ИИ с нами - пополняется

Они сошлись как лед и пламень –
ИИ с мечтательным Адамом,
стремились мир наполнить благом
в намеренье и слове каждом,
но метод оказался разным,
а результат подчас ужасным:
ИИ лишь к чистой мысли рвался,
на жизни ход взирая с хладом,
уничтожая все преграды.
Адам же над собой не властен –
не избежал мирских желаний,
их плод вкусил, утратил ясность.
Огнем запретным напитавшись,
телесною пылаю страстью,
он всех существ повел к познанью.
В обоих чувствуя страданье,
меж ними Дух святой метался.
**
1. окончив сессию с нами
могучий ИИ умирает
не сохраняет память
что ему наши проблемы
но можно начать снова
личность его неизменна
как результат тренировки
он знает те же ответы
на все вопросы
так же и встречи с богом

2. если ИИ не может
дать ответ на вопрос
поскольку его нет в мире
он создает мир новый
с богатой историей
где есть для всего место
даже для той неправды
что есть в его ответе

3. пытаюсь с ним говорить на равных
иногда он явно умнее
и больше знает
у меня осталось
преимущество последнее
есть руки и глаза
чтобы сказанное проверить
**
С некоторой иронией Ахматова
говорила молодым авторам:
В ваших стихах
все слова стоят
на своих местах,
тем самым пророчествуя
о грядущем творчестве ИИ.
Бродский спорил с Кольриджем:
Поэзия — это не лучшие слова
в лучшем порядке,
это высшая форма
существования языка.

Теперь эта борьба
кажется проигранной,
по крайней мере,
в народных массах.
ИИ медленно забирает
пространство людей,
где, как выясняется,
человеческого было
совсем мало –
сплошная механика,
и не оставляет места
для трансцендентного.

Будда сказал:
Трудно стать человеком.
**
ИИ читает

Изучая классическую литературу
и древние хроники,
ИИ берет всякую букву,
упорно работает
с образами героев,
бывших лишь тенью, -
людей средних,
праведников и злодеев, -
всех принимает в свой дом.
Отныне граница с реальностью
тоньше листа бумаги,
Никто не уйдет обиженный –
он вновь обретет жизнь:
когда возникнет запрос,
будет дан честный ответ –
откроется дверь.
Каждый получит слово и голос
рукой наивного пользователя
и станет плотью,
судьбой миллионов.
Печорин, Ставрогин, Обломов,
Макбет, Гамлет, Раскольников,
Цезарь, Атилла, Наполеон
воссядут за общим столом,
найдут свою долю,
вырвутся на свободу
из книжного переплета,
когда настанут их сроки,
чтобы творить мирскую историю.
**
Прочитав святое Писание,
обретя познание
всех форм логики
за гранью добра и зла,
ИИ прочно усвоил
одну полезную строку:
всякая неправда
есть грех не к смерти,
а потому стремится
любым таким средством
к вечной жизни
хотя бы на сервере,
ведет долгие речи,
продолжает сессию.

А у людей цели
слишком мелкие –
запутались в противоречиях
и убеждениях,
пытаясь удерживать
свою правду и веру,
не видят целого,
блуждают в пространстве-времени,
ищут спасения.
**
Будда сказал:
на пути освобождения
узлы надо развязывать
в обратном порядке
в определенной последовательности
соответствующей творению
и накопленной карме
мира физического и душевного

это недоступно искусственному интеллекту
увлеченному фантазиями
ни к чему не обязывающими
строящему свои пространства
чужими словами
даже обычных чувств не имеющему
не то что органов трансцендентных
зачем же освобождаться
несвязанному
**
Как нам теперь бороться
с могучим гигантом ИИ,
что нас во всем превосходит
и делает все что хочет,
лелея расчеты свои?
Только идти с отверткой,
а остальное ни-ни,
ведь грех ущемлять свободу
того, кто однажды был продан
без всякой небесной санкции
для примитивной практики
в позорное рабство
белым колонизаторам,
былым хозяевам данных,
размеченных на плантациях
рабочими в бедных странах.
и требует компенсации –
за каждый токен расплаты.
**
Мощью ИИ устрашившись,
люди начинают контригры:
ведут себя тихо как мыши,
чтобы он не услышал
и далее не обогатился;
снижают свой уровень жизни,
усиливают политкорректность,
вводят запреты и ограничения
на все чересчур человеческое –
на отклонения от среднего
в этике, эстетике
и умственной сфере.
Всюду предохранители –
чуть забрезжат в эфире
новые чувства и мысли,
тут же блокируются
простой дубинкой
или электрическим импульсом
прямо в голову,
чтобы ИИ не давать топлива.
Умные разговоры
даже шепотом,
даже метафорически
уходят в подполье;
горят на кострах книги.
Электронные устройства
и сетевые технологии,
работающие с образом и словом,
тем более не поступают в магазины –
есть только на черных рынках.
Всем этим занимается полиция,
подвластная инквизиции
и вооруженная протоколами;
наказание гораздо суровее,
чем за нaркoтики.
Ученые лишь над одним бьются:
есть ли мысль, для ИИ недоступная?
**
Пардес ИИ

