а оттуда спустились по лестнице.
Подвал в который завел девушку торговец был сырым с затхлым запахом разделённым на два небольших прямоугольных помещения. Обувь девушки чавкала попадая в мелкие водяно-масляные лужицы. Света тоже практически не наблюдалось. Только две подвесные лампы немного освещали пространство. В глаза бросался разный непритязательный электронный хлам. Хотя, конечно, поначалу девушка надеялась, что увидит нечто впечатляющее. Настоящий рынок где-то под землей с торговыми рядами, где продавали бы незаконные импланты, боевых дронов, оружие со всего света, запрещенный софт… А оказалось - скромный магазин старой электроники. Врут гипервизионные фильмы.
Среди хлама возвышалось что-то, прикрытое пластиковым тентом. Откинув одним движением тент, Голубь явил взору Дарьи Александровны «транспорт» – круглую, компактную капсулу, гораздо меньше, чем в городе. Она была закреплена на монорельсе уходившем в темный зоб трубы.
- Газопровод Нигерия-Марокко – догадалась девушка – Оригинальный способ.
- Скажи прикольно, да? – осклабился торговец – Это капсула для очистки. Вообще-то когда-то это был робот, по документам ОДН он так и проходит но мы  вытащили всю электронную фигню и короче теперь там помещается человек. По этому трубопроводу раньше газ перегоняли через всю Африку до самой Кастилии. Сейчас мы перегоняем диссидентов, которые не хотят травиться вытяжкой и бегут в Альянс.
- Мне надо сойти раньше – сухо кивнула Даша.
Торговец пожал плечами.
- Твоё дело – хмыкнул Голубь – Промежуточная остановка Западная Сахара. Там тебя встретят, ну а дальше, двигай куда хочешь.
Торговец оскалился и стал возиться с кабелями, подключая их в положенные розетки, щелкал тумблерами на разнообразных приборных панелях и стойках, заводил с помощью веревки что-то древнее и тарахтящее.
- Устраивайся поудобнее – сказал Голубь – Время деньги. А то я передумаю.
Даша с опаской подошла к капсуле и села в полинялое кресло. Погрязнее у него ничего не нашлось? Ладно грех жаловаться. Других вариантов покинуть Солис-Сити все равно не было.
Несколько секунд спустя девушка была пристегнута ремнями к креслу. Части старых компьютеров были скреплены клейкой лентой. Вокруг подлокотников кресла тянулись оголенные провода, подсоединенные к тонким водопроводным трубам. Руки ей положили на подлокотники и зажали стальными хомутами. Как и любой человек, лишенный возможности пользоваться конечностям, Даша начала чувствовать себя неловко. «Зачем это?»
- Чтобы не отправила сама себя в нокаут – пояснил Голубь, просовывая датчик ЭКГ в вырез рубашки – Жаль портить такую красивую мордашку. Ну а если во время путешествия тебя вывернет наизнанку, тут уж ничего не поделаешь.
Торговец сделал скорбную мину, закрывая рот девушки дыхательным автоматом.
- Лучше бы в твоем милом ротике было кое-что органическое – хохотнул Голубь – Может ещё передумаешь, а?
Даша бросила на торговца сердитый взгляд, заставивший вспомнить о синтетических солдатах.
- Хорошо, хорошо! – торопливо воскликнул Голубь – Сама выбрала. Эх, была не была!
Щуплик хлопнул в ладоши и плюхнулся в кресло тыкая кнопки. Он щелкнул главным выключателем устройства. Крышка камеры захлопнулась и Даша погрузилась в кромешную тьму.
- Наслаждайся путешествием, конфетка – услышала она приглушенный металлом голос Голубя – Hasta luego.
Низкий гудящий звук вибрировал по фюзеляжу, и сначала медленно, рычаг ротора начал вращаться вокруг своей центральной оси. Даша напряглась, перегрузка размазала её по сиденью, как пластилин, и девушка стиснула зубы, когда пронзительный визжащий звук дал старт выстрелу капсулы. В ушах раздавалось бешеное пение, а пронзительный визг капсулы был подобен гвоздю, вбитому в его мозг.
Даша закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на чем-то, кроме оглушительного шума. Внутри капсулы всё тряслось, и девушка чувствовала, как её тело борется с силой инерции. Мозг закипал словно сверхновая в такт оглушительному визгу несущейся капсулы.  Внезапно, как будто в ответ на внутренние мольбы девушки, капсула резко дернулась, и всё вокруг неё стало тихим. Даша дернулась и стукнулась затылком о спинку сидения. Одновременно с этим из какой-то щели повалил дым, крышка открылась. В нос ударил жаркий воздух, а перед глазами расплылось белое пятно. Тело девушки отделилось от сиденья, и она оторвалась, как липкая конфета от своей упаковки.
- Просто блеск – выдохнула Даша, щупая все ли кости целы – Никогда больше не буду пользоваться левыми технологиями – проговорила она и тут же зажала рот, сдерживая рвотные позывы. Желудок скручивало спазмами...
- Выворачиваться иди на улицу, нечего тут! - услышала Даша незнакомый голос.
Она сделала глубокий вдох-выдох. Глаза наконец привыкли к свету и девушка поняла, что находится в каком-то полуразрушенном доме из белого известняка. Ноги утопали в песке. Определенно она была уже не в Солис-Сити. Даша повернула голову и быстро поняла, кто с ней говорил – невысокий и плотный, лысоватый мужчина был из догонов, малочисленного народа на юго-востоке бывшего Мали. Жившие обособленно, они не горели желанием смешиваться с другими народностями до прихода ОДН, а после - просто растворились среди «граждан».
У него была характерного эбенового цвета кожа и сетка шрамов на лице и открытых частях тела, говоривших, что мужчина это пережил полную всяких событий жизнь и не счел необходимым скрыть их косметическими операциями. Наверное, это восходило к предкам, считавшим, что шрамы украшают. Ну, это его личное дело. Образ дополняла кепка, драная и  вся в пятнах засохшей краски, военные шорты и шлепки.
- Меня зовут Номмо – сказал мужчина, назвавшись очевидно не своим именем – так звали первопредка и героя мифов догонов, который крал у богов огонь и принес его людям.
- Дарья – представилась девушка, берясь за рюкзак. Порывшись, она протянула мужчине жестяную коробку с припасенной едой. Догоны чтили приветственные подарки, особенно из съестного – Возьмите. Это сделано по рецепту моей бабушки.
- Приятно увидеть белокожую, которая учтиво относится к традициям чужих народов – сказал мужчина – Мы с семьей отведаем твою стряпню и пожелаем тебе удачи в твоем пути. Идём, время дорого.
Догон был немногословен. Он встал со стула и пошел отворять ворота здания.
- Ближайший город отсюда, Эль Аюн – сказал Номмо – Пятьдесят баридов.
Даша кивнула. Эль Аюн её вполне устраивал на первых порах. Конечно это не Фес с его образовательными центрами или Марракеш с игровыми зонами, но в её нынешних обстоятельствах сойдет.
Этот регион долго морочил голову всем геополитикам своей запутанной судьбой. Переходя из рук одного королевства в руки другого. На первый взгляд казалось, что этот мир и существовать вообще не может и уж тем более там не может обитать человек. Высохшая, каменистая равнина с обширными пустынями Крайне сложная политическая ситуация в Западной Сахаре постоянно балансировала на грани противостояния. Даже после Последней войны, после разгрома сепаратистов подержавших «Зеленый фронт» и передаче этой территории Марокко, (ставшим тогда одним из немногих африканских государств выступивших против «Зеленого фронта»),  регион не являлся по факту ни чьей территорией, но и не стал независимой. Здесь не было своих денег - в ходу только марокканские. Порядок охраняли тоже марокканские полицейские - блокпосты могут стоять каждые километр-два буквально. И всё же местные племена продолжали бороться за свою идентичность, что по мнению Даши было лишним доказательством верности принципа синергии цивилизаций.
И безусловно территория с такими характеристиками отличное место для тех, кто хочет скрыться.
Может в этом городе и обретается этот знакомый Алькасара? Ну или она найдет информацию о нем там. Эль Аюн кишел мигрантами и сезонными рабочими, которые перемещались по планете и конечно были связанны и с красным меридианом и с конгломератом. 
- У вас есть какой-нибудь транспорт? – спросила она Номмо.
Догон ничего не ответил и скрылся где-то в глубине здания. Даша пожала плечами и решила выйти на воздух. И ахнула – её взору предстало дюнное море, простиравшееся до самого горизонта.
Сзади раздалось ржание. Девушка обернулась. Номмо подвел к ней арабского скакуна.
- Самый лучший вид транспорта – сказал он – Не считая верблюдов. На нем доберешься до города.
Догон ей вручил карту, необычную, нарисованную от руки, на старой газете. Коряво, но в целом, понятно и понятно также было, почему именно такой формат, устаревший напрочь: такую не отследить никак. Так же, как и скакуна. Все это было непривычно для Даши, но вместе с тем, делало ее в буквальном смысле невидимкой. И это ей нравилось, чем дальше, тем сильнее. Оставалось только надеяться, что маячок, который дал Алькасар работает.
- Надеюсь, что мы с ним поладим – улыбнулась Даша, садясь в седло.
Номмо похлопал скакуна по крупу.
- Имей в виду – сказал он – По этим пескам бродят кочевники. Их способ выжить напасть на соседа. Вот твоё оружие. Оно может понадобиться.
Догон протянул девушке револьвер в кобуре и куммию в ножнах – короткий марокканский кинжал.
- Живи или умри с честью – сухо напутствовал её Номмо.
Ну и пожелания, отметила про себя Даша, чувствуя, как скакун под ней вздрагивает от нетерпения. Она сделала глубокий вдох, наполняя легкие горячим воздухом пустыни, и, наконец, тронулась в путь. Песок под копытами скакуна вздымался, оставляя за собой следы, которые быстро исчезли в бескрайних просторах дюны.






******
Посадки у Лео всегда были круче взлетов. Свободное падение дергало Асю во все стороны и казалось бесконечным. Каждый раз она молилась, чтобы не пришлось собирать собственные вывернутые внутренности. По фюзеляжу било что-то тяжелое. Металл протестующе скрипел. Посадка у Лео больше походила на догфайт а не на приземление.
Ася открыла глаза. Стихающий вой двигателей убедил, что они дома. Вспотевшими ладонями девушка стянула с себя ремни безопасности, размяла ноющие мышцы и побрела к главному люку.
Здесь уже собрались бойцы. Янь бодро раздавал приказы. Партизаны – мужчины и женщины одетые в серо-синюю униформу выкатывали из грузового отсека ящики.
Ася оставила Лео возиться с транспортником, у него кажется гироскоп полетел, и отправилась в зал совещаний. Там её уже ждал Мишель.
- Про вас уже передают – сказал Голицын – Очередное «кровавое убийство» несчастного министра заботившегося о благе граждан. Пропаганда ОДН рвет и мечет. Но молодцы, что вернулись.
Ася шлепнулась в скрипящее древнее кресло.
- Я хочу узнать что пошло не так – резко сказала она – Нам всё реже удается проводить акции не опасаясь перехвата.
Мишель флегматично пожевал губами.
- Ты видела ребят возле транспортника – Они тоже работают на общее дело – сказал он – Тебе Янь говорил пословицу: прояви терпение в минуту гнева и избежишь ста дней печали? А от себя добавлю нашенское: не знаешь броду, не лезь в воду.
- Да брось! – Ася махнула рукой – Всё это комариные укусы, что мы делаем! Столько лет борьбы, а мы даже на шаг не придвинулись! ОДН распространяется день ото дня!
- Твое рвение в борьбе похвально – кивнул Голицын – Но если перегнуть палку, то ты поставишь под удар товарищей. Твоя идея с этими трудящимися…
- …Становится навязчивой – фыркнула Ася – Ты говоришь как моя мать. Послушай, я знаю, что Трудящиеся реальны. Сяо У их нашла. И следы их пребывания мы тоже нашли на острове Кузнецова. Их держали там. Трудящиеся — это главный ключ к победе над ОДН. Нам нужно показать миру истинное лицо их идеологии.
- И всё же попытка захватить министра, обернулась провалом – жестко отчеканил Мишель – Прежде всего информационным. Мы не можем позволить себе подобных промахов.  Кто убил Джарданова, Корпус?
Ася потупила взгляд и вкратце рассказала о странных «близняшках», которых они встретили на острове.
— Вот видишь! – тыкнул в неё пальцем Голицын – Мы даже не знаем против чего идем! В арсенале ОДН тысячи технологий и тысячи методов воздействия. Очевидно, что и трудящееся одна из их них. Нужно узнать больше информации, а ты хочешь с шашкой на голо броситься на весь Институт согласия и равенства.
- Учусь у лучших – осклабилась Ася.
- И будешь выглядеть как я через пару лет – Голицын на секунду затянулся кислородом через необходимую ему маску – Если доживешь.
Ася изобразила на лице выражение оскорбленной невинности.
- Янь сделал снимки комплекса и в том числе крематория в котором уничтожили трудящихся – сказала девушка.
- Снимки жуткие – согласился Мишель – Но одних снимков мало для доказательств преступной деятельности Института согласия и равенства. Нам нужен…
Голицын осекся – в комнату широким шагом вошёл Янь.
- Ребята вскрыли ящики – сказал парень – Пойдемте, вам обоим надо это увидеть…
Несколько минут спустя они стояли в исследовательской лаборатории перед стеклянным боксом, в который был помещен цинковый шар, один из многих, что, как заявил Янь, извлекли из трофейных ящиков.
- Детали? – сухо спросил Голицын.
Миниатюрная семнадцатилетняя китаянка по имени Бао Бао – эксперт по научно-исследовательской работе задумчиво пожевала губами. Её глаза горели огнём возбуждения.
- На самом деле потрясающе! Просто потрясающе, благодарю от всей души за эту находку – пропела девушка – Значит сами-то шары… сами шары ничего из себя не представляют, а вот содержимое… это знаете ли заслуживает… Значит, это сосуд, в котором содержится неизвестный патоген воздействующий на ДНК любого животного организма – ровным голосом – сказала девушка – Причем именно животного.
- Та-ак – проговорил Янь – А вот с этого места поподробнее… Боевой вирус?
- Хитрее – сказала Бао Бао – Патоген вероятно был разработан, я применю именно этот глагол, был разработан, чтобы инфицировать любые нерастительные формы жизни и мутировать структуру ДНК, изменяя как внешний вид, так и поведение. Проще говоря существа, поражённые этим патогеном могут давать начало совершенно новым видам.
- Фильм «Чужие» – хмыкнула Ася – Оно размножается.
Бао Бао окинула девушку скептическим взглядом. Юную китаянку всегда раздражало, когда иронизировали над её научными открытиями.
- Так далеко я бы не заходила – веско сказала Бао Бао – Предположу, что пока патоген использовали, чтобы очистить остров от нежелательных животных, а потом использовали, чтобы избавиться от трудящихся – следы патогена я обнаружила  в образцах, которые брат Янь добыл в «крематории». Но в какой-то момент они возможно и ксеноморфов будут создавать, как космические жокеи в старых фильмах Ридли Скотта – биологическое оружие, идеальные солдаты. Ну и прочее там…
- Думаю им не нужны ксеноморфы – сказал Янь – Скорее всего для всех этих целей у них и есть эти… Трудящиеся. Возможно они подвергают их воздействию этого патогена. Укрепляют их физические возможности, снижают когнитивные навыки… ведь люди всегда лучше роботов.
- Мыслишь в верном направлении, брат Янь – сказала Бао Бао – Следы патогена я обнаружила не только в образцах из крематория, но так же и в образцах «Вытяжки».
- Если прием «вытяжки» изменяет поведенческие функции человека… – Ася задумчиво пожевала губу.
- То каждый, кто её принимает постепенно становится биороботом с полным отсутствием рефлексии – весело заключила Бао Бао.
- А значит каждый гражданин стран ОДН  потенциально безмолвный и бездушный раб системы – кивнул Янь.
Раздался шипящий звук – это Голицын снова затянулся кислородом.
- Информация веская, но практически мало что дает – сказал мужчина – Это конечно уже не тот осторожный шепот, что мы слышали раньше, но по прежнему одни только догадки.
- То есть как это одни догадки? – снова запротестовала Ася – А как же этот патоген? Крематорий? Запись из бункера наконец…
- Но это только информация – сказал Голицын – Безусловно и снимки крематория и результаты исследований патогена мы сможем использовать в агитационной борьбе, это поможет нам привлечь сторонников, но не более. Информация — это инструмент, но она не разрушит саму систему. Мы должны найти этих трудящихся и освободить, в этом я согласен с тобой. Но для этого нам нужно знать, где они сейчас, а не где их держали.
- Или… – задумался Янь – Если от трудящихся избавились на этом острове, то возможно от них избавляются время от времени и тогда мы должны искать, куда поместят новых Трудящихся.
- В любом из вариантов, нам нужно проникнуть в действующий комплекс – кивнул Мишель – Для этого нам нужна Сяо У. Захват министра был хорошей попыткой выйти на её след, но оказался слишком яркой акцией. Мы решили сыграть на тщеславии Джарданова, но и врагу было известно об этом тщеславии. Вот они нас и опередили. Впредь нужно действовать из глубокой тени, не привлекая к себе внимания. 
Ася потерла внезапно занывшие виски.
- У нас ещё есть банк данных. Если сопоставить информацию из компьютера Джарданова о сбежавшем преступнике и текст шифровки Сяо У, то получается, что сбежавший Кирс-101 был с ней связан – сказала девушка.
- С чего такая уверенность? – спросил Мишель
Ася достала из под полы куртки  потертые акри и выложила их на стол, как сервировочные тарелки.
- Сам убедись – сказала девушка –  Это ориентировка на Кирса-101 из компьютера на яхте, а тут у меня последняя передача Сяо У. Как можешь видеть и дата и время отличаются на два дня. Я в такие совпадения не верю.
Голицын снова затянулся кислородом.
- Думаешь, что Сяо У подбила его на побег?
- Натурально – сказала Ася – А вот бежали ли они вместе…
- Так надо найти этого Кирса и потолковать с ним как следует – встрял Янь – У нас есть ориентировка, а значит и его цепной код, а это уже плюс. Не просто же так он сбежал. Значит цель есть.
- Если бежать его убедила Сяо У, то он будет искать встречи с нами – кивнула Ася – Может быть он и скажет, что случилось с Сяо У.
- Придется снова заняться портовыми барами – хохотнул Янь – Лео будет в восторге.
В эту самую минуту раздался пронзительный механический крик тревоги.
- Нападение?! – встревожилась Ася.
Они выскочили из лаборатории и ринулись обратно в командный центр. Там их перехватила шифровальщица лейтенант Нгуэн Тхи.
- Товарищ Янь, нам поступило зашифрованное сообщение от ячейки Иранского джихада. – козырнула вьетнамка – Их люди в Кашмире выяснили, что в ближайшее время Высокие шишки в МНК планируют провести серию испытаний нового истребителя, чтобы получить ассигнования на перевооружение. Однако сигнал оборвался и с тех пор мы не можем связаться с ними.
- Истребители корпуса представляют и без того большую угрозу – сказал Янь – Если идет их дальнейшая модернизация хорошо бы узнать об этом.
- Но Иранский джихад это независимое формирование – сказала Бао-Бао – Можем ли мы им доверять?
-  Если информация правдива, то новый истребитель поставит под угрозу наши транспортные коммуникации через горные районы – заметила Нгуэн Тхи – Я бы рискнула разведать.
Ася почесала щёку.
- Я плохо знаю этих ребят – сказала девушка – Но некоторые контакты с ними у меня все-таки были. Они не вступили в Сообщество единой судьбы, но и Всечеловечество они не любят.
Бао-Бао фыркнула.
- Только мне вот интересно, почему у их шушары данных всегда больше чем у нас? – задалась вопросом эксперт.
- Потому что они работают жестче и не гнушаются ни чем в получении сведений – сказал Мишель – Информация вкусная, но я бы подождал.
Ася хмыкнула. Кто бы говорил, вот а!
- Когда-то вы и меня между прочим приняли не самым теплым образом – напомнила девушка – Я же не жалуюсь. Если информация надежная, какая разница как её добыли. Так что разговор считаю лишним. Есть информация, её нужно проверить. Я полечу.
- Я с тобой – кивнул Янь.
Он посмотрел на вьетнамку.
- Нгуэн…
- Буду держать под контролем каналы связи – ответила шифровальщица – Попытаюсь взломать зашифрованные передачи МНК. Буду сообщать об изменениях.
Янь и Ася направились к выходу.
- Только без героизма! – крикнул Мишель вдогонку – В пекло не соваться! Получите информацию и сразу на базу!
- С ним-то? – осклабилась Ася, хлопнув Яня по спине – Вот уж чего не могу обещать!
Миновав скальные проходы, Ася вновь очутились в ангаре. Лео по прежнему копошился с запчастями транспортника, громыхая гаечными ключами и отвертками. Воздух рядом с ним был кислый, спертый.
- Ремонт окончен – окликнула пилота девушка – Собирай это корыто и грей двигатели!
- Веселенькая жизнь! – фыркнул на неё Лео – Только же прилетели. Ни тебе сна, ни тебе жратвы. Даже подлататься уже нельзя. Я что вам экспресс-курьер?
- Именно, особенно если ты «сидишь» на ведре у которого стоит сигнатура ОДН – хохотнул Янь.
Лео вытер о штаны свои мозолистые масляные ладони.
- Разговор перестал мне нравиться с фразы «сигнатура ОДН» – заметил пилот – И куда мне на этот раз тащить ваши задницы? Будем пробивать морскую блокаду или ограничимся сбросом воздушного десанта?
- Кашмир – сказала Ася – МНК собрались провести тестовый полет новой игрушки. Не хочешь взглянуть?
- Кашмир? – шокированно всплеснул руками Лео – Слушайте, я вас умо… Там всё очень плохо. Местных прессуют только так.
— Значит будем готовы к очередному радушному приему. Партия сказала надо, комсомол ответил есть. – осклабилась Ася, исчезая в утробе транспортника.
Лео разинул от удивления рот и вылупился на Янь Цзиня. Тот только пожал плечами, мол «это ты навязал её к нам в группу».
Через двадцать минут они снова были в воздухе.

******
По сравнению с садами Кастилии город Эль Аюн казался однообразным и скучным. Однако этого совершенно нельзя сказать о бурных событиях происходивших и здесь и в регионе в целом. Западная Сахара –  страна с невероятной энергетикой пространства и одиночества.
Транспортное средство, которым пользовалась Инфанта тоже производило впечатление – узкий стреловидно вытянутый сверхзвуковой триджет красно-белого цвета с маленькими ромбовидными крылышками, прозванный истребителем для бизнеса и развивающий скорость  1,6 маха.
Но более всего Кирсанова поразило ощущение от самого полета. Он как будто что-то вспоминал. Как будто это уже где-то было. Бизнесджет, девушка, тонущий пассажирский лайнер… Возможно это всё было не с ним… Что ж, пора выяснить, чем были его сны –  предупреждением или воспоминанием о том, что уже произошло.
- А я думала, что нам передадут координаты для посадки – подала голос Эланор сверяясь с приборами. Лётную академию она закончила два года назад, но поскольку официальные визиты предполагали официальных пилотов, а просто так не полетаешь, девушка немного засиделась и теперь дорвавшись до приборной доски весь полёт воображала себя Чарльзом Линдбергом не иначе.
- Привыкайте, ваше высочество – отозвался Льовера – Тут нет строгих правил. Просто выбираешь местечко и паркуешься. Если повезёт, то никто его не уведет, пока ты решаешь свои проблемы.
- Тут необычно и мило – заметила инфанта.
Льовера кивнул. Тут ничего не менялось с момента его службы. Магриб принял участие в Последней войне на стороне многонациональных сил и таким образом выторговал себе завидное положение в нынешнем мироустройстве.
Инфанта повела триджет на снижение, под достаточно острым углом и слишком быстро. Девушка поймала напряженный взгляд своих спутников, но только дернула плечом. У неё была золотая медаль академии и свою манеру пилотировать она ни с кем не собиралась обсуждать. Пилотирование для неё было символом свободы и она делала так как привыкла. Сначала по широкой дуге облетела городок, потом выпустил шасси и попросту шлепнула триджет на пустующую взлетку, не позаботившись запросить разрешение или уведомить диспетчерскую о своем прибытии. Кирсанов подумал, что слишком рано записал девушку в кроткие ягнята.
- Нам ни к чему лишние записи о прибытии – пояснила инфанта.
- И всё же разрешение стоило запросить – укорил её Льовера – Тут свои законы.
Как в воду глядел. Только они открыли люк на них налетел с криком коренастый коротышка, облеченный властью.
- Эй в каком наркоманском притоне так летают? – осведомился он – Кто вас сюда приглашал?!
Эланор открыла рот, чтобы высказать всё что думает о внешности и манерах этого… пока она подбирала слова, капитан отодвинул её с дороги.
- У моей подруги разболелась голова – сказал он – Пришлось взять управление на себя. Мы щедро компенсируем причинённые неудобства и плату за постой.
Он протянул коротышке тканевый мешочек.
- Само собой – тут же расплылся в улыбке коротышка – Мы рады высоким гостям. Если от меня ещё чего понадобиться…
Льовера кивнул.
- Где тут берберская община, знаешь? –
- А так вы для просвещения – обрадовался коротышка – От центра примерно один барид на юг. Ориентир старый рынок. К вечеру будете там.
- Благодарствую – кивнул Льовера и протянул коротышке ещё один мешочек. Кажется у него их был запас, отметил про себя Кирсанов. Он-то сам предпочитал не вмешиваться в разговор. Только смотрел во все глаза на новый для него мир.
Путешественники вежливо распрощались с администратором аэропорта и тот скрылся вместе со своими мешочками.
Этот мир, который увидел Кирсанов, был раскрашен только в два цвета – топлено-желтым в нем утопали ноги и ярко-голубым он был над головой. От аэропорта, что был на севере до города взяли повозку, груженную свежей зеленью и некоторое время двигались по плоской словно стол пустыне, смешавшись с вереницей автомобилей, животных и других повозок, которые караваном тянулись к городу.
Так и вошли в Эль Аюн. Торговцы отнеслись к странным попутчикам спокойно. Здесь такое очевидно было в порядке вещей. А городские решили, что те пришли с караваном.
Дышать было трудно. Воздух сушил кожу и заставлял сочиться пот. Ветра не было, не было и тени. Дома жались друг другу на узких улочках, смыкаясь толстыми стенами. Навесы защищали от палящих лучей товары разложенные на лотках, но не покупателей. К тому же на узких улочках тебя то и дело могли или затоптать или растоптать. Как вот сейчас, заметил про себя Кирсанов, когда извлек инфанту из под ног навьюченного тюками верблюда. Девушка, надо отметить, не стала брыкаться и плеваться выпячивая свое королевское происхождение. Наоборот только вежливо улыбнулась и поблагодарила.
Вообще она ему начинала всё больше нравиться. И за отзывчивость и за образ поведения. Отправилась в путешествие, так не стала капризничать, что ей надоело, хочется пить, печет голову или стерла ноги. Все неудобства она переносила наряду и вместе с мужчинами. Только один раз остановилась, стянула сапоги, чтобы вытряхнуть песок.
Если честно, Кирсанов сначала удивился желанию инфанты принять участие в подобном предприятии, но потом вспомнил, что иногда правители переодевались простолюдинами и выходили в народ. Наверное это был именно такой случай. И всем этим девушка ему начинала нравиться. Во всех смыслах.
А город жил своим ритмом, не обращая на пришельцев. Улицы были полны народа. Самого разномастного. Их компания без труда затерялась в толпе. Хотя один раз пристала какой-то амбал. Он всё смотрел на Эланор и цокал языком, загибая пальцы, потом осмелев окончательно,  амбал подбежал к Льовере и захлебываясь стал спрашивать сколько тот хочет за девчонку и рукастая ли она. Льовера (который вероятно решил потешить себя и воспользоваться моментом) учтиво ответил, что и рукастая и языкастая. Даже слишком, но она не продается, поскольку с напарником привез её для семьи Абергиль. Амбал моментально скрылся.
Инфанта вспыхнула от возмущения. И еще раз - когда поняла, что её капитан дворцовой стражи смеется. Дулась она полквартала.
- Что за семья Абергиль? – спросил Кирсанов, чтобы разрядить обстановку.
- Еврейская мафия – пояснил Льовера – Из марокканских евреев. Крышуют проституцию, машины, азартные игры. Что-то вроде здешних теневых королей. Милейшие ребята, одним словом. Они хозяйничают в городах. Пустыня принадлежит аборигенам-берберам. Эти ведут кочевой образ жизни, выменивая у городских всякую мелочевку. Каждый год их кланы возвращаются на одну и ту же стоянку на окраине, там они пережидают сезон песчаных бурь. И самым уважаемым в клане считается не старейшина, а Рассказчик. Он рассказывает Историю. Но если он исказит хотя бы одно слово в священной истории, он будет наказан смертью на месте.
- Мы идем к ним? – с явной иронией уточнил Кирсанов
Льовера кивнул.
- Они не любят чужаков, но если с ними правильно себя вести, то тебя не тронут – заметил капитан – Уверен, мой друг сможет нам помочь, так или иначе. И без цели мы не останемся. Вы его не знаете так, как я. А я знаю, что у него в любом случае будет для нас полезная информация.
- Он из берберов? – полюбопытствовала Эланор, позабыв о своем негласном обете молчания.
- Нет – ответил Льовера – Мой друг, он… отшельник, в своем роде.  Кочевая жизнь местных племен подходит для его образа жизни.
Кирсанов насупился. Он почему-то сразу вообразил древнего старца хранящего мудрость, о приключениях, которые ждали тех, кто осмеливался нарушить границы привычного.
Они всё шли и шли палимые солнцем, которое стояло высоко в зените и даже уже начинало клониться на запад. Говорить не хотелось. Мешал обожжённый воздух. Да и усталость всё же давала о себе знать. Даже энергичная инфанта начала волочить ноги по песку. Кирсанов пригляделся. Глаза у девушки были утомленные. А ведь ни за что не признается.
- Нам сюда – неожиданно сказал Льовера, заводя спутников, куда-то в темный проулок. Почему сюда он не стал объяснять. Должно быть ему просто приглянулся проулок.
Но оказалось, что капитан ведет их к цепочке каменных строений, стоявших на отшибе города, которые на самом деле можно было скорее признать за обжитые первобытными людьми пещеры. Откуда-то из проломов лилась музыка.
- Тут важно произвести первое впечатление. Здесь главное – быть тише воды ниже травы и не привлекать внимания. К моему другу нужно слегка привыкнуть. Он на любителя. Поэтому говорить буду я. И не вздумайте пялиться.
- На что? – хором спросили Эланор и Кирсанов.
- Ни на что – уточнил Льовера.
Дверь оказалась открыта. Начинавшийся за ней коридор привел гостей в просторный зал с добротно сложенными каменными стенами и выскобленным добела полом. Зал оказался забит разномастной компанией людей одетых в разноцветные ткани. Кто-то ел, кто-то пил, кто-то играл в нарды, кто-то просто жарко о чем-то говорил с соседом о чём-то своем.
Идущий впереди Льовера поочередно то толкал, то просил, то откровенно умолял местных уступить ему дорогу, пока наконец не остановился. Толпа облепила их со всех сторон и стала угрожающе смыкаться. Кирсанов заметил, что у многих блестело оружие.
- Может им раздать бусы и они станут приветливее? – задалась вопросом Эланор.
- Типично примитивный западный подход – раздался мужской голос – Даже необычно слышать такое от столь утонченной и образованной особы.
Толпа расступилась пропуская вперёд высокого седого мужчину с нечесаной длинной бородой в простой бежевой рубашке и песочных брюках военного покроя заправленных в изношенные сапоги – одежда человека, который когда-то имел всё, но потерял. Во рту мужчина пожевывал трубку. Некоторое время он изучал глазами пришельцев, в особенности почему-то Кирсанова, и наконец распахнул объятья.
- Проклятый Льовера! – воскликнул мужчина – Рад тебя видеть! Не думал, что мы ещё встретимся. Тем более в такой странной компании! – его хитрый взгляд скользнул по фигуре инфанты – Ваше высочество! – мужчина степенно и без всякого притворства склонил голову в приветствии.
- Тише воды и не привлекать внимания – пробормотал Кирсанов – Просто супер.
- Ни хрена себе – хохотнул мужчина – Кирсанов! Тебя же вроде как убили вместе с твоей белобрысой подружкой? Мог бы быть повежливее со старым приятелем. Если у меня конечно не белая горячка и твой фантом мне не мерещиться.
- Вы знакомы? – без обиняков спросил Льовера вопрос, который вертелся на языке Кирсанова.
- Да – сказал мужчина – Мы встречались при весьма странных обстоятельствах. Так что примите мои соболезнования.
— Это в связи с чем? – встряла Эланор
Мужчина осклабился.
- В связи с неприятностями, в которые он вас втянул, — объяснил Мужчина. — Идемте! Присядем!
- Я бы мог быть повежливее безусловно – встрял Кирсанов. Всё таки говорили о нём – Только вот проблема в том, что я ни черта не помню и ты возможно стоишь между мной и моими воспоминаниями.
Мужчина сделал задумчивую мину и удивленно уставился на капитана.
- Вы из какого бархана его вытащили? – поинтересовался он   
Льовера пожал плечами. Мол, «уж что есть». Следующие двадцать минут или около того капитан кратко, но содержательно рассказывал историю найденного голым Кирсанова на побережье во время прогулки принцессы и рассказ беглеца, который он сам слышал на цифровых записях во дворце. Рассказал про погибшую Сяо У и про «Красный меридиан». Мужчина напротив никак особо не реагировал на всё это. Только жевал трубку.
- Ловко – сказал он наконец, когда история подошла к концу – Неплохая история, Кирсанов. Хватит на несколько гипервизионных сериалов. Раньше всего тебе скажу, что всё что о тебе сообщили твои спасители – мужчина покосился на сидевших за столиком инфанту и её капитана – сущая правда. Не знаю может быть, я тебя конечно расстроил и ты хотел бы быть потерянным сыном нефтяного магната, но уж как-то так. Ты действительно Андрей Кирсанов – офицер военной разведки Великоруссии. По крайней мере внешне. Насчет внутреннего не знаю. Ребята из Международного института согласия и равенства обожают шутить с человеческой психологией. Вы его проверяли?
- Поверхностно – сказал Льовера – Но никаких ментальных воздействий мы не обнаружили. Тем более, что найденный при нём рубин действительно из кастильских камней. Так что я не думаю, что фальшивому беглецу дали бы настоящий минерал.
Глаза мужчины сверкнули.
- Дайте ка мне этот камень – вдруг попросил он.
Инфанта подозрительно прищурилась.
- Откуда это вы знаете, что он при нас? – сказала девушка – Я оставила его во дворце.
Глаза мужчины широко раскрылись и он пристально уставился на Эланор, мерно почесывая бороду.
- Что он задумал? – настороженно спросил Кирсанов.
- Понятия не имею – пожал плечами Льовера.
Наконец мужчина заговорил.
- Я знаю о вашей жизни и вашей судьбе больше чем вы сами знаете и прочитали в ваших ученых книжках ваше высочество – отвечал мужчина – Поэтому я интересуюсь не из праздного любопытства. Тем более, что вы сами пришли ко мне.
Эланор поежилась. Ей было очевидно неловко под взглядом мужчины. Кирсанов решил побыть джентльменом.
- Извини, друг – сказал он – Ты тут так высокопарно всё говоришь и про неё и про меня. А сам-то ты кто? Я например, не знаю.
Мужчина простодушно улыбнулся.
- Я-то? – усмехнулся он в бороду – Зовут меня Флориан Штильхарт. Правда тебе-то это имечко всё равно ничего не скажет. Верно?
- Верно – кивнул Кирсанов, отчаянно пытаясь из памяти выудить имя – Только откуда нам знать, что вы тот за кого себя выдаете или может быть вы вообще работаете на Координатора убежищ. С чего нам-то вам доверять?
Штильхарт засмеялся. Словно что-то вспомнил.
- Да вообще не с чего – согласился он – Только вот я вам нужен, а вы мне нет.
Мужчина взял стоявшую на столе коньячную фляжку и сделал смачный глубокий глоток.
Тут приключилось ещё одно событие, которое оборвало и несколько отодвинуло суть разговора. Толпа в зале, которая прежде вернулась к своим делам, вдруг снова начала подозрительно шушукаться, раздался цокот копыт и ржание лошадей. Тут же, практически сразу, в зал ввалилась ещё одна толпа людей в обмотках, которые были перевязаны патронными лентами. В руках у них были винтовки. От прочих засевших тут их отличали прочные кавалерийские сапоги. Главарь этих пришельцев – статный молодой бородач с терракотовой кожей шаркающим шагом подошел к их столику.
- К вам гостья, почтенный – сказал он – Мы обнаружили её в дюнах в четырёх баридах отсюда. Говорит, что с поручением к вам от некоего Алькасара и просила отдать вам это.
Бородач протянул Штильхарту небольшой круглый предмет.
- Как мы сегодня популярны – осклабился мужчина и повел рукой по воздуху – Приведи её сюда. 
Бородач и люди пропали из зала. Минуту или две спустя бородач вернулся… с девушкой, у неё были светлые волосы, нежное очень милое лицо и изящная фигура эльфийской богини. На вид ей было лет двадцать и чуть больше.
Глубокие зеленые глаза девушки таившие в себе загадочную силу просканировали обстановку и остановились на седом мужчине.
- Я имею честь видеть Флориана Штильхарта? – спросило милое создание.
- Возможно – сказал Флориан – Вы наверное из тех созидателей-путешественников, которым взбрело в голову совершить путешествие сюда и погрузиться в культуру берберов.
- Tamurt anda i k-ssnen yi;ra tes;a azal ugar n tmurt anda i k-ssnen medden – ответила девушка на местном языке. Завсегдатаи и бородач затихли   – Я вас иначе представляла себе.
Штильхарт прищурился и выругался про себя –  кажется ему опять попалась академически образованная девушка. Хотя чего гадать. Конечно образованная – вон значок докторантуры приколот.
- Я вас представлял только в эротических мечтах. Люблю ученых девочек – осклабился Флориан.
- Меня зовут Дарья Раевская я политический этнограф – наконец представилась незнакомка – Работала под руководством профессора Алькасара. Перед своей смертью, он просил найти вас.
Зашла с козырей, отметил Флориан. Какой однако интересный денёк. Сначала появляется Кирсанов где-то пропадавший пятнадцать лет. Шутка-ли! Теперь вот эта вот «сайнс гёрл» и тоже с самым неожиданным известием. Ах да, не будем и забывать про инфанту... инфанту, которую он видел когда-то совсем маленькой. Штильхарт потрогал висок. Это было похоже на рябь на воде. Как будто кто-то кинул камень в спокойное дремлющее озеро. Камень? Какая ирония. Начинались какие-то события и снова он был в их центре. Он хотел убежать, закрыться, забыть. Но судьба неумолима.
- Профессор Алькасар умер? – уточнил мужчина – Грустно если это так.
Дарья нахмурила соболиные брови.
- Разве вы не слышали новости? – спросила девушка.
Штильхарт расплылся в улыбке.
- У меня есть золотое правил – не слушать новости и сплетни – сказал мужчина – К вечеру они всё равно устаревают. Перескажите мне факты.
Флориан сделал пригласительный жест к их столику. Девушка вначале недоверчиво покосилась на остальных, но села. Глубоко вдохнув, она стала рассказывать…

******
Несколько часов назад.
Её скакун шёл рысью по дюнному песку, который заполнял собой весь горизонт, оставляя следы, которые тут же стирались порывами жаркого ветра. С прошлых визитов в Западную Сахару Даша, оказывается, практически позабыла, как здесь жарко. Она старалась дышать через рот, втягивая обжигающий воздух небольшими порциями.
Вокруг было голо и пусто. Дорога шла среди безжизненного солончака. На горизонте торчали высокие песчаниковые останцы, а вокруг желтыми волнами тянулись бесконечные дюны. Вдалеке песчаный океан сливался с жарким голубоватым маревом неба, и человеческому глазу было непонятно, где кончается одно и начинается другое. Ветер шевелил песчинки, создавая зрительные иллюзии. Даша гнала их прочь из своего сознания. Будучи специалистом по этому региону девушка прекрасно знала, что пустыня опаснее всего, что может встретиться ей. Рано или поздно она изматывает тебя и убивает. Самое главное было успеть пересечь её до наступления сумерек, когда жара смениться диким холодом. Убивала пустыня не только днём но и ночью.
Поверхность земли на солончаке была покрыта плотной коркой песка и соли, а под ней влажный песок. Даша знала что в это время года вода испарится и жидкость в канавах сменит несколько раз свой цвет, становясь розовой, прежде чем останется одна соль. Эта высыхающая лужа содержит в воде соли, по составу не уступающие мёртвому морю, а грязь на дне лужи та самая, что намазывают на курортах талассотерапии.
Они проехали ещё несколько баридов. Неожиданно конь замер и громко заржал. Даша огляделась вокруг, в поисках того, что потревожило скакуна и глаза заметили силуэт оазиса, который немедленно стал манить своей зеленью и прохладой. Девушка потрепала скакуна по загривку, прошептав благодарность за внимательность, тронула поводья и поскакала к зеленому пятну. Хоть ей и необходимо было скорее найти таинственного знакомца Алькасара, она не собиралась погибать от ожогов палящего солнца. Небольшая остановка не повредит. Конь же казалось наоборот усталость не чувствовал и должно быть мог проделать ещё целую мархалу, просто повинуясь надобностям всадницы.
Ветер обдул девушку запахами растений и воды, когда они приблизились к оазису. Даша заметила, как финиковые пальмы качаются на ветру, а в центре природного источника журчит маленький ручей. Берега были покрыты редкой травой и низкими кустарниками. Девушка спешилась и, не дожидаясь, пока конь остановится, направилась к водоему.
"Как же приятно!" - воскликнула Даша, опуская руки в прохладу, которая немедля расслабила мышцы и даровала успокоение. Воды-то у неё было в достатке, однако умыться и смыть с иссушенной кожи песок совершенно было не лишним.
Закончив обтирать грудь и плечи, девушка натянула рубашку и подойдя к пальме принялась собирать финики. Для путешествующего по всепожирающей пустыни это была идеальная еда.
Покончив и с этим занятием, она растянула на песке свою накидку и скрестив ноги села на неё, принявшись поедать коричневые плоды, закусывая их теплым от воздуха хлебом и осторожно глотая капли воды.
Кроме как на колышущиеся чахлые травинки и журчащий ручей смотреть тут было не на что – кругом один песок. Диск солнца прежде находившийся в зените теперь стал медленно клониться к закату.  Завтра утром желтый диск снова взойдет, потом будет в зените, а потом сядет. И потом — то же самое, точь-в-точь как и в бесконечной череде прошедших и будущих дней. Пустыня всегда привлекала её своей размеренностью и постоянством.
Закончив с трапезой, Даша вскочила на ноги, убрала остатки снеди в свою поклажу  и сев в седло достала из рюкзака маячок. Прибор жужжал и гугукал, мигающими огоньками указывая направление.
- Ну вот – успокоено заявила она скакуну – Осталось немного. Ты уж меня не подведи, ладно?
Конь всхрапнул и тут неожиданно раздался пронзительный визг, издаваемый явно не песком и не маячком. Даша развернула голову и в миллиметре от её лица, просвистела пуля, потом ещё одна. Скакун встал на дыбы и моментально сбросил свою всадницу вниз, галопом уносясь прочь. Вместе с припасами.
- Стой! – бессильно заорала Даша, сплевывая, хрустящий на зубах песок. И тут же получила болезненный удар в грудь. Дыхание зашлось.
Девушка не успела опомниться, а сильные мужские руки уже схватили её за плечи и стали тянуть куда-то в сторону. Глаза заволокла кровавая дымка, а в нос ударил вонючий мужской запах. Вы бы мылись, что ли иногда, а? Прежде с чем к девушке приставать. Что пропадать, что помирать всё одно, поняла Даша и от души двинула локтем неизвестному врагу. Раздались хриплые ругательства. Хватка ослабла. Девушка провела подсечку, обрушивая нападавшего наземь.
В следующее мгновение Даша вскочила на ноги, выхватывая револьвер. Заняв стойку она наконец сумела разглядеть поле битвы. Нападавших было по меньшей мере шестеро, одетых в вытертые майки без рукавов и военного образца штаны. Их лица были серыми и одутловатыми, с явными следами передоза наркотиком.  Вооружены налетчики были в основном битами и молотилками. Ну ясно-понятно типичная наркоманская гопота. Вероятно из марокканской мафии.
- Ребят, мне не нужны неприятности, честно – заявила она – И компания тоже.
Не сработало. Один из бандитов бросился на девушку, но тут же был сражен выстрелом из револьвера. Уж чего-чего, а хладнокровия-то Даше было не занимать. Девушка сделала кувырок, пальнула ещё два раза куда-то в сторону и по-кошачьи рыскнула влево, прижавшись спиной к финиковой пальме. Как раз вовремя. То место, где она только что была прошило выстрелом. Песок взметнулся в воздух и на секунду вспыхнул. Даша перевела дыхание, понаблюдав за эффектом. Ребята были определенно серьезно настроены. На секунду высунувшись из под пальмы, девушка приметила ближайшего бандита и выстрелила. Налетчик охнул и осел на песок.
Осталось ещё четверо. В воздухе просвистела пуля и поцарапала кору пальмы, за которой укрывалась Даша. Отлетевшая скорлупка оцарапала кожу. Девушка прильнула к земле и пригнувшись перебежала к следующей пальме. Вернее хотела перебежать. Её подбородок столкнулся с увесистым кулаком. Болевым приемом ей вывернули руку, револьвер естественно выпал, смешно подпрыгнув на песке.
Руки налетчика захватили ей шею и начали давить артерию. В глазах на секунду потемнело. Беспорядочно шевеля руками, Даша нащупала кинжал и сверху вниз рубанула им бандита. Он схватился за шею и рухнул.
Трое оставшихся окружили девушку и выкручивая биты прыгнули к девушке, что-то вереща про части её тела. Даша крутилась как местный дервиш вокруг и себя и размахивала кинжалом, обнаружив, что обращаться с ним очень легко. Клинок стал как будто продолжением её руки.
Налетчики не приняли угрозу от девушки с кинжалом во внимание и вскоре присоединились к своим лежащим «товарищам». Только последний третий, когда Даша хлестким ударом выбила из его рук молотилку, под свирепым взглядом, умоляюще поднял к верху руки и поняв, что безоружных девушка не убивает, убежал прочь, что-то лопоча на одном ему известном языке.
Даша перевела дыхание и подобрав с песка свой револьвер, стала осматривать налетчиков. Ничего особенного при них не было. Пригодиться могли только старая винтовка и скрученный хлыст из длинных переплетённых кожаных полос. Девушка собрала предметы и кисло усмехнулась. Жаль что ни у кого из этих ребят нет шляпы. Всегда мечтала побыть Индианой Джонсом и охотиться на нацистов.
Ощупав себя, Даша обрадовано констатировала, что ничего нигде не болит и не сломано. Уже хорошо. А вот с маячком была беда – кем-то раздавленный он валялся на песке. Даша стала тыкать пальцами на кнопки, но прибор совершенно точно был мёртв.
Да, констатировала девушка, просто класс! Она осталась без еды, без припасов, без карты и без маячка. И уж конечно без транспорта. Солнце скоро сядет и ей придется ночевать без всего этого натурально необходимого одной в холодной пустыне.
Но жаловаться было бесполезно, да и в общем-то некому. Даже оставшийся в живых налетчик и тот убежал. Даша потрясла головой. Уж не подстроил ли это тот догон? Дал коня, который завел прямо на засаду?
Ладно, какая теперь-то уж разница. Всё одно, она там, где она есть. Девушка ещё раз обыскала тела налётчиков. Забрала у них фляги и что-то съестное, хотя и не слишком приятное на вид.
Из своей накидки, она сделала подобие сумки и положила «трофеи» в неё. Повесила себе на плечо и бодро пошла вперед по барханам. Благо хоть на неё запястье были часы с встроенным компасом.
Так она шла час, может быть больше, взбираясь с дюны на дюну, только изредка останавливаясь, чтобы попить воды. Кругом был по прежнему безрадостный пейзаж, который разнообразили кости каких-то животных. Взобравшись на очередную дюну, Даша с тревогой посмотрела вперед. Долгожданной цивилизации по прежнему не было на много баридов вперед. Только дюны, формами ни отличающиеся от прежних. Пожалуй надо прибавить шага, а то чего доброго присоединиться к этим чудным скелетам.
Неожиданно сзади раздался легкий топоток. Даша сначала не обратила внимание, приняв за дрожание жаркого воздуха, но топоток не прекращался и даже приближался.
Девушка развернулась. К ней шел шагом её собственный скакун. С полной поклажей. Даша злобно прищурилась
- Вернулся, паразит!? – воскликнула девушка, меча гневные искры –Неужели хватило совести!?
Скакун виновато всхрапнул.
- Ты бросил меня и сбежал! – гневно сказала девушка – Ничтожный трус!
Даша гордо развернулась и пошла дальше, показывая, что более не нуждается в транспорте. Скакун с минуту переминал копытами, затем осторожным шагом последовал за девушкой.
Даша остановилась и притворно закатила глаза. С любыми мужчинами нужно держать ухо востро. Даже если это конь.
- В первый и последний раз – жестко предупредила девушка – Ещё раз бросишь меня. Найду и сдам на живодерню.
Скакун благодарно заржал и замер, давая своей всаднице спокойно сесть в седло. Девушка так и поступила.
- Ладно – сказала она – Дам тебе ещё один шанс. Только я теперь понятия не имею, куда нам ехать.
Конь потряс головой и топнул копытом, что очевидно означало, что он тоже не знает.
- Ну, приятель, твой край – сказала девушка – Тебе виднее.
Конь стал поворачивать голову из стороны в сторону и снова всхрапнув сделал один шаг, потом второй и неожиданно перешел на быструю рысь.
И она снова скакала сквозь бесконечные дюны, которые проносились сплошной желтой полоской. Через ещё один час скачки или около того, скакун перешёл на ровный шаг, снова стал вертеть головой, постоянно принюхиваясь. Даша глянула на отдаленное каменистое плато - его уже начинало затягивать жаркой дымкой. Пейзаж был до боли знаком, но ей было слишком жарко, чтобы копаться в своей бескрайней памяти.
- Почуял что-то – Даша потрепала коня по загривку.
Понять Даша не успела. В следующую секунду песок пришел в движение и из него, буквально из него, выскочили люди в разноцветных обмотках. Они были вооружены винтовками, на поясах блестели кинжалы. Берберы, поняла Даша. Никогда ещё она не была так рада видеть вооруженных людей.
- ;ebset! – прокричала девушка, поднимая руку в местном приветствии –  Ur lli; ara d a;daw!
Раздалось ржание лошади. К ней подъехал красивый бородатый мужчина завернутый в синие ткани.
- Кто ты женщина!? – ответил он на интернациональном языке – И почему говоришь на нашем наречии!? – 
- Я ищу одного человека – сказала Даша – Мне сказали, что он у вас. Меня зовут Дарья Раевская. Я политический этнограф.
- Хорошо, что ты назвала себя, Дарья Раевская – ответил бородач – Иначе мои ребята тебя бы застрелили. Моё имя Ясин. Наши друзья передали мне, что ты будешь здесь и сказали кого ты будешь искать. Мы проводим тебя.
- Всегда приятно иметь информированных друзей – ухмыльнулась Даша – Почту за честь ехать с вами.
Берберы вскочили на лошадей и теперь скакали рядом в качестве эскорта. Даша в общем-то не была против учитывая стычку с налетчиками.
- Мы передовой дозор – сообщил Ясин – Отправились в пустыню на разведку. Наткнулись на тела нескольких местных бандитов. Вы что-то об этом слышали?
Даша усмехнулась.
- Скажем так, я некоторым образом имею отношение к их нынешнему состоянию – отозвалась девушка.
- Вы справились в одиночку с отрядом рейдеров? – восхитился Ясин – Я поражен.
Даша дернула плечом.
- Одинокой девушке нужно уметь постоять за себя, особенно в ваших краях – заметила девушка.
Ясин ответил широкой улыбкой и жестом показал следовать по его следам. Время было дорого.
Их отряд скакал без остановки. Ветер сдувал с барханов сухой песок, вдоль русла несколько веков назад пересохшей реки. Конь Даши возможно и был усталым, но гордость не позволяла показывать этого перед собратьями. Скакали ли они быстрее или знал ли Ясин какой-то особый путь, но вскоре на горизонте вместо дюн наконец замаячили маленькие городские постройки и въездная арка из розового камня в тон остальным зданиям.
Эль-Аюн был городом сугубо современным, он получил развитие только в последние десятилетия, когда марроканское правительство, занявшее территорию Западной Сахары и объявившее ее частью Королевства Марокко, решило обустроить чистый уютный городок с симпатичной архитектурой, чтобы продемонстрировать, что эта аннексия была благом, и сахарцы только выиграют от такого присоединения.
Подъехав к городу, они забрали влево. Дорога миновала мегалитические курганы, что были памятью о прежней давно забытой местной религии, попетляла по песчаному склону и вывела их к покосившимся воротам-калитке, которые отделяли двор берберской деревни от остального мира.
Как только они въехали Дашу окружили традиционные дома вырытые в холмах из мягкого известняка, нагруженные всяким вьючные мулы и верблюды, туда-сюда сновали люди завернутые в многоцветные ткани. Недалеко, на песчаном холме был заметен полуразрушенный касбах. Когда-то такие цитадели строили мусульманские купцы вдоль торговых путей для защиты от набегов. Некоторые касбахи выполняли роль резиденций для влиятельных семей или лидеров племён. Нынче же большинство было превращено в отели или туристические достопримечательности. Однако этот похоже выполнял свою первоначальную функцию.
- Нам сюда – Ясин указал рукой на каменную цитадель.
У входа в касбах они спешились. Ясин жестом показал следовать за ним. Как только Даша попала внутрь, она наконец ощутила долгожданную прохладу. Кругом был полумрак и лучи солнца попадавшие сюда создавали причудливые тени на стенах. Где-то вдалеке играла музыка.
– Обождите здесь я сообщу о вашем прибытии – велел Ясин – Если тот, кого вы ищете захочет с вами поговорить, то я проведу вас, а если нет, то уж ничего не поделаешь. У нашего гостеприимства есть свои законы.
Он сделал знак двум своим товарищам и они встали рядом с девушкой, не убирая рук с винтовок. Даша вежливо кивнула. Сохраняя спокойствие, она расслабила плечи и стала ждать…








******
Сейчас.
Флориан терпеливо выслушал весь рассказ. В голове он размышлял является ли всё, что сообщила Дарья Раевская и это появление инфанты Эланор удивительным поворотом судьбы или чьей-то дьявольской задумкой? Это было не для его мозгов. Определенно. В такие минуты ему особенно не хватало той, которая обожала отгадывать такие ребусы. Но она давно исчезла и даже вновь появившейся Кирсанов не мог объяснить куда.
- По вашему это не интересно? – спросила Даша.
- Интересно – кивнул Штильхарт – Для тех кто любит разгадывать древние мифы. У меня с некоторых пор пропала эта страсть.
- Вы меня вообще слушали сейчас? – поразилась Даша – Профессор Алькасар сказал, что вы…
Штильхарт только фыркнул. Не собирался он ей ничего объяснять. И тем троим тоже. Хватит с него игр в Индиану Джонса.
- Алькасар – пробормотал он – Алькасар только и мог, что преподносить одну загадку за другой. Жаль, что этот парень потерял память – мужчина кивнул на Кирсанова – Иначе он бы тоже поведал историю на вроде вашей, о милейшем нашем путешествии по скалам Ньюфаундленда. А толку? Одна загадка рождает другую. И так до бесконечности. Что вы все пришли ко мне? Зачем? Кого вы здесь надеялись найти? Терминатора? Я должен взять пулемет и покрошить всех приспешников идей Всечеловечества. Думаете, я просто так поселился в этой пустоши? Мне надоели разговоры о всех этих пророчествах, камнях, воительницах, принцессах и прочей ерунде! Есть вещи которым бесполезно противостоять. Они просто наступают. А все эти легенды только отвлекают от реальности.
- А это тоже легенда!? – вдруг вспыхнула молчавшая всё это время инфанта. Резким движением она вытащила откуда-то из своего ридикюля рубин и положила его в центр стола. – И то, что Кирсанов сбежал из подземного мира тоже легенда?
Все затихли. Её высочество очевидно собиралась зачитывать воззвание.
- Они реальны – прошептала Даша – Эти камни реальны.
 - Пусть для вас это ничего не значит – воскликнула Эланор – Но люди о которых рассказал Андрей Кирсанов. Они страдают. Мы должны найти и освободить их!
Штильхарт усмехнулся. Ну говорил же, будут пламенные речи.
- Для меня-то значит – сказал он – И я потерял очень многих друзей в борьбе с тем, что нельзя было остановить. И это не путешествие ради уютного пикника, как вы может себе представляете. У вашего драгоценного Альянса есть армия, флот. Обратитесь к своему отцу! Не можете? Не можете потому что боитесь! Боитесь, что он встанет на их сторону! И правильно сделает. Потому что общее спокойствие многих гораздо важнее для государя, чем высокие идеи. Чего же вы хотите от меня?
Штильхарт «глотнул» из фляги
- Пусть вы не любите легенды – сказала Даша – Но вы любите свое укрытие здесь. Уравниловка Института уничтожит всю эту прекрасную культуру. Разве вы не понимаете этого? Разве вам не жаль людей, которые дали вам приют? Профессор Алькасар… да он был эксцентричным и… но он верил в вас и возможность просветления. Разве то, что мы тут встретились не доказательство этому?
Ах вот так вот! Юное ученое создание решило воззвать к праведным чувствам. Ну это мы уже проходили.
- Ну да! - всплеснул руками Флориан. - Вам повезло! Один человек на весь континент, с которым у вас совпали мотивы. Но и все на этом! На вашей стороне даже времени нет А против вас работает вся система. Она сможет быть всегда на шаг впереди, а то и на два. И пока вы будете готовиться, искать. Они сделают то, что хотят, а потом вас просто найдут и убьют. И все, конец вашей истории!
Если уж ему попалась очередная барышня с норовом, он хотя бы поиздевается вволю. Обычно после изливания праведности они становились совсем ручными. Ну только Крис была исключением, она обычно и в ухо двинуть могла если что-то было не по её. Штильхарт усмехнулся Льовере. Капитан принял игру и молчал.
- Дело не в этом и вы прекрасно это знаете – хлестнула Даша – Дело в вас! Это вы боитесь ещё раз выступить против них, потому что в прошлый раз проиграли. Что-то личное, да? Женщина.
Флориан прищурился. Этих академиков учат копать слишком глубоко. Тут не эмоции. Тут логическое влияние. Нет не станет он показывать себя перед этой соплячкой.
- Я же сказал – жестко повторил Штильхарт – Я не тот человек, каким был раньше.
— Значит вы им станете – ответила Даша – У каждого из нас своя судьба, но нас объединил общий рок. Наши ошибки в прошлом. Смиритесь и живите дальше! Возможно вы не спасли кого-то кто был вам дорог, но вы можете спасти других. Нельзя убегать от самого себя. Страдания одного это всегда страдания многих. Когда речь идет о несправедливости, неуместно говорить о том, что все это происходит вдали от нас. Если зло не остановить, со временем его тень накроет каждого. И будет неважно, сражался ты с ним или трусливо прятался в своей норе, делая вид, будто ничего не замечаешь. Если можете помогите это остановить, пожалуйста.
Как она однако излагает, заслушаешься. Кого он обманывает? Он давно уже всё решил. Просто ему нужно оправдание почему он так долго этого не делал.
- Не могу устоять, когда женщина говорит пожалуйста – осклабился Штильхарт –  Представим, что я заинтересовался. Итак, что же у вас есть, кроме упрямства и камня из древних времен?

Ответить ему не успели – стена касбаха пусть и старая но всё равно прочная разлетелась вдребезги и в пролом вбежали автоматчики-синтетики. Они рассредоточились по периметру залы и вскинули свои импульсные винтовки. Местные берберы тут же отложили свои разговоры и схватились за свое оружие.
- Что за шутки, Штильхарт? – воскликнул Льовера, сразу закрывая своим телом инфанту.
- Я их сюда не приглашал – равнодушно сказал Флориан – Они не мои.
- Они мои – раздался женский голос.
Из дыма в пролом шагнула черная фигура. Женщина была затянута в облегающий черный костюм. Бордовый плащ с капюшоном скрывал лицо. Прикид Флориан сразу узнал.
- Я уже думал, что вы не существуете – пробормотал мужчина – Вы неистребимы как вирус.
Охотница мягко улыбнулась.
- Скорее как страсть человека к познаниям – манерно сказала женщина – Познания дают силу, а сила рождает власть. Пока есть власть, будем существовать и мы.
- Откуда же вы беретесь? – бросил Штильхарт – Из каких щелей?
- Мы лекарство от тех, кто мешает обществу жить гармонично и счастливо.
- Но вас так же ненавидят – заявил Флориан.
- Вы меня даже не знаете –  сказала женщина – А между тем, я пришла избавить вас от ненужных метаний… Итак к делу, в этом своем убежище – она провела рукой по воздуху – Вы укрываете опасных ренегатов. Отдайте их добровольно и мы оставим вас в вашем… прекрасном уединении с пустыней. Разумеется меня не интересует прибывшая к вам инфанта. Хотя я разочарована, что нам не удалось найти общий язык, в наш прошлый разговор. Только два ренегата и даю вам слово, вы больше обо мне не услышите.
Инфанта вспыхнула и хотела вскочить, но Льовера покровительственно остановил девушку. Хорошо. Не будет мешаться. Штильхарт знал, что шансов у него не много и против одной Охотницы, а уж с этими солдатиками…
- Только двоих? – переспросил он – Так просто?
Охотница кивнула.
- Я ждал четырнадцать лет – театрально вздохнул Штильхарт – Пожалуй хватит… ;ef umen;i!
С этими словами он выхватил пистолет, который держал под подушкой и тут же зал заполнил грохот винтовочных залпов берберов. Синтетики принялись беспорядочно стрелять в ответ.
- Что вы вылупились? Валим отсюда – заорал Штильхарт – Ясин прикрой нас!
Бородач в синих обмотках кивнул и стал кричать команды своим людям.
Увлекаемые Штильхартом беглецы нырнули через нижний проход и подземный коридор.
- Это всё под землей? – поразилась Эланор.
- Потерна – пояснила Даша с ухмылкой – Такие коридоры часто находились в скрытом месте, что позволяло осаждённым приходить и уходить незаметно. В случае осады защитники могли делать незаметные вылазки и атаковать осаждающих. Осталось от берберских воинов. Когда у местных были поводы прятаться от ваших родственников.
Её высочество снова вылупило глаза.
- Нет времени на исторический экскурс – крикнул Кирсанов – Уходим отсюда.
Подземный коридор был узким и низким, с каменными стенами, покрытыми пылью и следами времени. Тусклый свет, пробивавшийся сквозь трещины в потолке, создавал зловещую атмосферу, отбрасывая длинные тени на пол, выложенный грубыми плитами, покрытый песчаной пылью, что свидетельствовало о долгом забвении этого места. В воздухе витал запах жары и старости, смешанный с легким налетом песка, который проникает даже в самые укромные уголки и дико застревает на зубах.
Коридор извивался, как змея, и в некоторых местах его стены были украшены древними фресками, изображающими сцены сражений и ритуалов, которые когда-то проводились здесь. Эхо шагов разносилось по коридору, создавая ощущение, что кто-то еще наблюдает за ними из темноты.
На поворотах коридора стояли массивные деревянные двери, обитые железом, которые, казалось, хранили в себе множество тайн. В некоторых местах можно было увидеть следы от когтей и зубов, оставленные существами, которые когда-то бродили по этим подземельям.
- Надеюсь мы успеем добраться до джета – бросил на бегу Кирсанов – Эта дамочка очень быстро сообразит куда мы подевались.
История повторялась. Однажды он уже бежал также по подземным, точнее по подводным коридорам. Но тогда они с Сяо У были только вдвоем. Теперь же у него появились товарищи. Посмотрим, как сложится в этот раз!
Сзади слышался бесконечный топот тяжелых ботинок. Их определенно преследовали и совершенно точно нагоняли. Хотя Кирсанов порадовался своей физической форме. Пребывание в Кастилии пошло ему определенно на пользу.
Коридор стал забирать вверх. Становилось жарче. Неожиданно Штильхарт остановился перед торчащей посреди коридора трубой, уходящей наверх.
- Забирайтесь, быстро! – крикнул швейцарец
Он пропустил каждого из товарищей вперед. Сам забрался последним и кинул в пролом, заранее припасенную дымовую шашку.
- Теперь у них будет ещё время подумать! – воскликнул Флориан.
Теперь они ползли вверх по тонкой трясущейся лестнице.
Кирсанов посмотрел вниз и увидел, как мутные силуэты их преследователей начали выбираться из облаков дыма, сбивая друг друга. Каждый момент имел значение.
- Почти на месте – крикнул Штильхарт – Двигайте быстрее!
На верхней платформе лестницы их ждала дверь. Она была старая и покрыта ржавчиной, но это был единственный путь к спасению. Флориан подбежал к ней и дернул за ручку, но она не поддавалась.
- Надо сломать! — произнес он, обращаясь к товарищам. – Помогите мне!
Трое мужчин быстро подошли и, собрав все силы, они принялись толкать. С каждым усилием дверь начинала скрипеть, но все еще держалась. В это время гулкий топот их преследователей становились все ближе.
- На счет три! Один... два... три!
С мощным рывком они толкнули дверь, и она с треском распахнулась, выбрасывая их на свежий жаркий воздух. Но, оказавшись на улице, они поняли, что это только начало. Вокруг них развернулась сцена хаоса – улицы были заполнены людьми, которые в панике пытались спастись от насилия.
- То от чего вы пытались спастись пришло само – заявила Даша
Флориан не стал спорить. Он быстро осмотрелся, пытаясь найти безопасный проход.
- Туда – кивнул мужчина, указывая на заброшенное здание неподалеку.
Город был полон паники – люди кричали, искали укрытие от столкновений между преследователями и защитниками-берберами, которые пытались спасти город от насилия. Флориан знал, что им нужно двигаться быстро и незаметно.
Они пересекали улицы, используя укрытия за автомобилями и припаркованными грузовиками.
— Вперед! — крикнул Штильхарт. — Или мы никогда отсюда не уберемся!
   Беглецы нырнули в проем, петляя по узким улицам. Поворот, еще поворот. Ворота, ведущие к взлетной полосе, распахнуты настежь. Сквозь них виден триджет инфанты и охраны вокруг него нет. До спасения просто рукой подать…
Как только они забежали на территорию аэродрома дверь позади тяжело опустилась, отсекая путь назад. И тут же путь вперед перекрыла темная женская фигура.
- Куда собрались? – полюбопытствовала Охотница. Женщина вскинула руку обнажая двойное лезвие.
- Бегите отсюда! – крикнул Штильхарт – Ваше оружие тут бессильно!
И тут же был сражен резким ударом в бок. В глазах потемнело.
Даша, которая стояла рядом испуганно отскочила. Боковым зрением она заметил, как эта странная женщина обрушила на землю сначала Кирсанова, а затем и Льоверу. Девушка выхватила кинжал и встала в стойку.
- Ты не представляешь, как мне это нравиться – бросила ей женщина.
Раздался дьявольский вопль и Даша в последний момент сумела убрать голову, чтобы её не отрезал клинок с двойным лезвием. Девушка разглядела, что лезвие было вставлено в прочную кожаную перчатку.
Но рассматривать было некогда – на неё сыпался град ударов, от которых приходилось уворачиваться как от крутящегося винта самолета. Атаковать самой и думать было нечего.
- Как всё однако однообразно – пожаловалась женщина – Этот идиот Алькасар пожертвовал собой ради тебя, чтобы ты выжила. Что ты скрываешь такого, что он сделал это?
Она отыграла ещё пару шагов. Давление было неимоверным. Бойцы кружили по песку. Даша всё уворачивалась от ударов и старалась в промежуток между ними воткнуть куда-нибудь свой кинжал.
Неожиданно на головой раздался гул авиационных двигателей. Тяжелый триджет стал катиться по взлетке… прямо на сражающихся женщин, поднимая столб песка в воздух. Дашу отбросило от противницы словно теннисная ракетка мячик.
- Давай на борт! – прокричал ей кто-то. Голос она не узнала.
Упрашивать не пришлось – девушка вскочила на ноги и припустила к раскрытому аварийному люку. В воздухе что-то просвистело больно оцарапав щеку. Она почувствовала как чьи-то руки втаскивают её в самолет. Женщина широким шагом шла за ними. Штильхарт отодвинул Дашу за спину и несколько раз выстрелил в женщину в черном. Та только махнула рукой. Пули разлетелись в разные стороны. Даша не могла поверить своим глазам. Такого не бывает!
Но красивый жест отнял у женщины время – самолет уже разгонялся. Она побежала, что есть силы за крылатой машиной, стараясь ухватиться за поручень. Но люк с лязгом закрылся, отрезая Дашу от пустыни, песка и противницы. Девушка не спешила подниматься на ноги. Во-первых, она натурально не была уверенна, что у неё это вообще получиться. А так хотя бы дрожь в коленях уляжется. В третьих кто бы не управлял этим самолетом, летает он так, что лучше лежать. Ну и наконец может она просто полежать на прохладном металлическом полу после всех этих часов в раскаленной как сковородка пустыне?
В кабине пилота Эланор набирала высоту, с радостью чувствуя возрастающую по мере удаления от поверхности мощь двигателей. Радость была недолгой, ровно секунды три пока она не увидела на радаре приближающиеся патрульные дроны.
- Держитесь! – воскликнула девушка – Сейчас прокатимся.
В душе она даже обрадовалась появлению дронов. О воздушных боях она конечно знала только в теории, но весьма хотела попробовать на практике. Вот пожалуйста и шанс. Жаль только она не летит на истребителе.
- Ниже, лети ниже! – крикнул ей Кирсанов, который почему-то оказался на месте второго пилота – Это наш единственный шанс! Здесь что нет пулеметов на борту?!
— Это что тебе звездолет из «Звездных войн»?! –  огрызнулась её высочество.
Самолет тряхнуло. Кажется в них попали. Эланор сжала зубы. На боевом самолете она бы легко ушла бы на первом же вираже, но здесь особо не покувыркаешься. Ни тебе «бочек» ни «мертвых петель», хотя и без них триджет дико вилял из стороны в сторону, что должно было привести в замешательство любую вычислительную программу у противника. Ох и достанется ей дома за все её художества.
   - Снижаюсь! — крикнула она, решив последовать совету Кирсанова – Вруби антирадар, раз занял место второго пилота!
- Чего? – не понял Кирсанов.
- Треугольная кнопка на приборной панели – зло пояснила инфанта – Третья справа.
Кирсанов стал вертеть головой в поисках нужной кнопки и указал пальцем на одну из множества.
 - Нет, вон то! — инфанта показала рукой, но из-за неустойчивой позы жест вышел слишком широким. Пытаясь понять, куда махнула девушка, Кирсанов нажал на другую кнопку— Да нет же! Вон она, смотри, куда я показываю – бросила Эланор, вытягивая штурвал.
- Если честно ты показываешь так себе – раздраженно буркнул Кирсанов.
- Да ну вот же она – разъярилось её высочество – Если не вырубить радар, я от них не оторвусь.
Кирсанов схватился за какой-то рычаг.
- Нет!
Ещё одна попытка.
- Слева от тебя! Нет!
Неизвестно сколько бы ещё перебрал кнопок Кирсанов, но вошедший в кабину капитан хладнокровно включил нужную.
Эланор не удосужилась его поблагодарить. Было не до того. Антирадар мигнул красным потом зеленым потом синим и наконец стабильно загорелся зеленым. Теперь их можно было увидеть только в иллюминатор. И это было замечательно.
Вздохнув с облегчением девушка послала самолет вниз, затем в последнее мгновение задрала нос вверх и бросила триджет вперед, снеся макушки по крайней мере двух песчаных барханов. Мчась на высокой скорости два истребителя противника не сумели повторить маневр и вовремя притормозить, а потому размазали себя о каменистую почву, исчезнув в газовом облаке.
Внутренне ликуя, Эланор перебирала ручки управления, и триджет устремился к облакам. Выжженная солнцем пустынная поверхность стала уходить вниз, уступая место ясному, голубому небу.
Удостоверившись, что можно включить автопилот, инфанта растеклась в кресле, чуть расслабив упряжь ремней безопасности и с упоением смотрела, как капитан Льовера, по поводу всех её действий, состроил на лице самое страшное выражение, какое только смог придумать. Получилось довольно забавно.

