Командировка

               
      Она прошла проходную со смешанным чувством удовлетворения и всё нарастающей тревоги. В целом день начинался не плохо. Не имея багажа, она быстро покинула аэропорт и ещё успела заскочить в отъезжающий автобус в сторону станции метро.
      Питер встретил её не традиционно хмурым утром, а приветливым ласковым солнцем, и это уже было не плохим предзнаменованием. Час пик ещё не настал, но путь предстоял не близкий. Прикинув сколько ей ехать, прибудет она, когда уже сне только схлынет у проходной толпа рабочих, но и администрация, то бишь начальство будет на местах и, дай Бог, ещё не издёрганно текучкой.
       Пока всё складывалось удачно. После недолгих переговоров, голос по внутреннему телефону, довольно скептически отнёсшийся к цели её приезда, согласился наконец выписать ей временный пропуск. Теперь она шла по длинному коридору, оглядывая таблички на дверях. Пройдя до конца, она встала у окна – взять небольшую паузу. Сейчас она войдёт в нужный кабинет, который, очевидно, этажом выше, добьётся у секретаря аудиенции, отдаст письмо лично в руки вершителю судьбы её завода. Подумав о возможных вопросах, которые могут поставить её в тупик, она невольно поежилась. Но лучше уж они, чем письмо возьмут со словами: «ждите ответа», что равносильно провалу.
      Дверь одного из кабинетов открылась и вышел высокий, довольно молодой человек в светло сером костюме. Выразив удивление появлению нового человека, он спросил: «Вы не к нам, нужна помощь?» Получив отрицательный ответ, направился быстрым шагом в глубину коридора, но по дороге снова обернулся, задержав на ней заинтересованный взгляд. Глаза их встретились. Губы его растянулись в широкой приветливой и такой простодушно-восторженной улыбке, что она невольно улыбнулась в ответ, но отвела глаза.
       Человек вдруг скрылся за дверью одного из кабинетов также быстро,
 как и появился.
       Пользуясь тем, что снова одна в коридоре, она повернулась к окну и придирчиво огляделась. Лицо после ночи пути, без явных признаков усталости, свежий неброский макияж, голубой плащ в стиле авангард и модная тёмно-синяя в тон широкополая шляпа. Кивнув своему отражению, она снова встала спиной к окну, чуть опираясь на подоконник.
      Не зная почему, но мимолётная встреча с этим, восторженно глядящим на неё незнакомцем, придала ей уверенности и решимости. Она войдёт в кабинет с прямой спиной и вежливой полуулыбкой. На вопросы будет отвечать обстоятельно и с достоинством. Некоторые ответы – напутствия своего руководства, она заучивала всю долгую дорогу, как мантру чтобы отвечать сейчас уверенно и с достоинством. Главное – без просительного тона и тени заискивания.
      Она уже жалела, что отказалась от услуг этого человека. Может он действительно мог бы ей чем-то помочь? Ну, хотя бы сориентировать в обстановке и подсказать лучший момент для вручения письма их начальству.
     Внезапно дверь, за которой скрылся незнакомец открылась и появился он сам. Вот он миновал свой кабинет, из которого вышел раньше, и шёл со своей светлой улыбкой прямо к ней.
     – Вы к нам на работу? – поинтересовался он.
      Глаза у него было внимательные,
серые и излучали добрый свет.
      – Нет. Я к вам в командировку, – отвечала она на его вопросы, заворожённая этим светом.
      – О, с солнечного юга! Житница страны!
      – Боюсь, что мы действительно становимся только житницей, – по лицу её прошла грустная тень.
      – Почему такой мрачный прогноз? – На Северном Кавказе богато развита промышленность.
     – В том-то и дело, что предприятия этой промышленности, как изношенные корабли – скрипят и дают сильный крен. А вместо ожидаемой замены – перспектива спасаться, кто как может, на их обломках. Новых Госзаказов нет – предприятия закрываются…
     – Да, перестройка, согласился он, –
– Лес рубят – щепки летят.
