Они писали, как дышали

Об Окуджаве
Он брал гитару тихо... на износ
И пел про синий, призрачный троллейбус,
Где каждый горький, прожитый вопрос
Смирял надеждой — выбиться из бездны.
В его арбатском, тонком мастерстве
Грусть и тоска уютно приютились,
Чтоб в переулке, в слабой синеве,
Беда и жалость, наконец, простились.

О Куприне
Разгулен был и, падок на вино,
И с женщинами вёл себя не чинно;
Смотрел на жизнь, как в мутное окно,
Где барин счастлив, а лакей — кручина.
В его словах — дыхание полей,
И кабаки, и женский смех лукавый;
Он был живой, из плоти и страстей,
Средь нашей серой, бестолковой славы.

О Бальмонте
Он был поэтом ветра и огня,
Купался в море ярких, звонких слов,
А жизнь пошла, под каблуки кляня,
Его восторг среди пустых основ.
Красив как бог и музыкально пьян,
И слал в эфир созвучья гордой речи
Но в мире скучных, серых обезьян...
Осталась тень, а суть съела беспечность.

О Брюсове
В нём жил поэт, учёный и педант,
Воздвигнув мир из слов и чертежей,
Но загубил великий свой талант
Став эрудитом мнимых рубежей.
Сквозь магию в пустых календарях
И храмы из холодного стекла;
Но время превратило в горький прах
Того, чья мысль до звезд достать могла.

О Северянине
В его стихах — духи и кабаре,
Лик ананасов отражен в шампанском;
Он жил в своем придуманном дворе,
Слегка напыщен, но по-хулигански.
Когда же жизнь, как острая игла,
Проткнула тонкий пафос и одежды,
То вдруг душа поэта поняла,
Как больно русский холод режет.

О Фонвизине
Он вывел подлецов и дураков,
Поставил зеркало перед страною,
Чтоб каждый из вельможных чудаков
Своей кичился сытой глубиною.
Ханжа, чиновник, недоросль-балбес —
Герои те, что выжили повсюду;
Он вскрыл им мозг — а там сплошной прогресс,
Коррупционному подобен блуду.

О Вяземском
Он был мудрец, вельможа, острослов,
Друг гения и тонкий лирик века;
Из всех умов, средь праздности балов,
Ценил в достоинстве суть человека.
Он знал, что слава — мимолетный дым,
Что честь порой опаснее кинжала;
Хотя был сед — в рассудке молодым,
Хоть жизнь его под старость донимала.

О Ходасевиче
Стекло души — прозрачно и темно,
В нем отразились все грехи изгнанья;
Ему, как никому, было дано
Постичь всей нашей боли очертанья.
Жестокий мастер ясной, горькой строчки,
Он жил среди руин и старых слов;
Не ставя в драме жизни вовсе точки,
Он был из тех, кто не боится снов.

Об Иване Бунине
Он помнил вкус ушедшего двора,
Где каждый листик был священной нотой;
Но жизнь его, как горькая гора,
Венчалась не победой, а сиротством.
Он ненавидел строй и мужика,
И красную беду в полях России,
Зато любовь писал через века
Сквозь все свои обиды вековые.

Audio — сопровождения произведений
вы можете услышать на Fabulae.ru
автор — Надежда Шереметева - Свеховская.
https://fabulae.su/autors_b.php?id=8448

Это может быть любопытно.
https://fabulae.ru/autors_b.php?id=17576