******
Джамму и Кашмир. Это название каждый международник знал со студенческой скамьи, а то и раньше. Зависело от интересов. Ася знала с детства. Потому что всё время слышала разговоры матери в её бытность председателем комитета по международным делам.
Соперничество за регион между Индией и Пакистаном было поводом для продолжения распрей, которые корнями уходили ещё во времена глубокой древности, между государствами Таксила и Паурава, связанных с семейной легендой. Во время похода Александра Македонского в Индию царь гандхаров, давно враждовавший с соседним индийским царём Пором, вступил с греками в союз и впустил их в Такшашилу, где они, в частности, впервые увидели индийского аскета, учение и аскетические упражнения которого изумили их. В решительном сражении союзных войск Александра и царя гандхаров с войсками Пора, произошедшем на берегах Витасты-Гидаспа, царь Такшашилы участвовал лично и едва не был пронзён копьём Пора, когда подъехал к нему, требуя, чтобы он сдался. Религиозные различия, появившиеся позже только добавили масла в вечный огонь вражды.
После Последней войны обе страны стали членами ОДН и ассамблея во имя мира процветания и развития своей резолюцией объявила спорные регионы свободной территорией под международным мандатом. Однако регион, несмотря на то, что был наводнен подразделениями МНК всё равно оставался пороховой бочкой. Особенно здесь, в диких местах, где не было ничего, кроме степей, лугов и гор.
Естественно это было идеальное место для узла связи «Красного меридиана».  Ближе к врагу, не выдавая заметности своего присутствия. Здесь они продержались два года. Это был более чем достаточный срок. Товарищи-руководители считали, что изолированная группа может работать максимум год. Поэтому нечего было и говорить о важности той информации, которую собирал узел связи в Кашмире.
- Хочу сразу напомнить, что этот транспортник не создан для близкой поддержки – заявил Лео – Так что если вы задумали воздушные гонки, перестрелки и…
Ася криво ухмыльнулась.
- Только в крайнем случае – сказал Янь – Эй летун, приглуши след и сделай вид, что мы свои.
- Как тогда в Миннеаполисе? – уточнил пилот – Проще простого.
Парень стал щелкать тумблерами. Ожил терминал связи.
«Грузовой транспортник ST-5638. Дальше путь закрыт. Предъявите коды допуска» - приказал цифровой оператор.
Лео обернулся на Яня. Тот быстро кивнул сидевшей рядом девушке.
- Ася? –
- Я работаю над этим – отозвалась девушка – Вхожу в их систему через три… два… один. Погнали.
Ася быстро набила комбинацию кнопок на консоли.
- Ни минуты заветного счастья – сказала она – Всё борьбе.
 «Грузовой транспортник ST-5638. Ваш допуск подтвержден. Цель визита»
— Вот любопытные, а? – усмехнулась Ася, набирая следующую комбинацию.
«Грузовой транспортник ST-5638. Посадка разрешена. Следуйте прежним курсом.  Полоса 94»
Янь похлопал Асю по плечу.
- А фантасты ещё писали, что нас захватят машины – ухмыльнулся китаец – Что-то я сомневаюсь – он приставил палец к наушнику – Нгуэн. Как обстановка?
- Они заняты чем-то в квадратах 9, 4 и 8 – отозвалась с другого конца наушника вьетнамка – Для вас пока всё чисто.
- Всегда рад когда ты приносишь хорошие новости – сказал Янь – На связи.
Транспортник сел на положенную полосу и проехав небольшое расстояние по взлетке остановился возле внушительных размеров ангара.
У трапа их уже встречала «приветственная делегация», которая немедля прошла на борт. Лео стал моментально забалтывать конвой глупыми разговорами, пока грузчики выносили тяжелые металлические ящики. Один из местных – высокий смуглый бенгалец незаметно сунул в карман куртки Яня тонкий листок и нарочито небрежно уронил ящик на землю, рассыпая драгоценный груз. Охрана тут же бросилась в крик и с кулаками на бенгальца. Окончания Ася уже не видела, Янь утащил её за руку.
- Он знает, что делает – сказал ей китаец – Это его выбор.
Ася кивнула. Это было отрадно знать, что кто-то бескорыстно и беззаветно поддерживает их борьбу, но именно эта беззаветное и бескорыстное стремление отдать всё даже жизнь ради справедливого мира ещё поражало её и видно будет поражать всегда.
Парочка быстро выскочила из здания аэропорта и ввинтилась в огромную толпу зевак, которые смотрели представление уличных акробатов.
Столица штата Джамму и Кашмир во всем мире была известна красивыми пейзажами окружающей природы, монгольскими садами, традиционными кустарными ремеслами, но больше всего посетителей этой северной достопримечательности Индии привлекали озера и плавучие дома. Озер и садов тут было столь много, что Сринагар часто называют «Край озер и садов» или «Венеция Кашмира», а ещё легендами вроде того, что будто бы именно здесь жил и проповедовал пророк Юз Асуф (Так тут называли Исуса Христа)
Недалеко от города стоял храм "Трон Соломона", который был построен в 200 г. до н.э. царём Джхалукой, сыном царя Ашоки, как юбилейный храм в честь визита Соломона в город в 10 веке до н.э. Позже царь Лалитадитья обновил этот храм. В 1848 г. правивший в то время Кашмиром индуистский махараджа переименовал это сооружение, дав ему новое имя - храм Шанкарачарьи, в честь посещения Ади Шанкарачарьей Шринагара в начале 9 века, что превратило ведантиста Шанкарачарью в шактиста и активного проповедника культа Шри Видьи.
Тут же стояла соборная мечеть Джами Масджиде, главная особенность которой,- мир и спокойствие в ней, выделяясь на фоне суеты старых базаров вокруг неё. Эта мечеть не раз сжигалась и всякий раз была восстановлена. Она была построена императором Искандером. Самый популярный в Кашмире король Зианул Абидин её расширил и тысячи мусульман собирались в мечети каждую пятницу, чтобы вознести свои молитвы Всевышнему.
Как бы то ни было, Ася не сомневалась - рано или поздно и эти две древние религии уйдут в забытье, уступив мощному и наглому натиску новой толерастической религии Института согласия и равенства – религии потребления и наслаждения. Если не бороться с ними. Девушка невольно сжала кулаки. Как она не видела этого раньше? Она же бывала в подобных местах, видела, как старый мир трещит по швам, теряя позиции перед новым! Их борьба должна продолжаться. Ради того, чтобы люди могли быть свободными. Сообщество единой судьбы строилось именно для этого.
Улицы были полны самого пестрого народа, некоторые бросали любопытные взгляды на явно неместную парочку заезжих туристов очевидно приехавших поглазеть на их древние сокровища.  Яркие одежды, громкие разговоры и запахи уличной еды создавали атмосферу, полную жизни. Ася и Янь шли мимо лавок, где продавцы кричали о своих товарах, и детей, играющих на улице.
Шагая по улице, Янь достал акри и вглядевшись в написанное кивком головы указал спутнице на витрину маленького ателье, где за стеклом на манекене висел один единственный белый пиджак. Это был парольный сигнал означающий благополучие ячейки.
- Может лучше повесить знак «вход до 18 лет воспрещен»? – спросила Ася.
Янь осклабился.
- Думаешь это отпугнет школьниц-вампирш?
Ася шмыгнула носом, вдыхая пряный запах кари.
- Нет – сказала она – Но мы можем посмеяться.
В дверях ателье их встретил средних лет перс в больших роговых очках и чалме покрывавшей всю его голову. Жестом он показал парочке следовать за ним на второй этаж.
- Мое имя Сердар – представился он – Мы ожидали вас ещё в прошлую ротацию.
- Возникли проблемы с министром МВД Великоруссии – сказал Янь – Пришлось задержаться.
Перс сухо кивнул.
- Да, я что-то слышал – сказал он – Но я рад, что мы встретились. Вы ведь прибыли ради нас? А я не был уверен дошло ли сообщение.
- Дошло – сказал Янь – Нас отправили помочь и собрать данные по новому истребителю.
- Ну посмотрим на истребитель завтра – сказал Сердар – Хотя я думал, что пришлют больше человек.
Ася дернула плечом.
- Людей не хватает на все сектора – сказала она – Глобалисты взяли планету в крепкие тиски. Если они получат ещё и военное преимущество…
- Дело в том, что новый истребитель это не единственное, что здесь разрабатывают – уточнил перс.
Ася и Янь переглянулись.
— Вот как? – спросил китаец
-  Есть серьёзное дело, — сказал Сердар, ставя пустую кружку на стойку рядом с собой – Такое, за которое может взяться ваша команда. Нечто, что может нанести серьезный удар по глобалистам. И у меня есть информация, необходимая вам для ее выполнения. Я знаю, что это большое дело и если  вы готовы дать мне шанс, это может изменить мир, каким мы его знаем.
Ася прищурилась. Она не любила долгие предисловия. Обычно это заканчивалось проблемами. Но всё же они здесь именно для этого - сделать все возможное, чтобы противостоять разрастанию идей наслаждения и беззаботности. Ухватиться за любую предоставленную им возможность, какой бы маленькой она ни была, на тот случай, если это может быть первой ступенькой на лестнице, ведущей в галактику, где ОДН и его карманный институт больше не будет контролировать людей железным кулаком. Для этого они вступали в контакт со всеми, с кем могли, берясь за задания всякий раз и везде, где им казалось, что они могут нанести ОДН наибольший удар.
Может это было эгоистично, но чтобы не говорил Мишель, Ася считала себя, парней, Нгуен, Бао-Бао, Сяо У передовыми разведчиками, передовой командой, ведущей вперед красное партизанское движение. Они были быстрыми, скрытными, мощными и чёрт возьми они были хороши. И они доказывали это снова и снова. Вместе они были способны на все. Хорошо смазанная машина, отточенная за годы ударов по ОДН. Конечно, работа была медленной — иногда даже деморализующей, в худшие дни — но это была значимая работа. Это была важная работа. И они были лучшими людьми, чтобы сделать ее.
А ещё Ася знала, что все в команде это понимают.
- А подробнее? – спросила девушка.
- Нечто, что поможет навсегда избавится от датчиков и систем слежения – сказал Сердар – И вопрос только в том, кому это достанется. Вам или глобалистам. Устройство называется «Покров» Персональная защита, которая делает владельца невидимым для любых технологий и сенсоров. Человек просто растворяется в воздухе. Это... – На его лице появилось выражение почти гордости. – Это лучшее, что есть. И именно это делает Покров таким опасным –
Ася чувствовала, как её глаза расширились, как блюдца,  когда она быстро проделала мысленные расчеты того, что Покров может означать. В руках тех, кто бежит от ОДН и кто борется с ними бесценно. Беженцы будут спасаться на скрытых базах, а партизаны будут наносить невидимые удары из абсолютной тени. Но в руках МНК это означало их полную победу над Красным меридианом. Беглецы не будут знать, что за ними гонятся. Любые потенциальные ячейки партизан могут быть быстро и точечно уничтожаться. Контроль за обществом только усилится.
Если это сработает…
- Его изобретатель… – начал перс, а затем внезапно остановился. Ася наблюдала, как Янь наморщил лоб, хотя и минимально. Прочистив горло, Сердар продолжил – Изобретателя Покрова выследила и убила ОДН, но они не были глупцами: единственные чертежи Покрова существовали на карте данных, и они были спрятаны –
- Откуда данные? – спросил Янь.
Сердар повернулся и внимательно посмотрел китайцу в глаза.
- Я портной – сказал он с явным убеждением в голосе – Лучший в городе. Разумеется когда корпусу понадобилось снимать мерки для новой формы и учитывать Покров они пригласили меня. Тем более, что я не местный. Местным они не доверяют. И я видел их другие разработки. То что будет в скором времени –  лучшее что вы можете представить. Это касается и истребителя и Покрова. И поверьте, что эта информация досталась не за даром. Много хороших парней погибло.
Ася кивнула. Она знала как развивались эти истории и хотя она не была уверенна можно ли полностью доверять этому персу, она слышала настоящую боль в голосе мужчины, когда тот говорил о людях, которые были ему дороги как товарищи.
- К счастью – продолжил Сердар через мгновение – Прототип покрова пока ещё не создан. Только компьютерная модель и чертежи. Поэтому если его не удастся выкрасть, то можно уничтожить. Крайний вариант, но так он по крайней мере не достанется ОДН.
Янь хмыкнул.
- И где сейчас чертежи? – спросил он
 - В настоящее время они находятся под усиленной охраной в исследовательско-испытательном центре теоретических приложений в Пампоре для расшифровки и возможного изготовления – сообщил перс – Там же проводят и тестовые полеты истребителя.
Янь кивал, и Ася чувствовала, как  шестерёнки уже вращались у него в голове. Она всегда радовалась способностью своего товарища думать на три шага вперед; именно поэтому, она была уверена, их группе удавалось так долго избегать плена.
И она знала о чём он думает – заполучив Покров им не надо будет больше похищать кого-то вроде министра Джарданова. Им достаточно будет установить знающего об Убежищах и тенью проследовать за ним. Меридиан сможет беспрепятственно проникнуть в место, где держат трудящихся и беспрепятственно вывести их оттуда. Хотя бы кого-то.
- Поэтому я рад, что прислали вас – продолжал Сердар – Я считаю, что если есть какая-то команда, которая может провернуть задуманную мной операцию, то это вы. Получив чертежи и используя ресурсы Меридиана, мы сможем производить Покров в массовом порядке для тех, кто восстанет против тирании потребления.
- Но что вы будете с этого иметь? – спросил Янь – Ведь ваша ячейка действует отдельно от Меридиана. Какой прок вам помогать нам? Или вы помогаете нам сегодня, чтобы погубить в другой раз?
Янь всегда был более прямолинеен, чем хотелось бы Асе в таких ситуациях, но часто это было к лучшему. Его прямота имела свойство заставлять людей давать взамен самую радикальную честность, просто из чувства шока, а не из чего-либо еще. На это было очень забавно смотреть.
— Это чисто практические соображения – ответил Сердар – Если ОДН получит доступ к таким совершенным технологиям, как покров, то мы все погибнем. Мы тоже финансируем и руководим многими операциями подобными вашим. Технологии производства маскировочного покрова хватит на всех, поверьте.
- Хорошо – сказала Ася – Мы обдумаем это предложение. Всё равно нам нужно составлять отчет по новому истребителю. Однако – девушка предупредительно подняла руку – У нас будет встречный запрос. Нужно разыскать по цепному коду одного человека. Говорят, что вашей ячейке это раз плюнуть.
Янь посмотрел на неё недовольным взглядом. Опять будет ворчать, что я личное ставлю выше общественного. Ася демонстративно пожала плечами. Ну и что? Янь сам знает, что про Иранский джихад это говорят. Если уж они добыли инфу про Покров, то и это добудут.
Сердар моргнул один раз. Дважды.
- Ладно – сказал он – Вы поможете нам, мы поможем вам. Давайте ваши данные.
Ася уже была готова к ответу и протянула персу дата-диск.
- Мне нужно знать о нём всё – сказала девушка – За что его разыскивают, как долго и где последний раз его видели. Заданием займемся завтра.
Сердар молча кивнул.
Уже темнело, когда они разошлись. Перс выделил им комнату на втором этаже. Вскоре пришла помощница – принесла им воды для умывания, немного еды и питья. Янь связался с Нгуен и вкратце обсказал ситуацию. Мишель ответил не сразу. Он тоже взвешивал риски. Наконец Нгуен сообщила, что Центр согласен с проведением операции.
- Ты не должна была передавать ему дата-диск – сказал Асе Янь, когда закончил сеанс связи – Нельзя доверять им полностью. Этот цепной код, они могут использовать в своих целях.
Он сказал это очень медленно и размеренно, словно разговаривая с очень маленьким ребенком.
- Нужно использовать любую возможность – возразила Ася, забравшись с ногами на кровать с которой ужасно не хотелось больше вставать – В конце концов, этот Покров безусловно серьезная штука и поможет нам, но это пока только проекция. Надежда, напечатанная на карте данных. На данный момент этой технологии не существует. А сбежавший Кирс-101 — это ощутимо и реально. В конце концов, мы же должны хоть что-то получить, в случае неудачи операции этого Сердара. Помощь их разведки в поисках этого беглеца — это вполне разумная просьба. И потом, нам нужно научиться доверять друг другу. С доверия разных ячеек и начнется настоящее сопротивление.
- Ладно – сказал Янь – Если бы у меня пропал друг, я бы тоже использовал любую возможность. Я тебя не осуждаю. Но всё равно держи с этими персами ухо востро. Завтра посмотрим на истребитель и решим: какие у нас шансы.
Китаец повернулся на другой бок и быстро уснул.

КОНЕЦ ЧЕТВЕРТОЙ ГЛАВЫ




                ГЛАВА V

                БЕСКОНЕЧНОСТЬ ВОЗМОЖНОСТЕЙ

   – Сегодня ты бы его все равно не получила, даже если б очень захотела, — ответила Королева. — Правило у меня твердое: варенье на завтра! И только на завтра!
— Но ведь завтра когда-нибудь будет сегодня! – сказала Алиса
— Нет, никогда! Завтра никогда не бывает сегодня! Разве можно проснуться поутру и сказать: «Ну, вот, сейчас, наконец, завтра»?
Льюис Кэрролл

К
огда триджет занял более или менее ровное положение, Даша наконец смогла отлепить себя от пола.
Флориан Штильхарт протянул ей руку.
- Можете стоять? – спросил мужчина.
Даша неуверенно покачала головой. Конечно бывало и лучше.
- Да – с трудом выдохнула девушка – Кажется, да. Спасибо за помощь. А кто это там сейчас был?
- Охотница – сухо сказал Флориан – Давно забытый враг. Теперь она знает кто ты и не остановится пока ты не умрешь.
Даша забралась на пушистый Г-образный диван перед круглым столиком покрытым мозаикой и повертела головой – почти каждый сантиметр свободного пространства занят картинами и террариумами с разнообразными и самыми экзотичными растениями.
- Да ладно? – фыркнула девушка – Их не существует! Неужели вы верите в конспирологическую чушь?
Флориан тяжело вздохнул. Было видно, что он не первый раз слышит эту фразу.
- И вы не первая кто мне подобное говорит – сказал он – Чудно право. Только что встретится с ней и говорить, что её не существует.
Даша помолчала, в тишине переваривая услышанное. Она так долго корпела в библиотеках, изучила манускрипты, она всегда думала что…
- Так это всё не выдумка? – не сдержалась девушка – Охотницы, воительницы, Василиса Колдырева…
Штильхарт улыбнулся, скорее не ей а собственным воспоминаниям.
- Сам когда-то в это не верил – сказал он – Несусветная ахинея, так хочется ответить, да? Про сферу разума, которая связывает всё в единое пространство, про святую деву-воительницу Жанну и её последовательниц – Флориан запнулся и голос его затих – Самое в этом безумное, что всё правда. Всё было. Воительница, которая сражается с Охотницами, камни что обладают силой абсолютного знания, Ноосфера… От первого до последнего слова чистая правда. –  словно вернувшись в реальность из воспоминаний он продолжил –  И теперь Они никогда не оставят тебя.
Флориан перевел взгляд на Кирсанова.
- Кстати этот молодой человек мог бы подтвердить мои слова, если бы ему не промыли память – усмехнулся седовласый мужчина.
Кирсанов бросил хмурый взор из под лобья.
- Но кому понадобилось промывать мне память? – спросил он – Зачем?
— Это самый верный вопрос за сегодня – сказал он – Потому что ты свидетель. Живой и настоящий.
- Свидетель чего? – спросила вошедшая в пассажирский отсек Эланор.
- Дети не спешите, а то старик забудет, что знает – хитро сказал Флориан – Вы нашли меня в песках моего забвения и сейчас возможно услышите ответы на все свои вопросы.
С этими словами мужчина вытащил потертый кисет и стал набивать травами пряного запаха не менее потертую трубку.
- Надеюсь ваше высочество вы не будете возражать если я закурю – сказал он – Меня утомили последние события, а моя трубка превосходное успокаивающее средство. Не обременит ли вас дурманящий запах берберского табака. Спрашиваю вас, поскольку думаю, что мадмуазель Раевская к нему привыкла. Нефа – мгновенно снимает усталость и сонливость.
Никто не стал возражать, но и курить вместе с мужчиной не пожелали. Штильхарт затянулся трубкой откинулся на спинку дивана и закурил. Погрузившись в воспоминания начал рассказывать долгую историю. Слушатели расположились полукругом вокруг него вытянув головы и уперев подбородки в ладони, а седой мужчина с сидел в центре и пускал кольца пряного дыма.
- Всё началось давно. Более двадцати лет назад. Тогда я служил ещё в швейцарской полиции…
Многое рассказывал Флориан. Всё воспроизводить здесь совершенно не обязательно,  хотя Дарья Александровна записала всю историю полностью в свой походный дневник и читатель может ознакомиться с её записями и даже узнать историю от неё самой.
Мужчина рассказывал и о перевороте в Понтийской Республике, и об образовании Директории и о вирусе «Зеленый призрак» и о махинациях Джефри Тревеса с зеленой энергетикой.
Пассажирский отсек заволокло пряным табачным ароматом и Даше стало казаться, что события происходят здесь и сейчас и она даже как будто сама это всё видела. В какой-то момент Даше даже почудились фигуры созданные табачным дымом.
И вот наконец Флориан Штильхарт, который казалось ещё больше  постарел за время долгого рассказа, подошел к тому моменту, когда Андрей Кирсанов, Наоми Зибель и верный кот Снорри, которые волею судьбы (а может быть только рассказчика) исчезли сквозь портал в таинственной пещере, вход в которую предваряют изваяния рысей.
- Дальнейшее знает Кристина Левонова – сказал он – Однако мне не удалось ничего узнать ни о ней ни о Наоми Зибель после случившегося. Они обе просто пропали. Меня же и Алин Авонамйелус официально признали погибшими. Профессор Алькасар ничего не сказал о том что мы находились вместе с ним. Как и сейчас он всё взял на себя. Несколько позже мы встретились вновь. Втроем мы образовали союз знающих правду – скрытый путь, который все эти годы помогал спасаться тем, кому не нравились идеи ОДН о всеобщей беззаботности, сексе и наслаждениях. И ещё  мы договорились оберегать вас ваше высочество и вашу сестру, потому что таково было знамение, данное нам в пещере.
Несколько секунд стояла тишина, только гул двигателей нарушал её.
-  Какая красивая и страшная история – поразившись прошептала Даша – Но рыси! Это же оно самое! Ведь Алькасар как раз и говорил о трех великих рысях. Значит это пещеры. В них спрятаны три его подсказки. И в одной из них вы побывали. Но где две другие?
— Это можно узнать лишь следуя по пути Алькасара – сказал Флориан – Но я не слышал, чтобы в годы прошедшие с наших приключений, он куда-то выезжал из Института. Значит в других местах он был раньше и если следовать его пути, в Ньюфаундленд мы должны возвращаться в последнюю очередь.
- Ещё профессор Алькасар говорил что-то про остров Кабо-Кабо и Амазонку – пробормотала Даша.
- Ладно – сказала Эланор – И куда мы отправимся?
Даша задумалась.
- Ну считалка тут бессмысленна, поэтому… – сказала девушка и повернула свое красивое и умное лицо к Флориану – Но для начала… хочу понять вот что: почему вы ушли в изгнание?
Это был не праздный вопрос. Даша задала его с максимально серьезным взглядом и холодным тоном. Штильхарт потупился. Он основательно отвык смотреть на умные женские глаза. Нет, нельзя было сказать, что эти глаза покорили его. Его и умные глаза Кристины никогда не покоряли, но умный женский взгляд почему-то проникал в его разум и заставлял трепетать.
- События, которые произошли сильно изменили меня. Кристина пропала и я… я потратил много лет, чтобы бороться, но ОДН всё разрасталась и я был уверен, что мы проиграли и все эти… знамения просто фантомы в моей больной голове.
- Но вы хотите, чтобы мы шли по пути Алькасара – заметила Даша – Значит ли это, что вы вновь обрели веру?
- Я просто их ненавижу – честно сказал Флориан – И дерусь потому что дерусь. Я хотел вас спровадить из моей обители, не буду этого скрывать. Но судьба – мужчина усмехнулся – Или… Ноосфера, называйте это как хотите, решила всё иначе.
Даша понимающе покивала головой
— Значит, вы всё-таки в деле? – поинтересовалась девушка.
- В деле – сухо кивнул Флориан – Всё одно без меня вас или поймают или убьют, а со мной у вас есть шанс. И может мы уже выберем пункт назначения?
Тут настал черед Кирсанова вставить свою шпильку.
- Эй постойте – сказал он – Я конечно рад всему этому, но у меня есть четкое поручение и я его собираюсь исполнить. Мне нужен Меридиан! Мы прилетели для этого, а не для того, чтобы по пещерам лазить!
- А это скорее была реплика, а не выбор – заметил Флориан –  Поясняю: Твой порыв благородный, Кирсанов и верный. Но ты не знаешь всю картину. Как впрочем и всегда. Отсутствие памяти не убирает характера. Меридиан неведом. Где они никто не знает, и к тому же не думаю, что они найдут применение этому камню. Для них он не более чем инструмент в их информационной войне с ОДН. Тем не менее войти с ними в контакт считаю делом перспективным. Поэтому я предлагаю отправиться на Кабо-Кабо. Там сейчас разбирают военную технику и если где и искать агентов Меридиана, то среди свалки. Не исключаю так же, что они сами тебя ищут. Так что прокатиться на Кабо-Кабо будет точно нелишним.
- Кабо-Кабо – пробормотала Эланор – Всегда мечтала полазить по свалкам.
- Наши цели с Меридианом во многом сходны – продолжал Флориан – Но пока они устраивают хаос материальный мы нанесем удар идеологический и вот тогда мы соединимся с ними и вместе уничтожим ОДН. Чем больше мы узнаем об Алькасаре, чем выше шанс нашей общей победы.
- Я слышала о многих древних культурах и цивилизациях – сказала Даша – Но профессор Алькасар мало что мне рассказывал конкретно о своих поисках. Тут надо начинать с чистого листа.
- Алькасар был одиночкой – кивнул Флориан – Эксцентричным одиночкой. Я только могу сказать, что он был одержим этой легендой о путешествии Василисы Колдыревой. Считал её ключом к понимаю мира и возрождению былой славы своей родины. Я признаюсь, что тогда не очень интересовался этими тайнами. Меня торопила разгадка замысла Воротынцева. Окажись в тот раз рядом со мной Кристина, думаю мы бы знали больше, а может быть и вообще всё бы было не так, как теперь.
Разговор был прерван появлением капитана Льоверы, который принес толстую чугунную кастрюлю в которой весело булькал суп. Мясной запах сразу улучшил настроение Даши и как-то даже не думалось о камнях, Охотницах и всём прочем. Вероятно такое же ощущение было и у остальных, поскольку они просто молча поглощали бульон.
Потом она немного задремала, спокойно, но совершенно без сновидений, пока не была разбужена звуком сирены. Правда не той  какофонии, которую они слышали во время воздушной схватки.
Сидящая рядом инфанта тут же подскочила, но Льовера жестом остановил её.
- Нет. Отдыхайте пока – сказал капитан – Позвольте мне сделать в этот раз работу – глянув на остальных, он направился к кабине – Прилетели.

******
Маленькое островное государство Кабо-Кабо когда-то оказалось эпицентром и катализатором планетарного конфликта известного как «Последняя война». Именно здесь произошла её первая битва пятнадцать лет назад. Тогда местный оппозиционный лидер Иллариу Фернандеш, используя свою карманную организацию экологических радикалов «Зеленый фронт» организовал государственный переворот, убил легитимного главу государства и отсюда объявил террористическую священную войну против колонизаторов. И именно здесь спустя пять кровавых страшных лет войны он был побежден и ликвидирован. Его гибель стала окончанием войны и дала возможность родиться идее Всечеловечества – обществу всеобщей свободы, равенства и процветания.
Так было написано в учебниках по политической и социальной истории. И это было ложью, как и всё остальное в идее Всечеловечества. 
Нынче Кабо-Кабо был лишь тенью от того роскошества, которым остров завлекал туристов и инвесторов во времена архигерцога Коэнтрау. Большая часть земель лежала в руинах оставленных сражающимися армиями – остров не реконструировали как эхо минувшей войны.
Суверенной власти здесь более не существовало – остров нынче был общей территорией ОДН. Да и жителей было не так уж много по сравнению с прошлыми временами. Сбившиеся в племена, живущие в небольших стойбищах они существовали воспоминаниями о былом.
Их основным занятием была  так называемая «разборка» – местные рыскали по полям сражений и разбирали на запчасти танки, броневики… особенно ценились боевые самолеты, а немногие смельчаки промышляли даже розыском затонувших кораблей. Всё найденное они продавали за «вытяжку»
Администрацией же острова можно как раз было назвать гильдию этих самых разборщиков – объединение инженеров и рабочих из разных стран с которой у ОДН имелся контракт на ликвидацию, переработку, перепрофилирование всей техники, оборудования и технологий связанных с войной. Вся оставшаяся инфраструктура острова была теперь приспособлена гильдией для разборки и демонтажа военки. Кабо-Кабо превратился в остров-свалку. В буквальном смысле. Эль-Аюн по сравнению с местными пейзажами выглядел цветущим оазисом.
Их самолёт пропустили без разбирательств – гильдия вела дела со всеми фракциями планеты, а крылатая машина с сигнатурой королевского дома Кастилии ни о чем другом не могла свидетельствовать, кроме как о факте того, что Альянс прислал своего высокого представителя для заключения очередной сделки.
У трапа их встретил маленький тощий человечек с большим носом и блестящей на солнце лысиной. Он был одет в стандартную рабочую униформу, в руках держал датапад и толстую увесистую папку полную листов акри.
- Я Роберт Ковальски – представился он – Региональный управляющий гильдии. Большая честь встретить вас лично Ваше высочество. Мы готовы предоставить всю информацию по последнему контракту.
Эланор склонила голову. Она пока не понимала о чём идет речь, но решила изобразить осведомленность.
- Для этого я и прилетела – сказала девушка и кивнула в сторону спутников – Это Икер Льовера – капитан моей личной охраны и Дарья Раевская – политический этнограф Международного института согласия и равенства.
Даша вслед за инфантой склонила голову. Остальных двух мужчин Эланор не стала представлять. Это тоже не было необычностью. Даша из курса международных отношений знала, что в Кастилии матриархат и женщины всегда на первом месте. Собственно говоря и нынешний правящий монарх Кастилии должен был быть монархом только до достижения дочерями возраста тридцати лет. По истечении этого срока король в согласии с кортесами он должен был выбрать одну из них, которая и станет правящей королевой Ибероамериканского альянса, а сам вместе с «проигравшей» дочерью удалится в почетное изгнание. Знали  всё это и те, кто вёл с Кастилией дела. Поэтому если инфанте не захотелось представлять своих спутников, то она имела на это полное право. Мало ли для чего они ей нужны. К тому же местного распорядителя мужчины кажется не заинтересовали. На Дашу он обратил больше внимания.
- Дарья Раевская? – уточнил он у девушки – Большая честь. Я изучал вашу диссертацию и нахожу её практически полезной для учета местных обычаев при ведении дел.
- Я польщена – дипломатично улыбнулась Даша.
Распорядитель сделал приглашающий жест.
- Прошу вас – сказал он
Их проводили к платформе от которой отходил грузовой гиперлуп.
- Эти поезда мы используем для скоростной транспортировки запчастей, которые вывозится с остова – пояснил распорядитель – Прежде чем отправиться заказчику для перепродажи груз проходит около 25 контрольных пунктов. Весь процесс разборки от начала до конца проходит в режиме строжайшего наблюдения. Это важнейшая предосторожность. Хотя мы гордимся честностью своих работников, высокий уровень контроля способствует увеличению уровня честности, равно как и социальные блага. Мы постоянно совершенствуем наши программы социальной инклюзивности и развития. К сожалению существует много частных старателей из местных, которые пренебрегают вступлением в гильдию, но мы с ними боремся.
Всю эту тираду, пока они мчались через сборочные цеха, он прочитал конечно для меня, поняла Даша. Её отрекомендовали как представителя Института, а уж какие шуры-муры она водила с кастильской инфантой… в это понятно мелкий чиновник влезать не хотел.
Гиперлуп затормозил возле рукава телетрапа. Через него гостей провели в темный и глухой коридор, который пах сваркой и маслом.
- Наш центр управления – сообщил распорядитель – Отсюда мы и следим за инвентаризацией пущенного на запчасти оборудования. Мы находим применение каждой детали в зависимости от запросов заказчика. Доходов с одного заказа хватает на целую социальную программу, среди прочего.
- Что значит среди прочего? – поинтересовалась Даша.
- Ну наши заказчики первыми осматривают уникальные детали и определяют им цену – сказал распорядитель – Оставшийся ассортимент мы продаем сами по установленным нами продажным ценам.
- А как обстоят дела с безопасностью? – осведомилась инфанта – Случаются ли нападения? Меридиан например?
Распорядитель развел руками.
- Да это большая проблема – сказал он – Радикалы всегда мешают бизнесу. Сначала это был «Зеленый фронт», теперь вот коммунисты, но мы противодействуем их попыткам совратить наших работников.
- Я верю, что ваши меры поспособствуют скорейшему исполнению контракта – кивнула Эланор.
- Можете не сомневаться – ответил распорядитель – Пятьдесят компьютеров для систем наведения будут немедленно отправлены для авиационного завода в Маракайбо.
Инфанта нахмурилась. Она никогда не слышала ни о каком авиационном заводе в Маракайбо. Да и разве может инфанта в мыслях содержать постройку военного завода? Однако это странно правда. Надо бы как-нибудь выяснить подробности  про этот завод. Уж не задумала ли сестра какую-нибудь штуку? Хотя Эланор даже стыдно было подумать на эту тему и сама мысль казалась ей совершено паскудной. Но всё же… Наставник Орлио учил предусматривать любые варианты.
- Заказ отправиться в Маракайбо? – уточнила девушка – Это последняя закупка?
- Совершенно верно – ответил распорядитель – Если желаете, то можете ещё раз проверить все документы, я подготовлю их для вас.
- Благодарю – сказала инфанта – Однако мы устали с дороги и…
Распорядитель замахал руками.
- Ни слова больше! Комфорт наших клиентов всегда превыше всего! – затараторил начальник – Вам и вашим спутникам немедленно подготовят гостиницу и подадут обед. Оставим деловые разговоры на завтра.
Надеюсь гостиница не будет пахнуть смазкой, мысленно поморщилась Даша.
К счастью гостиницу им подобрали действительно достойную – собственно говоря это была единственная гостиница для клиентов гильдии, но поскольку клиентами выступали люди высокого достатка, то и гостиница была на уровне их достатка. Когда-то этот отель принадлежал Джефри Треверсу и был знаменит тем, что был первым люксовым отелем, который полностью функционировал за счет солнечной энергии. Теперь Треверс умер и проект оказался заброшен, а гильдия приспособила здание под нужды своих богатых клиентов, сохранив остатки роскоши насколько это было возможно.
- Какие знакомые воспоминания – сказал Штильхарт, оценивая состояние здания – Не думал, что когда-нибудь снова окажусь здесь. История действительно идет по кругу. В прошлый мой раз в местном ресторане подавали чудесный буйабес.
Кирсанов ничего не сказал. Ему это место ничего не говорило даже отдаленно. Наверное здесь он никогда не был. Кирсанов сделал открытие: если голова напрягалась значит она что-то вспоминала, а если нет, значит этих мыслей и воспоминаний никогда не было в голове. Весьма причудливый способ вспомнить свою прошлую жизнь, конечно, но уж что есть.
Впрочем о себе он в этот раз мало думал. Более всего другого, его сейчас интересовало то напряженное состояние в которое неожиданно впала Эланор. Девушку, как видно, очень напугало известие о строительстве завода и Кирсанов, заметивший это, хотел понять почему. Странно, но он был уверен, что неожиданное беспокойство инфанты как-то связанно с их… «путешествием».
Однако ему это не удалось сделать. Следующим утром Флориан Штильхарт утащил его в поход по поселению разборщиков. Пока девушки отвлекали распорядителя деловыми разговорами им двоим предстояло разузнать, что именно тут делал Алькасар и что его тут могло интересовать. Среди местных старателей разузнать об этом было проще всего. Кирсанов решил не возражать. В конце концов возможно он таким образом и выйдет на агентов Меридиана. Для него это было главной задачей. Ради Сяо У и тех, которые остались внизу.

******
Яркое солнце осветило плоскогорье и дельту великой реки Джелам, заставив блики танцевать на воде. Некогда изумрудно зеленая теперь она местами была покрыта химической коричневато-розовой пленкой образовывающейся от сбрасываемых в реку отходов.
- У этой реки вид умирающего! – прошептала Ася.
- Неудивительно – сказал Сердар – ОДН разрушает Кашмир ради природных ресурсов. Жителей сделали рабами. Лишили крова.
Их группа лежала в высокой влажной траве скрываясь за большими серыми валунами. Отсюда бетонный клык исследовательско-испытательного центра теоретических приложений был виден как на ладони.
- Что там помимо умирающей реки? – спросил Лео
Наблюдавшая за панорамой через бинокль Ася пожала плечами.
- Ну… у них тут… гарнизон солдат – принялась перечислять девушка – Четыре бронемашины и автоматические пулеметы. Как раз всё, что мы любим.
- Я ценю твой оптимизм – сказал Янь – Однако я не вижу ничего летающего – он посмотрел на перса – Вы уверенны, что тесты будут проходить здесь?
- Именно здесь – кивнул Сердар – Мои источники сообщили сегодня утром, что МНК хотят объединить испытания истребителя и Покрова.
- Поверю когда увижу – буркнул Лео – Мы уже тут три часа сидим и ничего. Я…
Фразу он договорить не успел – над их головами пронесся вихрь, прижавший высокую траву. У Аси зазвенело в ушах. Вдалеке послышался треск сучьев, несколько камней скатились в реку. Вода в Джеламе вскипела и выплеснулась на противоположный берег. Несколько мертвых птиц швырнуло на землю. 
Причину вихря Ася смогла разглядеть спустя минуту, когда на площадке перед зданием материализовался (по-другому и не скажешь) кривой моноплан по конструкции похожий на сломанную гребенку для волос.
- Теперь веришь? – хрипло спросила Ася, сплевывая траву.
- С трудом – покачал головой Лео.
Янь ткнул его кулаком.
- Эй летун, у нас что-то летает на такой скорости? – спросил китаец
- Ничего – ответил пилот – И даже если бы летало… Тут же ещё этот проклятый Покров установлен. А говорили, что только чертежи.
- Вероятно они решили ускорить производство – ровно сказал Сердар – Это ещё одно доказательство того, что мы должны срочно завладеть этим устройством.
- Каков план? – спросила Ася.
- Диверсия – пояснил Сердар – По команде, мои люди начнут штурм площадки. Мы отвлечем их на себя, пусть думают, что мы хотим угнать прототип, а вы проникните в здание и скачаете информацию из главного компьютера.
- Не нравится мне это – проворчал Лео – Многие ваших погибнет просто так.
- Мы готовы примериться с потерями, если вы выполните свою часть договора. – сказал Сердар
- Вы нам так доверяете? – спросил Янь
Сердар холодно ухмыльнулся.
- У нас есть данные вашего транспортника – доверительно заметил перс – На случай если вы задумаете нас кинуть и сбежать с данными, мы заминировали самолет. Исполните сделку, мы снимем заряды и отдадим вам детонатор. Всё честно.
Ася повела бровью. Ох уж мне это персидское гостеприимство.
- Мы с лейтенантами разведаем обстановку перед атакой – добавил Сердар – Присоединяйтесь. Если дело выгорит, получите устройство и информацию о вашем друге. Удачи.
Перс коротко кивнул уполз в высокую траву, что-то бормоча на своем языке в передатчик.
- Не нравится мне это – сказал Лео – Не люблю непоняточки. 
- На всякий случай спрошу, мы ещё не раздумали им помогать? – осведомился Янь.
Ася всплеснула руками.
- Ох не начинай снова – сказала она – Всё же уже обсуждали. В чём проблема? Тебе не нравится план Сердара?
- ОДН контролирует сотни регионов – тихо сказал Янь – Джихад выбрал Кашмир не случайно, он может преследовать собственные цели. Нужно быть осмотрительнее. Мне не нравится, что мы постоянно рискуем.
- Потрясающе – сказал Лео – После десяти совместных лет ты наконец задумался о риске? Просто блеск. Не стоило вообще лететь сюда. Я за то, чтобы насолить ОДН, а не совершать коллективное самоубийство.
- Ну по-моему как бы поздно об этом говорить, учитывая где мы – заметила Ася – Вы видели устройство, оно стоит того, чтобы рискнуть.
Янь кивнул.
- Я лишь вот что скажу – бросил китаец – Кашмир в крепких тисках. Джихад здесь ввязался в заведомо проигрышную битву и сомневаюсь, что альтруизма ради.
- У них нет таких крутых спецов как мы – сказала Ася – Думаю сделка действительно честная.
- Может быть и так, но Сердар явно что-то недоговаривает – кивнул Янь – Помни, что ОДН всегда ведет грязную игру. Мы не знаем кто сегодня друг, а кто враг. Так что соблюдаем предельную осторожность. Наша глупая смерть точно не послужит делу Сообщества
- Добавим это в план – ухмыльнулась Ася
Скрываясь в траве, пригибаясь они пробежали вперед, пропустив мимо два патруля. Узкая влажная земляная тропка привела их прямо к каменным зданию центра, окруженному полукругом просторной взлеткой. Задняя часть здания упиралась в насыпной холм. Спереди: круглая, очень высокая каменная стена-навес с единственной точкой входа: огромные ворота, охраняемые и защищенные кодовым замком.
На самом деле это было самое минимальное из того, с чем их отряд пока сталкивался. Высокие стены, часовые, сенсорная сигнализация – обычная ерунда.
Бесшумно щелкнули гарпунные тросы. Синтетический часовой слишком поздно заметил врезавшийся в стену наконечник. Когда он увидел поднимающуюся Асю, уже стоявший на вершине забора Янь свернул его искусственную шею.
- Он в твоем распоряжении – сказал Китаец.
Ася криво улыбнулась и достав нож, одним движением вскрыла голову синтетика и подключила два проводка из его электронного мозга к своему планшету.
- Слава Всевышнему, я не синтетик – поморщился Лео от вида трепанированной головы.
- Вряд ли твои пошлые фантазии кому-то были бы интересны – заметила Ася, щелкая клавишами.
Вдалеке, но не слишком, что-то взорвалось, послышался треск выстрелов и крики – Сердар и его люди начали свою часть миссии. Янь беспокойно вздрогнул.
- Порадуешь нас чем-нибудь? – нервно спросил китаец
Ася пожёвывала губами, увлеченно тыкая клавиши планшета.
- Хорошо, что у них есть дублирующие системы – сказала девушка – Всегда можно получить доступ к памяти. Вхожу в систему центра через три секунды…
На экране планшета замелькали цифры, потом высветилась схема здания.
- Итак – возвестила Ася – Здесь шесть уровней. Нужные нам данные хранятся в серверной на четвертом уровне.
- Почему просто не снять это устройства с прототипа истребителя? – не понял Янь.
- Не вариант – сказал Лео – Согласно обновленному стандартному протоколу МНК на истребителях нет стандартных черных ящиков, именно для того, чтобы разные борцы за добро и справедливость не копались в их мозгах. Все данные шифруются и отправляются в главный компьютер.
- И значит нам по любому нужна серверная – закончила за пилота Ася – Но есть и хорошая новость: рядом с нами шахта вентиляции. Это всяко лучше чем стучаться в главные ворота.
- Ладно – сказал Янь. Он не собирался спорить с девушкой, по крайней мере на пути к серверной – Мы готовы идти или снова желаете напороться на горячих школьниц-вампирш?
— Это должна была быть моя фраза – ухмыльнулся Лео.
Теперь отряд вела Ася, выставив вперед планшет. Они миновали короткий коридор, вентиляционная шахта обнаружилась за первым поворотом. Схема извлечённая из памяти синтетика была точной.
Темный туннель был достаточно просторный, чтобы там можно было спокойно сидеть. Двигалась группа практически без остановки. Только один раз задержались, чтобы попить и прочистить горло – загрязненный газами и пылью вентиляционный поток, свистел по туннелю, захватывал пыль из вторичных источников пылеобразования и пространство трубы наполнялось загрязненным воздухом, от которого резались глаза. Вода это немного компенсировала.
Так доползли до развилки. Ася жестом указала взбираться по трубе наверх. Янь кивнул и положил руку на металлическую поверхность проверяя прочно ли будут держаться присоски. Уверенный в своих силах, китаец начал подниматься, аккуратно фиксируя присоски на стенках трубы.
 - Держитесь крепче – произнесла Ася, следуя за ним. Труба была скользкой, и каждый шаг требовал концентрации. Девушка поползла следом. Лео замыкал группу, что-то как всегда ворча насчет способов проникновения.
Когда они достигли верхней части трубы, Ася остановилась и прислушалась. Снаружи доносились звуки – гудение машин, голоса и далекий стрекот. Очевидно Сердар и его люди приближались. Ася осторожно приоткрыла вентиляционный люк
СТ-4380 – доложите обстановку – услышала девушка.
- У нас прорыв периметра мы…
Дальше послышался взрыв, топот ног и выстрелы. Кто-то сверху потянул за люк. Ася хотела увернуться, но увидела ухмыляющегося Сердара, который протягивал ей руку.
- Добро пожаловать в Центр теоретических приложений – сказал перс – Вы не особо торопились.
- Наслаждались вашим шоу – хмыкнула Ася – Приемчики у вас, что надо.
- У тебя тоже – сказал Сердар – Лихо ты вскрыла того синтетика. У нас есть свободная вакансия. Вдруг захочешь бросить этих коммунистических оболтусов.
- Я подумаю – сказала девушка растянув губы в улыбке – Если хотите увидеть ещё мои таланты, то советую торопиться.
- И то верно – сказал Сердар – Мои ребята останутся прикрывать тылы. Мы вчетвером войдем внутрь. Так все будут уверены, что это не кидок.
- Каким же образом? – спросил Лео
Перс театрально поднял в верх палец и прислонил к своей голове.
- С помощью этого – сказал он, указывая на лоб – Памяти в моих мозгах не меньше чем у синтетиков. МНК слишком полагается на цифры. Их всегда можно взломать. Главное успеть подключиться к сети их внутренних передач. Естественно коды меняются, но благодаря везению и анализу мне удается предугадывать развитие событий.
Янь приложил палец к наушнику.
- Слышала Нгуэн? у тебя тут завелся конкурент.
Из наушника сквозь треск помех можно было расслышать короткий смешок.
- Всё равно он не побьет мой рекорд трепа на Мальте – отозвалась вьетнамка
- О да. Это было не забываемо – сказала Ася, подмигивая Сердару – У нас была информация, что там скрывается перебежчик – дипломат из ассамблеи с важными документами. Надо было проверить.
- Ага мы и полетели – засмеялся Лео – Влетели прямо в регион особого контроля МНК. Хорошо, что нам тогда ещё не присвоили статус самых разыскиваемых террористов.
- Мы думали, что всё будет просто – сказала Ася.
- Ага только там оказался целый гарнизон – нашелся Лео – Тяжелые орудия, танки…
- Я же не знала, что там танковый завод – смущенно бросила Ася – Секретный объект.
- Короче мы заходим на посадку – сказал Лео – Операторы орут, готовятся нас сбить. И тут к ним врубается по связи наша Нгуэн и начинает извинятся: Ах простите, мы не знали, наши приборы вышли из строя, второй пилот болен, мы выполняем срочный заказ для губернатора: везем свежие ингредиенты для супа фо, который станет главным угощением на банкете по случаю дня Мира.
- Ну да – кивнул Янь – А у неё спросили: «что это?»
Ася захохотала.
- И Нгуэн стала рассказывать пятьдесят способов приготовления супа фо и как важно правильно подобрать нужную говядину – смеясь сказала девушка –  И чем фо с говядиной отличается о фо с курицей…
- Они даже заплатили мне за рецепты – гордо заявила из коммуникатора вьетнамка – Моя прабабка всегда говорила: еда – это как раз то, что тебя спасёт.
- Перебежчика-то обнаружили? – спросил Сердар пустивший короткий смешок.
- Нет – махнула рукой Ася – Оказалось пустышкой. Но зато повеселились – девушка повертела головой – Нам вроде сюда.
Их отряд споро миновал длинный коридор. Камеры были отключены. Очевидно, что «червь» сработал как надо. Кишку коридора закрывала мощная дверь лифта, у которого вместо привычных стрелок управления был кодовый замок.
- Точно – сказал Сердар – Именно этот нам и нужен.
Перс вальяжно и даже немного развязано подошел к двери лифта и стал вводить охранный код. Это немного смутило Яня. Разве МНК не меняют коды сразу после любой внештатной ситуации? Одно дело взламывать передачу, там предугадать можно, а тут… Однако код сработал как надо и дверь открылась. Их отряд забрался в кабину. Ася на минуту задержалась. Девушка достала пульверизатор и нарисовала на стене белый ирис – время от времени она любила так поиздеваться над ОДН.
Лифт вознес их на четвертый уровень. Отряд выскочил из лифта и точными выстрелами нейтрализовал дежуривший тут патруль.
- Интересно, завоет тревога или нет, подумалось Асе.
Тревога не завыла. Побежали дальше.
Ничто не предвещало беды. Может, все-таки всё пройдет гладко? Им явно задолжали хороший день.
Янь позволил Сердару вести их отряд, держась близко к внутренней стороне стены, осматривая коридор.
И тут…
- Стойте – снова раздался по связи голос Нгуэн – Я в системе. Это неправильно. Вы не могли попасть внутрь.
Янь увидел, как Сердар слегка запнулся перед ним.
- Повтори – велел китаец
- Коды лифта были изменены – сказала вьетнамка и замолчала на мгновение. Янь знал, что их шифровальщица всегда трижды проверяет свои данные – Шифрованный сигнал о новом коде поступил две минуты назад.
Когда они были у лифта, мелькнуло у Яня.
Теперь Сердар попытался ускориться.
Но Янь был быстрее. Янь всегда был быстрее.
За считанные секунды он прижал Сердара к стене, игнорируя сдавленный протест Аси, и сжал предплечьем горло перса.
- Как? – жестко спросил он.
Он не играл в эту игру. Больше нет. И у него больше не было причин злиться на себя. Лео  был прав, в конце концов.
Он должен был знать. Желание видеть лучшее в людях могло бы несколько раз привести к его гибели или, что еще хуже, к гибели товарищей. Он ненавидел это. Да, он ненавидел, что это может быть, плохо пытаться увидеть хорошее в людях. Что оптимистический подход был настолько ошибочным… Но как говорится: осторожность выше прибыли.
- Ты слышал вопрос – металлически повторил китаец – Как?!
Хрипящий голос Сердара сделал его практически не узнаваемым.
- Потому что…
Сердар замолчал. Яню эта пауза не понравилась.
- Потому что… я агент МНК.
Ася вмешалась.
- Отпусти его и дай ему сказать – бросила девушка – Уверенна, что у него найдется объяснение.
Лео и Янь переглянулись. Это им понравилось ещё меньше.

******
Маленький кабинет распорядителя, в котором принял их Роберт Ковальски походил, по мнению Даши, на большую круглую жестяную банку для пряностей, помещенную, среди прочих коробок, в желтый портовый контейнер, которыми в старые времена были забиты сухогрузы. Теперь сухогрузами практически не пользовались и большинству предстояло быть распиленными на метал на таких вот свалках. А контейнеры остались.
В кабинете пахло специями, машинным маслом и было очень темно – горела только одна подвесная лампа, с потолка надоедливо капала вода прямо на пятно ржавчины на металлическом полу. Воздух в кабинете был соответсвенен антуражу – густой и затхлый.
Вдвоем они сидели в гостевых креслах, попивали какой-то наспех сделанный коктейль и рассматривали документы, скрупулёзно поднесённые распорядителем   
- Как вы видите, ваше высочество, документы в полном порядке – сказал Ковальски.
— Это прекрасная весть – бесстрастно отозвалась Эланор – Мы нисколько не сомневались в честности гильдии.
Даша решила, что нужно согласно кивнуть и с её стороны тоже. Она не понимала за кого их приняли, но приняли честно и открыто. Ковальски всё искренне показывал и по-моему вообще не собирался ничего скрывать от заказчиков. А значит он знал, что к нему прилетят и знал, кто прилетит. Включая значит и знание, что прилетит представитель Института согласия и равенства. Он не знал фамилию визитера, а потому несколько удивился, увидев её, Дашу. Девушка задумчиво пожевала губу. Что-то явно происходит и совершенно не простое.
- Прошу передать вашему наставнику сеньору Элиасу, что заказ будет выполнен полностью и в назначенный срок. Надеюсь, дела его идут успешно и сам он здравствует.
Инфанта оторвалась от созерцания документов и прищурилась. В её голове царил полный хаос – Бельтран Элиас являлся наставником сестры. Очевидно, что этот Ковальски спутал двух инфант и принял её за сестру. Это было удачным совпадением для дальнейшего разговора, однако совершенно не обрадовало девушку с точки зрения… ну как минимум вопросов верности семейным узам. Что за нить плела сестра и с какой целью сделала заказ в гильдии разборщиков? Или возможно её наставник сделал заказ от её имени? Эланор очень хотела, чтобы верен был второй вариант. Так или иначе, но она должна это выяснить.
- Простите… вы сказали наставник Элиас? – уточнила Даша немного играя с произношением фамилии.
- Да – кивнул Ковальски – Он ведь наставник инфанты Эланор, верно?
Инфанта сделала всё от себя зависящее, чтобы не удивиться. Как? Как такое может быть?
- Совершенно верно – сказала девушка с большим трудом – Это мой наставник и он в совершеннейшем здравии.
Выходила какая-то сущая ерунда. Выходило, что наставник сестры сделал заказ не от её имени, а от моего имени на партию военных товаров. Но она совершенно четко помнила, что никаких распоряжений на этот счет не отдавала и ей не приносили на подпись ни одного хотя бы похожего документа. Да и не подписала бы она ничего такого. Без санкции отца, кортесы расценили бы подобное только как бунт. Всё это выглядело как скверная шутка.
Даша решила вмешаться в разговор, чтобы поддержать явно запутавшуюся спутницу.
ПРОДОЛЖЕНИЕ
__________________________________________________________
- Позволь уточнить,  - Даша внимательно посмотрела на Эланор, - Если можно… наедине!..
Инфанта, увидев во взгляде сопровождающей ее подруги-ученого не столько массу вопросов, сколько готовность предупредить о возможных непредвиденных ловушках, сразу же поняла, что ее совет явно не окажется лишним. Она перевела взор на несколько напрягшегося возникшей невольной заминкой Ковальски и для полной убедительности заставила себя выдавить очаровательную улыбку. При этом наместница провинции Астурия сосредоточила свое внимание на блестящую лысину хозяина кабинета, что явно ее веселило с самого начала их общения.
- Господин… Ковальски…, - Эланор отлепила взгляд от темечка не самой правильной формы своего оппонента – Если не возражаете, то мы бы….
- Да, да!.. – с готовностью откликнулся Роберт, суетливо попятившись к двери из этой «скорлупы», называемой офисом, - Я все понимаю…, конечно….
- Позвольте…, - перебив собеседника и сделав предупреждающий жест рукой, произнесла инфанта, - Нам не хочется быть столь невежливыми. Останьтесь здесь, а мы… с коллегой… попудрим носики… в дамской комнате…, если она у вас имеется, конечно!..
- Если так угодно…, - непонимающим взглядом Ковальски посмотрел сначала на Эланор, а потом и Дарью, с трудом скрывающую улыбку от его конфуза, - … наша убор… санузел за углом… слева.
Жаль, что с нами нет Штильхарта с Кирсановым, которые одним своим видом могли бы навести ужас на этого слизняка. Хотя он и не так уж прост, как может показаться. Одно то, что он является… партнером, если можно так выразиться, моей сестренки, склонной к интригам с самого детства, уже говорит о многом. И это не говоря об ее наставнике, который с удивительной точностью соответствует наклонностям своей подопечной. Ну, а как же могло быть иначе, если сам отец подбирал своим дочерям достойных воспитателей, руководствуясь лишь одним соображением – чтобы они могли раскрыть в благородных девицах с перспективой их венценосности самые важные склонности, обусловленные самой природой? Тут уж, как говорится, без вариантов.
- Спасибо, - без особых эмоций поблагодарила хозяина этих не самых комфортабельных «пенатов»  Эланор, кивнув головой, после чего жестом пригласила за собой выйти наружу Дарью, - Мы не слишком долго, так что не успеете… заскучать.
- Да, да!.. – снова засуетился маленький человечек с внушительным носом, который на лице выглядел уж совсем монументальным образованием, затмевавшим в первую очередь глаза-щелки.
Выйдя в коридор и осмотревшись по сторонам, Эланор уверенным шагом направилась к тому месту, которое Роберт назвал санузлом.
«Еще не хватало открыто разговаривать в кабинете Ковальски, в котором наверняка есть и прослушка, и видеокамеры, поставленные возможно самим его хозяином!» - пронеслось в голове инфанты.
Войдя внутрь довольно-таки спартанского сортира, (а что, собственно, требовать от этого места с условием особенностей всей этой «милитаристской площадки», где обитают исключительно бруталы в военной форме, не привыкшие к излишествам комфорта?!), девушки обменялись взглядами и одновременно включили воду в двух раковинах.
Эланор вела себя довольно спокойно и уверенно, несмотря ни на пикантность сложившейся ситуации, ни на чрезмерную аскетичность, если так можно выразиться, окружающей обстановки, вишенкой на торте в которой стало их текущее место пребывания. Конечно же, и Дарья не собиралась морщить нос и судорожно искать надушенный плат для освежения вдыхаемого воздуха, полностью соответствующего внешнему виду туалетной комнаты.
«И не такое бывает в жизни. Здесь хоть…, более или менее, безопасно…, пока!..» - с внутренней усмешкой, не отразившейся на их мимике, логично рассудили, не сговариваясь, и практически с точной идентичностью в потенциально вербальном формате обе девушки, обменявшись взглядами.
- Вижу, что у вас… есть вопросы? – тихо спросила инфанта, стараясь говорить таким образом, чтобы звук голоса поглощался шумом вытекающей из двух кранов воды.
- В какой-то момент я почувствовала, что наш… гостеприимный хозяин… тоже стал подозревать нечто подобное, - Раевская, покачивая головой, прикусила нижнюю губу, после чего продолжила, - Если я правильно оценила ситуацию, то ваша сестра ведет двойную игру с вами!..
- Хм!.. – покачивая головой, ответила Эланор, - Фике всегда больше меня стремилась к власти, забыв основной постулат венценосных особ.
Инфанта сделала небольшую паузу, прислушиваясь к внешним звукам за дверью.
- Показалось, - продолжила она, расшифровывая собственное отношение к наследственности престола, - не нужно забывать, что к власти не следует стремиться, а лишь принимать ее в случае необходимости. Все прочие действия не могут привести к счастливому концу. Будет много жертв и печальный итог разочарования, ведь предвкушение всегда превосходит само достижение цели. Но для сестры нет ничего важней престола, а потому она не способна остановить свой необузданный ни родителем, ни наставником нрав.
Эланор осеклась, понимая, что прелюдия слишком затянулась.
- Но вы все прекрасно знаете и так спокойны. – Решила уточнить Дарья, - Неужели, в вашем… с сестрой соперничестве… вы готовы уступить все без… боя?..
- В престолонаследии нет места для потери человеческого облика…, по крайней мере, для меня. Но сейчас нам важно другое. Если произошла ошибка, и мы имеем дело со случайностью в виде нашего неожиданного визита сюда, то это одно дело. В этом случае уместно подыгрывать до последнего момента и готовиться к последующему противостоянию…. – в глазах инфанты блеснули решительные искры, и она на мгновение замолчала. 
- Но есть вероятность того, что это ловко приготовленная ловушка?.. – рассудительно заметила Раевская, воспользовавшись паузой в разговоре.
- Именно!.. – согласно кивнула головой Эланор, погрузившись в воспоминания своего последнего визита в резиденцию Короля Иберии и многих других территорий, ныне входивших в состав Альянса, главой которого он до вступления одной из своих дочерей на престол и являлся, - Мне нужно вам…, Дарья…, кое-что рассказать.

******
За огромным овальным столом из красного дерева с безупречно отполированной поверхностью, выполненного мастерами столярного мастерства несколько веков назад, а потому по праву являющегося бесценной реликвией Престола, сидели все кортесы и обе инфанты. Во главе этого шедевра краснодеревщиков  с резными ножками, инкрустированными драгоценными камнями и позолотой с вензелями и прочими изысканными изображениями и мифических героев, и грозных представителей загробного мира, имеющих общепризнанный вид согласно канону, пребывал на кресле с высокой спинкой Филипп X.
Нужно отметить, что монарх при восшествии на престол должен был получить личностный идентификат Генрих с той нумерацией, которая была положена этому имени в его исторической интерпретации. Однако он настоял именно на Филиппе, причем пропустил «9-ый» номер, следующий за почившем в бозе носителем короны тезкой, посчитав его несоответствующим собственному величию. «Мне нужна ровность чисел, которые имеют значение! А потому согласен лишь на десять!» - заявил он безапелляционным тоном Церемониальному Комитету, который решил не препятствовать настойчивости монарха, который через несколько лет все равно уступит свое венценосное место одной из дочерей. Скандал никому не нужен, а сделать соответствующую запись в талмуде «Королевское древо Иберии» при нынешней-то вседозволенности и разгуле демократии даже в довольно консервативном Альянсе не представляло особого труда.
- Сегодня весь мир сошел с ума, и только… наша великая держава способна уравновешивать баланс сил между ОДН, Сообществом и прочими… не определившимися, которых, вообще-то, почти уже и не осталось!.. – пафосным тоном начал обычное заседание Королевского совета Филипп X.
Присутствующие на Совете кортесы спокойно слушали вступительную речь монарха и украдкой следили за инфантами, которые впервые присутствовали на столь представительном мероприятии. Да, они не обладали правом голоса, а имели лишь совещательное право. Но главное – им предоставлялась возможность влиться в тот самый главный орган Альянса, который принимал все жизнеутверждающие законопроекты и определял внутреннюю и внешнюю политику великой державы, территория которой уже давно вышла за рамки одного континента.
Фике чувствовала на себе липкие и пытливые взоры кортесов, особенно Казначея Идриса, сухого старичка с желчной внешностью, но достаточно крепкого, несмотря на свой возраст, который сама инфанта даже не знала в точности, считая, что тот был в Совете всегда и практически бессмертен, как и сама Корона. Потенциальная наследница Престола только в первые минуты за этим овальным столом, видевшем тысячи и тысячи подобных Совещаний и пережившем столько монархов, сколько их было с момента тех самых легендарных событий Гранады, когда Иберийский халифат пал, уступив право восшествия на престол последователям католической церкви, стушевалась. Но очень быстро пришла в свое обычное состояние, сделав соответствующее усилие над собой. Она мельком вспомнила те самые события, в которых принимала деятельное участие ее прославленный предок Изабелла Кастильская, ставшая родоначальником введенного в Королевстве матриархата, из-за чего, собственно, сегодня она и присутствовала здесь со своей сестрой.
Очень быстро в голове Фике возник четкий образ первой монархини Иберии, который она хорошо представляла по картинам с ее изображениями, в достатке представленном и в ее собственной резиденции, не говоря уже о Правительственном Дворце в столице Альянса. Но уже через несколько мгновений инфанта сосредоточилась на изучении мимики кортесов, прекрасно понимая, что поддержка отца в Совете имеет лишь мимолетный характер. Главное же на будущее – нужно заручиться союзом с самыми влиятельными кортесами. Ведь именно они достанутся Овальному столу от Короля, играющего сейчас роль лишь в качестве регента, тогда как очень скоро вся власть Престола перейдет к настоящей правительнице. И этот переход власти к одной из инфант во многом будет зависеть от мнения присутствующих в Совете советников монарха.
Периферийным зрением, прекрасно натренированным ее наставником, понимающим, сколь важно в присутственных местах не отсвечивать с глупыми улыбками на лице в попытке произвести сиюминутное впечатление, а именно наблюдать, Фике принялась изучать физиономии кортесов по их мимике. В этой попытке представить, хоть и поверхностный, но все-таки психологический портрет возможных соратников по борьбе за Корону она достаточно преуспела, так как имела не любительское, а практически профессиональное знание по разоблачению внутреннего состояния человека, его…, так сказать, эмоциональной карты, которую невозможно фальсифицировать даже опытным в политике людям.
В то же самое время Эланор, прекрасно прочитав состояние сестры и поняв ее «созерцательное» намерение, сама вспомнила о своей прославленной великой бабке с десятками приставок «пра», соответствующими количеству смененных после нее поколений. Но в отличие от Фике она не стала наблюдать за кортесами, понимая, что для них представляет тоже особый интерес, а сосредоточилась на обсуждении политической повестки.
- Уважаемые кортесы, вы видите, что сегодня на Совете присутствуют обе инфанты. Это их дебютный ежегодный визит перед коронацией – правило заведенное еще самой Изабеллой Кастильской. И их мнение мы обязательно заслушаем!.. – монарх окинул взором всех присутствующих, чтобы усилить акцент на сказанном, после чего продолжил с тем же торжественным видом, словно речь шла о великом триумфе, а не рутинной теме с явно идеологическим окрасом, - Но сейчас я готов выслушать всех вас… по порядку. Хочу, чтобы все высказались по нашей стратегии на десять лет в контексте… сотрудничества Альянса в первую очередь с ОДН, который уж слишком активно внедряется на все сопредельные нам территории во всем мире. А это, как вы понимаете, не может нас не тревожить.
Филипп X кивком головы разрешил  начинать обсуждение затронутой повестки старшему из советников Правления – Идрису. Ведь, несмотря на его максимальную погруженность именно в финансовые вопросы, он прекрасно владел и всеми международными делами, так как те, как ни крути, а всегда из даже гипотетических форм материализуются в издержки казны, строго контролируемые кортесом.
- Ваше величество, коллеги!.. – главный финансист Альянса неторопливо обвел всех своим цепким взглядом, который вопреки возрасту отличался проницательностью, ощущаемой любым из его собеседников. Усиливал образ и его желчный вид, явно исходящий из физиологической особенности организма вне зависимости от возраста, - Амбиции наших оппонентов…, Объединенных… демократических… наций… всем хорошо известны. А потому нет необходимости говорить о нашей бдительности на внешнем периметре. Но ведь весь мир сегодня намного больше ОДН. А потому не вижу другого пути, как налаживать связи с Сообществом, которое после Последней войны, хоть и стало несколько менее влиятельным, чем некогда Глобальный юг с его практически бесконечными ресурсами, но… все-таки… обладает и репутацией, и реальными возможностями. Достаточно сказать…, что наш совокупный бюджет не многим уступает этим… «прогрессистам».
Последнее слово Идрис произнес с особенным акцентом, скислив физиономию, от чего и так бледное и морщинистое лицо покрылось множеством возрастных сеточек и складок, словно старинный пергамент.
Монарх жестом руки, молча, передал слово Франсиско – главе службы безопасности и верховному главнокомандующему Альянса.
- Наш долг усиливать оборонную мощь нашей монархии!.. – с видом рьяного патриота и на повышенных интонациях заявил старый вояка, словно сейчас выступал перед войском, построенным в развернутом порядке для предстоящей битвой с превосходящими силами врага, - ОДН напирает и явно не собирается сбавлять своей мощи. Союз с Сообществом…, предусматривающий полноценное участие в сохранении неприкосновенности совокупных границ наших держав, существенно облегчил бы нашу задачу, ваше величество.
Эланор с трудом сдержала улыбку после выступления Франсиско, который явно выучил заблаговременно приготовленную реплику. И это не удивительно, ведь среди присутствующих именно ему труднее всего давались разглагольствования на политические темы, которые для него всегда сводились к потенциальному военному противостоянию. Да, его военная выучка и опыт были бесценными для Альянса. Вот только все эти бесконечные политические игры и интриги, преследующие своей целью не столько выработку стратегии на будущее, сколько отсрочку неминуемого, так как все, так называемые, «партнерские» отношения еще никогда не отличались постоянством в виду быстро изменяющейся диспозиции в мире, ему явно были не по душе. И это было хорошо известно всем присутствующим. Хороший исполнитель не может быть и грамотным политиком. Это та самая догма, которую следовало усвоить в первую очередь будущему монарху. И Эланор данное утверждение сразу же поняла, хотя и не могла пока выразить в точной форме, но уже отложила на уровне бессознательного восприятия в своей подкорке.
- Ваше величество, господа!.. – прозвучал твердый и уверенный голос Кадони – кортеса, отвечающего за внешние связи Альянса, - Хоть на шахматной доске мирового политического устройства сегодня и представлено три основных игрока, но, по моему глубокому убеждению, нельзя все сводить лишь к ставке на объединение с Сообществом.
Кортес окинул беглым взглядом других присутствующих, включая монарха и инфанту Фике, задержавшись на мгновение лишь на лице Эланор, что та непременно и заметила, расценив данный знак внимания не просто некоей симпатией к потенциальной главе кабинета Правительства, сколько к возможному союзнику. Ведь при выборе из двух вариантов, ставку необходимо делать заранее…, намного раньше официальной коронации. Инфанта прекрасно понимала, что сейчас происходит за этим Овальным столом. И это ее наблюдение сразу же стало тем краеугольным камнем в выстраивании общей конструкции величественного здания под названием «Правление Альянсом». Да, сейчас это было больше похоже на мечтания юной особы, которую готовят к чему-то величественному, но не очень-то осязаемому на данном этапе. Однако без этих, на первый взгляд, мелочей просто невозможно возвести и будущую махину, ведь вся многоуровневая и довольно сложная в построении и последующем управлении система зиждется на совершенно четких ребрах жесткости, олицетворяемых совершенно конкретными личностями с их определенными интересами и способностями.
- Нам нужно больше…. сосредоточиться на Великоруссии!.. – сделал совершенно неожиданный для всех…, кроме разве что самой Эланор, вывод Кадони, переведя вновь задержавшийся на ее лице взгляд на Филиппа X.
- Хм!.. – почесал подбородок с аккуратно подстриженной клинообразной бородкой монарх, - Очень интересно…, если учесть, что именно Рось является одним из столпов ОДН… после Последней войны!.. Пожалуйста, обоснуйте свое предложение…, господин Кортес.
- Ну, здесь-то…, как раз все просто!.. – с готовностью принялся разъяснять Кадони, продолжая посылать в адрес Эланор, хоть и едва заметные, но довольно концентрированные взгляды, что она не замедлила и отметить про себя, -  Наши… оппоненты, если можно так назвать «прогрессистов» с их тривиальной повесткой…, готовы к тому, что мы усилим свои действия на политической арене в сторону Содружества. Это их, кстати…, не только ни поставит в более уязвимую позицию, но… при определенных условиях даже может усилить по отношению к нам!..
- Позвольте!.. – не выдержал Кадони, вопросительно посмотрев на Филиппа X, который кивком головы разрешил продолжить говорить распалившемуся сухощавому старику с блестящим от возбуждения взглядом, - Как можно всерьез рассматривать такую авантюру?! Великороссия во главе с Покровской не способна сотрудничать ни с кем, кроме ОДН, с которыми у нее сложились очень прочные связи. Это немыслимо! Рось готова только диктовать свои условия, полностью совпадающие с другими глобалистами, «прогрессистами». Этот выбор они сделали сразу по итогам Последней войны и уж точно не станут менять такое решение. Что и отличает великорусов от других наций, входящих с ними в один Союз, так это то, что они твердо придерживаются своих обещаний, тем более заключенных на бумаге. Это и заслуживает уважения, и упрощает отношения с ними для всех остальных… крупных держав. Здесь тупик… и только тупик!
Глава кабинета Правительства перевел взгляд с говорившего кортеса на Кадони, который в сложившейся ситуации выступал оппонентом для большинства присутствующих за Овальным столом. И лишь Эланор сразу же почувствовала в лице этого более смуглого сверх природной склонности крепкого мужчины среднего возраста с приятной улыбкой, отражавшейся на лице лишь кончиками губ и лучистым взглядом, истинную силу в решении, казалось бы, самых сложных вопросов.
Да, он сможет сейчас уложить на лопатки всех этих самоуверенных павлинов, распушивших перед родителем свои хвосты в желании предстать перед ним в виде истых защитников интересов Альянса. Эланор бросила быстрый взгляд на сестру и увидела в нем лишь презрение к личности Кадони. Ну, вот и все!.. Мы с Фике практически с первого заседания Совета уже сделали свои ставки. Какая же все-таки она… предсказуемая. Уже, наверное, собирается за моей спиной договориться с тем же Идрисом и Франсиско на будущую лояльность по вопросам, которые могут затрагивать их взаимные интересы. Все просто и очень печально, так как тут налицо лишь личная выгода, что для любого правителя и недостойно, и слишком глупо. Ведь лучшие представители самодержавия во все времена были именно бескорыстными и несли свой крест смиренно, руководствуясь лишь государственными потребностями.
- Именно так и считают глобалисты, не ожидая от нас попыток наладить отношения с Великоруссией, что очень беспечно. Да, Рось входит в состав ОДН, а ее Президент отличается прогрессивными взглядами. Но ведь это не та непреодолимая преграда, от которой нужно держаться подальше. История этой великой державы говорит о том, что она всегда балансировала между Востоком и Западом. Это записано в их национальном коде и традициях. И это нельзя стереть лишь росчерком пера на международных политических актах. – Глава внешнеполитического ведомства в очередной раз бросил красноречивый взгляд на Эланор, и та осмелилась даже кивнуть головой, что не укрылось от монарха.
- Нам нечего им предложить!.. – сухим тоном воскликнул Франсиско, получив перед этим разрешение говорить от Короля, кивнувшего на его зрительный вопрос головой, что в подобных случаях было закономерно, - Великоруссия слишком милитаризована, чтобы заключать сделки с менее слабыми сторонами противостояния. А именно так они и расценивают сейчас нас, сравнивая экономический и военный потенциал с глобалистами.
- Есть что ответить? – наконец-то подал голос Филипп X, внимательно посмотрев на Кадони.
- Предлагаю разыграть партию с Сообществом. Сделаем вид, что мы активизировались на этом фронте, а сами не слишком-то афишируя, попробуем наладить контакт с Великоруссей. Начать можно и с культурной повестки, главное в нужный момент предложить на самом высоком уровне сотрудничество в научной сфере. Предложить можно и наши разработки в области генной инженерии или медицины. Да, это не инновации в оборонке, но и этого может оказаться достаточным, чтобы заинтересовать Кабинет Покровской. Уверен, что в ОДН отношение к их стране исключительно потребительское, что не может по своей сути устраивать на сто процентов. – Кортес протянул руку к прозрачному стакану с водой, чтобы промочить горло после довольно продолжительного спича.

