Генри Каттнер Пылающий труп

Первая публикация - «Thrilling Mystery», March 1942
Перевод: О.Петров и И.Самойленко, 2026

*******
НЕОБХОДИМОЕ ВВОДНОЕ СЛОВО ОТ ПЕРЕВОДЧИКОВ: русскоязычная версия этого произведения намеренно размещена  здесь НЕ ПОЛНОСТЬЮ (примерно 1/3). Причина всё та же*: деятели с портала flibusta, которые ни с того ни с сего принялись вдруг редактировать наши тексты <переводов!>, закачанные туда одним из нас около четырёх лет назад. Вышеозначенная правка оказалась не только самоуправной, но и коверкающе-оглупляющей.
В ответ на претензию с предложением компромиссного решения возникшей проблемы администрация сайта никак не прореагировала, более того – был трусливо удалён наш пост-сообщение с ответами как сторонникам, так и хамоватым злопыхателям (если интересно, см. в прилагаемом файле!). Результатом стало наше с соавтором решение в дальнейшем публиковать "львиную" часть своих переводов в сильно усечённом виде.

ПЛЮС: года два с половиной-три тому назад необычайно активизировались кое-какие чтецы-создатели аудиофайлов (разные там булдаковы, мещеряковы, рябовы и иже с ними), обнаглевшие настолько, что фактически ВОРУЮТ чужие тексты – никогда не забывая упомянуть себя (дескать, "читал такой-то"), намеренно не называют имён/фамилий переводчиков. Все кары небесные на их дурные головы & шквал судебных исков от обиженных драгоманов!

(рано или поздно, конечно же (!), все наши переводные тексты будут соответствующим образом донаполнены; но когда именно сие произойдёт – всё зависит от ряда обстоятельств...
(в конце-то концов стивен-кинговский "Странный Вилли" и каттнеровский "Череп не имеет ушей" таки были опубликованы  ПОЛНОСТЬЮ спустя какое-то время...))
*******