     Она посмотрела на него с благодарностью за понимание: не надо спорить и ничего доказывать.
      – Наверно вы и приехали по вопросу спасения своего корабля?  – снова улыбнулся он, но голос было сочувствие.
     Она удручённо кивнула.
     – И к кому у вас дело?
     – К Иванову. Вот стою, собираюсь с духом.
      – К Иванову? – переспросил он, – Надо же – мой начальник! Я как чувствовал, что возможно смогу быть вам полезен.
     Он чуть наклонился и сказал, почти заговорщически:
      – А знаете, что я больше всего
 боялся, когда шёл туда? – он указал на дверь, из которой вышел.
      – Что?
      – А вот угадаете с трёх раз –
получите приз.
     – Приз? Какой? – ей определённо нравилось подыгрывать этому нежданному, столь галантному собеседнику.
     – После работы я, если согласитесь, поведу вас в Эрмитаж. Там сейчас выставка Васильева.
     – Васильев, – повторила она, – Современный?
     Вполне возможно, что есть однофамильцы – фамилия распространённая. Но я говорю о Фёдоре Васильеве, который оказал влияние на Левитана, Серова…
     – Левитана?
     Она пыталась держаться светски, но чувствовала, что краснеет до
кончиков волос.
     Он смотрел на неё, не отрываясь, и снова повторил, почти заговорщически:
      – Так знаете, чего я очень боялся?
      – Нет, – беспечно пожала она плечами, про себя думая: «Обязательно восполню этот пробел с Васильевым», а в глазах загорелись весёлые искорки – тема изменилась и удалось выйти из щекотливой ситуации.
      – Я постеснялся попросить вас подождать меня немного и боялся, что вы уйдёте.
      – Правда? – от неожиданности она рассмеялась.
      Он оглянулся на шаги, послышавшиеся сзади.
     – Здравствуйте Сергей Павлович!
     По коридору в их сторону
 шла не молодая уже женщина с папкой в руках. Чувствовалось, что она занимает не последнее место в служебной иерархии. Но в голосе её не было ни насмешки, ни осуждения за то, что сотрудник, покинув рабочее место, ошивается в коридоре с какой-то не известной. Наоборот, в голосе было уважение, как к равному, не смотря на разницу в возрасте. Она приветственно кивнула и незнакомке.
       У той отлегло от сердца: «Значит его уважают, ценят как специалиста».
       – Здравствуйте Виктория Марковна! – также вежливо, но без тени заискивания, ответил он, и спросил её что-то по производству.
       Виктория Марковна остановилась и обстоятельно начала отвечать. Затем улыбнулась и сказала:
       – Вот иду я и издалека любуюсь: какая красивая пара стоит у окна!   Оба стройные, статные – хоть на обложку журнала помещай! 
       Не задерживаясь больше, она скрылась за дверью кабинета.
      Они снова остались одни.
      – У вас не будет из-за меня неприятностей, Сергей Павлович? – с нажимом на его имя, отчество, спросила она.
      – Вы за меня волнуетесь? – в его продолжительном взгляде было удивление и признательность.
      Он протянул руку, – Простите, что не представился, но раз меня опередили, позвольте узнать и ваше имя?
      – Лариса, – она запнулась, не привыкшая, что бы её называли по
отчеству, – Лариса Викторовна.
     – Лариса, – повторил он её имя,
будто смакуя. – Чайка… Символ свободолюбия и независимости.   
      Она кивнула, но смутившись, опустила ресницы. И, будто опомнившись:
      – Не подскажете – когда мне лучше подойти к Иванову?
      Он задумался.
       – Сегодня он целый день занят встречами с представителями филиалов.
      – Но я тоже – представитель филиала! – воскликнула она.
       – Вы новый зам. главного инженера? Потому что, ваш главный инженер, – он слегка наморщил лоб, – Логов Антон Кузьмич, ещё до вчерашнего дня был на месте.