******
Дарья дотронулась до предплечья Эланор, которая на некоторое время буквально застыла в безмолвии, явно погрузившись в мысленные рассуждения или воспоминания.
- Извините!.. – спокойно произнесла Раевская, - Но у нас не так уж много времени. Пока они не стали искать пропавших гостей.
- Да, да!.. – словно выныривая из глубины ретроспективы, слегка охрипшим голосом отреагировала инфанта, - Просто вспоминала кое-что по нашей… теме!..
- Не правильно было бы сейчас не торопиться и взять паузу с отгрузкой? – Дарья проницательно посмотрела на собеседницу, понимая, что ситуация требует более тщательного анализа, а не принятия важного решения впопыхах.
- Если слишком сильно изменить план отгрузок, то это точно вызовет много вопросов у Ковальски, и он не преминет проконсультироваться с Бельтраном, что… - покачивая головой, как бы рассуждала вслух инфанта, - … может нам только навредить, но можно….
Эланор сделала паузу, и ее лицо просветлело в осенившей догадке.
- Кажется, я понимаю, о чем вы подумали!.. – воспользовалась паузой Раевская, тоже улыбнувшись кончиками губ и лучистым взглядом, - Ведь речь идет о… том, чтобы… просто забюрократить… перечень отгружаемых видов товаров…, например. Просто сделать паузу на консультации и все такое….
Эланор ободрительно кивнула головой и тут же прислушалась к едва уловимому шуму где-то рядом с дверью со стороны коридора. Она приложила указательный палец правой руки к губам, что на языке жестов практически всех цивилизованных народов с незапамятных времен означало лишь одно – призыв к тишине.
Дарья кивнула головой в знак понимания и тут же передумала делиться мыслями в более развернутой форме. Она подошла к раковинам и поочередно выключила оба крана.
- Ну, кажется, я закончила…, Фике!.. – громким и бодрым голосом проговорила Раевская, подмигнув глазом, словно заправская интриганка.
- Да и я тоже!.. – с готовностью отозвалась инфанта, улыбнувшись в знак одобрения предложенному новой знакомой, уже вызывающей у нее полное доверие, началу игры, - Пора возвращаться в кабинет нашего… партнера, а то он нас, наверняка, успел потерять.
- Уверена, что Кова… Роберт нас прекрасно понимает, как и положено настоящему джентльмену. Мы же… женщины, а это многое объясняет!.. – с ухмылкой на лице сказала Дарья, приближаясь к двери и берясь за ее ручку.
При этом она глазами и кивком головы указала куда-то вверх, давая понять своей спутнице, что в том направлении и находится по ее мнению тот объект, который издает шум. И, конечно же, это не человек, что в данной ситуации было бы не слишком конспиративно, а некое техническое устройство типа малошумного дрона с прослушкой и оптикой.
Да, весь свой мыслительный процесс Раевская не могла передать инфанте на уровне мимики и жестов, однако та быстро и сама догадалась, что означает этот вневербальный язык, предложенный ее великорусской партнершей, тоже кивнув головой и медленно прикрыв глаза верхними веками.
Игра началась. Причем цена ошибки может довольно дорого стоить, но выбирать не приходилось. Лишь способность сохранять спокойствие и уравновешенность давали сейчас девушкам, и в первую очередь Эланор, некое подобие преимущества перед оппонентом, который явно тоже насторожился после их ухода для конфиденциальных консультаций. Ведь сама по себе отгрузка была для Ковальски обычной рутиной, хоть и касалась столь важных персон в лице заказчика. А потому первым делом как только остался один в своем офисе-контейнере он быстро приблизился к своему рабочему месту и нажал на утопленную в нижней, обратной части столешницы кнопку, которая привела в действие механизм, выдвигающий скрытую панель с тут же развернутым в формате 3D экраном. Появившемся не в традиционном проекционном, а именно голографическом виде. Причем видимых источников воспроизведения изображения, висящего в воздухе, не было и в помине. Хозяин кабинета довольно хмыкнул и нажал несколько сенсорных кнопок на панели. И тут же в воздухе, буквально из неоткуда, повис едва слышимый дрон в виде механического шмеля или чего-то отдаленно напоминающего этого представителя класса беспозвоночных членистоногих животных. С той лишь разницей, что этот летающий механизм из разряда чудо-техники времен Последней войны был довольно крупным для своего среднестатистического прототипа.
- Посмотрим, что вас так удивило…, принцесса!.. – тихо пробубнил себе под нос Ковальски, доставая из верхнего кармана довольно помятого льняного пиджака-куртки видавший виды платок и оттирая им блестящую от испарины лысину.
Дрон, получив координаты цели, тут же покинул кабинет, воспользовавшись для этого услужливо приоткрытой оператором дверью. Да, Роберт не хотел, чтобы этот поисковый дрон, оснащенный всем необходимым «фаршем», воспользовался бы вентиляционной шахтой, которая была в не самом идеальном состоянии, что могло иметь и свои риски, и возможность проникновения прямо в санузел, чего он не хотел допустить. Достаточно было со стороны коридора зависнуть над притолокой у входа, чтобы принять акустический сигнал в любом виде с последующей расшифровкой всего его спектра. Однако шум воды полностью  поглощал звуки. Метод очень простой и достаточно эффективный в данном случае. И ведь подстраховаться оптическим считыванием мимики и движения губ не было возможности из-за понятной оптической преграды, разделяющей коридор и санузел. Получалось, что Ковальски просто не мог получить в данной ситуации никакой подсказки, что явно было для него проблемой. И дело заключалось не только в том, что ему всегда нужно было иметь страховку даже на, казалось бы, самый простой вид отгрузки, а интуиции, которая за время работы в этом достаточно рискованном со всех точек зрения бизнесе никогда не подводила его. А сейчас эта самая интуиция буквально вопияла о захождении в область сложного «маневрирования», когда заказчик мог стать не столько источником приличного дохода, сколько проблемой, отражающейся на самой главной человеческой ценности – жизни.
Роберт старался усиленно разобраться в ситуации. Что могло насторожить инфанту в отгрузке? А в том, что она напряглась, хоть и всеми силами старалась скрыть это, он был уверен на все сто процентов. Конечно же, можно было спросить напрямую у Бельтрана Элиаса, но ведь это не гарантировало того, что он получил бы прямой ответ. Возможно, он может стать тем самым крайним… звеном в какой-то скрытой схеме, когда им просто пренебрегут, как неизбежной издержкой. И этого Роберт хотел избежать в первую очередь. Следовало не торопиться, а просто наблюдать. Это правило он знал с самого начала погружения в основы данной коммерции, имеющей очень много подводных течений и рифов, если уж и использовать морскую тематику в качестве описательных образов.
Ковальски в очередной раз вытер вспотевшую лысину и, достав мобильный кнопочный телефон, когда-то считавшийся верхом техно-моды и самым продвинутым средством связи, а сейчас исключительно безопасным для своего обладателя, набрал текстовое сообщение, которое тут же и скинул невидимому абоненту.
Теперь следовало проявить выдержку и просто ждать информацию. И многое зависело от того, что скажет инфанта после своих странных консультаций с помощницей, очень похожей на представительницу Великоруссии. Все-таки Роберт, несмотря на серьезный генетический микс, доставшийся в наследство от его предков, имел и славянские корни. А они-то нет-нет, а и давали о себе знать в самых разных проявлениях когнитивности. И сейчас это выразилось лишь в том, что он безошибочно определил этнос Раневской, что его несколько удивило с учетом всех нюансов этой сделки. Ведь в структуре приближенной к Короне Альянса представителей Роси было, мягко сказать, маловато.
Мыслительный процесс Роберт сопроводил еще одним нажатием кнопки под столешницей рабочего места, сопроводившейся исчезновением голограммы. Теперь дрон, оснащенный искусственным интеллектом, в режиме полной самостоятельности, исключающей связь с оператором, должен был собрать максимум фиксированной инфы и выложить ее на удаленный сервер. Процедура стандартная и предусмотренная протоколом.
Ковальский с задумчивым видом сел на свое место и положил на стол рядом свой кнопочный телефон. А уже через несколько секунд его экран загорелся, возвестив, что пришло сообщение от того самого абонента, которому он недавно послал собственный запрос.
Открыв текстовое извещение от некоего «Рябого», Роберт прочитал с экрана следующее: «Принято, уже отправил своих людей», - после чего прикусил нижнюю губу и на несколько секунд задумался, убрав со стола мобильник во внутренний карман пиджака.
А уже через несколько секунд в кабинет вошли Эланор и Дарья. Обе девушки излучали позитивный настрой, что заставило Ковальски еще раз принять в качества руководства к действию именно осторожную неторопливость.
- Я тут еще раз просмотрел документы на отгрузку и хочу сказать…, - сухощавый мужчина маленького роста потер огромный нос тыльной стороной ладони, после чего продолжил, - … что мы могли бы дополнить ассортимент некоторыми позициями, к которым ваш наставник….
Ковальский испытывающим, но не очень пристальным взглядом посмотрел на Эланор после чего добавил:
- … проявляет всегда повышенный интерес. Единственно… мне нужно для этого некоторое время. Как вы к этому отнесетесь?
Дарья с блуждающей улыбкой посмотрела на инфанту. И в ее взгляде та прочитала  не полное удовлетворение, которое, казалось бы, было логично в текущем раскладе, а некую настороженность.
- Давайте так!.. – еле уловимо кивнула головой Раевкой инфанта, - Если вам нужно время, то мы… можем подождать в разумных пределах. О каком сроке идет речь?..
- Не думаю, что вы успеете заскучать на… нашем острове, ваше высочество!.. – уклончиво ответил Ковальски, стараясь бегающими глазками не встречаться со взглядом инфанты.
- А еще говорят, что только женщины на вопрос «Сколько времени», как правило, отвечают в своем стиле – «Много» или «Мало еще» в зависимости от контекста!.. – хмыкнула Эланор, бросив быстрый взгляд на Дарью, в котором та прочитала, что все идет по их собственному плану.
- Ваше высочество!.. – принялся оправдываться обладатель огромного носа, несоразмерного с собственной антропометрией, - Вы же понимаете…, для меня большая честь работать с вами… и вашим наставником, а потому… я по мере сил… стараюсь выполнить все ваши… запросы. Уверяю, что промедлений не будет. Я буду держать вас в курсе происходящего.
- Ну, что ж!.. – покачивая головой, произнесла инфанта, искусственно изображая на лице еле скрываемое неудовольствие, - Если по-другому нельзя, то… вынуждена согласиться на небольшую отсрочку с отгрузкой. Получается, что вы будете переделывать документы и визировать их все заново в портовских и прочих… инстанциях?..
- Все верно!.. – промямлил Роберт, непрерывно оттирая вспотевшую лысину, что в данном случае свидетельствовало о чрезмерном волнении, - Но я обещаю, что все произойдет оперативно.
- Надеюсь!.. – уже вовсе не скрывая своего негодования, выразила Эланор, сопроводив свое высказывание очень красноречивым взглядом в сторону хозяина кабинета, - До свидания, господин Ковальски. Жду от вас… только хороших новостей.
С этими словами Инфанта двинулась к двери.
- До свидания, ваше высочество, мадам… госпожа… Дарья!.. – смущенно продолжал мямлить Ковальски, осознав в последний момент, что не запомнил или даже не слышал фамилии сопровождающей принцессу девушки.
- Всего хорошего!.. – пытаясь соответствовать моменту, не самым доброжелательным тоном ответила Раевская, даже не удосужившись окинуть на прощание взглядом смущенно Роберта.
Ковалевский суетливо бросился к двери, открыв ее резким движением и замерев на месте, словно дворецкий при провожании высоких гостей из своего особняка.

******
Янь отпустил шею перса.
- Говори! – грозным тоном велел он.
- Только содержательно! – с готовностью подхватил Лео, – Мы не любим, когда нам лапшу вешают.
- Вы все… не так поняли!.. – дрогнувшим от испуга голосом произнес иранец, на голове которого съехала набок его видавшая виды чалма.
В глазах Сердара читался испуг, смешанный с разочарованием. Его очки упали на пол от чрезмерной активности Яня, поэтому Мишель, приблизившись к остальной группе, с трудом и шумной одышкой нагнулся и взял их в руки. Потом он выпрямился и похлопал по плечу своего китайского друга, водружая на переносицу перса его мощные окуляры в роговой оправе.
- Ты бы, дружище, не слишком усердствовал с нашим… шпионом!.. – хриплым голосом произнес Голицын, рукой отодвигая Яня от иранца и давая тому, хоть немного прийти в себя, после чего обращается уже к нему самому – Надеемся, у тебя есть, что сказать нам. Иначе…, сам понимаешь!..
- Кажется, тут и так все понятно!.. – хмыкнула Ася, в глазах которой читалась лютая ненависть к предателю, - И как только ты можешь жить с такой мерзостью на душе? А я ведь раньше считала, что Иранская ячейка джихада в Кашмире такая же крутая…, как «Красный меридиан». И так ошибиться!..
Последнюю фразу девушка произнесла с особым акцентом, указывающим на ее полное разочарование в идеалах местного революционного движения, что и сопроводила презрительной усмешкой в адрес Сердара.
- Друзья, вижу, что у вас сложилось…. - снова залепетал иранец, не столько стремясь оправдаться, что уже, и так было понятно, стало невозможным, сколько получить небольшую оттяжку времени, чтобы сосредоточиться на новых обстоятельствах.
Услышав снова невнятные отговорки перса, Морган не выдержал и влепил ему подзатыльник, отчего чалма еще больше съехала набок, чудом продолжая удерживаться на большой голове, словно приклеенная навечно.
- Тебе сейчас не отмазки лепить нужно, чудило, а очень внятно и подробно объяснить ситуацию. Теперь наша жизнь может зависеть от тебя, что мне совершенно не нравится. А потому пока дыши…, ведь ты наша зацепка в этой дыре… на собственное выживание. – Пилот явно не был рад собственным словам, но это была чистая правда.
К тому же только гарантия личной безопасности, судя по всему, могла мотивировать Сердара на, хоть какую-то откровенность, что теперь стало понятно и всем членам группы Покровской-младшей. А что именно Анастасия стала негласным лидером, по всей видимости, признавали все, даже не сговариваясь. И дело сейчас было вовсе не в ее опыте по части разведки и добывании информации или хакерских способностях. Да, у нее был оперативный стаж в предыдущих акциях, о котором знали Лео и Мишель. Но лидерских качеств оказалось даже больше, несмотря на возраст, а она в их команде явно была младшей, но именно в способности логически мыслить и принимать трудные решения, отличающиеся своей оптимальностью и эффективностью.
- Мне трудно… признать вам!.. – сделал первую попытку к признанию иранец, поочередно бросая взгляды на всех присутствующих, и особенно выделяя Асю, сразу уловив, что именно ее решение сейчас для него будет самым решающим, - Думаете, что я предал своих товарищей из-за выгоды или… шантажа… этих уродов из ОДН. Да, мне, как и всем членам ячейки… не важно, как умереть за правое дело – лишь борьба с «прогрессистами», убивающими планету, имеет значение.
- Очень убедительно!.. – фыркнул со скепсисом на лице Янь, - Видимо, ты такой бесстрашный, что продал своих побратимов врагу, не очень-то раздумывая об их собственной участи.
- Нет-нет!.. – с ужасом в округлившихся глазах, казавшихся еще более огромными из-за мощных диоптрий, воскликнул Сердар, поправляя могучий головной убор на себе, - Это вовсе не так, а наоборот!..
- И как же?.. – полюбопытствовала с презрительной усмешкой Ася, прищурившись, - Видимо, нам нужны объяснения!..
- Не торопите его!.. – вмешался Мишель, внимательно следя за разговором и настроением иранца, - Сейчас он нам все объяснит. Вы же видите…, что ему просто нужно собраться… с мыслями.
Довольно продолжительная фраза с учетом всего эмоционального окраса ведущегося разговора и сложившейся патовой ситуации далась не очень-то и легко Голицыну, поэтому он, закончив свою мысль, сосредоточился на восстановлении дыхания, понимая, что только поверхностное апное, сопровождающееся ровным ритмом, обеспечит оптимальный расход живительной смеси в баллоне. И для избавления от стридора сейчас требовалось просто расслабиться, что в текущей ситуации было не так уж и просто.
- Сердар!.. – стараясь быть максимально непристрастной, обратилась к иранцу Ася, вняв пожеланию Мишеля, - Нам нужно знать… для начала, чем тебя зацепили «оденовцы»? Родственники, компромат или что-то еще?.. Где твоя болевая точка?..
- Нет-нет!.. – замотал головой представитель Иранской ячейки, - Никто меня не шантажирует. По крайней мере, в наших отношениях с моими… кураторами… с той стороны пока не звучали угрозы, лишь материальная… сторона.
- Значит, ты продажная сволочь! – замахнулся на пленника Янь, с трудом сдерживая себя из-за пристального взгляда Покровской-младшей, сразу почувствовавшей, что все дело вовсе не во взятках и корысти перса, а чем-то совершенно ином.
- Послушайте!.. – Сердар вновь обращался, в первую очередь, к девушке, - У меня нет никаких капиталов, если вы об этом. Все полученные деньги я тратил всегда на нужды наших братьев. Это совершенно не важно, хотя и помогает нам в некоторых моментах, ведь никто не отменял….
- Кончай уже нам лапшу на уши вешать!.. – бесцеремонно перебил мужчину в чалме и очках Морган, перед этим бросив быстрый взгляд на Анастасию, - Говори по сути, а не всю эту… ахинею и рассуждения. За что тебя зацепили?
- Я сам предложил сотрудничество!.. – тихим голосом проговорил перс, глубоко вздохнув, - Был момент, когда нашу ячейку могли просто уничтожить из-за… провала нескольких операций подряд и ареста нескольких товарищей. И тогда я принял решение, что нужно….
Сердар сделал паузу со скорбным видом, как бы заново переживая те события и все сопряженные с ним принятые решения. На его лице выразилась некая печаль, которую нельзя подделать искусственно, и которая подтверждала его озабоченность сложностью выбора.
- Что-то все это похоже на простые отговорки, - с нескрываемым скепсисом выразил свое мнение Янь, переглянувшись с Лео, стоявшим с другой стороны от перса и критически выслушивая его объяснения.
- А неплохо придумано…, если честно!.. – решил подать голос Голицын, успевший восстановить дыхание.
- Но как все сейчас работает? Ты сливаешь им липу? Но тогда они очень быстро тебя разоблачат…, и все!.. – с интересом посмотрела на Сердара девушка.
- Нет-нет! – затряс головой по сторонам иранец, отчего даже очки съехали с его переносицы на кончик носа, - Липа – это же фальшивка, да?..
- Догадливый!.. – ответил за соотечественницу Голицын, прекрасно понимая, что в их интернациональной кампании только он и Ася могли с точностью знать такого рода лингвистические нюансы.
- Мне приходится говорить правду или… часть правды,  чтобы это выглядело естественно!.. – кивая головой, стал рассказывать о задумке перс, неотрывно смотря на Анастасию, - Нужно по-настоящему заинтересовывать кураторов незначительными сведениями и обещать… в будущем сдать более важные сведения.
- Но так ведь долго не сможет продолжаться. К тому же могут пострадать и твои товарищи!.. – с недоумением произнес Янь, с недоверием смотря на Сердара.
- Это моя ответственность, и пока все получалось. Причем за выигранное время мы смогли поменять свои дислокации и предупредить агентов, которые могли бы оказаться скомпрометированы. Короче говоря, это… мнимое предательство принесло много пользы!.. – не без гордости в голосе произнес иранец и блеснул глазами на Яня, выдержав его не самый одобрительный взгляд.
- Тогда у меня другой вопрос!.. – грозно нахмурил брови Лео, стараясь не смотреть на Покровскую-младшую, уже поняв, что она доверительно относится к их пока еще арестанту, - Как ты им обосновался? Какая легенда такого… поведения?..
- Тут все просто!.. – хмыкнул перс, блеснув глазами сначала на Моргана, а потом и Яня, - Я сказал, что имею косвенное отношение к «Красному Меридиану», который, как это и понятно, является не столько помощником, сколько конкурентом Иранского сопротивления.
Сердар тяжело вздохнул, понимая, что затронул довольно щепетильную тему.
- Всегда знал, что в Кашмире к нам относятся не очень дружественно!.. – презрительным тоном произнес китаец, явно близко к сердцу приняв суровую данность.
- Но как же сопротивление единому врагу? Типа…, враг моего врага… - это друг!.. – поинтересовался больше для проформы Лео, взглянув на Асю, которая о чем-то задумалась.
- Мы готовы помогать нашим братьям из «Красных»… товарищей, только зачастую и они сами не слишком-то рвутся поддержать наши боевые операции, хотя бы разведданными. Вообще-то, наше всемирное сопротивление с ОДН  не отличается серьезной консолидацией. Пока мы действуем разрозненно, чем и облегчаем нашим… врагам… их борьбу с нами же!.. – печальным голосом выразился на болезненную тему Сердар и замолчал, опустив взгляд вниз.
- Ладно!.. – похлопала по плечу иранца Ася, - Ты складно все обосновал. Мне, конечно, еще нужно справиться со своими эмоциями насчет твоего… отношения к нашей группе.
- Ты…, хоть понимаешь, что нас из-за тебя могли, как минимум…, кончить, а как максимум – взять в плен и пытать? И это, по-твоему, небольшая жертва?.. – снова стал злиться Янь, сурово сдвинув брови.
- У меня был план… сдать вас, а потом… получить доступ к истребителю и…, возможно…, «Покрову». А это позволило бы рассчитывать и на ваше вызволение из плена в последующем, и…, вообще!.. – в голосе иранца слышалось сожаление о таких жертвах, тем более что сейчас это касалось совершенно конкретных жизней товарищей, а не каких-то гипотетических издержках с минимальными рисками.
- Особенно впечатляет это… «вообще»!.. – брезгливо выразился пилот и скривил физиономию, бросив взгляд на Асю.
И девушка сразу же поняла такую реакцию. Она прекрасно знала бесстрашие Лео, который был готов каждую минуту своей жизни расстаться с ней. Его лишь заботило то, каким именно образом он может сложить голову, ведь его мужественный характер не подразумевал спокойного отхода в мир иной в глубокой старости на смятом одре из-за банальной дряхлости организма. А теперешняя реакция свидетельствовала лишь о его переживаниях на счет, в первую очередь, самой Аси, испытывая к ней смешанные чувства, сродни и романтической привязанности, которую он старался не выражать никакими конкретными действиями, и крепкой дружбе соратников по оружию.
- Ладно, проехали!.. – стараясь выглядеть как можно беспечнее, произнесла Покровская-младшая, - Ты лучше скажи, как сейчас отсюда лучше выбраться, и что будешь делать потом. Ведь теперь тебя разоблачат, когда станут разбираться, куда мы исчезли?..
- О последствиях можете не беспокоиться. Готов работать и дальше двойным агентом. По сути-то, ничего не меняется, если разобраться!.. – логично рассудил перс и первый раз за время их разоблачающего разговора улыбнулся кончиками губ.
- Как это? – с непониманием спросил Янь, который внимательно следил и за ходом общения, и за посторонним внешним шумом, который мог свидетельствовать о приближении опасности.
- Это уже не двойной, а какой-то тройной агент!.. – с сарказмов в голосе констатировал факт Лео.
- Сейчас я вас отсюда выведу, а потом уже и решите, как поступить!.. – более уверенным тоном произнес Сердар и вопросительно посмотрел на Анастасию.

******
Казалось бы, хорошо знакомые улицы Кабо-Кабо встретили Штильхарта и Кирсанова не самым дружелюбным образом, хотя бы потому, что здесь все было пропитано ненавистными «западниками», уж если вспомнить идентификат эпохальных истоков возникновения глобалистов.  Решив на первых порах не очень-то отсвечивать перед представителями официальной власти, которая после полного разгрома «Зеленого фронта» уже полностью находилась под влиянием ОДН, этот тандем уже не самых молодых парней решает посетить городской парк возле центрального пляжа, где лет пятнадцать назад они частенько прятались в тени раскидистых крон могучих деревьев. Да, по формальному признаку этот экзотический остров Черного континента все еще мог внатяжку считаться суверенным, но всем же и так было понятно, что, несмотря на отсутствие договорных союзнических отношений с ОДН, данная райская юдоль полностью контролируется «прогрессистами» со всеми, как говорится, вытекающими проблемами.
- Кирсанов, тебе здесь, хоть что-то знакомо? Ну, хоть на каком-то глубинном уровне?.. Запах, движение воздуха, прохожие? Должно же как-то все это… - Флориан коротким жестом указал на окружающий их пейзаж, - … что-то шевельнуть у тебя… внутри.
- Мы, наверное, зря оставили… девушек без присмотра!.. – пропустив мимо ушей слова швейцарца, отметил Андрей.
Он уже стал привыкать к своему имени, но только в минуты полной безмятежности, когда не чувствовал никакой приближающейся опасности. А сейчас он не был уверен в этом. С одной стороны, рядом с Штильхартом ему, действительно, было как-то спокойно, что не совсем объясняло такую привязанность, ведь даже в Убежище… по тем отрывкам памяти, которые уцелели…, ему ни с кем не было комфортно до конца. И это, несмотря на, казалось бы, идеальные условия существования, пока не открылась та самая ужасная изнанка Вознесения.
А с другой – этот странный швейцарец, затерявшийся в Африке, представлял собой набор самых противоречивых качеств, что не могло не напрягать. Они уже стали общаться довольно доверительно, и сейчас Кирсанов многое узнал о себе из того, что, по мнению самого Флориана, было наиболее важно для него. Первая скованность в отношениях стала постепенно уступать подобию дружеских отношений. Причем сам недавний узник подземелья временами воспроизводил в уме указанные собеседником данные, которые какими-то отрывочными картинами даже виделись на ментальном экране сознания в виде ярких картин. Но это было на уровне  временных озарений, после которых липкая субстанция, отдаленно напоминающая плотный туман, стирала их, словно океанские волны уничтожают на песке любые следы присутствия живой природы.
- Ты чего загрузился, дружище? – пихнул в бок товарища Штильхарт.
И на какой-то миг Андрей вдруг вспомнил интонации голоса швейцарца, но удивительным образом это очередное напоминание о давней жизни снова испарилось, оставив на своем месте лишь тяжелую печаль.
- Да, так, - лениво отмахнулся рукой великоруссец, перенеся взор куда-то в сторону океана, словно вызывая со стороны могучей стихии помощь в виде возвращения полноценной жизни, которая для любого человека связана в первую очередь именно с памятью, как основной ценностью.
- Ладно, с лирикой покончено! – более жизнеутверждающим тоном произнес Флориан, хотя и ему здесь, нельзя сказать, что было комфортно, - Пора подумать, как бы мы могли разузнать побольше о местных порядках и всей этой движухе с вооружениями, да и…, мало ли чем еще.
- Ну, планируй тогда сам, - спокойно отреагировал Андрей, глубоко вдохнув свежий воздух, дуновение которого донеслось до парка с прибрежной стороны, - мои ноги и голова в твоем полном распоряжении…, если что.
- Тогда потом не возмущайся, если загоняю тебя по городу. Как говорится у вас в Великоруссии, волка ноги кормят, а мы сейчас уж точно не хотим стать овцами!.. – в голосе Штильхарта послышались оптимистичные нотки.
Причем и для него самого они стали неожиданным откровением, словно он начинал скидывать с себя пласт за пластом все то нагромождение событий и времени, которое отделяло его нынешнее положение от пятнадцатилетней давности состояния.
- Предлагаю тебе выбрать сторону света, куда мы сейчас отправимся, - хмыкнул швейцарец, энергично вставая со своего места.
- Ладно, - без особого энтузиазма откликнулся недавний узник Убежища, которому тоже захотелось размять ноги, оглянувшись по сторонам, - кажется, нам нужно пойти туда.
Кирсанов головой кивнул в сторону того выхода парка, где в нескольких десятках метров от них неожиданно появились люди. Причем их возникновение было столь неожиданным, что он даже вздрогнул, словно столкнулся с чем-то совершенно сверхъестественным. Флориан проследил за взглядом напарника и тут же двинулся в указанном направлении, что стало сигналом и для самого Андрея. А в это время на их глазах происходила следующая картина.
Девушка-подросток стояла в окружении двух парней явно уголовной внешности, которые, не стесняясь возможных свидетелей, а кроме Флориана и его товарища сейчас рядом никого и не было, что, кстати, казалось очень странным для разгара дня в центре большого города, буквально атаковали свою малолетнюю жертву.
- Ты бы, красотка, не дергалась, а просто сказала, где твой братик хоронится!.. – сиплым голосом проговорил высокий худощавый бандит, сплюнув под ноги девочке сквозь редкие передние зубы.
- Или мы тебя сейчас конфискуем и… допросим с пристрастием!.. – ощерившись, словно шакал в присутствии гиены перед жертвой охоты, прошепелявил кривоногий подельник сиплоголосого, - Лично мне так даже больше нравится.
- Передайте «Рябому», что я… не боюсь его…, и вас… всех!.. – с ненавистью, смешанной с реакцией на явную опасность с трудом выговорила подросток.
- Тебе не «Рябого» нужно бояться, а нас… для начала, гордячка!.. – хмыкнул первый хулиган и вплотную приблизился к потенциальной жертве, взяв ее одной рукой за подбородок.
Одновременно с этим он другой достал из кармана выкидной нож, блеснувший отполированным металлическим лезвием в рассеянном в тени аллеи дневном свете. Сделав несколько показательных манипуляций со смертоносным оружием, он резко поднес его острие к горлу девушки-подростка, которая попыталась отклонить голову, но не смогла из-за мертвой хватки бандита, с ненавистью уставившегося на нее немигающими глазами.
- Просто скажи, как нам с ним встретиться.., и все!.. – попытался разговорить девчонку кривоногий, в голосе которого послышались даже заботливые нотки.
- Отвалите… от меня! – выкрикнула в лицо удерживающего ее за подбородок худосочного бандита подросток, - Не знаю я ничего, а если бы и знала….
- Так не сгодится!.. – хмыкнул, отпуская голову девчонки, очевидный лидер этой хулиганской парочки.
Худосочный чернокожий парень кинул быстрый взгляд на напарника, а потом с удивлением обнаружил периферийным зрением и успевших приблизиться к ним Штильхарта и Кирсанова. Одновременно с этим до его ушей дошел и голос швейцарца.
- А вот вас-то мы и искали!.. – попытался смутить бандитов, явно вооруженных, как минимум холодным оружием, Флориан.
- Ты кто такой?.. – слегка оторопел худосочный парень перед неожиданным началом общения незнакомцев, - И что нужно?..
- Нам показалось, или вы… на самом деле пристаете к девушке?.. – решил не отмалчиваться Кирсанов, выступая из-за широкой спины Штильхарта, уже приготовившегося к применению своего излюбленного приема – поставленного апперкота левой в подбородок противника с продолжением атаки уже зубодробительным хуком с правой.
Удивительно, но Андрей по одной лишь стойке швейцарца уже прочитал всю динамику этого скоропалительного боя, сосредоточив взгляд на кривоногом бандите стоящем ближе именно к нему самому.
- Ты бы…, старичок…, прокашлялся в сторонке, пока мы тут… типа…, заняты. И если так хочется побазарить, то… мы сейчас… освободимся и по твою душу!.. – высокорослый презрительно усмехнулся, демонстрируя свой нож в руке.
А дальше все было как в немом кино. Несколько кадров, которые в своем воображении Андрей уже успел красочно представить, после чего с задержкой не более секунды он уже сам выверенной троечкой уложил на пятую точку и второго чернокожего парня, который не успел даже дернуться, полностью поглощенный неожиданной активностью казавшегося по внешним признакам совершенно безобидным швейцарца. И вот уже поверженные бандиты лежали, скрючившись, на пыльной дорожке аллеи. Выпавшую из руки главаря «выкидуху» Флориан ногой отправил куда-то подальше, в кусты на газоне. А Кирсанов в это время убедился, что и второй бандос не подавал признаков продолжения противостояния, и потому с интересом посмотрел в сторону девушки.
А та с блуждающей улыбкой на лице и блестя от восторга глазами, наблюдала за происходящим, не сделав и одного шага в сторону от места своего первоначального пребывания.
- Пора уже и познакомиться, детка!.. – хмыкнув, произнес швейцарец, бросив еще один взгляд на хулиганов, - Кажется, мы вовремя!..
- Почему тебя эти… - кивнув головой в сторону лежащих на асфальте неудачников, спросил великорус, - … называли гордячкой? Они грабители?..
- Слишком много вопросов, дружище!.. – покачивая головой, улыбнулся Штильхарт, глядя проницательным взглядом в глаза не слишком-то и испуганной девчонки.
Он потрогал ее за руку, и та совершенно спокойно восприняла этот жест незнакомца, что тут же было расценено, как прекрасный повод познакомиться.
- Флориан!.. – кивнув головой, представился швейцарец, - А мой немногословный товарищ… Андрэ!.. Ну, или… лучше Андрей!..
- Вообще-то, я и сам… могу говорить!.. – почему-то решил заявить о себе Кирсанов, в голосе которого не было и намека на обиду, а лишь готовность поучаствовать в разговоре.
- Меня зовут… Бонту!.. – звонким голосом произнесла подросток и улыбнулась кончиками губ.
- А…, ясно, - ответил и своей улыбкой, по большей части скрытой за густой бородой швейцарец, поворачиваясь к напарнику, - Это имя и означает… гордая. Кстати, тебе очень идет.
Последнюю фразу Флориан, конечно же, адресовал своей новой знакомой.
- Не хочешь нам рассказать, кто это такие…, и что им нужно от тебя? – добродушным тоном произнес Штильхарт, что в сложившихся обстоятельствах, когда он только что вырубил грозного местного хулигана, могло показаться даже неким позерством.
- Здесь? – кивнув на начинающие было шевелиться тела двух чернокожих островитян, логично заметила девочка.
- Ну, если ты никуда не торопишься, то можно…. - Кирсанов, почесывая кончик носа, не окончил фразу и наблюдал за бандитами в полной готовности снова устранить их возможную навязчивость.
Однако худосочный, первым открывший глаза, решил не испытывать судьбу и снова прикинулся неподвижным. Второй же тоже последовал примеру кореша и продолжил находиться в бессознательном состоянии, так как Кирсанов при его нейтрализации совершенно не контролировал свой гнев и не слишком-то заботился о здоровье кривоногого.
- Если хотите, то можно пойти в одно… кафе, где подают… очень вкусный «Кеке», - решила воспользоваться ситуацией девочка, которая, произнеся название лакомства, громко сглотнула слюну и с блеском в глазах устремила взор в первую очередь на Флориана, увидев именно в нем решателя ее текущей судьбы.
- Что это… такое?.. – на всякий случай решил уточнить Андрей, с любопытством разглядывая хрупкую, но жилистую девчонку, которая явно не относилась к местной элите.
- Это вкусно… очень!.. – в лаконичной форме ответила Бонту.
- Тебе точно понравится…, судя по моим воспоминаниям о твоих гастрономических пристрастиях, дружище!.. – ухмыльнулся швейцарец.
Он кивком головы указал девочке на то, что ей нужно указать самой направление их прогулки в мир кулинарной нирваны.
- Но все-таки!.. – настойчиво потребовал Андрей, неожиданно проявивший любопытство в столь нейтральной теме, - Мне нужно знать, куда меня ведут. Может, мне это совсем не… интересно!..
- Ого!.. А я уж думал, что тебя ничем не прошибить, и выковыривать из скорлупы забвения придется месяцами!.. – Штильхарт улыбнулся смотрящей на него чернокожей девчонке.
А та, казалось бы, без лишних слов все поняла и не решилась давать собственных комментариев.
- Это такой западноафриканский… лаймовый пирог, Кирс!.. – с улыбкой, решив все-таки не томить товарища в неведении, сказал Флориан.
На такое обращение Андрей среагировал вздрагиванием всего тела, что не укрылось от внимания швейцарца. И он решил больше не использовать данный вид идентификации, верно рассудив, что такого рода напоминания об Убежище уж точно не пойдут на пользу его напарнику.
- Легкий фруктовый десерт и нам с тобой, дружище, сейчас уж точно не повредит. На такой жаре это лучший вид лакомства. А если там еще нас угостят и вкусным кофе, то я буду на вершине гастрономического блаженства!.. – решил быстро ретироваться Штильхарт, бросив беглый взгляд на спутницу.
А девочка-подросток с большим удовольствием слушала своего бородатого спасителя, которого сначала посчитала настоящим стариком из-за его густой растительности на лице. Но постепенно, а началом нового восприятия послужил именно примечательный рукопашный бой, она начинала понимать, что этот крепкий мужчина еще довольно молод и уж точно не относится к привычной категории людей старшего поколения, что ей очень понравилось. К тому же его суровый вид совершенно не отпугивал, так как в нем чувствовалась и сила, и внутренняя доброта - столь редко встречающиеся качества сегодня среди ее круга знакомых, если только речь шла не о родственниках и близких людях.
- Этот торт с соком лайма украшен сверху шоколадной крошкой, Андрэ, которая дополняет пикантный вкус бисквита… этим цитрусовым акцентом!.. – продолжил развивать кондитерскую тему швейцарец, который по его авторитетному тону явно претендовал на звание знатока и местной кухни, и тонкостей кулинарного искусства, как истинный сын своей малой родины.
- Тебя послушать, так любое блюдо их обычно сразу превращается в гастрономический шедевр. Это такая национальная особенность…, что ли? – решил раззадорить напарника и Кирсанов.
- А вы так хорошо знаете о нашей… кухне почему? Давно живете здесь? – с удивлением поинтересовалась девочка, внимательно выслушав своих новых знакомых.
- На вашем острове уже не был давно, но Западная Африка стала моим вторым домом еще со времен «Зеленого фронта»…. – глубоко вздохнул Штильхарт.
Бонту же, услышав последние слова швейцарца, сразу вздрогнула своим хрупким тельцем и сделалась печальной. На ее юном лице появилось жесткое выражение, а на лбу выделилась глубокая складка, свидетельствующие о личном восприятии упоминания давно исчезнувшей организации.
«Наверняка, она нам может многое рассказать интересного из нового уклада на Кабо-Кабо. Да, и не плохо бы выяснить ее отношение с этими типами, которые явно относятся к местному криминалитету. Возможно, наше нынешнее знакомство пойдет на пользу не только… Бонту, но и нам с Кирсановым. Хм, ноосфера, как сказала бы Крис…, никогда не оставляет нас без своего внимания, когда мы готовы делать этот мир лучше!.. К тому же я где-то слышал или читал, что через гастрономию у людей с потерянной памятью, используя их любимые блюда, можно посредством физиологических восприятий вернуть, хотя бы и понимание о собственных кулинарных пристрастиях.  А сейчас и это можно было бы считать хорошим результатом для бывшего великорусского «гэрэушника». Ведь, как ни крути, а мы снова становимся напарниками на задании» - подумал про себя Флориан и бросил быстрый взгляд на своего спутника и идущую рядом с ним самим чернокожую девочку-подростка.
А Андрей в это же самое время крутил головой по сторонам и пытался зацепиться взглядом, хоть за что-то такое, что могло бы вызвать в его затуманенной памяти след из далекой ретроспективы. Но пока это было тщетно, несмотря на то, что временами в голове возникали даже не вспышки воспоминаний, а какие-то намеки на эти предвестники возвращения прошлой жизни в свое законное место.
******

Выйдя с территории порта, где находился офис Ковальски, Эланор сразу же кивком головы на ходу указала Дарье, что желает прогуляться пешком по тенистой части улицы.
Выйдя с территории порта, где находился офис Ковальски, Эланор сразу же кивком головы на ходу указала Дарье, что желает прогуляться пешком по тенистой части улицы.
- После этого места хочется принять душ!.. – не без брезгливости произнесла инфанта, делясь своими полученными впечатлениями.
- Это точно!.. – лаконично согласилась Раевская, слегка повернув голову набок, после чего тихим голосом продолжила, - Кажется, за нами установлена слежка. Только не оборачивайтесь, пожалуйста.
- Думаешь, это происки Роберта? – хмыкнув, отреагировала с беззаботным тоном принцесса, прекрасно понимая, что с этого момента начинается уже игра по-взрослому с высокими ставками.
- Не без этого!.. – согласилась Дарья, - Только это совершенно очевидный ход на наш визит, и даже без такого непрофессионального «хвоста» я бы точно знала, что мы под колпаком «топтунов».
- Топтунов?.. – переспросила инфанта, - Это так называют шпиков в Великоруссии?..
- Ну, да. - Ответила политический этнограф, - Вот уж чья профессия никогда не вызывала у меня восторга своим моральным аспектом.
- Кажется, нам сейчас не стоит обращать внимания на такие мелочи, хотя, и согласна, что шпики с их компетенцией вынюхивать и подглядывать… находятся на дне и моего рейтинга достойных людей!.. – с ухмылкой на лице отреагировала принцесса, - Но сейчас нам не стоит отсвечивать в публичных местах. А лучше бы уединиться в гостинице, где моя охрана  сможет обеспечить безопасность нашего нахождения.
- Кстати!.. - вдруг удивленно посмотрела на спутницу Дарья, - А где ваш доблестный Капитан… Льовера?
- Я попросила его быть сегодня невидимкой!.. – усмехнулась инфанта, - И как вы сами можете убедиться, у него это неплохо получается. Уверена, что он не сводит глаз и с нас, и с нашего непрошенного сопровождающего.
- Отлично, - кивнула головой Дарья, - Только у меня возник один вопрос. Он мне не дает покоя.
Раевская периферийным зрением отметила, что «хвост» без какого-либо стеснения сохраняет установленное расстояние и спокойно идет вслед за ними.
- Слушаю, - спокойно отреагировала Эланор и посмотрела на визави.
- Почему вы так настойчиво не соглашались с Ковальски, когда он сам предложил отложить на время отгрузку? – Дарья, хоть и не стала следить за выражением лица собеседницы, но максимально сосредоточилась на разговоре.
- Не хотела облегчать задачу этому пройдохе, к тому же… старалась выглядеть естественно!.. – пожала плечами Королевская наместница провинции Астурия и потенциальная глава всего Альянса.
- А если бы он уступил вашей… настойчивости? – продолжала допытывать Раевская, преследуя еще и мысль понять логику своей нынешней напарницы и, вообще, представительницы высшего сословия современной аристократии, ставшей для многих вроде седой архаики.
- Пришлось бы импровизировать, - спокойно ответила инфанта.
- Значит, все на тоненького…, как говорят на моей Родине, - усмехнулась Дарья, - и мы не так уж и по-разному смотрим на многие вещи, несмотря на отличие во… многих других вещах.
Конечно же, выпускница докторантуры факультета глобалистики в Международном институте согласия и равенства при ОДН не хотела уточнять, в чем же именно они с Эланор оказались по разную, как говорится, сторону баррикад. Ведь нынешняя их связка держалась на общности интересов, связанных в первую очередь с разоблачением лицемерного сокрытия Убежища, что претило понятиям любого цивилизованного человека, совесть которого еще не успели усмирить глобалисты.
- Но для ученого импровизация, как я понимаю, то же хорошее подспорье в открытиях. Творческий подход, так сказать!.. – усмехнулась Эланор, кивком головы указав на ближайший проход в жилой квартал, за которым, возможно, имелся не тупик, а выход на разветвленную сеть узких переулочков, напоминающих лабиринт, где легко было, как скрыться, так и заблудиться.
- Отличный выбор!.. – коротко кивнув головой, согласилась Дарья, и обе девушки быстро проникли под тенистый свод низкой арки, свернув с главной улицы, где были как на ладони для их негласного сопровождения.

******

В просторной зале дворца, своды которого украшены древними фресками знаменитых зодчих эпохи Ренессанса, стояли возле портрета во весь рост Изабеллы Кастильской, являющегося центральным украшением этого просторного помещения, инфанта Фике и ее наставник Бельтран Элиас. Дочь монарха с большим интересом смотрела на Крест, инкрустированный шестью драгоценными камнями.
- Наставник, вам не кажется, что все эти легенды о моей… много раз «пра-пра» бабки и ее способности к магическим действиям слишком преувеличены? – наконец-то, выразила свои сомнения девушка, - Уж, слишком все неправдоподобно.
- Ну, почему же, ваше высочество?.. – не стал соглашаться с воспитанницей крепкий мужчина с сединой на висках, возраст которого обычно считают средним, прекрасно осознавая, что он уже находится на самой границе с представителями старшего поколения, - Я категорически не согласен. Сказание о Василисе Колдыревой имеет под собой объективные подтверждения, а значит….
- Да-да!.. – с усмешкой на лице перебила Элиаса инфанта, - По мне, так все эти Предания, якобы подтвержденные древними свитками, являются документальным свидетельством ровно настолько же, как поддельный паспорт для бандита, скрывающегося от властей в другой стране.
- Ваши слова расстраивают меня, принцесса!.. – покачивая головой, отреагировал на выпад воспитанницы Бельтран, - Но сейчас мне бы хотелось не погружаться в такого рода рассуждения, а обговорить наш план по поставкам оружия.
- Хорошо, но чуть позже!.. – подняла руку вверх Фике, оглянувшись по сторонам, словно ища возможных свидетелей их разговора.
- Прошу не беспокоиться, ваше высочество. Я позаботился о конфиденциальности нашего общения даже в этом зале. – С полной уверенностью в голосе заверил собеседницу Наставник.
- И все-таки… - согласно кивнув головой, продолжила девушка - … мне не кажется правдивой история с этим Крестом и камнями. Если бы они существовали у ОДН в этом их… Международном институте согласия и равенства, то мы бы сейчас не были суверенными с тем же Сообществом. Неужели, такое мощное оружие они не использовали бы для собственной аннексии всей территории планеты. Это не логично и, вообще…, не в их агрессивном духе! Тут явно что-то не так…, не правда ли? – Инфанта повернулась лицом к визави и с улыбкой посмотрела прямо в его глаза.
- Возможно, вы и правы!.. – вынужден был согласиться со столь железобетонными доводами Бертран, - Ваш острый ум всегда приводил меня в ликование. Именно таким и должен быть настоящий Наследник Престола!..
- Бросьте, Учитель!.. – хмыкнула Фике, - Я и сама знаю, что больше сестры подхожу на Наследие Короны. Вот только что толку, если Эланор выберет Совет, хотя, по мне, так сегодня большинство Кортесов будет голосовать именно за меня.
- Мне тоже так кажется! – убедительным тоном произнес Элиас и широко улыбнулся, - Тем более что мы подстрахуемся и к нужному сроку будем иметь не только… карманный Совет в лице седых стариканов, уважающих только силу и власть денег, но и мощное оружие. Как говорится, против пушек не попрешь.
- Как же мне не терпится увидеть выражение лица сестрички, когда она столкнется с нашей мощью. Голосование… честное или переворот – мне все равно. Главное, что на Престоле должна сидеть именно моя задница, а не эта малохольная… Эланор, которая по-настоящему верит в справедливость и силу магии Креста. Она же просто… спит и видит, как бы ей… вернуть его в… родовое гнездо. – Фике с усмешкой посмотрела на изображение магической реликвии на портрете прославленной родоначальницы.
- Сегодня у нас назначена встреча с кортесом… Идрисом, ваше высочество!.. – решил перевести разговор в деловое русло Наставник, - Если вы не против, я буду присутствовать на ней?..
- Если только… это не повредит конфиденциальности!.. – сморщила кончик носа инфанта, - Старикан так пуглив, по-моему, что любой свидетель может расценить, как подставу!..
- Нет-нет, принцесса! – с готовностью заверил Бельтран, - В Совете все, включая и Казначея, уже точно считают нас чем-то единым. Не могу сказать, что это только моя заслуга, но это факт.
- Ну, да! – с кривой ухмылкой отметила Фике, - После шутки моего родителя о том, что для таких как мы с тобой даже эшафот могут сделать двухместным, трудно считать тебя самостоятельной фигурой на шахматной доске власти.
- Не пойму по вашему сарказму…, это хорошо или плохо? – решил уточнить на всякий случай Элиас.
- Конечно же, хорошо, Бельтран!.. – одобрительно посмотрела на Наставника принцесса, - когда Совет окажется под моим управлением, ты обязательно войдешь в него.
- Но тогда придется менять конституцию нашей… монархии и много чего еще, чтобы не…. – попытался уточнить седовласый мужчина, явно обрадовавшийся от возможной перспективы, но в силу этикета пытающийся скрыть это.
- Перестань, учитель. – Усталым голосом перебила собеседника Фике, - Все эти реверансы и тонкости для слабаков. Никаких референдумов и воли народа. У нас же не какая-то там демократическая… республика, а самая… что ни на сеть, монархия со всеми вытекающими. Да, и все эти рассуждения ОДН или того же Сообщества насчет народовластия сегодня кажутся смешными. У одних демократия давно подменена тоталитаризмом, а у других – авторитарным режимом. Те же яйца – вид сбоку, как говорили наши предки.
- Мне нечем вам возразить, принцесса, - довольным голосом откликнулся на размышления Наследницы ее Наставник.
- Еще бы!.. – ухмыльнулась инфанта, - А насчет Идриса не стоит волноваться. Этот желчный старикашка уже засиделся своей задницей на стуле в Совете. Даже мой родитель косо смотрит на него, считая, что в его возрасте можно в любой день скатиться в маразм. На этом и сыграем. Как считаешь, много он за все время своего финансового триумфа своровал? Не мог же он просто считать деньги Короля и ничего себе ни прикарманить?
- Трудно сказать, - хмыкнул Бельтран, - Идрис же сидел в Совете задолго до вашего рождения, ваше высочество, и вхождения на Престол Филиппа X, так что….
- Ерунда, - перебивая собеседника, уверенным тоном произнесла инфанта, - Если у него даже нет сбережений на старость, достаточно поставить под сомнение его репутацию, чтобы сделать более сговорчивым. Вот что мне нравится в ОДН, так это их методы управления и контроля общественным мнением. Там никому не нужна правда и справедливость, что я уже давно поняла. Важно лишь то, что транслировать в информационном поле, которое должно точно быть под тотальным влиянием. И тогда реальность становится не существенной, потому что в головах народа формируется «правильная повестка».
Окончание фразы девушка произнесла с особым акцентом, глубоко вдохнув и с шумом выдохнув воздух из полных легких.
- Вы очень правильно усваиваете основные правила игры, принцесса! – с неподдельным восторгом вынужден был констатировать Наставник, - А что касается оснащения войск, лояльных вам…, оружием со складов, расположенных на нейтральных территориях…, не очень-то хорошо контролируемых ОДН, можете не беспокоиться. Отгрузки идут своим чередом, и я готов вам в любое время дать точный отчет об их прибытии в нашу провинцию. Единственная проблема… заключается….
- Проблема?! – возмущенно перебила Элиаса, инфанта, - О чем идет речь?..
- Мои люди меня подробно снабжают всей необходимой информацией, ваше высочество, как вы знаете!.. – начал издалека Бельтран, - И у меня сегодня имеется вся полнота сведений о настроениях кортесов и приверженности их Престолу.
- А, ты об этом! – отмахиваясь обеими руками, сказала принцесса, - Мне и самой давно понятно стало, что весь Совет только и ждет, как бы им стать частью ОДН, считая монархию изжившим себя анахронизмом. На этом можно и сыграть, между прочим.
- Да, да! – с готовностью согласился Наставник, - Только Казначей и Кадони не слишком-то лояльны глобалистам. Но последний, возможно, единственный, кто благоволит вашей сестре.
- Ничего, кортесов можно менять, если они пойдут против Короны, а с этим всегда можно сыграть по-крупному. Мне от вас, Бельтран…, нужны конкретные предложения по дискредитации Кадони, если потребуется. Да, и с Идрисом не будем слишком уж деликатничать, несмотря на его почтенный возраст. – Фике еще раз бросила взгляд на портрет Изабеллы Кастильской и жестом руки указала Элиасу, что желает покинуть этот зал и удалиться в свои гостевые покои.

******

В полутемном помещении таверны, куда нога туристов, пожалуй, никогда и не ступала уже много лет, уселись за угловым столиком возле мутного окна Штильхарт, Кирсанов и их новая знакомая Бонту.
- А здесь точно смогут нас удивить этим… тортом с лаймом? – с сомнением в голосе решил уточнить Андрей, недоверчиво вертя головой вокруг.
- Точно!.. – довольно ответила девушка-подросток, в предвкушении приятного лакомства, нетерпеливо ерзая на своем стуле, - Сейчас и сами убедитесь.
- Дружище, а тебе самому не кажется, что в этом месте мы с тобой когда-то уже травили свои желудки? – хмыкнул швейцарец, - Посетителей тогда только было больше, бармен с приклеенной улыбкой, торгующий всякой шмалью… за стойкой сменился, и периодический шмон коррумпированной полиции еженедельно, кажется, тоже уже не имеет смысла.
- Тебе видней!.. – глубоко вздохнул Андрей и перевел взгляд с плохо различимого пейзажа за почти непрозрачным окном на подошедшего официанта, явно удивленного столь необычной компании в своем заведении.
А молодой человек и не скрывал своего не самого гостеприимного вида, увидев Бонту в обществе белых людей, не слишком презентабельной внешности и мало похожих на обычных туристов, которых, кстати, здесь тоже, по всей видимости, было не слишком-то много последнее время.
- Что закажете…, уважаемые?.. – с еле скрываемой презрительной улыбкой на лице проговорил высокий чернокожий парень, в очередной раз окинув всех сидящих за столом перед ним посетителей.
- Говори, гордячка!.. – с улыбкой посмотрев на девушку-подростка, сказал Штильхарт, призывным жестом руки сопроводив при этом свои слова.
- Кеке!.. – с готовностью произнесла малолетняя сладкоежка, - И зеленого чая… мне!..
- А нам кофе…, уважаемый!.. – постарался имитировать интонацию официанта Флориан, - Если есть…, то чилийский!..
- Извините!.. – покачивая головой отреагировал чернокожий парень, явно удивленный таким заказом, - Кофе только местный, так что….
- В смысле…, западноафриканский…, что ли? Марокканский? – решил уточнить Кирсанов, и сам поразившийся своей осведомленности в области местной гастрономии, что и выразилось на его лице.
- Наверное!.. - пожав плечами, ответил гарсон, продолжая пребывать в неуверенности насчет идентификации вновь прибывших посетителей этого заведения, - Если это так важно, то могу и уточнить.
- Не особо!.. – решил отпустить не самого гостеприимного парня Штильхарт, глазами спросив у Бонту о ее мнении, после чего, убедившись, что девочка больше не проявляет интереса к меню заведения, кивнул головой, - Нам бы побыстрее получить заказ…, если можно!..
- Ожидайте!.. – откликнулся официант и, не спеша, отправился в сторону барной стойки, где, по всей видимости, должен был перед кухней отметить заказ кофе и зеленого чая.
Швейцарец, покачивая головой, сопроводил периферийным зрением не самого приятного гарсона и посмотрел на девчонку, которая тоже не особо была рада такому поведению обслуживающего персонала, хотя ее настроение сейчас все-таки больше зависело от компании и ожидаемой сладости, отчего она пребывала по большей части в предвкушении получения гастрономического удовольствия.
- Ты здесь часто бываешь? – поинтересовался швейцарец, который прекрасно понимал состояние подростка.
- Не особо!.. – пожимая плечами, ответила Бонту, - Здесь вкусно кормят, но не очень весело. А по вечерам…, вообще…, сюда лучше не приходить.
- Это еще почему? – с ухмылкой спросил Кирсанов, - Здесь начинается время вампиров…, что ли?..
- Мне так брат говорил…. – стала было отвечать девчонка, но осеклась, и ее глаза сразу стали злыми.
Штильхарт сразу же уловил перемену в настроении подростка и не стал сразу донимать ее вопросами, внимательно посмотрев на Андрея, который, казалось бы, пребывал в некоей прострации, пытаясь по обстановке в этом кафе вызвать в памяти, хоть какие-то намеки на ее восстановление.
- Мрачновато здесь как-то, - произнес ничего не значащую фразу швейцарец и почесал подбородок, заросший густой растительностью.
- Может, тебе нужно избавиться от дедовской бороды, дружище? – вдруг спросил Андрей, - Ты ведь не такой уж и древний, как хочешь показаться, хотя….
- Завидуй, молча!.. – усмехнувшись, перебил Кирсанова Флориан, - У тебя-то такое богатство растительности никогда не появится на… милой мордашке. Правда, Бонту?..
Услышав свое имя, девчонка озарилась улыбкой.
- Бороду можно носить только… зрелым мужчинам!.. – сказала, по всей видимости, заученную фразу подросток и виновато посмотрела на великоруса.
- Сговорились…, значит!.. – то ли пошутил, то ли выразил свое истинное мнение Андрей и бросил взгляд на приближающегося к их столику с подносом гарсона.
И уже через пару минут вся троица сосредоточилась на молчаливом поедании торта, стараясь не просто проглотить его, а по-настоящему насладиться тонкостью вкуса.
- Эх, это…, и…, правда, великолепно!.. – констатировал факт, признанный и остальными присутствующими, судя по их довольным физиономиям, Штильхарт, оттирая запутавшиеся в бороде крошки салфеткой.
Он первым окончил с этой по большей части дегустационной трапезой и теперь ожидал только, когда их новая знакомая из местных тоже освободит свой рот от пищи.
- Согласен!.. – откинувшись на спинку стула всем корпусом, произнес Кирсанов, неторопливо попивая горячий ароматный напиток из чашки, - И кофе довольно сносный. Не думал, что местные…, ну…, африканцы… смогут-таки наладить производство этого божественного напитка… под ключ, а не просто выращивать растение и отдавать его на переработку… в ОДН.
Выдав довольно многословную для себя фразу, Андрей снова впал в собственные раздумья.
- Ты, гордячка, извини меня за настойчивость, но мы не можем не спросить!.. – вопросительно посмотрел на девчонку, сидящую рядом швейцарец.
Бонту, окончив с кондитеркой и чаем, подняла глаза на Флориана.
- Что… интересует? – спросила девчонка, в глазах которой не было и намека на недоверие.
- Почему эти… типы в парке к тебе приставали? Ты сказала что-то про брата… старшего!.. – спокойным тоном проговорил Шильхарт, не сводя глаз с малолетней визави.
- Он давно… был связан с «Зеленым фронтом»!.. Ну, когда меня еще и на свете… не было. Он мне не родной… брат, но мы с ним дружим…. – начала объяснять подросток.
- И сейчас он находится на нелегальном положении? – перебивая рассказчицу, решил уточнить швейцарец.
- Ну, да!.. – кивнула головой девчонка, оттирая рукой крошки от сладкой выпечки с губ, - Гамба никогда не сможет… смириться с нынешней… властью.
Бонту сжала губы, и на ее чистом лобике появилась глубокая морщинка.
«Значит, девочка уже в таком юном возрасте начинает разбираться и в идеологической повестке острова не хуже взрослых. Кажется, здесь у мальцов украли детство, и они просто вынуждены выживать, кто как сможет!..» - пронеслось в голове швейцарца, и он с трудом подавил в себе тут же вспыхнувшую злость, чтобы не испугать в первую очередь этого «взрослого» ребенка.
- А эти… парни на кого… работают? – решил больше не делать скидку на возраст собеседницы Флориан.
- На «Рябого», - с готовностью ответила подросток, - а тот… хочет найти и сдать брата… этим!..
- Кому это? – неожиданно проявил интерес к разговору и Кирсанов.
Штильхарт с удивлением наблюдал, как у его товарища вдруг заблестели глаза, как это бывало в их далеком прошлом, когда они вот также обсуждали планы дальнейших действий.
- Ну, ОДН…, наверное!.. – предположила Бонту, после чего добавила со злостью, - Они все работают на них.
- Они давно уже к тебе лезут? – снова приступил к опросу Флориан, мысленно прокручивая в голове, насколько им самим может помочь такой расклад.
- Да!.. – глубоко вздохнув, ответила девчонка, - Я его никогда… и никому не сдам!
Последнюю фразу она произнесла с таким серьезным видом, словно давала клятву перед высшими духовными силами.
- Ты молодец, гордячка!.. – похвалил подростка швейцарец, - А можешь ему при встрече сказать про нас?.. Мы бы с удовольствием встретились с ним и обсудили… некоторые вопросы.
- Встретились?.. – Бонту автоматически бросила взгляд в сторону стоящего у барной стойки официанта, - Зачем?
- Понимаешь!.. – Флориан явно пытался подобрать правильные слова, - У нас здесь… своя… миссия, которая связана тоже и с «Красным меридианом» и другими повстанцами.
Штильхарт серьезно посмотрел на подростка, и она на уровне интуиции поняла, что ему можно доверять. К тому же история их знакомства и настороженный вид официанта, складывали в ее юной голове довольно понятную картину.
- Я попробую!.. – несколько смущенно ответила Бонту, - А как ему… найти вас?
- А вот это мы сейчас и обсудим, - с готовностью отреагировал швейцарец и бросил одобрительный взгляд сначала на подростка, а потом и Кирсанова.

******

Двери лифта открылись, и Ася в сопровождении всей их разношерстной кампании, где она была единственной девушкой, вышли в едва освещаемый мерцающими лампами аварийного освещения коридор.
- И что теперь? – поинтересовался Лео, не выпуская из вида Сердара, который пытался держаться рядом с Покровской-младшей.
- Мы не вышли на четвертом уровне, где нас ждала засада, и сейчас весь… гарнизон… начнет нас искать… в здании!.. – откликнулся иранец, пытаясь в сумраке рассмотреть нужную дверь.
- У тебя, вообще, есть…, хоть какой-то план? – не выдержал Янь, догнав перса и идущую в авангарде их колонны Асю.
- Нам нужно выиграть лишь немного времени, укрывшись в одном из технических помещений, где нас будут искать в последнюю очередь, - поделился мыслями Сердар, продолжая вглядываться в металлические переборки, которые виднелись с обеих сторон довольно узкого прохода.
- Нужен магнитный ключ, чтобы проникнуть туда!.. – посетовал Лео, потрогав одну из закрытых дверей за ручку.
- Не совсем так! Этот коридор почему-то обесточен от системы и находится на своих собственных аккумуляторах. Видите же, что освещение… аварийное? – в голосе перса не слышалось особой тревоги, что внушало уверенность и в остальных членах группы, - Значит, нужно найти дверь со старым кодовым замком…, здесь есть такие помещения…, и просто подобрать нужную комбинацию. Вы же справитесь с этим… простым заданием?
- Давай уже быстрее… ищи эту переборку!.. – поторопил Лео, для верности пихнув иранца в область поясницы для ускорения.
- Перестань!.. – заступилась за иранца Ася, прекрасно понимая, что суетливостью сейчас уж точно не сможет помочь, - Еще бы знать, сколько цифр нужно набирать в комбинации.
- Четыре!.. – тут же ответил Сердар и с широкой улыбкой жестом руки указал на нужную металлическую переборку, едва различимую при тусклом освещении, - А вот и нужный нам… запор!..
- Кажется, ничего сложного!.. – констатировала девушка, ухмыльнувшись, - Кто-то не самыми чистыми руками отметил все кнопки, осталось только последовательность… вычислить. Так-то всего немного – число равное четырем факториал, что означает… двадцать четыре комбинации. Легче легкого!..
- Хорошо быть умной!.. – широко улыбнулся пилот и встал таким образом, чтобы Сердар при желании не смог никуда сбежать.
Ведь, как ни крути, а вся группа сейчас находилась, хоть и в относительно стесненных условиях, но все-таки на той территории, которая только для иранца могла считаться, если уж и не до конца своей, то, по крайней мере, нейтральной. Остальным же приходилось, как говорится, держать уши востро, чтобы процесс выживаемости стал наиболее эффективным.
На десятый вариант набора комбинации кнопок запорного устройства тяжелой металлической переборки, производимый тонкими пальцами Анастасии Покровской, раздался столь желанный щелчок, сопровождаемый открыванием пути внутрь помещения, где и решили какое-то время отсидеться беглецы.
- Ладно!.. – попытался рассуждать Янь, - сейчас мы выиграем несколько минут или даже полчаса. А что потом?
- Это в нашем положении уже неплохо, - ухмыльнулась Ася, устремив взгляд на Сердара.
- Если вы наберетесь терпения, то мы сможем договориться. Есть у меня одна идея, но она потребует вашего доверия. Иначе никак!.. – пожал плечами иранец.
Стараясь быть наиболее убедительным, перс сделал особый акцент на окончании фразы и многозначительно умолк.
- Звучит многообещающе!.. – наконец-то подал голос, долго молчавший до этого Голицын, кивнув головой и, как бы соглашаясь с доводами потенциального пленника.
- Посмотрим, что ты нам предлагаешь!.. – решила предупредить возможные угрозы Лео и Яня, Анастасия, понимая, что они уж точно сейчас ничем им не помогут.
Сердар тяжело вздохнул и принялся объяснять свою логику происходящего. Остальные же, набравшись терпения, сосредоточились на осмысливании предлагаемого варианта спасения.

******
Проплутав довольно долго по замысловато-запутанным узким улицам столицы Кабо-Кабо, Эланор и Даша оказались в каком-то тупике с глухой аркой, уже не ведущей никуда, кроме входа во двор какого-то двухэтажного жилого здания.
- Не хочется тревожить хозяев!.. – рассудила Эланор, еще раз осмотревшись по сторонам, - Но ведь другого варианта выбраться отсюда просто не существует.
- Зато мы точно оторвались от нашего хвоста!.. – попыталась найти, хоть что-то позитивное в сложившихся обстоятельствах Раевская, понимая, что незаконное проникновение на чужую собственность может оказаться не самым безопасным вариантом.
К тому сам факт того, что это сделают уважаемые иностранцы, одни из которых известный ученый из Великоруссии, а вторая…, (о боже!..) сама инфанта из Альянса, могло бы наделать много ненужного шума в мировой прессе. И это еще не говоря о возможном международном скандале, который поставит крест, как минимум, на карьере Наследницы трона!
- Ладно, будем надеяться, что за этим забором нас не будет ждать взвод разъяренных жандармов!.. – сделала первой шаг к трехметровой преграде инфанта, подавая пример своей спутнице.
- А просто позвонить в дверь ни вариант? – больше для проформы высказалась Дарья.
- И что мы скажем?.. – хмыкнула принцесса, - Что хотим выйти через их двор на улицу, потому что за нами гонится какой-то мужчина?..
- Но разве это не так? – вопросом на вопрос ответила Раевская.
- Вот что я сейчас точно знаю, так это то, что нам, вообще, не следует входить в контакт ни с кем из местных, потому что…. – Эланор не окончила фразу из-за отвлекшего ее знакомого шума над головой.
Какой-то уж слишком огромный шмель пролетел буквально перед лицом девушки, заставив ее отклонить голову и чуть не удариться о каменную стену позади.
- Еще не хватало быть укушенной этим монстром, переносящим неизвестно какую заразу!.. – испуганным голосом произнесла инфанта и достаточно легко взобралась на плоскую вершину забора.
Несколько секунд потребовалось на то, чтобы обе девушки оказались внутри пустынного двора, вдали которого проглядывалась противоположная каменная стена, выводящая, по всей видимости, на свободу из этого лабиринта улиц, так как за ней по всем приметам должна уже начинаться или набережная, или, по крайней мере, какой-нибудь пустынный пляж.
- Нужно не отсвечивать перед окнами этого коттеджа и быстро перебежать вон туда!.. – кивком головы указала Эланор в нужную сторону.
- Ну, да!.. – понизив голос, согласилась Дарья, осматриваясь по сторонам.
Обе девушки практически одновременно, словно по команде стартового пистолета на спринте, рванули к вожделенной каменной преграде. Однако, какового же было их удивление, когда буквально из ниоткуда перед ними оказались два чернокожих амбала с битами в руках. Крепкие парни с кривыми усмешками показательно демонстрировали свои намерения, постукивая внушительными орудиями костодробления себя по раскрытым ладоням свободных рук.
- И что мы тут…, интересно делаем, красотки? – презрительным тоном сказал тот, что находился ближе к инфанте, - Частная собственность нашего острова не так уж важна для Наследницы из Альянса?..
- Ого!.. – удивленно воскликнула Эланор, непроизвольно расставив ноги на ширине плеч и перенеся вес тела на слегка согнутую опорную ногу, которая в один момент превратилась бы в сжатую пружину, готовую распрямиться с нужным усилием, чтобы придать требуемое ускорение корпусу, - Так нас тут, оказывается, уже ждали?.. И кто вы, молодые люди? Или…, вернее…, кого представляете?..
- Кончай базар, детка!.. Здесь не Иберия…, или…, что там у вас за полуостров на континенте. Придется пройти с нами…, если не желаете оказаться в затруднительном положении… обе!.. – явный лидер из этой пары крепышей со всей очевидностью хотел придать своему голосу серьезности, граничащей с жутью, осклабившись так, чтобы было видно его золотые фиксы, свидетельствующие о принадлежности к какой-то криминальной группировке острова.
- И без шуточек!.. – подал голос и второй бугай, демонстративно ударив с усилием себя увесистой битой по ладони, - Мы прекрасно знаем, на что вы способны…, сучки!..
- А вот это уже совсем невежливо!.. – ухмыльнулась принцесса, сделав вид, что ее оскорбляет обращение невоспитанного африканца.
Но продолжать беседу уже не собирались ни Эланор, ни Дарья. Они, не сговариваясь, безошибочно разобрали своих соперников и неожиданно для них самих начали молниеносную атаку.
Инфанта быстро, тремя небольшими шагами переместилась с потенциальной линии атаки битой первого здоровяка ему слегка за спину и нанесла короткий, но выверенный удар ребром руки в выраженный кадык, отчего тот после характерного хруста стал тут же терять равновесие и опадать, словно куль с зерном.
В это же самое время Раневская обежала вокруг ближнего амбала и оказалась сбоку второго, который, не ожидая такой проворности от девушек, не успел принять стойку для поединка и, хоть как-то сгруппироваться. Его ухмылка на лице так и застыла, когда Дарья, ударив его острым и жестким носком ботинка в голень, следующим движением кулака руки нанесла ему четкий апперкот в мощный подбородок. Да, для такого здоровяка данный вид атаки не мог считаться роковым, но он сумел вывести его из равновесия, нужного для заключительного маневра. А это в точности и произошло.
Выпускница докторантуры, сделав еще пару шагов и оказавшись за спиной замершего на какое-то время амбала, ударила его выверенным смэшем в основание черепа. Маленький кулачок точно в цель принес мгновенный и безусловный результат для его владелицы. Семипудовый здоровяк, сложенный из одних мышц и буквально созданный для устрашения людей, не смог продержаться на импровизированной арене для рукопашного боя и нескольких секунд, оказавшись поверженным вместе со своим дружком, уже лежащим на земле в полной прострации и с открытыми глазами.
- Бежим! – громко скомандовала Эланор и тут же припустила к дальней стене забора, увидев, что из до этого невидимого ей вольера выбежали в их сторону несколько доберманов, издающих устрашающий рык.
И, конечно же, Дарье не нужно было повторять дважды. Мгновение, и обе девушки с невероятной скоростью припустили к спасительному забору. Причем, оказавшись на его вершине, в полной безопасности от голодных и свирепых собак, по всей видимости, натасканных на убийство людей, судя по их красным от ненависти глазам и той неистовости, с которой они прыгали, стараясь достать до ног несостоявшихся жертв, они и сами не могли поверить своему счастью.
- И как нам все-таки удалось избежать незавидной участи быть растерзанными? – преодолевая одышку, произнесла Дарья, оказавшись уже с другой стороны забора, защищающего их от недавнего кошмара.
- Сама ничего не поняла!.. – с усмешкой оборачиваясь на каменную стену, за которой они оставили два лежащих обездвижено тела, одно из которых уж точно оказалось еще и бездыханным из-за перелома шейных позвонков, откликнулась инфанта.
- А тебе не кажется, что это вредное насекомое просто преследует нас? – указала своей спутнице жестом на шмеля-монстра, летящего на высоте нескольких десятков метров над их головами, Раевская.
- Не совсем уверена, что это существо из мира животных. Возможно, за нами следят!.. – Эланор вызывающе помахала в сторону аэро-преследователя, и тот, словно поняв, что его разоблачили, полетел куда-то вдаль.
- Так вот… почему нас тут ждали!.. – догадалась Раевская, - Получается, что все это время нас вели сверху в лабиринте. Но как это…, вообще, возможно?..
- Когда на карту поставлено так много, это не проблема. По крайней мере, сейчас мы уже точно знаем, что Ковальски замазан в этой истории с поставками через сестру!.. – на лице инфанты появилась блуждающая улыбка, а взгляд стал металлическим, - Значит, она готова перейти не просто в атаку, а не считаясь с жертвами. Ну, что ж, посмотрим, как отреагирует Роберт на наш следующий визит.
- Только прошу помнить, что мы сейчас находимся на чужой территории!.. – на всякий случай решила напомнить Раевская, хотя и сама уже внутренне приготовилась перейти в атаку, что и отразилось на ее собственной мимике.
Девушки переглянулись и непроизвольно улыбнулись друг другу, как бы прочитав по внешней реакции готовность действовать.

******
Выйдя из таверны, которая в памяти швейцарца уже никак не ассоциировалась с той уединенной кафешкой, где он много раз встречался и со своими друзьями в период деятельности «Зеленого фронта», и даже с бандитами, торговавшими оружием, но никогда не подставлявшими его агентам Директории в те кажущиеся уже какими-то бесконечно далекими времена.  Тогда они играли роль той же ОДН сегодня, разве что с небольшой разницей, так как практически не маскировали свою деятельность, что и делало их менее опасными. Теперь же приходилось принимать во внимание, что любой человек, включая и тех, кто раньше из числа местных, которые по самому определению не могли работать на продажные власти, уже совершенно спокойно оказывались врагами. И разобраться во всем этом следовало не только на основании фактов, но и, подключая интуицию, которая, кстати, у швейцарца мало когда давала сбои, что и позволило ему до сих пор дышать кислородом и даже периодически пользоваться современным комфортом жизни.
- Какие планы на сегодня? – обратился к Бонту Штильхарт, когда вся троица удалилась на некоторое расстояние от кафешки.
- Не знаю!.. – с печалью в голосе произнесла девчонка, бросив исподлобья взгляд на швейцарца, в котором, по всей видимости, стала видеть кого-то вроде старшего товарища или даже наставника.
- Если нет особой занятости, гордячка, то займись поиском своего брата и передай ему наши пожелания встретиться. Только будь осторожна, сейчас спешка не нужна – главное безопасность!..
- Хорошо!.. – согласно кивнула головой подросток.
- Не знаешь, с чем связано столько патрулей на улицах?.. Да, и туристов с местными почти не видно, - поинтересовался Кирсанов, - Или теперь всегда так?..
- А ты помнишь, как было раньше? – вдруг спросил Флориан, опередив Бонту, уже открывшую рот, чтобы ответить самой.
- Не особо…, просто мирный город выглядит как на осадном положении!.. – пожал плечами Андрей.
«Ладно, пусть просто порассуждает, хоть ничего конкретного пока и не вспомнил. Любое движение ума в эту сторону не заставит себя долго ждать, как мне кажется!..» - подумал в рассудительной манере про себя швейцарец.
- Это еще не много! Бывает и больше, - наконец-то, ответила девчонка, забавно закатив глаза, - мне брат рассказывал, что раньше в городе можно было себя чувствовать в большей безопасности. Не то…, как сейчас. Патруль может без разговоров забрать любого жителя. И не всегда… они возвращаются домой после этого.
- Ни бога, ни идеологии! – почему-то возмущенно воскликнул Кирсанов.
- Раньше был у нас храм…, куда люди ходили молиться. Мне так Гамба рассказывал. Но это было очень давно. А сейчас ничего этого не стало. Так что в бога верят только старики, которые молятся дома. – Как-то по-взрослому рассудила подросток и вопросительно посмотрела сначала на Флориана, а потом и Кирсанова.
- Когда нет бога и идеологии, то все дозволено!.. – снова выдал порцию философской мудрости бывший великорусский разведчик, что заставило швейцарца улыбнуться в бороду, словно он увидел в лице товарища его прежнюю версию.
И пусть Андрей еще пребывал сейчас в каком-то своем затуманенном дурманом Убежища мире, в его голове уже появилась масса мыслей, готовых в скором будущем выразиться из своих гипотетических форм в нечто более реальное и осязаемое. Именно так и думал Флориан, глядя на напарника. И не последнюю роль в этом душевном оздоровлении оказывала эта встреча с Бонту. Вот и не верь после этого в магию и роль ноосферы в жизни человека.
- Не забудь, как мы условились с тобой связываться!.. – напомнил напоследок перед расставанием с подростком швейцарец.
- Ни за что!.. – уверила девчонка и, улыбнувшись с грустинкой в глазах, пошла в сторону северной окраины города.
Бонту скрылась за первым же поворотом, а Штильхарт, похлопав по плечу товарища, предложил ему тоже двигать в сторону центральной набережной. Сейчас у швейцарца на душе шевельнулось что-то похожее на заботу о близких, что было, как ему еще недавно казалось, утрачено навсегда. Уж слишком много на его долю выпало испытаний, включая потери и невыносимые страдания от невозможности ничего изменить. Но человеческую натуру, как любила говорить Крис, изменить практически невозможно. А потому и для Флорина, а он всегда прислушивался к словам своей подруги, когда-то принявшего решение держаться подальше от сердечных переживаний, тоже наступил момент некоего возрождения собственной сущности. И вот тогда он со всей очевидностью понял, что просто не может ни принимать самого деятельного участия в судьбе дорогих для него людей. А Бонту каким-то образом очень быстро вошла в его близкий круг, хоть и была ему совершенно чужим и незнакомым подростком еще несколько часов назад.
Весь этот душевный метаморфоз швейцарцу еще только предстояло осознать в деталях в недалеком будущем, а сейчас он лишь отметил для себя, что ему потребовалось вдруг со всей присущей внутренней силой погрузиться в происходящие на Кабо-Кабо процессы. И противостоять этому желанию он вовсе не собирался.
- Кирсанов!.. – бодрым голосом произнес Флориан, - Я думаю, что пора бы нам уже… вспомнить этот город…, или даже познакомиться с ним заново…, и сделать это следует по-настоящему. Ты как сам-то?..
- Почему-то мне кажется, что… здесь не совсем безопасно. Уж…, не знаю, как было тогда…, в первый раз, - без особого энтузиазма произнес Андрей и тяжело вздохнул.
Возможно, ему, как человеку, хоть и с потерянной памятью, но привыкшему выстраивать личные коммуникации с внешним миром, полагаясь именно на то, что принято называть интуицией, а на самом деле теми чувственными душевными настройками, которые проявляют себя в коннекте с ноосферой при расширенном сознании его носителя, сейчас и открывалось нечто особенное. И оно, это самое большее, чем привычное для всех предчувствие… было даже не просто размытым по определению непонятным ощущением, схожим с тревогой или мрачным предзнаменованием, а, более или менее, вменяемым понятием, схожим с болью или дискомфортом физиологии. Да, жизнь в Убежище сделала Андрея настолько особенным, что ему для формирования картины мира уже не нужны были особенные источники информации для их анализа, как это бывает, когда мышление не затуманено препаратами и есть возможность спокойно сопоставлять факты и события. Он понял, что весь внешний мир являет собой не просто взаимодействие материальных объектов между собой, и не суть, одушевленные ли они или бездушные, но представлен в первую очередь энергетически плотным эфиром, из которого можно черпать или терять и силы, и информацию.
Непостижимым образом его способности превратились не в набор вполне понятных врожденных качеств и приобретенных компетенций, а в нечто трудно описываемое словами и находящееся в глубинах подсознания, что в психологии принято называть бессознательным. А в ту корзину, как известно и попадает все то, что не может описать ни наука, ни религия, ни даже просто логика. И вот с этой иррациональностью Кирсанов, сталкиваясь, раз за разом, пытался разобраться на своем тонком уровне, где любые событийные связки переставали давать оправданный результат, а были обусловлены лишь разрушением и подменой понятий. Другими словами, бывшему узнику Убежища уже перестало казаться правильным, что следует опираться лишь на понятия справедливости для достижения нужного результата, рассчитанного на установление добра и истины. Теперь ему со всей очевидностью предстала та изнанка мира или закулисья,  где и происходит борьба противоположностей в виде света и тьмы, добра и зла, правды и отъявленной лжи. И все это он научился ощущать даже ни просто не умозрительно, а именно интуитивно-созерцательно, когда результат видится в готовом виде на эмоциональном уровне. Как будто ребенок смотрит в замочную скважину  и видит что-то не очень понятное, но ему страшно от этого.
- Ну, то…, что здесь кругом… одни узурпаторы и коллаборанты, и так понятно. Иначе этот благословенный остров не представлял бы сейчас такого унылого зрелища. Еще бы разобраться, какого черта так много патрулей…, - Штильхарт потрогал за руку товарища и кивнул ему головой на видимых в нескольких десятках метрах от них вооруженных людей, явно выискивающих все подозрительное, - … если на улице и так почти нет никого?..
- Здесь очень много… зла и боли!.. – печально выразил свои ощущения Кирсанов и последовал за швейцарцем в ту сторону, куда тот стал его увлекать.
А Флориан решил не испытывать судьбу, а убраться подальше от патруля, который уже было хотел приблизиться к ним, но передумал, когда понял, что для этого придется прибавить шагу или даже пуститься догонять быстро удаляющихся прохожих.
- Может, в город прибывает какая-нибудь важная задница из ОДН, и местные власти решили перестраховаться? – предположил на ходу швейцарец, периферийным зрением следя за своим спутником, чтобы тот ненароком не отстал от него.
- Могу лишь сказать, что здесь на каждом шагу любого… хорошего человека ждет неприятность, - откликнулся великорус, стараясь не отставать от товарища.
- Ладно!.. – кивнул головой Флориан, - У меня память хорошая, а город я в свое время знал…, как свои пять пальцев, так что….
Он не стал договаривать до конца фразу, потому что впереди опять показались люди в черной форме с короткоствольными автоматами, и следовало быстро ретироваться, чтобы не оказаться в поле их зрения.
- Ничего, дружище!.. – оказавшись в какой-то подворотне с узким проходом под низкой аркой, выводящей в другой переулок этого каменного лабиринта, как могло бы показаться обычному туристу, впервые посетившему этот город, произнес жизнеутверждающим тоном Штильхарт, - Где наша не пропадала!..
- Кажется, познавательной экскурсии по местам былой славы сегодня не получится? Может, пора уже вернуться в гостиницу и узнать у наших… девушек, как они провели этот день? -  поинтересовался планами спутника Андрей, который по-прежнему пребывал в тревожном состоянии, что и выражалось на его мимике и голосе.
- Наверное, ты прав, - не стал перечить товарищу Штильхарт, и на секунду остановившись на месте, стал прикидывать в голове, куда следует свернуть наследующем повороте, чтобы кратчайшим путем направиться в отель.