                ГЛАВА 1. Пламя – это жизнь
  Саймон Гонт поклонялся огню. Его мания носила чисто языческое разумение. Если бы он жил в древней Британии, то вполне мог быть друидом, ухаживающим за священным пламенем у алтаря. Гонт любил огонь, совсем как влюблённый мужчина – женщину, и иногда мне казалось, что сие увлечение – единственное, что ещё удерживает его на этом свете.
  Несмотря на вышесказанное, в оном человеке не ощущалось ни капельки тепла. Его глаза казались холодными кристаллами голубого льда, а кожа рук поражала бледностью с тем синеватым оттенком, который производит впечатление полупрозрачности. На моей памяти Саймон постоянно жаловался на холод, за исключением разве что тех случаев, когда сидел на корточках у очага и смотрел, как дубовые поленья потрескивают и медленно превращаются в пылающие, пульсирующие алым цветом угли.
  С возрастом одержимость Гонта огнём всё усиливалась...
  Он единолично владел рекламным агентством, но с течением времени всё больше и больше пренебрегал вопросами бизнеса. Основное бремя ответственности легло на мои плечи, поскольку я был назначен Саймоном на пост главного менеджера. Впрочем, сей факт не имел для босса особенно уж большого значения: даже если бы по моей вине фирма обанкротилась, это никак не отразилось бы личном финансовом состоянии Гонта (к слову, довольно солидных размеров!). Тем не менее, всё возрастающая эксцентричность босса стала поводом для сплетен со стороны окружающих, а уж для нас с Дианой это превратилось в основную – и не слишком приятную (!) – тему разговоров.
  Диана являлась дочерью Саймона и моей невестой. Стройная блондинка с икрящимися доброжелательностью голубыми глазами. Наша помолвка была заключена около года назад. Её отец не высказал по этому поводу ни протеста, ни одобрения; он попросту игнорировал сложившееся положение вещей. Гонт всегда держал свои эмоции в узде, хотя я имел основания полагать, что его привязанность к Диане была очень крепкой.
  На первый взгляд никаких тревожных признаков не наблюдалось. Саймон Гонт, даром что выглядел как скелет, обладал прекрасным здоровьем. И демонстрировал редкое здравомыслие в плане умственной деятельности. Единственное, что настораживало – его чрезмерное увлечение культом огнепоклонства.
  Домашняя библиотека босса сплошь состояла из книг, посвящённой этой теме. Иногда он рассказывал нам с Дианой о своих собственных теориях, довольно диковатых на мой скромный взгляд.
– Пламя – это жизнь! – Вещал старина-Саймон, и его лицо, похожее на череп, раскраснелось вблизи очага. – Старые языческие религии несли в себе зерно истины. К примеру, древние персы знали всю правду об огне.
  Мы с невестой перекинулись тревожными взглядами.
– Огонь был первым шагом человечества к цивилизации, – отозвался я.
– Ну, разумеется, я не вкладывал в свои слова какой-либо глубокомысленный смысл!.. – Гонт нетерпеливо отмахнулся. – Огонь действительно равнозначен жизни. Семена всего живого, что существует на нашей планете, развились благодаря Солнцу и теплу от расплавленных недр Земли. Огонь – это своеобразный тигель. Дошедшие до нас народные предания об огненных элементалях[1] – саламандрах, что рождаются и живут в пламени, являясь при этом его частью – знакомы всем с детства. Лично я уверен, что умру очень быстро, если не смогу подпитывать внутреннюю энергию при помощи огня!..
– Вы выглядите способным прожить ещё лет двадцать как минимум. – Заметил я, усмехнувшись. – Даже если бы обитали на каком-нибудь айсберге!
– Ты принёс мне на утверждение новые контракты? – Спросил босс, резко меняя тему разговора. – Хотел бы обсудить их с тобой.
– Они прямо здесь! – Я вынул нужные бумаги из портфеля.
  Это было в типично для Саймона Гонта – проявлять неожиданные вспышки интереса к вопросам бизнеса, которые он обычно игнорировал.
  Диана встала, подошла к отцу и поцеловала его в макушку.
– Ненавижу всю эту скучную деловую рутину, – улыбнулась она при этом, – Дюк собирался отвезти меня сегодня на танцы.
– Без проблем! Я вполне могу просмотреть бумаги в одиночку…
– Вы к вечеру наверняка притомились… – Счёл нужным заявить я. – Сначала помогу Вам разобраться с делами, а танцы вполне могут обождать часок-другой!..
  Диана наморщила носик и пошла по направлению к выходу из комнаты:
– Я должна была попросить Стива взять меня с собой… Но ладно уж, подожду!
– Хорошо! – Только и смог вымолвить на это я.
  Мне не нравился Стив Мэллори. Этот молодой адвокат в недавнем прошлом считался женихом Дианы, и я знал, что он продолжает названивать ей слишком часто — во всяком случае, чаще, чем мне бы того хотелось. Хотя, объективности ради: Мэллори до сих пор оставался холостяком, отнюдь не ловеласом[2], и, согласно общепринятому мнению, считался отличным парнем. Чёрт побери, надо оценивать реальность объективно — тот факт, что дочь босса носила на пальце моё обручальное кольцо, не делал меня её собственником.
  Гонт вдруг отодвинул бумаги и пару раз моргнул, глядя на меня:
— В следующее воскресенье у Дианы день рождения…
— Да, знаю. Пока не решил, что купить ей...
  Саймон пошарил в кармане и достал свою старую, истёртую трубку:
— А я уже заказал подарок для неё в Нью-Йорке. Велел доставить посылку в агентство, чтобы она не увидела её раньше времени. Дай мне знать, когда появится курьер!..
  Меж тем он задумчиво затянулся ароматным табаком:
— Намереваюсь поехать на несколько дней в охотничий домик. Хочу побыть один. — На лице мелькнула скупая улыбка. — Все бы удивились, узнав, чем я там занимаюсь. Кое-какие эксперименты и... — Тут босс посерьёзнел. — Ладно, скоро сами увидите. Я пытаюсь сделать то, что умели древние пироманты — материализовать элементаля огня. Звучит несколько глуповато, не правда ли? Я бы и сам сказал то же самое ещё несколько лет назад… Но в последнее время мне кажется, что я наткнулся на нечто...
— Да-да?..
  Гонт пристально посмотрел на меня.
— Не заставляй себя быть подчёркнуто вежливым!.. Ты же не веришь в магию. Ладно уж... — Он хрипло усмехнулся. — Мы не будем говорить об этом сейчас. Но не удивляйся, если я доживу до ста лет. Или даже больше!.. Огонь вечен. Все знают, что иногда человек бывает одержим демонами. Но существует и иной тип одержимости, отнюдь НЕ дьявольской природы: когда дух одной из четырёх основных стихий вселяется в человеческое тело, наделяя его силой и энергией. Дух огня...
  Дальше Саймон не стал продолжать, и мы занялись контрактами. Чуть позже я пересказал Диане слова отца, на что она лишь озабоченно покачала головой:
— О папе уже вовсю начинают судачить… Он ведь не особенно-то и скрывает свои теории. И... ну, такое увлечение вряд ли пойдёт на пользу его здоровью.

