Золотая осень-6. Твори Добро!

Сказки бабушки Варвары
Часть 5. Золотая осень
Глава 6. Твори Добро!

Утро в Жеребилово
Сентябрьское утро в Жеребилово выдалось хмурым, моросил мелкий дождь — будто сама природа вздыхала, провожая лето. Капли стекали по оконным стёклам избы Кудрявцевых, а в воздухе уже чувствовалась осенняя сырость, та самая, что забирается под воротники и заставляет плотнее кутаться в шали. После вчерашнего по-летнему солнечного и жаркого дня сегодня было тихо и грустно.
Бабушка Варвара, как всегда, встала раньше всех. Она тихонько перекрестилась у икон, поправила платок и принялась растапливать печь. В этот день, на Ивана Постного, даже огонь будто разгорался тише, без весёлого треска — всё должно было быть чинно и спокойно. Пока дрова разгорались, бабушка достала из сундука пучок сухих трав — зверобой, полынь, мяту — и положила несколько веточек за иконы, чтобы оберегали семью всю долгую зиму.
— Рая, поднимайся, милая, — тихо позвала бабушка, проходя мимо девичьей постели. — День нынче строгий, но дел хватает. Да и ребятишкам радость сделать надо.
Рая вскочила быстро, хоть и зябко было ступать босыми ногами по холодным половицам. Она умылась ледяной водой из ковша, натянула сарафан, сверху накинула тёплую кофту и вышла в горницу. Там уже хлопотала Анна Арсентьевна: готовила завтрак, а на широкой скамье была выложена ровными рядами собранная ещё вчера  репа. Рядом лежали другие корнеплоды — морковь, свёкла, брюква. Всё нужно было перебрать, отобрать самое крепкое для зимнего хранения. Рая и Александра быстренько позавтракали, собрали портфели и отправились в школу.

В школе
В деревенской школе было тихо, дети старались не шуметь, потому что впереди — урок, и хочется всё сделать как надо.
Школа в Жеребилово помещалась в небольшом бревенчатом доме с широкими окнами. Вдоль стен тянулись длинные лавки, в углу стояла печка, а над учительским столом висела большая карта и несколько выцветших репродукций. Пахло мелом, сухими травами и чуть-чуть — дымом: с утра печку топили, чтобы прогнать осеннюю сырость.
Учительница, Марья Ивановна, была женщиной строгой, но доброй. Она не любила лишней суеты, зато очень ценила, когда дети думали сами и старались вложить в работу кусочек души. В этот день она собрала ребят у доски и сказала:
— Сегодня у нас особенный урок. Ведь репка — она не просто овощ, она в наших сказках живёт, в приметах, в поговорках. Давайте поработаем с ней так, чтобы она нам ответила. Первое задание: придумайте загадку про репку. Пусть она будет хитрой, но понятной. Второе: кто хочет — может нарисовать картинку: репка в земле, или как её тянут, или просто на грядке, под солнышком. А потом почитаем сказку про репку и подумаем, почему в ней все друг за друга держатся.

