Один день из жизни женщины

Раннее утро.
Начинаю записывать свои мысли. Мне это нужно – иначе взорвусь. Тетрадь становится единственным местом, где можно выпустить то, что давит изнутри. На сердце скребут кошки, дерут без жалости, рвутся наружу. И когда они наконец успокоятся? Когда начнут мурлыкать? Все мысли о Нём – о самом любимом и самом жестоком человеке на свете.
Где он сейчас? Как он? С кем? Думает ли обо мне? Если думает, то что именно? Скучает ли? Нужна ли я ему хоть немного? Может, без меня ему действительно спокойнее? Может, я зря дёргаю его своими звонками и сообщениями? Почему молчит? Равнодушие ли это к моей жизни – а значит, и ко мне? Или, наоборот, он боится выдать, как ему самому плохо? Или это просто мужской способ держать дистанцию – не слабость, не жестокость, а неуклюжая попытка справиться?
Столько вопросов… и ни одного ответа. Как в старом анекдоте: «Ты умная женщина – придумай что-нибудь». Но мне нельзя придумывать: я такого напридумываю, что сама же в это и поверю. А вдруг сбудется?

10 часов утра
Опять этот липкий, противный страх. Он сковывает, не даёт думать ни о чём другом. Пытаюсь утопить его в делах – и хорошо, что всегда есть чем заняться. Письма, отчёты, списки: строчки и цифры держат меня на поверхности, пока внутри что-то тянет ко дну.

11 часов
Музыка! Мой друг, мой спаситель. Включаю громче. Ещё громче. (Интересно, у соседей есть ружьё?)
Звучит песня: «Хорошо, всё будет хорошо, я это знаю…» Да. Всё будет хорошо. Нет, не так. Всё уже хорошо – просто я пока не вижу этого за пеленой своих переживаний.

Полдень
Молчит. В голове молоточком стучит: «Позвони сама! Позвони!» Нет. Не буду. Боюсь нарваться на равнодушный голос, на вежливое «всё нормально». Вежливость сейчас была бы хуже всего. Мне хочется настоящего тепла, а не дежурных слов.
Жизнь идёт своим чередом: музыка гремит, ноги отбивают ритм, а душа всё равно болит. Прости меня, душа, прости. Ты столько терпишь.
Телефон в кармане. С ним на балкон, с ним в ванную. Молчит… Но телефон не виноват. Он у меня хороший, он меня не предаёт.
Семнадцать человек поздравили с праздником. Семнадцать! Спасибо им. Меня помнят, меня любят. Я нужна людям. Мои дорогие, я вас тоже люблю. Спасибо, что вы есть. Но среди этих семнадцати нет Его.
Господи, вразуми меня. Архангел Михаил, помоги не сорваться, не наговорить лишнего, не придумать того, чего нет.

Два часа дня
«Я сильная, я сильная, я справлюсь…» – твержу себе. А потом вдруг осекаюсь: не хочу быть сильной. Совсем не хочу. Хочу быть просто нежной и ласковой. Хочу, чтобы рядом был тот, кто возьмёт эту тяжесть на себя, хотя бы ненадолго.
И вот эта нежная и ласковая женщина идёт на рынок за луком – потому что забыла купить вчера. Обычная деталь, которая возвращает на землю.
На улице весна – полным ходом. Небо высокое, чистое, пронзительно-голубое. Трава поднялась, кусты зазеленели, деревья раскрыли почки. Дети смеются, мужчины улыбаются, а женщины идут с серьёзными лицами. Каждая несёт свою маленькую тайну, и все эти тайны одинаково глубокие.
Улыбаюсь им в ответ: «Улыбайтесь, девочки. Весна пришла. Долгожданная». До чего же я люблю весну. Но по-настоящему счастлива я только летом. Лето, ау-у-у! Я жду тебя…

Шесть часов вечера
Хочется знать, где он сейчас: на работе или на даче? Если на даче – хорошо. Пусть хоть там немного отдохнёт мой трудоголик. Интересно, он всегда был таким упрямым в работе или это только последний год? Может, работа – это его способ прятаться от мыслей, от разговоров, от того, что тяжело? Как его уберечь? Как помочь, не наступая на больное?

Девять часов вечера
Почему он молчит? Не про сегодня даже. Про вообще. Не верит мне? Не доверяет? Или просто не считает нужным делиться тем, что внутри? Значит, я ему чужая? Тогда почему, когда смотрю в его глаза – вижу любовь. Когда обнимает – чувствую, что нужна. Откуда тогда этот холод молчания? Может, всё хорошо, и это только мои страхи рисуют страшные картины? Может, я сама строю стену, а потом боюсь её преодолеть? Ну почему он молчит…

Десять часов вечера
День подходит к концу. Уже ничего не жду. Пусть будет так, как будет.
Закрываю тетрадь. Выключаю свет. И знаю: завтра снова начну всё сначала. Не потому, что не верю в перемены, а потому, что жизнь не останавливается. Даже когда кажется, что она замерла.

2018 г.