Егор Бероев. Человек, который не отвернулся от Мар

 Егор Бероев. Человек, который не отвернулся от Мариуполя

Есть города, о которых легко говорить издалека.

Сидя в тёплой студии.

Глядя на карту.

Переставляя слова так, будто это не разрушенные дома, не человеческие судьбы и не могилы, а всего лишь фигуры на политической доске.

Но Мариуполь — не точка на карте.

Мариуполь — это люди.

Люди, которые жили там до войны.

Которые просыпались утром, отправляли детей в школу, ходили на работу, любили, ссорились, строили планы.

А потом в их жизнь пришла война.

Именно поэтому я с уважением отношусь к Егору Бероеву и ценю его человеческий взгляд на Мариуполь.

Он не отвернулся от города.

Не побоялся приехать туда.

Не стал смотреть на его жителей как на безликую массу, которую можно разделить на правильных и неправильных.

Он попытался увидеть человека.

## «Марик» — история не только о войне

Многосерийный фильм «Марик» рассказывает о человеке, который возвращается из украинского плена в родной Мариуполь.

Главный герой Марк устраивается работать врачом скорой помощи.

Это очень точный образ.

Врач не спрашивает раненого, за кого тот голосовал.

Не выясняет, на каком языке он разговаривает дома.

Не требует политического признания перед тем, как остановить кровь.

Он видит перед собой человека.

И пытается его спасти.

Мне кажется, именно в этом находится главная мысль фильма.

После войны кому-то всё равно придётся лечить.

Не только тела.

Придётся лечить память.

Страх.

Ненависть.

Одиночество.

Придётся возвращать людей к жизни, хотя прежней жизни уже не будет.

Можно восстановить улицу.

Можно заново построить дом.

Можно вставить окна и положить новый асфальт.

Но как восстановить человека, который потерял близких?

Как вернуть спокойный сон тому, кто привык просыпаться от взрывов?

Как научить ребёнка снова смотреть в небо и не искать там опасность?

Вот об этом необходимо говорить.

## Почему я ценю позицию Бероева

Сегодня от известного человека часто требуют молчания.

Особенно если его мнение не совпадает с тем, что считается удобным и безопасным.

Можно сыграть роль, получить гонорар, улыбнуться на премьере и не сказать ничего.

Это самый лёгкий путь.

Но Егор Бероев выбрал другую дорогу.

Он связал своё имя с фильмом о Мариуполе — городе, который стал одной из самых болезненных точек нашего времени.

Он понимал, что после этого его будут обсуждать.

Одни поддержат.

Другие осудят.

Третьи даже не посмотрят фильм, но уже вынесут приговор.

И всё-таки он сделал свой выбор.

Я ценю не громкость этого выбора.

Я ценю его честность.

Потому что настоящий художник не обязан нравиться всем.

Но он обязан не лгать самому себе.

## Критики, которые отказались судить

На фестивале «Пилот» часть критиков отказалась оценивать «Марика».

У каждого человека есть право на собственное решение.

Но возникает вопрос:

можно ли судить произведение, не желая вступать с ним в разговор?

Можно спорить с фильмом.

Можно находить в нём слабые места.

Можно обвинять его в умолчаниях.

Можно сказать, что создатели показали не всю правду.

Но разве один фильм способен вместить всю правду о войне?

Правда войны не помещается в восемь серий.

Она разбросана по тысячам квартир.

По больничным палатам.

По семейным фотографиям.

По могилам.

По памяти тех, кто остался жив.

Фильм не обязан отвечать на все вопросы.

Иногда его задача — заставить зрителя впервые эти вопросы услышать.

## Война заканчивается не тогда, когда перестают стрелять

Многие считают, что мир наступает в день прекращения огня.

Но это не так.

Оружие может замолчать за одну ночь.

Человек внутри себя замолкает намного дольше.

Война остаётся в движении рук.

В резком звуке за окном.

В привычке держать документы рядом.

В страхе отпускать ребёнка одного.

В пустом месте за семейным столом.

Поэтому фильм о возвращении человека в Мариуполь — это фильм не только о прошлом.

Это разговор о будущем.

Что будет с людьми после войны?

Смогут ли они жить рядом?

Смогут ли доверять?

Смогут ли не передать свою ненависть детям?

Если искусство не задаёт эти вопросы, тогда оно становится всего лишь украшением мирной жизни.

Но настоящее искусство приходит туда, где больно.

## Мариуполь должен быть не символом ненависти, а городом жизни

Политики ещё долго будут спорить о Мариуполе.

Каждая сторона будет писать свою историю.

Каждая будет показывать собственные кадры и называть собственные цифры.

Но над всеми политическими версиями остаётся простая истина:

в городе должны жить люди.

Дети должны ходить в школу.

Врачи должны спасать больных.

Рабочие должны возвращаться домой.

Старики должны сидеть возле своих подъездов.

В окнах должен гореть вечерний свет.

Город не может вечно оставаться памятником войне.

Он должен снова стать домом.

И если Егор Бероев своим участием в «Марике» помогает увидеть Мариуполь не только через разрушения, но и через людей, которые продолжают жить, — за это я отношусь к нему с уважением.

## Моя позиция

Я ценю Егора Бероева за то, что он не испугался трудной темы.

За то, что посмотрел на Мариуполь не через политический плакат, а через судьбу человека.

За то, что попытался говорить не только о войне, но и о возвращении.

Мне близок такой взгляд.

Потому что за названиями государств всегда стоят люди.

За военными сводками — чьи-то матери.

За политическими решениями — чьи-то дети.

За разрушенными окнами — чья-то жизнь.

Политика разделяет людей на стороны.

Война разделяет их на живых и мёртвых.

А искусство должно возвращать человеку лицо.

Егор Бероев попытался это сделать.

И я это ценю.