******

В прохладной от кондиционеров и просторной гостиной президентского номера отеля во главе длинного стола удобно устроилась на кресле с высокой спинкой Эланор. Она прикрыла верхние веки и попыталась восстановить в памяти все фрагменты прошедшего дня, которые уже практически полностью сложились в цельную картину. Осталось лишь выяснить некоторые детали, чтобы, исходя из этого, планировать последующие шаги.
Рядом с ней находился Капитан Льовера, которого она не видела практически всю часть дня, как оказалась в обществе Ковальски.
- Думаю, что нужно позвать Дарью. Заодно и распорядись, чтобы нам принесли что-нибудь к вечернему чаю, - открыв глаза, произнесла инфанта.
- Будет сделано!.. – с готовностью откликнулся бравый начальник службы безопасности инфанты, прекрасно понимая, что в этой служебной командировке в его обязанности будет входить и многое из того, что обычно находится вне рамок принятой ответственности.
А уже не более чем через четверть часа в этой гостиной рядом с Эланор сидела Дарья и попивала из фарфоровой чашки изысканного чайного сервиза, достойного стать частью любой тематической музейной экспозиции, горячий ароматный напиток. При этом Льовера стоял рядом с изголовьем кресла принцессы с каменным лицом человека, которому неведомы никакие человеческие слабости и готовым в каждый миг встретить любую неожиданную ситуацию по защите своей госпожи.
- Кажется, что сегодня… - инфанта бросила через плечо короткий взгляд на мощную фигуру Капитана, после чего продолжила, - … нам во много просто повезло.
- Ну, мне…, как ученому, хорошо известно, что случайностей в нашей жизни не бывает. Просто не все закономерности подвластны осмыслению. Другими словами, все случившееся обусловлено многими факторами, благоволящими нам!.. – улыбнулась кончиками губ Раевская, прекрасно понимая, в чей, как говорится, огород бросила камень принцесса.
- Если вы имеете в виду свои… приемчики из академического арсенала…, вроде Ноосферы и все такое… прочее, то могу и не согласиться. Ведь дрон-разведчик и эти амбалы, ожидавшие нас в засаде…, мало соотносятся с покровительством вышних сил!.. – ухмыльнулась Эланор, тоже пригубив из своей чашки.
- Госпожа, мне нужно осмотреть соседнюю комнату и коридор!..  – спокойно проговорил Капитан, на что получил молчаливый отклик инфанты кивком головы, после чего практически бесшумно удалился.
- Если честно, то я и сама удивилась, как нам легко удалось одолеть этих… головорезов, которые одним своим видом… уже навели на меня такой жути, что…. – Дарья специально говорила довольно громко и отчетливо.
Она это делала осознанно, чтобы находящемуся в соседнем помещении Льоверу, который после убытия привезшего на сервировочном столике их заказ из ресторана на первом этаже отеля гарсона производил тщательный осмотр всего гостиничного номера на предмет посторонних предметов,  через приоткрытую туда дверь из гостиной было хорошо слышно, о чем они беседуют. Эланор заметила это и лишь едва заметно ухмыльнулась, покачивая головой.
- Ну, дорогая Дарья, я особо и не заметила по твоему поведению, что ты была напугана. Хотя не буду отрицать, мне и самой показалось, что мы слишком легко одолели наших неудачливых… бандитов. Удивляет, насколько далеко готова зайти сестра через этого слизняка… Ковальски в своем стремлении заполучить трон, - задумчивым тоном произнесла инфанта.
В это время Капитан с невозмутимым лицом занял свое прежнее место рядом с принцессой и бесстрастно внимал словам девушек.
- Но разве сейчас у вас не появились неопровержимые доказательства против… инфанты Фике, которые достаточно сообщить вашему отцу… Королю Филиппу X, чтобы покончить с этим нечестным противостоянием?.. – удивленно посмотрела на Эланор Дарья.
- Все наши доказательства – это Ковальски и сам факт отгрузки вооружения. Так? – спокойным голосом пыталась обсудить имеющуюся в их руках информацию принцесса.
- Да, - лаконично согласилась Дарья, понимая, что собеседница явно не удовлетворена совокупными фактами для столь очевидного противостояния с сестрой.
- Но если доки пропадут, как и…, собственно… этот неприятный человек, в чем я не сомневаюсь, когда вскроется моя… наша осведомленность, то останутся просто слова!.. – продолжала осуществлять очевидный расклад фактов красивая брюнетка  блуждающей улыбкой на лице.
- Нужно фиксировать все. К тому же есть свидетели и кроме Ковальски!.. – попыталась возразить Раевская, уже понимая, куда клонит ее визави.
- Кстати!.. – инфанта повернула голову к Льоверу, - Капитан, а вам известно, что сегодня приключилось с нами во всех подробностях?..
- Конечно, ваше высочество! – с готовностью и бодрым голосом откликнулся начальник службы безопасности Наследницы.
- И как же все-таки вам удалось быть «невидимкой» и остаться таким осведомленным при этом?.. – в голосе принцессы слышались едва уловимые нотки насмешки, которые чутко уловил и сам Льовер.
- Если позволите…, ваше высочество?.. – Капитан протянул к Эланор экран своего гаджета, на котором в режиме видео-фиксации проигрывался ролик с кулачным боем девушек с чернокожими громилами с битами в руках.
- Ого! – удивленно воскликнула Наследница, бросив довольный взгляд на Дарью, - А ведь моя охрана, действительно, не дремала в тенечке, а бдительно следила за всем происходящим!..
- Значит, нам ничего не угрожало, - спокойно констатировала факт Раевская, аккуратно отхлебывая из фарфоровой чашки-реликвии уже начавший остывать ароматный чай.
- А если бы они нас…, стесняюсь сказать, покалечили в своем неуемном желании задержать?.. – на всякий случай поинтересовалась инфанта, хотя уже и сама понимала, что ей ответит ее бдительный охранник.
- Это невозможно, - с невозмутимым лицом произнес Льовер, - как только эти… имбецилы преградили вам путь, я тут же… принял меры!..
- И какие же? – не выдержала Дарья, понимая, что ей бы лучше сейчас просто слушать, а не встревать в разговор.
Но любопытство взяло верх, и Раевская, слегка покраснев после этой вспышки спонтанной заинтересованности, вся сосредоточилась на ответе.
- Я использовал микро-дротики с инъекциями мощной дозы транквилизаторов, которые существенно снизили их… когнитивность. Возможно, вы и не заметили, но реакция этих… неудачников существенно снизилась, несмотря на полное сохранение сознания, если оно у них, вообще…, имеется…, имелось!.. – вполне ровным тоном ответил Льовер, не сводя ни на мгновение взгляда со своей госпожи.
- Ну, вот! – не понятно, с удовлетворением или разочарованием воскликнула Эланор и посмотрела на Дарью, в глазах которой читался восторг этим мужественным Капитаном, - Значит, мы и без всей этой… битвы могли бы уйти оттуда покойно.
- Не волнуйтесь, ваше высочество!.. – Глава службы безопасности инфанты прекрасно понял, что имеет в виду его госпожа, а потому поспешил ее успокоить, - За этими… бандитами было очень много всякого, так что смерть одного из них вполне обусловлена. Теперь мир станет только чище!..
- Спасибо, что успокоил, - хмыкнула красивая брюнетка, а то у меня уже возникло чувство вины.
- Но что теперь нам делать с… Ковальски и… отгрузкой?.. – напомнила о серьезной проблеме Раевская, тоже с облегчением восприняв известие об уголовной сущности этих криминальных типов.
- Нужно подумать, - коротко ответила Эланор и глубоко вздохнула.

******

В дальней башне королевского дворца в своих покоях возле камина, из которого всполохи пламени матовым светом освещали окружающее пространство в кресле-качалке сидел Кортес Идрис, любуясь огнем. Рядом с ним, удобно устроившись на таком же седалище, находилась сенатор Великоруссии Александра Андреевна Овчинникова-Асфур.
- И все-таки  я не совсем понимаю!.. – явно подбирая правильные слова, произнес Казначей, на желчном лице которого блуждала едва заметная улыбка, а в глазах читалось не столько любопытство, сколько подобие тревоги, что для старика было очень редким явлением.
- Сейчас мы с вами общаемся неофициально, господин Идрис!.. – спокойно ответила эффектная женщина среднего возраста, едва раскачиваясь в кресле и тоже наблюдая за пламенем, как и ее визави, - Мой визит в Королевство нельзя назвать официальным, хотя я и встретилась с Филиппом и Кортесом Кадони.
- Хм!.. – покачивая головой, издал нечленораздельный звук Казначей, - Но…, позвольте, чем вам может быть полезен такой старик…, как я? Отношения между ОДН и Альянсом претерпевают не самые лучшие времена, я согласен. Но все-таки от меня это все так далеко. Ваш покорный слуга всего лишь маленький винтик во всей этой громадине международных отношений, так что….
- Позвольте не согласиться!.. – вежливо перебила собеседника Асфур, - Вы Казначей и член Королевского Совета, Кортес, который по статусу является первым после Монарха, а потому личность очень важная!..
- Но разве для вас, сенатор, имеет значение, что один из членов Совета, далекий от внешней политики и являющийся…, по сути…, лишь чем-то вроде бухгалтера…, думает о вашей стране? Великоруссия уже давно сделала свой выбор в пользу ОДН, а потому такие монархии, как наша…, видятся вам исключительно в виде анахронизмов. Или я не прав?
- Конечно же, нет! – глубоким грудным голосом ответила Александра, одарив старика обворожительной улыбкой, - Не буду ходить вокруг, да около. Альянс всегда представлял особый интерес и для ОДН, и для Великоруссии, в частности. А так как в недалеком будущем власть монарха перейдет к одной из инфант, то для нас очень важно, чтобы личность нового Властелина не оказалась сюрпризом… неприятным.
- Уверен, что вы и так знаете, что в Совете большинство склонны изменить Конституцию в пользу вливания в ваш Союз. Так к чему все эти… рассуждения? Скоро придет время новых людей. Обе инфанты, встав у власти, скорее всего, захотят начать свое царствование с реформ и трансформаций. Наш Король и сам бы уже давно все изменил, но он не желает потрясений для Альянса, пока не наступила законная власть одной из его дочерей. Вам-то и нужно всего…, как набраться терпения на несколько лет, после чего Иберия и сама окажется в объятиях глобалистов!.. – глубоко вздыхая, констатировал очевидный факт Казначей.
- Если бы все было так просто, то меня сейчас здесь не было!.. – ухмыльнулась великорусская сенатор, - С вашим монархом, конечно же, и так все понятно. Вы правы только в этом. Но вы же и сами прекрасно понимаете, что даже в Совете… вашем… нет единства. Например, Кортес Кадони, с которым мне бы в первую очередь нужно было обсуждать внешнеполитическую повестку, совершенно не настроен на поглощение Иберии ОДН. К тому же и его любимая… инфанта…, а это, как вы понимаете, именно Эланор…, придерживается взглядов, далеких от сближения с нами. И только вы способны окончательно склонить чашу весов на сотрудничество с моей страной. Только подумайте, насколько вы выиграете от такой перспективы. Причем не нужно сразу рассуждать о суверенности и попрании традиций внутри Альянса. На первых порах достаточно склонить Совет на более тесные экономические и политические связи лишь с Великоруссией. А это и традиционная энергетическая повестка, и инновационное сотрудничество. Неужели, это вам не интересно… совсем? – Асфур, оторвавшись от камина, перевела взор на Идриса, который внимательно выслушал свою гостью.
- Ваше предложение, конечно же, не новое для Совета!.. – задумчиво ответил желчный старик, потирая сухие ладони рук, - Но ведь мы все прекрасно понимаем, что…, как говорят у вас на родине…, бесплатный сыр бывает только в мышеловке!.. Любое тесное сотрудничество двух стран, как правило, оканчивается диктатом одной… более сильной и беспрекословным подчинением другой… слабой. И этого все наши…, конечно же, боятся. Иначе, уже давно все было бы по-другому.
- Нет и еще раз нет! – уверенно возразила сенатор, - Наш Президент всегда очень ценила суверенность всех стран мира.
- Наверное, поэтому вы не стали сопротивляться ОДН и вошли в этот не самый равноправный Союз, - не без ехидства заметил Казначей, продолжая потирать замерзшие стариковские руки.
- Глобальное объединение невозможно остановить. Это лишь вопрос времени и издержек. Причем вливание в наш Союз может происходить по-разному. Кто проявит прозорливость и желание оказаться на верху иерархической пирамиды, тот примет такое решение быстро, а для других будет и более тернистым путь, и менее завидное положение в последующем. Вам ли не знать, как все это устроено. Жаль, что не вы, а Кортес Кадони стоит во главе внешнеполитического ведомства Альянса!.. – не обращая на колкость собеседника, парировала Асфур.
- Вам бы не со мной такие задушевные беседы вести, а с инфантами!.. – хмыкнул Идрис, понимая, что это только самое начало разговора.
- Ну, за этим дело не станет, хотя и так понятно, кого бы во главе Альянса хотел видеть ОДН!.. – Александра посмотрела в сторону Кортеса, пытаясь разобрать по его мимике и жестам реакцию на столь очевидные слова.
- Для меня нет большой разницы между Эланор и Фике, хотя они явно по-разному смотрят на судьбу Короны, - спокойно отреагировал Идрис, - ведь они обе амбициозны и любят страну по-своему очень сильно. Ну, а какой путь станет лучшим – это покажет время. Я не оракул, чтобы делать прогнозы. Скажу лишь, что Эланор более совестливая, а Фике – целенаправленная. И кто знает, какое из этих качеств в современном мире принесет больше пользы державе. Вы сами знаете?
- Если вы именно так считаете, то у меня есть специально для такого случая другой аргумент!.. – с ухмылкой произнесла сенатор, - Как вы посмотрите на то, чтобы Великоруссия инвестировала в вашу экономику серьезные средства…, конечно же, через фонды, которые будут находиться под вашим непосредственным управлением?..
- Если бы мне было, хотя бы на пару десятков лет меньше, дорогая Александра, то я, конечно бы, согласился со столь заманчивым предложением. Но мне… старику осталось так мало… времени на этой земле, а потомства я не оставил, так что в этом смысле я неуязвим, как тот самый бессребреник, сидящий на куче золота, который лишь охраняет чужие несметные сокровища. – Кортес глубоко вздохнул и снова воззрился на пламя в камине.
- Тогда у меня не остается другого выхода, как предупредить вас о возможной ошибке!.. Дружба с Великоруссией дорогого стоит, и наша великая держава не будет ей разбрасываться без разбора!.. – в голосе сенатора послышались металлические нотки, которые не укрылись от внимания Идриса.
- Я не отказываю вам, госпожа Асфур, в своей лояльности – лишь говорю о том, что мне нужно подумать!.. – решил быть более гибким Идрис, - Вы мне нравитесь, и ваша страна всегда вызывала у меня уважение. Но сейчас нельзя руководствоваться в такого рода решениях одними лишь этическими соображениями и привязанностями, нужны объективные гарантии. А кто сегодня их даст?!
- Подумайте, ваше превосходительство!.. – кивнула головой Александра, - Я передаю волю самой госпожи Президента Великоруссии и обещаю вам свою личную протекцию в ОДН. Это дорого стоит.
Сенатор Овчинникова-Асфур встала с кресла-качалки и сделала пару шагов к выходу из каминного зала Северной башни.

******

Сердар одобрительно кивнул головой Анастасии и приблизился к переборке, прислушиваясь к звукам, доносящимся из коридора.
- Не беспокойтесь, друзья!.. – сосредоточенное лицо Сердара не вызывало сомнений даже у Яня, который, хоть и не сразу, но согласился с доводами перса.
- Ладно, чему быть – того не миновать! – деловым тоном произнесла Покровская-младшая, обведя взглядом всех мужчин в своей группе и остановив окончательный взор на иранце, - Так говорят у меня на Родине, так что….
- Ты, друг, – сиплым голосом сказал Голицын, - помни, что от тебя зависят жизни всех нас. Я ведь…, если что…, тебя и из-под земли к ответу призову!..
- И я тоже!.. – хмыкнул Янь, понимая, что такой аргумент сейчас выглядит больше не как угроза, а для воодушевления.
- Удачи! – похлопал по плечу убывающего Сердара пилот, - Надеюсь, твой план сработает, а других-то у нас и нет вовсе.
Глубоко вздохнув, перс открыл тяжелую металлическую дверь и уже без слов вышел наружу.
- Эх, если он нас все-таки обманул…, - почесывая затылок, предположил Янь, - … то мы все здесь полные идиоты.
- Говори за себя!.. – своим хриплым голосом откликнулся Мишель, - С Сердаром… или без него, а у нас… сейчас… выбор оказался невелик.
- Потому и я согласился на эту авантюру, - покачивая головой, отметил Лео, на лице которого читалась необъяснимая уверенность в правильности выбранного решения.
- И я верю Сердару, - заключила Анастасия, и в мрачном помещении с неработающей аппаратурой на какое-то время воцарилась тишина. Лишь мерное сопение Голицына выдавало присутствие здесь людей.


                Глава 6
 
                «Храм»


Удобно расположившись в мягких креслах фойе отеля, Штильхарт с Кирсановым ожидали Дарью, которая по телефону из своего номера пообещала скоро спуститься к ним на первый этаж, чтобы обменяться мнениями о первом знакомстве с городом и поделиться своими соображениями на счет ближайшей перспективы.
- Эх, здесь даже воздух стал какой-то другой, скажу тебе, дружище!.. – лениво пролистывая первый попавшийся ему глянцевый журнал на стеллаже рядом с диваном, отметил швейцарец, - Так и чувствуется, что в любой момент на голову обрушится какая-нибудь гадость. Мне так даже среди бедуинов в последние годы не было… ни по себе.
- В этом отеле много такого, что… не видно на первый взгляд, но влияет на всех, - неопределенно и с тоном человека, который прекрасно осознает, о чем говорит, произнес Андрей, спокойно наблюдая за стойкой администратора и редкими посетителями, проходящими мимо.
- Удивительно, как ты умеешь выражаться, Кирсанов!.. - ухмыльнулся Флориан, после чего попытался проследить за взглядом напарника, но ничего подозрительного навскидку не обнаружил, - Тебе и раньше-то не удавалось с первого раза обозначить… тревожные моменты. Поэтому я и не удивлен. Может, еще раз попытаешься?
- Неужели не заметил, что администратор уже три раза посмотрел в нашу сторону? Но мы не просили его ни  о чем… таком, чтобы ему было необходимо так внимательно…. – великорус тяжело вздохнул и не стал оканчивать фразу, словно это уже было не так и актуально.
Штильхарт незаметно бросил взгляд сначала на человека за стойкой у компьютера, а потом и своего товарища, отметив про себя, что затуманенное сознание последнего в определенные моменты его не самого деятельного поведения может быть даже полезным. И, действительно, мозг Андрея, хоть и не отличался пока своей природной способностью, развитой впоследствии многолетней службы в великорусской разведке, а именно совершать постоянный сбор и анализ поступающей из внешнего мира информации, но обрел нечто другое. И это самое, другое качество сознательной функции исключало не менее вредный для наблюдения фактор, который присутствовал у «нормального» человека, под названием «суета». Ведь даже опытные аналитики, к которым, конечно же, принадлежат и сотрудники различных разведок мира, не могут полностью избавиться от этого многослойного нагромождения фактов и дефицита времени, которые и приводят к потенциальным ошибкам и тому самому, мешающему безупречному анализу хаотичному фону или шуму. Но для Кирсанова, с его отравленной препаратами кровью, которая только еще начала очищаться от активных веществ, попавших в организм в Убежище и создающих до сих пор «туман» мысли, это было сейчас несвойственно. А потому он отстраненно созерцал все происходящее рядом и беспристрастно замечал ускользающие даже от швейцарца детали. И, конечно же, это нужно было использовать, что и решил делать Штильхарт, сейчас лишь молчаливо кивнув головой на замечание напарника.
- Как думаешь, дружище, сколько времени нужно затратить женщине, путь даже и не такой уж фанатичке макияжа и модного гардероба, чтобы собраться? – решил не смущать собеседника своими выводами швейцарец, переводя разговор на совершенно другую тему.
- В фойе за пятнадцать минут, что мы тут сидим, отметились… три шпика!.. – полностью проигнорировав вопрос Флориана, продолжил делиться ценной информацией Андрей.
- Ого!.. – не смог не удивиться Штильхарт, - Ты молодец, что замечаешь такие подробности. Я только двоих срисовал.
При этом швейцарец неосознанно почесал подбородок, что в его случае означало некоторое напряжение, связанное с удивлением. Сейчас он отметил и еще один момент, имеющий непосредственное отношение к его коммуникации с великорусским партнером – способность того полностью исключать неважную информацию, минимизируя количество обрабатываемых его мозгом  данных. Такая способность была на грани гениальности, хотя и могла в некоторых случая нервировать оппонентов, не знающих так хорошо своего визави.
В это время со стороны лифтовой площадки в просторное фойе вышла Дарья, которая, увидев своих друзей, одарила их лучистым взглядом и еле приметной улыбкой.
- Привет еще раз!.. – подойдя вплотную к Кирсанову и Штильхарту, поздоровалась Раевская.
- Доброе утро!.. – практически в один голос приветствовали Дарью мужчины.
Причем швейцарец при этом озарился своей улыбкой «на миллион», которая была его несомненным преимуществом во все времена при общении с представительницами противоположного пола. Тем более что этим утром он решительно избавился от своей долго отращиваемой бороды и сейчас явно выглядел моложе на пару десятков лет.
Зато Андрей, хоть и не выглядел напряженно или чрезвычайно рассеяно, но вымолвил короткую фразу без особого акцента, хотя и явно благоволил обществу соотечественницы, что выражалось не столько вербально или жестами, сколько выражением глаз, в которых в такие моменты виделись искорки едва заметного интереса.
- Предлагаю пройти в бар!.. – вставая с кожаного кресла, проговорил Флориан, сопроводив слова кивком головы в сторону висящей вывески, - А то здесь много любопытных глаз.
- Неужели!.. – удивилась Дарья, однако сдержав свой дебютный порыв оглядеться по сторонам.
- Там и кофе самый вкусный в отеле подают!.. – поддержал идею покинуть фойе Кирсанов, тоже поднимаясь во весь рост со своего места.
- Кофе – это мое все с утра!.. – решила сосредоточиться лишь на завтраке Раевская, понимая, что два профессиональных разведчика…, или «полтора», с учетом текущего состояния Андрея, не могли ошибиться в таких выводах.
А уже через какие-нибудь десять минут вся троица удобно устроилась за угловым столиком возле окна в уютном баре отеля на первом уровне. Перед каждым стояла чашка дымящегося, ароматного кофе, источающего изысканный амбре, а посреди стола находилось блюдо с блинчиками, фаршированными красной икрой.
- Как это по-великорусски!.. – отметил швейцарец и первым подал пример, протянув руку с небольшими щипчиками за румяным десертом.
- А вам, Флориан, очень идет европейский вид!.. – сделала комплимент Дарья, имея в виду в первую очередь даже не костюм швейцарца, а его безупречную бритость на лице, - Причем могу поделиться женским взглядом…, если интересно….
- Буду признателен!.. – воспользовавшись намеренной паузой собеседницы, улыбнулся Штильхарт.
- Ваше преображение… разительное… произошло без утери брутальности!.. – ответила своей улыбкой Дарья, почему-то смутившись от взгляда Кирсанова.
А тот, словно и не слушал милую болтовню своих друзей и полностью сосредоточился на наблюдении за присутствующими в баре посетителями, используя исключительно периферийное зрение. Причем с некоторых пор он заметил, что это свойство он достаточно натренировал именно в Убежище, когда под воздействием препаратов он цеплялся за остатки сознания, применяя в качестве точки опоры именно объекты не на прямой линии взгляда, а со стороны. И это давало свои плоды, ведь окружающие не видели в нем никаких подозрительных реакций, в то время как на подкорке фиксировались мельчайшие детали. Да, раньше это имело мало ценности, разве что не давало, вообще, свихнуться или зациклиться на том бреде, которым ежедневно и ежечасно напичкивали его самого и товарищей в рамках идеологической обработки и приучения к тотальному подчинению. Но вот сейчас Кирсанов мог с легкостью и, главное, не привлекая внимания окружающих, наблюдать за обстановкой. А с учетом ситуации на острове и, в частности, вокруг них самих такой подход к визуальному контролю ситуации уж точно мог считаться наиболее эффективным.
- Тебе не кажется…, дружище, что в баре мы практически в полной безопасности от лишних глаз? – поинтересовался Флориан, заметив, что его напарник сосредоточен именно на наблюдении.
- Я бы так не сказал!.. – хмыкнул Кирсанов, продолжая монотонно сканировать окружающее пространство, а так же пережевывать содержимое во рту и отпивать кофе небольшими глотками.
- Ну, и бог с ними!.. – спокойно согласился Штильхарт и посмотрел на Дарью, которая не спешила делиться имеющейся у нее информацией, ожидая, когда собеседники сами начнут задавать вопросы.
В это самое время за стойкой с невозмутимым видом стоял бармен, беспрерывно протирая стеклянные фужеры, бокалы и высокие стаканы. По его виду складывалось такое впечатление, что это и есть его призвание, от которого он в полном восторге, разве что не показывает это своим видом. Официант обслуживал посетителей за столиком на достаточном удалении, чтобы им было, хоть что-то слышно из разговора швейцарца и великорусов. А потому доверительную беседу можно было продолжать без особых рисков.
- Как там обстоят дела с… отгрузкой в порту? Есть новости?.. – наконец-то произнес основные слова Флориан, обращаясь к Раевской.
- Судя по звонку Ковальски инфанте, он получил от своих заказчиков зеленый свет. Мы не ожидали, что после всех этих… его реакций и затягивания времени, этот… скользкий человек так быстро все разрешит!.. – с усмешкой и презрительным тоном произнесла Дарья.
- Эланор решила остаться в номере, или у вас какой-то особый план… на сегодня? – спросил Штильхарт безразличным тоном, словно это была ничего не означающая фраза, если наблюдать со стороны за его мимикой, пытаясь улавливать интонацию.
- Он решила пока побыть на связи…, не выходя из гостиницы. Возможно, скоро последует звонок из Иберии. Ведь явно мы разворошили осиное гнездо, когда открылись нюансы отгрузки оружия в адрес наставника Фике!.. – в голосе и мимике Раевской не слышалось никакого волнения, но пульсирующая венка на шее выдавала ее напряженное состояние, что и не укрылось от швейцарца, да и Кирсанова тоже.
- Если в Альянсе начнется борьба за власть, то этим точно не преминет воспользоваться ОДН!.. – как бы рассуждая вслух, произнес Флориан и вопросительно посмотрел на симпатичную девушку, которая и сама уже не один раз пыталась предугадать первые верные шаги своей новой знакомой инфанты, на стороне которой она была полностью и безоговорочно.
- Любая власть сопряжена с наличием противоборствующей стороны, - бесстрастным тоном произнес Кирсанов, - что не зависит от справедливого государственного устройства.
- Не могу согласиться!.. – отставив чашку с кофе в сторону, отреагировала Дарья, - На эффективность любой власти в первую очередь влияет общественное мнение, именно поэтому демократические институты, ориентированные на выполнение интересов большинства, и являются сегодня самыми прогрессивными. Если только не злоупотреблять манипуляциями общественным сознанием!..
- Ваша оговорка и является самой существенной!.. – с печальным лицом констатировал Андрей, - Любая власть…, будь то демократы или автократы…, не важно…, будут пускать пыль в массы, чтобы те были управляемы. Всегда и везде имеет место иерархия, а уж инструменты… воздействия на людей зависят от возможностей власть имущих и готовности самого народа принимать их.
Выдав довольно продолжительный спич, Кирсанов выразил на физиономии нечто похожее на улыбку, что в его случае было свидетельством максимального эмоционального подключения к теме.
- Получается, что формы государственного управления сегодня не важны и всего лишь удобная формальность, связанная с традициями народонаселения!.. – попытался подвести итог этим рассуждениям швейцарец.
- Именно!.. – кивнул головой Андрей, - Но я говорил о другом. Любая власть…, даже самая популярная и чтимая большинством населения, будет иметь оппозицию. Это определяется объективными условиями любого социума. И вот тут нужно четко понимать, как воспользоваться таким раскладом.
- С этим не поспоришь!.. – согласилась с готовностью Раевская, - Эдакий баланс, можно сказать. Но как это нам может помочь, если вы об этом?..
Выпускница докторантуры факультета глобалистики в Международном институте согласия и равенства при ОДН с интересом смотрела на своего соотечественника, еще совсем недавно просто неспособного к такого рода рассуждениям из-за понятных потрясений последних пятнадцати лет его жизни.
- Если мы хотим противостоять сильному сопернику, то нам нужна армия…, если и не военная, то с широкой и разветвленной сетью, способной собирать информацию и предоставить свои ресурсы в борьбе!.. – в голосе Андрея стали прослушиваться металлические нотки, еще недавно не свойственные ему.
- Хочешь сказать, что мы можем помешать Ковальски… в контексте наших текущих интересов?.. – решил уточнить Флориан, переглянувшись с Раевской, которая с большим интересом стала наблюдать за обычно молчаливым Кирсановым.
- Оппозиция – это не только идеологические соперники, но и теневая экономика!.. – спокойно констатировал великорус, - И здесь тоже должен быть какой-нибудь черный рынок, включающий и оружие.
- По-другому и быть не может! – с готовностью согласился швейцарец, задумчиво потирая мощный подбородок тыльной стороной ладони, - Если уж в порту… у Ковалевски… налажены поставки устаревшего… по меркам ОДН вооружения, то и где-то в другом месте, где орудуют вездесущие контрабандисты, тоже имеется свой арсенал. Им-то от всей инфраструктуры только и нужна какая-нибудь тайная полоска берега, чтобы скрытно наладить свои поставки. Ты об этом?..
- Это на крайний случай!.. – кивнул головой Андрей, - Но они бы нам пригодились и для информации. Ведь конкуренты всегда знают все друг о друге.
- Железобетонная логика! – с восторгом согласился Штильхарт, бросив быстрый взгляд на представительницу международного академического сообщества.
«А ведь Андрей начал приходить в себя, и это совершенно уникальный случай в исторической практике. Кажется, у него даже могут открываться некие повышенные способности, несвойственные другим людям. Еще недавно…, каких-нибудь пару десятилетий назад… любой ученый муж, занимающийся той же психологией, заключил бы, что у него невообразимо развито именно левое полушарие мозга. Ведь согласно теории, предложенной Роджером Сперри еще в 1973-м году, именно оно отвечает за логику и аналитику, а правое – за творчество и артистизм. Но сейчас всем хорошо известно, что это просто заблуждение, развеянное многочисленными опытами. Поэтому получается, что воздействие препаратов, называемых «вытяжкой», полностью изменило способности вывода информации из слоев нейронных связей. Кажется, что я становлюсь свидетельницей совершенно уникального преображения человека в носителя расширенного сознания. Об этом эффекте в самых различных абстрактных формах рассуждают ученые много лет, но все в их случае сводилось к обычным опиатам и галлюциногенам, изменяющим умственное восприятие. А здесь мы имеем дело с совершенно трезвым образом мышления, расширенные рамки которого сформировались не спонтанно, а в абсолютно стабильном состоянии!..» - попыталась рассуждать про себя Раевская, краем уха продолжая слушать собеседников.

******
В небольшой комнате с одним лишь витражным окном, выходящим на восток, откуда сейчас неторопливо показывалось из-за горизонта огромное светило, сидела за рабочим столом инфанта Фике. Она не смогла уснуть ночью и пришла в эту библиотеку, коих во дворце имелось несколько. Единственной мебелью здесь был этот самый стол, оборудованный выдвижной панелью с интерфейсом для управления виртуальным помощником, и несколько огромных стеллажей от пола до потолочного свода в виде нескольких арок наверху, образующих купол в виде полусферы. Сейчас первые лучи солнечного диска уже уверенно начинали разрывать полумрак предрассветного часа, проникая и в окно, через которое заполняли окружающее пространство, заглушая искусственное освещение от светильника, которым пользовалась девушка.
Инфанта несколько часов изучала исторические материалы, открывающие ей некоторые детали в сложных взаимоотношениях ведущих Домов Королевства, с тем, чтобы при случае воспользоваться ими в собственных интересах. Нельзя сказать, что она полностью удовлетворила свое любопытства и нашла неопровержимые свидетельства чего-нибудь уж очень компрометирующего кого-то из членов Королевского Совета, но любопытные факты все-таки имелись.
Например, у Казначея Идриса, не имеющего на всем белом свете никого из близких родственников, а значит, и явных наследников все-таки была привязанность к одному субъекту, упоминание о котором имелось в прочитанных «Летописях дома Идрисов». И этим человеком являлся некий молодой мужчина по имени Лампур. Да, нигде не было очевидных указаний на его родственную связь с Кортесом и Главой дома. Однако Фике умела читать между строк и сопоставлять факты. А потому после тщательного изучения всех мест и дат пришла к выводу, что мать этого юноши, безвременно погибшая в результате послеродовой горячки с большой долей вероятности могла быть возлюбленной Идриса. И вот тут-то и следовало подробнее разобраться. Конечно же, такой неуязвимый, на первый взгляд, Кортес мог бы считаться таковым в силу собственной неподкупности и отсутствия интересов к каким-либо дворцовым интригам. И, конечно же, сестре Фике никогда бы и в голову не пришло пытаться надавить на Казначея. Но только вот для самой инфанты такой расклад совсем не казался сейчас безусловным. Осталось только развеять сомнения и найти-таки болевую точку Идриса. А это была самая главная задача для предстоящей борьбы по завоеванию приверженцев Совета на поле боя за Престол уже в самом скором времени, как ее представляла себе Фике, считая сестру вполне достойным соперником. А потому готовиться к политически баталиям следовало уже сейчас. Особенно это было удобно из-за отъезда Эланор к себе в провинцию сразу же после дебютного совместного Совета, на котором они вместе с ней  впервые предстали перед Кортесами воотчую.
Мысли инфанты сосредоточились сейчас на этом бастарде Лампуре, который, как понимала сама Фике, стал бы полноправным наследником  Дома Идрисов только после определения одной из инфант в качестве Королевы. А до этого момента хитроумный Казначей даже и не помышлял выводить на свет божий своего единственного сына, хотя тот и считался пока незаконным. Но для столь искушенного не только в финансовой области, но и политических интригах члена Королевского Совета, такая малость, как официальное усыновление и обретение юридических прав на наследие не могло считаться, хоть какой-то преградой для достижения цели.
Инфанта еще раз сверилась с датами,  и на ее лице появилась блуждающая улыбка, свидетельствующая о том, что она нащупала верный след. Уставшая за продолжительную бессонную ночь девушка потянулась, вытянув вверх обе руки и размяв шею, поочередными поворотами головы сначала по часовой стрелке, а потом и в противоположном направлении. В её глазах появился адский огонек, который с самого детства был очевидной чертой, когда она собиралась сделать что-то не самое праведное и честное, что обычно порицается обществом и, главное, родителями.
Глянув на настенные часы, показывающие, что грань между темнотой ночи и утренним рассветом пересечена в пользу последнего, Фике сделала движение всем телом, чтобы подняться со своего места. Однако в тот миг, когда она уже стала опираться обеими руками о столешницу, в дверь постучали.
- Войдите!.. – отчетливо произнесла Фике и снова откинулась на высокую спинку кресла всем корпусом.
- Доброе утро, ваше высочество!.. – в дверном проеме показалась сначала крупная голова Бельтрана, а потом и все его тело.
- Доброе…, Наставник!.. – откликнулась инфанта, с удивлением пытаясь понять по выражению лица мужчины, с какими намерениями он пришел сюда в столь ранний час.
- Я еще вчера хотел вам сообщить, но было уже поздно…, - начал объяснять причину своего не совсем обычного визита Элиас, по физиономии которого и сейчас, как, впрочем, всегда, ничего нельзя было определить заранее, - …что ваш родитель…, извините…, Филипп X через меня передал свое желание встретиться сегодня с вами после утренней трапезы.
- Ого! – воскликнула принцесса, - Папенька хочет уделить мне время из своего плотного рабочего графика монарха. Значит, что-то не столько серьезное…, сколько не самое приятное… для меня, конечно.
Фике произносила слова с не самой добродушной физиономией, придавая интонации слегка презрительный акцент, что, конечно же, не укрылось от Бельтрана.
- Не стоит настраивать себя так, ваше высочество!.. – попытался формальным образом успокоить воспитанницу Наставник, - Король лишь пожелал устроить мне вашу аудиенцию. Возможно, ему будет интересно узнать, как долго мы собираемся еще гостить во дворце.
- Вот именно!.. – хмыкнула инфанта, вставая из-за стола и приближаясь вплотную к Элиасу, - Но у меня не было желания, как можно быстрее, уезжать в наш туманный край, где у меня случаются депрессии.
- Но я бы вам не советовал, принцесса, спорить с Королем, если речь, действительно, пойдет об этом!..  – настойчиво рекомендовал Бельтран, строго смотря на девушку.
- Это я и сама прекрасно понимаю, Наставник!.. – не самым довольным тоном произнесла инфанта, после чего сделала небольшую паузу и продолжила с уже большим интересом к разговору, - А что у нас с отгрузкой из Кабо-Кабо?.. Все идет по плану?..
- Не совсем, ваше высочество!.. -  Наставник тяжело вздохнул, - Не понимаю, как такое…, вообще, могло случиться, но ваша сестра сейчас на острове и встретилась с Ковальски…, это мой человек…, занимающийся….
- Я знаю, кто это!.. – нетерпеливо перебила Элиаса Наследница Престола, - Но почему?..
- Утечка информации невозможна! – уверенно произнес Бельтран, после чего попробовал рассуждать вслух, перебирая возможные варианты, - Мы оба понимаем, что случайностей не бывает. Значит, на Кабо-Кабо она прибыла с какой-то целью. Но кроме теневого рынка оружия там нет ничего такого, что вызвало бы интерес в преддверии предстоящих наследных событий. Возможен, конечно же, вариант, что там…, как на нейтральной территории, ваша сестра могла бы назначить встречу с кем-то из ОДН, например, или…, что не совсем разумно…, из Сообщества. Ну, а версия с поиском этого… беженца из какого-то там Убежища, мне уж совершенно кажется безумной.
- Постойте-постойте, Наставник!.. – в глазах девушки появились искорки возбуждения, - Но что вы сами знаете об этом человеке? Кажется, вся эта таинственная история постепенно становится доступной более широкому кругу людей. Вам об этом донесли ваши соглядатаи из Аустрии?..
- Ну, да!.. – кивнул головой Бельтран, после чего продолжил в своей обычной рассудительной манере, - Мой человек из окружения вашей сестры утверждает, что во дворце инфанты несколько дней в том крыле, которое отведено под ее покои, проживал под охраной некий незнакомец. Есть мнение, что это беглый разведчик из Великоруссии, который много лет был узником какого-то закрытого заведения то ли тайной полиции, то ли военных ОДН. В любом случае этот свидетель чего-то… очень важного, которого Эланор…, простите, ваше высочество, принцесса Эланор может использовать в борьбе за Трон. И у меня есть основания полагать, что это для нас так же важно, как и вооружение со складов на Кабо-Кабо.
- И по всей видимости, этими основаниями вы считаете, пропавшие Камни из Креста Изабеллы Кастильской…, моей много раз «пра» бабки из седой архаики? – попыталась угадать инфанта, скривив лицо, словно съела дольку лимона без сахара.
- Вы очень прозорливы, ваше высочество!.. – склонил голову Элиас, признавая ее правоту.
- Кажется, во Дворце сам воздух пропитан этой родоначальницей, если у всех только и мыслей, что об ее магических способностях, связанных с Крестом. Только вот я не очень-то верю всем этим стародавним басням. Сегодня вся сила заключается в технологиях и знании, а не вере в магические способности артефактов!.. – девушке явно не нравилась затронутая тема.
- Но…, позвольте, принцесса!.. – настойчиво продолжал Бельтран, - Если миф о «вытяжке» окажется вымыслом, ловким ходом…, то вопрос о Камнях встанет с особой остротой. И вот тут-то нам не следует оказаться в качестве догоняющих. Уж лучше самим произвести поиски этого… великорусского потеряшки, чем….
- Ладно!.. – отмахиваясь обеими руками, согласилась инфанта, перебивая Элиаса, понимая, что в его словах есть смысл, да и не отстанет он от нее, когда так уверен в собственной правоте,  - Только встречусь с отцом, и потом подробно обсудим все.
- Прекрасно! – на лице Наставника появилась легкая улыбка, свидетельствующая об его удовлетворении результатом разговора с воспитанницей.
Бельтран, молча, кивнул головой и направился к двери, а Фике, тяжело вздохнув, снова бросила взгляд на настенные часы. Сегодняшний день для Наследницы начинался довольно динамично, что ее не столько смущало, сколько настраивало на боевой лад. Ведь с момента появления на Королевском Совете, все мысли только и крутились вокруг Престола и предстоящего противостояния, к которому она стала готовиться еще несколько лет назад, хоть и не так активно, как это требовалось теперь, когда они с сестрой выходят на своеобразную финишную прямую этого престолонаследного забега.

******

Оказавшись на северной окраине города, где даже в нынешнее неспокойное время было не так уж и много патрулей, как в других его районах, Штильхарт и Кирсанов смогли, хоть немного расслабиться.
- Дружище, тебе не кажется, что в этом месте даже птиц намного меньше, не говоря уж о людях? Как будто какая-то неведомая сила очищает территорию от лишних глаз!.. – усмехнулся швейцарец, оглядываясь по сторонам.
- Не просто кажется, - бесстрастным тоном ответил великорус, - а очень даже. Здесь все вопиет о мраке и забвении.
Флориан бросил на спутника заинтересованный взгляд и подумал, что разговор на эту тему не придаст никому из них дополнительного оптимизма, а потому развивать его не имеет никакого смысла. В очередной раз оглядевшись по сторонам, он увидел то самое место, о котором они договорились недавно с Бонту, когда решали, где им следует встретиться следующий раз.
- Ну, вот!.. – кивком головы швейцарец указал на причудливой формы акацию, рядом с которой лежал замшелый валун, непонятно как оказавшийся в этом пустынном месте, - Здесь-то мы и посидим в тенечке пока.
- Чувствую, что за нами кто-то следит!.. – стараясь говорить спокойным тоном, произнес Кирсанов, сосредоточившись на периферийном зрении, сканируя округу практически в панорамном формате.
- Ничего удивительного!.. – совершенно невозмутимо отреагировал Штильхарт, почесывая мощный подбородок тыльной стороной ладони, - Мы здесь как на ладони для всех местных. Подумаешь!..
- Ладно, - согласился Андрей и даже попытался улыбнуться, что у него получилось не очень-то и хорошо, - Рядом с тобой все бандиты на районе очень хорошо подумают, прежде чем ограбить нас!..
- Хм!.. А я как-то и не догадался, что мы можем представлять, хоть какой-то интерес для любителей поживиться нахаляву!.. – стараясь не терять оптимистического настроения, отреагировал швейцарец.
Он заметил, что настороженность товарища вполне может оказаться актуальной, когда и сам обратил внимание на шевелящиеся кусты со стороны начинающегося жилого квартала, больше похожего на гетто, чем современную застройку, хоть и окраины, но все-таки туристического города, отличающегося уникальной колониальной архитектурой.
- Думаю, что для Бонту понятие времени не слишком-то… ассоциирует с точностью!.. – решил обосновать явную задержку «Гордячки» Флориан, в очередной раз сверившись с показаниями наручных часов.
- А тебе не показалось странным, что она, вообще, согласилась на встречу своего… законспирированного брата с малознакомыми людьми. Мы ведь можем оказаться… из этих!.. – как-то не совсем определенно высказался великорус и снова замер в неподвижном положении, словно медитируя.
- По ней сразу видно, что она, несмотря на свой юный возраст, вполне себе хорошо разбирается в людях. Думаешь, девчонка, как это принято у европейцев или тех же великорусов до сих пор косички куклам заплетает и готовит домашку после школы? – презрительно скислил физиономию Штильхарт, явно симпатизируя своей новой знакомой, которую они с Кирсановым недавно спасли от притязаний подельников местного бандита «Рябого».
- И что только ждет это юное дитя в будущем?.. – сетуя на незавидную перспективу многих местных подростков, задал риторический вопрос Андрей.
- Ждет светлое будущее, как говорили твои…, между прочим…, старшие товарищи в свое время. Девчонка пройдет такую суровую школу жизни, что ей и учебники уже не нужны станут. Уж не знаю, какие планы у вышних сил на счет этого благодатного места, но я в ноосферу посылаю вполне себе конкретные сигналы. Чего…, кстати, не делал уже давно, смирившись с участью человечества после Последней войны!.. – довольно многословно высказался швейцарец, понимая, что сейчас его напарник еще не созрел на душевную беседу.
- Ты же видишь, что за нами наблюдают? – с легкой усмешкой поинтересовался Кирсанов, когда куст, примеченный обоими вблизи невысокого забора ближайшего к ним участка, окружающего какое-то не очень презентабельное сооружение с покосившейся крышей, в очередной раз зашевелился.
- Если ты говоришь про… - начал было развивать тему швейцарец, но не успел, потому что из плотных зарослей, замеченных почти сразу обоими мужчинами, вышла наконец-то долговязая девчонка.
На лице Бонту сияла довольная улыбка, словно она только что не следила за своими новыми знакомыми, а просто играла с ними в одной ей известную детскую забаву.
- Здравствуйте!.. – первой поприветствовала взрослых подросток, приблизившись к ним со стороны Флориана.
- Привет!.. – покачивая головой, ответил швейцарец, давая понять, что ее тайный наблюдательный пункт был разоблачен раньше, чем она вылезла оттуда, - Опаздываете, юная леди.
- Мне нужно было убедиться, что… - пожимая плечами, с самым невозмутимым видом отреагировала Бонту, уверенно беря за руку Штильхарта, - … за вами никто не пришел. Я не могла… подставить Гамбу.
- Добрый день, красавица!.. – воспользовавшись моментом, поздоровался и Кирсанов.
- Ага!.. – подросток продолжала тянуть швейцарца к себе, чтобы он встал со своего места на валуне, - Пойдемте быстрее. Он нас ждет.
- Ну, вот!.. – ворчливо вставая с камня, ухмыльнулся Флориан, - сначала ты не торопишься явиться к назначенному часу, а потом заставляешь нас ускориться. Очень по-женски.
- Ничего не по-девчачьи!.. – ухмыльнулась Бонту и, бросив беглый взгляд на Андрея, продолжила тянуть за руку Штильхарта, явно выбрав именно его в качестве своего ближайшего взрослого друга.
- Ладно-ладно!.. – с широкой улыбкой поддался активным притязаниям девчонки швейцарец, - Пойдем, Андрэ, быстрее, а то опоздаем еще… чего доброго.
- Не опоздаем! – уверенно отреагировала подросток и, внимательно оглянувшись по сторонам, кивком головы указала направление, куда следует им идти.
Причем она первой двинулась по еле заметной тропинке в сторону, противоположную жилой застройке, явно устремляясь куда-то к береговой черте.
«Как это похоже на пиратов из бывшего «Зеленого фронта», для которых безопасность ассоциировала только с океаном и путями отхода по воде» - мысленно отметил про себя Флориан, поражаясь, как быстро идет их юная провожатая.
Кирсанов же сосредоточился на осмотре открывающейся им живописной панорамы, пытаясь не просто зафиксировать в уме красивые пейзажи, открывающиеся им сверху на океанскую акваторию, но и вспомнить, хоть что-то из того, что могло храниться в глубине памяти. Ведь он был здесь пятнадцать лет назад. Да, срок достаточно большой, к тому же и «туман» все еще застилал не только давнюю ретроспективу, но и более свежие события из его жизни. Но на каком-то фундаментальном уровне ему все-таки приходила уверенность, что до вскрытия нужного пласта хранящейся информации осталось сделать буквально несколько шагов. И хотя в голове еще не сформировалась четкая картина его прошлой жизни, он на глубинном интуитивном уровне предчувствовал приближение озарений, отчего предвкушение придавало и уверенности в завтрашнем дне, и готовности принимать самое деятельное участие в том, что его ближайший товарищ назвал «делать мир лучше».
Весь путь к каменистому утесу, за которым скрывался вход в невидимую ни сверху, ни со стороны морской акватории пещеру, занял не более получаса. И за это время никто из их разношерстной компании не издал ни звука. Этого требовала и конспирация, и концентрация внимания при спуске по довольно сложному участку их пешей прогулки, ведь здесь можно было очень легко сломать ногу или подвернуть лодыжку. Причем из всей троицы именно Бонту чувствовала себя наиболее уверенно, перескакивая с одного плоского камня на другой, словно горная козочка.
- Ждите здесь!.. – настойчивым тоном заявила подросток, когда все спустились к самой кромке воды возле отвесной стены утеса, практически не покрытого растительностью, отчего явно выделяющегося на общем фоне буйной зеленой флоры острова.
- Есть, ваше высочество!.. – попытался шутливой формой обращения придать легкости в разговоре.
- Я быстро!.. – улыбнулась девчонка и стремительно скрылась за каменным выступом куда-то вглубь практически не видимой расщелины.
- Ладно!.. – только и успел ответить швейцарец, удивительно отметив про себя, что их юная провожатая способна практически растворяться в воздухе.
- Ловкая девчонка!.. – громко цокнул языком Андрей, покачивая головой, что в его случае означало что-то вроде похвалы, приправленной приятным удивлением.
- В вашей компании я себя чувствую практически в полной безопасности, - ухмыльнулся Флориан.
- Намекаешь на то, что на нас никто не рискнет напасть из-за угрожающего вида? – на свой манер пошутил великоросс, что и отметил про себя Штильхарт.
Он одобрительно покачивал головой в знак того, что понимал, как к его напарнику возвращаются пока еще и на бессознательном уровне базовые когнитивные способности, так хорошо ему знакомые еще с прошлых лет тесного общения. Однако Кирсанов трактовал это в виде сарказма и даже умудрился забавно надуть губы, отчего стал похож на того самого молодого опера, которого на первых порах так любила отчитывать его наставница Ксения Авалова.
Вспомнив подругу, швейцарец сделался сразу серьезным и резко отвернулся в сторону от визави, чтобы скрыть бурю нахлынувших на него эмоций. Да, Флориана уж точно нельзя было назвать сентиментальным, но в те минуты, когда на него накатывали воспоминания, предшествующие окончанию Последней войны, он не мог с ними совладать без обескураживающего и его самого глубокого сожаления.
Так было и сейчас, а потому Андрей, заметив эмоциональный всплеск товарища, не торопился его беспокоить навязчивым общением, тоже замолчав на некоторое время.
- Да, нет же!.. – после небольшой паузы спокойным тоном, уже не выдававшим в нем и капли расстройства, откликнулся Штильхарт, - Просто ты намекнул на сверхъестественную способность чувствовать опасность, а Бонту… умеет скрываться из виду не хуже чем эти… девицы в кожаных комбинезонах.
Услышав окончание фразы товарища, Кирсанов вздрогнул всем телом, но промолчал, как бы на ментальном уровне пытаясь воспроизвести образ упомянутой особы, которая ему как бы была знакома, но удивительным образом еще укрывалась в закоулках памяти.
Возможно, сейчас Андрей бы с большей настойчивостью попытался напрячь собственное сознания, почувствовав, что эти девицы играли очень важную и, главное, отрицательную роль в жизни его друзей. Но в это время из расщелины в утесе вышли к ним Бонту и молодой мужчина, внешностью отдаленно напоминающий свою юную сопровождающую, подтверждая тем самым родственную связь на генетическом уровне.
- Знакомьтесь!.. – стараясь говорить, хоть и в дружелюбной форме, но без особой веселости, что означало серьезность наступившего момента, произнесла подросток, первой приблизившись почти вплотную к швейцарцу, - Это и есть мой брат Гамба.
- Приветствую тебя!.. – протянул руку к незнакомцу Штильхарт, представившись, - Флориан.
- Добрый день! Андрей…, можно Андрэ!.. – тоже приложился с рукопожатием и Кирсанов.
- Здравствуйте! – приветствовал новых знакомых молодой человек, чье имя означало на их диалекте «воин», - Сестренка сказала, что вы спасли ее от этих уродов «Рябого», которые уже давно хотят выдать меня за вознаграждение властям. Спасибо вам… большое!..
- Ничего особенного, - ухмыльнулся швейцарец, кивнув головой, словно упомянутый случай был самым заурядным, - На нашем месте любой поступил бы также. К тому же…, как оказалось, мы с Бонту нужны друг другу в одинаковой степени…, как минимум.
- Я так понял, что вы на острове не впервые и даже были знакомы с нашим «Зеленым фронтом»!.. – решил не тянуть время высокий жилистый парень, в глазах которого читалась печаль при упоминании экологических пиратов, как они сами себя называли когда-то.
- Да, друг!.. – глубоко вздохнул Штильхарт, - мы с Андрэ знали лично многих из этих храбрых борцов за справедливость, включая и Капитана Сатуро…, конечно же. Но сейчас нам нужны любые контакты с подпольем, чтобы понять, как все устроено на острове.
- Ну, подпольем… полноценным нас вряд ли нас можно назвать!.. - тяжело выдохнул воздух из полной груди Гамба, - Так…, несколько человек, уцелевших после тех событий, и еще не попавших в лапы продажных копов и национальной гвардии.
По искаженному злостью и обидой выражению лица этого чернокожего мужчины, возраст которого Флориан мог бы определить лишь с большой натяжкой из-за особенностей коренных жителей этой местности, когда двадцатилетний парень практически ничем не отличается от взрослого мужчины в возрасте до сорока, было понятно, что для него такая жизнь является презренной. Всегда прятаться и не иметь централизованной связи с повстанцами, ресурс которых сводится лишь к наблюдению и потенциальной возможности использовать полученные сведения в будущем, если, конечно, удастся пополнить свои ряды и вооружиться, - это явно не предел мечтаний сегодняшнего дня. Именно такую трактовку и прочитал сейчас в глазах «Воина» опытный швейцарец, чем решил и воспользоваться.
- Послушай, Гамба!.. – почесывая подбородок тыльной стороной ладони, произнес Флориан, бросив короткий взгляд на Кирсанова и как бы призывая его быть более активным в этой беседе, - Нам с Андрэ нужны любые сведения о черном рынке оружия в городе, а  также контакты с «Красным меридианом». Это самое срочное!.. Можешь помочь?..
- С первым помогу…, конечно! Но вот с «Красными» будет сложнее. Они никак не представлены на Кабо-Кабо, и только собираются заходить сюда. К тому же агенты МНК активно вербует весь местный криминал, который, словно инфекция проник во всю теневую жизнь остова. – Молодой мужчина с досадой резанул ребром ладони воздух.
- Нам сгодится любой контакт, лишь бы зацепить кончик веревочки, которую мы сами и размотаем!.. – прикусив нижнюю губу, стал размышлять вслух Флориан, еще раз бросив быстрый взгляд на Кирсанова.
- Возможно, вы… ты бы мог сказать… своим…, что у нас есть возможность контролировать отгрузки вооружения из порта через… известные нам контакты. Уверен, что это очень заинтересует «Красный меридиан», и они сами попытаются выйти на связь!.. – поделился мыслями Андрей, почему-то сосредоточив взгляд именно на Бонту, отчего девочка даже зарделась, посчитав и себя участницей разговора.
 - Не знаю, можно попробовать. Уж слишком… сейчас все очень опасно стало. Корпус лютует, а все население боится им перечить. Прошлые времена, когда «Зеленые» считались настоящими патриотами и получали поддержку практически ото всех, прошли безвозвратно. Сегодня всем надоело это противостояние тех, кто хотел процветания и суверенности нашей стране, с прогрессистами. Кажется, людям нужна не свобода, а мир. Вот и получается, что нам приходится не воевать, а прятаться, словно крысам!.. – окончание фразы Гамба произнес с особой ненавистью.
- Ладно!.. – Штильхарт протянул в сторону нового знакомого раскрытую ладонь кверху для рукопожатия, - Будем на связи… через Бонту. Если что-то появится от «Красного меридиана», то сообщи! Ну, и про людей с оружием не забудь. Нам бы встретиться с кем-нибудь, чтобы не отсвечивать на их территории. Хотя и такой вариант…, если что… тоже может пригодиться.
Дебютная встреча после обмена информацией с двух сторон подошла к своему логическому концу, и молодые люди стали прощаться. И только девочка-подросток явно была больше всех довольна, что и отражалось в ее горящих глазах, несмотря на то, что пока еще было рано чему-то радоваться. Ведь, по сути, ни ее новые знакомые, ни двоюродный брат не получили, хоть сколько-нибудь значимых сведений, которые могли бы считать важными в их положении.

******

В тронном зале было достаточно мрачно из-за отсутствия верхнего освещения. Просторное помещение с высокими сводами и колоннами, отделанными самым редким видом мрамора, называемого обычно «синим» из-за своего насыщенного цвета можно с уверенностью считать уникальным в своем роде. И это несмотря на то, что таким же камнем были украшены и некоторые помещения в главной резиденции Астурии. Однако здесь использовались самые редкие и тщательно отсортированные образцы, привезенные не только из Аргентины, но и Кении, и Танзании, где выработка была, хоть и не такая масштабная, как в Латинской Америке, зато дарила очень редкие и красивые минералы, отличающиеся ярко выраженной фактурой. Именно глубина синего фона, на котором изумрудными искрами разливались зеленые прожилки, придавала ощущение чего-то совершенно фантастического, присущего скорее горним высям, чем бренной земле.
Филипп X любил это место, и не столько из-за его монаршей значимости, сколько какой-то особенной энергетики, которая наполняла его сознание уверенностью и готовностью решать самые сложные задачи. Вот и сейчас он мог бы встретиться с дочерью в любо другом месте королевского дворца для довольно-таки конфиденциальной беседы, но все-таки предпочел тронный зал. Он переходил от колонны к колонне и теплой ладонью прикасался к прохладной поверхности, от которой получал невидимый отклик, бодрящий его. А гул шагов, эхом отражающийся от пола и стен и устремляющийся ввысь плохо просматриваемого во мраке свода, придавал и вовсе этому волшебству некую иллюзию магического преображения реальности. И, конечно же, Король не собирался лишаться такого удовольствия. Тем более что он уже давно открыл для себя, как именно в пустоте тронного зала раскрывалось все его великолепие, вопреки общепринятому мнению, что только толпа роскошных придворных усиливала этот эффект.
Монарх окончил неспешную прогулку от возвышения, напоминающего храмовую солею, с венчающим его Троном до последней колоннады у входа в зал, и уже собирался снова возвращаться к центру помещения, чтобы впитать в себя столь величественную атмосферу, как массивные двери открылись, и в проеме появилась знакомая фигура Фике.
- Здравствуй, отец!.. – звонким голосом приветствовала родителя инфанта, стремительным шагом приближаясь к нему, - Ты желаешь со мной поговорить?..
- Добрый день, дочь! – кивнул головой Филипп X, прикоснувшись к челу дочери двумя перстами на манер, как это принято делать у прелатов Римско-Католической церкви в момент их благословения знатных представителей паствы.
Совершив этот небольшой ритуал, монарх с улыбкой взял подбородок дочери и приподнял его так, чтобы видеть ее глаза.
- Дочь, ты уже несколько дней пребываешь во Дворце после Совета, где познакомилась со всеми Кортесами. Твоя сестра уже давно вернулась к себе в провинцию, а ты же… все еще здесь. Объяснись!.. – слова Главы Альянса зычно отражались от гладких поверхностей, наполняя объемное помещение многоголосьем отражений эха.
- Эланор сейчас не в Астурии, папа, а на Кабо-Кабо!.. – решила перевести стрелки от себя на сестру инфанта, - А мне хотелось посидеть в Дворцовой библиотеке, где собраны уникальные экспонаты из….
- Подожди!.. – удивленно остановил многословие родного чада родитель, - Ты сказала, что Эланор сейчас не у себя. Но что она там делает?..
- Я случайно узнала об этом. Сама удивляюсь, что ей там нужно, ведь острова находятся… фактически под управлением ОДН, хоть и считаются суверенными!.. – недвусмысленно намекала Королю на непотребное поведение сестры Фике.
- Ты разговаривала с ней? – вопросительно посмотрел на дочь монарх, задумчиво покачивая головой.
- Нет. А зачем? Мы недавно виделись, и я не собиралась проявлять чрезмерное любопытство. Лично меня заботит сейчас лишь подготовка к управлению Альянсом, а если она что-то задумала или…. – принцесса продолжала говорить с явным акцентом на подозрительность в поведении Эланор.
- Не понимаю!.. – жестом заставил замолчать инфанту Король,  - Если она решила связаться на нейтральной территории с кем-то из ОДН, то это мне совершенно не нравится. Она не в том положении и статусе, чтобы представлять Альянс на международных переговорах без соответствующего разрешения Совета.
Филипп X внимательно посмотрел в глаза дочери.
- Ты ничего не путаешь, Фике? И откуда тебе это известно? – решил уточнить монарх, явно обескураженный этой информацией, - Она мне ничего такого не говорила.
- Мне сообщил Бельтран, который по своим каналам хотел уточнить одну информацию.  Ну, о том самом беженце из Великоруссии, наделавшем столько шуму последнее время!.. – стараясь говорить наиболее убедительно, произнесла инфанта, воззрившись на родителя немигающим взглядом.
- Что-то мне все это не нравится!.. – хмыкнул Глава Альянса и задумчиво похлопал по гладкой поверхности колонны, возле которой стоял, - И что же тебе известно об этом человеке…, таинственно исчезнувшем из цепких лап спецслужб ОДН? Уверен, что стражи Корпуса сейчас усиленно ищут его, если все это правда.
- Да, ничего особенного! Уверена, что Кадони больше осведомлен. Да, и встреча Идриса с сенатором из Великоруссии тоже могла бы пролить свет на это!.. – пожав плечами, произнесла принцесса.
- Ох, уж эти дворцовые сплетни! – покачивая головой, возмутился Король, - Вот почему я желаю твоего скорейшего убытия отсюда к себе в провинцию, Фике. Не понимаю, как только всегда все и обо всем знают…, или делают вид, что знают. Скажи мне, откуда ты узнала про госпожу Овчинникову-Асфур?.. У нее было лишь три короткие аудиенции… со мной…, Главой дипломатического ведомства и Казначеем. Причем с последним встреча была сугубо конфиденциальной!..
- Отец, ты так говоришь, словно и меня подозреваешь в чем-то… сомнительном и непотребном. Это не я сейчас на Кабо-Кабо, а моя… исключительно порядочная сестренка. И если мне не изменяет память, то сейчас именно на этом острове сосредоточен самый большой теневой рынок оружия на территории ОДН, который они, между прочим, очень плохо контролируют или… делают вид, что плохо контролируют… зачем-то!.. – скептическим тоном произнесла инфанта, скривив лицо в праведном недоумении.
- Что ты хочешь этим сказать? – на лице монарха появилась смесь тревоги и гнева, - Говори прямо!..
- Ничего особенного!..  – в очередной раз пожала плечами Фике, изобразив мимикой полное разочарование в поведении сестры, - Человек в ее статусе просто так не появляется в такого рода местах…, как мне кажется. Удивительно, что она даже не удосужилась сообщить тебе о своем месте пребывания. Хотя бы из чувства уважения к твоей власти и….
- Возможно, Кадони в курсе событий!.. – несколько успокоившись, заявил родитель, чем удивил свою дочь.
Фике явно собиралась только усилить негативное отношение отца к такого рода скрытым от него посещениям других государств Наследницам. Однако оказалась очень удивлена абсолютно противоположной реакцией. И все дело было именно в ее чрезвычайном желании как можно сильнее насолить сестре, что не укрылось от Филиппа X, который прекрасно понимал всю тонкость отношений своих дочерей. Тем более что их жизнь вступила в ту финальную фазу в роли Наследниц, за которой только одной предстояло водрузить на собственное чело монаршую корону, а другой – вечное прозябание в провинции без права наследия.
- Да-да!.. – как бы убеждая себя в верности своих рассуждений, кивнул головой Глава Альянса, - Наверняка, этому есть вполне резонное объяснение. Не может быть, чтобы Эланор была столь опрометчива и посетила не самое спокойное место на планете вопреки нашим интересам. И уж тем более не верю, что она способна за моей спиной совершать закупки оружия у этих пройдох с ужасной репутацией, словно у нас нет оборонного ведомства.
- Ну, не знаю!.. – с явным разочарованием в голосе откликнулась инфанта, в глазах которой мелькнули гневные искорки, а в голосе появились металлические нотки, - Моя сестра, вообще…, последнее время мне показалась странной и слишком агрессивной. Не удивлюсь, если она приготовилась к самому кардинальному варианту борьбы за трон.
- Не говори чепухи! – возмущенно воскликнул родитель, - Я вас обоих слишком хорошо знаю, чтобы делать, хоть какие-то скоропалительные выводы.
Монарх на несколько секунд замолчал, явно обдумывая, как ему лучше разобраться в сложившейся ситуации. На его лбу появилась глубокая складка, свидетельствующая о напряжении мысли.
- Надеюсь, ты…, папа…, не будешь…. – на лице Фике появилось плохо скрываемая злость.
- Не «папкай»! – грубо перебил дочь Филипп X, после чего ответил на незаданный, но совершенно понятный ему вопрос Наследницы, - Я не собираюсь принимать одну из ваших сторон, а потому должен во всем разобраться самостоятельно, а не с твоих слов. Не верю, что Эланор способна на подлость и вероломство. Но не скрою, что твоя версия событий меня очень настораживает.
- Если бы ты отправил на Кабо-Кабо… того же… Франсиско, то…. – инфанта судорожно соображала, как ей можно наиболее верным способом убедить отца в том, что сестра нарушает его доверие и «проштрафилась», что означало бы получение явного преимущества в «предвыборной гонке».
- Мне не нужны твои… ценные советы!.. – снова не дал договорить до конца собеседнице Король, после чего тяжело вздохнул, - В любом случае я не оставлю это без должного внимания. И напоминаю тебе, что пора уже возвращаться к себе. И это не обсуждается!..
- Но, папа, мне нужно еще кое с чем разобраться в библиотеке и… - Фике с усилием сдерживала собственное негодование и даже попробовала выдавить из себя слезу «детской обиды», что ей всегда удавалось использовать при склонении родителя к ее точке зрения в более юном возрасте.
Но сейчас монарх не сбирался включать внутреннюю нежность отца к шалостям родного чада, преуспевшего в манипуляциях с его решениями, а потому резко перебил ее, не дав договорить и главное – смахнуть платком скатившуюся по щеке неискреннюю слезу.
- Не обсуждается! – еще раз повторил тоном, исключающим хоть какие-либо возражения Глава Альянса.
Он резко развернулся на каблуках в противоположную сторону, выходя из Тронного зала, чем подвел итог их встречи.
- Тогда я покину тебя завтра… с утра! – уже в спину родителю буквально прокричала Фике.
Филипп X, не оборачиваясь, кивнул головой и продолжил движение к выходу, а инфанта резко вскинула голову, словно старалась поправить непослушную челку на лбу и блеснула недовольным взглядом. Сейчас она выторговала у отца всего один день во Дворце, а потому нужно было использовать остаток этого драгоценного времени в сердце Альянса с максимальной пользой. Тем более что монарх, в своем духе, не купился  на ее доводы и собирался, как и обычно, беспристрастно рассудить наметившийся разлад в отношении своих дочерей.

******

Выйдя из лифта на четвертом уровне, Сердар практически сразу натолкнулся на группу военных людей в камуфляже, вооруженных короткоствольными автоматами. Они с удивлением восприняли появление иранца и тут же тычками в грудь и живот повалили его сначала на бок, а потом и заломили руки за спину, заставив лежать лицом в пол.
- Почему вы так со мной обращаетесь?.. – попытался изобразить из себя невинную жертву смуглолицый перс.
Однако его стенания не возымели никакого действия, кроме того, что сержант ударил его ногой в бок увесистым армейским ботинком.
- Молчи, если не хочешь, чтобы я тебе все ребра переломал! – сопроводил пинок незамысловатой фразой младший командир, кивком головы указав ближайшему солдату поставить пленника на ноги.
И сам тут же поспешил доложить по рации о случившемся, изобразив на лице подобие улыбки из-за потенциальной похвалы начальства.
- «Первый», мы у лифта задержали этого… иранца!.. – начал говорить в рацию сержант, выразив на лице полное подобострастие, словно его сейчас показывали по видео-трансляции.
- Будьте на месте!.. – раздался голос из динамика, после чего невидимый «Первый» отключился.
- Так точно!.. – уже в замершую рацию продолжил рапортовать командир блокпоста, после чего с некоторой заминкой засунул компактный прибор в специальный карман на полевой куртке.
Сердар же успел подняться на ноги при помощи боевика и стал осматриваться, понимая, что сейчас к нему подойдет кто-то из командования. Однако его удивлению не было предела, когда неожиданно из-за угла узкого коридора к нему вышла эффектная женщина в деловом костюме, в лице которой иранец сразу же почувствовал самого главного человека в этом месте. Он никогда раньше не видел Александру Асфур, но лишь слышал о ней. Причем не в контексте ее официальной деятельности, но исключительно, как человека, управляющего многими специальными операциями, направленными, в том числе, и на борьбу с «Красным меридианом» и Иранской ячейкой джихада, к которой и сам принадлежал.
И вот сейчас перед ним оказалась именно та женщина, которая являлась его самым лютым врагом и по стечению обстоятельств –повелительницей судьбы.
«Значит, эти великорусские мятежники и их спутники имеют очень большое значение для Корпуса, если сама Миледи соизволила допросить меня. Но что-то не понятно…, неужели, это та самая сенатор из Роси, которую так часто в последнее время показывают в новостях, связанных с международными событиями?.. Это ведь она представляла Великоруссию в качестве главы делегации на последних переговорах с Сообществом. Получается, что….» - не успел окончить логические рассуждения иранец, потому что к нему практически вплотную приблизилась Александра.
В голове Сердара пока еще не было четкой картины происходящего, но некоторые пазлы уже начинали укладываться в общую картину известного ему противостояния прогрессистов с мятежниками по всему миру. И вот сейчас он глаза в глаза смотрел этой практически легендарной женщине, одни лишь слухи о которой заставляли терять дар речи и ощущать леденящий страх многих брутальных воинов.
- Тебя…, кажется…, Сердар зовут!.. – склонив набок голову, осматривала физиономию иранца Асфур.
При этом она не просто пронизывала его немигающим взором, из-за которого буквально замирало сердце. Миледи с расширенными ноздрями, словно хищница, глубоко вдыхала в себя воздух. И до сознания иранца даже дошло, что таким образом она впитывает в себя его страх, который ощущает не только во взгляде, но и обонянием, стараясь уловить выделяющийся через поры кожи жертвы адреналин и кортизол.
- Да…, Миле… леди!.. – громко сглотнув, откликнулся перс, расширенные зрачки которого буквально попали в плен магнетическому взгляду стоящей перед ним женщины.
- Ого!.. – ухмыльнулась Александра, изобразив подобие удивления на лице, - Значит, ты знаешь, кто я? Интересно…, и откуда?.. Мы ведь раньше не встречались лично.
- Я… я… видел вас… в новостях!.. – зачем-то вспомнил именно сейчас участие сенатора на какой-то международной конференции, широко освещаемой прессой, несколько месяцев назад пленник.
- Но про Миледи знает только узкий круг, в который ты пока еще не был принят!.. – взяв за подбородок перса, проговорила Асфур, продолжая при этом не обращать внимания на окружающих ее боевиков и глубоко вдыхать в себя воздух.
- Так говорят про вас!.. – с трудом проговорил Сердур, невольно отклоняя голову от собеседницы, которая отпустила его подбородок из своей твердой хватки.
- Ладно!.. – великорусский сенатор кивком головы в сторону сержанта указала тому отойти подальше от них с пленником, упершимся спиной к бетонной стене коридора, - Вступительная часть окончена. Теперь ты мне должен объяснить, почему ты здесь один, а не со своими… товарищами.
- Но я… это… - по лицу Сердара было понятно, что он судорожно пытался подобрать правильные слова, хоть и пред этим прекрасно понимал, как ему следовало обосновать сложившуюся ситуацию, - … не смог… их привести сюда. С ними… Анастасия… Покровская, которая….
- Я знаю, кто она такая!.. – усмехнулась Овчинникова-Асфур и глубоко вздохнула, - Надеюсь, она цела и невредима… пока?
- Она и ее друзья сейчас… в безопасном месте!.. – попытался говорить в более спокойной и уравновешенной манере перс, прекрасно осознавая, что ценой каждого его слова может оказаться сама жизнь.
- И где же они? – терпеливо допытывала сенатор, играя с пленником, словно кошка с пойманной мышью, удерживаемой в острых коготках.
- Я не… могу этого… сказать! – Сердар, как завороженный, смотрел на стоящую перед ним эффектную женщину, - Все дело в том, что… они меня разоблачили… почти сразу. Я чудом остался жив.
- Но это поправимо, - спокойно отреагировала Александра, которая, казалось бы, даже получает удовольствие от беседы, - если только ты не убедишь меня в обратном.
- Пони… маете, - заикаясь от новой волны страха, нахлынувшей на него из-за пристального взгляда визави, продолжил испуганный перс, - она…, ну, Покровская-младшая… отпустила меня, чтобы я передал вам…, что у нее есть важная информация о… об… Убежи… жище!
Последнее слово особенно тяжело далось иранцу, и он, выговорив его, с замиранием сердца уставился на собеседницу, от реакции которой сейчас собственно и зависела его жизнь.
- Убежище? – переспросила сенатор, покачивая головой.
- Да!.. – лаконично ответил Сердар и невольно вжал голову в плечи.
- А подробнее? – в голосе Александры послышался неподдельный интерес, который тут же уловил и ее собеседник.
«Значит, расчет может оправдаться, и она заинтересовалась!» - внутренне возликовал иранец, пытаясь не выдать эту реакцию мимикой и взглядом, а потому опустив глаза в пол.
- Она сказала, что может вывести на… Кирс… Кирсанова…, кажется. Да, так она назвала узника, сбежавшего из Убе…. – по дрожащему голосу перса было понятно, что он не только боится, но и выложил свой последний козырь, от которого зависел вердикт его распорядителей жизни.
- Ясно! – перебила своего визави сенатор, после чего сделала шаг назад и задумчиво посмотрела на склоненную фигуру иранца, - И что будет дальше?.. Что она велела тебе передать нам?..
- Ася… сказала, что сама с вами свяжется, если вы позволите им… всем… покинуть эту базу, - с трудом выговорив фразу, перс стал тихонько опускаться на корточки.
- И что мешает мне… расправиться сначала с тобой… прямо сейчас, а чуть позже…, когда поймаем всех беглецов…, наказать и их за нарушение…,  - хмыкнула сенатор, на лице которой отобразилось нечто подобное кровожадности и лютой ненависти, скрывать которые она уже не считала должным, - … без разницы чего? Они вероломно проникли на охраняемый объект, и по ним можно вести огонь на поражение без всякого предупреждения. Это я говорю, что бы у тебя не было иллюзий, что дочь президента Великоруссии находится под особыми… условиями безопасности. Ничего не хочешь мне добавить? А то как-то все очень неубедительно выглядит.
- Они уверены…, что вам невыгодно их убивать, так как информация… о Кирсанове стоит дороже их жизней. Если это не так, то я и за свою…, и за их жизнь не дам и ломаного гроша…, как, кажется, говорят на вашей родине!.. – в голосе Сердара не было и намека на браваду, лишь чистый расчет на рациональность подхода собеседницы к его доводам.
- Ладно!.. – хмыкнула в очередной раз сенатор, признавая, что сейчас ей не стоит применять самых кардинальных средств, - Но это касается их жизней. А что же с твоей?..
- Это вам решать, конечно. Но ведь вы… можете меня использовать и для собственной выгоды. Если я не свяжусь с ними в ближайшее время, то это будет сигналом к тому, что их план не сработал. Это… как минимум. И, вообще, я ведь могу быть полезен… в будущем!.. – иранец украдкой бросил взгляд на собеседницу снизу вверх и увидел, как в ее глазах буквально бушуют алые всполохи ненависти, что ему еще никогда не приходилось видеть у человека.
- С предателя не велика польза, когда он разоблачен, но я все-таки пока тебя не трону, - покачивая головой, словно хищница перед добычей, проговорила Александра, - Сейчас посидишь в камере, а я решу, что с тобой делать дальше. Увести!..
Последняя команда, произнесенная более громко, относилась к боевикам, стоящим поодаль. Двое из них приблизились к иранцу, продолжающему сидеть на пятой точке прямо на бетонном полу, и, поставив его не без усилий на ноги, стали конвоировать вглубь коридора, где, по всей видимости, находились и пригодные для содержания пленников помещения. Сержант тоже хотел было последовать за ними, однако его окрикнула сенатор.
- Офицер!.. – обратилась к командиру подразделения Александра, - Подойдите ко мне.
- Есть! – по-военному браво отреагировал старший в группе боевиков и приблизился к сенатору.
- По твоей милости… мы сейчас вынуждены не допрашивать важных свидетелей…, а лишь издалека наблюдать за ними и ждать, когда… - с каждым последующим словом лицо Асфур становилось все бледнее, а голос более шипящим, скатывающимся на самые низкие частоты, словно шелест травы на ветру, - … они соизволят сами с нами связаться.
- Я… я… выполнял свой… долг… на посту…, госпожа…, Миле…. – сержант явно был парализован от страха и с большим трудом произносил вялые оправдания, хотя, по сути, и ни в чем не был виноват.
- Ничтожество! – резко прервала сержанта сенатор, полоснув его по горлу неизвестно откуда взявшимся у нее в руке острым кинжалом, острие которого мелькнуло в матовом свете коридора, словно молния.
Булькающие звуки и фонтанирующая из раны кровь сопроводили падение тела крепкого мужского тела на пол. Вокруг головы начала образовываться огромная алая лужа липкой жидкости, от которой окружающее пространство стало заполняться сладковатым запахом уходящей человеческой жизни. Ноздри сенатора расширились и в глазах всполохи адского пламени сменились явным удовлетворением. На лице появилась блуждающая улыбка. Женщина наклонилась и обмакнула подушечки пальцев в разлившуюся по полу лужу крови, после чего неторопливо поднесла их ко рту и облизала необыкновенно длинным языком, кончики которого были раздвоены, как у змеи.
Все это Александра проделала лишь тогда, когда конвой с иранцем скрылся за поворотом коридора, и свидетелей казни с последующими действиями попросту не было.
Вытерев клинок о куртку поверженного и бездыханного сержанта, Асфур ловким движением убрала его в практически незаметные кожаные ножны, спрятанные под широкими обшлагами брендового пиджака.
- Все и всегда нужно делать самой!.. – негромко себе под нос произнесла сенатор и, выпрямив спину, двинулась вслед удалившемуся конвою.