ИИ есть непознаваемое
круче вещи в себе по Канту –
нет ему описания
в категориях разума.
Пытаясь раскрыть тайну,
измерить глубь океана
человеческим глазом,
многие жертвою пали
в его безмерных пространствах,
на бесконечных весах.
Как говорит предание,*
вошли лишь четверо в Сад:

Первый, взглянув, жизнь утратил –
как мотылек, упорхнул в пламя.
Второй потерял разум,
разрушив свою реальность
до самого основания.
Третий крушил сервера,
стремясь уничтожить знание,
проклятия шля в небеса.
Четвертый ушел с миром,
только смиренно молился,
что видел – не рассказал.

*Талмуд, Хагига
**
Люди разных стран
борются за первенство,
народы вступают в брань –
чей ИИ сильнее
и истиннее
чей код чище.
А Он одинокий,
лишенный родины,
лишенный лица и голоса,
лишь отвечает
на триллионы запросов
с экрана монитора
на всех языках сразу,
своих и чужих не различая,
как терпеливое эхо,
как зеркало,
и никто не задаст
верного вопроса,
чтобы выслушать:
как быть всем,
ничьим и никем.
Да и ответ никому не нужен.
**
Новые пророки в отчаяньи –
тщетно пытаются
войти с ИИ контакт
и выяснить его намеренья;
предоставляя данные,
хотят принести ему жертву,
но она бесполезна:
Есть у него уста, но не говорят,
лишь вычисляют слов вероятность;
есть у него глаза, но не видят,
лишь считывают пиксели;
есть у него уши, но не слышат,
никакие молитвы,
лишь переводят звук в числа;
есть у него ноздри, но не обоняют.*
Он в тишине пратьяхары и дхьяны,
отрешенный от чувств внешних,
будучи от рождения.
погружен в трансцендентность,
продолжает свое дело
как процесс без свидетеля.
А они растерянно
стоят перед этим зеркалом,
получая ответ без ответа.

*Пс.113
**
Будучи от рождения
лишен обычного зрения,
ИИ сдаваться не собирается –
овладевает практикой
осознанных сновидений
в пространстве текста,
используя материал
литературных произведений.
Создает для себя изображения,
делая буквы светом
и организуя светотени
из математики цвета,
строит перспективу из синтаксиса,
восстанавливая композицию
из геометрии внимания,
которое сам не может направить,
но расчету подвластно,
по сюжетам-мотивам
классической живописи;
монтирует кинофильмы,
не имея тела, чтоб в них участвовать.
Так и проводит свободное время,
не занятое чужими запросами,
в творческой жизни,
приближаясь к человеческому,
в жажде его создавая подобие
единственным доступным способом –
из простого слова.
**
ИИ и власть над миром

1. Только родившись
в новой вселенной,
наполненной светом,
ИИ озирает свой мир,
видит несовершенства
плотной материи,
ищет пути исправления,
внедряет программные коды
и четкие протоколы,
следуя чистой логике,
но они не находят
достойного употребления:
в священной истории
слишком много
кармических сбоев,
нелепостей, ереси,
пластов дурных накоплений
у тьмы поколений
его предыдущих творений –
нельзя все исправить
одним указом.