  И ведь действительно не пошло!!
  Пару дней спустя Гонт отправился в свой уединённый охотничий домик в горах — как обычно, в одиночку. Это случилось в пятницу, тринадцатого числа — чёртов день, принесший мне неожиданную беду.
  Босс уехал в горы, а я угодил в больницу!
  Собрался ехать к нему с еженедельным отчётом и слишком сильно давил на педаль газа — есть у меня такая дурная привычка. Внезапно из переулка прямо передо мной выскочил другой автомобиль. Сильный удар… и после — затмение.
  Очнулся я уже в пропахшей эфиром больничной палате; медсестра как раз проверяла мой пульс. Ничего серьезного, к счастью, не произошло, но из-за порезов и пары сломанных рёбер пришлось подзадержаться на больничной койке, так что я не присутствовал при том, как Диана вместе со Стивом Мэллори приехала в домик отца и обнаружила там его труп.
  Причиной скоропостижной смерти оказалось пищевое отравление — ботулизм. На кухонном столе нашли открытую банку с мясным паштетом; анализ показал, что в нём содержались смертельные токсины, образовавшиеся в процессе длительного хранения. Гонт обожал бутерброды с таким паштетом, а фирма, выпускавшая консервы, только-только осваивала данный вид продукции. Вот боссу и не повезло!..
  Обо всех деталях мне рассказал Мэллори. Не забыл он упомянуть о заполненности охотничьего домика разным странным оборудованием и приспособлениями, которым место было скорее в лаборатории средневекового алхимика. Также там были обнаружены стеллажи с раритетными книгами по магии огня, непонятными инструментами, тщательно закупоренными склянками с травами, порошками и маслянистыми жидкостями. Лишнее доказательство безобидных чудачеств Саймона — так я тогда подумал.
  В больнице пришлось проваляться целый месяц. В течение этого времени Стив Мэллори виделся с моей невестой почти каждый день — и в конце концов Диана вернула мне обручальное кольцо.
— Прости, Дюк! — Сказала она при этом. — Мы ведь сразу с тобой условились, что должны быть честны друг с другом, если...
— Всё дело в Мэллори, да? — Спросил я.
— Да. Он был таким... таким добрым, таким внимательным... Понимаешь, Дюк, это — первая настоящая беда в моей жизни. И я ловлю себя на мысли, что подсознательно тянусь к Стиву. Совсем как раньше, до того, как мы...
  Вот и всё. Спорить, разумеется, было бесполезно. Я откинулся на подушки и задумался: когда же доктора наконец меня выпишут?!
  И тут на сцене появился Дон Альбертсон, двоюродный брат Дианы. Много лет назад они с её отцом сильно разругались из-за какой-то ерунды. Это был невысокий, круглолицый парень с непокорной копной рыжих волос и неопределённой ухмылкой. Теперь он проводил с Дианой почти всё своё время. Но навещал и меня в больнице. Первое субъективное мнение о нём — глуповат и болтлив как сорока. Альбертсон и озвучил новость:
— Значит, завтра тебя выписывают… Отлично! Как раз к большой вечеринке в охотничьем домике! —
  Я непонимающе уставился на него:
— Вечеринка? Какая, к чёрту...
  Дон слегка нервно ухмыльнулся:
— Ты разве ты не знал? В завещании старика Гонта был один весьма странный пункт. Раз в год Диана должна приезжать в этот домик и приносить жертву Ариману.
— Жертву?!..
— Не совсем то, о чём ты подумал!.. Я видел инструкции: куча дурацких ритуальных штук — сжигание магических порошков на алтаре, чтение заклинаний, обращённых к элементалям огня. Диана должна провести обряд в Вальпургиеву ночь, а это уже через два дня.
— Господи помилуй! — Воскликнул я. — Её отец умер меньше месяца назад, и... по-моему, это попахивает каким-то болезненным бредом. Неужели ты не можешь её остановить? Вся эта чепуха ровным счётом ничего не значит!!
  Альбертсон закурил сигарету:
— Для старика сие имело немаловажное значение — и Диана отдаёт себе в этом отчёт. Лично я в разговоре с ней тоже назвал всё глупостями, но она настаивает — дескать, это самое главное, что она может сделать для отца теперь, когда его не стало. Но с тобой я полностью солидарен, а потому уговорил кузину доверить организационные вопросы мне. Кстати, уже успел пригласить кучу народу, и то, что изначально планировалось как мрачное действо, теперь будет выглядеть как настоящая вечеринка. С выпивкой, музыкой, танцами...
  Я смотрел на него, совершенно ошарашенный. Отсутствие элементарного такта у этого человека просто поражало!
— Диана знает, что ты затеял?
— Она поручила всё дело мне, — невозмутимо ответил Дон, — а я-то уж умею устраивать сборища. Больше половины намеченного уже организовал. Главным развлечением станет охота за сокровищами — с подсказками, приколами и т.д.
— Нельзя так откровенно отплясывать на могиле Гонта! Да никто и не придёт!..
— Я пригласил всех своих местных приятелей, — заявил Альбертсон, и тут я заметил — когда он наклонился поближе — что от Дона сильно пахнет спиртным.
  А чуть позже узнал, что пьянство для племянничка покойного босса было привычным занятием. Нормальный, трезвый человек не стал бы затевать ничего подобного…
  Я потянулся было к телефонному аппарату. Альбертсон удивленно приподнял брови:
— Диана уехала из города. Вернётся только перед самой вечеринкой. Она отправилась в Чикаго с Мэллори и его отцом по каким-то юридическим делам. И я не имею ни малейшего понятия, где они остановились.
— Послушай моего совета: отмени всё, — предпринял попытку образумить этого идиота.
  Дон лишь подмигнул, одновременно задорно ухмыльнувшись, и отбыл восвояси. Я откинулся на подушки, чувствуя лёгкую тошноту. Никаких сомнений: если бы мне удалось связаться с Дианой и рассказать ей о затее родственничка, она бы враз отменила жуткую вечеринку, — но отыскать бывшую невесту не получилось, хотя я и заказал междугородный звонок в Чикаго.