******

А в то время как Сердара разместили в полутемной маленькой комнате без окон где-то на первом уровне административного здания военной базы, вся территория которого усиленно охранялась солдатами Корпуса, Ася со своими товарищами обдумывала, каким образом им лучше покинуть это место.
- Судя по всему, иранца или убили…, или держат в заточении!.. – посмотрев в очередной раз на наручные часы, произнес Янь.
- Значит, и за нами скоро могут прийти!.. – вторил китайцу Морган, в голосе которого не было и намека на страх – лишь раздражение собственной доверчивостью к плохо знакомому человеку.
- Не думаю, что сейчас нам нужно… - сиплым голосом проговорил Голицын, - … думать о плохом исходе. Если иранец нас продал, что и для него равносильно приговору…, то нас уже обнаружили бы.
- Наконец-то, хоть кто-то способен на позитивные мысли!.. – тут же согласилась с соотечественником Покровская-младшая, - Прошло достаточно времени, чтобы мы могли понять, что Сердару удалось убедить их в разумности наших доводов. Получается, что Кирсанов намного важней и нас вместе взятых…, и даже угрозы, которую мы представляем. Понимаете?..
Последнюю вопросительную фразу Ася произнесла с таким воодушевлением, словно речь шла о самом главном в ее жизни факте. И это не уклонилось ни от кого из присутствующих. Причем только Лео отреагировал не самым, казалось бы, адекватным образом.
- Если пропавший пятнадцать лет назад «грушник» такой особенный, то какого черта мы, вообще, охотимся за этим истребителем и «Покровом»? – по голосу Лео было понятно, что сейчас его реакция имела самое прямое отношение к делам сердечным.
- Не говори ерунду!.. – строго посмотрела на пилота Ася, внутренне отметив про себя, что Морган явно ревнует ее к старому другу.
А у самой девушки от одной мысли, что Андрей жив,  сразу же заходилось сердце и начиналось головокружение, свидетельствующие о том, как она желает его увидеть снова. Вот и сейчас она не смогла долго злиться на Лео. Ведь тот, хоть и был несправедлив к Кирсанову по понятным причинам, но, по сути, конечно же, хотел выполнить и миссию по угону перспективной модели боевого самолета, а также и обретения инновационной программы «Покров», которая намного опережала в своем боевом и разведывательном формате все существующие версии «Стелс», и найти «потеряшку».
- Не о том говорите!.. – снова подал хриплый голос Мишель, с шумом выдыхая из легких искусственный воздух из баллона с дыхательной смесью, насыщенной кислородом, - Нам нужно не просто отсиживаться здесь, а выбираться наружу. Причем у меня есть идея.
- Ого!.. – удивленно воскликнул китаец, - И какая, интересно?.. Неужели, мы можем выбраться отсюда, когда нашими поисками, по всей видимости, сейчас заняты сотни хорошо обученных боевиков?..
- Вот именно!.. – не обращая внимания на сетования Яня, проговорил в своей рассудительной манере Голицын, - Они ведь думают, что у нас только и мыслей, что слинять отсюда… по-тихому.
- Но ты, как всегда креативно мыслишь!.. – догадалась Анастасия, - А ведь это, действительно, может нам помочь. Только вот есть одна… проблема, кроме неожиданного нападения на самолет!..
- И какая? – с непонимающим взглядом смотрел то на Мишеля, то на Асю Морган.
- А такая, что мы своих не бросаем!.. – блеснула глазами Покровская-младшая, пристально уставившись на Мишеля, в лице которого сейчас видела необходимую поддержку.
- Это Сердар-то стал вдруг нашим?! – возмущенно воскликнул Янь.
- Тише ты!.. – приложив к губам указательный палец, тут же отреагировала девушка, - Еще не хватало, чтобы нас услышали.
- Без «Покрова» нам не получится решить сразу столько… практически невыполнимых задач. Может, не будем пороть горячку и позже…, когда… страсти улягутся…, а мы разработаем рабочий план…, нападем на базу?.. – пытался склонить товарищей на более осознанный способ поведения пилот, хотя в глубине души и сам уже прекрасно понимал, что Ася ни за что не согласится ни на какие компромиссные решения.
- Про «Покров» соглашусь, а с остальным – нет! – самым твердым тоном произнесла с готовностью девушка, снова бросив взгляд на Мишеля, в котором сейчас видела только поддержку, несмотря на его не самое безупречное физическое состояние.
- Если вспомнить военную тактику, то успех всегда сопутствовал именно тем, что был не столько сильнее…, хотя это и важно, но главное хитрее!.. – выдал достаточно длинную фразу Голицын, после чего усиленно задышал из баллона.
- Настоящая мудрость веков!.. – не без скепсиса воскликнул Янь, вопросительно посмотрев на Покровскую-младшую.
- Не стоит так реагировать, друг!.. – заступился за самого старшего в их группе товарища пилот, - Кажется, я понимаю, о чем идет речь. Отвлекающий маневр!..
- Именно! – вторила Лео девушка с блеском в глазах, - Нужно разделиться на две группы и вспомнить кое-что из моей хакерской практики.
- Пока одни будут шуметь в одном месте, другие…, ну, то есть ты, Ася…,  – атакуешь серверы? – предположил Янь.
- Уже не плохо!.. – кивнула головой девушка, - Кто сказал, что они будут думать о краже «Покрова». Скорее всего, просто решат, что мы захотим его коварно и с гарантией уничтожить и станут тут же переносить всю базу на запасные серверы здесь же… или в облако…, а это больше похоже на правду, где у них уже подготовлены удаленные хранилища. И это станет нашим шансом. Понятно?
- Кажется, да!.. – с широкой улыбкой посмотрел на русоволосую девушку китаец, - Уверена, что получится?..
- Если что-то пойдет не так, то завирусим их прогу. Или нам, или никому уже. – Твердым голосом, исключающим возражения, произнесла Анастасия.
- Осталось разделиться на две команды!.. – прохрипел Мишель и кивком головы указал на Моргана, что в его случае означало выбор в свою группу именно пилота.
- Отличное решение, - хмыкнул Янь, понимая, что его знания информатики станут для Аси достойной подмогой, а пилот с Голицыным справятся с наведением шума подальше от их логова хакеров.

******

В комнату гостиничного номера, где Эланор решила сделать рабочий кабинет, а сейчас находилась в задумчивом состоянии перед компьютером, на экран которого была выведена карта Кабо-Кабо с яркими флажками на месте геометок с сопутствующими комментариями, постучались.
- Войдите!.. – хриплым из-за долгого молчания голосом отозвалась инфанта и посмотрела в сторону источника шума.
- К вам Дарья Раевская, госпожа!.. – просунув голову в дверной проем, доложил Льовер.
- Конечно!.. – кивнула головой Эланор, одарив своего безупречного Капитана улыбкой кончиками губ и лучистым взглядом.
А уже через несколько секунд в кресле напротив принцессы удобно устроилась ее великорусская подруга.
- Как там Штильхарт и Кирсанов? – поинтересовалась кареглазая красавица, откинувшись на высокую ортопедическую спинку своего седалища на колесиках.
- Пока осматриваются. Кажется, к Андрею начинают возвращаться…, если и не его память, то…, по крайней мере…, когнитивные способности, что тоже хорошо!.. – решила не уточнять особых деталей Дарья, - А что у вас? Есть новости от сестры или Ковальски?..
- Кажется, что тактика подыгрыванья  Фике и притворства перед Ковальски себя не оправдала. Уверена, что Роберт сообщил Бертрану Элиасу об отгрузке и случайно или намеренно обмолвился, что документы проверяла именно я. Теперь уже это, конечно же, не так уж и важно, потому что маски сброшены, а моя сестра начнет открыто действовать против меня!.. – попыталась вкратце обрисовать ситуацию инфанта, при этом особо не волнуясь, словно речь шла не о борьбе за власть в Альянсе, а выборе вечернего наряда для выхода в свет.
- И что это значит? – в голосе Раевской послышались нотки беспокойства.
- Отец сообщил мне, что недоволен моим посещением Кабо-Кабо без его разрешения, - пожала плечами Эланор, - и предупредил, что уже завтра сюда пожалует сам Франциско. Это Кортес, который возглавляет и оборонное ведомство Альянса, и его службу безопасности. Короче говоря, этот член Совета очень могуществен, с учетом возможностей его спецслужб и должности главнокомандующего при объявлении войны. Он выходец из самого могущественного Дома в Королевстве, не считая нашего статуса, и его голос много чего значит при принятии любых решений. А насколько я поняла его позицию, то он настроен исключительно на помощь Фике. Скорее всего, это позиция всего Дома Франциско, которая у них выработана задолго до нашего дебютного посещения Совета с сестрой.
- Получается, что его визит на острова станет очень неприятным событием для вашей будущей карьеры? – скорее только для проформы спросила Дарья, внимательно следя за реакцией собеседницы, - Но ведь это не приговор, если хорошо подготовиться к нему!..
- Ковальски явно тоже на стороне Фике и ее Наставника, а потому он будет говорить ровно то, что выгодно именно им самим. Уверена, что сестра уже попыталась настроить отца против меня. Но тот, конечно же, не стал принимать чью-либо сторону, разумно рассудив, что именно его Кортес, непосредственно занимающийся вооружениями, должен лично проинспектировать поставки и доложить о результатах проверки в письменной форме, - попыталась объяснить тематическую расстановку политических вил внутри Альянса инфанта.
- А вообще, в Совете есть, хоть кто-то, кто готов выступить на вашей стороне, ваше высочество? – поинтересовалась Дарья.
- Кортес по внешним связям, это как у вас Министр иностранных дел!.. – тяжело вздохнула Эланор, понимая, что расклад явно не в ее пользу.
- Ну, это уже кое-что!.. – попыталась подбодрить подругу Раевская, - Ведь, как я поняла, при голосовании в Совете должен быть достигнут безусловный консенсус?..
- Это в идеальном варианте. Однако при отсутствии единогласного решения начинается вторая стадия, которая связана с юридическими вопросами, когда мнение каждого члена Совета должно подкрепляться аргументами в пользу выбора конкретного решения, а консолидированный результат производит искусственный интеллект, считающийся беспристрастным, - покачивая головой, стала в более развернутом виде объяснять принцесса.
- Так, так!.. – на лице Раевской появилось задумчивое выражение, свидетельствующее об активной роботе мысли, - Получается, что без второго раунда не обойтись, а там важно не число голосов, а убедительность аргументации. Скажу, что столь необычный вариант принятия решений видится мне в вашем случае не таким уж и минорным. Главное, не проиграть ту часть битвы, которая связана с вероломством вооружения провинций.
- Но тут-то…, как раз…, именно у Фике все козыри на руках!.. – попыталась понять логику собеседницы инфанта, раскрывая собственное видение ситуации.
- Это как посмотреть, ваше высочество!.. – хмыкая, заявила Дарья, - Если на кону стоит верность Короне и…, можно даже сказать, измена государственной власти, то все доводы одной стороны окажутся лишь одной версией из двух возможных. Не больше, хотя и не меньше. Так что слова вашей сестры, Ковальски и Кортеса, инспектирующего отгрузки – это…, всего лишь…, подача одной из Наследниц. Сейчас пора позаботиться о нашем виденье ситуации и подтвердить их собственной аргументацией.
- Что-то похожее мне и нужно было сейчас услышать!.. - улыбнувшись уже не формально, а искренне, отреагировала на слова поддержки подруги Эланор.
После этого она уже сказала громче, чтобы услышал находящийся с той стороны двери в кабинет Льовер, - Капитан принесите нам, пожалуйста, коньяку, - и уже тише, продолжив, - Хорошее дело нужно всегда начинать правильно в любое время суток.
А уже через несколько мгновений, словно по мановению волшебной палочки, Льовер нес в руках серебряный поднос с хрустальным декантером, в котором просматривалось янтарно-рубиновое содержимое,  а также тремя небольшими плоскими тарелками с черным шоколадом, фруктовой и сырной нарезками.
 
******

В носовой части на верхней палубе десятиметровой яхты, идущей под парусом, суетились два члена команды: капитан и матрос, которые готовили оборудование для дайвинга. Управление судном производилось по автоматическому навигатору, так что при отсутствии должного порыва ветра, его скорость и курс корректировались механическим движителем, так же  управляемым в беспилотном режиме.
- Ну, что, Бонту, покажешь нам с Андрэ, как следует правильно нырять? – с улыбкой посмотрел на худосочную девушку-подростка в раздельном купальнике швейцарец, - А то мой друг, кажется, не очень-то дружит с подводным миром!..
- Так-то по вам и не скажешь, что вы не умеете…- подросток посмотрела за борт яхты, - пользоваться жабрами!..
Шутка явно понравилась самой девочке, и она засмеялась звонким голосочком, который звучал сейчас, словно колокольчики на ветру.
- Наши жабры уже успели высохнуть на такой-то жаре!.. – попробовал себя в юмористическом жанре и Кирсанов.
- Ну, если все настроены позитивно, то осталось дождаться, когда… команда нам предоставит… - кивнул головой в сторону экипажа яхты Флориан - … все необходимое, и… в путь.
- Я не буду… пользоваться этим! – решительно заявила Бонту и презрительно улыбнулась, - Здесь мелко, я и так смогу.
- Как знаешь, - не стал спорить швейцарец и вопросительно посмотрел на Андрея.
- Я сначала тоже попробую без баллонов, - подмигнул подростку великорус, словно нашел в ее лице достойную поддержку.
- Если вы такие сплоченные, то тогда за мной!.. – громко крикнул швейцарец и, махнув рукой капитану, который обратил на него внимание и оторвался от проверки снаряжения, кинулся через леера  за борт.
- Эх, так и знал, что этим закончится!.. – с этими словами Андрей тоже прыгнул в воду.
Последней отправилась с палубы в морскую гладь Бонту, которая вошла на глубину практически без брызг. И это красноречиво  показывало в ней опытную ныряльщицу и пловчиху. Удивительно, но и без снаряжения подросток смогла продержаться под водой довольно продолжительное время, что сначала даже напугало обоих мужчин, которые кинулись было выискивать ее в прозрачной глубине. Но вскоре они убедились – Бонту вполне комфортно чувствовала себя в морской среде и спокойно изучала подводный мир в этом месте.
- Кирсанов, ты же не станешь конкурировать с девочкой в снаряжении? – на лице Флориана появилось озорное выражение, никак не побуждающее к тому, чтобы использовать громоздкие баллоны.
- Умеешь ты уговаривать!.. – хмыкнул Андрей и тут же нырнул.
Капитан и матрос с широкими улыбками наблюдали за плавающими пассажирами, уже понимая, что потенциальные дайверы сегодня вряд ли заходят подниматься на палубу за экипировкой. Теперь их знакомство с морской фауной и флорой ограничилось возможностями нахождения под водой с задержкой дыхания, что они и продемонстрировали на вполне достойном уровне. И, конечно же, лучшими показаниями отличилась Бонту, которая, словно обитательница океана, прекрасно чувствовала себя на глубине, чем поражала своих новых друзей и команду яхты и особенно приводила в полный восторг швейцарца, который никак не ожидал в ее лице усидеть такую ошеломляющую подготовку.
Возможно, ныряние в теплой воде и при отсутствии грозных хищников в лице акул, а за этим стали бдительно следить оба члена экипажа, готовые в любой момент применить карабины, продолжалось еще довольно долго. Но в какой-то момент на поверхности показалось счастливое лицо девчонки, которая не без труда подняла над головой какой-то камень.
- Кажется, Бонту хочет нам что-то показать!.. – обратился к Флориану его великорусский товарищ и тут же поплыл к корме яхты, чтобы там взобраться на ее борт.
Туда же направились и подросток со швейцарцем. А уже через пару минут все трое, а к ним вскоре присоединились и оба члена команды с удивлением рассматривали находку в виде креста.
- Я, конечно, не претендую на истинно последнюю инстанцию в области археологии…, - решил первым поделиться собственным мнением Штильхарт, - … но, кажется, это очень древняя вещица. Возможно, ранний неолит.
- Думаешь, этому кресту десяток тысяч лет, если не больше? – решил все-таки уточнить Кирсанов.
- Сколько-сколько? – удивленно переспросила девчонка, продолжая вертеть в руках удивительную находку, отличающуюся достаточной тяжестью.
- Тогда еще человек не умел работать с металлом, а это явно кусок метеоритного камня, - дотронулся рукой до поверхности крестообразного предмета с оплавленными гранями, которым явно придали завершенную форму путем механической обработки, швейцарец.
- Это металл? – удивленно спросил матрос.
- Метеоритное железо, - уточнил Флориан и взял из рук девочки ее находку.
- Если не ошибаюсь, то этот камень…, ну, метеорит…, по всей видимости, должен быть пластичнее бронзы… из-за отсутствия в нем шлаков, присущих руде земного происхождения, - с серьезным видом решил продемонстрировать и свои знания в этой области великорус.
- Ого!.. – удивленно посмотрел на товарища Штильхарт, - Не знал, что ты соображаешь в горнорудных делах!..
- Да, не особо!.. – пожал плечами Андрей и продолжил рассуждения, - Если этот… предмет выполнял культовые…, ритуальные действия. То есть применялся людьми… в древности в этом качестве…, то они должны были обработать его со всей тщательностью, но мы видим лишь грубую… шлифовку…, даже не шлифовку, а просто….
- Понятно!.. – скорее не перебил, а воспользовался паузой Кирсанова, который тщательно подбирал слова, чтобы выразить собственное мнение, Флориан, - Хочешь сказать, что технологии того периода еще не соответствовали работе с металлами, а потому этот метеорит приняли за камень…, со всеми вытекающими?..
- Топ того!.. – кивнул головой великорус.
- И ведь оказался он не в земле, а под водой, - покачивая головой, высказался и матрос, с любопытством рассматривающий удивительную находку.
- Сохранился хорошо…, - присоединился к обсуждению капитан яхты, - … что говорит об отсутствии коррозии и…, вообще.
- Ну, да!.. – Штильхарт присел на корточки и положил увесистый крест на палубу, - Наверное, этот… культовый предмет был утерян в свое время в результате чего-то апокалипсического…, не иначе. Может быть, какая-то катастрофа в виде вулкана или землетрясения вмешалась…, которая смела с лица земли их стойбище или что там у них тут было тогда!..
- И ведь никакое течение не унесло за столько времени подальше в океан!.. – удивленно воскликнул Андрей, словно завороженный, уставившийся на артефакт и с трепетом касаясь его кончиками пальцев, - Это точно обрядовая принадлежность.
- Интересно, где же было тут их капище? – задумчиво произнес швейцарец, пытаясь развить мысль о необычной находке.
- Говорят, что на нашем острове люди жили очень давно!.. – выразил  мнение довольно скромный матрос, коротко бросив взгляд на капитана, как бы призывая его подтвердить эту мысль.
- Есть такое!.. – кивнул головой седовласый мужчина, - Раньше-то здесь, говорят, жили древние предки, которые общались с силами природы и могли даже управлять ими. Уж не знаю, что такое нынешняя цивилизация, а древний человек мог многое из того, что нам и не снилось сейчас.
- И откуда такие сведения? Это же все бабкины сказки из разряда про атлантов и тот же Эдем на земле!.. – не без сарказма спросил швейцарец, пытаясь дознаться до истины через подначивания, что очень часто и срабатывало.
- Местные предания всегда найдут отражения и в сегодняшнем дне!.. – не торопился откровенничать главный на борту член экипажа, и даже сделал попытку отойти в сторону, как бы для того, чтобы проверить такелаж и работу навигационного оборудования.
- Извините, капитан!.. – попытался остановить моряка в полинявшей от солнца и соли фуражке на коротко стриженной голове с видавшей виды кокардой Флориан, - Вы не могли бы подробнее рассказать нам о древнем храме?..
- А что тут рассказывать-то?! – удивился капитан, - Все уж быльем поросло, как говорится. Было когда-то здесь что-то, да уже кто его знает, где именно. Наверное, и этот… крест оттуда.
- Ясно!.. – тяжело вздохнул Штильхарт, - Спасибо и на этом.
Матрос еще раз провел шершавыми пальцами по такой же поверхности артефакта, после чего последовал за капитаном. По его взгляду было понятно, что он с благоговением относится к этой находке.
- Я когда трогаю этот… метео…. оритный камень, то…, как бы чувствую его… голос. Ну, как будто он живой…, что ли!.. – поделилась собственным мнением Бонту, в очередной раз прикоснувшись к ледащему на палубе артефакту.
- И мне показалось, что он вибрирует, - кивнул головой Андрей, с пониманием посмотрев на девчонку.
- Не увлекайтесь особо!.. – усмехнулся Штильхарт, - Просто мотор работает на пониженных оборотах, отчего и вся палуба слегка… вибрирует.
- Такую интересную вещь бы в музей отдать… местный… или даже…. – произнес мысли вслух Кирсанов, но не успел договорить до конца фразу, потому что подросток с испугом схватила его за руку.
- Нельзя его с острова никуда увозить! – в голосе Бонту послышался почти природный ужас, - Этот… крест… должен остаться здесь… навсегда.
- Не бойся, - доверительным тоном, дотронувшись до плеча девочки, произнес швейцарец, - эта реликвия навсегда останется здесь. Главное, нужно найти ей временное укрытие, чтобы… никто не посмел ее… прибрать к своим рукам.
- И где такое найти? – в глазах Бонту появились искорки явной заинтересованности.
- Ты нам скажи!.. – хмыкнул Кирсанов, - Есть два варианта.
- Какие? – девочка округлила глаза и снова прикоснулась к шершавой поверхности найденного артефакта.
- Или вернуть его на дно, где он и находился…, как в сейфе, или…. - Андрей специально сделал паузу, чтобы усилить эффект от собственных слов.
- Или сдать его в местный банк…, открыв депозитную ячейку на твое имя, Бонту!.. – воспользовался моментом Штильхарт, не желая, чтобы нить разговора ушла полностью к его товарищу.
- Банк? – с недоумением в голосе и взгляде произнесла девочка.
- Да, не бойся ты!.. – хмыкнул швейцарец, - Если не доверяешь банку, то можно… найти схрон и на берегу. Главное, чтобы нашей находкой не воспользовались такие уроды, как тот же «Рябой». Если хочешь, то можешь отдать крест… своему брату. В конце концов, он должен послужить доброму делу для местных.
- Пусть он у вас пока будет! – уверенным тоном произнесла подросток, - Вы хорошие!
Подобная непосредственная и совершенно простая аргументация неискушенной девчонки была сейчас самой важной для обоих взрослых мужчин, которые чувствовали себя в ее обществе более комфортно и уверенно, словно в ее лице видели небесного ангела.
- Не удивляюсь, что именно ты и нашла этот крест, Бонту!.. – выразил общее мнение Флориан, сопроводив свои слова широкой улыбкой, которая так импонировала всем гендерным антиподам, включая даже малолетних особ вроде этой девчонки.
Похвала взрослого мужчины, который неожиданно вошел в ее жизнь, очень понравилась подростку, и она слегка зарделась.
- Тогда я лично буду отвечать за его сохранность и покажу одному политическому этнографу…, моей знакомой…, которая может пролить свет на происхождение…. – с довольным видом стал делиться перспективой возможного раскрытия деталей ритуальных обрядов с использованием артефакта швейцарец.
- Которая?.. – перебила Флориана девчонка и слегка смутилась.
- Ну, да!.. -  непонимающим видом кивнул головой Штильхарт и даже бросил взгляд на Андрея, как бы ища в его лице защиты от явного негодования Бонту.
- Она ученый, который занимается различными социальными артефактами. Конечно, специализация совпадает не на сто процентов, но… в любом случае ее уровень знаний выше, чем наш с Флорианом!.. – решил помочь товарищу великорус, про себя отметив, что швейцарец продолжает смущать всех лиц женского пола, которые только попадаются на его пути.
- Ладно!.. – лаконично согласилась девчонка, по всей видимости, приняв слова Андрэ в качестве гарантии того, что Штильхарт не имеет к их общей знакомой из академического сообщества именно романтических притязаний, - Пусть скажет… свое мнение.
Бонту кивнула головой и посмотрела в сторону берега, откуда в их сторону двигался патрульный катер.
- Это из Корпуса!.. – испуганно проговорила подросток и невольно зашла за спину Флориана, как бы прячась от взора людей в униформе на борту двигающегося в их сторону плавательного средства.
- Не бойся, милая!.. – с широкой улыбкой и в половину оборота к девчонке, погладил ее по плечу швейцарец, - Нам они ничего не сделают… плохого.
- Уверен? – на всякий случай решила уточнить Бонту, в голосе которой слышалась тревога.
- У нас имеется охранная грамота на все случаи жизни!.. – хмыкнул Флориан.
- Хорошо иметь в друзьях Наследницу Альянса, тогда даже на территории влияния ОДН можно чувствовать себя в безопасности!.. – попытался в более расширенной форме пояснить девчонке Андрэ.
- Вы знакомы с принцессой?! – с расширенными от восторга глазами спросила подросток, обращаясь к обоим мужчинам сразу.
- Нам просто повезло!.. – хмыкнул Штильхарт, - А ты сама-то…, откуда знаешь, что она принцесса?..
- Я ее недавно по телевизору увидела и в Сети прочитала статью… одну!.. – не без гордости ответила девочка, - Я умею читать…, хоть в школу и не хожу. Меня брат… мой научил!..
- Прекрасно! – кивнул головой швейцарец и с широкой улыбкой воззрился на офицера на борту патрульного катера, который уже взобрался на яхту в кормовой части и проверял документы, предъявленные ему капитаном.
Через пару минут этот бравый щеголь в высокой фуражке, которую сам Флориан мысленно сравнил с «вороньим гнездом на тупой голове», снова вернулся на борт своего катера. И, отдав зачем-то честь, словно на борту были не доверенные лица Наследницы из Альянса, а она сама собственной персоной, он приказал своим подчиненным следовать дальше по дежурному маршруту прибрежной акватории.
- Здорово! – с восторгом произнесла девочка и крепко пожала руку стоящему рядом с ней Флориану.

******

За столом из красного дерева, стоящим у окна кабинета, расположенного на самом верхнем этаже Восточной башни Дворца, с серьезным видом разбирал документы член Королевского Совета Кадони. Он явно был чем-то обеспокоен, потому что на его лбу появилась характерная глубокая морщина, а верхние скулы порозовели от волнения.
- Позволите, ваше превосходительство? – в дверном проеме показалась голова секретаря Кортеса.
- Что тебе… еще, Рамирос?.. – не очень приветливо откликнулся Глава внешнеполитического ведомства.
Он, хоть и разрешил своему самому доверенному лицу входить и выходить в кабинет без стука, но каждый раз удивлялся тому, как это его раздражает, если он сосредоточен на чем-то важном. Вот и сейчас Кортес полностью сконцентрировался на том, что просчитывал варианты своего ближайшего будущего, когда Престол займет уже не Филипп X, который мог бы считаться вполне сносным монархом, приверженным классическим традициям властителя Иберии, а одна из его дочерей-наследниц. А в этой схватке за власть, по всей видимости, на сегодняшний день перевес был на стороне именно Фике. По большому счету, искушенному в хитросплетениях отношений между Большими Домами королевства Кадони было бы все равно, что из инфант наследует Трон, если бы не одно «но», связанное с личными пристрастиями Наследницы.
И вот тут-то интуиция подсказывала Кортесу, что в схватке за власть ему не стоит поддерживать Фике, так как в результате ее восшествия на престол он не сможет остаться в Совете даже при всей своей лояльности. Просто в силу того, что новоиспеченная Королева поспешит поставить на его должность собственного наставника, который уже перестанет занимать такую должность, сохраняя при этом собственное доверие. Эта процедура была вполне понятна и обусловлена интересами Короны. Вот только из всех потенциальных Глав Больших Домов (так уж сложилось!) именно Кортес по международным связям был менее всех приближен к Фике. И это очень показательно было видно на последнем Совете, когда два из ключевых Кортеса, а именно Франциско и Идрис, оказались на стороне младшей дочери Филиппа X.
Да, Казначей не проявлял такого рвения, как Глава службы безопасности и верховный главнокомандующий Альянса. Но ведь и так было понятно – именно Фике приложит максимум усилий, чтобы склонить его на свою сторону. И то, что это случится, тоже не было чем-то уж совсем сверхъестественным, хотя бы и потому, что Эланор оказалась не способной интриговать и заниматься недостойными вещами в силу характера и понятий о чести и достоинстве, считая это низким и гадким. А вот ее сестра не гнушалась ничем, лишь бы достичь цели любым способом. И в этом раскладе незавидная участь Кадони виделась довольно вероятной. Вот только просто сидеть, сложа руки, и ждать, когда после коронации победившей Наследницы его попросят удалиться в свою провинцию, Кортес вовсе не собирался. Нужен был план, и план этот, конечно же, должен был учитывать интересы в первую очередь Идриса, оказавшегося в силу сложившейся диспозиции на поле борьбы за Трон ключевой фигурой.
Именно поиском компромата на Казначея и был сейчас занят хозяин кабинета на самой верхотуре Восточной башни Дворца, когда сухощавый секретарь вдруг отвлек его от глубокомысленных рассуждений.
- Господин, у меня есть информация, которая для вас будет интересна!.. – с улыбкой, больше напоминающей оскал хищника, произнес шипящим голосом Рамирос.
- Говори!.. – коротко отреагировал Кортес, откинувшись на высокую спинку кресла и разминая обеими руками затекшую шею.
- Мне удалось выяснить, что инфанта Фике отправила несколько часов назад своего наставника… Элиаса…. – на лице мужчины с залысинами и бегающими глазами читалась некая интрига, что не могло укрыться от внимания его хозяина.
- Говори яснее! – перебил собеседника повышенным тоном Кадони, нетерпеливо почесывая кончик своего носа, словно почувствовав, что сейчас услышит нечто важное для его самого главного дела в жизни.
- Бельтран отправился в провинцию Дома Идрис! –  интригующим голосом, наконец-то, произнес секретарь, вопросительно уставившись на Кортеса.
- Подробности есть? – поинтересовался Глава внешнеполитического ведомства, ощутив, как по его позвоночному столбу пробежала волна дрожи, всегда предшествующая судьбоносным решениям, отчего он выпрямил спину и сосредоточенно воззрился на своего подчиненного.
- Могу лишь догадываться, ваше превосходительство!.. – скривив физиономию, ответил Рамирос.
- Ну, и?! – снова повысил голос хозяин кабинета.
- Как вы и сами уже догадываетесь, инфанта… Фике ищет рычаги… давления на Идриса, который, по всей видимости, будет пытаться подороже продать свою лояльность одной из Наследниц, - начал делиться своими подозрениями секретарь.
- Чушь! – уверенно сказал Кадони и, покачивая головой, вновь устремил взор на открытую страницу старинного фолианта, написанного от руки неизвестным автором.
- Позвольте!.. – не согласился с мнением хозяина сухощавый мужчина, переминаясь возле его стола с ноги на ногу, - Идрису нужно принять одну из сторон и, по всей видимости, он уступит напору Фике, хотя бы по тому, что у него нет причин входить в один альянс с вами, господин.
- Да, уж!.. – хмыкнул Кортес, - Наши Дома никогда особо не ладили, в отличие от того же Франциско, который ради места в Совете способен на любую гадость.
- В том-то и дело, что Казначей, хоть и не выявляет своей лояльности Фике… пока, но вынужден будет под ее напором сдаться!.. А визит ее наставника в Большой дом Идриса только подтверждает эту мысль, - высказавшись, Рамирос послушно воззрился на хозяина кабинета.
- Нам нужен повод склонить Казначея на сторону Эланор…, любой!.. – тяжело вздохнул Кадони, - У этого старого хрыча, кажется, нет слабых мест. Но тогда зачем в его вотчину поперся этот… Бельтран. Предложить денег он не может, потому что у Казначея их достаточно, да и в его возрасте уже бесполезно рассчитывать исключительно на жадность. Получается, что младшая из сестёр знает что-то, чего неизвестно нам. И вот тут-то и кроется загадка.
- Шантаж? – предположил секретарь.
- Ничего не меняется под Луной, Рамирос! Ни-че-го! – проговорив по слогам последнее слово, Кадони, прикрыв верхние веки, попытался увидеть подсказку на ментальном уровне.
Он не один раз принимал решения именно таким образом, когда, посылая мысленный запрос в Нооферу, через некоторое время получал обратный отклик в виде изображения, которое нужно было лишь правильно трактовать.
Вот и сейчас ему вдруг привиделся образ молодого человека, повернутого к нему спиной и одетого так, словно он принадлежал к Дому Идриса. Однако по силуэту было абсолютно не понятно, кто именно этот мужчина, и какое отношение он имеет к Казначею, который, как это было известно всем в Королевстве, не обзавелся за всю жизнь близкими родственниками. Да, и дальних-то у него тоже не было. А это, кстати, и делало его неуязвимым во всех дворцовых интригах и преданным до последней степени Короне. Именно поэтому и сам Филипп X ставил его мнение всегда выше в Совете, если голоса делились поровну.
- Нужно проследить, с кем в Доме Идрисов будет встречаться Элиас!.. – сделал вывод Кадони и внимательно посмотрел на своего секретаря, - Организуй слежку и держи меня в курсе. Тебе понятно?
- Конечно, ваше превосходительство!.. – услужливо наклонив голову, ответил Рамирос и стал пятиться к выходу из кабинета.
- И еще!.. – поднял указательный палец правой руки вверх Глава внешнеполитического ведомства, - Когда мы узнаем, кто так заинтересовал Фике в Доме Казначея, нам нужно будет или привлечь его на нашу сторону, либо… нейтрализовать.
- Совсем… нейтра… рализовать?.. – запинаясь, решил уточнить столь деликатный вопрос секретарь.
- Абсолютно! – тоном, не терпящим никаких возражений, заявил Кадони и в знак своего благословения к столь решительным действиям акцентировано кивнул головой.
- Все сделаю!.. – с пониманием прикрыл верхние веки Рамирос, после чего практически бесшумно покинул кабинет Кортеса.
«Так, так! В среде Кортесов раскол. Понятно, что меня хотят оставить не у дел после… коронации Фике. Но тогда сам бог… или, что вернее, Ноосфера велит мне искать выхода на Эланор. Кажется, я дал ей понять уже, что готов сотрудничать, но встретиться нужно, хоть с какими-то козырями на руках. Иначе от нашего союза не будет никакого проку. Ставки сделаны, и сейчас нужно не просто блефовать, а иметь на руках хороший расклад карт!..» - задумчиво рассудил Кадони, устало откинувшись на спинку кресла и прикрыв верхние веки.

******

За большим полированным столом из красного дерева в гостиной гостиничного номера Эланор удобно устроились напротив нее и Дарьи Раевской Кирсанов и Штильхарт, которым не терпелось узнать экспертное мнение о своей находке во время прогулки на яхте. Да, этот мини-круиз в первую очередь был организован с целью исследования острова на предмет выявления интересных фактов. Однако обретение Бонту столь удивительного артефакта заставляло задуматься над многими интригующими событиями и с другого ракурса.
- Мы не рискнули нести нашу находку с собой, тем более что она довольно увесистая и могла привлечь ненужное внимание у посторонних. Вот это фото!.. – Флориан протянул свой включенный смартфон с выведенным на его экран изображением метеоритного камня в виде креста в руки инфанты.
- Сразу видно, что вещица эта… древняя!.. – с интересом стала разглядывать картинки с телефона принцесса.
Она положила гаджет швейцарца экраном вверх так, чтобы и Дарье стало удобно рассматривать картинку.
- Ого!.. Кажется, ваш артефакт имеет непосредственное отношение к раннему неолиту, если даже не…, вообще…, палеолит. По снимку тяжело сразу сказать, да и сам крест лучше бы отдать на спектральный анализ. Но, что сразу становится понятно, то это внеземное происхождение самого материала!.. – поделилась мыслями вслух Раевская, бросив быстрый взгляд на принцессу, - И еще кое-что есть!..
- Про неолит и я подумал!.. – с удовлетворением посмотрел на Кирсанова Флориан, как бы призывая того подтвердить собственное авторитетное мнение, которое он выразил на яхте при первом осмотре находки со дна морского.
- Все-таки…, думаю, что это каменный век. Уж слишком грубой кажется обработка данного… ритуального предмета. К тому же чувствуется и последующее желание отшлифовать поверхность, но без особого фанатизма. Видимо, сам факт религиозной принадлежности уже исключал серьезное внедрение в его структуру!.. – не стала идти на поводу швейцарца Дарья, понимая, что сейчас просто невозможно сузить временной интервал происхождения изделия из метеоритного камня.
- Каменный век – это же до миллиона лет назад! – с нескрываемым восторгом произнес Андрей и даже покачал головой, пытаясь представить, насколько редкой и ценной может являться находка Бонту.
- Что-то у меня при взгляде на этот крест возникает какое-то смутное ощущение, что эта форма по какой-то причине является… знакомой. Очень странно!.. – задумчиво сказала Эланор и выразительно посмотрела на Раевскую, как бы прося ту помочь ей разобраться в столь неожиданном выводе.
- И это не случайно!.. – тут же отозвалась великорусская девушка, - Ведь тот самый Крест, который изображен на картине с изображением Изабеллы Кастильской, а я ее видела лишь на иллюстрации в тематическом журнале…, к сожалению…, имеет схожую форму. Присмотритесь внимательно. Видите?..
Инфанта, услышав совет Дарьи, тут же осветилась широкой улыбкой.
- Точно! – громко воскликнула принцесса, с благодарностью посмотрев на подругу, - И как только я сама сразу не поняла этого?!
- Вот только от такого сходства, по-моему, возникает еще больше вопросов!.. – не поддавшись общему восторгу, заявил Андрей, - Разве между этими… реликвиями есть…, хоть какая-то связь? Да и форма креста уж слишком распространена в культах всех народов, чтобы вот так сразу искать какие-то сходства.
- Ну, в чем-то ты прав, Андрей!.. – поспешила согласиться Раевская, которая в данной компании безоговорочно считалась экспертом в данной области, - Но не во всем.
Девушка еще раз внимательно посмотрела на выведенный на экран смартфона найденный крест и продолжила.
- Действительно, еще в дохристианскую эпоху этот символ обозначал у древних людей принадлежность к магии, связанной со стихией Огня. И здесь все кажется понятным, хотя бы по тому, что высекать искры для получения пламени требовалось путем соприкосновения двух твердых предметов. И логично, если бы они имели именно такую продолговатую форму!.. – Дарья явно хорошо знала рассматриваемую тему, отчего в ее голосе слышалась особенная убежденность.
- Получается, что христианство приватизировало этот символ у язычников не случайно!.. – попытался поучаствовать в обсуждении швейцарец, который, хоть и признавал несомненный авторитет Раевской, но явно желал проявить себя более активно.
- Ну, с этим у всех ведущих мировых вероисповеданий случилось что-то подобное!.. – мило улыбнулась политический этнограф, пытаясь раскрыть мировое культурное наследие, хотя бы и очень поверхностно, - Например, в исламе крест с четырьмя равными концами представляет четыре стороны земли, четыре элемента, четыре времени года и четырёх ангелов, поддерживающих Трон Аллаха. В игбо крест представляет мужскую и женскую силы и их примирение. В догоне он символизирует связь между земным и духовным мирами, а также четырьмя элементами и четырьмя временами года. В ашанти – представляет собой переплетение жизни и смерти, а также различные этапы прохождения жизни. Так что… на этот привычный всем нам символ человечество возложило очень даже серьезные аспекты своей жизнедеятельности.
- И все они имеют сакральный смысл!.. – задумчиво произнес Кирсанов, покачивая головой.
- Вот именно!.. – в голосе Эланор послышалась решимость, - Получается, что эта находка не просто случайность, а подсказка нам.
- Возможно!.. – как-то сразу согласился Штильхарт, словно и сам пришел к такому мнению,  - Очевидно, что присутствует схожесть формы, а это даже мне понятно. Я, кстати, тоже видел вашу легендарную прародительницу, Эланор, на картинах под авторством ее современников в Лувре. Так вот…, этот самый Крест с камнями мне также кажется очень схожим. Значит….
Флориан намеренно сделал паузу в своих умозаключениях, как бы призывая саму инфанту и ее подругу продолжить мысль.
- Это место имеет…, возможно…, непосредственное отношение и к камням в Кресте Изабеллы Кастильской, - воспользовалась вневербальным предложением швейцарца инфанта, продолжив его рассуждения.
- По крайней мере, такая версия вполне реальна. Ведь даже упоминание о Пещерах трех великих рысей, как мне видится, имеет одну из привязок в своей локации именно Кабо-Кабо. Ну, посудите сами. Все изучения магнитных полей нашей планеты не обходятся без выявления неких точек возмущения, которые оказывают наиболее сильное влияние и на климатическую карту, и на техногенные факторы, и на сейсмическую активность. И даже сама идея создания климатического оружия еще в период, предшествующий Последней войне, указывала на привязку к этим островам Западной Африки. Получается, что магический след ведет сюда…, не иначе!.. – поддержала идею принцессы Раевская, на лице которой появилась блуждающая улыбка, свидетельствующая о ее заряженности.
- Хотите сказать, что Камни, подобно этой находке… - Кирсанов кивнул головой на экран смартфона, по-прежнему лежащего на столе рядом с девушками, - … имеют внеземное происхождение? Но с чего бы это им быть такими? Подумаешь, драгоценные минералы. Так их рождают недра планеты в достаточном количестве, чтобы украсить ими любой ритуальный предмет.
- А вот тут я не соглашусь! – воскликнула с горящим взором Дарья, - Не зря же Международный институт согласия и равенства – это святая святых всего общества процветания. Идея всечеловечества вышла из его стен.
- Ну, это больше похоже на пропаганду!.. – с нескрываемым скепсисом возразил швейцарец, - Ведь это учреждение ОДН не заслуживает доверия просвещенных людей ни под каким соусом.
- Согласилась бы, если не работала под руководством профессора Ренато Алькасара, который лично для меня является настоящим светочем всего мирового академического сообщества. Уж ему-то вся эта идеологическая повестка, пронизанная ложью и исходящая из уст апологетов всечеловеческого глобализма и прогрессизма, точно претила, как навязчивая и мешающая истинному процветанию духовная мерзость…, скудость истинных ценностей! – с запалом принялась защищать первоначальную идею Раевская, бросая красноречивые взгляды на инфанту.
А та в свою очередь активно кивала головой в знак полной поддержки подруги.

******

В полутемном помещении таверны сидели несколько посетителей, которые в своих тесных и веселых компаниях предавались не столько обильным блюдам из меню ужина, сколько чрезмерным возлияниям после трудовых будней. И только за одним столом возле мутного окна в самом углу зала с хмурым видом сосредоточился на не самой изысканной трапезе без горячительных напитков худощавый молодой человек. По его одежде можно было понять, что он, хоть и не из рабочего сословия, но и далек от элиты.
- Добрый вечер,  Лампур, - без особой радости в голосе произнес крепкий мужчина в роскошной одежде, без разрешения присевший на свободный стул рядом с одиночкой.
- Мы знакомы? – удивленно воззрился по нежданного гостя молодой человек с желчной физиономией.
- Это поправимо!.. – ухмыльнулся Бельтран, а это был именно он, - Элиас…, наставник инфанты Фике… к вашим услугам.
- Ого!.. – медленно прожевывая содержимое во рту, ухмыльнулся Лампур, - И чем это…, интересно…, моя кандидатура… заинтересовала такого важного вельможу?..
- Есть одно дело… деликатное!.. – не спешил открывать суть собственного визита наставник инфанты.
- Ну, это-то я уже понял!.. – проглотил, наконец-то, последнюю порцию из своей тарелки парень с желчной физиономией и уставился на визави бесцветным взглядом, - Хотелось бы только… подробностей…, если можно!..
- Можно, конечно же!.. – Элиас с плохо скрываемой брезгливостью осмотрелся по сторонам, понимая, что это злачное место идеально подходит для конфиденциальных встреч подобного рода, - Частенько здесь столуетесь?
- Приходится… иногда, - покачивая головой, ответил Лампур, скривив и так не самое приятное лицо в кривой усмешке, отчего сделался еще более отвратительным, оголив десны на верхней челюсти и крупные желтые зубы.
- Ясно!.. – передернув плечами, произнес Бельтран, быстро отводя взгляд от неприятного выражения лица собеседника, - Не буду долго ходить вокруг…, да около.
- Отлично!.. – явно картинно потирая руками, отреагировал на замечание завсегдатай этого заведения, понимая, что сейчас ему поступит то самое предложение, от которого трудно отказаться.
А интуиция у Лампура была развита, словно у дикого животного, которое привыкло выживать в первобытном лесу, предугадывая опасности заблаговременно. Вот только сейчас у него в голове не было четкой определенности. С одной стороны этот важный посланник от самой принцессы прибыл лично к нему, не ради удовольствия праздного общения. Тем более что не за горами было и всем известное престолонаследие, а значит и важные перемены в стране. Но с другой-то – выходило, что он оказывался на некоем перепутье, где сходились силовые линии Королевства. И если с ним сейчас разговаривает не его… родитель, а о своем происхождении молодой человек, хоть и не знал достоверно, но все-таки догадывался по косвенным приметам. А к ним в первую очередь относились некоторые подарки, довольно дорогие, между прочим, на именины и празднование дня Независимости. Сам он не мог узнать толком, кто же из важных и богатых людей Королевства стоит за всем этим. Отца у него не было, а мать умерла при родах. Дальние родственники приложили руку к его воспитанию, но не слишком-то и усердствовали в этом, потакая практически всем наклонностям подрастающего юноши. А это явно наталкивало на мысль о незаконности своего происхождения. И вот тут-то молодой человек сразу почувствовал возможности. Ведь бастард – это не только унизительное происхождение, но и связь с некими людьми, от которых можно получить несомненную выгоду. И это в отличие от тех же самых законных наследников, так называемого, среднего сословия имело явное преимущество. Это чувствовалось и по их желанию лишний раз не касаться этой деликатной темы, и по внутренним ощущениям после передачи ему очередного подарка от тетушки, которая при прочих обстоятельствах обязательно присвоила бы ценную вещь. Но не в этих случаях, что было очень даже показательно и красноречиво. Однако при всем притом, никто и никогда, а то, что родственница, заменившая усопшую мать, знала подробности его появления на свет, сам Лумпур понимал однозначно, даже намеком не давали ему понять, чья же именно кровь из власть имущих текла по его венам. Получалось, что ей очень серьезно пригрозили, а потому эта корыстная и очень трусливая женщина ни за что на свете не проболталась бы. Эта тайна снедала до поры всю внутреннюю суть юноши, пока он не уговорил себя просто ждать нужного случая, который, несомненно, появится в будущем.

И вот, кажется, наступил этот самый роковой момент, когда своеобразные створки его тюремной камеры забвения, как он себе представлял собственное унылое положение, начинали приоткрываться. От этого ощущения преддверия судьбоносных событий сердце начинало вышибать бешенный ритм, а в голове зазвучал набатный колокол. Но не таким был Лампур по своей природе, что бы, хоть как-то выражать на людях настроение. Скрытность стала его сущностью, а способность выжидать и впитывать любые крупицы информации превратила молодого человека в настоящего охотника за добычей.
- Один важный человек хотел бы…, - Элиас внимательно посмотрел на собеседника, в лице которого уже почувствовал довольно скрытого и хитрого молодого мужчину, - …  чтобы ты на некоторое время покинул свой дом и исчез из виду.
- Как это? – хмыкнул Лампур, усиленно соображая, каким образом ему добыть максимум сведений и выгоды из этой пока еще совершенно «мутной» ситуации.
- Предлагаю тебе пойти со мной в одно тихое и безопасное местечко, где ты поживешь, пока этот человек… не разрешит тебе снова…. – Бельтран, не спеша, произносил слова, пытаясь по реакции собеседника понять, насколько ему будет трудно склонить того на свою сторону.
- Разрешит?! – перебил визави желчный парень, повышая голос.
- Пойми, ты оказался… волею судьбы в том положении, когда от тебя…, собственно, ничего уже и не зависит. Если хочешь выжить, то подчинишься, иначе… - Элиас выбрал тактику устрашения, а потому придал голосу самые суровые нотки, - … подготовленные люди просто сделают свою работу…, и все!..
- Мне нужны подробности!.. – осматриваясь по сторонам, произнес уже тише Лампур, что хоть и косвенно, но все-таки выдавало в нем страх, как и отметил про себя опытный Бельтран, - Нельзя же просто так… взять и скрыться. Меня будут искать. Та же тетушка….
- Не стоит волноваться, - хмыкнул крепкий мужчина с сединой на висках, - Мы позаботимся об этом. В безопасном месте ты напишешь весточку своей родственнице, которую и передадут ей. Тем более что все это будет не бескорыстно…, как ты понимаешь.
- Но зачем? – не унимался озабоченный парень, который почувствовал всю важность момента и не собирался выпускать из рук показавшуюся удачу.
- Есть силы, которые могут использовать тебя против Короны!.. – покачивая головой, произнес Элиас, уже понимая, что его собеседник почувствовал наживу и не собирается упустить, хоть ее часть из-за нерасторопности.
- Если уж к моей персоне… возникло такое внимание, то не могли бы вы мне сказать, кто именно стоит за всем этим? Судя по всему…, кто-то из Королевского Совета?.. – бесцветными глазами уставился на визави Лампур.
«Да, уж! В этих глазах видится мне сам Идрис. Конечно же, провинциальное воспитание и влияние среды налицо. Но в характере просматриваются определенные черты Казначея. И если я еще недавно был готов к ошибке в выводах Фике. Ведь, в конце-то концов, папаша этого прохиндея хорошо постарался, скрывая все улики его происхождения. А потому упоминания о нем могли носить очень условный характер. Но сейчас и без экспертизы ДНК можно было с уверенностью говорить о наследственности со стороны второго человека в Королевстве!..» - пронеслось в голове Бельтрана, и он задумчиво почесал кончик носа.
- Всему свое время!.. – уклончиво отреагировал уже вслух Наставник, - А сейчас нас уже ждут в «Лесном братстве», где у тебя будет временное укрытие.
- «Лесное братство»? – переспросил бастард, уже полностью уверовав в свою исключительность, - Но почему именно они? Это же бандиты!..
- Именно, - спокойно согласился Элиас, - поэтому и искать тебя у них никто не станет. А за то вознаграждение, что они получат от… твоих покровителей, с тебя пылинки будут сдувать. Так что можешь не сомневаться – условия жизни там будут не хуже, чем твои теперь.
- Хотелось бы верить!.. – хмыкнул парень, с плохо скрываемым пренебрежением оглядываясь вокруг, словно прощаясь с той частью своей жизни, когда ему приходилось стесняться собственного происхождения.
- Пошли, Лампур!.. – вставая из-за стола, произнес решительным голосом Бельтран, оставляя на столе крупную купюру денег, - Очень скоро ты многое узнаешь и про своего родителя, и о собственном будущем.
Наставник специально давал надежду этому прощелыге, стараясь усилить возникший в нем страх, а в этом он нисколько не сомневался, еще и алчностью наживы и власти. Ведь именно такой симбиоз негативных стимулов и должен стать гарантом абсолютной покорности человека с подобным набором человеческих качеств. Этого ли было не знать опытному Наставнику, который выпестовал из Фике прекрасное орудие для устранения препятствий на пути к высшей власти.

******

В читальном зале центральной библиотеки было достаточно тихо и малолюдно. А потому на сидевших у окна Штильхарта и Кирсанова, листающих старинные фолианты, связанные с эпическими событиями на Кабо-Кабо, никто не обращал внимания. И даже старушка-одуванчик, как назвал сразу эту седовласую женщину в старинном пенсне на носу про себя Флориан, никак не реагировала на их присутствие, полностью сосредоточившись на разборе карточек посетителей.
- Я здесь себя чувствую, как в прошлом веке где-нибудь в европейской глубинке. Ни тебе последних достижений цивилизации, ни суеты, - тихонько проговорил швейцарец, перелистывая очередную пожелтевшую от времени страницу потертой книги большого формата, многие страницы которой были иллюстрированы, а текст написан от руки.
- Ты уверен, что мы сможем найти, хоть что-то интересное здесь? Это Дарья  ее опытом могла бы…. – Кирсанов сосредоточено всматривался в расплывающиеся перед глазами строчки и совершенно не излучал оптимизма.
- Ей здесь никак нельзя появляться, неужели ты и сам этого не понимаешь. А найдем или нет – это не твоя забота. Для этого есть Ноосфера и высший расклад сил. На такой случай люди даже закон для себя придумали…, ну…, или правило такое интересное!.. – в голосе Флориана появились признаки веселости.
- Я бы на твоем месте так не радовался, - пробурчал Кирсанов, отрывая взгляд от страницы, - говори уже.
- Настоящий джентльмен должен делать всегда, что может, а остальное доверить Всевышнему…, ну, в нашем случае…, мы же с тобой не религиозные фанатики…, Ноосфере!.. – не повышая голоса, чтобы не привлекать внимание старушки-библиотекаря за стойкой, произнес с важным видом швейцарец.
- Ага!.. – уныло отреагировал Андрей и снова сосредоточился на прочтении текста, пытаясь осознавать и скрытый смысл, заложенный автором.
А уже через четверть часа Кирсанов тыкал локтем в бок товарища, который самым бессовестным образом прикрыл верхние веки и, уперев мощный подбородок в ладонь на согнутой в локте руке, погрузился в негу кущей Морфея.
- Перестань храпеть!.. – прошептал великорус, в очередной раз пихая швейцарца, - Я, кажется…, нарыл… кое-что.
- Так…, кажется или нарыл?.. – самым спокойным тоном переспросил Флориан, бросив беглый взгляд на страницу фолианта, лежащую перед визави, словно и не предавался мгновение назад глубокой дреме.
- Сам посмотри!.. – Андрей пальцем указывал на нужные строки, написанные каллиграфическим подчерком под иллюстрацией.
- Ни хрена себе!.. – удивился Штильхарт после того, как до него дошел смысл прочитанного и увиденного.
Он быстро достал свой видавший виды смартфон и сделал пару снимков страницы.
- Погнали, нечего гемор насиживать!.. – в голосе швейцарца послышались самые оптимистические нотки, которые у Кирсанова вызвали широкую улыбку и некое подобие того, что можно было назвать неосознанным воспоминанием.
- Как скажешь!.. – согласился Андрей, закрывая старинную книгу и делая попытку встать с места.
А уже через четверть часа швейцарец и его великорусский товарищ, склонив головы, рассматривали увеличенную картинку на экране смартфона, пытаясь еще раз утвердиться в осенившей их в читальном зале городской библиотеки мысли.
- Получается, что Камни, реально, имеют отношение к Кабо-Кабо!.. – потирая гладко выбритый подбородок тыльной стороной ладони, констатировал Штильхарт, - Вот же… дела!..
- Значит, задолго до Василисы Колдыревой и Изабеллы Кастильской эти драгоценные минералы могли родиться в недрах этого острова? Или оказаться здесь по тому же трафику, что и метеоритный булыжник!.. – вопросительно посмотрел на напарника Кирсанов.
- Знаешь, дружище!.. – оторвал взгляд от экрана гаджета швейцарец и по-дружески похлопал Андрея по плечу, - В нашей компании есть более компетентные люди, которые смогут все правильно трактовать. Пока лично мне лишь понятно, что… эти камушки представляют не столько материальную ценность, сколько духовную. Хотя не отрицаю, что и магия живет на земле, хоть это не совсем по-современному звучит как-то.
- Удивительно, что мы смогли довольно быстро найти упоминания о них!.. – с сомнением покачал головой Андрей и внимательно посмотрел на собеседника, как бы ища в его лице ответ на этот незаданный вопрос, - И ведь очень похоже на то, что именно здесь кроются ответы.
Для убедительности Кирсанов даже притопнул ботинком, намекая на то, что именно земля под его ногами хранит некие тайны происхождения минералов и связанных с ними секретов мироздания. И в этом случае можно было считать, что они оказались на «нулевом километре» их раскрытия, а значит, и разоблачения глобальной аферы современности. Ведь своими корнями она уходила в Убежище, от одного воспоминания о котором по его спине пробегала судорожная волна ужаса.
- Когда знаешь, где искать, то уже проще!.. – логично заметил швейцарец, - Нас же буквально вывела на след Дарья, которая получила нужные сведения от своего учителя… профессора Ренато Алькасара. Так что особо нос-то не задирай…, дружище.
- И не собирался!.. – кивнул головой Андрей, еще раз взглянув на экран смартфона, - Если эти драгоценные минералы на картинке и есть те, что на Кресте Изабеллы Кастильской, то у нас возникает масса нестыковок. Не находишь?
- По мне, так все нормально, - хмыкнул Флориан, - ведь связь между артефактом в виде креста, который обнаружила в море Бонту, и Камнями, имеющими привязку к данной местности, тоже имеет отношение к культам. Получается, что теперь нужно найти само место, где все эти ритуалы и совершались. И вот тут-то нам придется попотеть.
- Как бы за нами хвоста не было, как за пособниками инфанты, за которой, о чем мы знаем, ведется… велась уже… слежка!.. – подозрительно осмотрелся по сторонам Андрей.
- Я постоянно контролирую ситуацию, - спокойно откликнулся швейцарец.
- Они могут и дронами…, и по камерам на улице. Да, и в библиотеке могли…. – продолжил настаивать на своем Кирсанов.
- Ты так только думаешь или интуиция работает? – решил уточнить Флориан, перебивая визави и озабоченно посмотрев прямо в его лицо.
- А какая разница-то? – пожал плечами великорус, нахмурив брови.
- Большая!.. – лаконично сказал собеседник, подняв подбородок в знак побуждения к ответу на уже заданный вопрос.
- Просто прикинул так!.. – отвернулся Андрей, пытаясь понять логику напарника.
- Ты слушай свою чуйку, дружище. Она сейчас наш с тобой верный помощник!.. – усмехнулся швейцарец, - А прикидывать пока я в нашем тандеме буду. Ферштейн?..
Кирсанов на некоторое время замер на месте, пытаясь понять возможно скрытый смыл услышанного, после чего его лицо озарилось светлой улыбкой.


                Глава 7
 
                «Истоки»

За угловым столиком в уже хорошо знакомом Штильхарту и Кирсанову кафе практически в центре города, удобно устроившись друг напротив друга, с самым беззаботным видом сидели давние парники. Их, хоть и не самый очевидный, но все-таки след, найденный в упоминаниях неизвестного автора в древнем фолианте, вел к некоему капищу или храмовому объекту. И эту ниточку следовало обязательно потянуть, чтобы раскрутить весь возможный событийный клубок, ведущий к искомому источнику.
- Думаешь, здесь Эланор не будут отслеживать? – уже не в первый раз поинтересовался Кирсанов, вглядываясь в окно, где красочный пейзаж не очень-то изобиловал прохожими, хоть на календаре и значился самый разгар туристического сезона.
- Если хочешь спрятать, то положи на самое видное место. Я тебе это раз пять уже сказал!.. – покачивая головой, ответил швейцарец, - Ты, главное, слушай свою чуйку и доверься Льоверу, который головой отвечает за госпожу.
- Кажется, вижу Капитана…, только без принцессы и Дарьи…. – обескураженным тоном произнес Андрей, коротко кивнув головой в окно, где заметил знакомый мощный силуэт начальника службы безопасности Эланор.
- Значит, и девушки сейчас появятся!.. – уверенно произнес Штильхарт, улыбнувшись кончиками губ, в очередной раз обнаружив, что интуиция его напарника, хоть и не ощущаемая им самим, но работает безукоризненно.
Ведь сейчас Кирсанов на глубинном уровне подсознания почувствовал же приближение чего-то скрываемого от любопытных глаз. Только это были не шпики, а инфанта со спутницей, в качестве предвестников которых выступил Льовер.
- Думаю…, что это очень даже возможно, - задумчиво согласился Кирсанов, кивнув головой и продолжая смотреть в мутное окно.
А через какие-нибудь пять-десять минут за столом уже сидели все недостающие члены их своеобразной команды, коими и стали Эланор и Дарья.
- Если честно, то мы с Андрэ уже стали волноваться за вас, - почему-то назвал товарища на европейский манер Флориан.
Сейчас он, как бы вызывал в памяти недавнего узника Убежища те времена пятнадцатилетней давности, когда данная идентификация была для него обычной за пределами Великоруссии, где он частенько оказывался, как и сейчас.
- Не стоило, - усмехнулась инфанта, - потому что под присмотром Льовера мы в полной безопасности.
- Прекрасно!.. – улыбнулся Кирсанов, - Надеемся, что он и сейчас где-то рядом. Ведь его устрашающий вид… с пиратской повязкой на голове… для многих… любопытствующих… может стать очевидным предупреждением. Лично меня его внешность впечатляет!..
- О, да!.. – веселым голосом и с блеском в глазах ответила Эланор, - Он уверил нас с Дарьей, что будет за нами присматривать… неусыпно. И у меня нет причин сомневаться в его… эффективности.
- И ваш… теперешний… внешний вид тоже говорит о том, что доблестный Капитан приложил и к нему свою руку, - швейцарец, хоть и не явно, но все-таки попытался свести ситуацию к юмору.
- Маскировка еще никогда не мешала в подобных случаях!.. – измененным голосом, пародируя Льовера, произнесла инфанта, после чего вся собравшаяся компания дружно засмеялась, хотя и сделала это достаточно тихо, чтобы не привлекать внимания бармена и редких посетителей.
- Значит, и он считает, что за вами…, - Андрей посмотрел на принцессу, - … ваше высочество, могут следить те же люди Ковальски.
- Ну, да!.. – лаконично согласилась Эланор, кивнув головой.
- Но сейчас нам нужно обсудить в первую очередь план на ближайшую перспективу!.. – напомнила о причине встречи всей группой в этом публичном месте Раевская, - Кажется, появилась какая-то зацепка?..
- Вот именно!.. – с готовностью прикрыл верхние веки швейцарец, - Если на острове когда-то был… древний храм, то нам обязательно нужно найти его…, ну, то самое место.
- Только для этого нам нужно утвердительное подтверждение… сведущего человека, - Андрей посмотрел прямо в лицо Дарьи, которая перехватила этот взгляд с пониманием.
- Я долго думала над различными вариантами этой гипотезы… и пришла к выводу, что это очень даже возможно!.. – начала делиться своими выводами политический этнограф, - Ведь культовые места такого масштаба, а речь сейчас идет не просто о месте поклонения древних людей, вроде многочисленных капищ, обнаруженных археологами по всей планете. Но об очень давнем храмовом комплексе, который символизирует нечто особенное. Я бы даже могла отнести это место к чему-то подобному общепринятому понятию «Колыбель цивилизации», в качестве которого многие века считалась Месопотамия. Но относительно недавно этот без навязчивой скромности величественный титул стали приписывать другому ритуальному захоронению.
- Речь идет о Гёбекли-Тепе? – решил блеснуть знаниями швейцарец, чтобы придать встрече более демократичный характер общения, а не обычный экскурс в мир познаний, напоминающий лекционный формат.
- Вот именно!.. - улыбнулась Раевская, возобновляя рассказ с самым серьезным выражением лица, - Этот…, в переводе с турецкого «Пузатый холм»…, и есть на сегодняшний день самый древний из всех известных человечеству ритуальный комплекс. Он относится к эпохе докерамического неолита. И расположен приблизительно в тринадцати километрах к северо-востоку от современного города Шанлыурфа в турецкой Юго-Восточной Анатолии.
- И что нам это дает?  - вопросительно посмотрела на Дарью инфанта, - Ну, я про связь этого… Гёбекли-Тепе и Кабо-Кабо.
- Для этого нужно упомянуть некоторые факты о комплексе в Турции, - продолжила Дарья, - Он находится в горах на высоте около восьмистах метров над уровнем моря к северу от долины Харран и представляет собой большой телль с несколькими вершинами и впадинами между ними. 
- И это наводит на мысль, что этот остров может идеально соответствовать аналогичной… местности?.. – как бы рассуждая вслух, произнес Андрей.
- И еще… для большей точности следует учитывать и тот факт, что высота холмов там достигает пятнадцати метров, а общая площадь комплекса составляет около девяти гектаров. С учетом упоминания Пещер трех рысей…  профессором Ренато Алькасаром в привязке к данной локации, мы можем предположить, что…. – неожиданно Раевская остановилась и задумчиво посмотрела в окно на улицу.
- Нужно по карте посмотреть, какие места могли бы соответствовать таким параметрам!.. – тут же воспользовался паузой Штильхарт, бросив вопросительный взгляд сначала на Кирсанова, а потом и Эланор.
Последняя глубоко вздохнула и, покачивая головой, дала понять, что пока еще не имеет собственного мнения для его озвучивания. Зато Андрей, почесав затылок, словно нерадивый ученик на уроке перед требовательной учительницей, стал говорить с раскрасневшимся лицом.
- Но ведь и Убежище было на… острове…, по всей видимости, а значит…, - почему-то великорус явно принял на собственный счет готовность выявления точной локации возможного тайного захоронения, отчего в его голосе слышались негодующие нотки, - … мы можем сузить районы поиска до… прибрежных скал… или чего-то подобного.
- Логика налицо!.. – почесывая мощный подбородок тыльной стороной ладони, произнес швейцарец, - осталось поработать с картой и включать уже ноги в работу.
- Резюмируем!..  – с серьезным лицом решила подвести итог общим рассуждением Эланор, вопросительно глядя на подругу, - Этот… подземный объект должен занимать обширную территорию, иметь скрытый вход и находиться на скалистом берегу или… просто берегу острова. Все так?
- И если кто-то еще на планете знает о его существовании, то… - Раевская, тяжело вздохнув, сморщила кончик носа, - … нам нужно быть очень осторожными в своих поисках. И что-то мне подсказывает, что нельзя со счетов сбрасывать и ту часть прибрежной зоны, которая обустроена жилыми или промышленными объектами, хотя… не исключаю и абсолютно пустынную местность.
- Ладно!.. – согласно кивнул головой Флориан, понимая, что именно от него с Кирсановым, по крайней мере, на начальном этапе поисков, до новых возможных зацепок будет зависеть операция по выявлению древнего храма, - Будем и дальше проводить время на яхте, дружище.
Последняя фраза явно относилась к Андрею, в глазах которого появился заинтересованный огонек, красноречиво подтверждающий его полную готовность окунуться с головой в это дело.
 - Но нам не нужна команда с лишними парами глаз!.. – тут же встрепенулся великорус.
- Поэтому мы с тобой, Кирсанов, и станем тем самым экипажем, который умеет покорять ветер парусами, - хмыкнул швейцарец.
- Не очень уверен, что справлюсь, - покачивая головой, заметил Андрей.
- Тогда будешь юнгой и точно выполнять команды своего шкипера. Это-то понятно?.. – в глазах и голосе Флориана появилось нечто похожее на азарт, что тут же передалось и девушкам.
- Только не следует брать в аренду слишком большое судно, а то ваш экипаж станет не искать вход в пещеры со стороны отвесных утесов, а сосредоточится исключительно… на морской практике!.. – решила пошутить Эланор, которая явно хотела разрядить серьезную обстановку встречи большей непринужденностью.
- Кажется, план, хоть и в довольно примерной форме, но готов!.. – с удовлетворенностью констатировала Дарья, бросив быстрый взгляд на соотечественника, который на протяжении всей беседы тоже украдкой наблюдал за ней самой.
- Ну, да!.. – согласился швейцарец, выискивая взглядом официанта в зале, чтобы сделать дополнение к уже сделанному заказу, - Пора и перекусить островными деликатесами.
- Возражений нет!.. – улыбнулась инфанта, - Пока вы определитесь с возможными локациями храма, я и Дарья под неусыпным оком Льовера сосредоточимся на заказе военной техники. Теперь нам нужно обернуть ситуацию в свою пользу. И, кстати, у меня возникла идея….
Эланор намеренно не договорила до конца фразу, внимательно посмотрев на швейцарца.
- Чувствую, что сейчас для меня, ваше высочество, организуется еще одна работенка!.. – с готовностью откликнулся Штильхарт.
- Как вы, Флориан, отнесетесь к тому, чтобы навестить нашего «друга» Ковальски?.. – окончание фразы принцесса произнесла с особенно пренебрежительным акцентом, выражая тем самым свое отношение к этой неприятной личности.
- С большим удовольствием!.. – с довольной улыбкой согласился швейцарец, - У меня есть ограничения в полномочных действиях? Хотелось бы уточнить весь спектр потенциального воздействия!..
- На ваше усмотрение!.. – улыбаясь лишь кончиками губ, ответила инфанта, - Тем более что Наставник Орлио сообщил о задержке Кортеса Франциско с инспекционным визитом в Кабо-Кабо из-за очевидных разногласий в Совете по многим вопросам управления, как он витиевато выразился. По сути, я и отсюда вижу, что Фике начала активно бороться за свое наследие, а Глава Оборонного ведомства слишком искушен в такого рода «трениях сторон», чтобы торопиться покинуть территорию Альянса в столь важное время. Нужно воспользоваться этим. Думаю, что вам, Флориан, следует представиться независимым уполномоченным от самого Филиппа X. Звучать будет несколько бредово, но и крыть Ковальски против этого тоже будет нечем. И пусть он, хоть обзвонится Бельтрану, но открыто опротестовать ваш статус не сможет. Мы получим время и смятение в стане противной стороны, а сестренка… лишние хлопоты и кучу нервов, которые у нее и так слишком возбуждены. В такой обстановке всегда лучше просматриваются их намерения.
- Чувствуется, что вы уже готовы к любой политической борьбе!.. – в уважительной манере произнес швейцарец и почтительно опустил голову.
В это время к столу у окна приблизился официант, предварительно позванный жестом руки Флориана, и все присутствующие переключились на обсуждение десерта.

******

В рабочем кабинете Президента Великорусии в Сенатской башне, возведенной в новой столице Роси по образу и подобию той, что была центром государственного могущества этой могучей державы до Последней войны в Кремлевском дворце Московии, сидела Наталья Владимировна Покровская и разбирала деловые документы, принесенные помощником на подпись. В тишине и полумраке помещения она чувствовала себя достаточно спокойно. Динамичные события уже прошедшего дня остались позади, и теперь она могла полностью сосредоточиться не только на бумажной работе, которая всегда действовала на нее исключительно успокаивающе, но и вспомнить о дочери, которая так подвела ее, не явившись на публичное мероприятие, где должна была стать главным спикером. Но не удивительное исчезновение родного чада, хоть и удалившегося от нее ментально, сейчас заставило главу самой большой по территории державы, входящей в ОДН, вспомнить о том случае. В голове неожиданным образом возникла череда жизненных фрагментов, где дочь сначала была маленькой девочкой с забавными большими бантами на голове, а потом в процессе взросления преображалась в подростка, молоденькую девушку и следом в настоящую женщину, сформированную не только физиологически, но и профессионально. Теперь ей уже и вовсе стали бесполезными советы матери, несмотря на ее статус и авторитет среди всех государственных чиновников и международных лидеров. Анастасия, ее Аська или Асенька, что зависело от конкретной жизненной ситуации, превратилась во взрослую и самостоятельную личность, готовую отстаивать свои взгляды, несмотря на общепринятые установки.
И что самое главное – у них с дочерью возникло разобщение в политической и идеологической повестке. Да, у Натальи был опыт и виденье общей картины, когда она не в корыстных интересах, а исключительно из-за желания привести страну к процветанию и мирному развитию, но не бесконечной борьбе с серьезным противником, и значит, сомнительным результатом в перспективе, готова идти на компромиссы. Но именно такой подход претил дочери, готовой рисковать своей жизнью в идеалистических мечтаниях добивающейся справедливости для большинства.
«Мы перестали не просто понимать друг друга, а даже утратили способность просто нормально поговорить!..» - мысленно отметила про себя госпожа Президент и, отложив письменный прибор, откинулась всем телом на высокую спинку кресла, начиная разминать обеими руками затекшую шею.
Взгляд замер на ярком отблеске красного цвета, попадающем в кабинет с улицы и отбрасываемый экстерьерной иллюминацией, напоминающей, что и за пределами кабинета главы государства есть жизнь. Мысли уже готовы были унести ее в ту далекую ретроспективу довоенной эпохи, когда она и сама еще была наивной молодой особой, готовой отстаивать ту самую правду, с которой сейчас носилась ее дочь, но этого не случилось. Раздался знакомый зуммер на коммутаторе и голос помощника известил о прибытии сенатора Овчинниковой-Асфур.
- Пусть проходит!.. – стараясь говорить в уважительной манере, откликнулась Покровская в динамик.
А уже через пару секунд дверь в кабинет открылась, и в проеме показалась эффектная фигура сенатора в деловом и, как всегда, безупречном костюме.
- Добрый вечер, Наталья Владимировна!.. – грудным голосом приветствовала Президента визитерша.
- Здравствуйте, Александра Андреевна!.. – с почтительным видом ответила Покровская и жестом руки пригласила визави присесть на кресло напротив, - С чем пожаловали в столь поздний час? Что-то срочное?
- Ничего особенного!.. – удобно располагаясь, проговорила сенатор, - Это больше личное!..
- Ого!.. – удивленно закатывая глаза, отреагировала хозяйка кабинета, - Тогда тем более не стоит нам вести себя, словно мы на заседании Совета Безопасности. Мы ведь с тобой знакомы уже тысячу лет. Слушаю тебя, Александра.
- Хорошо!.. – кивнула головой сенатор, - Хочу поговорить об Анастасии. Ты что-то слышала о ней? Где она сейчас…, и с кем?
- Я даже не знаю, на каком она континенте, подруга!.. – тяжело вздохнув, посетовала Наталья.
- Наверное, ты догадываешься, что у нее есть несколько нежелательных контактов с сомнительными личностями из «Красного меридиана»? – пристально посмотрев прямо в лицо собеседницы, поинтересовалась сенатор.
- Конечно, догадываюсь. Я даже хотела за ней установить слежку, но потом решила, что это только навредит нашим и так не самым близким отношениям. И вообще…. – Покровская, не закончив мысль, отмахнулась обеими руками.
- Не хочу подливать масло в огонь… ваших семейных отношений, дорогая…, - покачивая головой, сказала Асфур, - … но сейчас для Аси все может закончиться очень плохо. Мои источники доложили, что она в компании отпетых террористов собирается похитить новейшую военную разработку ОДН. Ты понимаешь, к чему все это может привести?..
Наталья, услышав эти неутешительные последние новости о своей дочери, на какое-то мгновение проявила естественное неравнодушие, блеснув глазами и выпрямив спину, но тут же осеклась, словно расставляя приоритеты между интересами родительницы и главы государства.
- И что я могу сделать?.. – практически бесцветным голосом ответила вопросом на вопрос Покровская, - Мое мнение уже давно для нее перестало быть авторитетным…, к сожалению.
- А если ее ликвидируют или покалечат? – продолжала давить визави неприятными предположениями Александра, - Ты готова принять такую действительность?
- Послушай, подруга!.. – глубоко вздохнув, проговорила Президент, - Ты же сейчас хочешь от меня получить ответ матери, а не государственного деятеля, как я понимаю?..
- В твоем случае эти понятия вряд ли можно разделить. Но ты права. Хотелось бы понимать, насколько Анастасия управляемая!.. – сенатор встала со своего места и, обойдя уже пустующее кресло, встала за его спинкой в полный рост, сложив руки в замок перед собой.
Чувствовалось, что она невольно таким способом хотела продемонстрировать свое преимущество в данной ситуации  даже на уровне вербального общения, смотря на визави в прямом смысле сверху вниз.
- Если еще есть такая возможность, то… не хотелось бы слишком кардинально решать эту проблему, иначе…. – Покровская развела руками, понимая, что и этого ее мнения будет достаточно, чтобы оказать дочери, хоть и не очевидную, но вполне осязаемую помощь.
Да, Наталья Владимировна, хоть и стояла на официальной вершине великоруской государственности, но прекрасно осознавала, что у той же Асфур, которая была в иерархии власти на нижестоящей ступени, есть масса очевидных полномочий и инструментов влияния на международной арене, которые напрямую не относятся к подчиненности Президенту страны. И даже ее кулуарная идентификация «Миледи», о которой она прекрасно знала, красноречиво свидетельствовала о том, что ресурс этой сенатора был достаточно велик. Вот и сейчас она пришла к главе государства с совершенно очевидным предложением – свобода и жизнь дочери в обмен на то, что называется «будешь должен». И ведь крыть Президенту в данной ситуации было особо нечем.
- Я поняла, - кивнув головой, проговорила в «грудной» манере Александра, - сделаю все, что можно со своей стороны. Если хочешь, то могу передать через кого-нибудь твое послание ей?
- Не стоит!.. – тяжело вздохнув, хмыкнула Покровская, прекрасно понимая, что у нее попросту нет слов для дочери, которая считает ее саму приспособленкой или коллаборантом, что для главы великой державы было просто неприемлемо, - Достаточно того, чтобы она была цела…, если это возможно.
- Как скажете, госпожа Президент!.. – сенатор обратила в адрес хозяйки кабинета дежурную улыбку, чем подтвердила намерение завершить разговор, - Всего хорошего!..
- До свидания, госпожа сенатор! Спасибо большое!.. – откликнулась Наталья Владимировна, кивнув головой и возвращая аналогичное «приветливое» выражение собственной мимикой.
- До свидания!.. – с этими словами  Оввинникова-Асфур покинула пределы кабинета главы государства, аккуратно прикрыв за собой дверь.
- Ну, вот и все!.. – тихо проговорила сама себе под нос Наталья, прекрасно понимая, что на ровном месте обрела такую задолженность, которая уже в скором будущем может ей дорого стоить.
Единственное, что ее успокаивало, так это объективный факт того, как сама ее бывшая помощница в бытность главой дипломатической миссии на Зеленом архипелаге в Западной Африке сохраняла приверженность общей политической повестке, связанной с ОДН. И в этом смысле она была уверенна, что в будущем не придется попирать собственный идеологический фундамент, с такой болью и трудом возведенный на компромиссной основе по окончании Последней войны.

