Бездонной бездной красоты

О Пушкине
Всем, что в нём есть, нам Пушкин дорог,
Хоть в жизни был он — сущий ад:
Вся жизнь — сплошной дуэльный порох
И рифм бессонный камнепад.
Он был любовник, плут и гений,
В стихах — прозрачен, как ручей,
Живёт в плену у поколений
И в дулах преданных «друзей».

О Маяковском
Он верил в марш, в гудок, в декреты,
Стальною рифмой глотку рвал,
Крича сквозь грудь свою: «Поэты!» —
В пустые чьи-то города.
Не вынес жизни этот гром,
Устав от мира, где в фаворе
Лишь лакированный содом
С душой, зажатой в коридоре.

О Блоке
Он видел деву в синей дымке
И верил в мистику чудес,
Но в петроградской жаркой льдинке
Замёрз небесный горький лес.
Душа его, как птица, билась
О грани серой суеты,
Пока Россия не случилась
Бездонной бездной красоты.

Об Есенине
В нем плакал кабацкий разгульный дебош
И ныла коровья тоска;
Он чувствовал кожей, как русская рожь
В судьбе его так коротка.
Душа его, выпив до дна свою боль,
Сгорела, не видя рассвет;
Берёза вложила в священную роль
Посмертный, отчаянный свет.

О Лермонтове
В его душе, с тоской бесчеловечной, —
Кавказ холодный и сухой расчёт;
Был как скала — беспечный бесконечно,
Искавший пули, что не бережёт.
Талант задыхался под тесным мундиром,
Был злобен, как чёрт, сквозь пронзающий взгляд,
Среди офицеров, нетрезвых, унылых,
Где в каждом втором жил заклятый собрат.

О Тютчеве
Умом Россию не понять,
Аршином общим не измерить,
Пока не научился верить
И беспробудно пропивать.
Средь двух миров он жил, как между,
В зазоре тайны и высот,
Где Бог латает все надежды,
Пока чины и министерство пьёт.

О Некрасове
Он видел мужика в разрывах боли,
Народную надрывно рифмовал он жуть,
Тоскуя, размышлял о русской доле
И пьянкой исковерканную суть.
Великий мастер был, искусный сметчик,
Он превращал в стихи погрешности страны,
Где барин, как отчаянный ответчик,
Народ поставил у столыпинской стены.

Об Ахматовой
В её стихах — сухая чёткость линий
И голос, ставший музыкой страны;
Там Петербург, как траур, вечно синий,
Средь страшных, небывалых дней войны.
Она была с короной под вуалью,
Забывшей всё, но не смогла никак унять
Тоску под ржавою окалиной —
И как душой при этом не стонать?

О Фете
Он славил шёпот, робкое дыханье,
И вечно жил в плену земных примет;
Как будто жизнь — лишь дивное мерцанье,
А грязи русской в ней в помине нет.
Он мастером был хрупкого узора,
В теплице чувства — как в раю немом,
Не видя, что у самого забора
Страна рыдает с пьяным мужиком.

О Гоголе
Чертей он видел в каждой рюмке водки,
В чиновничьих нелепых пиджаках,
И плыли вдаль чертовские решётки,
Скрывая правду в собственных стихах.
Он сжег себя, как скучные бумаги,
Пытаясь вымолить прощенье у небес;
Но до сих пор в пустом, сухом овраге
Тройку безумную толкает его бес.


Audio — сопровождения произведений
вы можете услышать на Fabulae.ru
автор — Надежда Шереметева - Свеховская.
https://fabulae.su/autors_b.php?id=8448

Это может быть любопытно.
https://fabulae.ru/autors_b.php?id=17576