Дорогой Шалико Ервандович

Есть люди, с которыми ты никогда не встречался, живут они за две тысячи километров от тебя, занимаются совершенно непонятными тебе делами, но однажды каким-то загадочным образом появляются в твоей жизни — и через несколько дней ты уже пытаешься вместе с ними построить электростанцию.

Шалико Ервандович был именно таким человеком.

Познакомился я с ним заочно.

Ко мне обратился Лев Дуванов. Причём пришёл он не просто так, а через одного очень серьёзного человека, имя которого я пока называть не буду. Про него вообще надо писать отдельно — там историй хватит на целую книгу.

Лев рассказал мне про Шалико.

Шалико Ервандович жил в Алма-Ате. Армянин. Человек заслуженный — то ли строитель, то ли преподаватель, то ли преподаватель-строитель. Я, честно говоря, до сих пор точно не знаю.

Но главное было не это.

Шалико каким-то образом сотрудничал с крупной китайской строительной компанией.

А китайцы нашли в Краснодарском крае интересный проект.

Насколько мне его тогда пересказали, речь шла о строительстве теплоэлектростанции. Условия выглядели примерно так: инвестор за свои деньги строит объект, потом определённое время получает доход от продажи тепла и электроэнергии, окупает вложения, а через оговорённый срок объект переходит государству.

По-моему, мечта любого губернатора.

Приходит инвестор.

Не просит денег.

Сам строит.

Сам финансирует.

Сам несёт риски.

А потом ещё и объект тебе оставляет.

Но была одна маленькая проблема.

Китайцам целый год никто не отвечал.

Вообще.

Они писали письма.

Отправляли документы.

Пытались понять, интересно это кому-нибудь или нет.

Тишина.

Год.

И тогда началась самая русская часть китайского инвестиционного проекта: поиск человека, который знает человека, который знает другого человека, который, возможно, знает того человека, который сможет узнать, почему никто не отвечает.

Так цепочка дошла до меня.

Не знаю почему, но за мной давно закрепилась репутация человека, который умеет решать разные странные вопросы.

Я подумал.

В Краснодарском крае у меня был приятель — Александр Кретов. У него там тогда были большие виноградники.

И я знал, что с губернатором он знаком.

Позвонил:

— Саня, ты губернатора знаешь?

— Ну, знаю.

— Тут китайцы целый год пытаются получить ответ по инвестиционному проекту. Им даже денег не надо. Они сами всё построят. Можно сделать так, чтобы им хотя бы ответили?

Саша говорит:

— Хорошо. Поговорю.

Всё.

Я положил трубку и забыл.

Через некоторое время Кретов звонит:

— Я поговорил. Губернатор дал поручение разобраться.

И тут началось чудо.

Звонит Шалико Льву:

— Лев, а кто такой Сергей Моисеевич?

Лев спрашивает:

— А что случилось?

— Мы год не могли получить от администрации никакой реакции. А теперь они сами нам звонят! Пишут! Назначают видеоконференции! Запрашивают документы! Предлагают обсуждать проект! Кто такой Сергей Моисеевич?!

Лев звонит мне:

— Сергей Моисеевич, кто вы вообще такой?

Я говорю:

— Лев, понятия не имею. Я просто одному человеку задал один вопрос.

Китайцы были счастливы.

И вскоре через Шалико передали мне предложение:

— Если проект начнётся, нам понадобится человек, который будет на месте решать вопросы. Может быть, вы?

Я примерно представлял, что означает фраза «решать вопросы» на большой стройке.

Поэтому ответил:

— Нет, ребята. В Краснодар я переезжать не собираюсь. Да и заниматься такими вопросами не хочу. Я в коррупционных историях принципиально не участвую.

Но тут мне пришла другая мысль.

— Хотите настоящий проект? — спрашиваю.

— Какой?

— В Челябинской области есть одна гора.

Речь шла о горном участке, который приходится объезжать по дороге в направлении Москвы. Объезд — лишнее время, лишние километры, лишнее топливо.

У меня давно была идея:

построить тоннель.

Я эту идею уже предлагал властям раньше. Причём не одному губернатору. К тому моменту это был, кажется, уже третий губернатор, которому я рассказывал про тоннель.

И вот теперь у меня неожиданно появились китайцы.

Причём не какие-то неизвестные строители.

По словам Шалико, это была одна из крупнейших строительных компаний Китая, занимающаяся метро, скоростными железными дорогами, автомобильными магистралями и крупнейшими инфраструктурными объектами.

Я объяснил:

— Вы строите тоннель за свои деньги. Потом определённое время собираете плату за проезд и возвращаете инвестиции.

Китайцы заинтересовались.

Но задали вполне разумный вопрос:

— А можете получить письмо от губернатора, что область поддерживает проект?

Я сказал:

— Попробую.

Пошёл к заместителю губернатора.

Рассказал идею.

Сижу и думаю: ну чего ещё желать?

Приходит крупнейший мировой строитель.

Говорит:

— Денег у вас не просим.

Говорит:

— Построим сами.

Говорит:

— Современные технологии привезём сами.

Говорит:

— Риски возьмём на себя.

Мне тогда казалось, что чиновник должен услышать это и сказать:

— Где подписать?

Но жизнь устроена интереснее.

В итоге не получилось ни в Краснодаре, ни в Челябинске.

Позже мне пересказали, что по краснодарскому проекту якобы была озвучена позиция: инвестора приглашать можно, только желательно не китайского.

Почему?

Не знаю.

И до сих пор не понимаю.

Китайцы сегодня строят невероятными темпами. Метро. Мосты. Дороги. Электростанции. Скоростные магистрали. Города.

А мы стоим рядом и рассуждаем, подходит нам инвестор или недостаточно подходит.

Иногда у меня возникает нехорошее предположение.

Подчёркиваю: именно предположение.

Может быть, некоторые хорошие проекты не реализуются не потому, что они плохие.

А потому, что в них кому-то непонятно, кто, кому, сколько и когда должен заплатить.

Очень хотелось бы ошибаться.

Я никого не обвиняю.

Но логика простого человека у меня такая.

Если кто-то приходит и говорит:

— Я построю вам тоннель.

За свои деньги.

Если говорит:

— Я построю электростанцию.

За свои деньги.

Если говорит:

— Я привезу современные технологии, создам рабочие места и возьму на себя инвестиционный риск.

Наверное, первым вопросом должно быть:

— Чем вам помочь?

А не:

— Вы точно правильный инвестор?

Вот такая получилась история.

Армянин из Алма-Аты помогает китайцам.

Китайцы хотят построить электростанцию в Краснодаре.

Через Льва Дуванова они находят человека в Челябинске.

Человек из Челябинска звонит своему приятелю.

Приятель разговаривает с губернатором.

Через несколько дней чиновники, которые молчали целый год, вдруг начинают активно звонить китайцам.

Китайцы радуются и хотят уже строить тоннель под челябинской горой.

А потом всё заканчивается ничем.

Иногда наша страна напоминает мне очень большой кабинет с прекрасной дверью.

На двери написано:

«Добро пожаловать, инвесторы!»

Ты открываешь её.

А за дверью сидит человек и спрашивает:

— А вы к кому?

Поэтому у меня к читателю только один вопрос.

Нужно ли участвовать в коррупции, чтобы хорошие проекты двигались быстрее?

Я для себя давно ответил:

нет.

Возможно, поэтому некоторые люди меня не очень любят.

Но зато, если однажды китайцы всё-таки построят у нас тоннель, я смогу спокойно по нему проехать.

И никому не буду должен.