******

Дым от костра, разведенного на лесной поляне, в стремительно сгущающихся сумерках, уже не так сильно тревожил собравшихся вокруг него товарищей Анастасии Покровской. Янь умудрился соорудить из подручных средств подобие копья, ставшего орудием добычи пропитания в условиях дикой природы. И вот теперь он с довольным видом жарил на деревянном шампуре освежеванные тушки каких-то мелких лесных обитателей, отдаленно похожих на крыс. Лео сосредоточился на обустройстве ночлега, собрав огромную охапку хвороста и нарубив армейским ножом, с которым никогда не расставался, веток деревьев, из которых устроил лежбище для каждого члена группы. Мишель следил за периметром, сосредоточившись на звуках леса, как самый музыкальный и, соответственно, пригодный для подобного рода деятельности. Ну, а сама Ася отстраненно смотрела на языки пламени, составляя очередной план проникновения на хорошо охраняемую военную базу, где их недавно чуть не схватили.
- Не могу все-таки никак понять, почему нам удалось так легко выбраться оттуда!.. – покачивая головой, в очередной раз произнес Янь, внимательно следя за тем, чтобы ужин хорошо прожарился, но при этом и не сгорел.
- Ты надоел уже своими стенаниями!.. – первым отреагировал Лео, который и сам недоумевал по этому поводу, но не хотел допускать возможность того, что ими манипулируют, словно марионетками их противники.
- Возможно, они просто не захотели портить отношения с Великоруссией, узнав, что среди нас находится дочь Президента, - подал голос Голицын, отмахиваясь одной рукой от дыма.
- А разве нам просто не благоволила сама ситуация со сменой караула, например? Неужели, мы не могли просто попасть в обычную пересменку на севере периметра и ловко проскочить через кордон между блокпостами?.. – Ася явно не желала даже думать о том, что ее родственная связь с матерью оказала столь решительное влияние на их чудесное освобождение.
Ведь такая логика делала ее и обязанной родительнице, и беспринципным человеком, который осознанно пользуется услугами тех людей, которых осуждает.
- Как думаете, Сердар еще жив? – задал главный вопрос Мишель, прекрасно понимая состояние Покровской-младшей и решив переменить тему обсуждения.
- Наверное, план сработал!.. – не стал нагнетать обстановку Янь, в предвкушении ужина громко сглотнув слюну, чем вызвал аналогичную реакцию и у остальных членов группы кроме Мишеля, который усиленно боролся с дымом, по понятным причинам мешающим ему дышать больше других.
- Если он еще на той базе, то мы его обязательно вызволим! –уверенным тоном произнесла Ася, и на ее лице появилось хорошо известная всей команде решимость к любым действиям, не взирая на опасность и препятствия.
- Приглашаю всех к столу!.. – снимая  с дымящегося кострища оба шампура, проговорил с довольным видом китаец, протягивая один из них Анастасии, - Только осторожно…, горячее мясо… очень.
- Важно хорошо продумать не только, как преодолеть охрану периметра следующий раз, но и весь маршрут перемещения по территории, - принимая от Яня шампур с жареной тушкой, поделилась соображениями девушка, - И начать нужно с «Покрова», который нам сразу же обеспечит преимущество в беспрепятственном….
Анастасия вынуждена была прерваться из-за попавшего в глаза дыма, вызвавшего обильное выделение слез.
- Сейчас, сейчас!.. – подкладывая в дымящееся кострище сухих веток, проговорил Лео, - Теперь нам нужно добыть максимум света и тепла, а не дыма для барбекю.
- Я на отходе рацию одну успел, как вы знаете, прихватить в коридоре того бункера. Сначала подумал, что она сломанная, но повезло, что только корпус слегка раскололся, так что… мне удалось ее реанимировать. Теперь будем осуществлять радиоперехват, так сказать, и следить за эфиром!.. – по довольному тону Яня сейчас трудно было понять, чему он больше радуется – уже начавшейся трапезе или обретению возможности слежки за охраняемой территорией через прослушивание переговоров боевиков на военной базе.
- Ты молодец!.. – коротко похвалила Ася и, обжигаясь, откусила горячий кусок мяса неизвестного ей происхождения.
После этого она закатила от удовольствия глаза и передала свой шампур Лео, который с готовностью принял его и тут же вонзился в сочную и источающую аппетитный запах снедь острыми зубами.
- Сейчас поедим и нужно выспаться хорошо!.. – посоветовал не торопиться со скоропалительными выводами Мишель, принимая от Яня его ветку с нанизанным на нее куском жареного мяса, - Утро вечера мудренее, как говорили предки в нашей стране.
С этими словами Голицын задержал взгляд на Анастасии, которая явно была озабочена, по всей видимости, думая в первую очередь об освобождении оставшегося на военной базе иранца.

******

Характерный скрип открывающейся двери оторвал хозяина кабинета-контейнера от просмотра лежащих на столе перед ним деловых бумаг. А это были товарно-сопроводительные документы на предстоящие погрузки в порту.
- Вы как?.. Вам… кого?.. – не столько удивленно, сколько испуганно воззрился на вошедшего Штильхарта желчный мужчина с характерными залысинами на голове.
- Добрый день, уважаемый!.. – с усмешкой поздоровался с обескураженным Ковальски швейцарец и приблизился к массивному столу, занимающему добрую половину тесного помещения.
- Я не понимаю!.. – продолжал находиться в полном недоумении Роберт, расширив огромные ноздри на громоздком носу, и громко вдохнул в себя воздух, словно пытался по запаху, определить степень опасности, исходящую от незваного визитера.
- А что тут понимать-то!.. – хмыкнул Флориан, - Ты стал вести себя плохо, Ковальски. Хочется понять…, на чьей ты стороне. И нашим…, и вашим не получится.
- Вы кого… представляете? – продолжал пучить глаза Роберт, взглядом судорожно выискивая на столе смартфон, что не осталось незамеченным и для Штильхарта.
- Ты не волнуйся так, бро!.. – пренебрежительным тоном произнес посетитель, - Мы с тобой просто сейчас пообщаемся, документы… кое-какие посмотрим, а потом и решим, как быть дальше.
Внимательно впитывая каждое слово швейцарца, хозяин кабинета явно старался сообразить, кого из важных клиентов он мог бы представлять и остановился на нескольких вариантах, каждый из которых был для него опасен по-своему. И эта логическая работа левого полушария очень красочно отображалась на лице. Да, прохиндей был опытным продавцом вооружений, а потому наработал некую психологическую броню при возникновении возможных «осложнений» при общении с контрагентами. Но все-таки полностью управлять мимикой и для него оказалось неподъемной задачей, а потому судорожные подергивания некоторых лицевых мышц, испарина и расширение зрачков стали теми самыми, очевидными реакциями этого маленького человека с огромными блестящими залысинами, свидетельствующими о его страхе, что и нужно было сейчас швейцарцу.
- Документы?.. – судорожно соображал Ковальски, непроизвольно подергивая верхним веком на левом глазу- Но на какие отгрузки?..
- На последние…, и главное – те, которые планируются на этой неделе, - как бы между прочим, проговорил Флориан и прищуренным взглядом посмотрел на собеседника.
- Но в чей адрес? Кто грузополучатель по отгрузочным документам? Или по какой доверенности происходит оформление коносаментов? – начал сыпать вопросами, стараясь быстрей получить важную информацию от этого устрашающего вида мужчины с явной европейской внешностью, хозяин компактного кабинета.
 - Не думаю, что судно на дальнем причале, на которое происходит погрузка прямо сейчас, может… принадлежать судовладельцу, зафрахтованному на рейс до одного из портов ОДН!.. – хмыкнул Флориан и уставился пронзительным взглядом на визави.
- Откуда такие выводы? – все-таки решился не вестись на провокацию Ковальски, громко сглотнув не существующую слюну в пересохшем от испуга горле.
«Вот же пройдоха…, каких еще поискать!.. У него под ногами земля горит, а он продолжает хвататься за воздух, словно ему сейчас волшебным образом кто-то предоставит возможность уйти от очевидной  опасности!.. И ведь он свято верит в собственную неуязвимость, что означает только одно – за ним стоят очень влиятельные люди из Корпуса. Только вот ему невдомек…, по всей видимости, что на таких должностях держат подходящих по менталитету и компетенции людей не для их процветания или по причине какой-то исключительной незаменимости, а только лишь для того, чтобы в определенный момент можно было без каких-либо сожалений списать. И если этот… ничтожный человечек, являющийся,  по сути, обычным расходным материалом, еще не понял это рассудком, то…, по крайней мере, его инстинкт выживания, а у него он точно развит, что видно по всем реакциям,  предупреждает об опасности. Вижу, как он чувствует это, как говорится спинным мозгом или интуитивно. И нужно лишь усилить эффект!..» - не торопясь, рассудил про себя Штильхарт и изобразил на лице ту показную серьезность, от которой исходил лишь холод подозрительности и неприязни.
- Сейчас вопросы буду задавать именно я!.. – ухмыльнулся швейцарец, - Эти военные контейнеры перевозят лишь в адрес одного получателя, а потому….
Флориан специально не стал договаривать фразу до конца, чтобы сформировать в разговоре еще больше неопределенности, которая могла сослужить ему только полезную роль.
- Но я не могу же!.. - по инерции попытался затянуть время Роберт, но тут же осекся, увидев гневное лицо собеседника, - Ах, ну, да!..
Ковальски даже хлопнул себя по лбу ладонью, как бы вспомнив, какое именно судно у него стоит на погрузке в том месте причальной стенки, где портовый терминал загружает морские двадцати- и сорокафутовые контейнеры, промаркированные исключительно одним префиксом и характерным логотипом.
- И? – на лице Штильхарта появилось его фирменное выражение безразличия, за которым скрывалось преддверие момента полного превосходства над противоположной стороной при общении.
- Извините, я не расслышал вашей фамилии!.. – прохиндей с испариной на лбу, блестевшей даже в полумраке его кабинета, бросил быстрый взгляд на собеседника.
- Это не важно!.. – хмыкнул швейцарец, - Брудершафт нам не стоит пить. Достаточно того, что я представляю высшую власть….
В очередной раз Флориан решил слегка промариновать Роберта, наслаждаясь моментом неопределенности, не окончив фразу с нужными для визави сведениями.
- Альянса?.. – не выдержал Ковальски, прекрасно понимая, что других вариантов просто не существовало.
- Именно, - спокойным тоном тут же отреагировал швейцарец, словно речь шла не о тайных поставках вооружений той стороне мирового средоточия силы, которая официально не могла быть сопряжена в подобного рода сделках, а о чем-то совершенно будничном.
- Но разве… инфанта… не доложила…, что… - начал буквально блеять хозяин кабинета, до которого неудобный визитер по мере их разговора становился еще более загадочным, - … отгрузка слегка задержалась по чисто техническим… причинам?..
- В том-то и дело, Ковальски, что инфанте не следовало инспектировать этот груз!.. – ухмыльнулся Флориан и в очередной раз привел в трепет собеседника, нахмурив брови и слегка выдвинув вперед мощный подбородок, отчего стал похож на брутального вышибалу из какого-нибудь ночного клуба, а не вежливого контрагента, оплачивающего отгрузку устаревших видов вооружений.
Ведь Роберт считал все свои тылы достаточно хорошо прикрытыми теми покровителями из высших эшелонов власти, которые и поставили его на этот выгодный для него в первую очередь своей финансовой составляющей трафик. Да, сам факт торговли оружием в таких масштабах мог бы считаться опасным для жизни и здоровья всех участников. И для этого даже не нужны какие-то риски, сопряженные со слабостью собственной позиции и лиц, стоящих за его спиной. Но ведь за всем этим стояла сама незыблемая система, которая и олицетворяла в своем образе миропорядок. А потому внедрение в глобальный механизм в виде одной из деталей общей конструкции виделось ему совершенно неуязвимым и даже обуславливающим безопасность. Однако сейчас Флориан с жестким взглядом и металлическим голосом был тем визитером, который заставлял усомниться в, казалось бы, устоявшихся раскладах, из-за чего на душе становилось противно и жутко. Только вот возможность обратиться к куратору из Корпуса никто не отменял. Ковальски никогда не пользовался этим вариантом решения проблем, так и его собственного ресурса в отлаженной схеме было вполне достаточно до сих пор. А вот сейчас, как ему показалось, наступил тот самый момент.
- Не стоит так нервничать и пытаться совершать плохо обдуманные поступки!.. – как бы прочитав мысли визави, продолжил твердым голосом швейцарец, - Я понимаю, что вы лишь исполнитель и в этой неразберихе не виноваты. Однако….
Флориан в очередной раз сделал небольшую паузу в разговоре и с наслаждением наблюдал за тем, как его собеседник весь сжался изнутри.
- Однако?.. – словно эхо повторил за странным посетителем Роберт.
- Вам не стоило за спиной Королевского Совета заниматься такого рода деятельностью!.. – наконец-то произнес нужные, как воздух, для хозяина кабинета слова швейцарец тоном, исключающим возражения, - Разве вам неизвестно, что в Альянсе существует оборонное ведомство, которое и занимается всеми вопросами, связанными с поставками военной техники и оборудования?..
- Меня уверили, что все эти вопросы… - Ковальски одной рукой схватился за горло из-за подкатившего нервного кома, а другой – судорожно стал наливать из мутного хрустального графина его содержимое в тонкостенный высокий стакан, - … урегулированы по линии… соот…. ответствующих… ведомств.
- Как видите, нет! – хмыкнул швейцарец, - Я здесь именно по этому поводу. Инфанта не имеет таких полномочий.
- Но, как мне сообщили, сюда скоро прибудет Кортес Франсиско!.. – попытался найти, хоть какую-то логику в свое оправдание Роберт.
- Мой визит и связан с этим!.. – покачивая головой, проговорил Флориан, прекрасно понимая, что подобное развитие разговора полностью укладывается в его предварительно разработанную тактику общения.
 - Так вы из его… комиссии?.. – попытался уточнить тощий мужчина с потными залысинами, почти беспрерывно вытирая их уже влажным платом.
- А кто бы я еще мог быть?.. – как бы само собой разумеющееся, произнес швейцарец, - И не торопитесь с погрузкой, пожалуйста. Кажется, вы тут… много дров успели наломать. Вам, вообще, известен  международный регламент… при подобного рода… сотрудничестве в области вооружений?..
- Конечно, но…. – Роберт был окончательно сбит с толку и ему сейчас хотелось побыстрее избавиться от  этого неудобного визитера и сделать пару важных звонков по телефону, которые смогли бы полностью или частично разобраться в происходящем.
- Не стоит никаких «но»!.. – безапелляционным тоном произнес Штильхарт, прекрасно понимая намерения оппонента.
«Нужно сделать последний штрих, после чего можно и покинуть это не самое приятное место. Шухер я уже навел, в чем можно не сомневаться. А разобраться в этом хаосе теперь будет не так уж и легко. И пусть время сейчас играет на нашей стороне!..» - логично рассудил про себя Флориан и сменил хмурое выражение лица на более лояльное к визави.
Но сделал это опытный швейцарец без излишеств, чтобы сохранять необходимый накал при общении со столь скользким оппонентом.
- Позвольте!.. – набрался смелости обладатель габаритного носа, - Но как мне быть с инструкциями инфанты… Эланор?..
- Да-да!.. – как бы опомнившись, спохватился Флориан, изобразив на лице озабоченность, - Принцесса…, да-да. Вам в сложившейся ситуации следует проявить… деликатность и полную…, повторяю…, полную… конфиденциальность. Как говорится, нам не хочется выносить сор из своей избы. Поверьте, вам это и самому не нужно. А награда за это… будет превышать любые ваши ожидания.
Окончание фразы визави особенно понравилось Ковальски, физиономия которого вмиг избавилась от мучительных рассуждений и трансформировалась в некий оскал, что в его случае можно было трактовать в качестве улыбки счастья.
- Понял-понял!.. – услужливо закивал головой Роберт, склонив спину в знак почтения.
- Вот и отлично!.. – почесывая гладко выбритый подбородок тыльной стороной ладони, произнес швейцарец, - Это был с моей стороны визит вежливости. Сейчас вам нужно просто поставить сделку на паузу. А если на связь выйдет любая из… инфант, то… вы и сами знаете, как поступить. Ведь потому вы и считаетесь в Альянсе незаменимым… партнером!..
- О, да…, да!.. – продолжая кивать, словно игрушечный болванчик, согласился Ковальски, на лице которого вдруг мелькнуло полное недоумение, которое, впрочем, моментально сменилось благодарной услужливостью холопа.
- И не стоит за мной присматривать!.. – как бы на всякий случай предупредил в шутливой форме «представить Альянса» своего визави.
- Не понимаю, о чем это вы!.. – в уже расслабленной манере с широкой улыбкой произнес Роберт, почти игриво отводя взгляд.
«Вот и хорошо, что у тебя сейчас в голове полный хаос и неразбериха. Жди Франциско и не дергайся!..» - рассудил мысленно Штильхарт и стал прощаться с не самым приятным человеком в своей жизни.

******

Хоть и раскаленный от солнца, но все-таки освежающий ветерок с суши, который на берегу называют послеобеденным бризом, доносил ароматы экзотических растений даже на открытой акватории. А потому Штильхарт с огромным удовольствием впитывал в себя это амбре, которое предпочел бы самым изысканным французским духам. Ведь те, по его мнению, за последние десятилетия явно утратили свои позиции на мировом рынке парфюма. Ведущие бренды сместили собственные производственные и финансовые акценты от традиционных цветочных запахов именно в синтетику гормонов, что стало восприниматься многими пользователями, и уж Флорианом безоговорочно, в качестве неких препаратов, просто регулирующих настроение.
Швейцарец, широко раздвинув ноги, стоял у штурвала небольшой яхты. Подобным образом он пытался сохранять собственное равновесие на покачивающейся от набегающей на борт судна волны. Флориан водрузил на голову приобретенную на каком-то вещевом рынке фуражку, отчего вполне походил на шкипера, который сбрил бороду и потерял курительную трубку. Но недостаток аксессуаров и внешности он с лихвой компенсировал выражением лица, которое даже натренировал перед зеркалом после просмотра тематических роликов. И сейчас такого рода вливание в атмосферу он считал необходимым атрибутом их деятельности. Ведь при возможной встрече с водным патрулем из береговой охраны предпочтительно было держаться легенды о том, что друзья решили размяться в море без команды, потому что у них имеется за плечами огромный опыт мореплавания на малоразмерных плавательных судах.
- Бонту!.. – зычным голосом обратился к худощавой девочке-подростку Флориан, - Ты хорошо знаешь северное побережье?..
- Да, капитан!.. – с широкой улыбкой ответила чернокожая «юнга», явно считающая себя настоящим членом экипажа, - Сейчас мы будем напротив мыса….
Она внимательно всматривалась в каменистые очертания острова по правому борту, пытаясь вспомнить название.
- Мне кажется…, - не дал договорить девчонке Кирсанов, вглядываясь с серьезным выражением лица в предусмотрительно прихваченный с собой бинокль, приобретенный на том же рынке, где его товарищ купил фуражку с морской кокардой, - … что в любом ущелье может скрываться хорошо замаскированный вход в пещеру.
- Ничего страшного!.. – кивнул головой Флориан, - Сейчас мы просто обогнем остров по часовой стрелке и отметим на карте потенциальные районы. А вот потом уже начнем более тщательно осматривать береговую черту. Кажется, такой план мы уже утвердили вместе вчера.
- Ну, да!.. – Андрею ничего не оставалось, как согласиться.
- А нам ничем не поможет… место обнару… ружения того креста под водой?.. – нахмурив лоб от усиленных размышлений Бонту, чем вызвала улыбку на лице швейцарца.
- Конечно же, поможет!.. – поспешил уверить девчонку в правильности ее рассуждений носитель капитанской фуражки, - Мы уже прикинули все варианты и решили, что прибрежные течения и длительное нахождение на дне могут указывать на вероятность попадания его в воду с северной или восточной стороны. Поэтому мы и начали отсюда!..
- Ясно! – радостно воскликнула Бонту, понимая, что ее вклад в общую миссию оказывается существенным.
- Дарья сказала, что найденный крест имеет не случайную форму, а соответствует расположению по сторонам света. Это всегда было четкой установкой всех культовых обрядов…, ведь они ориентируются… в первую очередь на звездное небо, откуда и спускается на землю… божественное начало!.. – в рассудительной манере произнес Кирсанов, не отрываясь от мощной оптики.
- И что это нам дает? – не без скепсиса поинтересовался Флориан, подмигнув девочке, тем самым как бы призывая ее на свою сторону в возможной словесной перепалке.
- Я тут подумал…, - не торопился делиться мыслями великорус, - что неплохо было бы приложить крест к карте. Возможно, появятся подсказки.
- А это… неплохая идея!.. – покачивая, головой, согласился шкипер, - И как только я сам не догадался об этом.
- Вы взяли с собой его…, ну…, крест? – удивленно спросила Бонту, вопросительно посмотрев на швейцарца.
- А это и не требуется!.. – ответил за товарища Андрей, - у нас есть фото с нескольких ракурсов, так что достаточно наложить изображение на экране смартфона с топографией…, и все!..
- Ого! – восторженно воскликнула подросток, - Давайте, посмотрим.
- Давайте!.. – Флориан сделал несколько манипуляций за пультом управления яхтой, привязанным к навигатору, переводя ее в режим автопилота, - Идея, как мне кажется…, имеет право на жизнь.
Швейцарец достал из небольшого встроенного шкафчика рулон пожелтевшего ватмана, по всей видимости, служивший хозяину судна не один раз в качестве визуального помощника в прокладке курса вокруг острова. Это было видно по многочисленным отметкам на карте и, хоть и стертым, но оставившим характерные следы на плотной бумаге штурманским проводкам.
- Андрэ, тащи сюда свою задницу вместе со смартфоном!.. – позвал товарища Штильхарт, развернув навигационного помощника в его традиционном формате на столе, прикрученном к палубе мощными болтами и стоящем сразу за рубочной выгородкой яхты на небольшом возвышении.
Кирсанов, наконец-то, оторвавшись от бинокля, подошел к склонившимся над топографическим изображением острова Флориану и Бонту и вывел на экран гаджета наиболее подходящее изображение креста из метеоритного камня. Повертев смартфон в руках, он положил его в центре карты, сообразуясь со своим виденьем соответствия контуров береговой черты и формы артефакта.
- Не так!.. – повернул телефон Штильхарт, точно соразмеряя перекрестия изображения на экране со сторонами света на карте.
- Точно!.. – радостно воскликнула Бонту, явно выказывая свое благожелательное отношение именно к швейцарцу, - Вы видите?..
Девчонка тонким пальчиком указала на самую северную точку острова на ватмане, которую буквально несколько минут назад прошла в непосредственной близости их яхта в реальности.
- Вот этот… мыс очень похож на… - подросток ткнула в поверхность креста, имеющую схожую выпуклость, которая словно была выгравирована, - … вот это!..
- И, правда!.. – всмотревшись в едва заметную шероховатость артефакта, согласился Флориан, в глазах которого появились задорные искорки.
- Удивительная схожесть!.. – покачивая головой, признал и Андрей, - Только вот… непонятно, как столь твердый материал могли обработать таким способом, очень напоминающим современную лазерную гравировку люди раннего неолита, если еще не более древние представители….
- Это тебе нужно к Дарье с такими вопросами… обращаться!.. – не дал договорить товарищу швейцарец, - Хотя и мне известно, что в те времена на планете параллельно существовали наши предки и представители высшей расы. Странно, что тебя только это беспокоит. Твоя соотечественница…, между прочим, я сейчас про Елену Петровну Блаватскую говорю, в своей последней работе для масонов все очень подробно расписала, так что не будем открывать велосипед.
- Ага!.. – хмыкнул великорус, - А еще в Библии написано про райские сады и наших прародителей.
- Не пугай Бонту своим пессимизмом, дружище!.. – усмехнулся Флориан, бросив быстрый ободряющий взгляд на подростка, - Главное, что мы на правильном пути.
- Значит, найдем и храм… древний! – с убежденностью в голосе произнесла девочка, после чего плотно сжала губы.
- Найдем, найдем!.. – покачивая головой, отреагировал Штильхарт, - Ведь даже наш пессимист уже почувствовал, что мы приближаемся к цели.
- Ну, кроме…, разве что…, места обнаружения каменного креста где-то здесь и опосредованных указаний на его связь с Камнями, происхождение которых относится к правлению Изабеллы Кастильской, у нас, пожалуй, и других-то стопроцентных доказательств на наличие древнего капища нет, как не бывало!.. – в своей манере попытался резюмировать Кирсанов.
- А вот тут ты не прав! – с горячностью, не очень-то и свойственной его характеру, выразился Флориан, - Вот смотри, Андрэ. Связь с островом не только в геолокации места обнаружения нашего артефакта, но и очевидной аналогии из-за его очертаний, отраженной на поверхности. А еще упоминания профессора… Ренато Алькасаро. К тому же… твоя интуиция…, о которой ты почему-то забываешь постоянно. Ведь сам говорил, что здесь все пропитано мистикой. А кому если не тебе знать, как Ноосфера работает с нами на бессознательном уровне?..
- Намекаешь на жизнь в тумане под землей?.. – нервно сглотнул Кирсанов и мельком бросил взгляд на девочку, которая, казалось, полностью сосредоточилась на внимательном рассмотрении изображения креста на экране смартфона.
- Именно!.. – лаконично ответил швейцарец и на какое-то время задумчиво уставился на обрывистый берег острова на траверсе, как бы пытаясь прочувствовать собственную связь со сверхъестественным началом этого места.
- Нам бы на берегу лучше побродить и понять…, - великорус с расширенными ноздрями поймал очередное амбре, донесшееся с берега, и как бы пытаясь расшифровать все его растительные акценты, - … как тут все устроено. Уверен, что подсказки будут еще, ведь невозможно стереть следы присутствия паранормальности даже, если пелена веков и тысячелетий стерла упоминания о человеке.
- Соглашусь, но не будем торопиться отклоняться от намеченного плана. Вот что я знаю точно, так это то, что граница суши и воды всегда таит в себе очень необычные магнитные завихрения, которые способны при соответствующей чувствительности человека… навести на нужные настройки!.. – в голосе Флориана слышался призыв к действию.
И Кирсанов, снова глубоко вздохнув, в очередной раз принялся рассматривать береговую черту, которая в этом месте представляла собой скалистый обрыв, способный укрыть от взгляда ущелье со входом в пещеру.
- Можно, я за штурвалом постою? – спросила Бонту, обращаясь в первую очередь к Флориану, стоящему рядом.
- Конечно, красавица!.. – улыбнулся швейцарец и внимательно сверился с картой, - Держись примерно на этом расстоянии от берега.
На лице Штильхарта появилась блуждающая улыбка, свидетельствующая о том, что он предчувствует в скором будущем более быстрое развитие событий, словно интуиция от Кирсанова частично передалась и ему самому.

******

В узкое окно старой башни, возведенной еще в Средневековье самой Изабеллой Кастильской, проникали последние лучи заходящего солнца. Идрис, склонив голову, читал раскрытый перед ним старинный фолиант, привезенный во Дворец лично из домашней библиотеки в последний свой визит в родовую резиденцию. Он тяжело вздохнул, вспомнив о молодых годах, когда служба во славу Короны еще не представлялась в качестве единственной перспективы его судьбы. Он потерял свою единственную любовь и так и не смог обрести новую. К тому же плод его отношений с безвременно ушедшей из жизни красавицей превратился в совершенно испорченного молодого человека, за которым он, хоть и без особого интереса, но все-таки наблюдал издалека, получая доклады от управляющего имением Себастьяна. Этот человек не был его родственником, но оказался преданным и исполнительным. К тому же он прекрасно понимал, что при отсутствии официальных наследников именно у него окажутся довольно высокие шансы стать приемником уже немолодого Кортеса в будущем.
Да, Управляющий догадывался, что его господин не просто так проявляет интерес к Лампуру, доклады о котором он предоставлял практически с каждой оказией. Однако в его лице не видел конкурента, понимая, что даже при узаконивании его претензий на имение, у того не окажется никого, кто смог бы разделить с ним бразды правления, кроме самого Себастьяна. Ну, и, конечно же, сам Глава Дома не мог ни упомянуть его в своем завещании, так как уж слишком много ниточек вели к нему, когда речь шла не о Короне, а личном интересе в провинции.
И вот сейчас перед ним лежал на массивном  столе очередной отчет доверенного лица, который ему доставили фельдъегерской связью из имения, считавшейся самим Идрисом наиболее надежным каналом конфиденциальных сообщений. Он уже который раз трогал скрученный в рулон и перетянутый бечевой с печатью Дома сверток папируса, а именно на нем и содержался написанный от руки текст, что также снижало риски подделок, и каждый раз его кисть замирала в воздухе, словно какая-то сила останавливала хозяина кабинета от прочтения.
«Ох, что-то предсказывает мне моя интуиция нехорошее. Все время из головы не выходит последний разговор с инфантой Фике. И как только она не боится угрожать мне, а она это делает весьма открыто и дерзко, когда ее наследие во многом от меня же и зависит. Так обычно себя ведут люди, у которых есть чем шантажировать. Но ведь я всю жизнь был так осторожен, что даже Филипп X считает меня практически неуязвимым, почему и сделал Казначеем, а по сути, ближайшим к нему Кортесом. Да, в этой борьбе принцесс и старшая из сестер… Эланор не кажется мне идеальным вариантом. Уж слишком честолюбива и бескомпромиссна, что хорошо для обычного человека, но не очень пригодится на Троне, когда потребуется принимать, как говорится, непопулярные решения. Ведь душевная чистота, исключающая компромиссы, может увековечить правителя, но и нанести при этом непоправимый вред стране, которую представляет. Мне ли не знать, как все устроено в этом мире под луной!..» - неспешно рассуждал Идрис, не сводя взгляда с папируса.
Наконец, тяжело вздохнув, Кортес все-таки взял в руку аккуратно свернутое письмо и сломал печать. Он явно не торопился, словно предаваясь некоему ритуалу. На его лице просматривалась тяжелая сосредоточенность, сопровождаемая наличием на лбу нескольких глубоких складок.
«Лампур исчез. Его нет дома уже несколько дней, а тетушка и другие родственники ничего не могу сказать об этом!» - прочитал после пометки «P. S.» получатель письма.
Он пропустил по какой-то и ему самому непонятной причине весь текст сообщения и сейчас снова и снова перечитывал только эти две строки в самом конце, которые в его голове превратились в подобие бурного моря, в котором маломерное судно терпит крушение.
Из этого небольшого дополнения к основному тексту письма Идрис со всей очевидностью понял, что Фике перешла к самым активным действиям, применив именно силовое воздействие. А в том, кто стоял за исчезновением, которое означало, собственно, похищение его незаконнорожденного сына он сейчас нисколько не сомневался. Ведь иных причин, кроме престолонаследия, в самом процессе которого его персона выглядела очень даже важной фигурой, для такого серьезного поступка и быть не могло. А пойти по такому пути тоже могла только младшая из сестер, всю свою жизнь доказывающая всем, что именно она должна возглавить Корону. И именно она обладала теми чертами характера, которые отличались жесткостью решений и моральной беспринципностью.
Вот только почему так рано? Этот вопрос самым первым в череде прочих возник в голове Кортеса, как только он стал анализировать возможные исходы этого не самого тривиального даже для второго лица в Королевстве события. Ведь до выбора Наследника, а вернее наследницы, который состоял в конкретном раскладе голосов Совета, еще было достаточно много времени. Всего-то прошел дебютный, а значит ознакомительный визит инфант во Дворец, в котором официально обозначилось начало данного традиционного процесса перехода власти. Да, первые признаки разделения на два противоборствующих лагеря за власть одной из принцесс в будущем уже стали просматриваться. Однако, как это всегда и бывает в подобных случаях, окончательные контуры властных претензий еще не сформировались. И тогда совершенно абсурдным и не оправдывающим свои возможные последствия казался этот порыв осуществить давление на ведущего Кортеса Альянса.
Получалось, что Фике пренебрегла самыми очевидными рисками, встав на путь бескомпромиссной борьбы за власть, что было на нее совершенно не похоже. Или… во всей этой уже начавшейся партии опытный гроссмейстер упускает что-то очень важное – то, отчего вся, казалось бы, совершенно понятная ему диспозиция сторон превращалась в нечто новое и неизведанное. Но как эта дилетантка могла соперничать с маститым политическим деятелем, который видел все вероятные последствия от действий претенденток на Трон за несколько шагов до их непосредственного наступления?
«Так, так! Если Фике пренебрегла осторожностью при всем том, что я сам, хоть и не давал клятву верности, а это сейчас было просто абсурдно, но, тем не менее, все-таки дал понять о собственной лояльности. Не так очевидно, но все-таки!.. Мне даже показалось, что даже Эланор успела прочитать это по моему поведению. Получается, что после первого раунда у Фике, которую в Альянсе большинство считает слишком резкой и амбициозной, а потому попросту побаивается, было очевидное преимущество. На ее стороне потенциальный мой голос и Франсиско, а приверженность сестре проявил лишь Кадони. И если даже предположить, что моя позиция не столь очевидна для любящей покорность инфанты, то логично же было все выяснить, хотя и при личной встрече еще раз. Можно даже предупредить о том, что она знает тайну всей моей жизни. И этого было бы достаточно. Но тогда это была бы сделка, как это принято во всем прогрессивном мире, а ей, кстати, тоже приверженцу многих постулатов глобалистов, захотелось не договоренности, а именно капитуляции. Но тогда она в моем лице обретает врага. Или?.. Что-то я могу упускать. И насколько такое торопливое решение может быть связано с решительным отказом Филиппа X в дальнейшем нахождении Фике во Дворце? Возможно, ее родитель тоже является важной фигурой в разыгрываемой партии, несмотря на ее условный характер. И если переходить уж совсем на шахматную лексику, то моя фигура может считаться, как минимум ладьей. А скорее даже ферзем, тогда как сам монарх и есть та самая цель всего противостояния – фигура значимая и бессильная!..» - в голове Идриса роилось множество мыслей, но все они пока не складывались в общую картину, словно часть пазлов отсутствовала.
Кортес любил сложные и многоходовые комбинации и никогда не принимал скоропалительных решений, считая, что торопливость лишь прибавляет хаоса и сумятицы, тогда как обдуманные решения в идеале и даже кажущаяся уверенность без завершенности в осознании всех последствий способны производить на соперника должное моральное давление. Ведь лишь уверенность в собственных силах способна стать настоящим козырем при уязвимости реальной позиции. И этим правилом Идрис не собирался пренебрегать ни при каких обстоятельствах.
С задумчивым видом он взял в руки колокольчик и позвонил. И уже через секунду, словно по мановению волшебной палочки, дверь беззвучно распахнулась, и в проеме показалась взъерошенная голова молодого человека, на лице которого просматривалось услужливое выражение.
- Рафус, мне нужно срочно переговорить с Себастьяном… лично!.. – Кортес строго посмотрел на секретаря, который с готовностью кивнул головой, даже не дождавшись конкретики, - Вызови его и будь готов к тому, что и мы можем на время покинуть Дворец.
- Я все понял, господин! – лаконично ответил подручный Казначея, сколько лет которому можно было бы определить лишь по паспортной идентификации.
Про таких, как Рафус, обычно говорят «человек без возраста», ведь они подобно гербарию уже в детстве напоминают старичков, а по мере взросления совершенно перестают изменяться внешне. Причем не только их облик, но и внутреннее состояние оказываются достаточно устойчивыми к любым изменениям, что превращает их в тех представителей социума, которые и становятся воплощением коллектива, вобравшего их в свой состав. А так как секретарь общался на постоянной основе лишь со своим господином, то и стал для него самым необходимым человеком на свете – совершенно предсказуемым и максимально преданным ему.
- И скажи мне…, пожалуйста…, - Идрис явно подбирал правильные слова, - … инфанта Фике… убыла к себе в провинцию… уже на следующий день… после встречи с Королем в Тронном зале?..
- Да, господин! – энергично кивнул головой секретарь и внимательно посмотрел на хозяина кабинета.
Увидев, как тот не собирается его отпускать, Рафус еще раз проверил, что дверь за его спиной плотно прикрыта, и сделал несколько шагов в сторону к Идрису, продолжающему сидеть на своем месте, откинувшись всем корпусом на высокую спинку кресла.
- Расскажи мне еще раз, что говорил Король инфанте Фике тогда. Он был строг и убедителен? Или просто просил Наследницу покинуть Дворец, чтобы не возбуждать досужие домыслы при отсутствии здесь сестры? – по заинтересованному тону Кортеса было понятно, как для него важны даже мельчайшие детали такого, казалось бы, банального события, как общение отца с дочерью, хотя бы они и воплощали саму Корону.
- Да, я все слышал собственными ушами, господин. Поэтому уверяю вас, что Король был возмущен присутствием инфанты. Он категорически высказался на этот счет и дал ей лишь один день на сборы!.. – в слегка хриплом голосе секретаря слышалось желание угодить Кортесу, который был для него не только формальным распорядителем личной судьбы, но и, вообще, всем миром, а потому считал именно его проблемы своими первостепенными.
Бывали даже случаи, когда секретарь забывал есть и пить, не то, что спать, когда у его господина вдруг появлялись срочные дела, которые требовали его, хоть малейшего участия. И, конечно же, Казначей ценил эти качества подопечного, считая, действительно, его незаменимым человеком для себя. А недостаток сообразительности даже считал преимуществом, ведь в этом случае у него в голове не возникали мысли, связанные с обдумыванием и оценкой действий хозяина.
- А как отреагировала принцесса? – спросил Идрис больше для проформы, чем из любопытства, потому что прекрасно понимал, как в подобных случаях ведет себя Наследница.
- Она была недовольна, но очень быстро согласилась. Мне даже показалось, что она была готова к такому разговору!.. – тут же ответил Рафус, в очередной раз подтвердив своему господину, что всегда готов проявлять природную наблюдательность.
- Значит, этот разговор не стал для госпожи Фике сюрпризом!.. – задумчиво проговорил Казначей, - Кажется, они говорили о принцессе Эланор?..
- Да, младшая сестра обвинила старшую в скрытых поставках…. – начал было повторять уже старую информацию секретарь.
- Ясно, ясно! – перебил собеседника хозяин кабинета и сопроводил слова красноречивым останавливающим жестом руки, - После этого Король имел разговор с Кортесом Франсиско, как я понял?..
- Так точно!.. – на военный манер, но негромко произнес Рафус, старясь по малейшим изменениям в мимике или интонации Идриса понять, что ему сейчас важно в первую очередь.
- Ладно, - кивнул головой сухощавый старик с серым не столько от возраста, сколько от регулярного укрывания от солнца, лицом, - мне нужно подумать.
Идрис прикрыл верхние веки, откинув назад голову, словно пытаясь задремать. Однако именно в таком положении он обычно предпочитал складывать сложные комбинации, которые практически всегда воспринимал в качестве неких шахматных партий, разыгрываемых с соперником-гроссмейстером.
Рафус прекрасно знал повадки своего господина, поэтому, убедившись, что больше не нужен, практически беззвучно покинул помещение, аккуратно прикрыв за собой дверь.

******

Возле большого стола, грубо сколоченного из нетесаных досок,  удобно расположились крепкие, и не очень, парни «Лесного братства», решившие испытать госпожу Удачу в карточной игре.
- А ты чего скромничаешь, как барышня на выданье? – бросил быстрый взгляд на одиноко сидящего у едва горящего очага, служащего чем-то вроде камина, Лампуру мощный парень с бритой головой, который внимательно следил за раздачей карт одним из своих товарищей, - Есть, что на кон поставить.
- Не особо!.. – бесцветным тоном произнес худощавый парень, который чувствовал себя среди чужаков совершенно одиноким.
В голове постоянно прокручивался тот самый разговор в таверне, когда Бельтран уговорил его скрыться в пещере, гарантировав ему полную безопасность. Однако тогда он еще не представлял, какие условия жизни станут для него той гарантией жизни, а уж как к нему станут относиться здесь, он и вовсе не мог предугадать. Тем более что тут категорически запрещалось делать вылазки в город, куда иногда наведывались эти головорезы за провизией и своими темными делишками. Короче говоря, никакого увлекательного приключения из всей этой затеи явно не складывалось. Его пребывание здесь больше напоминало заточение в темнице, чем обещанный наставником Фике поход за яркими впечатлениями в компании настоящих любителей Фортуны. И вот сейчас парень смотрел на угасающие всполохи пламени в очаге и предавался грустным размышлениям о своем ближайшем будущем.
«Уж, если меня так хорошо спрятали здесь, то значит, моя персона представляет некую ценность. Наследница что-то замышляет, хотя до коронации еще несколько лет. Поучается, в стране грядут важные изменения, если… сама Фике приложила руку к моему исчезновению. Но что это может быть? И как отразится на моей участи? Да, Бельтран пообещал мне золотые горы, но кто и когда вспомнит о них, когда все цели будут достигнуты, а такая мелкая сошка, как я…, окажется больше не нужной. Станет ли мой… родитель победителем в этой схеме…, или, как и я окажется всего лишь разменной монетой? Ведь даже Кортес – это всего лишь один из людей Короны, которого всегда можно заменить. Но и других вариантов у меня тоже нет. Остается только внимательно наблюдать за событиями и в нужный момент слинять отсюда, чтобы не свернули шею!..» - с этими мрачными мыслями бастард не расставался все последние дни и часы.
И только редкие разговоры с кем-то из бандитов во время подобных развлечений выводили молодого человека, ощущающего себя в пещере, освещаемой только факелами, в качестве узника из тягостных размышлений.
- Если нет монет, то можно и в долг!.. -  продолжал глумиться бритоголовый, лицо которого с левой стороны украшал рваный и от этого безобразный шрам, - Надеюсь, мои братья не откажут себе в удовольствии сесть за один стол с такой важной персоной?..
Последнюю фразу бандит сопроводил громогласным хохотом, который подхватили и остальные присутствующие.
Возможно, начало веселья и продолжилось бы в этой компании, настроенной на азартную игру в карты, вокруг персоны Лампура, однако в это время к собравшейся группе праздных представителей «Лесного братства» приблизился их главарь, представляющий собой мощного парня с густой шевелюрой, собранной в мощный хайер.
- Чего зубы скалите, братья? – поинтересовался у игроков их атаман.
- Да, вот!.. – кивнул головой на «гостя у камина» лысый заводила, рассматривая свои карты и явно оставшись не в восторге от расклада, - Хотим перекинуться с нашим… дорогим гостем, а он ни в какую. Говорит, что в долг не играет.
- Ты, Тесак, оставь его в покое… пока!.. – скривился в усмешке волосатый бандит и кивком головы указал на пустующий табурет возле стола, - Я могу составить компанию…, если нет возражений.
- Хотел бы я посмотреть на того смельчака, который откажет тебе, Волк!.. – хмыкнул лысый громила, скинув карты на стол.
- Правильно мыслишь, братишка!.. – спокойно произнес главарь «Лесного братсва» и уселся на свободное место, после чего кинул взгляд на «гостя», - Тут новости к нам в лагерь… доставили, Лампур. Твои маляву кинули во Дворец, и теперь сам Казначей вызвал Управляющего к себе. Пошла движуха, чувствую, что скоро все и случится.
- Что случится? – попробовал уточнить худощавый парень, и сам прекрасно понимающий, что никто ему не ответит на этот вопрос.
Да, и кто из «Лесного братства» мог знать весь расклад, в котором замешаны интересы Короны, по прихоти судьбы, сошедшиеся на такой никчемной личности, как их узник.
- Потерпи, братишка!.. – не стал в очередной раз насмехаться над парнем атаман, - Скоро нам прилетит лаве, а тебе полная и безоговорочная Фортуна. Тут мы с тобой в одном интересе, поверь.
- Скоро? – решил получить, хоть какую-то информацию, бастард, понимая, что его жизнь сейчас, по большому счету, не стоит и ломаного гроша, несмотря на высокое покровительство того, кого считает своим настоящим родителем.
Да, догадываться, конечно, можно. Только ведь все эти умозрительные заключения могут ничего не значить, если им не суждено реализоваться во что-то более материальное и важное, чем просто мысли сиротки, прибившегося к дальним родственникам. А те видели во всем этом, если и не обузу, то обычный вариант удачной монетизации собственных усилий по его содержанию и воспитанию.
- Мне нечего тебе добавить, парень!.. – Волк отвернулся от тлеющего очага и полностью сосредоточился на игре в карты.
Остальные бандиты последовали примеру своего атамана и тоже с увлечением стали принимать участие в ходе партии.

******

По тенистой аллеи парка, находящегося в дальнем районе провинциального города, удаленного от столицы Королевства на расстояние нескольких часов езды на автомобильном транспорте, прогулочным шагом шествовали инфанта Фике и Казначей. Со стороны могло показаться, что близкие люди дружелюбно общаются наедине, обсуждая какие-то свои личные вопросы. Однако, на самом деле, эта встреча даже приблизительно мало походила на доверительную, так как сейчас на кону стояло слишком многое. Причем ставка могла сработать только при полном совпадении интересов, чего пока не наблюдалось даже приблизительно.
- Спасибо, что откликнулись на мою просьбу, Кортес!.. – с плохо скрываемой усмешкой произнесла Фике, глубоко вдохнув в себя свежий воздух, насыщенный ароматами вечнозеленых исполинов с густыми кронами, за которым внимательно следила, по всей видимости, армия специальных лесничих.
- Поверьте, вам невозможно отказать в такой малости!.. – принял условия беседы Идрис, желчное лицо которого практически не выдавало никаких эмоций, кроме собственной значимости для Королевства.
- Не люблю ходить вокруг, да около!.. – взяв под руку старика, начала переходить к сути разговора инфанта, - Из всех Кортесов именно ваша персона является самой важной, а потому авторитетной для Совета. За вами пойдут многие, если и не все.
- Кажется, сейчас мы приступили к обсуждению предстоящего через три… почти три года наследия Короны, принцесса? Не рано ли?.. – Идрис, хоть и не вырвал свою руку из цепкой хватки Фике, но все-таки и не расслабил ее, давая понять, что такого рода близость ему не совсем нравится.
- Вот именно!.. – кивнула голой принцесса, оставив без внимания попытку спутника избежать тактильной связи с визави, - Только про три года… мнение может быть уж слишком преувеличенным.
Окончание последней фразы Фике намеренно произнесла с особенным акцентом в голосе, после чего повернула голову к собеседнику, явно стараясь оценить по его мимике степень произведенного эффекта.
- Позвольте, ваше высочество!.. – спокойно отреагировал Казначей, - Но сейчас я не совсем понимаю, о чем вы говорите, - Процедура наследия очень четко прописана в Конституции и Законе, так что….
- Да, перестаньте вы говорить ерунду! – безапелляционным тоном перебила собеседника Фике, сверкнув гневно глазами и даже остановившись.
Принцесса выпустила руку спутника и повернулась к нему лицом, так чтобы не было и намека на то, что какие-то детали разговора могут остаться  без его внимания.
- За три года в мире много что может измениться, а я не собираюсь столько ждать. Тем более что мой… наш с Эланор родитель в прекрасном здравии и абсолютно не собирается ничего менять в Альянсе!.. – принцесса буквально буравила собственным взглядом непроницаемые серые глаза Идриса, который не собирался вести себя, словно азартный игрок, а пытался понять, насколько сильна позиция его оппонентов.
- Ваша готовность изменить нейтралитет Альянса в сторону глобалистских течений хорошо известна, ваше высочество. Только вот не все в Совете, да и во всем Королевстве готовы устремиться, сломя голову, за вами!.. – едва заметно усмехнулся старик, почтительно склонив голову перед визави.
- Говорите за себя, господин Идрис!.. – в интонации Фике послышались металлические нотки, - Мне прекрасно известно, что большинство Кортесов являются приверженцами вхождения Ибероамериканского Альянса, изживающего себя, в будущем в структуру ОДН. Но сейчас меня интересует лишь ваше собственное мнение на этот счет.
- Было время, когда и я был ярым сторонником такой позиции!.. – кивнул головой Казначей и жестом руки предложил венценосной спутнице продолжить пешую прогулку, чтобы не стоять на месте.
- И что могло измениться? – почти с вызовом спросила инфанта, продолжив ходьбу под руку со своим уже немолодым спутником.
- Вам ли об этом спрашивать, госпожа Фике!.. – ухмыльнулся старик, неосознанно вжав голову в плечи, отчего еще больше ссутулившись.
- Уж, если вам угодно говорить откровенно, то не скрою, что я решила укрепить свою позицию вашим голосом самым жестким образом!.. – девушка нисколько не смутилась из-за разоблачительных намеков и решила и дальше продолжать разговор с позиции силы, - Ваш… незаконнорожденный сын находится под моим непосредственным присмотром. И это мой главный козырь сейчас.
- Ваше высочество!.. – хмыкнул Идрис, - Это уже слишком откровенно говорит о вашем недоверии моим убеждениям, хотя кому-кому, а вам бы должно быть известно, что я вижу будущее Короны исключительно….
- Когда на кону стоит все, мне не хотелось бы зависеть от такой малости, как ваши убеждения, господин Кортес, - мило улыбнулась Фике, при этом холодно блеснув глазами в сторону визави.
- Ладно, - согласно кивнул головой Идрис, - это ваше право. Но как все это связано с коронацией через три года? Неужели, бедный юноша обречен все это время… находиться в заточении, что бы я был сговорчивей? Не слишком ли рано вы стали готовиться к наследию Короны, принцесса?..
- Это вопрос на миллион, господин Казначей!.. – хмыкнула инфанта, - И пока я не могу вам раскрыть весь свой план. Иначе, у вас могут возникнуть разные сомнения…, а мне этого бы очень не хотелось. Могу лишь сказать, что Лампуру сейчас оказывают все уважение и заботу, согласно его высокому статусу. Кажется даже, что он впервые в жизни почувствовал себя важной персоной.
- Вы мне не оставляете никакого выбора, ваше высочество!.. – самым спокойным тоном произнес Кортес и глубоко вдохнул в себя свежий воздух, после чего уточнил свое отношение к происходящему, - Если уж мой очевидный результат в добровольной форме не стал определяющим, уступив место силовому воздействию, то мне нужны отдельные гарантии собственной заинтересованности. Иначе данная сделка видится мне несправедливой.
Идрис специально стал намекать инфанте на некую корыстную заинтересованность, как человека всю жизнь посвятившего себя финансам, чтобы та не подумала, что обрела в его лице, хоть и временного попутчика в достижении своих целей, но в стратегическом масштабе лютого врага. Он уже прекрасно разобрался в тактике и стратегии отношений с будущей Короной, чтобы совершать мелкие оплошности, которые смогут со временем превратиться в непробиваемую стену препятствий. И сейчас лучшим способом было притвориться сребролюбцем, чтобы не возникало дополнительных вопросов в искренности поведения.
- А вот это уже деловой разговор!.. – улыбнулась инфанта, почувствовав, что она полностью достигла поставленных целей в этом, казалось бы, совершенно неуязвимом старике, воплощающем в своем лице саму Корону.
- Мы с вами должны обсудить вопрос территорий на Американском континенте, где мне бы хотелось иметь собственную долю. Как вы уже знаете, Лампур очень амбициозен, и ему в какой-то момент покажется малым наш нынешний надел Дома. Это возможно, ваше высочество…, в будущем?.. – старик попытался широко улыбнуться, именно так представляя себе поведение корыстолюбца.
- Вы правы!.. – хмыкнула Фике, опустив взгляд, который мог бы выдать в ней внутреннее ликование от достижения, хоть и обусловленного, но все-таки не самого очевидного результата, - Сейчас самое время…, как говорится у моряков, еще на берегу обсудить все детали нашего… импровизированного плавания в бурном море.
Да, принцесса понимала еще до давления на Казначея, что он больше склонен к ее стороне в будущем управлении Советом, чем чем альтернативной с сестрой. Однако это было лишь в том случае, если бы сама Эланор не предприняла никаких действий по отношению к Кортесам, которые находились к ней в антагонистических отношениях. И ведь именно тут она была практически бессильна в условиях, когда Король настаивал пребывать в своих провинциях. А инфанта давно усвоила тот урок, когда надеяться можно только на тех, кто полностью находится в ее власти. Все иные случаи имеют чисто вероятностный характер, и вычислять степень благополучного исхода было не в ее правилах.
Но все эти расклады хорошо укладывались в логику Идриса, который всегда считал младшую из инфант-сестер самой коварной и, по этой же причине, прямолинейной и легко просчитываемой, а значит, управляемой опытным кукловодом из состава Совета. И именно на эту роль он стал претендовать с того самого дня, когда уже предвидел исход соперничества Наследниц, приняв сторону именно Фике, как наиболее склонной к политике слияния с ОДН, которую планомерно и последовательно внедрял и сам в ум Филиппа X. Однако это не привело к немедленному результату в виду нежелания монарха принимать судьбоносные решения, которые могли бы не одобрить его преемницы. Ведь каждая из них имела собственную точку зрения на роль Альянса в мировом политическом устройстве, а потому могли пересмотреть движение страны в последующем. Очевидно, что с учетом полной полярности этих самых позиций претенденток на Престол вовсе не следовало внедряться туда со своими идеями. И это до поры и до времени устраивало всех Кортесов, включая и Идриса.
Но вот сейчас наступил ключевой момент выбора. И все было бы вполне приемлемо для Казначея, считавшего будущее Альянса уже предрешенным, как Фике стала вытворять немыслимые вещи с шантажом. Причем, очевидно, второй человек в иерархии власти государства, один из самых значимых членов  Королевского Совета вдруг осознал, что выпускает из виду очень важную деталь. Откуда такая уверенность инфанты Фике в том, что ей удастся сохранить установленную диспозицию своего влияния в течение всех трех лет, которые предстояло прожить до момента потенциальной коронации? И именно этот вопрос теперь оказывался самым главным.
Ощутив холодок, пробежавший по спине, словно предшественник чего-то уж совсем ужасного, Казначей неосознанно вжал голову в плечи и поежился, что не укрылось от внимания венценосной собеседницы.
- Вы замерзли, господин Идрис? – удивленно воскликнула принцесса, - По мне, так сейчас здесь очень жарко, и я с удовольствием воспользовалась бы прохладой кондиционера.
- Возраст дает знать о себе… даже в такую духоту и пекло!.. – попытался не выдавать охватившее его волнение старик, - Да, и кости ломит, так что быть циклону…, как и говорят синоптики.
- Ну, ладно!.. – стала терять интерес к разговору инфанта, - Не буду больше вас задерживать!..
«Если Фике решилась активно перейти в атаку, то нужно быстрее определиться и с позицией Эланор, которая сейчас зачем-то решила посетить Кабо-Кабо. Да, и Франсиско собрался туда по решению Короля. Кажется, именно там сейчас и будут происходить основные события. Я все контролирую или все-таки… что-то ускользает от внимания?» - покачивая головой, подумал Казначей и вежливо склонил отекшую спину, отчего стал похож скорее на перекошенную Пизанскую башню, чем величественный реверанс важного вельможи.

******

Громкий крик, эхом разнесшийся по коридорам Дворца, ведущим, словно лучи Солнца из Тронного зала в разные стороны, возвестил всем присутствующим здесь придворным о том, что случилось нечто ужасное. Ведь о таком неслыханном невежестве при обычном укладе нечего было и думать. Здесь всегда, даже в самые торжественные или траурные дни, сохранялось величественное спокойствие, придававшее «сердцу» Королевства уверенность в его могуществе и фундаментальной приверженности монархическим традициям.
- Что случилось?.. – тут же стали перешептываться многочисленные придворные, оказавшиеся волей случая во Дворце.
- Всем следует… покинуть территорию Королевской резиденции!.. – растерянным, но в тоже время громогласным тоном объявил Кадони, который первым из Кортесов оказался поблизости и принял ужасное известие от офицера Королевской стражи.
Тот выполнял смену караула у Тронного зала и прибыл уже через несколько секунд туда, услышав пронзительный женский крик одной из служанок, ежедневно занимающихся расстановкой свежесрезанных цветов по вазонам. Увидев распластанное тело монарха на мраморном полу, он тут же бросился проверять его дыхание и пульс. Но оказалось слишком поздно, так как все признаки жизни, казалось бы, крепкого мужчины, возраст которого в Королевстве, вообще, не принято было обсуждать вслух, полностью отсутствовали.
Воспользовавшись внутренней телефонной сетью, офицер попытался связаться с Капитаном королевской стражи, что и требовал протокол при подобного рода ситуациях. Однако того не было на месте, зато рядом оказался Кортес, возглавляющий внешнеполитическое ведомство. Он и принял на себя в столь трагический момент для государства роль церемониймейстера и распорядителя предварительных мероприятий по подготовке к трауру. К тому же требовалось срочно созвать Королевский Совет и определить порядок престолонаследия с учетом нынешней ситуации.
- Капитан!.. – обратился к прибывшему начальнику Королевской стражи Кадони, - Организуйте охрану периметра и начало расследования.
- Так точно! – с готовностью кивнул головой седовласый вояка в военном мундире.
В это время к Кортесу приблизился его секретарь.
- Господин, вы желаете созвать срочно Совет? – попытался предугадать мысли своего руководителя сухощавый мужчина.
- Да, Рамирос!.. – задумчиво произнес Кортес и еще раз оглянулся в ту сторону, где продолжало лежать бездыханное тело монарха, - И сразу ко мне в кабинет. Пока Совет будет собираться, мне нужно будет с тобой обсудить… важные детали.
- Конечно, - лаконично ответил секретарь и исчез за мощной фигурой Капитана Королевской стражи, который активно принялся выпроваживать придворных зевак из коридора, примыкающего к центральным вратам Тронного зала.
А уже через какую-нибудь четверть часа в Восточной башне Дворца, где находились рабочие апартаменты Главы внешнеполитического ведомства Альянса, перед его рабочим столом стоял Рамирос, внимательно слушая своего господина.
- Значит, через… - Кадони глянул на циферблат золотых часов с крышкой, висящих на цепочке, прикрепленной к лацкану его расшитого золотом же камзола – сорок пять минут начнется Совет!..
- Да, господин!.. – лаконично согласился секретарь.
- Мне нужно обсудить с тобой, мой друг…, все это… безумство!.. – в глазах и интонации Кортеса чувствовалось напряжение, связанное со смертью Короля, - Очевидно, что здесь имеет место именно убийство. Хотя…, конечно же, следует дождаться медицинского освидетельствования экспертов. Только вот решения… следует принимать не через сутки, а сейчас. Время не терпит нерешительных!
- Господин, если позволите?.. – Рамирос вопросительно посмотрел на хозяина кабинета.
- Говори, - с готовностью откликнулся Кадони и внимательно посмотрел на своего подопечного.
- Мне кажется, все очевидно, как вы и предполагаете!.. – попытался вывести на мысль своего хозяина секретарь, понимая всю деликатность и смертельную опасность для каждого во Дворце произошедшего преступления.
- Предлагаешь не искать излишних вариантов, а принять во внимание лишь… выгодо… приобретателя? – хмыкнул Кадони и прикусил нижнюю губу.
- Именно, - тут же огласился сухощавый собеседник и несколько раз энергично кивнул головой.
- Ну, тогда смерть Филиппа X… - это дело рук инфанты Фике, которая… стала подозревать отца в склонности к поддержке сестры!.. – медленно произнес Кортес, как бы проговаривая вслух собственные мысли.
- Сейчас допрашивают… цветочницу, которая обнаружила… монарха, - продолжая по инерции кивать головой, - и она… уже… не могла спасти его, потому что….
- Отравление? – нетерпеливо перебил хозяин кабинета своего собеседника.
- По всей видимости!.. – секретарь прикусил нижнюю губу, как бы пытаясь сдержать себя от скоропалительных выводов.
- Думаю, что в крови ничего не найдут!.. – в предположительной манере, но достаточно уверенным голосом высказался Кадони, - Что-нибудь из растительных ядов, не оставляющих следов после разложения и вызывающих острую сердечную недостаточность через несколько суток после употребления с пищей или напитками.
- Остановка сердца, скорее всего, произошла именно по этой причине!.. – Рамирос явно сожалел о произошедшем, понимая, что спокойной жизни во Дворце пришел конец, - Я заметил розоватую пену на кончиках губ, и положение тела тоже…очень показательно.
- Да-да!.. – глубоко вздохнул Кадони, - Король перед смертью хотел сесть и наклониться вперед. Уже этих двух симптомов достаточно, чтобы понять, как наступила остановка сердца. И здесь не нужно быть лучшим в Альянсе лекарем!..
- Но без вскрытия и анализов невозможно с точностью…. – попытался все-таки оправдать вынужденную заминку в вынесении официального вердикта судмедэкспертом  подопечный Кортеса.
- Не думаю, что поиск злоумышленника-исполнителя что-то даст еще важного нашим предположениям!.. – покачивая головой, произнес Глава внешнеполитического ведомства, - И если наступила развязка в борьбе сестер, то нам тоже нужно поторопиться.
- Что прикажете… предпринять? – с готовностью к любым действиям воззрился на хозяина Рамирос.
- Смотри!.. – Кадони снова глубоко вздохнул и принялся с присущей ему в большей степени, чем любому другому из членов Совета скрупулезностью объяснять последовательность предстоящих действий с их обоснованием для пущей убедительности.
Причем делал это настолько убедительно и обоснованно, словно уже был готов к такому повороту событий задолго до их совершения.

******

К сидящему на корточках возле коротковолновой радиостанции явно кустарного происхождения Яню Цзину подошла Ася и внимательно стала наблюдать за тем, как ловко тот заменил одну плату на другую.
- Все колдуешь? – усмехнулась Покровская-младшая, пытаясь понять, что именно делает ее товарищ, - Твоя подруга… сообщила нам что-нибудь интересное?..
- Сяо всегда узнает любую инфу!.. – с довольным видом откликнулся китаец, продолжая сидеть спиной к собеседнице.
- Ну, тогда поделись!.. – тут же сделалась серьезной девушка, прекрасно понимая, что сейчас ее друг из «Красного меридиана» обязательно скажет что-то очень важное.
Анастасия прекрасно научилась разбираться даже в таком достаточно закрытом, как Янь, человеке, чтобы прочувствовать по его манере говорить и поведению наличие у того сведений, способных изменить в лучшую сторону выполнение поставленных задач. И сейчас с нетерпением наблюдала, как ее товарищ попытается сдерживать себя от ярких эмоций, где-то в глубине души переполняющих его.
- Она сказала, что это во многом заслуга Бао-Бао, которая разработала алгоритм космической разведки!.. – на всякий случай уточнил Янь и, наконец-то встал на ноги и повернулся лицом к визави.
- Кто бы сомневался!.. – улыбнулась девушка, - Без спутникового наблюдения нам никак не обойтись. Я даже начинаю подозревать, что не прекрасная работа «Красных» с научным центром Содружества позволяет добывать столь ценные сведения, а намеренный слив с их стороны….
- Это лишь твои домыслы! – поспешил перебить собеседницу китаец, нахмурив брови, - Мне об этом ничего не известно.
- Да, это и не очень важно… сейчас!.. – решила не углубляться в эту сторону Ася, по привычке нервно вздернув головой, словно пыталась поправить непослушную челку на лбу.
- А почему ты наше национально-патриотическое движение так называешь? – вдруг поинтересовался парень.
- Ну, в истории моей страны были страницы, когда ее судьба решалась в кровопролитном противостоянии «красных» и «белых». Победили «красные», которые полностью изменили исторический путь моей Родины. Тебя устраивает такая интерпретация? – на лице девушки появилась блуждающая улыбка, свидетельствующая о том, что она готова к активным действиям.
- Так и в моей… то есть истории моей страны… тоже были подобные… страницы, как ты говоришь. И, вообще, когда-то наши государства-соседи выбрали одинаковый путь развития, однако…. – Янь с готовностью подхватил эту тему, однако его руководитель группы явно была не склонна глубоко погружаться в архаику на фоне грядущих задач.
- Извини!.. – перебила парня Покровская-младшая, сопроводив слова красноречивым жестом правой руки, - Но сейчас нам нужно быстрее разработать план проникновения на базу, так что….
- Понял, понял! – не давая закончить девушке фразу, произнес китаец, - Так вот… наши сообщили, что в момент запуска двигателя истребителя, когда его сигнатура выходит на свои рабочие показатели…, происходит коммутация всех цепей считывания параметров. По какой-то причине, которую сейчас и выясняют коллеги Бао в научном центре «Меридиана», именно в этот момент их система защиты становится уязвимой.
Парень внимательно посмотрел в глаза Аси и понял, что ей все и так понятно, так на ее лице появилась характерная улыбка, а на щеках – милые детские ямочки.
- Хочешь сказать, что тебе ясно все уже сейчас? – с удивлением спросил Янь скорее для проформы, так как уже сообразил по реакции подруги, что через мгновение услышит нечто совершенно неожиданное, но способное стать убедительным аргументом.
- Конечно!.. – с довольным видом кивнула головой девушка, - Тестовые полеты истребителя явно связаны с «Пампором» и разработкой все еще сырого материала для «Покрова». Они хотят уже на этапе разработки синхронизировать инновационную систему маскировки объектов и с разведывательной программой боевого самолета. Вот и получатся, что вся охранная сигнализация военной базы становится частью стоящего внутри ее секретного объекта. «Пампор» все еще не завершен, что дает нам немного форы во времени.
- Ясно!.. – довольно улыбнулся Янь, после чего продолжил совершенно серьезным голосом, - Она скинула мне в облако зашифрованный файл, на котором записаны все коды доступа. Но нужно поторопиться, потому что они каждый раз будут меняться по мере того….
- Понятно, - не дала договорить до конца Анастасия, - Каждый следующий полет истребителя-невидимки будет вносить свои корректировки и в «Покров», пока его не доведут до ума.
- Тип того!.. – лаконично согласился собеседник и повернул голову к подходящему к ним Лео Моргану.
- Чего шепчетесь здесь? – хмыкнул пилот, заметив, что у Покровской-младшей покраснели верхние скулы, что свидетельствовало об ее волнении.
- Ничего не шепчемся, - цокнул языком китаец и снова присел на корточки перед разобранным корпусом рации.
- «Красные» дали наводку, так что сегодня будем производить вылазку!..  – в краткой форме пояснила чернокожему летчику-асу план Ася.
- Ого! Неожиданно!.. - на лице Моргана появилась широкая улыбка, - Пойду, скажу Мишелю, чтобы он тоже порадовался. Он на базе хочет и свой кислородный баллон еще подзаправить. Говорит, что и так уже дыхательная смесь мало отличается от обычного воздуха. Хорошо еще, что мы в лесу, а не пыльном мегаполисе, где ему совсем стало бы худо.
- Отлично! – хлопнула по плечу летчика девушка, - Кажется, нам всем уже надоело здесь кантоваться.
- Еще бы!.. – бросил быстрый взгляд на скрюченную фигуру Яня пилот, - Меня от местной кухни уже давно воротит. Хочу вредных гамбургеров и колы, а не поджаренных грызунов с водой из непонятного источника.
- Вода самая чистая здесь, хоть и не фильтрованная!.. – решил оправдаться китаец, явно понимая, в чей огород, как говорится в полюбившемся всему интернациональному квартету великорусском эпосе, только что бросил камень Лео.
- Да, да!.. – хмыкнул пилот, одарив при этом стоящую рядом и к нему лицом девушку самой очаровательной из всего своего арсенала улыбкой, - Я и говорю, что готов уже отравиться чем-нибудь вредным, но вкусным.
«Мужчины совсем одичали в лесу. У каждого из них просто чешутся руки, чтобы завершить нашу операцию по проникновению в логово врага для захвата «Покрова» и истребителя. А еще мне нужно позарез получить инфу о Кирсанове. Уверена, что все удастся нам, потому что сегодня ночью я видела хороший сон, как будто сама Ноосфера подбадривала меня на активные действия. Это прекрасное предзнаменование, между прочим. Всегда верила в интуицию, которую, кстати, последнее время стала полностью игнорировать моя мать, сделавшись строгим прагматиком!..» - с блуждающей по-прежнему улыбкой на лице подумала про себя Покровская-младшая, отходя от Яня и Моргана в сторону.

******

В фешенебельном офисе на последнем этаже небоскреба, выделяющегося своей монументальностью даже на фоне  максимально урбанистического Манхеттена, удобно расположившись в ортопедическом кресле с высокой спинкой и специально разработанным по индивидуальному заказу подголовником, сидел лысый мужчина с унылым лицом. Вернее, он не излучал пессимизма, как это могло бы показаться стороннему наблюдателю, хотя и такой стороны-то трудно себе было представить из-за довольно уединенного образа жизни, подразумевающего минимум визуальных контактов. Состояние данного человека, а это был Воротынцев собственной персоной, можно было определить, как нечто среднее между созерцательной беспристрастностью и праздной пресыщенностью. Однако на самом деле вершитель судеб, коим он себя, конечно же, и считал – не меньше, пребывал в не самом спокойном состоянии. И обусловлено это было многими причинами, ведь процесс глобализации, рожденный в его голове задолго до текущих событий, хоть и с неумолимой тенденциозностью поглощал всю планету, но до сих пор не гарантировал стопроцентного успеха, хотя бы и потому, что гегемонии ОДН препятствовали такие оплоты старорежимных политико-экономических формирований, как Альянс и Сообщество. К тому же на стороне последнего выступал и этот досаждающий, словно больной зуб, «Красный меридиан».
И все бы ничего, если не странное сотрудничество официальной власти из состава стран – осколков бывшего Глобального Юга с этими экстремистами-террористами. И нарушить данный тандем до сих пор никак не удавалось из-за принятия ими той же самой тактики разрушения под прикрытием самых гуманных принципов сотрудничества, коими так успешно пользовался и сам Воротынцев. Причем они научились по его опыту внедрять собственные идеи взамен антагонистического прогрессизма на все еще огромной территории планеты. Да, именно ОДН поглощает все новые и новые страны из лагеря своих конкурентов, до сих пор не павших под его натиском. Но если Альянс, как и показывает его разведка, уже созрел для первоначального сотрудничества с последующим вливанием в Союзное образование под очевидным диктатом сильной стороны, то с китайцами и их приспешниками все оказывалось на поверку намного сложнее. Достаточно было обратить внимание на такие мелочи, как сотрудничество дочери Президента Великоруссии с «Красным меридианом», чтобы понять, насколько еще велико влияние Сотрудничества на Центральном континенте.
Но не только эти мысли занимали сейчас Ректора Международного института согласия и равенства при ОДН, который, на самом деле, не ограничивался своей вполне себе гуманной должностью, подразумевающей исключительно академический аспект деятельности, а, словно серый кардинал, управлял практически всеми глобальными процессами в мире из собственного логова.
Вот только сейчас он для встречи с сенатором из Великоруссии выбрался специально в свою штаб-квартиру за пределами альма-матер, а именно Башни Международного института согласия и равенства, чтобы не отсвечивать перед коллегами в столь необычной компании в то время, когда Протокол не обязывал его на подобные контакты. Вспомнив об этом, Воротынцев сделал небольшое внутреннее усилие, чтобы на его лице появилась та самая «дружелюбная» маска, которую он обычно надевал  при встрече с Александрой. Да, ее он, конечно же, ценил, как свою непосредственную и самую главную помощницу, более других приближенную к собственному телу, но и даже побаивался. Ведь она обладала не только всем ресурсом ОДН, как и он сам, но и теми физическими и психическими способностями, которые превосходили его собственные. И именно это делало ее не просто младшим партнером, в качестве которой она была бы идеальным товарищем, а именно «равной среди равных», как и неустанно он сам ей говорил при встрече.
Возможно, мужчина с идеально выбритой головой еще и продолжил бы пребывать в неспешных размышлениях по поводу планирования  перспективных проектов ОДН на глобальной карте мира, но в это время практически бесшумно перед ним появилась Асфур.
- К чему эти эффекты?.. – слегка скривив физиономию, бесцветным голосом спросил больше не из-за любопытства, а в качестве прелюдии к основному разговору Воротынцев.
- Приветствую вас, Ректор!.. -  оставила без ответа риторический вопрос Александра.
- Добрый день!.. – коротко кивнул головой мужчина и задержал взгляд на панораме города, открытой перед ним в окне с высоты птичьего полета.
- Как наши дела с «Покровом»? – глубоко вздохнув, поинтересовался Воротынцев.
- Остались последние штрихи, и мы запустим его в работу. Уже намечены и основные цели!.. – в голосе великорусского сенатора слышались победные нотки, хотя по спокойному выражению лица и нельзя было понять ее настроения.
- Вот об этом мне и хотелось бы сейчас поговорить, - хмыкнул Ректор, откинув голову назад.
- Я так и подумала, - улыбнувшись лишь кончиками губ, прошелестела в своей манере Охотница.
- Не люблю, когда ты становишься такой!.. – сразу же среагировал Воротынцев и блеснул глазами на собеседницу.
- Какой это…, такой? – усмехнулась Овчинникова-Асфур, - Зачем мне сейчас вести себя в вашем обществе, словно мы не знаем друг о друге всего?.. Мне кажется, что и вам…, господин Ректор, можно не пользоваться маской, а предстать в своем… практически идеальном виде.
- Это ни к чему!.. – отмахнулся рукой мужчина, после чего оторвал взгляд от вида города и посмотрел на собеседницу своими бесцветными глазами, - Какие идеи по поводу целей?..
- Нужно поддержать инфанту Фике в Альянсе, которая, хоть и имеет преимущество перед своей сестрой, но все-таки попросила гарантий!.. – с готовностью обозначила ближайшую перспективу боевого применения «Покрова» Александра.
- Одобряю!.. – хмыкнул Воротынцев, выдавив из себя подобие улыбки, что в его случае было явным подтверждением полноценной лояльности, - Хотите начать с Кастилии?
- Возможно, этого и не понадобится, потому что Эланор до сих пор находится в Кабо-Кабо, а там нам потребуется разобраться не столько с ее персоной, сколько с этими… ее помощниками, один из которых… тот самый беглец из Убежища, а второй – его старинный друг из Швейцарии. Кстати, последний много лет не высовывался из своего африканского логова в пустыне Западной Сахары, но сейчас вновь проявляет упорство.
- Ах, ну, да – Флориан Штильхарт… собственной персоной. Пора уже поставить жирную точку в наших «добрых отношениях»!..
Окончание фразы Воротынцев произнес с особенной интонацией, после чего засмеялся беззвучным образом, лишь слегка сотрясаясь всем корпусом из-за спазмических выталкиваний воздуха из легких.
- Да, швейцарец до этого был неопасным, и я его не трогала, но сейчас они с… Кирсановым ,и можно прихлопнуть их разом!.. Хотя есть и другая идея!.. – Охотница блеснула темными глазами, в которых просматривалась бездна ярости, хорошо контролируемой, но очень опасной, что и чувствовалось по энергетике, буквально заполнившей все пространство помещения.
- Хочешь использовать беглеца в качестве наживки для Покровской-младшей? – усмехнулся Воротынцев, просчитав все варианты и в очередной раз демонстрируя сенатору свои аналитические способности.
- Как вариант!.. – стараясь не выдавать никаких восхитительных реакций, произнесла Александра.
- Ну, что ж…, хорошо!.. – коротко кивнул головой Ректор, - Кстати, нашей главной целью должны стать даже не правители Альянса и Сообщества, с которым мы всегда успеем разобраться, а Камни. Неплохо было бы пойти по следу этой… Раевской, которая, по всей видимости, может привести нас к тому, что успел нарыть этот безумец Алькасар. Поэтому сейчас достаточно просто нейтрализовать инфанту Эланор, без резких движений. Пусть и дальше роет под сестру, тогда как та….
- В том-то и дело, что это не получится, так как Филипп X приказал долго жить…, и нам придется…. – эту фразу Александра явно приготовила на самое окончание разговора.
Она не могла отказать себе в удовольствии, чтобы увидеть собственное влияние на настроение Ректора, которого явно не любила, а просто терпела в качестве прекрасного стратега всей их программы глобализации, на роль которого тот подходил практически идеально.
- Король умер?! – на этот раз в голосе Воротынцева все-таки прозвучали нотки удивления, которых он не проявлял в общении уже довольно давно.
- Да здравствует Король… или Королева, что без разницы!.. – с издевкой в голосе проговорила Асфур и покачала головой, словно хищница перед нападением на жертву.
- Началось!.. – только и смог сказать мужчина с лысым черепом, закатывая глаза таким образом, что в глазницах исчезли зрачки.
Именно в таком состоянии Ректор предпочитал принимать свои самые значительные решения, о чем прекрасно знала и его ближайшая помощница.
               
