Дела ИИшные задача Навье-Стокса и авторство

8 сентября OpenAI объявила, что её внутренняя модель решила задачу Навье-Стокса с гладкой внешней силой. Но профессор NYU Тристан Бакмастер опубликовал заявление (https://cims.nyu.edu/~tristanb/statement.pdf), которое рисует иную картину.

До этого Диего Кордоба и Луис Мартинес-Зороа нашли принципиальный путь к построению blow;up. Бакмастер и Левент Альпёге развили программу и с помощью LLM (Codex, Claude и др.) получили гладкое внешнее воздействие для Эйлера, Boussinesq и пористой среды, а также результат по гиподиссипативному Навье-Стоксу (ждёт верификации в Lean).

ИИ использовался как инструмент: математики задавали стратегию, загружали черновики, проверяли и переписывали сгенерированные доказательства – одно из них Альпёге назвал «худшим в жизни». Программа принадлежала людям.

3 сентября Бакмастер связался с OpenAI, узнав, что сведения об их неопубликованной работе дошли до компании. OpenAI предложила обменяться деталями и вычислительные ресурсы. Через три дня сообщили, что их модель уже написала ~100 страниц доказательства.

На звонке Бакмастер спросил, обучалась ли модель на их Codex-сессиях (куда они выгружали все черновики). Ответ: «модель не ищет пользовательские данные» – что не отвечает на вопрос об обучении. Позже OpenAI признала, что не может исключить влияние обезличенных данных от использования её продуктов. Также выяснилось: работа над промптом началась после того, как информация об их прогрессе достигла OpenAI.

Далее Бакмастеру предложили развести публикации: его группа публикует Эйлера, OpenAI – Навье-Стокса, либо он один пишет статью о результате OpenAI, исключив Альпёге (сотрудника Anthropic) из авторства. Бакмастер отказался и сказал, что расскажет всё публично. Ответ Бубеки: «Зачем вам разрушать карьеру?», затем «Если не хотите, чтобы я был милым, мне не обязательно быть милым». Это давление, а не научная дискуссия.

Главное: не позволяйте PR превращать историю в сказку «ИИ решил проблему тысячелетия». Авторство начинается с выбора проблемы, стратегии, интерпретации, проверки – того, что модель выдаёт за математику, а что за «AI slop». ИИ – мощный ускоритель, но он не определяет программу, как ускоритель не открывает бозон Хиггса. Даже если доказательство OpenAI корректно, вопрос – откуда стратегия?

Глобальная гладкость без внешней силы остаётся открытой; официальная задача Clay допускает путь через blow;up с гладкой силой – на него и претендует OpenAI.

Скандал не «ИИ победил», а о конфликте: может ли корпорация одновременно быть поставщиком инструмента, в который учёные загружают неопубликованные идеи, владельцем моделей, потенциально обучающихся на этом, и конкурентом тех же учёных за приоритет? Без аудита ответа нет.

Творцами программы остаются люди: Кордоба, Мартинес-Зороа, Бакмастер, Альпёге. ИИ увеличил скорость, но скорость не делает инструмент автором – лишь обостряет конфликты.