Загадки про репку
Дети зашептались, зашуршали тетрадями. Кто-то сразу взялся за карандаш, кто-то сидел, хмурил лоб, подбирая слова.
Рая подняла руку:
— Можно, я первую загадку скажу?
Марья Семёновна кивнула.
— «Кругла, да не луна, жёлта, да не масло, с хвостом, да не мышь», — проговорила Рая и чуть покраснела от волнения.
Класс тихонько засмеялся, но не обидно, а радостно — все сразу поняли.
— Хорошо, Рая, — одобрила учительница. — В этой загадке и цвет, и форма, и даже ботва — ты всё учла. Молодец.
Александра тоже придумала загадку, но свою, тихую, будто про себя:
— «В земле сидит крепко, а из земли тянется цепко. Кто за неё возьмётся — всем пригодится».
Марья Семёновна улыбнулась:
— Вот это уже про нашу деревенскую правду. Про то, что один не вытянет, а вместе — всё по силам.
Мальчик Миша сидел чуть в стороне. Он не любил первым отвечать, но когда учительница посмотрела на него, тихо проговорил:
— Я про репку сказку придумал. Не всю, а кусочек. Про то, как она в земле росла и думала: «Тянут меня, тянут… Наверное, хотят, чтобы я им помогла». А потом её вытянули, и она стала похлёбкой, и все наелись, и стало тепло.
В классе на мгновение стало тихо — не от скуки, а от того, что слова прозвучали просто и по-настоящему.
— Это хорошая сказка, — сказала Марья Семёновна. — В ней нет волшебства, но есть правда. А правда иногда сильнее любого чуда.
Пока ребята делились загадками, маленькая Маня старательно рисовала: большую репку, которая почти вылезла из земли, а вокруг неё — дедку, бабку, внучку, Жучку, кошку и мышку. У мышки она нарисовала особенно большие глаза — будто та больше всех старалась.
Васька, который всегда хотел, чтобы было веселее, придумал свою загадку:
— «Тянут-потянут, а она не идёт. А как потянут все вместе — сразу сдаётся!»
Все засмеялись, и даже Марья Ивановна не стала его одергивать — потому что смех был добрым.
Когда с загадками и рисунками было покончено, учительница взяла потрёпанную книжку и сказала:
— А теперь почитаем. Пусть каждый по строчке.
И они стали читать сказку про репку — по очереди. Рая читала про мышку, пока ещё по слогам, но с каждым разом всё увереннее,  голос у неё был тихий, но чёткий. Александра — про внучку. Миша, чуть помедлив, взял строчку про дедку и прочитал её так твёрдо, будто сам стоял в поле и тянул.
А когда дочитали до конца и хором произнесли: «Вытянули репку!», в классе снова стало тихо, но уже по-другому — будто все почувствовали одно и то же: как важно, когда рядом те, кто не бросит.
Один за всех и все за одного
Марья Ивановна закрыла книжку и посмотрела на ребят:
— Видите, как в сказке устроено? Никто не главный, и никто не лишний. Даже мышка нужна. Так и у нас в деревне: если кто-то устал, другой подставит плечо. Если кто-то не знает — другой подскажет. Это и есть наша сила.
После урока дети не разбежались сразу по домам. Кто-то остался дорисовать, кто-то пересказывал сказку малышам, а Рая подошла к учительнице и тихо спросила:
— А можно я свою загадку бабушке Варваре расскажу? Она любит такие загадки.
— Конечно, можно, — ответила Марья Ивановна и чуть наклонилась к ней. — И знаешь, Рая, когда ты её расскажешь, пусть это будет не просто загадка, а как маленький подарок. От тебя — ей.
Рая кивнула, прижала к груди тетрадку с рисунком и вышла на крыльцо.
Осенний воздух был свежим, пах мокрой листвой и дымом из труб. По дороге домой она всё повторяла про себя свою загадку, чтобы не забыть ни слова. А когда увидела знакомую тропинку к избе Кудрявцевых и увидела, как из трубы поднимается дым, сердце у неё радостно ёкнуло: дома ждут, и там сейчас будет тепло, и бабушка Варвара обязательно улыбнётся, услышав её загадку.

 Репный праздник
Когда Рая  пришла домой из школы, Иван Дмитриевич, глава семьи, сидел у окна, чинил упряжь. Лицо у него было сосредоточенное, движения неторопливые. Он редко говорил в такие дни — считал, что на Ивана Постного лишние слова ни к чему.
Александра, старшая сестра Раи,  вернувшаяся домой чуть раньше, уже успела сбегать к колодцу и теперь помогала Анне Арсентьевне. А Вячеслав, крепкий и серьёзный, как и подобает парню на пороге взрослой жизни, вышел во двор проверить, всё ли в порядке с сеном и дровами. Дождь не мешал ему — он будто не замечал сырости, только плотнее запахивал куртку.
После скромного обеда, где на столе была простая постная еда — каша с репой, квашеная капуста, ржаной хлеб, — Рая, Александра и Вячеслав собрались вместе.
— А давайте ребятишкам сказку покажем, — предложила Рая, глаза у неё загорелись. — Про репку! Ведь сегодня как раз Репный праздник!
Александра улыбнулась:
— Хорошая мысль. Пусть хоть на минутку забудут про строгие приметы да про то, что нельзя шуметь.
Вячеслав хмыкнул, но в глазах мелькнула улыбка:
— Ну, если надо, буду дедкой. Только без криков, ладно? Сегодня день тихий.

