Этюд Аэлита. Шкаф как Квест

(из цикла «ироническая проза»)

Аэлита ворвалась в кабинет профессора с листком бумаги, исписанным вкривь и вкось. Она прижимала его к груди, как военную сводку. За ней вползла Лесли — с растрёпанными волосами и выражением лица человека, который только что вышел из плена.
— Мы час просидели в шкафу, — объявила Аэлита, роняя листок на стол. Прямо поверх карандаша, который тут же попытался спрятаться под ним, как под одеялом.
Профессор отложил книгу.
— В шкафу?
— В квест-руме, — уточнила Лесли, падая в кресло. — «Побег из тюрьмы строгого режима». Реклама обещала час острых ощущений и командную работу.
— Мы вышли за сорок пять минут до конца времени, — сказала Аэлита с достоинством.
— Мы вышли, потому что нас вывел администратор, — поправила Лесли. — Он постучал и спросил, живы ли мы. Мы кричали в микрофон подсказок сорок минут подряд.
Профессор взял листок, развернул. Там были цифры, зачёркнутые несколько раз, стрелки в разные стороны и надпись крупными буквами: «ШКАФ НЕ ПРИЧЁМ».
— Расскажите по порядку.
— По легенде, — начала Аэлита, — нас заперли в камере. Нужно было найти код от сейфа. Подсказка была: «Считай тени на стене в полночь». Я подумала — это метафора. Про философию. Про Платона.
— Это была не метафора, — вздохнула Лесли. — Это буквально нужно было посчитать тени от предметов на стене, которые появлялись при определённом освещении. Простая механика. Для детей.
— Я не читаю механику, — с гордостью сказала Аэлита. — Я читаю смыслы.
— Смыслы не открывают сейф, Аэлита.
— Открыли же в итоге.
— Администратор открыл. Ключом. Потому что мы застряли.
Профессор сложил руки на столе, аккуратно придерживая листок, чтобы не потревожить карандаш.
— А шкаф здесь при чём, если верить вашей надписи?
Аэлита замялась.
— Там был шкаф. Двойное дно. Я решила, что если залезть внутрь и закрыть дверцу, откроется потайной ход. Как в книгах.
— Она залезла, — подтвердила Лесли. — Я закрыла дверцу, чтобы проверить эффект. Защёлка заела.
— Ты меня заперла!
— Я тебя освобождала следующие двадцать минут. С помощью администратора, лома и ненормативной лексики.
Профессор поднял бровь.
— Вы застряли в декоративном шкафу, который не был частью сюжета?
— Он выглядел частью сюжета, — упрямо сказала Аэлита. — Там даже пыль была нанесена художником. Для атмосферы.
— Пыль была настоящая, — заметила Лесли. — Комнату не убирали с прошлой группы.
Профессор сложил пальцы домиком. Карандаш выглянул из-под листка, будто тоже хотел услышать вердикт.
— Аэлита, вы снова искали скрытый смысл там, где была простая инструкция. Вы ищете глубину в тенях на стене, вместо того чтобы просто их посчитать. А потом удивляетесь, что застряли в шкафу собственного изобретения.
— Значит, шкаф — тоже метафора?
— Шкаф — это шкаф. Метафора — это ваша привычка усложнять простое, пока оно не превратится в западню.
Лесли фыркнула, доставая из сумки квитанцию.
— Администратор, кстати, дал нам скидку тридцать процентов. На следующий визит.
— Как великодушно, — сказал профессор.
— Он сказал, что таких, как мы, у него ещё не было, — с гордостью произнесла Аэлита. — Значит, мы особенные.
— Он сказал это со страхом в глазах, — уточнила Лесли.
— Страх и восхищение иногда выглядят одинаково.
Профессор вернул листок Аэлите.
— В следующий раз выбирайте квест попроще. Например, «найди выход из комнаты без шкафов».
— Такого не существует, — вздохнула Аэлита.
— Тогда просто не залезайте в мебель.
Они поднялись. У двери Лесли обернулась:
— Кстати, тени на стене складывались в цифру семь. Простую семёрку.
— Я видела восьмёрку, — упрямо сказала Аэлита, выходя.
Из коридора донеслось: «Семь и восемь — это же почти одно и то же, если посмотреть под углом...»
Профессор посмотрел на карандаш, снова занявший своё законное место на столе, и записал в блокноте: «не пускать её ни в один шкаф. Ни при каких обстоятельствах».

Конец эпизода.