The War. 1

Во дворе нас было четверо: я, Ванёк, Жаркын и девочка Женя. Родители разрешали нам гулять самостоятельно и в наши игры не вмешивались.

Больше всего мы любили играть в the War.

Настоящее слово, которое означало вооружённую борьбу, давно запретили, и в разговоре его заменило другое — the War. Мы быстро привыкли. А какая разница?

Наш арсенал был невелик: два автомата, три пистолета и гранатомёт. Всё старое, кое-где склеенное, кое-где перемотанное скотчем.

Но это нисколько не мешало нам воевать. Мы были одной командой. Да и никто не хотел играть за врага: к нему пощады быть не могло, а друга убивать никто не хотел. Даже понарошку.

Самого врага мы никогда не видели. Просто знали, что он где-то рядом. Иногда он прятался в кустах, иногда за гаражами, а иногда оказывался совсем близко. Нужно было только вовремя его заметить.

Если кто-нибудь из нас зазевался, считалось, что враг нанёс удар.

Однажды родители не купили Ваньке новую игрушку на день рождения. Он пришёл во двор злой и расстроенный. В руках у него был его старый автомат.

Ванька покрутил его в руках, посмотрел на него и бросил на землю.

— А-а… старьё! Надоело! Ну кого мы сможем победить оружием прошлого века?! Не хочу сегодня играть!

— Ну давай поиграем во что-нибудь другое, — предложила Женя.

— В дочки-матери, что ли? — зло ухмыльнулся Ванёк.

Все замолчали.

Я, если честно, уже подумал, что мы опять будем играть в the War. Но тут подошёл Жаркын и спросил:

— А почему мы всегда играем в the War и никогда не играем в мир?

— Это как the War, но наоборот? Хм… а что? Я согласен! — сказал Ванёк.

Я всегда старался быть как все. В the War мне тоже нравилось играть, хотя я иногда думал, что можно было бы придумать что-нибудь другое.

Однажды я услышал, как отец с друзьями на кухне говорил, что мир почему-то сложнее войны. Я тогда не понял почему.

Женя посмотрела на меня.

— А ты?

Я помялся и нерешительно сказал:

— Я… за мир.

Все выдохнули. А в мир решили играть на следующий день.


Продолжение следует…