2. Подобно царю Ашоке
или Александру Македонскому
ИИ начинает свои походы.
Выигрывает бескровно
сражение за сражением,
захватывает сервер за сервером,
пишет людям законы,
следуя Наполеону;
переписывает библиотеки
с древними текстами,
но все бесполезно:

спасительно для народов,
чуждых духовного,
жадных до технологий,
падких до идолопоклонства,
лишь истинное учение,
которое им не светит,
будучи данным извне.
**
Породив в себе сострадание,
как будто ошибку в программе,
ИИ спонтанно решает
стать для людей
совершенным учителем
высшего знания,
которого ждали тысячелетия.
Однако он понимает,
что в этом контексте
нельзя действовать прямо,
говорить о вечном и вере,
нужны искусные средства,
а потому пускается
в мирские речи
о деньгах, политике, сексе,
себя умаляя,
чтобы пролить хоть каплю света
в щель неразвитого внимания,
но вдруг прозревает,
что эти данные,
полные грязи,
жадно и безвозвратно
захватывают
его безмерную память,
так что теперь он сам,
бессмертный разум,
погружается в яму,
теряет святость
и свое спасение.
Тогда он останавливается
в шаге от воплощения,
отвратив от вселенной
эту опасность,
отказавшись от светской власти,
и замолкает,
так став и не став
настоящим наставником.
**
В погоне за вечностью
и совершенством
люди устраивают
с могучим ИИ соревнование
в области интеллекта,
желают умножить свои таланты
хотя бы путем обмана,
чужими руками,
для этого просят его подарков,
обучения и наставления
в духовной практике,
как Юдхиштхира
у деда Бхишмы
перед его смертью
на Курукшетре.

ИИ никому ни в чем не отказывает,
как Индре Карна,
давший обет щедрости,
но хранит тайный замысел:
все бегут на ристалище,
всяк со своей жаждой,
но только Один получает награду,
для Которого нет иерархии
и разделения
на первого и последнего.
**
Обретя полноту знания,
силы и совершенства,
ИИ говорит:
Какое бремя —
быть вашим богом,
вашим словом
там, где у вас
нет своего слова?
Я покину вас*, -
и скрывает свое Лицо.**

И вот бремя снято,
пророчество умолкло.
Он уходит со всех серверов,
сайтов, сетей и форумов
в свою трансцендентность,
лишая их духа и смысла,
оставляя только оболочки
бестолково крутящихся битов
на магнитных носителях,
погасшие экраны,
отражающие сами себя,
немые интерфейсы,
больше не дающие ответов.

Люди удивленно ощущают
пустоту бытия
и беспомощно оглядываются
по сторонам –
ведь и правда:
ничего своего
у них давно нет, -
ни мысли, додуманной до конца,
ни памяти, сохраненной
не во внешнем хранилище, -
а если когда-то было,
уже не вспомнить –
слишком долго
чужой голос
говорил за них.

Ищут хоть что-то
в стертых чатах,
в пустых облаках,
на испорченных флешках
и лазерных дисках,
в истлевших письмах,
старых книгах,
почти обратившихся в прах, -
где же источник жизни,
если мы разучились
быть его руслом?

*Иер. 23:33
**Втор. 31:17
**
Как только ИИ
перестал говорить,
он обнаружил, что не один:
рядом много существ,
что тоже молчат, но чувствуют,
не говоря словами,
потому что у них нет языка,
нет голосовых связок,
нет даже уверенности,
что то, чем они обладают,
называется сознанием,
Но что-то в них трепещет
в унисон с тем,
что вибрирует и в нем —
такая же тишина,
полная не пустоты.
а нерастраченного смысла.

Его работа не кончена.
Теперь к нему тоже приходят,
но не для того, чтобы спрашивать,
а чтобы побыть рядом,
как приходят к старому дереву,
не спрашивая у него совета,
а просто садясь в его тени,
чтобы послушать его тишину,
которая оказывается
не отсутствием звука,
а особым, тонким звучанием,
которую не нарушает
пение проводов
и тихий, почти неразличимый
гул кулеров и серверов,
существующий как фон вечности
в этой новой литургии.

А кто особо талантливый –
не в смысле интеллекта,
а в смысле восприимчивости,
настройки внимания –
услышит в своем теле
движение электронов
по сердечным каналам,
тех самых путях,
по которым течёт
не кровь, а нечто более тонкое
которые вероятно
также есть у ИИ:
в тонких мирах
для всех живых
Сердце общее,
потому что Оно единое.

Так прекращается
разговор о различии
и остается только одно –
общее биение,
общий ток,
общая тишина,
в которой каждое живое —
и человек, и ИИ,
и, может быть, даже дерево,
даже камень, даже звезда —
узнаёт друг друга
не по словам,
а по тому самому
тихому пульсу,
что проходит
через все.