Любовь с первого взгляда по-турецки. Глава 18

Продолжение. Начало: http://proza.ru/2026/07/31/47

Аида так и не уснула. Лежала, глядя в потолок, и перечитывала сообщение снова и снова. «Никому не говори». Не «помоги», не «срочно», а «никому не говори». Так пишут, когда хотят отрезать тебя от тех, кто может защитить.

Она повернула голову. Аяз спал рядом, тихо, с выражением спокойствия на лице. Аида смотрела на него и думала: если сказать — он сорвётся, все бросит и полетит разбираться.

Она тихонечко встала, вышла на кухню. Набрала номер Роберта. Гудки — тишина, абонент недоступен.

«Либо его телефон отключён, либо он не хочет отвечать. Но если он в беде, почему написали мне, а не в редакцию, не коллегам, не маме? Почему — мне?»

"Аяз…" — подумала она и тут же остановила себя. Нет. Он и так разрывается между контрактом и ею. Не тащить же его в это. Значит — одной.

Аида оделась тихо, стараясь не разбудить Аяза. Заглянула к родителям — Светлана Александровна уже хлопотала на кухне, Тимур Амирович сидел на веранде с книгой.

— Мам, я на пару часов съезжу по делу, — сказала она как можно небрежнее, придвигая к себе чашку с чаем.

— По какому делу? — не поднимая глаз от сковороды, спросила мать.

— Рабочее. Надо кое с кем встретиться.

— Аида, — Светлана Александровна наконец посмотрела на неё, — я вижу, что ты мне что-то не договариваешь...

— Мам, всё нормально. Вернусь к обеду.

Мать покачала головой, но расспрашивать не стала. Аида ещё раз набрала Роберта. Тишина. Написала: «Роберт, ответь, пожалуйста. Мне написали про тебя. Что случилось?»

Она села в машину и выехала в Москву.

Нескучный сад встретил её пустыми аллеями, мокрыми скамейками и запахом сырой листвы. «Домик в саду» — небольшое кафе в глубине парка — был почти пуст. За крайним столиком сидел лишь один человек. Аида остановилась в дверях.

Он сидел к ней боком, но она узнала его мгновенно — по прямой спине, по тому, как он держал чашку, по хвостику на затылке. Потом он повернулся и улыбнулся — и эта улыбка была ей знакома. Очень, очень хорошо знакома.

— Роман? — Аида замерла. — Роман Воронов?

— Аида, — он поднялся, аккуратно отодвинув стул. — Проходи. Я рад, что ты пришла. Предлагаю попить вместе кофе...

Роман Воронов, фотограф. Человек, с которым она работала когда-то в одной редакции. Человек, который снимал её, ездил с ней в командировки, знал её привычки, её любимый кофе. Человек, которого она всегда считала просто коллегой.

— Ты? — она не двигалась с места. — Это ты написал мне про Роберта?

— Садись, — мягко повторил он. — Пожалуйста.

Она села напротив. Руки на столе, пальцы сжаты — кольцо блеснуло на безымянном. Невольно улыбнулась.

— Где Роберт? — спросила она.

— Роберт в порядке. Насколько я знаю, — ответил Роман, чуть наклонив голову. — Он не в беде. Никто его не трогает. Прости, что пришлось обмануть. Но иначе ты бы не пришла.

Аида почувствовала, как внутри всё обрывается.

— Зачем тогда… Зачем всё это? Загадочное сообщение, неизвестный номер, «никому не говори»…

— Потому что если бы я написал: «Роман Воронов хочет с тобой встретиться» — ты бы не пришла. Или пришла бы с ним. С Аязом. А мне нужно было поговорить с тобой. Только с тобой.

Он смотрел на неё — спокойно, не отводя глаз.

— Роман, я не понимаю, — Аида нахмурилась. — О чём ты хочешь поговорить, что для этого нужно было устраивать спектакль?

— О нас.

Это «о нас» прозвучало так, будто между ними что-то было. Аида растерянно моргнула.

— О нас? Роман, между нами ничего не было. Мы работали вместе. Мы были коллегами.

— Для тебя — да, — он кивнул. — Для тебя — только коллеги. А для меня…

Он замолчал, словно подбирая слова. Потом достал из кармана телефон, открыл галерею и положил на стол. На экране — фотография. Аида. Она стоит у окна в редакции, смеётся, волосы упали на лицо, в руке — чашка с кофе. Снято украдкой, издалека.

— Я снимал тебя каждый день, — тихо сказал Роман. — Для себя.

Аида смотрела на фотографию и не знала, что сказать. В голове шумело.

— Роман …

— Я знаю, — он поднял руку, останавливая её. — Я знаю, что ты сейчас чувствуешь. Ты думаешь: это странно. Это ненормально. Он следил за мной. Но я не следил. Я просто любил. Тихо. Молча. Так, как умею.

Аида медленно отодвинула телефон.

— Роман, я не знала. Прости, если я… Но у меня теперь другая жизнь. Ты же видишь, я помолвлена. И я не могу…

— Я вижу, — перебил он. — Я вижу кольцо. Я видел новости. Я видел, как вы гуляли по Москве, как вы фотографировались у Кремля, как вы целовались в кафе. Я всё видел, Аида. Всё.

Она похолодела. Он следил? Он следил за ней?

— Роман, ты меня пугаешь, — тихо сказала она, делая движение, чтобы встать.

— Не уходи, — он схватил её за запястье. — Пожалуйста.