Сказка про репку
Они вышли на середину деревни, где под навесом от дождя уже собрались ребятишки. Кто-то притащил старый ящик — он стал сценой. Рая быстро распределила роли:
— Я буду мышкой! — закричала она, а потом тут же понизила голос, вспомнив, что шуметь нельзя. — То есть… я тихонько буду мышкой.
Александра стала бабкой, маленькая Маня из соседней избы — внучкой, а толстый Васька, который всё время смеялся, согласился быть Жучкой. Кошку решили не звать — она всё равно где-то пряталась от дождя.
И вот началось представление. В углу сарая под навесом лежала огромная репа, которую вчера выкопали Иван Дмитриевич и Вячеслав на огороде. Вячеслав, нахмурив брови и уперев руки в бока, грозно тянул:
— Тяну-потяну, вытянуть не могу…
Александра подходила, бралась за него, и они тянули вместе. Потом подбегала внучка, за ней — Жучка, кошка, а в конце — маленькая мышка-Рая. И когда все дружно «потянули», Вячеслав нарочно пошатнулся и чуть не упал, но удержался, а все дети засмеялись — тихо, по-осеннему, будто шелест листьев.
Репка «выдернулась», и все захлопали в ладоши, но не громко, а так, чтобы не нарушить тишину этого строгого дня.
Когда представление закончилось, ребятишки не разбежались, а стали расспрашивать:
— А правда, что сегодня нельзя ножи брать?
— А почему яблоки не едят?
Рая хотела было рассказать всё, что знала, но тут подошла бабушка Варвара. Она присела на край ящика, поправила платок и сказала спокойно:
— День сегодня особенный, грустный. Потому и не веселятся громко, и круглых плодов не едят — в память о великом горе. Но доброе дело сделать можно. Вот вы сейчас посмеялись тихонько, порадовались — это не грех. А теперь давайте-ка я вам про репку не сказку, а быль расскажу. Как наши прадеды репу сажали, как хранили её в погребах, как из неё похлёбку варили зимой…
И дети притихли, сели поближе, кто-то даже прижался к бабушке. А дождь всё шёл и шёл, но уже не казался таким холодным.

Вечер в доме Кудрявцевых
Вечер  опустился на деревню тихо, будто не хотел спугнуть ту особую тишину, что держится в день Ивана Постного. Дождь наконец перестал, но небо оставалось тёмным, низко нависшим над крышами, и только из труб поднимался лёгкий дым — он тянулся вверх и растворялся во мраке.
Когда сумерки легли на деревню, семья Кудрявцевых собралась у печи. Бабушка Варвара тихо рассказывала про Ивана Постного, про приметы и обычаи, а Рая сидела, прижавшись к Александре, и думала, что даже в самый строгий и тихий день можно найти капельку радости — если делать её для других.
В горнице было тепло от печи, пахло сушёными травами и ржаным хлебом. Семья собралась поближе к огню: Иван Дмитриевич сидел на лавке, опершись локтями на колени, Анна Арсентьевна пряла, тихонько постукивая веретеном, Александра чинила рубаху, а Рая устроилась рядышком, прижавшись плечом к сестре. Вячеслав сел чуть поодаль — он уже считал себя почти взрослым, но тоже не уходил, слушал внимательно, как и все.
Бабушка Варвара сидела у самого тепла, сложив руки на коленях. Лицо её было спокойным, но в глазах таилась та особая грусть, с которой в деревне привыкли говорить о строгих и печальных днях.
— Сегодня день тяжёлый, — проговорила она негромко, будто сама с собой, а потом подняла взгляд на детей. — День Усекновения главы Иоанна Предтечи. В народе его и зовут Иваном Постным. Не для веселья он, а для памяти.
Рая тихонько вздохнула и придвинулась ещё ближе.
— Бабушка, расскажи… про святого Иоанна, — попросила она шёпотом.