       Она настороженно, в упор вскинула на него глаза: «смеётся?»
Но он по-прежнему смотрел на неё серьёзно и уважительно.
        – Я инженер первой категории КБ, – начала она твёрдо, – И мне даны полномочия представителя нашего завода!
       – Не проще ли оставить письмо, завизировав у секретаря? Всё равно его оставят на рассмотрение.
      – Нет! – вскрикнула она. – На рассмотрение мы бы выслали его факсом. Ответ нужен сейчас!
      – Всё так серьёзно? – он внимательно смотрел на неё.
      – Более чем, – закусила она губу, подавляя отчаяние, – Вопрос о целесообразности нашего существования.
      – Можно взглянуть на письмо?
     Она пожала плечами, мол «а что
это даст?», но достала и протянула
ему лист. Этот человек вызывал у
неё чувство безотчётного доверия.    
      Взглянув на шапку, он весело вскинул бровями:
      – Надо же! Вам повезло на меня – письмо как раз касается моего отдела.
      Она выжидающе замерла. «Даже маленький винтик может оказаться недостающим звеном. Может, этот молодой человек, что позволил себе перерывчик в отсутствие начальства, и правда чем-то поможет?»
      Но вдруг лицо его вытянулось.
      – Что-о! Опять?!
      Он нервно засмеялся, потрясывая в одной руке письмо и сжимая до побеления пальцы другой.
       – С этим вопросом уже приезжали и ваш главный технолог, и
главный инженер, и по телефону
сколько говорено было!  И что?
После решительного отказа ваше руководство решило применить тяжёлую артиллерию – прислать на авось красивую женщину?
      – Я так и чувствовала, что меня подставляют, – проговорила она, каменея лицом. – Мне не подпишут командировку. Предупредили: «Без выполнения – не возвращайся!»
      – Как это «без выполнения – не возвращайся»? – повторил он недоумевая. – Вас послали с заведомо невыполнимым заданием!
      – Теперь меня точно уволят! – безжизненно проговорила она.
      – Хотите, мы письмо ответное составим, разгромное? Привлечём к   
ответственности?
      – Нет-нет! Я и так слыву проблемной, конфликтной. К работе придраться
не могут – вот и ищут повод.
       – Конфликтная? – улыбнулся он.
       Её растерянный взгляд на лице с мелкими, но правильными чертами, трогательные проступившие веснушки делали её вид беззащитным.
     – Я – единственный на заводе разработчик печатных плат, – работа, требующая сосредоточенности и большой концентрации внимания, –пояснила она. – Большая рабочая комната гудит, как улей: говорят о новостях, перекликаются, смеются. Но хуже, когда обращаются по пустякам ко мне. А у меня в голове множество невидимых им связей, проводов, которые нужно развести без пересечения на односторонней плате…
     Он понимающе кивнул.
     – Вы что, делаете до сих пор разводку вручную, не в мониторе?
     – Какой монитор! – с горечью воскликнула она. – У нас только компьютер перед самым моим отъездом появился. Шириной с полстола и малюсеньким экраном. Освоение его пока на уровне «включить» – «выключить». 
     Она замолчала, устремив взгляд внутрь, в свои переживания.
     – А давайте – я отнесу ваше письмо сам, – вдруг предложил он. – Думаю – у меня это лучше получится. Всё равно – мне исполнять это задание и легче убедить начальника.
     Она смотрела на него с радостным недоверием. Какая гора с плеч!
     – Только куда вас пока усадить? – он обвёл глазами вокруг себя. – Раньше тут, возле фикуса стояло кресло, – виновато улыбнулся он.
      – Ничего-ничего, –предупредила она его порыв удобно её усадить, – Мне здесь нормально. Я подожду.
     – Я постараюсь недолго, – пообещал они и сделал он шаг назад, не отрывая взгляд от её лица.
     Потом развернулся и широким шагом направился по коридору.


     Продоление следует