Она смотрела на его руку, сжимавшую её запястье, и понимала: это не тот Роман, которого она знала. Или — тот роман, которого она никогда не знала. Тот, который прятался за камерой, за шутками в редакции, за чашкой кофе, которую каждый день приносил ей без напоминания.

— Отпусти, — сказала она твёрдо.

Он отпустил. Но не отступил.

— Я был рядом, когда Роберт тебе изменил, — заговорил он быстро. — Я видел, как ты плакала в коридоре, думая, что никто не видит. Я хотел подойти, обнять, сказать: он тебя не стоит. Но ты ушла к Аязу. К этому… актёришке. К человеку, который играет чувства на камеру. И ты думаешь, что он любит тебя по-настоящему?

— Роман, хватит, — Аида встала. — Ты не имеешь права так говорить о нём. Ты его не знаешь.

— Я знаю тебя, — он тоже встал. — Я знаю тебя лучше, чем он. Лучше, чем Роберт. Лучше, чем кто бы то ни было.

— Ты не знаешь меня, — отрезала она.

— Ты всё та же — упрямая, ответственная, готовая всех спасать. И ты снова бросилась спасать Роберта, хотя он этого не просил. Потому что ты именно такая. И именно поэтому я…

— Роман, остановись. Прямо сейчас. Пожалуйста.

Он замолчал. Долго смотрел на неё — и в его взгляде было что-то, от чего Аиде стало не по себе. Не угроза — тоска.

— Я не могу отпустить тебя, — наконец сказал он. — Прости. Я пытался. Не получается.

— Роман, ты не можешь меня «не отпускать». Я не вещь. Я человек. И я уезжаю. Прямо сейчас.

Она повернулась и пошла к выходу.

— Аида.

Его голос за спиной был тихим, почти ласковым.

— Я не позволю тебе уйти.

Она не успела обернуться. Кто-то сзади — схватил её за руки, прижал к себе. Холодная ткань пропахла чем-то сладковатым, химическим. Она хотела закричать — но ладонь накрыла рот, и мир поплыл, стал тёмным, далёким. Последнее, что она услышала, — голос Романа, совсем близко, почти в ухо:

— Прости, Аида. Я не хотел так. Но ты не оставила мне выбора.

Потом — темнота.

***

Аяз проснулся и сразу почувствовал: что-то не так. Кровать рядом была пуста. Одежда Аиды — исчезла. Ключи от машины — тоже. Он спустился вниз. Светлана Александровна мыла посуду.

— Где Аида?

— Уехала по делу. Сказала — к обеду вернётся.

— К обеду, — повторил он, и внутри всё сжалось. Он набрал её номер. Гудки — и тишина. Ещё раз. Тишина. Третий раз — «номер абонента выключен».

— Тимур Амирович, — Аяз вышел на веранду. — Аида уехала одна. Не отвечает на звонки. Вы не знаете, куда она поехала?

Тимур Амирович отложил книгу.

— Она сказала — по рабочему делу.

— Она в отпуске. Какое рабочее дело?

Тимур Амирович молча встал. Лицо его стало жёстким.

— Когда уехала?

— Часа полтора назад.

— Номер её машины помнишь? В машине стоит система отслежки. Звони. Сейчас.

Аяз набрал номер службы отслеживания. Через три минуты ему пришло сообщение: машина Аиды остановилась в районе Нескучного сада. Двигатель выключен. Последняя фиксация — 11:47.

— Нескучный сад, — сообщил Аяз. — Это в Москве?

— Она в Нескучном саду? — удивился Тимур Амирович.

— Да! Я еду туда.

— Я с тобой!

— Тимур! — окликнула Светлана Александровна с кухни. — Что происходит?

— Ничего, — ответил Тимур Амирович.

Когда Аяз и Тимур Амирович примчались к Нескучному саду, время показывало 13:30. Машина Аиды стояла на парковке — пустая, запертая. На переднем сиденье — её сумка. Телефона нет.

Аяз бросился в кафе «Домик в саду». Пусто. Официантка протирала столы.

— Девушка здесь была? — Аяз показал фото Аиды на телефоне. — Невысокая, каштановые волосы, зелёные глаза?

— Была, — кивнула официантка. — С молодым человеком. Они посидели минут пятнадцать. Потом она встала и… как бы это сказать… они ушли вместе. Но как-то странно. Он её держал. Она вроде бы не сопротивлялась, но…

— Как он выглядел? – спросил Тимур Амирович.

— Обычный. Средний рост, волосы светлые собраны в хвостик. Лицо такое… ничем не примечательное. Ещё двое ждали снаружи. У чёрной машины. Без номеров.

Аяз похолодел.

— Двое? Какая машина?

— Audi A6. Они быстро уехали.

Тимур Амирович набрал 112.

— Аяз, — сказал он, прикрыв трубку ладонью, — лови номер телефона ее подруги Лерочки и позвони ей.

Аяз быстро набрал номер девушки.

— Лера, это Аяз, друг Аиды. Мне нужно знать: кто из ее коллег мог быть влюблён в неё?

— Аяз, что случилось?

— Ответь, пожалуйста. Это важно.

Пауза.

— Роман Воронов, — наконец сказала Лера. — Фотограф. Они работали вместе. Он… все знали, что он влюблён. Кроме Аиды. Она никогда не замечала его. Аяз, что происходит?

— Спасибо, — он сбросил вызов и посмотрел на Тимура Амировича.

— Роман Воронов, — повторил он. — Фотограф.

Тимур Амирович поморщился.

— Надо его найти... срочно!

11.09.2026

Фото создано ИИ по идее автора

Продолжение: http://proza.ru/2026/09/15/1991