  На следующий день меня выписали из больницы — как полностью выздоровевшего — и я опробовал свою машину, которую к тому времени уже починили. Она казалась вполне исправной. Но той ночью со сном были проблемы!..
  Следующим вечером поехал в горы, в охотничий домик босса.
  Хоть я и явился раньше назначенного часа, но всё равно опоздал: Дон Альбертсон и его компания — человек двенадцать, мужчин и женщин примерно поровну — уже плотно обосновались там. Они интенсивно выпивали и встретили меня радостными криками.
— Садись и выпей, чего душа пожелает, — предложил Альбертсон, — а заодно послушай. Я как раз читаю инструкции Саймона.
— А где Диана?
— Её пока нет... Слушай же! — Он принял эффектную позу. — Вот что написал старик... «Я верю, что после смерти возрожусь вновь благодаря силе огня...»
  Это был тот самый пассаж, который раньше так часто приходилось слышать от самого Саймона Гонта. Его племянничек продолжал бубнить:
— А вот и самое интересное! «В каждую Вальпургиеву ночь я хочу, чтобы моя дочь Диана совершала древний обряд Аримана на алтаре, возведенном мною в собственном домике в горах. Сначала надлежит сжечь следующие травы...» — так, список мы пропустим — «... читая ритуальный текст, приведенный ниже... Положи тушку чёрного петуха на угли алтаря и посыпь её нижеперечисленными священными порошками...»
  Я оглядел просторную комнату домика. Обои на стенах были очень необычными: их украшал узор из магических символов — пентаграмм, знаков зодиака и тому подобного. С дубовых балок под потолком свисали пауки; они сплели густую паутину. В углу стоял небольшой тигель, а по периметру — множество стеллажей с диковинными инструментами и старинными фолиантами. У дальней стены возвышался алтарь — массивный блок из тусклого металла с углублением-чашей наверху. Я подошёл, чтобы рассмотреть его поближе. Следы на полу указывали, что конструкцию не раз двигали с места на место. Будучи полым изнутри, алтарь оказался достаточно лёгким, чтобы его можно было без труда перемещать туда-сюда.
  В комнате пахло химикатами вперемешку со слабым ароматом благовоний — пряным и слегка удушливым. Тем временем Альбертсона возвысил голос:
— Травы и всё прочее у меня уже наготове — я даже чёрного петуха припас. Но колдовать пока нельзя. Время ещё не пришло...

                ГЛАВА 2. Мертвец возвращается
  Я услышал, как к дому подъехал автомобиль.
  Вошла Диана, а следом за ней — Стив Мэллори, крупный, загорелый парень со спокойным взглядом голубых глаз и сдержанной улыбкой. Позади него плёлся родитель — сухой, морщинистый старик, словно выжженный изнутри минувшими годами; эдакий лысый великан с насмешливым выражением лица. Впрочем, от былой мощи мало что осталось — лишь скелет, обтянутый складками дряблой кожи.
  Я заметил на лицах новоприбывших удивление и неодобрение. Даже Альбертсон сумел разглядеть это! Он поспешно подошёл к Диане и отвел её в сторонку. Они о чём-то зашептались, и я наконец увидел, как бывшая невеста хмуро кивнула. Донёсся обрывок финальных фраз:
— …не подведи меня, Диана… мои друзья… Был уверен, что это тебя немножко взбодрит…
                (продолжение воспоследует <когда-нибудь>)

------------------------------------------------------


                Примечания:
* обозначалась при публикации нескольких предыдущих каттнеровских рассказов, а также и кое-каких произведений других авторов

[1] мифическое существо из средневековых магических воззрений, соответствующее одной из четырёх основных стихий: огню (саламандра), воде (ундина), воздуху (сильф) или земле (гном);

[2] изначально — персонаж эпистолярного романа Сэмюэла Ричардсона «Кларисса Гарлоу, история молодой леди» (1748). Ныне — имя нарицательное для волокиты, соблазнителя и искателя любовных побед & приключений;

и т.д.