******

На крутом утесе, возвышающемся над бурными волнами океана, разбивающимися об отвесную каменную стену обрыва, заглядывая вниз, стоял Кирсанов, словно завороженный, наблюдая за бушующей водной стихией, и пытался вспомнить схожие ощущения в момент своего побега из Убежища. За его спиной находился Флориан, который, казалось бы, понимал состояние товарища, а потому не отвлекал его, а сосредоточился на осмотре местности.
- Если вспомнить подсказку на кресте, найденном… Бонту…, - попыталась негромко рассуждать вслух Дарья, стоящая в непосредственной близости от швейцарца, - … то получается, что где-то именно здесь и должен быть вход в пещеру, а вернее, в одну из Пещер трех рысей.
- Согласен!.. – кивнул головой Штильхарт, задумчиво потирая подбородок тыльной стороной ладони, - Любой храм должен быть привязан к сторонам света и светилам на небосводе, как портал со Вселенной.
- Вот именно!.. – улыбнулась кончиками губ девушка, - Жаль, что с нами не смогла пойти Эланор, которая сейчас в обществе Льовера пытается пережить печальную весть о кончине своего отца и разобраться с документами на отгрузку оружия.
- Похоже, сейчас Альянс будет переживать не самые спокойные времена!.. – посетовал швейцарец, покачивая головой и прикусив нижнюю губу.
- Ее высочество тоже так считает, но не будет торопиться вернуться во Дворец или, хотя бы в свою провинцию!.. – решила уточнить Раевская, вскользь бросив взгляд на внушительную фигуру собеседника.
- Почему? – удивился швейцарец, - Неужели, она потеряла интерес к Короне?..
- Нет, конечно же!.. – поспешила уверить визави в твердости намерений инфанты Эланор на Престол Дарья, - Просто сейчас именно здесь будут разворачиваться основные события. А Протокол на… случай внезапной смерти монарха подразумевает на переходный период подготовки к коронации победившей наследницы коллективное правление Советом.
- И как долго будет продолжаться это… «смутное время»? – решил уточнить Штильхарт, который вдруг понял, что ничего не знает о подобного рода нюансах наследования в Альянсе.
- Полгода… в лучшем случае!.. – пожимая плечами, ответила Дарья, - А сейчас все Кортесы будут озабочены сколачиванием лагерей сообщников и договорняками. Все, как и всегда!..
- Если эта… смерть оказалась неожиданной, то… за ней явно стоят противники Эланор!.. – выразил вслух собственные мысли Флориант и стал усиленно начесывать мощный подбородок.
- Третьего не дано!.. – констатировала Раевская.
- Как это? – Штильхарт, округлив глаза, уставился на визави.
- Ну, если старшая из сестер-наследниц здесь с нами, то не могла же приложить руку к этой трагедии. Да, и, вообще, это не в ее характере. Получается, что вторая претендентка на Корону стала заинтересованной стороной, а третьего варианта просто не существует, - в рассудительной манере объяснила свою логику политический этнограф, изобразив на лице сожаление.
- И сколько времени есть у принцессы, пока ее не вызовут на Совет? – повернувшись лицом к собеседнице, спросил швейцарец, перед этим бросив быстрый взгляд на своего великорусского товарища, продолжающего смотреть с обрыва вниз.
- Так как у нее в Астурии остался наставник Орлио, который, по сути, заменил инфанте отца, то ее немедленного присутствия может не понадобиться до вызова во Дворец. Время, в любом случае, еще есть. А вот обнаружение храма… древнего здесь… сможет полностью изменить расклад сил и в Альянсе тоже, в чем имеется прямая заинтересованность Наследницы!.. – продолжила объяснять девушка, с интересом наблюдая за мимикой крепкого и высокого мужчины.
- Ясно!.. – коротко отреагировал Флориан, который прекрасно понимал, что на Пещерах Трех рысей завязано очень много глобальных нитей развития всей человеческой цивилизации.
В это время к увлеченно разговаривающим Штильхарту и Раевской приблизился Кирсанов.
- Мне кажется, что здесь мы не сможем найти привычного входа в подземелье!.. – задумчиво произнес Андрей.
- И как это понимать? – удивился швейцарец, - Какой вход тогда мы должны искать?
- Намекаешь на портал?.. – с интересом посмотрела на соотечественника Раевская, - А ведь это очень возможно. Жаль, что в таком случае нам придется….
Дарья специально сделала паузу, чтобы Кирсанов отреагировал на ее слова более определенным образом.
- Это будет такое место, которое само решит, кого пускать внутрь!.. – воспользовался паузой великорус.
- Жаль, что Ренато Алькасар слишком расплывчато указал на локацию, а значит, мы сами должны все выяснить!.. – констатировала Дарья и бросила взгляд своих ясных, как само небо, глаз на швейцарца, как бы побуждая того приобщиться к всеобщему консенсусу.
- Ну, портал…, так портал!.. – не стал вносить сумятицу в обсуждение важной темы Флориан и глубоко втянул в себя расширенными ноздрями свежий йодированный воздух, словно по ароматам, доносящимся с океанской акватории, хотел вычислить конкретное место нахождения древнего храма.
Но подсказок такого рода, конечно же, не было, и потому Штильхарт сделал ставку именно на своего напарника, обладающего, как ему это уже не просто казалось, но очень даже настойчиво утвердилось в понимании его состояния, тонкими настройками с Ноосферой в виде чуткой интуиции.
- Если вход в храм сам нам об этом должен указать, то так тому и быть!.. – с надеждой в голосе и взгляде на благополучный исход в поисковых мероприятиях произнес швейцарец и широко улыбнулся, подарив свое настроение обоим участникам их группы, стоящим рядом.

******

Приблизившись к двери своего кабинета-капсулы без окон, Роберт автоматически достал магнитный ключ-карту и приложил к запорному устройству. После характерного щелчка, потирая вспотевший выпуклый лоб, невысокий и щуплый носитель огромного носа переступил порог и оказался внутри мрачного помещения, освещаемого лишь светильником на рабочем столе и парой тусклых бра на стене. Проморгавшись, он по инерции сделал пару шагов к своему привычному креслу с высокой спинкой и тут же замер, словно вкопанный.
- Вы?! – на какой-то миг могло показаться, что этот только что уверенный в себе мужчина среднего возраста может от испуга потерять не только дар речи, но и сознание, - Но… как?..
- Ковальски, вы… бы лучше… - в шипящем голосе Александры, а это была именно она, занявшей место за столом хозяина кабинета в ожидании его прибытия, слышалось презрение, смешенное с плохо скрываемым гневом, - … вспомнили о манерах и поздоровались.
- Ко… конечно…, Миледи!.. Рад видеть вас, госпожа!.. Привет… ствую вас…. – залепетал Роберт, лицо которого стало бледным, словно мел, а на лысине снова появилась обильная испарина.
- И тебе… не хворать!.. – ухмыльнулась сенатор, вставая с кресла за столом и обходя его вокруг, чтобы приблизиться к собеседнику ближе, - Как ты, надеюсь, догадываешься, я прибыла в эту дыру не для того, чтобы любезничать, а по делу.
- Да-да!.. – кивнул головой Ковальски и с расширенными зрачками уставился на незваную визитершу.
- Как случилось, что инфанта Эланор стала в курсе всех происходящих в порту событий с отгрузкой вооружений в Альянс?.. – тихим, но от этого ставшим лишь еще более устрашающим голосом произнесла Охотница, взяв визави за подбородок, нисколько не церемонясь с ним.
- Я… я… и сам… ничего… не понял, когда она… пришла сюда с… инспекцией!.. – испуганным тоном и стараясь отвести взгляд от собеседницы, с большим трудом окончил фразу Роберт.
- Удивительная беспечность, Ковальски!.. – хмыкнула Александра и отпустила подбородок маленького мужчины, - И что теперь мне с тобой делать?..
Вопрос, заданный тоном человека, обладающего не только властью, но и возможностью претворять любой жесткий вердикт тут же и самостоятельно, о чем уже догадывался Роберт, привел его в еще больший ужас, и он буквально замер, словно соляной столб, потеряв окончательно дар речи. Такая реакция визави явно была знакома Миледи, которая не спешила продолжать общение в вербальном формате и получала истинное удовольствие, впитывая липкий страх стоящего с трясущимися ногами перед ней человека. Вернее было сказать, что Охотница питалась этим исходящим от жертвы, а то, что Ковальски из преданного сотрудника превратился в один момент именно в таковую, уже было очевидно и ему самому, неописуемым словами страхом.
Хозяин кабинета уподобился осужденному на казнь человеку, стоящему на эшафоте перед палачом с поникшей головой. Сейчас уже было бесполезно оправдываться и приводить, хоть какие-то доводы, потому что по расширенным зрачкам Миледи и ее шелестящему голосу было и так все понятно – наказание за тяжелейший в его жизни проступок неминуемо. Но в какой-то момент жажда жизни возобладала, и смиренное состояние сменилось порывом Роберта попробовать еще один шанс.
- Миле… леди!.. – с огромным трудом выговорил Ковальски, хватаясь обеими руками за горло, к которому подкатил нервный ком, - Я бы… никогда!..
- Ты не предатель, Ковальски, а просто дурак, если не смог решить такую простую проблему!.. – хмыкнула Асфур, брезгливо сморщив кончик носа, словно почувствовала неприятный запах, исходящий от испуганного и униженного собеседника.
- Но я… могу… все испра… править!.. – с мольбой во влажных глазах воскликнул хозяин кабинета.
- Поздно…, да и никому уже не нужно!.. – едва слышно цокнув языком, произнесла Охотница и сделала небольшой шаг в сторону двери, словно желая покинуть кабинет.
Это движение устрашающей визитерши на какой-то миг вселило в Роберта некую надежду на то, что его время на белом свете еще не завершилось. Но, конечно же, это оказалось обманом. Скорее всего, Миледи лишь играла на страхе своей очевидной жертвы с тем, чтобы получить максимальное удовольствие от ситуации.
Да, Ковальски должен сейчас умереть, и это было решено задолго до этой роковой встречи, но только эта жертва оказалась обусловленой не тем, что он провинился в чем-то, а по причине создания очередной провокации в соперничестве инфант. К тому же этот человек слишком много знал, что всегда завершается известным итогом для тех, кто может оказаться слабым звеном в противостоянии сильных мира сего.
- Я… могу…. – слова замерли в глотке Роберта, смешавшись с характерным бульканьем хлынувшей оттуда крови.
Лишь мгновение потребовалось Охотнице для того, чтобы резким и практически невидимым движением руки вытащить из ножен в рукаве кожаной куртки острый клинок и перерезать выверенным движением горло приговоренного к казни. Удар был не столько сокрушительным, сколько точным, отчего голова Ковальски некоторое время продолжала еще подавать признаки жизни, после чего отделилась от тщедушного туловища и соскользнула на пол, откатившись под стол, словно пытаясь максимально удалиться от безжалостного палача.
И лишь едва слышный скрип двери, выпускающей наружу Миледи из небольшого помещения, моментально пропахшего сладковатым металлическим запахом крови, свидетельствовал о ее недавнем визите. Хотя по характеру повреждений жертвы сведущим людям и не нужны были бы никакие дополнительные доказательства того, что здесь произошло.

******

Возле фонтана в парке, струи которого отбрасывали мириады солнечных бликов от яркого дневного светила, стояли в непринужденных позах инфанта Фике и ее неожиданная посетительница, прибывшая без отдельного приглашения в провинцию Ньюфаундленд и Лабрадор, коей оказалась сенатор Великоруссии Асфур.
- Вашему высочеству должно быть известно, какие выгоды последуют для Альянса в случае его слияния с ОДН?.. – спокойным тоном произнесла Александра.
- Теперь это так называется, госпожа сенатор?.. – ухмыльнулась принцесса, - Слияние равноправных партнеров?
- Не стоит утрировать, вы и сами все прекрасно понимаете. Конечно, вы можете, как и ваши предшественники, сосредоточиться на развитии собственного государства, но разве вам и так не понятно, что дни самостийных союзов и суверенность отдельных стран – это всего лишь вопрос времени. Прогресс неумолимо овладевает умами всех людей на планете, а потому и очагов не поглощенных ОДН на ее территории осталось не так уж и много!.. – неторопливо и в назидательной манере произнесла Овчинникова-Асфур, на лице которой светилась блуждающая улыбка, свидетельствующая о ее приверженности к покровительствующей стороне в этом общении.
- Ну, моя лояльность к вашему Объединению и Великоруссии, в частности, известна. Кажется, сейчас со всей остротой стоит вопрос о наследии Короны!.. – не стала ходить вокруг, да около Фике, с надеждой посмотрев в глаза визави.
- Именно это мне и хотелось лично услышать от вас, ваше высочество. И если мы договоримся, то со своей стороны могу заверить в полном участии ОДН именно на вашей стороне!.. – едва заметно кивнув головой, произнесла сенатор.
- Я слышала, что ваши личные возможности далеко выходят за пределы внутренней политики Великоруссии, госпожа Асфур. А потому ваше участие в моей судьбе могу расценивать…, как очень важное!.. – инфанта едва сдерживала собственное ликование, - Могу ли я полностью опираться в своей предвыборной гонке, как бы сказали у вас на родине, и на ваш… практически безграничный ресурс?..
- Об этом я вам и говорю, дорогая инфанта!.. – Александра дружелюбно взяла под руку венценосную собеседницу, - Все руководство ОДН практически полностью на вашей стороне в борьбе за трон. Приношу вам свои соболезнования по поводу кончины Филиппа X. Мне пришлось по роду деятельности несколько раз с ним лично видеться… раньше. И он производил впечатление крепкого и здорового мужчины. Как жаль, что сердечный приступ оборвал его… жизнь.
По интонации, с которой была упомянута кончина монарха, Фике сразу же уловила намек на то, что ее собеседница прекрасно осведомлена о трагическом событии. И это произвело необычайное впечатление на принцессу, которая, казалось бы, оградила себя от любых указаний на себя в смерти родителя. Да, всем было понятно, кто в первую очередь получает преимущество от такой трагедии, но все-таки очевидных фактов, обличающих лично Наследницу, не было и не могло быть. Однако по выражению лица Миледи, а такая идентификация великорусского сенатора также была известна инфанте, было очевидно, что она обладает некими сведениями, которые могут пролить свет на произошедшую трагедию. И это, хоть и не меняло общую конфигурацию отношений с данной необыкновенной личностью, но все-таки делало именно Фике уязвимой, что означало лишь еще большую ее подчиненность в будущем.
- Да, мы с Эланор… сильно потрясены смертью отца!.. – дрогнувшим голосом произнесла инфанта, специально упомянув сестру, чтобы услышать отношение к ней со стороны визави.
- О вашей… конкурентке… - Асфур намеренно назвала именно так старшую сестру собеседницы, чтобы сразу же дать понять собственное отношение к проблеме наследования и больше не возвращаться к ней - … можете не беспокоиться. Ее репутация сильно пострадает после выяснения всех обстоятельств тайных поставок вооружения из Кабо-Кабо.
- Но там все не так очевидно!.. – тяжело вздохнула принцесса, осознавая, что без официального заключения Кортеса Франциско, причастность любой из Наследниц может считаться лишь досужими домыслами.
- Вот об этом я и хотела с вами отдельно поговорить!.. – доверительно прикоснувшись к руке инфанты, произнесла грудным голосом Асфур.
«Какое необыкновенное вероломство!.. Удивительно, что у честолюбивого папаши вместе с такой патриоткой в виде старшей дочери выросла ее полная противоположность. Я так люблю предательство, но очень брезгливо отношусь к предателям! Нужно набраться терпения, чтобы задуманная партия прошла как по нотам!..» - подумала про себя сенатор и снова натянула на довольно пластичную мимику маску максимального добродушия, которой очень ловко пользовалась в нужное время.

******

Сидя в плетенном кресле-качалке возле камина в гостиной своего президентского номера под клетчатым пледом, Эланор созерцательно всматривалась в сполохи пламени, словно стараясь распознать в их причудливых рисунках тайные сигналы Ноосферы, которые ей бы сейчас очень пригодились. Она только что из новостей узнала о смерти своего родителя и первым делом хотела даже бросить все дела на Кабо-Кабо и устремиться на его похороны. Но после разговора с Капитаном Льовером этот порыв исчез. Тем более что среди реальных мотивов визита в Королевский Дворец, как оказалось, не было ни здравого смысла, ни даже церемониальной вежливости. Ведь в данном случае прощание с отцом, которого она в отличие от младшей сестры, действительно, любила, а не просто почитала, как важный родственный элемент, стоящий перед ней  очереди для обладания властью на Престоле, не являлось панацеей. Да,  скорбь, заполнившая ее сердце, переполняла и полностью вытеснила другие проблемы, ради которых она и находилась на этом острове. Однако и сам ритуал похорон, и факт убийства монарха, а в этом инфанта ничуть не сомневалась, никак не согласовывались с ее появлением во Дворце.
«Я отомщу за тебя, папа! Обязательно отомщу и восстановлю справедливость! Мы оба знаем, что ты не должен был так рано оставить этот мир, и, независимо от официального заключения судмедэкспертизы доведу до конца начатое тобой дело. Фике, как ты, наверное, и сам знал всегда…, погубит Альянс, отдав его на растерзание ОДН в случае своего восшествия на Престол. А потому, папа, помогай мне оттуда, не допустить столь трагического исхода. Знаю, что тебе было нелегко править страной в окружении Кортесов, большинство из которых, как и твоя младшая дочь, только ждали удобного случая, чтобы покончить с суверенитетом и оказаться частью глобалистского мира. Каждый из них явно рассчитывал на личную выгоду, а у тебя самого были связаны руки из-за конституционного права наследия дочерьми. Да, упокоится твоя душа в лучшем мире!..» - мысли принцессы были прерваны голосом Капитана Льовера, вошедшего в гостиную.
- Ваше высочество!.. – в голосе высокого мужчины слышались удивленные нотки, - К вам прибыл… секретарь Кортеса Кадони – Рамирос. Говорит, что имеет к вам срочный разговор.
- Пусть зайдет!.. – обернувшись к своему бравому телохранителю, проговорила инфанта, в глазах которой тоже читалось удивление.
А уже через несколько секунд в просторное помещение с горящим камином, в отсутствие иных источников освещения создающий некую магическую обстановку, вошел сухощавый мужчина, которого она пару раз до этого случая видела во Дворце в обществе Главы внешнеполитического ведомства.
- Добрый вечер, ваше высочество!.. – церемониально поклонился, войдя в гостиную, Рамирос.
- Здравствуйте!.. – встала навстречу нежданному гостю со своего насиженного места инфанта, протянув ему обе руки для дружеского пожатия, что в дали от родины посчитала вполне уместным, - С какими еще новостями вы прибыли?
- Мой господин... – осмотревшись по сторонам, начал объяснять цель своего визита секретарь Кадони, - … через меня… хотел выразить личное сожаление о кончине… вашего отца и подтвердить готовность в немедленной поддержке.
Высказавшись сразу насчет лояльности Кортеса, что было в данной ситуации самым правильным, сухощавый визитер замер на месте и воззрился на Наследницу.
- Я благодарна вам…, и вашему господину, Рамирос!.. – блеснув влажными глазами и преодолев волнение, связанное с упоминанием о смерти родителя, ответила Эланор, - Догадывалась, что именно на Кадини в Совете мне стоит опираться в отсутствие Филиппа X. И сейчас подтверждаю, что принимаю его дружественный сигнал.
- Ваше высочество!.. – продолжил собеседник, - Я прибыл сюда срочно не только за выражением данной воли Кортеса Кадони. Вы должны знать, что мы с господином уверены в том, что Король стал жертвой заговора. Его отравили, и это не будет указано в официальном заключении медиков, но и так все ясно. Я был там сразу после смерти… вашего отца и видел… характерные признаки….
Рамирос намеренно сделал паузу, чтобы до ошеломленной услышанным известием Эланор дошел весь его смысл.
«Значит, Кадони через своего посланника Рамироса связывается со мной, дает обличительные сведения о сестре. Нужно срочно действовать! Тем более что на остров должен прибыть сам Кортес Франциско, чтобы встретиться, в том числе, и со мной. Этот «бравый» вояка уже давно выбрал сторону противостояния, поэтому в его визите не будет и капли желания разобраться во всем по справедливости. Очевидно, что это очередная ловушка, разработанная Фике. Сестрица явно перешла в атаку и не остановится уже ни перед какой подлостью!..» - пронеслось в голове инфанты, которая на секунду задумалась.
- Понятно!.. – глухим тоном произнесла уже вслух Эланор, преодолевая нахлынувшие на нее чувства, - Вы правильно сделали, что не стали пользоваться обычными каналами связи, а прибыли лично. Сейчас мы с вами разработаем… наш общий план!..
- Да, ваше высочество!.. – почтительно склонил голову посланец Кадони.
А принцесса жестом пригласила гостя пройти ближе к камину и присесть на стоящее, словно специально для этого случая, рядом с ее собственным кресло-качалку.





                Глава 8

                «Портал»


Подбежав довольно быстро к металлическому ограждению, где находился один из блокпостов на входе в военную базу, насколько это позволяло его здоровье, Мишель сразу же стал стучать по нему обеими руками.
- Командир!.. – глухим голосом, преодолевая одышку после перебежки от лесного массива до охраняемого кордона, проговорил Голицын, - Кто-нибудь… подойдите сюда!..
На звук человеческого голоса и издаваемый шум к забору с запертыми воротами приблизился сержант, за которым на небольшом удалении следовали еще два военных, вооруженных короткоствольными автоматами.
- Ты кто такой? – не самым дружелюбным тоном просил крепкий военнослужащий в униформе, - Здесь охраняемая территория и посторонним вход запрещен, если ты еще не понял.
- Мне нужна Миледи! – не стал пускаться в дополнительные пререкания Голицын, придав интонации максимум твердости.
- Кто-кто? – с усмешкой переспросил сержант, оценивающим взглядом окидывая незваного визитера с ног до головы, - Ты чего такое несешь?!
- Хватит терять время, если жизнь дорога!.. – выдержав цепкий взгляд крепыша, произнес хриплым голосом Мишель.
- Уверен, что тебе это нужно?.. – уже более спокойно переспросил младший командир, бросив быстрый взгляд на подчиненных, продолжающих находиться позади, - Сюда вход бесплатный, а обратно…, как получится!..
- Звони главному и скажи, что пришел Голицын!.. – проигнорировав слова военного, настойчиво повторил Мишель.
- Как скажешь!.. – сержант кивнул головой одному из подчиненных, чтобы он отворил вход на охраняемую территорию, что тот с готовностью и исполнил.
А уже через какие-нибудь четверть часа некогда известный на весь мир музыкант из Великоруссии, собиравший стотысячные площадки на свои концерты, стоял напротив сенатора-соотечественницы в каком-то непроницаемом для света и звуков извне помещении, из-за обилия мониторов очень напоминающим укрепленный командный пункт.
- Какая встреча!.. – с ехидной улыбкой на лице произнесла Асфур, как только узнала в бледном и исхудалом лице мужчины среднего возраста с баллоном, заряженным дыхательной смесью за плечами, Голицына, - Мишель, тебя и не узнать!.. И какого черта я сейчас трачу на тебя здесь свое драгоценное время?..
- Надеюсь, что мы обойдемся… без всей этой ерунды с издевками и глумлением… и сразу перейдем к делу!.. – с большим трудом произнес нежданный визитер, смотря при этом куда-то выше головы собеседницы, стараясь не встречаться с ней глазами.
- Говори!.. – сдерживаясь от негодования, проговорила Александра, раздувая ноздри, словно стараясь по запаху определить степень страха стоящего перед ней бывшего музыканта.
- Я знаю, что где-то здесь находится иранец… Сердар, который хочет сотрудничать с вами. Так вот и я тоже готов перейти на сторону… победителя!.. – на удивление с достаточной легкостью сказал Мишель.
- Ого!.. – удивленно посмотрела на визави сенатор, - Группа Покровской-младшей распадается прямо на наших глазах. И что так?..
- Если честно, то это вопрос выживания!.. – потряхивая плечами, за которыми находился баллон с газовой смесью для дыхания, ответил мужчина, - Да и вообще!  Надоели мне все эти игры с «Красным меридианом». Можно сказать…, что одолели разочарования… в его идеологической повестке.
- Даже не знаю, как мне реагировать на все это, - покачивая головой, внимательно всматривалась в визави Миледи.
- А что тут думать-то? Я пришел не каяться в ошибках…, а с деловым… предложением!.. – Голицын тяжело дышал и сделал пару шагов в сторону, чтобы облокотиться о стену.
- Да, уж!.. – усмехнулась Александра, - И что только осталось от того красавчика-музыканта, который сводил с ума многих девчонок со всего мира. Тяжкое зрелище!..
- Я не красоваться к тебе… вам пришел, Миледи, а с готовностью… помогать!.. – не стал углубляться в навязанную тему Мишель, который уже давно смирился со своим нынешним положением.
- И в чем мой интерес? – спокойно поинтересовалась сенатор, прекрасно понимая, что судьба стоящего перед ней человека полностью находится в ее руках, - Только учти, что если мне не понравится твоя идея, то я не гарантирую и саму твою жизнь.
- Кто бы… сомневался!.. – с усмешкой проговорил Голицын и даже попытался улыбнуться, что у него не очень хорошо получилось из-за одышки, - Идея в том…, что я могу… с легкостью… заманить группу коммунистов в ловушку. Пока я еще пользуюсь у «товарищей» из… «Меридиана»… доверием. Но нужно поторопиться!..
- Коммуняки – это хорошо!.. – снова раздув ноздри, шелестящим голосом произнесла Асфур, - Этих я готова пачками отправлять на тот свет, откуда уже не возвращаются!..
- Я помогу с этим! – с максимальной горячностью, на какую только был способен, выпалил Мишель и даже не отвел взгляда от собеседницы.
- Хорошо, - глубоко вздохнула сенатор и по привычке наклонила набок голову, как бы стараясь пронзить взглядом своего оппонента, - только мне нужно понять, каким именно образом ты все это собираешься сделать.
- Если я получу… допуск на базу и по видео… свяжусь с ними…, то смогу… заманить сюда и их!.. Вам останется лишь схватить всех, - хриплым голосом объяснил свой план Голицын, продолжая опираться спиной о переборку.
- Ну, что ж!.. – хмыкнула Асфур, - План довольно простой, а потому и убедительный. Только вот с допуском на военную базу я бы не торопилась. Этот объект слишком важен, чтобы я вот так… запросто разрешила разгуливать по нему. Мне нужно кое-что проверить!..
- Согласен! – с готовностью отреагировал бывший музыкант, - Достаточно спросить… обо мне у Сердара, и он сможет подтвердить мои слова.
- Так уверен, что он еще дышит? – с усмешкой спросила сенатор.
- А зачем вам торопиться… от него избавляться, когда вся группа… Покровской-младшей… еще на свободе? – логично рассудил Голицын и от усталости закатил глаза, продолжая тяжело дышать, издавая хриплые звуки из легких.
- Правильно рассуждаешь!.. – кивнула головой Асфур.
Произнеся последнюю фразу, Миледи хмыкнула и практически беззвучно и незаметно покинула помещение.

******

Войдя в едва освещаемое вмонтированным в потолок плафоном аварийного освещения помещение, Асфур сразу же наткнулась на неподвижно лежащее на бетонном полу тело иранца.
- Очнись!.. – пнув носком элегантного женского ботинка в бок узника, с брезгливостью произнесла Александра, - Разговор есть.
Сердар с трудом открыл глаза, отекшие от синяков и ссадин на лице, и, опершись на руку, уселся на пятую точку.
- К вашим услугам!.. – скривив от боли лицо, хриплым голосом откликнулся мужчина, поправляя изрядно испачканную и разорванную во многих местах чалму на голове.
Рядом с ним лежали осколки от разбитых очков, свидетельствующие, что с пленным нисколько не церемонились, а сейчас у него перед глазами все расплывалось из-за отсутствия привычных диоптрий на переносице.
- Не люблю, когда при мне сидит брутал!.. – недвусмысленно высказалась сенатор, - Поднимись!..
Мужчина средних лет с залысинами и редкими растрепанными волосами на голове, предприняв неимоверные усилия сначала принял положение тела с упором на одно колено, а потом и полностью поднялся на ноги, удерживаясь в вертикальном состоянии лишь потому, что вытянутой рукой смог прикоснуться к шершавой бетонной стене.
- Извините!.. – покачиваясь, проговорил перс и воззрился на визави немигающими глазами, в которых полностью отсутствовало желание жить, уступив место бесконечной тоске и полному безразличию к происходящему.
Казалось, что Сердар полностью замкнулся в себе, понимая свое положение как возможность выхода отсюда лишь в холодном состоянии тела, а потому из всех его желаний осталось лишь то, как бы ни подвести своих товарищей и перенести возможные пытки. И Охотница смогла бы все это прочитать с легкостью при необходимости выяснения важной информации, но сейчас она, словно хищница с уже пойманной добычей, полностью сосредоточилась на впитывании ее страха, из-за чего всегда получала максимальное удовольствие, так как ее садистские наклонности уже давно стали превалировать над всеми другими чувствами. И вот сейчас ей представилась очередная возможность поиздеваться над пленником. Однако в ее планах не было стремления лишить иранца жизни, так как в его лице оставалась ниточка, ведущая к «Красному меридиану», считавшемуся на сегодняшний день основным злом для ОДН, который она и представляла. А потому опытная сенатор лишь хотела выяснить, являются ли ложью слова Голицына, и получить бонус в виде материализованного ужаса пленника-перса.
- Ты что-то говорил про готовность помочь нам в борьбе с врагами Корпуса!.. – раздувая ноздри, сказала Миледи и глубоко вобрала в себя воздух, как бы напитываясь содержащимся в нем страхе, - Докажи!
- Что… вы хотите узнать? – продолжая с трудом удерживаться на ногах, спросил Сердар, внутренне сжавшись не от испуга, а от возможности проколоться и подвести товарищей.
Однако это было расценено Александрой в качестве очередной волны жути, которую она нагоняла на всех своих жертв, что только еще больше уверило ее в правильности методики допроса.
- В вашей… кампании кроме тебя все остальные преданы Покровской-младшей и готовы сдохнуть за эти тупые идеи «Меридиана»? – шелестящим тоном произнесла эффектная женщина, продолжая глубоко дышать от возбуждения.
«Ах, вот оно что!.. – стал, наконец-то догадываться, о чем сейчас пойдет речь, Сердар, пытаясь от напряжения мысли поправить на переносице отсутствующие очки, отчего его жест показался Асфур очередной реакцией на испуг, - Значит, Ася решила все-таки использовать тот самый шанс. Мы ведь с ней и Мишелем, рассуждая о проникновении на базу, сразу сделали ставку на Миледи и предательство группы. Только вот со мной все вышло, как обусловленная необходимость, а в качестве плана «Б» мы вскользь упомянули о… Голицыне. Тогда в шутку рассудили, что его «жалко меньше всех» по причине, конечно же, состояния здоровья. И вот сейчас эта… женщина в облике самого Сатаны спрашивает о возможном сообщнике. Кажется, мои товарищи решили воспользоваться этим шансом после первой неудачной попытки!..»
Иранец даже блеснул глазами, как бы светясь от радостно осенившей его догадки, и несколько раз кивнул головой, нисколько не обращая внимания на вызванную этим боль, волнами разошедшуюся по всему телу.
- И что это значит? – ухмыльнулась Александра, расценив поведение узника, как его желание максимально навредить группе Покровской-младшей.
- Есть один… великорус. Его Мишелем зовут со сложной фамилией, которую я все время путаю. То ли Голов… ловцев, то ли Гольцовский. Мне их язык…, вообще…, кажется не самым…. – многословие Сердара все-таки дало о себе знать, и он начал терять сознание на полуслове.
- Ясно все с тобой!.. – брезгливо отступила от кулем валящегося на пол иранца Миледи.
Однако опытная Охотница не спешила уходить, понимая, что перс вскоре придет в себя, а значит, и обретет вербальную способность. И она не ошиблась, потому что уже через какую-нибудь минуту узник стал проявлять признаки жизненной активности.
- И что Голицын? – напомнила о себе Александра, больше не требуя от собеседника того, чтобы он поднялся на ноги, - Он, кажется, ярый пособник бандитов из «Красного меридиана» и скоро, как и положено сдохнет. А ведь… когда-то был музыкантом… популярным не только в Великоруссии.
Последнюю фразу Миледи явно произнесла для самой себя, как бы фиксируя момент неотвратимости правосудия в собственной интерпретации.
- Да…, да, - вялым голосом признал перс, - Это он… и есть. Говорил, что… давно мечтает… поквитаться с теми, кто… довел его до… такого состояния.
- Хм!.. Наконец-то дошло до идиота!.. – покачивая головой, произнесла женщина, - Значит, ты подтверждаешь, что Мишель является предателем, как и ты?..
- Можно… и так… сказать!.. – из последних сил выдавил из себя иранец и склонил голову на сложенные руки.
- Хорошо!.. – не стала больше допытываться Миледи, видя, что из пленника сейчас выйдет плохой собеседник, - Когда все закончится… с этими… твоими бывшими товарищами, тебя переведут из этого узилища.
С этими словами Охотница практически растворилась в воздухе, оставив за собой только шлейф едва уловимого для слуха своими потрескиваниями наэлектризованного воздуха. Но иранцу этого было не понять, потому что он, действительно, отключился, истратив последние силы на общение с нежданной визитершей, оказавшейся столь непроницательной из-за избыточного тщеславия и самоуверенности, что повелась на очевидную в других обстоятельствах уловку своих противников.

******

В центральном городском парке в полуденное время оказалось достаточно пустынно, что для столицы Кабо-Кабо в последнее время было уже не редким обстоятельством, а нормой. И потому Элизабет, которой наскучило сидеть в гостинице в отсутствие своих новых друзей, активно занятых поиском древнего храма, решила встретиться со своим соотечественником Франциско, наконец-то, прибывшим на остров, именно здесь.
И вот уже инфанта, взяв под руку мужественного Кортеса, неспешным шагом прогуливалась по тенистой аллее. Она знала, что бравый Капитан Льовер и охранники, сопровождающие важную фигуру, прибывшую с официальным визитом из Альянса, не сводят глаз с них, а потому пустынность парка сейчас была обусловлена и соображениями безопасности, которые обеспечивались многими подготовленными людьми, не исключая, по всей видимости, и местных отрядов полиции.
- Примите мои соболезнования, ваше высочество!.. – густым басом проговорил Глава оборонного ведомства, являющийся руководителем инспектирующей стороны.
- Спасибо, Кортес!.. – кивнула головой Эланор, внутренне приготовившись к самым неприятным вопросам со стороны визави.
- Наверное, вы догадываетесь, зачем я здесь?.. – начал совсем не издалека Франциско, который никогда не отличался дипломатичностью, считая ее уделом слабаков в силу специфики собственной профессии и должности.
- Это не трудно сделать, - хмыкнула принцесса, бросив быстрый взгляд на собеседника.
- Ну, тогда у меня к вам вполне понятный вопрос об отгрузках вооружений в Альянс в обход моего…, так сказать…, ведомства. Как это стало возможным? – на лице Кортеса просматривалась плохо скрываемая усмешка.
Инфанта, с трудом сдерживая столь откровенное неуважение к собственному статусу, остановилась и выпустила согнутую в локте руку своего спутника. Она прекрасно понимала, о чем ее будет спрашивать Франциско, и чью волю, в конце концов, он станет сейчас выполнятью И потому вести разговор с «солдафоном», как называли в Королевстве Главу оборонного ведомства практически все аристократы из Больших Домов, она предпочитала достаточно открыто.
- Не стоит со мной играть в эти игры, господин Франциско! – уверенным тоном и, глядя прямо в его глаза, откликнулась на явное обвинение принцесса, - Я ничего не имею против того, что ваша… покровительница…, моя младшая сестра решила укрепить свою провинцию в обход официальных поставок вооружений в адрес Альянса. Вот только зачем было убивать этого беднягу… Ковальски, который ни в чем не провинился, а лишь был связующим звеном с ней?
По мере того, как до Кортеса доходил смысл услышанного, выражение его лица из покровительственно-добродушного стало изменяться в сторону удивления и даже готовности возражать. Верхние скулы Франциско сделались багровыми, а брови непроизвольно поползли наверх, словно потеряли опору и стали искать новую.
- Ковальски?.. – эхом отозвался Кортес, в голове которого оборонительная тактика еще не обрела верх над, четко утвержденной прежде, наступательной.
- Конечно!.. – решила не облегчать задачу своему визави принцесса, - Такой приятный и отзывчивый человек, с готовностью выполняющий все наши заказы и сохраняющий до последнего дня полную конфиденциальность.
Произнося всю эту чепуху, Эланор непроизвольно удивлялась собственной способности перевоплощения, что было больше свойственно именно ее младшей сестре.
«С кем поведешься, того и наберешься!..» - мысленно процитировала великорусскую поговорку инфанта, которая и сама не помнила, откуда ее знает.
- Но…, позвольте…, ваше высочество!.. В документах этих…, коносаментах и упаковочных… листах…, указан в качестве… грузополучателя именно ваш адрес – Астурия! – округлив глаза, сделал попытку уйти из-под обвинений венценосной собеседницы Франциско.
- Ну, если бы вы провели тщательную проверку…, то, наверняка, обнаружили много чего интересного. К примеру, какие еще версии отгрузочных документов могли быть использованы. Уверена, что вы или сами участвуете в… процессе вооружения провинции под правлением принцессы Фике, или тщательно игнорируете эти ее маневры с укреплением своей собственной армии!.. – Эланор решила сразу же перейти в атаку, чтобы разговор не напоминал шахматную партию, в которой Франциско даже при игре «белыми» не смог бы противостоять гроссмейстерскому плану старшей из сестер-инфант.
- Ваше высочество! – возмущенно выпучил глаза Кортес, явно не ожидавший столь активного обвинения в свой адрес, - Но как это…, вообще…, возможно!..
- Все возможно, когда концы в воду и предъявлять миру откровенную липу!.. – в глоссе Наследницы не было и намека на готовность обороняться, - И если хорошо копнуть, то можно доискаться до истины. Не думаете же вы, что я просто проглочу все надуманные претензии своей младшей сестры? И даже любые ваши отчеты потребуют обсуждения в Совете. Вы уверены, что вся эта афера сможет вывести меня из закономерного процесса преемственности власти?
На лице Франциско из-за откровенного обвинения в его соучастии в подлоге документов, к тому же сопровождающегося убийством контрагента со стороны ОДН, что было откровенно неслыханным событием в тайных для широкой общественности отношениях такого рода, судорожно задергалась одна щека. И, конечно же, это не укрылось от наблюдательной Эланор, отметившей про себя, как ее очень уязвимая позиция постепенно обретает, хоть и не самый очевидный, но все-таки шанс на выживание в сложившихся неблагоприятных обстоятельствах.
- И все же, ваше высочество!.. – решил оказать сопротивление бравый вояка, - Ваши инсинуации… сейчас достаточно… спорные. Налицо нарушение самой Конституции Альянса, что чревато….
- Перестаньте, господин Франциско!.. – с блуждающей улыбкой на лице перебила собеседника принцесса, - При столь серьезных обвинениях в Совете должен быть достигнут консенсус, а кому как не вам, его члену, обладающего к тому же еще обличающим голосом обвинителя, должно быть известно, что именно этого сейчас и нет.
- Но после смерти вашего родителя…, в Совете произошли известные изменения!.. – решил напомнить о переходе законодательной и исполнительной инициативы государства в руки сторонников инфанты Фике Глава оборонного ведомства.
- Консенсус!.. – хмыкнула принцесса, явно наслаждаясь тем обстоятельством, что ее визави пребывает в полном недоумении – почему бы ей просто не просить пощады и пытаться выторговать для себя приемлемые условия капитуляции.
- Не думаю, что в Совете возникнут проблемы!.. – на всякий случай уже по инерции попробовал гнуть прежнюю линию Франциско, по выражению лица которого было понятно, как в его голове происходит мощный мозговой штурм.
- Наверное, вам нужно хорошенько обдумать мою позицию и… проконсультироваться кое с кем?.. – улыбаясь лишь кончиками губ и лучистым взглядом, поинтересовалась инфанта.
- Да-да!.. – с готовностью согласился Кортес, при этом активно кивая головой.
В сложившихся обстоятельствах, когда Эланор упорствовала в своем видении ситуации, которую была готова отстаивать всеми возможными способами, Франциско явно требовалась поддержка более искушенных в подобного рода ситуациях людей. Благо, окончательное решение все равно принималось не им самим, а младшей из сестер-инфант, а потому сейчас нужно было лишь получить временную передышку перед последующим раундом переговоров с Наследницей.
- Но мне хотелось бы все же уточнить ваше видение ситуации!.. – более спокойным тоном произнесла принцесса и внимательно посмотрела в раскрасневшееся лицо Кортеса.
- Для начала, ваше высочество, мне бы важно было отметить… вам…, сказать…, жаль, что я начал не совсем с того, как следовало!.. – преодолевая смущение, попробовал выровнять ситуацию крепкий мужчина с проседью на висках, которая только усиливала его брутальность, - Хотелось бы заверить вас, в первую очередь…, в сотрудничестве для противодействия ОДН… и Сообществу. Ведь основной задачей Альянса во все времена была суверенность и сохранение традиций, за которые ратовал до последнего дня жизни… и ваш покойный родитель…, Филипп X.
«Ого!.. А Фике хорошо проконсультировала своего посланника. Чувствую ее руку в каждом его слове. И какое отвратительное и ужасное вранье, просто неслыханное! Кажется, их совместная ловушка состоит в том, чтобы скомпрометировать меня властям Кабо-Кабо. Не хватало еще угодить в их экзотическую тюрьму на основании обвинения в прямом вмешательстве в государственные дела иностранной державы. Сейчас этот коррумпированный Кортес предложит мне некие условия, подтверждающие мое личное участие в подрыве политической власти местного режима или что-то в этом роде!..» - пронеслось в голове красивой брюнетки, которая умело скрыла за милой улыбкой довольно мрачные мысли.
- Готовы ли вы, уж если оказались здесь… вместе со мной, встретиться с нужными людьми… для будущих договоренностей в плане поставок более современных вооружений?.. – Франциско опустил взор, стараясь не смотреть прямо в глаза визави.
«Ну, вот и все, господин Кортес! Теперь все ясно, как вы с моей сестрой собираетесь подставить меня и в этом месте!..» - сделала внутренний вывод кареглазая красавица-инфанта, сдерживая улыбку.
- Не думаю, что мне в сложившейся ситуации уместно участвовать в подобного рода обсуждениях. Ваши полномочия позволяют вам принимать единоличные решения с условием, что у вас имеется соответствующий мандат Совета!.. – уклончиво ответила принцесса, прекрасно понимая, что, не дав категоричного отпора в столь откровенном предложении, она как бы оставляет условную дверь в мир компромиссов слегка приоткрытой.
- Мы еще вернемся к этому разговору!.. – по-своему трактовал ответ венценосной спутницы Франциско, что отразил на мужественном лице в виде широкой улыбки.
Крупный мужчина галантно, ну, или почти галантно, выставил согнутый локоть для того, чтобы принцесса вновь взяла его под руку и продолжила прогулку, чем та и воспользовалась. Теперь обоим следовало перейти на непринужденный формат милой беседы, когда каждый из них хотел уверить другого в полной лояльности и готовности к разумным компромиссам в главном.

******

В новой Президентской резиденции на окраине Роси, окончание ремонта которой ускоренными темпами приурочили специально для встречи в неформальной обстановке «без галстуков» с Главой Сообщества, посетившего Великоруссию по приглашению Натальи Покровской, было достаточно спокойно и тихо. Журналистов сюда попросту не пустили, а усиленные меры безопасности свелись к тому, чтобы охрана сделалась невидимой для глаза обоих руководителей великих держав.
Ван У в качестве Председателя Компартии Китая и одновременно Главы Сообщества впервые после вступления на эту высшую должность после почившего в бозе и, казалось бы, бессменного Синь Цзиньпина, оставившего страну по окончании Последней войны в довольно сложном политическом состоянии из-за не самых приемлемых для нее условий заключения мира, выглядел довольно спокойным и сосредоточенным. Его преклонный возраст совершенно не выдавал в нем обессиленного старца, и только сеточка морщинок в углу глаз и седая холеная борода, заплетенная в пышную косу, словно он принадлежал к касте тибетских монахов, выдавали в нем зрелость, запечатленную самим временем.
- А ведь вы ни разу не были в Великоруссии, господин Председатель!.. – разливая по чашкам свежезаваренный зеленый чай согласно национальной традиции подобных церемоний после вознесения хвалы Будде, произнесла Наталья по-китайски, присаживаясь напротив уважаемого гостя.
- Да, госпожа Президент!.. – согласно кивнув головой, ответил Ван У, - Последняя война сделала наши страны-соседи более отдаленными, чем это было при  Синь Циньпине…, моем предшественнике.
- Да, уж!.. – улыбнулась Наталья, - И я очень благодарна тому, что вы не отказали мне в посещении нашей страны. Честно говоря, мне бы хотелось восстановить между нами прежние отношения.
- Вы очень хорошо говорите на языке Поднебесной!.. – улыбнулся Лидер Содружества, - Мне это очень приятно. Если сама госпожа говорит по-китайски, то это много, что значит для нашей державы.
- До Последней Войны ваш язык стал для Великоруссии вторым по популярности и первым иностранным. И я не стала исключением. Кстати, и моя дочь прекрасно владеет им, так как мы часто практиковали с ней это, когда были вместе!.. – в голосе Покровской послышались едва уловимые нотки грусти.
- Уж если вы упомянули о дочери, то не могу ни выразить вам сожаления о ее непочтительности во время вашего обращения к нации в Московске месяц назад. Тогда все мировые СМИ очень подробно отметили это…, словно такое событие указывало на готовящиеся мятежи в Великоруссии!.. – Ван У неторопливо отпивал из своей чайной чашки и улыбался одними глазами, как это умеют делать лишь китайцы.
- Такова цена демократии!.. – ухмыльнулась Наталья и тоже отпила из собственной фарфоровой чашки, явно китайского производства с характерным рисунком, - Мне не хотелось влиять на все эти статьи в прессе и сообщения новостных программ. Мы еще не так давно влились в мировую семью ОДН, а потому воспитанием молодого поколения предстоит заниматься более тщательно.
- Но разве цель любого воспитания молодежи суверенного государства не сводится к сохранению национальных традиций и ценностей? – не смог удержаться Глава Содружества.
- Конечно же, вы правы!.. – с улыбкой кивнула головой Покровская, - Только я лично не считаю, что одно мешает другому. Прогресс неминуемо одержит верх во всех странах. Это также неотвратимо, как восход солнца на востоке и закат на западе.
- Вы так убежденно говорите, что мне вспоминаются ваши же слова еще в бытность депутатом!.. – вновь блеснул карими глазами на собеседницу старый китаец, - Тогда ваша политическая повестка была… несколько иной.
«Как же все-таки часто мне приходится слышать подобные обвинения и от оппонентов, и даже от дочери!..» - пронеслось в голове у Президента Великоруссии, однако по выражению ее лица никак нельзя было определить, что она смущенна или волнуется.
- Дорогой друг!.. – почтительно наклонила голову Наталья, - То, что мы взрослеем и становимся мудрее, можно отнести к  правильному развитию личности. Да, и сама демократия стала менее агрессивной и полностью соответствует понятию суверенности. Большинство людей выбирают именно этот путь по всему миру, и моя страна оказалась не исключением.
- Ну, что же! Время покажет, кто был прав, а кому следует принять новые изменения с большим пиететом!.. – не стал спорить мудрый Ван У, прекрасно понимая, что  в такого рода беседах следует быть в первую очередь терпеливым слушателем, а не рупором неприемлемых идей, - Мы мирно сосуществуем на соседних территориях, а значит, способны уважать выбор друг друга. Никто не может сказать, что разные идеологии наших стран мешают нам быть хорошими друзьями.
- Это, конечно же, так, товарищ Председатель!.. – глубоко вздохнув, произнесла хозяйка резиденции, - Наша встреча сейчас лучше всего и демонстрирует добрые отношения наших государств друг к другу. У каждого свой путь, вот только….
Покровская специально сделала паузу, что бы привлечь к обсуждению волнующей ее темы важного собеседника в более активной форме.
- Вижу, что вас что-то волнует, уважаемая Наталья Владимировна!.. – воспользовался затянувшейся паузой Ван У, осознавая, что его таким образом привлекают к началу основной части беседы.
- Да, дорогой друг!.. – снова кивнула головой Покровская, после чего продолжила, тщательно подбирая слова, - Прежде всего мне… хочется заверить вас, что…, несмотря на разные взгляды… на многие вещи из современной политической повестки…, Великоруссия никогда не позволит себе вести агрессивную политику против Содружества. Это я вам твердо обещаю!..
- У нас уже есть Договор о ненападении, госпожа Президент!.. – улыбнулся одними глазами Ван У и поставил пустую чашку на стол.
Наталья вновь наполнила сосуд дорого гостя и предложила ему продолжить чаепитие.
- Сейчас мне отдельно хочется заверить вас в своих добрых намерениях!.. – доверительным тоном произнесла Наталья, - И это касается не только моей страны по отношению к Сообществу Единой судьбы в лице Китая, Индии и стран Восточной Азии. Великоруссия всегда готова…, выступать гарантом мирного решения всех разногласий между ОДН, куда мы входим, и вами. Мы же и есть та буферная зона, которая обеспечит данный паритет.
- Но как вы относитесь к нашему сотрудничеству со странами Альянса?.. – не сводя взгляда, поинтересовался китайский лидер, возглавляющий Союз всех стран бывшего Глобального Юга.
«Показательно, что только благодаря репутации Великоруссии и нашим усилиям нет существенных отношений между Альянсом и Содружеством!.. И, кажется, именно на это сейчас намекает мой гость!..» - пронеслось в голове Покровской, и она с усилием улыбнулась.
- Но это направление ваших интересов… на внешнем контуре способно… вам только навредить, мой друг!.. – Наталья тщательно подбирала слова, - Ведь это может быть… расценено другими странами ОДН, как союз против них самих. Тут нужна очень… продуманная дипломатия!..
- Вот я и прошу вас сейчас оказать содействие всем своим авторитетным ресурсом!.. – хитрый прищур глаз-щелочек Ван У свидетельствовал о том, что его не так уж и просто сбить с толку.
- Дорогой друг!.. – Покровская явно старалась не просто подобрать нужные слова, но и сопроводить их должной интонацией, ведь именно оба эти фактора могли доказать мудрому китайцу ее искренность, - В Королевстве сейчас могут начаться смутные времена, а потому лучше… держаться подальше от этих… коварных даже… по отношению к своим родичам… наследницам Престола. Монархическое устройство столь несовершенно, что при смене власти там практически гарантированы масштабные беспорядки.
- Моя уважаемая и гостеприимная госпожа!.. – улыбаясь одними глазами, проговорил высокопоставленный визави, - Мой великий предшественник на посту руководителя Сообщества… незабвенный Синь Циньпин оставил среди прочего наследия еще и великую мудрость. Он говорил, что для процветания всего мира нужно плодотворно сотрудничать и с ОДН, и с Альянсом. Без этого невозможна стабильность и безопасность.
- Но ведь именно Альянс является сегодня основной силой, не дающей своим народам сделать беспристрастный выбор в пользу процветания и прогресса!.. – больше по инерции, чем по логике разговора и личной убежденности высказалась Покровская, стараясь не встречаться взглядом с собеседником и сосредоточив внимание на подготовке новой порции ароматного зеленого чая.
- Мы никогда не считали прогресс и глобализм теми основами общественного сознания, от которых зависит благополучие большинства. Однако и навязывать свои традиционные установки никогда не стремились. Главное, чтобы сотрудничество происходило на равноправной основе, а народы своих стран сами способны сделать выбор!.. – в словах Ван У не было и намека на пафос или демонстрацию собственной политической повестки, свидетельствующей о несгибаемости идеологических установок компартии, а потому они прозвучали совершенно буднично, словно речь сейчас шла о каких-нибудь банальных повседневных вещах.
- Я вас хорошо понимаю, возможно, даже больше остальных государственных деятелей в ведущих странах ОДН, ведь мы соседи и всегда старались гарантировать друг другу свою лояльность во всех вопросах международного сотрудничества. Великоруссия и дальше будет служить для Сообщества тем дружественным мостом и с Объединенными Демократическими нациями, и с Ибероамериканским Альянсом!.. – Наталья прекрасно понимала, что перегибать с давлением на своего гостя совершенно бесполезно, поэтому решила на доброй ноте окончить обсуждение этой темы.
- И мы ценим это!.. – лаконично согласился Председатель и кивнул головой, понимая намерение собеседницы.
- Тогда мне хотелось бы полюбопытствовать о самой волнующей всех нас… - Наталья не стала уточнять, кого именно это касается, считая, что это и так понятным - … теме. Когда представители наших стран смогли бы встретиться для обсуждения вопросов взаимодействия по выявлению террористических ячеек «Красного меридиана»? В создании интернациональной структуры такого рода очень много зависит именно от вашей личной инициативы, уважаемый друг.
- Это очень сложный и многогранный вопрос, дорогая хозяйка, а потому требует всесторонней проработке моими товарищами из силовых ведомств. После этого мы через вас, если не возражаете…, донесем свое предложение и до всех стран ОДН и Альянса!.. – в своей, казалось бы, добродушной, но неторопливой и, самое важное, ни к чему не обязывающей манере высказал мнение Ван У.
«Хитрый лис!.. Прекрасно понимает, где наши позиции наиболее уязвимы от Сообщества и, конкретно, Поднебесной, а где не стоит слишком упираться. Китайская мудрость во всей красе, как говорится. Кажется, желание Ван У сотрудничать с Альянсом является уже делом решенным. Но тут многое зависит от Великоруссии, а значит, лично меня, ведь и мое слово, и соседское географическое положение, обуславливающее многие логистические трафики, являются теми инструментами давления, от которых просто так не отмахнуться. Конечно же, и Ван У это прекрасно понимает. И сейчас его тесное сотрудничество, если не со всем ОДН, а только Великоруссией в вопросах борьбы с «Меридианом» может стать той платой за выход на рынки Альянса. Вот об этом мне и стоит почаще напоминать!..» - прокрутила в голове в очередной раз свою давнюю установку на сотрудничество Покровская, прекрасно отдавая себе отчет, что слишком тесные отношения с Главой Сообщества могут не очень-то одобрительно быть встречены руководством ОДН.
- На большее и не рассчитываю!.. – широко улыбнулась радушная хозяйка и продолжила обслуживать за чаепитием важного гостя.

******

На выходе из пещеры, удачно укрытом от лишних глаз, а это могло относиться только к видеонаблюдению со стороны воздушных дронов,  густой растительностью стоял Волк и глубоко вздыхал в себя свежий воздух. На его лице блуждала едва заметная улыбка, которая почти всегда предвосхищала хороший куш «Лесному братству». Рядом с ним стоял Тесак, которого он вызвал наружу, и пытался сообразить, зачем главарь их банды захотел вдруг пообщаться тет-а-тет. Его физиономия, не отличающаяся особой сообразительностью, выражала полное непонимание, ведь атаман никогда прежде не советовался  ним, а лишь давал указания. Но сейчас все было ровно, и шайка просто оттягивалась в своей тайной берлоге, даже не помышляя в ближайшее время о налетах и грабежах.
- Давай-ка, брат…, отойдем с тобой в сторонку!.. – похлопывая по мощному плечу Тесака, произнес Волк и кивком головы указал в темноту поодаль.
- Конечно!.. – громила склонил голову и последовал буквально по пятам за атаманом в полной готовности услышать его возможное указание.
- Ты же помнишь, что наш… гость… полностью на твоем попечении? – хмыкнул главарь «Лесного братства».
- Ну, да!.. – продолжая пребывать в полном недоумении от происходящего, откликнулся верзила, смотря на визави сверху вниз из-за близости нахождения с ним.
- Скоро наступит развязка, и нам выкатят оставшуюся часть доли. Ясно?.. – Волк отступил на шаг назад, чтобы ему не приходилось задирать голову при разговоре.
- Ну, да!.. – снова согласился с главарем шайки амбал, продолжая ожидать, что основной причиной разговора станет что-то последующее.
- Ты рад, Тесак?.. – хмыкнул предводитель бандитов, скривив освещаемое полной луной на ясном небе лицо в усмешке.
- Ну, да!.. – на этот раз громила сопроводил свою недвусмысленную фразу улыбкой, больше похожей на оскал гиены.
- Хорошо!.. – Волк непроизвольно оглянулся по сторонам, как бы убеждаясь, что их слова никто больше не услышит, - У меня к тебе будет важное задание.
- Слушаю!.. – напрягся бандит, понимая, что сейчас и узнает, наконец-то, настоящую причину своего тайного разговора с Волком.
- Этот Лампур… не так прост, как может показаться, поэтому не своди с него глаз. Когда нам выплатят остаток бабла, то захотят…, скорее всего, забрать обратно его, - вожак пристально посмотрел прямо в глаза собеседнику.
- Ага!.. – кивнул головой Тесак и слегка пригнул голову, чтобы сравняться линией глаз с визави, как бы выражая таким способом свое уважение к его авторитету.
- Он слишком много видел… и знает!.. – в словах атамана послышались характерные металлические нотки.
- И что нам делать? – до сознания громилы начал доходить смысл разговора, и он неосознанно почесал затылок огромной пятерней.
- Мы не можем вернуть его… теплым. Это исключено!.. Понял? – Волк с раздутыми ноздрями громко вдохнул и выдохнул воздух.
- Мне его… это… кончить…, что ли нужно? – решил на всякий уточнить верзила, и так уже сообразивший, что дни подопечного в лагере «Братства» станут для него финишными и в жизни.
- Ты, как всегда…, все хватаешь на лету!.. – ухмыльнулся Волк.
- Как скажешь, босс!.. – после небольшой заминки кивнул головой Тесак, при этом почувствовав, что ему даже жалко этого бедолагу, который стал не по своей воли разменной монетой в борьбе за власть сильных мира сего.
- Надеюсь это не проблема?.. – главарь «Лесного братства» на каком-то интуитивном уровне, словно дикий хищник, почувствовал сомнения у Тесака, всегда с готовностью выполнявшего всю грязную работу, которой в их повседневной разбойничьей деятельности было предостаточно.
- Да-да, не проблема!.. – амбал преодолел секундную слабость и еще раз кивнул головой, - Если так надо, то… все сделаю!..
- Молодец!.. – сделав шаг навстречу могучему бандиту и похлопав его по плечу, похвалил Волк, - Жди, когда скажу тебе об этом.
Атаман, еще раз оглянувшись по сторонам, пошел в сторону пещеры, а Тесак уже неторопливой походкой последовал за ним.

******

За массивным овальным столом в Центральной башне Дворца собрались на Совет все Кортесы, кроме отсутствующего Франциско. Обычный состав впервые был столь малочисленным, ведь пустовало место монарха и Главы оборонного ведомства. И если последний убыл по делам Альянса с всеобщего согласия остальных представителей руководства даже в этот трагический для Королевства период, то отсутствие почившего Филиппа X многими воспринималось как кара небесная. И только самый старый в составе Совета Идрис помнил, как подобная ситуация возникла, когда умерла мать молодого Короля, который согласно Конституции должен был оказаться на Троне до взросления своих уже рожденных на тот момент дочерей. А потому на лице лишь Казначея можно было увидеть признаки спокойствия и уверенности, тогда как у остальных участников Совета не было и намека на готовность стабильного управления.
«Как же все они напряглись-то. Наверное, каждый сейчас будет выжидать, когда удобней всего нанести удар в спину. Да, расклад для многих уже ясен. Два лагеря, возглавляемые инфантами, за которыми стоят голоса Кортесов. Причем, по сути, все сводится к тому, что одни хотят процветания державы, а другие лишь собственного благополучия. И теперь в отсутствии Наследниц один лагерь возглавляет Кадони, представляющий принцессу Эланор, а второй я, благоволящий по большей части именно Фике. Вот только…, если Глава внешнеполитического ведомства стоит твердо на своих позициях, то мне приходится приспосабливаться под правила игры, которые мне предложила младшая из сестер. Остальные Кортесы еще что-то там выдумывают себе, но их голоса не представляют особой ценности. Ведь каждый из них является лишь тенью одного из трех главных – меня, Франциско и Кадони. Вот и получается, что….» - мысли в голове Казначея прервались из-за недвусмысленного покашливания Главы внешнеполитического ведомства, который буквально вперил в него свой пронзительный взгляд.
- Да, да, уважаемые Кортесы!.. – кивнув головой, произнес Идрис, в голосе которого можно было услышать траурные интонации, - Мы собрались здесь для того, чтобы выполнить не пустую формальность, но начать подготовку к выбору Наследницы. А для этого нам в первоочередном порядке следует определиться и с временным Поверенным. Эта должность прописана в Конституции, но никогда не была…, так сказать…, опробована на практике, так как не было прецедента. Но вот он случился, и мы вынуждены проголосовать за нее. Для тех, кто не знает, что это такое, я должен на правах старшего по статусу в прежнем составе…, то есть еще до избрания официального Главы Королевского Совета и…, собственно, государства… на переходный период… сказать….
Казначей специально сделал паузу, чтобы по мимике присутствующих понять, насколько они, вообще, готовы к своему выбору. Ведь при равенстве голосов, а это было возможно в случае выдвижения не его собственной кандидатуры, но того же отсутствующего сейчас Франциско, который, как и предполагал сам Идрис, оставил распоряжение своим голосом именно замещающему его в этом составе по доверенности наставнику инфанты Фике, сидящему в столь представительном обществе с поникшей головой, Совет становился заложником ситуации. Удивительно, но высший законодательный документ не предусматривал на такой случай никаких альтернатив. И это понятно, так как сама ситуация возникла в истории Королевства впервые. Куда уж было предусмотреть такой нюанс. И, конечно же, возможность подобного расклада могла предугадываться только такими опытными политиками, как сам Идрис и его оппонент Кадони.
Кинув беглый взгляд на потенциального противника в этом «противостоянии века», как окрестил про себя нынешнюю ситуацию сам Казначей, он увидел в его глазах не вполне ожидаемую неприязнь, но понимание. И это на мгновение смутило старика, который, хоть и заведомо принимал сторону худшей из сестер в моральном измерении, но все-таки надеялся сразу поднять забрало в схватке за временный высший титул власти в государстве.
- Хочу сразу предупредить, что кажущаяся формальность Наместника все-таки наделяет его руководящими полномочиями до коронации Наследницы, а потому прошу отнестись к этому вполне серьезно. На ближайшие полгода этот Кортес…, один из нас, станет утверждать протокол Совета и ставить собственную подпись под всеми государственными документами!.. – Идрис немигающим взглядом обвел всех присутствующих, после чего продолжил в своей обычной спокойной и рассудительной манере, несмотря на особую торжественность момента, - Какие кандидатуры вы, господа Кортесы… и те, кто их замещает…, предложите?..
- Думаю, что ваша… нас всех устроит!.. – с готовностью, словно только и ждал случая, чтобы первым выразить мнение, произнес Кадони, слегка улыбнувшись кончиками губ.
- Возможно, есть и другие предложения? – справившись с удивлением, что выразилось и в соответствующей интонации, спросил на всякий случай Казначей.
Возникшая тишина со стороны остальных членов Совета красноречиво свидетельствовала о том, что выбор устраивал все стороны, хоть и несколько обескуражил приверженцев инфанты Фике, которые явно приготовились к нешуточным баталиям уже на этой стадии противостояния.
- Тогда прошу проголосовать. Напомню, что сейчас эта процедура должна происходить в открытом виде, а потому достаточно поднятия руки!.. – огласил понятную формальность Идрис, окинув в очередной раз всех присутствующих.
Как и положено, процедура прошла достаточно быстро и без особых прений. Единогласное утверждение Советом Казначея в качестве Наместника, как оказалось, идеально устраивало всех. И даже Кадони, просчитав прочие исходы, пришел к выводу, что в данном случае он тоже остался в выигрыше, ведь лояльность даже в столь очевидной ситуации делала его, хоть и не сторонником Идриса, занимавшего противную сторону борьбы за Корону, но все-таки фигурой, способной к разумным компромиссам. И даже такое отношение к сложившейся ситуации могло при  определенных раскладах привести к достаточно контролируемым последствиям. Другими словами, небольшая уступка, а именно так это и было по сути своей, сейчас в последующем могла стать роковой при более выраженной неопределенности противостояния.
И, конечно же, все это правильно понял и сам Казначей, который принял данную снисходительность именно в качестве одолжения, которое должно иметь последствия. Он даже внимательно посмотрел на Кадони и, встретившись с ним глазами, прикрыл веки, как бы сигнализируя оппоненту о своей благодарности.
- Тогда, уважаемые члены Совета, я принимаю в качестве символа временной власти Наместника королевскую печать и с благодарность за оказанное доверие обещаю быть справедливым и ответственным правителем!.. – с этими словами Идрис поднялся со своего места и акцентировано кивнул всем присутствующим головой.
При этом он слегка наклонился всем туловищем и прижал правую руку к груди в области сердца, как бы давая невербальную клятву служить Престолу по совести и выражать свою волю исключительно в интересах Альянса.

******

В просторной столовой резиденции инфанты в Ньюфаундленде, стены которой, как и в Тронном зале Дворца, являющегося сердцем Альянса, были отделаны голубым мрамором, привезенным из Латинской Америки, за длинным столом сидела одна только принцесса Фике. За ее спиной в полной готовности выполнить любое желание стояли две горничные, на лицах которых просматривалось нечто похожее на подобострастие и страх оказаться в немилости госпожи.
Девушка монотонно резала ножом внушительный кусок мраморной говядины с кровью, стараясь сохранять спокойствие, но это давалось ей с большим трудом. Да, и как было не нервничать, если Франциско сообщал о полной неуязвимости Эланор, несмотря на, казалось бы, совершенную очевидность всех улик по делу об отгрузке вооружений с Кабо-Кабо и странной смерти Ковальски. И здесь было над чем поразмыслить, тем более что Совет, хоть и выбрал Наместником Идриса, но прошел при единогласном выборе всех Кортесов. И так как сама Фике ничего не могла понять в этом раскладе, то ей требовалось срочно обсудить все с Бельтраном, который почему-то задерживался на завтрак.
И вот когда инфанта уже готова была разразиться бранью на слуг, стоящих за ее спиной и боящихся без надобности напоминать о собственном присутствии, двери в столовую раскрылись, и в проеме появилась знакомая фигура Элиаса.
- Извините, ваше высочество!.. – зычным голосом произнес Наставник, понимая по выражению лица подопечной, что она находится не в самом благоприятном расположении духа, - Пришлось задержаться из-за срочной депеши от Кортеса Франциско. Не хотел откладывать эту новость до окончания трапезы.
- Правильно сделал, господин Бельтран!.. – глубоко вздохнув, ответила инфанта, отложив при этом столовые приборы и внимательно вглядываясь в выражение лица вошедшего седовласого мужчины, - Присаживайтесь, пожалуйста, и расскажите, что за новости нам сообщает этот олух.
- Как вы уже и знаете, госпожа…, Глава оборонного ведомства рекомендует нам не заострять внимание Совета на отгрузки вооружений из Кабо-Кабо, считая, что не все так очевидно, как нам хотелось бы. В связи с этим…. -  Элиас не притрагивался к столовым приборам по мере того, как в его тарелке появились яства из привычного утреннего рациона, потому что приготовился к активным обсуждениям новостей с венценосной подопечной.
- Это все мне уже известно! – громко перебила Бельтрана Фике, на лице которой появились явные следы негодования, а глаза блеснули тем самым гневом, который всегда выдавал в ней готовность к кардинальным действиям, - Что еще сообщил… госпо… подин Кортес?
- Франциско пишет, что вам желательно встретиться с сенатором из Великоруссии, которая может быть полезна не только в будущем, как представитель великой державы, входящей в ОДН, но и сейчас, когда… развернулась борьба за трон!.. – Наставник специально говорил в самой спокойной манере, прекрасно понимая, что его настроение способно усмирить и слишком эмоциональную принцессу.
- Как я понимаю, речь идет о госпоже Овчинниковой-Асфур…, сенаторе приближенной к Президенту Покровской еще с момента их совместной работы в посольстве Кабо-Кабо? – на всякий случай решила уточнить инфанта, снова беря в руки столовые приборы.
- Да, да, именно!.. – кивнул головой Элиас, - И она, как я понял из письма Франциско, может быть в курсе деталей смерти… нашего агента в порту… Ковальски.
- В курсе… или сама его и приговорила?! – недовольно хмыкнула Фике, - Эта женщина сущий дьявол. Если кого и следует бояться в Великоруссии, то уж точно… только ее. Иногда мне даже кажется, что Президент этой… северной и самой большой по территории страны мира находится в полной зависимости от нее.
- И как вы пришли к таким выводам, ваше высочество? – Наставник не столько интересовался данным фактом, сколько хотел лишь услышать вменяемые аргументы от ученицы, словно это был урок политической грамотности, а не серьезная беседа, затрагивающее само будущее Альянса.
- Это я поняла со слов… Филип… отца, который, несмотря на наши сложные отношения с Великороссией, все-таки поддерживал с некоторыми политиками личные связи, считая их полезными!..  – уклончиво ответила Фике.
Однако этого было достаточно, чтобы Бельтран довольно кивнул головой и приступил к трапезе, считая, что главная проблема с настроением принцессы уже решена, и теперь следовало продолжить беду в спокойном русле.
- Франциско считает, что…. – продолжил, было, в рассудительной манере Элиас, но был тут же прерван принцессой.
- Ему не следует ничего считать, а нужно тупо выполнять четкие наши указания, если хочет сохранить за собой свой пост в будущем! – громко заявила инфанта, голос которой эхом пронесся по просторной столовой замка.
- Конечно, ваше высочество!.. – кивнул головой Бельтран, продолжая ловко орудовать вилкой и ножом.
- И что еще важного он нам сообщил? – глубоко вздохнув, поинтересовалась Фике, с усилием поборов возмущение.
- Говорит, что готов окончить отгрузку в наш адрес, а про… инцидент лучше забыть, заключив сделку  с вашей сестрой, которая готова на разумный компромисс!.. – в учтивой, но довольно твердой форме высказался Наставник, тем самым выражая и собственное согласие с таким предложением.
- Эланор готова на сделку? – хмыкнула принцесса, недоверчиво покачивая головой, - Это что-то новенькое. И как только она опустилась до такого?..
- Думаю, что в этом нет ничего удивительного, ваше высочество!.. – решил прокомментировать предложение Главы оборонного ведомства Наставник, - Просто после кончины… нежданной вашего родителя, кажется, она очень сильно стала переживать. Вы же и сами знаете, как они были привязаны друг к другу. Я даже думаю, что она способна заключить с вами некий пакт о ненападении, что сейчас может быть только на руку.
- Если она столь глупа, то я могу пообещать все, что только угодно!.. – с усмешкой произнесла Фике, после чего добавила с явным пренебрежением в голосе, - Моя совестливая до малохольности сестрица совсем не глупая дурочка, но слишком сентиментальная. На этом стоит сыграть… при необходимости. А это недоразумение на островах Зеленого мыса мы спишем в обусловленные издержки. Ничья в Кабо-Кабо тоже может пойти в актив, если все правильно обставить на будущее. Не находите, Наставник?..
- Все именно так!.. – с улыбкой подтвердил Элиас, - Ведь вам предстоит обязательно встретиться с глазу на глаз с вашей сестрой перед выбором монарха на Трон, когда вы будете обсуждать будущее проигравшей стороны и заключать договор на перспективу. И тут без доверия с ее стороны не обойтись. К тому же…я бы не был столь скептически настроен по отношению к Камням Изабеллы Кастильской, про которые вам неоднократно рассказывал и Филипп X. С ними ваша Корона будет блистать и без поддержки ОДН, что очень пригодилось бы.
- Опять эти Камни!.. – пожав плечами, откликнулась инфанта, - Кажется моя «пра» много раз… бабка просто сбрендила, если считала себя обязанной Трону именно этим минералам. Да, наверное, они достаточно дорогие и могли бы украсить мою Корону на зависть всему миру, но не настолько, чтобы я по-настоящему озаботилась их поиском. И вам, Учитель, не надоело ли уже муссировать данную тему, словно я маленькая девочка, которой нужны сказки на ночь, чтобы приснился хороший сон?
- Как скажете, ваше высочество!.. – не стал спорить с подопечной Бельтран, сосредоточившись на завтраке, - Просто вам нужно на данном этапе контролировать ситуацию. А для этого сестра не должна видеть в вас безжалостного врага, способного сметать все на своем пути к трону.
- Это я понимаю!.. – хмыкнула принцесса, на лице которой появилась блуждающая улыбка, - Сделка – так сделка. Жаль, что Ковальски не справился с такой простой задачей. Теперь придется решать вопрос с Асфур, которая потребует в замен что-то и для себя.
- Ну, в ее лице, как ни крути, а лучше иметь друга, чем врага!.. – рассудительно заключил Бельтран, - Поэтому любые договоренности с ней нисколько не идут в разрез с вашими устремлениями о вступлении Альянса в общую структуру ОДН. Тут мне видятся одни лишь преимущества на перспективу.
- Стать марионеткой в руках этой жесткой женщины ты тоже считаешь преимуществом? – покачивая головой, спросила у собеседника инфанта.
- Не думаю, что это нужно трактовать именно так. Напомню, что великорусская сенатор имеет влияние, распространяющееся далеко за пределы ее страны. Иногда даже мне кажется, что она приближена к самой верхушке иерархии, только не на официальном уровне, а в тени. Но это для нас еще лучше!.. – в спокойной и рассудительной манере попробовал успокоить Фике Элиас.
- Еще лучше?! – с интересом посмотрела на визави принцесса, - И чем же?..
- Все просто, ваше величество, - убедительно произнес Бельтран, - так как в любой шахматной партии для окончательной победы потребуется использовать весь возможный потенциал из фигур на мировой политической доске. Не нужно принимать решение, исключительно исходя их кажущейся мощи отдельных личностей. Ведь любая комбинация подразумевает совокупность взаимодействия отдельных элементов сложного механизма. И нередко бывает…, складывается так, что не самые убедительные в начале партии аргументы в последствие становятся определяющими. Другими словами, не стоит торопиться, когда от шагов оппонентов могут пойти такие последствия, которые будут только нам на руку. К тому же не забывайте, что Великоруссия в настоящее время является единственным мостиком, который может нас связать и с Сообществом. А там, между прочим, можно выйти и на еще одну важную силу, которую обычно никто не учитывает всерьез. Я сейчас говорю о «Красном меридиане». Да, это террористы, но ведь и у них имеется мощный ресурс, который никогда не знаешь, как может пригодиться в будущем.
- Чтобы только я без вас делала?.. – задала очевидный в своей льстивой риторичности вопрос Фике, и ее лицо озарилось счастливой улыбкой.
- Думаю, ваше величество, что мы просто созданы друг для друга!.. – на лице Элиаса появилось то самое выражение, которое так нравилось принцессе, ведь оно отождествлялось для нее в первую очередь с готовностью совершать любую подлость, ради достижения поставленной цели.
- Тогда у нас нет выбора – Корона ждет меня, а вас кресло в Королевском Совете, мой Учитель!.. – принцесса тоже посмотрела на собеседника с аналогичной мимикой, свидетельствующей о желании приступить к активной фазе противостояния с сестрой.
- У меня нет сомнений, что все получится!.. – ухмыльнулся Бельтран, откинувшись на высокую спинку стула.