Легенда про Иоанна Крестителя
Александра мягко положила ладонь ей на плечо, будто хотела сказать: «Не бойся, это история не для страха, а для понимания».
Бабушка кивнула.
— Хорошо, расскажу. Только слушайте не как страшную сказку, а как правду о том, как зло само себя наказывает.
И она начала:
— Жил когда-то пророк Иоанн, тот самый, что крестил Спасителя нашего. Голос его был твёрд, а слово — прямое. Не боялся он говорить правду даже сильным мира сего. Вот и царю Ироду Антипе сказал он прямо: не должно тебе жить с женой брата твоего, оставь неправду. За эти слова Ирод посадил Иоанна в темницу. Боялся он гнева Божьего, да и народ любил пророка, потому не решался убить его сразу.
А потом случился пир в честь дня рождения Ирода. Собрались вельможи, старейшины, все важные люди. И вышла перед ними Саломея, дочь Иродиады, и так плясала, что Ирод, ослеплённый похвалой гостей, поклялся: дам тебе всё, чего ни попросишь, хоть полцарства. А она, наученная злой матерью своей, сказала: дай мне сейчас же на блюде голову Иоанна Крестителя.
Тут и опечалился Ирод. Понимал ведь, что творит зло. Но клятва, данная при всех, связала ему руки. И отдал он приказ казнить пророка.
Когда принесли голову Иоанна на блюде, даже мёртвые уста его вновь заговорили — и сказали то же, что и прежде: «Не должно тебе иметь жену брата твоего». Так правда не умолкает даже после смерти.
А Иродиада, полная злобы, исколола язык пророка и спрятала главу в нечистом месте. Но нашлась благочестивая женщина, Иоанна, жена домоправителя Иродова. Она тайно взяла святую главу, положила в глиняный сосуд и погребла на горе Елеонской, чтобы сберечь от поругания. Ученики же Иоанна в ту же ночь забрали его тело и похоронили в городе Севастии.
Но суд Божий не замедлил. Судьба сама настигла тех, кто творил зло. Саломея однажды переходила реку зимой и провалилась под лёд. И вышло так, что тело её оказалось в воде, а голова — над льдом, и она, словно в пляске, беспомощно двигала ногами, пока острый лёд не перерезал ей шею. Тело так и не нашли, а голову её принесли Ироду и Иродиаде — так же, как когда-то принесли им главу святого Иоанна.
А потом и сам Ирод потерял всё. Аравийский царь, отец брошенной жены Ирода, пошёл на него войной. Ирод потерпел поражение, прогневил римского императора и был сослан вместе с Иродиадой сначала в Галлию, потом в Испанию. И там, по преданию, земля разверзлась и поглотила их.
Вот такая история, дети. Не для того, чтобы пугать, а чтобы помнить: зло всегда возвращается к тому, кто его сеет, а правда сильнее страха и клятв, данных в пылу гордости.

Твори Добро!
В избе стало совсем тихо. Даже веретено Анны Арсентьевны замерло на мгновение. Рая сидела, крепко сжав пальцы, но страха в её глазах не было — только глубокое, почти взрослое понимание.
Вячеслав чуть нахмурился, будто примерял эту правду к себе: как важно держать слово, но ещё важнее — не давать клятв, которые ведут ко злу.
Анна Арсентьевнаа тихо погладила Раю по волосам.
— А знаешь, Рая, — сказала она мягко, — сегодня мы не могли резать ничего острым, не могли ставить на стол круглые плоды… Это ведь не просто запрет. Это память. Чтобы в этот день руки помнили: не для ножа они, а чтобы помогать. Как вы днём сказку показывали.
Рая кивнула.
— Да… Мы тянули репку все вместе. И вытянули. Потому что дружно.
Бабушка Варвара улыбнулась уголком губ.
— Вот именно. В такие дни особенно важно делать доброе, но тихо, без хвастовства. Пусть это будет как тёплый хлеб в холодной избе — просто есть, и от этого всем легче.
Иван Дмитриевич наконец подал голос:
— Завтра день будет попроще. А сегодня пусть будет тихо. И пусть память эта в сердце держится.
Он встал, подошёл к окну, посмотрел в темноту, где уже проступали первые звёзды, и будто кивнул им, как старым знакомым.
А Рая, прижавшись к Александре, подумала, что даже в самый строгий день можно согреться — не от печи, а от того, что рядом родные, и что правда, рассказанная добрым голосом, не ранит, а бережёт.
   
Продолжение следует
©Сергей Весенин   #сказкибабушкиВарварыродРодинанарод