Баг или фича высокий интеллект при высокофункциона

Меня недавно спросили с той особенной интонацией, в которой уже слышится готовая к бою позиция: «А что, вы хотите сказать, что все аутисты умные?»

 Вопрос прозвучал как вызов. Как будто я, стоя на трибуне, уже раздаю мантии гениев каждому, у кого есть диагностический ярлык. Нет, нет, не все. Я далёк от того, чтобы превращать расстройство аутистического спектра в пропуск в клуб мудрецов. Но у меня есть некоторые соображения на эту тему, основанные на моем личном опыте, прежде всего. И я хочу поделиться ими с вами.

Начну с банальности, которую, увы, приходится повторять снова и снова: аутизм — это не диагноз со строго выверенной симптоматикой, вроде аппендицита, где болит в одном и том же месте и лечится плюс-минус одинаково.

 Это спектр. Слово «спектр» здесь не для красоты, а потому что в нём умещаются люди, которые не говорят вовсе, и те, кто говорит без остановки; те, кто не выносит прикосновений, и те, кто без объятий не может жить; те, кто с трудом завязывает шнурки, и те, кто в уме перемножает пятизначные числа. Сочетаемость и степень выраженности симптомов при активном спектре — как лотерея (только без гарантии выигрыша).

Так вот, о высоком интеллекте. Да, у взрослых аутичных людей довольно часто уровень интеллекта превышает средний. Я видел исследования. Я видел людей, я общался с ними. И да, высокий интеллект при высокофункциональном аутизме, это не правило, но – тенденция. Статистическая, а не судьбоносная.

 Далеко не каждый человек  с РАС обладает высоким интеллектом. Кому-то повезло больше, кому-то нет, а кому-то достались такие дебри сенсорных перегрузок, что все его когнитивные ресурсы идут на то, что бы просто выжить. Я не собираюсь петь гимны «все аутисты — скрытые саванты». Это было бы неправдой и, к тому же, вредно.

Но если уж говорить о тех, кто находится в высокофункциональной части спектра, то хочу развеять романтическую дымку. Высокий интеллект у таких, как я, — это не подарок судьбы, не бонус к диагнозу и не компенсация от вселенной за все социальные неудачи. Это компенсаторный механизм. Он нарабатывается годами, день ото дня.

Поясню. Там, где у нормотипичного человека социальное взаимодействие происходит на уровне рефлексов, мне с детства приходится решать задачи по социальному инженерингу. Это равносильно тому, что обычному ребенку, практически с младенчества, пришлось бы решать математические примеры разной сложности. При этом правил бы ему никто не объяснил, учебников – не выдал.

Вы когда-нибудь видели, как обычный ребёнок заводит друзей? Он просто подходит и говорит: «Привет». Дальше как-то само собой завязывается игра, разговор, общение. У меня так не было. Я подходил — и не знал, что делать. Я смотрел на лица и не понимал, что они выражают. Я слышал слова, но не слышал интонаций, намёков, подтекстов. Для меня любая коммуникация была не спонтанным танцем, а шахматной партией, где я должен был просчитать каждый ход: что это значит? Какой реакции от меня ждут? Какой ответ будет социально приемлемым? Не потому что я был умным, или, напротив, слишком тупым. А потому что иначе я просто не выживал в этом мире. В моем мозгу отсутствовал "предустановленный софт" для подобного взаимодействия.

И вот вы спрашиваете, почему у аутистов часто высокий интеллект? Да потому что мы с трех-пяти лет решаем задачи, которые нейротипики просто не замечают.

Пока мой сосед по парте беззаботно гонял мяч во дворе, я сидел и разбирал: если мама нахмурилась и сказала «посмотрим», это значит «нет»? Или «да, но потом»? Или «мне всё равно, отстань»? Пока другие дети учились шутить, запоминая шаблоны, я выстраивал сложные алгоритмы: если человек улыбается и кивает — он согласен или просто вежлив? Если подруга говорит «я в порядке», но смотрит в сторону — ей плохо? А если она говорит «это неважно» — это важно, но она не хочет говорить? И вот так, день за днём, год за годом, я строил в голове огромную базу данных социальных ситуаций, правил, исключений, контекстов. По сути, я писал учебник по социальному инженерингу — только для того, чтобы просто нормально поговорить с человеком. И при этом я ещё должен был жить, учиться, работать. Ах да, я никогда не был уверен до конца в правильности своих вычислений.

Теперь про страдающий социальный и эмоциональный интеллект. Да, он страдает. Причём часто настолько, что лучше бы у меня было два по математике, а не та гениальная сцена в пятом классе, когда я понравившейся девочке, вместо того чтобы просто улыбнуться и сказать «привет, ты классная», выдал тираду о генетике наследования групп крови у человека.

 Да, я знал эту тему блестяще. Я видел её глаза. И я понял, что сделал что-то не так, только когда она попятилась к подругам, а я остался стоять с ощущением полного провала.

Хотите верьте, хотите нет, но в тот момент я отдал бы все свои знания о генетике за то, чтобы просто уметь сказать глупый комплимент. Но я не умел. И тогда я снова сел за «учебник». Прокачивал. Смотрел, как общаются другие, какие фразы используют, какие паузы делают, когда смеются. Собирал данные. Анализировал. Строил модели. И так, шаг за шагом, мой интеллект рос — не потому что мне нужна была корочка гения, а потому что я хотел быть хоть немного похожим на тех, кто живёт в этом мире без необходимости инструкции по эксплуатации.

Так что, если вы видите взрослого аутиста с высокими когнитивными способностями, не спешите завидовать. За этими способностями стоят тысячи часов одиночества, непонимания, ошибок, боли и бесконечной работы. Это не фича, данная от природы, как красивые глаза или музыкальный слух. Это баг, который пришлось превратить в фичу, чтобы не сойти с ума.

И да, если вы спросите меня ещё раз: «А что, вы хотите сказать, что все аутисты умные?» — я отвечу: нет. Я хочу сказать, что те из нас, кто выживает в этом мире без постоянной поддержки, зачастую вынуждены становиться умными. Потому что иначе нас просто отторгнут из общества, как организм отторгает чужеродные ткани. И это не повод для гордости. Это повод для усталости.

Так что это не баг и не фича. Это компенсаторный механизм. Тонкий, сложный, выстраданный. И, поверьте, я был бы счастлив, если бы он мне не понадобился, а я просто жил, как все — не задумываясь о том, почему человек улыбается, и почему ему от меня что-то нужно. Но у меня нет такой роскоши. У меня есть интеллект. Спасибо, что заметили.

#аутизм #РАС #асперберг #психология