******

На песчаном берегу, обхватив обеими руками согнутые в коленях худые, но жилистые смуглые ноги, сидела Бонту и с немигающим взором всматривалась в горизонт. Девочка-подросток уже более часа ожидала в этом удаленном от лишних глаз месте, которое когда-то показал ей старший двоюродный брат в качестве их тайной локации для встреч на будущее, его появление. И, несмотря на то, что того до сих пор не было, у нее не возникло и толики сомнения насчет их встречи.
- Привет, сестренка!.. – веселым голосом произнес Гамба, незаметно приблизившись к малолетней и очень активной родственнице сзади и дотрагиваясь до ее плеча с выступающими ключицами.
- Привет! – радостно вскочила на ноги подросток и кинулась на шею неожиданно прибывшему молодому мужчине, - Ты всегда приходишь… вот так… незаметно.
- Это такая конспирация, Бонту!.. – нежно обнимая подростка с широко улыбкой на лице, проговорил Гамба.
- Здесь нет никого, я все проверила!.. – любуясь братом, тут же отреагировала девочка, отклонившись от лица, но не выпуская обеими руками его сильную шею.
- Ты молодец, моя гордячка!.. – Гамба поставил сестру на песок и кивком головы предложил ей удалиться за выступающее каменное ущелье, скрывающее этот участок дикого пляжа с той стороны, откуда он и сам только что пришел сюда.
- Тебе есть, что сказать моим… друзьям? – сразу же перешла к делу девчонка, - Нам очень-очень нужны твои… знакомые из «Красного меридиана»!..
Название международной террористической, как ее было принято называть во всех официальных мировых СМИ, организации Бонту произнесла с необыкновенным пиететом, словно речь шла не о подпольщиках, кои хорошо были известны на Кабо-Кабо еще со времен «Зеленого фронта», а о неких высших силах, способных уничтожить любую несправедливость на планете.
- Это не так уж и просто, моя торопыжка!.. – спокойно ответил старший брат, - Но кое-что мне все-таки есть тебе сказать.
- И что? – с нетерпением в голосе спросила подросток, которой очень хотелось быть полезной в том великом деле освобождения, которое она считала сейчас всем смыслом своей жизни.
- Ты так стараешься для своих новых друзей? – не без ревности поинтересовался Гамба, внимательно рассматривая девочку.
- И для них, и для всех… нас!.. – она удивленно вытаращилась на старшего брата.
- Ладно…, проехали!.. – хмыкнул молодой мужчина, отмахиваясь рукой, словно от наваждения и понимая, что сейчас не время для выяснения родственных отношений, особенно принимая во внимание их возрастную разницу, обязывающую именно его быть примером во всем.
- Говори, Гамба!.. – настойчиво потребовала подросток и, догнав его, на ходу заглянула прямо в лицо, - Ты же знаешь, как я не люблю ждать.
- Знаю, знаю…, конечно!.. – ухмыльнулся парень, автоматически огладываясь по сторонам.
Наконец, они обогнули небольшой скалистый мысок по валунам, окатывающимся ласковыми волнами, который спрятал их за своей отвесной стеной от любого любопытного взгляда на берегу и даже сверху. И все это произошло потому, что знаток этой местности, скрывающийся уже несколько месяцев от преследования полиции, затянул девочку в небольшую пещеру, вход в которую был практически невидим со стороны.
- Ого! – удивленно воскликнула Бонту, трогая руками влажные стены компактного подземелья, - А я и не знала, что здесь такое… есть.
- Никто не знает!.. – авторитетным тоном заявил Гамба и уселся на один из огромных камней с гладкой поверхностью, - Теперь можно и поговорить.
- Ты связался с «Красным меридианом»? – вновь задала свой главный вопрос младшая родственница и просто вылупилась на визави.
- И да, и нет!.. – покачивая головой ответил молодой мужчина, - Понимаешь, я оставил сообщение через своих людей, но пока не получил от них ответа. Могу сказать лишь с уверенностью, что со мной обязательно свяжутся, потому что на острове намечается… движуха, так что….
Гамба специально сделал паузу, чтобы его малолетняя, но достаточно сообразительная собеседница смогла переварить полученную информацию.
- Значит, я могу сказать… им…, - девочка кивнула головой в сторону выхода из пещеры, как бы намекая на своих новых друзей не из местных, - … что скоро с нами свяжутся… точно?..
- Можно и так сказать!.. – не стал разочаровывать сестренку Гамба, - Это все, что тебя…, то есть вас… интересует?..
- Нет! – с готовностью громко выкрикнула «гордячка», отчего ее голос несколько раз отразился эхом от каменных стен подземелья, несмотря на его небольшие размеры.
- Тише ты!.. – с усмешкой посмотрел на нее старший брат, - Что еще?..
- Ты же не знаешь еще!.. – сделала важное выражение лица Бонту, стараясь показать брату, что они за время его отсутствия тоже много чего успели сделать, - Мы ищем… древний храм… на острове. Только никто не знает, где именно он расположен…, но он точно здесь есть.
- Ну, об этом говорят старожилы, только…. – покачивая головой, произнес повстанец с именем мужественным «Воин», о чем никогда и не забывал.
- Ты не понял!.. – с нетерпением перебила собеседника подросток, - Мы теперь это точно знаем. Нашли каменный крест на дне моря…, я его достала… оттуда. И теперь нужно… найти, где он был раньше. Это точно храм.
- А знаешь!.. – задумчиво произнес Гамба, - Я ведь даже знал одного чудака, который все талдычил о том, что был в подземелье, где происходят чудеса. Он смешил всех своими рассказами, которым никто не верил.
- А почему не верили? – удивленно уставилась на брата девочка.
- Потому что он не мог показать это место, а только твердил, что оно его сначала поглотило, а потом… выбросило наружу. Но разве такое бывает?.. – покачивая головой, пояснил парень.
- Поглотило и… потом… выбросило…. – задумчиво повторила Бонту, в глазах которой появилась надежда.
- Вот именно!.. – перебил ее молодой мужчина, явно не особо доверяя подобной информации.
- А если он, и правда, был там?.. Ну, в этом древнем храме…, он же под землей… находится, поэтому его никто и не найдет!.. – в рассудительной манере произнесла подросток, - И как найти того… человека?
- Да, никак!.. – глубоко вздохнул Гамба, - Его схватила полиция, а потом он просто… исчез.
- Как это? – с непониманием в голосе и выражении лица спросила «гордячка».
- А так!.. – хмыкнул парень, - Родственники сказали, что к нему никого не пускали. Обычно так поступают, когда арестант умирает по какой-то причине, но потом один из… сбежавших из тюрьмы… случайно…, который знал его…, объяснил, как тот просто исчез из камеры… бесследно. Короче говоря, чудеса какие-то или… эта… магия… какая-то.
- Разве такое может быть?.. – недоверчиво восприняла слова визави подросток.
- Бывает или не бывает…, я не знаю. За что купил, за то и продал, как говорится!.. – пожимая плечами, проговорил без особого энтузиазма молодой человек, - Уж…, не пойму, как это может пригодиться, но передай эту историю своим знакомым.
- Хорошо!.. – девочка задумчиво почесала затылок, после чего с улыбкой посмотрела на родственника, - Я так соскучилась по тебе.
С этими словами она встала с камня, на котором сидела, и бросилась на шею брата. Это было так искренне и волнительно, что на глазах Гамбы появилась та влажность, которая и смущала его, и делала счастливым. Ведь он был ей вместо отца и нес ответственность за судьбу этого умного и деятельного подростка.

******

В гостиничной комнате, служившей Эланор рабочим кабинетом, было практически абсолютно тихо. Девушка, сидевшая перед компьютером, откинулась на спинку кресла и прикрыла верхние веки в задумчивости. Она пыталась понять, насколько ее сестра способна далеко зайти в своей попытке устранить все препятствия перед Троном. В других обстоятельствах старшая сестра, возможно, даже уступила бы ей это право, видя, как та просто горит в желании сделать мир лучше. Вот только все было абсолютно не так! Ведь принцесса прекрасно понимала, что вероломство младшей родственницы не только способно наделать много ужасного, а сейчас очень многое указывало, хоть и пока без стопроцентных доказательств, но только умозрительно, и на ее беспринципность, и на жестокость. Самым отвратительным было то, что она хотела лишить Альянс суверенитета, сделав его обычной провинцией ОДН, отдав во власть глобалистов все наследие Изабеллы Кастильской. А это было уже и вовсе нестерпимо, хотя и смерти отца она бы никогда и ни за что не смогла простить.
И вот сейчас ей, как Наследнице требовалось не только мужество и духовная твердость, но и обладание мудростью, которая смогла бы переломить всю ситуацию в свою пользу. Да, Фике не обладала превосходством в способности переиграть ее именно в качестве гроссмейстера, но за ней пошли многие члены Совета, плюс то,  что она совершенно пренебрегала какими бы то ни было моральными установками. А это делало ее, если и не сильней, то, по крайней мере, более свободной от ограничительных рамок дозволенного.
«Ладно, не время сетовать на судьбу, когда нужно действовать. Хорошо еще, что Штильхарт своим визитом к Ковальски спровоцировал некие силы зачистить это злачное место, а потому у Франциско не оказалось достаточных фактов для моей компрометации. Хотя нельзя ни отметить и тот факт, как ловко Фике переложила на мои плечи ответственность за поставки оружия. И вот уже мы снова в начальной точке противостояния, если не считать ее активного перетаскивания на свою сторону всех Кортесов. Но Кадони явно дал понять, что не собирается поддаваться панике и готов вместе со мной отстаивать интересы Альянса. По всей видимости, и Ноосфера благоволит нам, ведь самым чудесным образом сейчас на острове рядом оказалась и Дарья Раевская и доблестный швейцарец. Да и беглец из Убежища, хоть к нему и много осталось вопросов, может сыграть важную роль во всех раскладах на международной арене, а значит, и в судьбе Альянса!..» - с такими мыслями Эланор пребывала в полудремном состоянии.
Она старалась понять, за что следует взяться в первую очередь, чтобы не стать пассивной жертвой младшей сестры, и, возможно, еще довольно продолжительное время смогла бы рассуждать на эту тему, если не раздался настойчивый стук в дверь.
- Войдите, Капитан!.. – открыв глаза, громко произнесла инфанта, выпрямив спину.
- Извините, ваше высочество, но пришла срочная депеша!.. – проходя внутрь помещения, продемонстрировал большой прямоугольный конверт мужественный Начальник службы безопасности принцессы.
- Ты уже ознакомился с ее содержимым? – на всякий случай поинтересовалась Эланор.
- Так точно!.. – на военный манер отрапортовал Льовер, сопровождая ответ акцентированным кивком головы, - Как вы и распорядились на этот счет.
- И что там? – жестом руки девушка указала Капитану на то, чтобы он положил конверт на край стола.
- Это от вашего Наставника, ваше высочество!.. – мужчина сделал небольшую паузу, после чего продолжил в четкой последовательности излагать суть послания, - Господин Орлио сообщает, что Филипп X умер из-за отравленной пищи, принятой задолго до кончины. Опрошенные работники кухни и слуги ничего не смогли сообщить полезного, а одна горничная бесследно исчезла из Дворца. В сложившихся условиях можно считать, что расследование зашло в тупик. Ваш Учитель считает, что этой женщины уже нет в живых, как единственного свидетеля и непосредственного исполнителя. А это и без других доказательств указывает на людей из числа приверженцев вашей сестры.
Произнеся последние слова, Льовер замолчал, опустив голову, в ожидании реакции инфанты.
- Получается, что кроме подозрений у нас ничего, собственно, и нет!.. – глубоко вздохнув, резюмировала принцесса, - Но мы ведь и так не особо рассчитывали на то, что убийцу будет так просто поймать за руку. Бедный папа!..
Последнюю фразу Эланор произнесла с нескрываемой грустью, в которую мгновенно погрузилась с головой. Она даже не столько скорбела о безвременно погибшем родителе, сколько из-за коварства его младшей дочери, которую он, хоть никогда особо и не показывал этого на людях, по-своему любил. Да, его чаяния относились в основном к старшей Наследнице, в лице которой он видел умную и совестливую правительницу в будущем. Однако родительские чувства старался распределить обеим родным чадам поровну.
- Ваше высочество!.. – в голосе Капитана слышались нотки сострадания, несмотря на то, что в его несгибаемом облике чувствовалась полная готовность к любым ударам судьбы, - Еще господин Орлио сообщил, что вновь назначенный Наместник не очень-то доволен инфантой Фике, о чем доложил его доверенный человек из Ньюфаундленда.
- Ну, мне кажется, что сестра со всеми Кортесами умеет ладить!.. – с ухмылкой проговорила Эланор, - Даже при общности интересов ее коварство и вероломство, помноженные на снобизм и бесконечный эгоизм, способны в любом, казалось бы, сплоченном коллективе внести раздор.
- Этим и нужно воспользоваться!.. – с улыбкой заметил Льовер, - У Кортеса Идриса, кажется, не такая уж и великая лояльность с вашей сестрой.
- Только вот его устремлениями всегда были пути, ведущие Альянс в объятия ОДН, что я не могу допустить, а врать, как это всегда делала Фике, мне просто претит!.. – с сожалением сказала красивая брюнетка и на секунду задумалась, после чего протянула руку к принесенному Капитаном конверту и достала оттуда вложенное письмо.
Пробежав взглядом текст сообщения, Эланор посмотрела на стоящего с другой стороны стола Льовера и улыбнулась.
- Кажется, мы что-то упускаем из виду. Об этом пишет и мой Учитель!.. – покачивая головой, произнесла грудным голосом девушка, - Что-то связывает Идриса с Фике. И это не только склонность к общему внешнеполитическому курсу государства. Что-то личное должно быть. Да, Кортес многим кажется неуязвимым ни с точки зрения губительных привязанностей, ни из-за родственников, которыми так и не обзавелся, за что обычно можно ухватиться шантажисту, а именно этим средством любит пользоваться сестренка. Но тогда что? Господин Орлио намекает на то, что в молодости наш Казначей имел романтическую привязанность, о чем он доискался-таки в нашей домашней библиотеке, но информации об этом очень мало.
- Обычно, если сведения об описываемых свидетелями событиях скудны, то это говорит лишь об одном, ваше высочество!.. – решил поделиться с инфантой собственными наблюдениями Капитан.
- И о чем же? – с любопытством посмотрела на визави принцесса.
- Кто-то постарался вычистить все самое интересное!.. – с уверенным видом констатировал преданный Льовер, выдержав пристальный взгляд венценосной собеседницы, за которую готов отдать жизнь в любую секунду.
- А ведь, действительно, так! – с готовностью согласилась Эланор, кивнув головой, - Получается, что дефицит сведений о личной жизни молодого Идриса указывает не на ее скромность, которая тоже могла бы иметь конкретный вид и отличаться, хоть какими-то событиями, а именно об их целенаправленной корректировке. Как же вы, Капитан, точно подметили.
- И устранив эту связь, мы смогли бы, как минимум, избавить Наместника от его зависимости. – Льовер выдвинул вперед мощный подбородок и весь подтянулся, как бы свидетельствуя своей госпоже, что ждет только команды, чтобы сразу же кинуться в бой.
- Да, да!.. – задумчиво проговорила принцесса, - Значит, нужно обязательно посетить вотчину Идриса, где и кроется эта тайна. Не факт, что нам удастся выяснить что-то уж совсем конкретное, но даже сам факт того, что мы станем копать в эту сторону заставит нервничать Фике и ее приспешников. Отличная идея!..
Льовер с довольным видом стал переминаться с ноги на ногу, словно полковой конь перед сражением, что и отметила про себя инфанта, всегда ценившая преданность своего доблестного Капитана.
- У меня возникла идея, ваше высочество!.. – едва сдерживая нетерпение, высказался Льовер.
- Слушаю!.. – на лице инфанты появилась блуждающая улыбка, и она прищурила оба глаза в предвкушении чего-то на грани фола, что смогла прочитать по выражению лица своего начальника службы безопасности.
- Давайте…, пошлем доверенного человека в Дом Идриса… срочно! У меня и кандидатура достойная есть для такого… деликатного дела!.. – уверенным тоном произнес Капитан, продолжая переминаться с ноги на ногу.
- И кто же он? – решила уточнить Эланор, и так прекрасно понимая, что Льовер полностью отдает отчет о важности и сложности задания, которое должно выполняться в условиях строжайшей конфиденциальности.
- Мой сводный брат…, младший…, лейтенант Калисто!.. Я ему доверяю, как самому себе. Он умный и очень преданный, а еще шустрый и обладающий свойством не бросаться в глаза, даже когда не пытается прятаться!.. – решил дать, хоть и краткую, но неформальную аттестацию своему протеже Капитан.
- Ну, тогда ему можно довериться, - с улыбкой кивнула головой принцесса.
- Приступаю прямо сейчас, ваше высочество!.. – Льовер широко улыбнулся и стал пятиться к двери из кабинета.
- Удачи!.. – перекрестив в воздухе, благословила Капитана на важное поручение Эланор.
Льовер с самым серьезным видом коротко и акцентировано опустил мощный подбородок, после чего скрылся за дверью, аккуратно прикрыв ее за собой.

******

С наступлением густых сумерек и дождавшись из укрытия по времени начала смены караула, Ася и ее товарищи бесшумно приблизились к ограждению военной базы, которое уже прекрасно знали до мельчайших подробностей.
- И все-таки мне бы не хотелось тебя отпускать одну!.. – в очередной раз обратился к Покровской-младшей Янь, - Может, передумаешь, и мы все вместе ломанемся туда.
- Перестань!.. – нахмурив брови, проговорила русоволосая девушка, бросив взгляд на высокий забор, - Мишель и его… сопровождение ждут вас в условленном месте. Не будем же менять в последний момент наш прекрасный план. А меня точно не станут ждать в другой точке… пока не выяснится, что среди прибывших не достает одного человека.
- Но тебя могут просто подстрелить охранники!.. – встал на сторону китайца и Лео, - И что тогда будет толку от всей нашей затеи.
- Тише!.. – приложила к губам указательный палец Анастасия, - У нас нет другого варианта. У них уже Сердар и Голицын, а скоро окажетесь и вы оба. У меня же есть все нужные коды и схема базы. Я прекрасно ориентируюсь в темноте и способна взломать любые запорные устройства и охранную сигнализацию в бункере, где находится пульт управления «Покровом». Или мы справимся, или это уже станет неважно.
- Ты же не думаешь, что нас не тронут и второй раз из-за того, что ты дочь Президента Великоруссии? – с усмешкой поговорил Янь, внимательно всматриваясь в темноту.
- Не говори ерунду!.. – обиженно отреагировала Ася, взглядом уставившись на Моргана, и как бы прося того оказать ей услугу в качестве третейского судьи.
- Ладно!.. – похлопывая по плечу китайца, с ухмылкой на лице произнес пилот, - Если она так решила, то уже даже ее статусная родительница не собьют с толку.
- Блин, опять!.. – пихнула кулачком в бок Лео девушка, - Перестаньте уже доставать меня и просто идите в назначенную Мишелем точку. У меня будет четверть часа на все, так что сверим часы.
- Не знал я, что ты такая упертая!.. – уже совершенно беззлобно высказался китаец, всматриваясь в циферблат собственных наручных часов.
- А я не знала, что вы окажетесь такими занудами!.. – парировала Покровская-младшая, жестом руки предлагая Лео и Яню направиться в сторону ближайшего блокпоста, где согласно легенде, подсунутой через Мишеля великорусским сенатором, их должен был встретить подкупленный «Красным меридианом» человек из состава боевиков Корпуса.
Он бы и пропустил незаметно внутрь военной базы во время пересменки.
- Ну, благослови нас Ноосфера!.. – на свой манер обратился к небесам пилот, явно подбадривая таким способом и себя, и китайца, стоящего позади него.
- Удачи!.. – хмыкнула девушка и одновременно с молодыми людьми отправилась из укрытия в другом направлении.

******

Войдя в свой кабинет в самой дальней башне Дворца, Идрис сразу же почувствовал тяжесть в ногах и поспешил сесть в свое любимое ортопедическое кресло. Да, прошедший день в качестве Наместника заставил его не только приступить к дополнительным обязанностям, но и проделать немало шагов по коридорам главной Королевской резиденции, подготавливаясь к массе предстоящих мероприятий. А это были многочисленные аудиенции и выступления, связанные и с похоронами Филиппа X, и с принятием послов в Тронном зале, и даже встречей с аккредитованными журналистами, освещающими на весь мир происходящее в Альянсе. И вот сейчас главный из Кортесов Совета мог спокойно проанализировать последние события на своей личной территории, где он чувствовал себя наиболее уверенно.
Тяжелые икры и лодыжки практически не чувствовали себя, лишь отзываясь тупой болью. А ведь Идрис ни минуты за весь день не посвятил своим прямым обязанностям Казначея, что привело его в ужас, когда он это осознал со всей очевидностью.
«Да, сутки не резиновые, а время бывает дороже самих денег!.. – прокрутил в голове привычную поговорку Наместник, - Неужели сейчас каждый день станет для меня таким испытанием? И зачем только люди так стремятся к власти, словно это по большей мере не обязанности, а именно привилегии! Правильно говорят, что тщеславие – это тяжкий грех. И где только носит Рафуса?!»
Последняя мысленная фраза Идриса окончила его погружение в рассуждения о новых жизненных смыслах, так как раздавшийся характерный стук в дверь возвестил о просьбе секретаря попасть внутрь помещения своего господина.
- Входи уже быстрее!.. – громким, но хриплым из-за многочисленных вербальных практик, произошедших за день, голосом проговорил Наместник и уставился на разверзнувшийся дверной проем.
- Господин!.. – втиснувшись только ему постижимым образом, словно тягучая жидкость в порожний сосуд, в кабинет Идриса и беззвучно прикрыв за собой тяжелую дубовую дверь, сразу же перешел к делу секретарь, - У меня для вас есть важное сообщение.
- Кто бы сомневался!.. – как-то по-стариковски проворчал хозяин кабинета и уставился бесцветными глазами на помощника, - Говори уже.
- Инфанта Фике через своего Наставника… и… меня передает вам…, что желает услышать подтверждение договоренностей!.. – вопросительно уставился на Идриса его подопечный.
- И как только она смеет так нагло себя вести?! – не выдержав сокрытия неприязни от столь откровенной угрозы, взвился на месте Кортес, - Это просто неслыханно.
- Господин, мне показалось, что принцесса не просто предупреждает вас, но и… - в голосе секретаря послышалось негодование, смешанное с неподдельным страхом, - … по-настоящему желает запугать!..
- Рафус!.. – Казначей внимательно посмотрел на секретаря, - Тебе не стоит говорить мне столь неуважительные и… неприятные слуху вещи. Если ты не заметил, то сейчас именно я являюсь Наместником, а инфанта Фике всего лишь претендует на Престол.
- Так точно, мой господин!.. – более спокойно произнес помощник, и на его лице появилось подобие уверенности.
- Подготовь мне на подпись письмо о нашей… нерушимой дружбе с принцессой, которое я скреплю печатью… Главы Альянса, - хмыкнул Казначей и с широкой улыбкой воззрился на секретаря.
При этом в его глазах не было и намека на радость или благодушие.
- Разве вы не сами…, своей рукой должны писать подобные… депеши, ваше превосходительство?.. – растерянно спросил Рафус, во взгляде которого читалось полнейшее негодование.
- Не волнуйся, голубчик!.. – с ухмылкой сказал Идрис, покачивая головой, - Инфанта все хорошо поймет. Ведь в этом послании главный смысл будет заложен не в написанных словах, а именно в печати, как символе власти в государстве. Пусть и временной, но все-таки пока находящейся в мои руках!..
- Понятно!.. – склонил голову помощник, - Тогда и удалюсь к себе, что бы подготовить… ваш… ответ?..
- Конечно!.. – откинувшись на спинку кресла, согласился хозяин кабинета и снова прикрыл верхние веки в задумчивости, тем самым давая понять собеседнику, что их разговор окончен.
Рафус по инерции еще пару секунд постоял на месте, после чего практически беззвучно покинул помещение, аккуратно прикрыв за собой массивную дверь.

******

Приятный послеобеденный бриз обдувал лицо и шевелил распущенные волосы Дарьи, стоящей на верхней палубе возле леера и любующейся открывающимися ей живописными пейзажами на прибрежной полосе острова, вдоль которого двигалась с надутыми парусами яхта.
- Кажется, сам Посейдон благоволит нам все время, что мы вышли в море!.. – приблизился к Раевской Штильхарт.
- Ну, да!.. – согласилась с улыбкой девушка, - Еще бы понять, где находится храм, и тогда….
- А я тоже знаю, кто такой Посейдон!.. – не дала закончить фразу Дарье подошедшая Бонту.
Подросток явно не хотела отпускать подальше от себя швейцарца и, словно приклеенная, следовала везде за ним. И особенно это бросалось в глаза в компании с Раевской, как будто именно в ее лице кареглазая девчонка видела романтическую опасность.
«А ведь она, и правда, ревнует Штильхарта ко мне!.. – с еле скрываемой улыбкой подумала про себя Раевская, стараясь не встречаться с местной жительницей Кабо-Кабо глазами, - Действительно, этот мужественный швейцарец каким-то магическим образом воздействует на женские сердца, невзирая даже на столь юный возраст!..»
- Ого!.. – Флориан с интересом посмотрел в сторону Бонту, - И кто же это у нас?
- Это один из трех главных богов… древнегреческих. Он владыка морской стихии!.. – авторитетным голосом произнесла девчонка и победно посмотрела сначала на Раевскую, в которой хотела увидеть удивление, а потом и самого «сердцееда», с довольным видом потирающим свой мощный подбородок тыльной стороной ладони.
- Ну, тогда ты знаешь и  то, что дворец царя морского находится на самом дне, а когда он осматривает свои владения, то скачет на колеснице, запряженной белоснежными конями!.. – самым доброжелательным тоном стала развивать тему Дарья, стараясь не смотреть в сторону Штильхарта.
- Это всем известно!.. – пробурчала подросток, но увидев, что Раевская не обращает внимания на швейцарца, перестала хмурить брови и озарилась светлой улыбкой, продолжив в более непринужденной манере, - А еще у него есть трезубец…, которым он может вызвать бурю.
- Ты молодец, «гордячка»!.. – похвалил девчонку Флориан и погладил ее по плечу, отчего та стала еще больше светиться радостью, - Значит, Посейдон благоволит нам всем и особенно тебе.
- Почему это?.. – удивленно посмотрела на швейцарца Бонту, - Особенно… мне?..
- Потому что ты нашла крест на дне, а морской владыка не очень-то любит, когда забирают у него богатства. Ведь то, что оказалось в его океанских владениях, по праву становится собственностью самого царя!.. – не стала отмалчиваться Раевская, с милой улыбкой смотря на девочку.
- Ну, да!.. – вынуждена была согласиться подросток, бросив взгляд на Флориана, задумчиво смотрящего на берег.
- А если мы никогда не найдем этот… храм?.. – вдруг с грустью в голосе поинтересовалась Бонту, взяв за руку швейцарца, в словах которого явно хотела обрести и собственную уверенность.
- Как это… не найдем?! – хмыкнул Флориан и с широкой улыбкой посмотрел в ясные глаза подростка, - Ты же сама сказала, что брат рассказывал тебе о мужчине, который был там…, только потом пропал… без вести. Может даже, он опять вернулся в древнее святилище, ведь не человек туда попадает, а оно само его туда забирает. В этом-то и состоит весь фокус, «гордячка».
- А еще мы знаем, как подобраться к нему ближе!.. – решила добавить Раевская, кивнув головой собеседникам и направившись к стоящему на корме Кирсанову, который пытался поправить вертлюг недавно вытравленной якорной цепи, - Пойду, пообщаюсь с тем, кто в этом, кажется, больше нас разбирается.
Дарья вдоль борта двинулась к Андрею, время от времени придерживаясь за леерное ограждение вдоль борта. А Бонту со счастливым видом тут же переключилась на Штильхарта, обрадовавшись возможности остаться с ним наедине.
- Ну, как тебе морское дело, Андрей? Осваиваешь, как посмотрю!.. – в глазах Дарьи светилась неподдельная радость.
- Потихоньку…, полегоньку!.. – ответил приветливой улыбкой девушке Кирсанов, продолжая заниматься своим делом.
- Тебе не кажется, что на острове уже не осталось мест, которые мы бы не осмотрели и с суши, и с воды?.. -  спросила скорее для поддержания разговора Раевская, которая ни на секунду не сомневалась в том, что они все делают правильно.
- Не совсем!.. – наморщив лоб, ответил великорус, - Мы ведь не можем осмотреть портовые терминалы… внимательно… даже с моря. Там режимный объект, и нам не позволят власти. Кажется, после того, как случилась вся эта… история с поставками оружия в Альянс и не очень-то понятной смертью… Ковальски, охрана стала еще… суровее. Прошлый раз морской патруль еще за пару миль до складов потребовал нам изменить курс.
- А что тебе подсказывает… твоя интуиция? – решила напрямую спросить соотечественница.
- Хм!.. Так она пока…, можно сказать, молчит, - Сейчас остается рассчитывать лишь на логику, а по этой части у тебя… лучше получится, госпожа профессор.
- Не профессор, а доцент!.. – с улыбкой поправила визави молодая женщина, задержав на нем лучистый взгляд своих бездонных глаз цвета морской волны, - Но как мне подсказывает мой…, пусть это будет академический опыт доискивающегося до скрытой истины исследователя, никогда нельзя доверяться лишь мыслительному аппарату. Все самые прорывные открытия совершались ведущими мировыми изобретателями…, светилами в состоянии некоего, можно сказать, умопомрачения или…, наоборот, умопросветления, когда приходит озарение свыше.
- Значит, интуиция и связь с Ноосферой – это и есть самый правильный научный подход?.. – решил пошутить в свойственной ему манере Кирсанов.
- Можно и так сказать!.. – согласно кивнула головой Дарья, после чего продолжила говорить грудным голосом, словно рассуждая вслух, - Я столько думала над словами Бонту, когда она сказала, что древний храм способен сам поглотить человека. И мне на ум приходит лишь портал. Тем более что и в нашем Институте мы пользуемся такими логистическими возможностями, связанными с формированием мощных энергетических полей. Получается, что нам нужен электромагнитный след или….
Раевская специально сделала паузу в рассуждениях, чтобы убедиться, что Андрей внимательно следит за ходом ее мыслей.
- Или? – тут же переспросил Кирсанов, полностью оторвавшись от якорной цепи с вертлюгом и сосредоточив взгляд на глазах собеседницы, вовсе не считая столь пристальное внимание чем-то не совсем приличным.
- Именно!.. – улыбнулась Дарья и, неосознанно выгнув спину, ощутив, как по позвоночному столбу пробежала электрическая волна возбуждения.
«Как он на меня посмотрел!.. От такого взгляда можно свалиться за борт из-за головокружения… и прочих романических симптомов. Неужели, это я так соскучилась по Родине в лице соотечественника?..» - пронеслось в голове Раевской, которая экстренно пыталась взять себя в руки.
И хорошо, что Кирсанов пребывал в своем преимущественно созерцательно-рассеянном настроении, потому что, обрати он внимание на симпатичную молодую женщину с порозовевшими верхними скулами и затуманенным, словно «тургеневская барышня» из великорусской классической литературы, взором, то мог бы и выкинуть что-нибудь не совсем адекватное, учитывая его еще не совсем восстановившуюся психику. А так Дарья лишь отметила про себя, как в совершенно неконтролируемом формате, что, собственно, ей было несвойственно, приходила в волнительное состояние, когда оказывалась рядом со своим привлекательным соотечественником.
 - Ну, да!.. – с большим трудом усмирив внутри себя разбушевавшуюся вдруг чувственность, проговорила внезапно охрипшим голосом девушка, - Или… нам придется надеяться на синхронизацию… кого-то из нас с этими самыми полями, когда древний… храм сам… захочет нас пустить в свои недра.
- Флориан считает, что именно меня из-за долго нахождения в подземелье… поглотит капище!.. – хмыкнул Андрей, - Вы… ты… тоже так считаешь?..
- Трудно сказать!.. - глубоко вздохнув полной грудью, ответила Раевская, бросив на мощную фигуру бывшего великорусского разведчика быстрый взгляд, - Возможно, все так и будет. Но даже при твоем обнаружении портала, окажись мы рядом, а так и будет…, конечно же, мы станем такими же соучастниками… погружения.
- Погружения?.. – эхом откликнулся Кирсанов и посмотрел на открытое лицо собеседницы, - Как это?
- Ну, я имею в виду…, что реальность нас всех вместе погрузит в ту сферу безвременья, где все восприятия трансформируются в нечто совершенно необычное, словно мир превратится из трехмерного…формата  в более многомерную параллельность!.. – в голосе Дарьи послышались нотки назидательности, словно у лектора за кафедрой, на которые среагировал и Кирсанов.
- Ты так говоришь уверенно, как будто уже знаешь наверняка!.. – с удивлением посмотрел на собеседницу Андрей.
- Ну, я же пользовалась порталом…, и…, можно сказать, что по полученному… послевкусию могу предположить, какие процессы могли бы ему предшествовать, хоть и пребывала в подсознательной интерпретации трансформации, - слишком витиевато выразилась Раевская и тут же, осознав это, смутилась, что выразилось в очередном покраснении ее верхних скул.
- А попроще?.. – улыбнулся молодой человек, понимая, что политический этнограф стала изъясняться на академическом уровне, что не слишком уж соответствовало приятельской беседе.
- Другими словами, - голос Дарьи предательски сел, и она сделала небольшую паузу, справляясь с очередным приступом волнения, после чего продолжила, более или менее, уверенным тоном, - нас ожидает удивительное посещение мира с измененной реальностью. Надеюсь, мы выдержим эти… перегрузки сознания, ведь у нас и другого выбора сейчас нет.
- Ясно, - как-то совсем буднично согласился Андрей, кивнув головой, - еще бы понять, где искать, хотя бы приблизительно. Не могу поверить, что мы…, может быть, прямо сейчас находимся рядом… и совершено ничего не ощущаем.
- Предлагаю применить научный подход…, то есть попробовать выявить точную локацию методом исключения!.. – симпатичная девушка бросила взгляд назад, где увлеченно беседовали Флориан и Бонту, - Это ведь не сложно.
- Ну, да, - пожал плечами великорус, - тогда остается в первую очередь береговая черта, примыкающая к портовой акватории. Но там склады с разного рода военной техникой, что мало сочетается с понятием храмовый комплекс.
- Однако ты забываешь, что это лишь сейчас на этом месте возвели терминал для погрузки, а раньше-то там не было ничего подобного, хотя бы по причине технического прогресса той поры!.. – настойчиво воскликнула Раевская, твердо воззрившись на визави.
- Но ведь ты сама говорила про все эти полевые… структуры…, и поэтому не совсем понятно, как само… место приняло этих уродов, которые сейчас оккупировали ту местность!.. – с непониманием покачал головой Андрей.
- Может быть, для древнего храма, являющегося для планеты чем-то вроде колыбели цивилизации или глобального стабилизатора макрокосма, сейчас важнее не гармонизация с прилегающими объектами, а именно скрытность?.. – как бы саму себя спросила Дарья.
При этом она сопровождала свои слова характерными жестами в сторону видневшейся вдали полоски берега с портовой инфраструктурой, из которой особенно выделялись высотные башенные краны, предназначенные для погрузки на сухогрузы тяжелой техники.
- Тогда дело за малым – нужно пробраться туда… незаметно… и ночью!.. – пожал мощными плечами молодой человек, в голосе которого послышались увлеченные нотки.
- А сейчас можно и покупаться!.. – задорным тоном произнесла Раевская, сама удивившись своему неожиданному желанию оказаться в обществе понравившегося ей симпатичного соотечественника в одном купальнике, который она тщательно выбирала перед импровизированным круизом специально для такого случая.

******

За довольно большим деревянным столом из карельской березы, инкрустированным бронзовыми вставками на углах столешницы и ножках, в своем кабинете, расположенном в дальней башне Сенатского Дворца, построенного специально для членов Верхней палаты парламента в непосредственной близости от резиденции Президента, со скучающим видом перебирала документы Александра Асфур. Она уже давно не занималась бумажными завалами на своем рабочем месте, а потому решила именно сейчас, когда на несколько дней можно было задержаться в Роси, ликвидировать этот документальный бум, в основном связанный даже не с законодательной работой, а разбором обращений начинающих стартапов, связанных с экологической повесткой, которые и курировала.
- И кому только все это нужно!.. – с ухмылкой проговорила себе под нос сенатор Овчинникова-Асфур, отправляя очередную  пачку бумаг в корзину для мусора, - Зачем заниматься изобретением велосипеда, если уже все это есть у других?.. В конце концов, я же не Треверс, который из любой ерунды мог сколотить капитал. Жаль, что его пришлось… списать в расход. Иногда мне не хватает тех шумных вечеринок и стремления заработать все деньги мира, словно это…, вообще, возможно.
Сенатор с безразличным видом посмотрела на оставшуюся внушительную пачку деловых бумаг и уже потянулась рукой за ней с тем, чтобы решительным движением смахнуть их все вслед за предшественниками в мусор, как практически перед ней возникло довольно внушительное туманное облако. Оно издавало характерное для области наэлектризованного воздуха потрескивание, а потом, словно выходя из параллельного пространства, и буквально выплюнуло из своих недр знакомую фигуру Ректора.
- Привет, сенатор!.. – с самым непринужденным видом произнес Воротынцев, изобразив на лице подобие улыбки-оскала.
- Добрый… вечер!.. – с ухмылкой рассматривала нежданного визитера эффектная женщина, покачивая головой, - Уж…, кого-кого, но вас… сейчас и… здесь я точно не ожидала увидеть!..
- На то и весь расчет!.. – парировал сухощавый мужчина с гладко выбритым черепом, без приглашения усаживаясь на кресло напротив хозяйки кабинета.
- Значит, что-то случилось? – вопросительно посмотрела на мужчину сенатор, - Или просто соскучились?..
Последнюю вопросительную часть фразы Александра намеренно произнесла с особым акцентом, явно пытаясь придать своей интонации толику скепсиса.
- Ваш тонкий юмор, сенатор, всегда приводит меня в восторг!.. – хмыкнул Ректор, после чего продолжил скрипучим голосом, - Хотел узнать, как продвигаются дела в поиске нашего беглеца. Вы ведь следите за Покровской-младшей и считаете, что она способна выполнить сама всю грязную работу. Несколько опрометчиво…, на мой взгляд, но ничего…, если будет результат.
- Я контролирую дочь Президента!.. – спокойно проговорила сенатор, - Но не думаю, что это наша основная задача. И если вы решили меня очаровать своим нечаянным визитом, то смею предположить, что это связано с чем-то более срочным, чем этот… Кирс-101.
- Да, вы всегда меня умели… чувствовать, дорогая!.. – на лице Воротынцева снова появилась его плотоядная улыбка, растягивающая до предела и так всегда синюшного цвета тонкие губы-ниточки, которая превращала его физиономию, покрытую землистого оттенка кожей в подобие старинного пергамента с мелкими морщинками, красноречиво свидетельствующими о не самом молодом возрасте носителя.
- Неужели, ваш Институт нашел замену вытяжке, и Убежище перестало быть актуальным? – скорее в качестве стеба, чем серьезно проговорила Асфур, откинувшись всем телом на высокую спинку удобного кресла.
- Хоть мне и жаль, что этого пока не произошло, но все-таки в очередной раз вы доказали, как четко чувствуете направление моих мыслей. Да, черт возьми!.. – перешел на более громкие интонации Ректор, - Все дело в этих Камнях, тайна которых теперь уже и не является таковой, после известного… инцидента с изумрудом.
- Об утечке не волнуйтесь, я все зачистила, а Раевская не дура… и не станет вякать. Ее след, кстати, мне тоже будет полезен, так как она одержима профессором Ренато Алькасаром и поможет в поисках этих Камней. Уж если действовать разумно, то можно не торопиться!.. – высказала собственное мнение Александра и остановила взгляд на лице визави.
- Могу предложить помощь!.. – проскрипел Ректор и, покачивая головой, глубоко вздохнул, - В моем альма-матер, как тебе известно, есть и специально выведенные ищейки. Чего только стоят близняшки-вампиры или последняя модель репликантов.
- Эти биологические игрушки мне не совсем по душе!.. – фыркнула Асфур, - У них слишком низкий уровень интеллекта, а потому велика вероятность ошибки и….
- Никаких… «и», дорогая сенатор!.. – вставая с кресла, громко возмутился Воротынцев, перебивая собеседницу, - Уровень их допуска к информационному полю и способность анализировать базы данных вполне соответствуют поставленным задачам. Им не нужно ничего изобретать, а лишь использовать имеющиеся ведения для выполнения моих команд.
- Если у нас нет лимита времени и угроз утечки конфиденциальных сведений, то я бы предпочла все делать по старинке. К тому же сейчас в нашем фокусе события в Альянсе, что никак не вяжется с новинками ваших разработок под эгидой Института. Кстати…, всегда хотела вас спросить!.. Зачем вам все эти эксперименты с биоматериалом, я сейчас про… новые формы жизни с повышенными физиологическими способностями, если все равно ставку делаете на Камни и обретение контроля на всей планете исключительно за счет магии? – в интонации хозяйки кабинета послышалась нескрываемая заинтересованность.
- Одно другому не мешает!.. – отмахнулся рукой Ректор, прекрасно понимая столь ревнивое отношение сенатора к тем же школьницам-близнецам, которых считал своей гордостью.
- Как скажете!.. – сенатор моментально изменилась в лице, а голосе появились нотки искусственного безразличия, - Но касательно Кирса-101 и поисков Камней прошу не привлекать всю эту нечисть.
- Надеюсь, ты переменишь свое мнение, когда увидишь их в деле. К тому же сами близняшки совсем не навязчивы и могут быть очень полезны. При твоем одобрении я могу переподчинить их исключительно тебе. Подумай!.. – с этими словами Ректор буквально растворился в воздухе, словно туман под яркими солнечными лучами на открытой местности.
- Отлично!.. Я тоже люблю уходить по-английски!.. – усмехнулась Асфур и с усилием отправила документы на краю стола в стоящую на полу мусорную корзину.

******

- Сюда, сюда!.. – осипший голос Голицына, раздавшийся откуда-то из темноты, привлек внимание Яня и Лео, которые передвигались по территории военной базы короткими перебежками, оглядываясь вокруг.
- Да, да, идем!.. – тихо откликнулся впереди идущий китаец, который на удивление прекрасно ориентировался почти в кромешной темноте.
А уже через несколько секунд после того, как агент «Красного меридиана» и пилот приблизились к тяжело дышащему Мишелю, жестом руки показавшему товарищам нечто похожее на то, что все идет по плану, с вершины рядом стоящей мачты на них обрушился мощный поток света прожектора.
- А вот и наши пропавшие… террористы!.. – почти одновременно со включенным источником яркого света раздался шипящий и оттого еще более зловещий голос Охотницы, которая оказалась стоящей у самого основания мощной металлической конструкции.
Александра была одета в облегающий кожаный комбинезон, отчетливо подчеркивающий ее спортивную фигуру. А с учетом появившихся, словно из пустоты, нескольких бойцов в камуфляжной форме, держащих короткоствольные автоматы наизготовку, ситуация и вовсе показалась какой-то намеренно постановочной.
- Значит, решил нас предать, урод! – возмущенно воскликнул Морган, моментально оценив обстановку.
- И как только таких… гадов земля носит!.. – вторил товарищу Янь, зло сверкая карими глазами.
- Я ничего не смог сделать!.. – тихим голосом попытался оправдаться Голицын, словно в этих словах скрывалось нечто такое, что помогло бы ему избежать предательства.
- Нечего тут разговоры разговаривать!.. – с усмешкой осмотрела попавших в засаду пилота и китайца Асфур, - Недолго, однако, пришлось вам убегать от нас по лесам, голубчики. Только мне не совсем понятно, куда делась ваша главарь Покровская-младшая. Неужели, разошлись во взглядах на политическую повестку, и девица бросила вас?.. Или она где-то тут поблизости… прячется?
- Разошлись!.. – поспешил ответить на поставленный вопрос Морган, хоть и не верил сам такому простому объяснению отсутствия Аси, которое сможет принять сенатор, выступающая в данном случае основным их противником.
- Если кому-то еще не совсем понятно, то я могу объяснить последний раз…, - продолжая говорить в «шелестящей» манере, наводящей настоящий ужас не только на пленников, но даже стоящих рядом бойцов из ее военного сопровождения, произнесла Овчинникова-Асфур, - … что со мной всегда следует… говорить правду. Иначе, даже сама смерть покажется венцом благости в ваших никчемных жизнях.
- Это правда!.. – набравшись смелости, воскликнул китаец, с трудом выдерживая прямой взгляд с Охотницей.
- Что ж!.. – приблизилась вплотную к Яню, ухмыльнулась женщина в кожаном комбинезоне, - Это мы выясним очень скоро, а пока следуйте за мной.
С этими словами Асфур энергичным шагом направилась к освещенному трехэтажному зданию, которое служило и штабом командования, и казармами для подразделения охраны данного секретного военного объекта.
«Если Ася сейчас не доберется до «Покрова», то эта страшная женщина нас точно не просто убьет, а еще и надругается как настоящая маньячка. В ее глазах нет и намека на понимание и сострадание, а нас она, скорее всего, уже считает мертвецами. И без разницы, что мы скажем, потому что даже для вербовки мы ей не нужны!..» - пронеслось в голове Моргана, следующего последним из их группы со связанными сзади руками.
А уже через пару минут Охотница затолкнула всех троих узников в бетонный мешок, явно служащий камерой для пыток на первом этаже, так как весь пол и стены были в бурых отметинах, еще источавших характерный металлический запах со сладким привкусом.
- У вас есть некоторое время…, пока я буду занята поисками вашей подруги!.. – хмыкнула Асфур, после чего с грохотом закрыла мощную бронированную переборку с внешней стороны.
- Не купилась!.. – с сожалением первым подал голос Янь, - Надеюсь, Ася уже добралась до нужного места.
- Что-то не очень похоже, что наш план сработал!.. – со скепсисом произнес Лео, бросив вопросительный взгляд на Голицына.
- А, по-моему, все… хорошо!.. – прохрипел Мишель, присаживаясь на корточки, - В конце концов, Анастасия получила небольшую фору во времени, что в нашей… ситуации тоже… совсем немало.
- Судя по всему, эта… Миледи сейчас пошла…,  разбираться именно с ней…, а потом и за нас примется!.. – с нескрываемым разочарованием проговорил Янь и с досадой ударил кулаком в бетонную стену.
- Не смей панику наводить!.. -  вдруг с уверенностью возмутился Лео и сверкнул глазами на китайца, который от боли в руке еле сдерживался, чтобы не закричать.
- Главное, что план сработал…, и мы сделали… все, что… смогли!.. – сиплым голосом выразил надежду, хотя бы и в таком виде Голицын и начал усиленно дышать газом из заплечного баллона.
Лео открыл рот, чтобы добавить к словам Мишеля еще какую-то свою мысль, но не успел, так как дверь в камеру с шумом распахнулась, и на пороге появилось два боевика с направленными на узников автоматами. Причем один из них уже передернул затвор своего оружия и, по всей видимости, готов был нажать на спусковой крючок с тем, чтобы уничтожить смертоносной очередью пленников. Однако в этот самый момент, когда искаженные лица палачей сверкали ненавистью на трех находящихся в заточении мужчин, окружающее их пространство вздрогнуло, и стены вместе с автоматчиками исчезли, а сами узники оказались в некоем туннеле, в конце которого виднелся свет.
- Получилось! – радостно завопил Янь, толкнув от переизбытка чувств в бок стоящего рядом Моргана.
- Молодец, Ася!.. – прохрипел Голицын, на всякий случай, проверяя рукой висящий на спине баллон  дыхательной смесью.
- Поторопимся!..  – первым устремился к светящемуся выходу пилот, подавая товарищам пример.
- Привет!.. – вдруг раздался знакомый голос Сердара, который приблизился к общей группе.
- Вот так дела!.. – вытаращился на подошедшего иранца Янь, пытаясь осознать, что происходит.
- «Покров» работает справно!.. – ухмыльнулся Мишель, - Мне даже дышать здесь легче… как-то.
- Погнали…, погнали!.. – по-прежнему пытался поторопить всю команду Морган, активно жестикулируя обеими руками.
И уже через какую-нибудь минуту, если уместно приводить в адекватное восприятие хронометрические параметры внутри некоего портала, созданного «Покровом» для изменения пространственно-временных параметров в заданной локации, весь квартет оказался в нескольких десятках метров от административного здания, где их только что и удерживали. Причем к ним с, хоть и озабоченным, но все-таки радостным лицом подошла Анастасия, за спиной которой виднелся рюкзак со спрятанным внутри него и явно внушительным по весу содержимым.
- Ну, и чего вылупились на меня, словно чудовище какое-то увидели?.. – попыталась в шутливой манере разрядить явно напряженную обстановку девушка.
Но когда поняла, что физиономии ее товарищей продолжали выражать явное удивление, моментально переходящее в страх, проследила за их взорами, обернувшись назад. А там с радостными, если можно так описать улыбающиеся детские лица близняшек-школьниц в характерной форме, выражениями стояли незваные гости, вид которых никак не вписывался в место их нахождения.
- А мы вас и искали!.. – веселым тоном произнесла первая и сделала движение вперед, чтобы приблизиться к стоящей слегка впереди Анастасии.
- Зачем мы вам?.. – стараясь затянуть время, произнесла Покровская-младшая, судорожно пытаясь что-то нащупать рукой за спиной в накладном кармане рюкзака.
- Ну, почему все время с нами разговаривают как с маленькими?.. – обратилась одна девочка к другой, сделав забавную физиономию, словно расстроена таким отношением взрослых.
- Вы хотите нас… задержать?.. – с испугом спросил перс, который за одну минуту успел почувствовать себя освобожденным пленником и снова столкнулся с серьезной проблемой, из-за чего в его голосе неосознанно прозвучали даже нотки отчаяния.
- Вы же никуда не спешите?.. – покачивая головой, спросила одна близняшка-вампир, оскалив свои остренькие зубки, отчего стала тут же похожа не на милого ребенка, а смертоносную хищницу.
В этот же самый миг с невероятной скоростью, которую человеческий взгляд не мог даже уловить, другая «школьница» перенеслась за спину всей группы и без всяких разговоров впилась своей широко раскрытой пастью в шею иранца. Раздался характерный чавкающий звук, и потоки крови из шеи жертвы устремились в разные стороны, обильно окропив и лицо близняшки.
Пространство вздрогнуло, и Ася с Морганом, Янем и Мишелем оказалась вновь в тоннеле со светящимся выходом вдали.
- А где Сердар? – на всякий случай поинтересовался, огладываясь по сторонам, китаец, хоть по его мимике и так было понятно, что он все понял и без лишних слов.
- Жаль нашего… друга, но времени в обрез!.. – поправляя рюкзак на спине, откликнулась Покровская-младшая, - Эти твари на хвосте, а нам еще нужно разобраться с истребителем, если не забыли еще.
- Тогда вперед!.. -  самым серьезным тоном и выражением лица проговорил пилот и сделал первый шаг на выход в сторону освещаемого пятна впереди.
- Вовремя, Ась, ты активировала «Покров»!.. – выразил общее мнение Голицын, по-дружески погладив девушку по предплечью.
Вся группа, молча, двинулась вперед, понимая дефицит времени и сложность поставленной ими самими задачи, отгоняя прочь недавнюю картину истязания вампиром перса, который уже стал им дорог.
«Будет время оплакивать героев, а сейчас важно угнать этот гребаный самолет, чтобы смерть Сердара не оказалась бесполезной!..» - сделала себе внутреннее внушение Ася и с целеустремленным видом вышла вперед, ведя своих товарищей к новым испытаниям.

******

Переложив паруса на новый румб, чтобы яхта плавно изменила курс, немного приблизившись к береговой черте, Штильхарт отошел от панели управления возле штурвала и посмотрел в сторону Кирсанова, который, казалось бы, абстрагировался от всего происходящего, словно его нисколько не интересовало где и зачем они все находятся. Он стоял на корме и смотрел в одну точку, а в его глазах не было и намека на концентрированность взгляда.
- Не будем отвлекать нашего великорусского друга всякими мелочами!.. – с пониманием сказал стоящей рядом Бонту швейцарец и перевел внимание на Раевскую, которая подошла к штурвалу и стала рассматривать развернутую рядом навигационную карту.
- Он странный!.. – только и ответила девочка, боковым зрением удерживая в фокусе внимания Дарью, в лице которой видела, а это уже стало понятно и всем остальным, находящимся на борту, романтическую соперницу.
Причем подросток, словно от этого зависела вся ее жизнь, очень ревниво охраняла пространство рядом с Флорианом, не считаясь даже с тем, что сама Раевская всем видом показывала, что, если ее и кто-то из мужчин интересует, то это точно не швейцарец, а именно соотечественник.

******

Дрожание пространства постепенно усмирялось, и подземелье, а это было понятно больше даже не по внешним восприятиям, а на каком-то интуитивном уровне, начинало приобретать свой величественный вид. Кирсанов стоял посреди объемного пространства, тускло освещаемого рассеянным светом исходящим как бы из ниоткуда, словно источников света было не один или несколько, а множество, и все они имели размытые очертания.
Казалось бы, что столь необычное место, а Андрей со всей очевидностью понял, что находится внутри того самого Древнего храма, поисками которого он с товарищами и занимался уже столько времени, могло испугать или, хотя бы насторожить. Однако ничего подобного он не испытывал.
«Значит, вот ты какой!.. Мы смогли найти тебя, только я, кажется, попал сюда один. Где же мои друзья?..» - попытался сконцентрировать внимание на привычных мыслях Кирсанов.
Однако такие мысли очень быстро стали исчезать, уступая место в голове исключительно внутреннему убранству этого необыкновенного места. А здесь, действительно, все было очень необычно, включая восприятие пространства и наполнение его звуками и даже видениями. Причем принадлежность к привычному святилищу, а сам Андрей неоднократно посещал храмовые комплексы в Великоруссии и имел о них достаточно четкое представление, ощущалась очень условно, ведь здесь не было никаких традиционных убранств и даже алтарь или жертвенник не бросались в глаза. Лишь настенные или, скорее, наскальные изображения древних людей, а их принадлежность к человеку была лишь условной, указывали на рукотворное начало. Но с учетом особенностей новых ощущений все пространство, казалось, пребывало в постоянной трансформации, словно Древний храм дышал и пребывал в том состоянии «живой» сущности, когда одушевленность становится присуща даже совершенно далеким от органической жизни объектам.

******

Выскочив из тоннеля, Ася первой наткнулась на стоящего рядом с боевым самолетом автоматчиком. А тот, увидев перед собой буквально из воздуха возникшую девушку, замер на месте, словно вкопанный. Этим и воспользовался мчащийся на всех парах позади Морган, который мощным смэшем вырубил с первой же попытки здоровяка в камуфляже. Однако товарищ поверженного боевика быстро сориентировался в ситуации и навел свое оружие на Покровскую-младшую, в лице которой увидел старшую группы. Но ему не суждено было произвести короткую очередь по намеченной цели, потому что Янь в неимоверном прыжке умудрился нанести очень выверенный удар в нижнюю челюсть ногой, сопровождавшийся характерным звуком сломанных костей.
Мгновение, и солдат с замершим взглядом стал рушиться на бетон взлетной площадки.
- Нормально ты так!.. – с удивлением заметил Морган, уже внутренне испытывающий ужас за явные риски для жизни Аси, которой предназначалась достаточная порция пуль из автомата боевика.
- Ничего особенного!.. – хмыкнул китаец, прекрасно осознавая, что теперь надолго станет объектом обсуждений, ведь он впервые продемонстрировал на практике свои способности в боевых искусствах, которые тщательно скрывал.
- Блин…, ниндзя… какой-то!.. – прохрипел Голицын, вдруг осознав, что снова стал задыхаться от недостатка воздуха в легких.
- Скорее уж, сяолиньский монах… какой-то!..  – с улыбкой добавила девушка и кивком головы указала Моргану на сидящего в кабине пилота, уже заведшего двигатели и готового к вертикальному взлету, - Лео, поторопись.
И капитану не требовалось дополнительного приглашения, так как он с легкостью вскочил на крыло самолета и резко открыл кабину, что стало для сидящего внутри летчика настоящим откровением. А сам Морган, воспользовавшись заминкой аса-испытателя, которому доверили самую современную в мире боевую летную технику, крепко ухватил того за шиворот обеими руками и мощным рыком вырвал его из кресла. Неловкий кульбит и жесткое приземление на бетон стали для неудачливого пилота явной причиной тяжелейшей травмы, обездвижившей его на некоторое время.
- Всем внутрь! – громко прокричала Покровская-младшая, стараясь пересилить голосом рев двигателя.
- А мы поместимся?.. – как-то по-стариковски проворчал Голицын, слова которого к удивлению расслышал Лео.
- Конечно, поместитесь. В тесноте, да не в обиде, как говорят в Великоруссии!.. Это же бомбардировщик с повышенной вместительностью. Не пассажирский авиалайнер, но сгодится!.. – одновременно с этим многословием Морган помогал своим друзьям усаживаться позади места переднего пилота, которое и занял сам, когда остальные удобно размещались уже в кабине.
- А вовремя мы все-таки здесь оказались!.. – заметил Янь, когда шасси боевого самолета плавно оторвались от твердой поверхности земли.
- Так «Покров» - это не только про пространство, но и про время… тоже!.. – хмыкнула Ася, разглядывая через прозрачную панель истребителя удаляющийся военный аэродром, - Неужели, Лео, ты научился, наконец-то, управлять самолетами? А то меня прошлый раз чуть не вывернуло наизнанку.
- Не ворчи, красавица! Этот аппарат адаптирован с искусственным интеллектом, а я лишь задаю параметры на панели. Настоящее чудо техники. Здесь все перегрузки нейтрализуются гравитационными настройками, так что…. – Морган не стал оканчивать фразу, полностью сосредоточившись на установке координат пункта назначения.
- Получается, что Миледи недооценила нас?.. – продолжал допытываться китаец, который до сих пор не мог поверить, что им с такой легкостью удалось избежать ловушки на военной базе.
- Я ее перехитрила!.. – не без гордости в голосе проговорила Ася, лицо которой озарилось широкой улыбкой, - Настроила «Покров» на две точки выхода, а воспользовалась той, которая была для нее практически недоступной из-за трудности успеть туда после… нападения этих долбанных школьниц-вампирш.
- Значит, Сердар… не зря погиб!.. – преодолевая одышку, констатировал Голицын.
На некоторое время в кабине воцарилось молчание, связанное с поминовением памяти отдавшего свою жизнь, ради спасения товарищей, иранца.
- А ведь здесь… есть кое-что интересное!.. – подключившись к бортовому компьютеру, проговорила Покровская-младшая через некоторое время, - Лео, ты куда нас везешь-то?
- Пока ввел Рось, но можно все изменить, если не хочешь возвратиться домой… на время!.. – откликнулся Морган, оглядываясь через плечо на девушку, - А что такое?
- Кажется, я тут нашла инфу про Убежище и… Кир… санова!.. – с волнением в голосе произнесла Анастасия, - Нам нужно в Кабо-Кабо… срочно.
Последнюю часть фразы старшая группы произнесла с полной уверенностью и твердостью в голосе и выражении лица, исключающих любые возражения. И это на мгновение заставило оторопеть всех присутствующих.

******

На большом мониторе, стоящем перед Александрой в центральном боевом посту военно-воздушной базы, появилось сначала мерцающее, а потом и четкое изображение Ректора.
- Что случилось? – недовольным голосом спросил у Асфур мужчина с гладко выбритым черепом, - Не люблю сюрпризы!
- У нас проблема!.. – шелестящим тоном отреагировала Александра, игнорируя приветственную часть при общении, - «Покров» и истребитель в руках Покровской… дочери!..
- Как это произошло?! – буквально завопил Воротынцев, который очень редко выходил из себя.
- Они обманули нас! Но сейчас не это важно, а то, что я буду заниматься их поимкой!.. – Миледи перешла на еще более низкие частоты своего «шелеста», что красноречиво указывало на ее гневное состояние, которого, кстати, побаивался и сам Глава Международного института согласия и равенства при ОДН.
- От меня какая помощь нужна? – больше для проформы поинтересовался лысый мужчина, сверкнув серыми глазами.
- Пока придержу у себя ваших подопечных вампирш, господин Ректор!.. – пересиливая негодование, ответила сенатор и вопросительно посмотрела на изображение визави на экране монитора.
- Хорошо!.. – коротко кивнул головой собеседник, и экран сменил картинку на синий фон, что указывало на конец видео-сеанса.
- И вам всего хорошего!.. – уже в пустоту эфира отреагировала Охотница и сопроводила слова барабанной дробью по столешнице, - Я должна вернуть «Покров» и самолет… любой ценой.
Окончание фразы Миледи сопроводила энергичным вставанием с места и движением в сторону выхода с командного пункта.

******

Резко изменившийся порыв ветра заставил затрепетать паруса яхты, что заставило Кирсанова очнуться от видения, захватившего все его внимание, словно он находился во сне. И это не осталось без внимания Флориана, который тут же к нему приблизился.
- Ты как, дружище?.. – похлопав по плечу товарища, поинтересовался швейцарец, - Мы тут никак не можем разобраться, стоит ли и дальше нарезать галсы по уже известному маршруту, или пора причалить в удобной бухте прямо по курсу.
- Я точно знаю, где Древний храм!.. – с уверенностью проговорил Андрей и направился к штурвалу, возле которого находилась развернутая навигационная карта.
Швейцарец глубоко вздохнул и, молча, последовал за великорусом, лишь глазами, встретившись с Раевской, указывая той на странное поведение товарища.
- Вот тут… точно! – тыкая большим оттопыренным пальцем на точную локацию на побережье острова, проговорил Кирсанов, переводя взгляд в первую очередь на зеленоглазую девушку, ища  ее лице основную поддержку.
- Так это же тот самый терминал…, где Ковальски…, пусть земля ему будет… не гравием, хоть и редкий был пройдоха…, отгружал вооружения по всему миру, набивая карманы!.. – швейцарец тоже посмотрел на Дарью, которая внимательно разглядывала не карту, а лицо Андрея, в котором читала, словно в открытой книге.
- Ну, это нас не должно удивлять, ведь мы и раньше выдвигали такую гипотезу!.. – кивнула головой политический этнограф.
- И как ты пришел к такому выводу, дружище? – решил-таки уточнить Штильхарт, хотя уже и сам догадывался о сути происходящего с товарищем.
- Я все видел!.. – коротко ответил Кирсанов и глубоко вздохнул, взглянув на стоящую рядом Раевскую, - Там есть отметки… Трех рысей. Те, о которых ты и говорила из… записей своего… профессора.
- Что-то еще… конкретное можешь сказать? – с интересом спросила Дарья.
- Да, да!.. – как бы собираясь с мыслями, проговорил Андрей, покачивая головой и продолжая говорить после небольшой, но акцентированной паузы, - Там все не так как здесь. Такое впечатление, что сам Храм находится в движении…, что ли. Как будто подземелье живое и постоянно меняет свой облик. То ли я стоял на месте, а все вокруг… трансформируется, то ли… святилище замирает,  и меня уносит неведомая сила….
- Это как в метро, когда догоняешь вагон…, или стоишь на месте, а поезд стремительно приближается к перрону. Только все одновременно. Так? – решил уяснить для себя Флориан, воспользовавшись паузой.
- Наверное, можно и так сказать!.. – не очень-то внятно согласился Андрей, после чего сморщил кончик носа и почесал затылок, - И эти изображения на стенах. То ли рыси-люди, то ли люди-рыси. Я так и не понял.
- Оборотни…, что ли? – спросил с непонимающим лицом Флориан, бросив взгляд на Раевскую, в лицеи которой тоже искал помощи.
- Ясно!.. – кивнула головой Дарья и ободряюще посмотрела на соотечественника, - Так это…, по всей видимости, мы и должны… воспринимать. Ведь эти древние предки…, носители той… альфа-цивилизации пришли в этот мир из параллельного измерения и принимали облик лишь на время. Их энергетическая сущность имела пластическую форму… материализации, если можно так выразиться.
- Но почему… древние… люди были рысями? – не вытерпела молчавшая до этого Бонту.
- Это нам только предстоит выяснить, - по-отечески погладил по плечу девочку швейцарец, отчего та озарилась широкой улыбкой.

******

Ровная полоска горизонта переливалась всеми цветами радуги, отдавая все-таки преимущество именно оранжевому оттенку, а водная гладь отсвечивала мириадами солнечных бликов. Могущественное светило уже наполовину скрылось за линией, объединяющей две стихии – воды и воздуха, которые в этот время суток создавали волшебное ощущение космогонических трансформаций для всех, кто только мог наблюдать за этой красотой.
- Как же я рада тебя видеть!.. – Ася крепко вцепилась в руку сидящего рядом с ней прямо на песке Кирсанова и устремила немигающий взор на «упавшее в море» солнце.
- И я тоже!.. – Андрей глубоко вздохнул и неловко погладил свободной рукой тыльную сторону удерживающей его ладони девушки, - Я ведь…, как тебя увидел, так сразу и… вспомнил… все!..
- Прямо все-все? – как-то по-детски спросила девушка и задорно вскочила на ноги, заставляя и Кирсанова подняться во весь рост.
- Конечно!.. – широко улыбнулся молодой человек, после чего слегка смутившись, спросил, - А ты… вы… сюда прибыли… только из-за меня?..
- И да…, и нет!.. – кокетливо закатила глаза Покровская-младшая, обеими руками схватив крепкие кисти собеседника и начиная крутиться с ним вокруг условной оси между ними, - Здесь скоро случатся все основные события, а ты здесь тоже из-за этого. Разве и сам не понял, тугодум?
- Ты о Древнем храме? – решил уточнить Андрей.
- Вот именно! – казалось, что Ася пребывает на седьмом небе.
А в это время остальные члены ее команды в обществе Штильхарта и Раевской тоже обменивались важной информацией в предвкушении посещения подземного капища, связанного с Тремя рысями. И у каждого было чувство чего-то особенно важного, которое возвещало о приближении невероятных открытий, что и просматривалось по их озабоченным, но светлым лицам.

******

Темнота, накрывшая остров, казалось, распространяла свои права даже на ту часть портового терминала, где еще недавно круглосуточно кипела жизни. Огромные силуэты башенных кранов застыли в неподвижности, а освещение причальной стенки осуществлялось не всеми прожекторами с высоких металлических мачт, размещенных по всему периметру, а лишь в нескольких местах маломощными фонарями. По всем приметам, чувствовалось, что здесь прекращены погрузочные работы. К тому же и в кои-то веки пирс был пуст от сухогрузов, что сразу же создавало эффект запущенности.
- Ты уверен, что здесь? – уже в который раз переспросил Янь, в глазах и интонации  которого читалось сомнение.
- Уверен, - спокойным, но твердым голосом произнес Андрей, после чего земля под ногами всех стоящих рядом с Кирсановым ощутимо содрогнулась.
- Ваше высочество, дайте мне свою руку!.. – заботливо предложил помощь Капитан Льовер, окидывая взглядом плохо просматриваемое пространство.
- Не стоит!.. – инфанта с любопытством наблюдала за своим бывшим подопечным, не так давно найденным ей в своем лесу едва живым.
А происходящее не было чем-то похожим на землетрясение, потому что не имело никакого отношения к сейсмической активности планеты. Просто пространственно-временная грань между двумя мирами пришла в движение, а все люди, оказавшиеся в области трансформации энергетических полей ощутили на себе необычные чувственные восприятия.

******

Одновременно с окончанием вибраций, которые оказались самым ярким и непосредственным физическим восприятием перехода из одного мира, где в этой локации находился известный всем контейнерный терминал порта, в то измерение, что вобрало в себя тайну Древнего храма, вся компания осознала приобщенность к новой реальности. Здесь даже органы зрения уступили пальму первенства именно тому, что йоги называют третьим глазом, а обычные люди – интуицией. Только вот эта самая чуйка в данном месте приобретала свойства восприятия пространства на ментальном уровне, словно все пребывали во сне с тем лишь условием, что такое необычное сновидение у всех было одним и тем же. Другими словами, реальность стала более яркой и понятной, хотя и была совершенно иной относительно привычного мира их жизни и максимально синхронизирована с каждым.
- Не могу поверить, что у нас получилось! – с восторгом поделилась со всеми Анастасия.
- Кажется, здесь можно обойтись и без слов!.. – тихо произнесла Раевская, которая перед этим смогла догадаться, что прочитала мысли Кирсанова.
А тот мысленно призвал всех обратить внимание на «наскальные», как он сразу же стал их называть, рисунки с изображениями Трех рысей во многих местах, которые как бы указывали некое совершенно определенное направление.
- Подождите здесь!.. – жестом попросила товарищей оставаться на месте Покровская-младшая, устремившись к ближайшей от нее стене, где в углублении, менее освещенном рассеянным светом, заметила что-то необычное.
А уже через какое-то мгновение, трудно поддающееся привычному измерению времени за пределами Древнего храма, Ася вернулась к Кирсанову, держа в руках фонограф.
- Какой странный артефакт!.. – удивленно рассматривала находку Покровская-младшая, демонстрируя ее всем присутствующим.
- Давайте…, внимательно осмотрим все подземелье! – предложил на вневербальном уровне Штильхарт.
Однако никто не успел даже сделать и шага в сторону от места пребывания, как уже знакомая вибрация погрузила всех в состояние, предшествующее переходу через грань миров. Мгновение, и вся компания вновь оказалась на едва освещенном терминале рядом с пустующей причальной стенкой.
- Ого!.. – удивленно воскликнул тот же швейцарец, озираясь по сторонам, - И как это нам понять?..
- Нужно срочно прослушать фонограф!.. – озабоченно произнесла Раевская, первым делом воззрившись на находящийся по-прежнему в руках Аси артефакт, - Это такой же, как я уже видела. Его оставил там… мой учитель… Ренато Алькасар.
- И что там? – вытаращила глаза Анастасия, до которой начало доходить, что ее миссия во многом обусловлена именно этим самым прибором, волею судьбы, оказавшимся в ее руках.
- А вот и вся честная компания!.. – вдруг раздался шелестящий возглас Миледи, которая приближалась в обществе школьниц-близняшек к группе, включающей и инфанту Эланор.
- Сенатор Овичнникова-Асфур! – удивленно воскликнула принцесса, выступая вперед к нежданной знакомой, которая выглядела несколько странно в своем облегающем кожаном комбинезоне.

******

Схватка с Охотницей и близняшками не могла бы оказаться продолжительной в силу их явного превосходства над всей объединенной группой, прибывшей с инфантой Эланор и Покровской-младшей. И это было понятно всем, однако бравый Капитан Льовер первым делом преградил собой путь Миледи к своей госпоже. Сначала он попытался быстрым и выверенным движением достать свой хорошо опробованный в деле Глог из наплечной кобуры. Но это было слишком очевидно и не принесло результата, так как одна из вампирш тут же приблизилась к нему и буквально разорвала острыми зубами яремную артерию, окропившую ее улыбающееся лицо горячей кровью с металлическим запахом.
Смерть была обусловленной, а потому не принесла Миледи никакого удовлетворения. Однако данное обстоятельство заставило ее на какие-то пару-тройку секунд замедлить свое движение к инфанте. В другой ситуации это лишь прибавило к ее сроку жизни эти самые мгновения. Но не сейчас, потому что именно этого времени хватило на то, чтобы буквально из воздуха рядом с уже стоящими рядом с окровавленными лицами «школьницами» оказалась фигура Воительницы с обнаженным клинком. А между Эланор и Асфур в тот же миг возникла девушка в кожаном комбезе, очень похожем на одеяние Охотницы, но отличающегося от альтернативного прообраза отсутствием капюшона на голове, которую тут же узнал Штильхарт.
- А вот это уже… по-нашему! – с воодушевлением воскликнул швейцарец, - И как только я сразу не догадался, что Кристина не даст нам стать кормом этих уродливых девочек.
- Привет, Наоми!.. – с нескрываемой радостью вторила Флориану Покровская-младшая, устремив взор на уже начавшую расправляться сразу с двумя молодыми вампирами Воительницу.
- Льовер…, мой бесстрашный Льовер!.. – инфанта, присев прямо на пыльный асфальт, удерживала растерзанную голову Капитана, который так и не понял, что своим героическим поступком выиграл жизни не только принцессы, но и остальных товарищей.
- Ну, почему вас нельзя надолго оставлять без присмотра?.. – бросив быстрый взгляд в сторону Штильхарта, проговорила Кристина Левонова, а это, действительно, была именно она в обществе подруги Наоми, скрестив блеснувший в тусклом свете ночи клинок с Охотницей.
- Кажется, сегодня вам снова повезло!.. – с нескрываемым сожалением в голосе прохрипела Асфур в адрес в первую очередь инфанты.
- Везет только тем, с кем правда!.. – сделала первый выпад соперница Миледи, от которого та едва уклонилась.
- Уходим!.. -  с явной злостью проговорила незадачливая Миледи, сопроводив фразу кивком головы близняшкам.
Мгновение, и вся троица, включая вампиров, ретировалась в темноте.
- Так вы нас из-за Храма нашли? – подойдя к Наоми, спросил Кирсанов.
- Этот след ни с чем не перепутаешь!.. – с улыбкой произнесла Воительница, принимая объятия старого друга.
И только Ася слегка погрустнела, увидев приветствие Андрея и блеск в его глазах.
- А все-таки могли бы и быстрее прийти к нам на помощь!.. – попытался пошутить Флориан, но увидев мрачное лицо инфанты, на котором видны были дорожки от крупных и неудержимых слез, тут же осекся.
- Это не окончание ваших… испытаний, а только начало!.. – пророческим тоном произнесла Наоми, переглянувшись с Кристиной, которая с грустью наблюдала прощание Эланор с Капитаном Льовером.
И только полной луне, выступившей из-за облаков, было абсолютно все равно, сколько горя и несправедливости творится людьми под покровом ночи и ее лучами.

Конец первой части