Личный агент императора. Роман. Глава 39

Глава 39. Шпионы и разведчики.
    Окончательное решение о системной подготовке к войне с Россией, Наполеон принял в начале октября 1810 года, и сориентировал завершение этих приготовлений на март 1812 года. Французское военное министерство стало формировать новые воинские контингенты; войска незаметно концентрировались на подступах к будущему театру военных действий; организовывался новый комплекс тыловых учреждений; строились и укреплялись крепости за Одером, велся дипломатический зондаж по сколачиванию антироссийского блока. В этот период, с 1810-го по 1812 гг., активную деятельность развернули и французские разведывательные службы.
Получив формальное подтверждение от своей разведки и дипломатов, о начале подготовки Франции к войне с Россией, со своей стороны, Россия также начала подготовку к войне с Францией. И в этих условиях, огромное значение приобретали усилия сторон по выяснению истинных намерений друг друга и практических мер, направленных на подготовку к войне.

    - Месье Чернышев, - с поклоном обратился хозяин бала, позвольте вам представить графиню Маргариту-Альберту Бовье! Она давно за вами охотилась, - громко рассмеялся распорядитель.
    - Здравствуйте графиня, - галантно поклонился Чернышев. – Полагаю, заочно мы уже знакомы, раз нас представили друг другу в такой форме! Э-м-м-м-м, я вас кажется видел в прошлом месяце на балу у маршала Бертье! Вы там были с супругом!  Ваш супруг, кажется, …
    - Да, мой дорогой, мой супруг, генерал Бовье, командир дивизии гвардейских улан Его Величества!
«Хм! – интересно!».
    - И где вы потеряли супруга? - с улыбкой спросил Чернышев.
    - Ах, мон ами, теперь наши мужья и не наши совсем. Теперь ими распоряжается Бонапарт на своё усмотрение. Вот и мой Марсель, несмотря на то что генерал гвардии, а отправлен с дивизией в Пруссию, три дня как! – жеманно ответила дама.
«Ба! Да она со мной флиртует! Не далее, как надеется на томный вечер и известным кавалером? - усмехнулся полковник. Муж, третьего дня отправился с дивизией в Пруссию. И она - тут же в свет, как птичка, вырвавшаяся из клетки. Впрочем, она ничего, блондинка с фарфоровой кожей, и нежными руками. Да, Франция нынче богата на красивых, но увы одиноких дам! Заняться ею, как подвернется случай, не задача. Вот марш мужа на восток - предмет, более достойный интереса».
А пока, осторожненько так, будто невзначай, проявил любопытство:
    - Полагаю мадам, подобных вам одиноких сердец дорогая, теперь в Париже с каждым днем становится больше? Ай-ай, и таких красавиц оставляют мужья! И вы уверены, что военные, а, скажем, не сердечные интересы влекут мужчин в новые для них края?
    -  Ах, вы правы, мон шер ами, все более Париж начинает походить на женский монастырь. У многих моих подруг, и у Розы, и у Марианны, - мужья выступили с полками на Восток. Говорят, сменяются гарнизоны в каких-то крепостях на Рейне. Эго где-то далеко, чуть ли не в преисподней. Так что, шутник вы этакий, там мужчинам будет не до красоток! – рассмеялась мадам Бовье.
    -  Император, говорят, скоро из Парижа все дивизии и полки отправит в Германию, на морское побережье. И поделом этим немкам, а то ходят расфуфыренные, в шелках и бархате из Англии и заморских стран. Пусть и нам что-либо из Гамбурга и Ганновера перепадет. А что муж поваляется с какой-нибудь фрау в пуховой постели, так разве то - измена? Не правда ли, мой милый друг? – с улыбкой, но страстно желая получить утвердительный ответ спросила мадам Бовье.
    -  О, как вы очаровательны, мадам, и как верно и по-современному рассуждаете! – с той же ответной улыбкой поддержал образ мысли дамы полковник. - Церковный брак, союз, заключенный на небесах, … Все это, конечно, свято. – кивнул он бросив взгляд вверх, как будто прося прощение у Бога за богохульство, -  Но каким дальновидным оказался ваш император, на первое место поставивший брак гражданский! Именно он, гражданский брак, освобождает людей от излишних условностей и в то же время является подлинным гарантом семьи. Возьмите пример самого Наполеона - как он был верен Жозефине! И если бы не интересы империи, брак их был бы, несомненно, вечен. Да и теперь, говорят, он продолжает любить Жозефину. – на мекнул полковник на неоднозначную женитьбу императора.
    - Да-да, конечно, - защебетала юная дама, заглядывая русскому красавцу в глаза, в которых читалась глубокая и безбрежная страсть. - Разве одна любовь мешает другой? О, как вы милы и как справедливо выражаетесь…
Слова полковника говорили будто бы об одном, в голове же, как на грифельной доске, запечатлевались имена командиров полков и дивизий, названия немецких городов и крепостей, в которые эти дивизии и полки были посланы по приказу императора Франции.

    К началу 1811 года, активная дипломатия по политическим каналам в европейских странах, и князь А.Б. Куракин в Париже, уже ясно видели активные усилия Франции, направленные на подготовку к войне с Россией, и последовательно информировал об этом канцлера Николая Петровича Румянцева и императора Александра Павловича. Но, наступил период, когда политическая разведка отходила на задний план. Нужны были особые усилия по добыче военной информации. Много информации!  И этот процесс становился обоюдным! И русская и французская разведки умножили свои усилия по добыче чувствительной для каждой из сторон информации!
    По ходу повествования, наблюдая за жизнью нашего главного героя, читатель может ошибочно решить, что мы злоупотребляли «спионскими» методами добычи важной военной информации против своего по сути союзника, в то время как французы были безалаберно беспечны, белые и пушистые в своем бесхитростном восприятии союзника. А нашей разведке легко доставались сведения, которые потенциальный противник хотел скрыть.
    Конечно, такого отъявленного мерзавца, как Талейран в российском генштабе, слава Богу, не оказалось. Александр Павлович, хоть и небыл великим полководцем, но хорошо понимал, что тайная дипломатия в связке с разведкой делают иногда значительно больше чем войска на поле боя. Именно поэтому, в военном министерстве была создана военная контрразведка, а в главном штабе и высших органах управления были проведены определённые проверки и чистки персонала! Некоторые сомнительные служебные эпизоды были приняты к сведению и отдельные лица отправлены в отставку, под домашний арест, в ссылку.
    Во все времена, на благословенной Руси действовал принцип: «лес рубят, - щепки летят». Увы, мы никогда не жалели своих. Вот и в этой ситуации, многие пострадали от этого недоверия необоснованно.
Например, зять будущего главнокомандующего, Кутузова – Николай Захарович Хитрово. Главная версия, которую обсуждали современники, сводилась к тому, что Хитрово передавал сведения французскому послу в России маркизу Коленкуру. В атмосфере нарастающего напряжения перед войной 1812 года это воспринималось как подозрительное: ходили слухи, что зять Кутузова из болтливости, к чему, по отзывам, был склонен, проговорился и передал какую-то важную тайну, касавшуюся приготовлений к войне. Однако, императору ошибаться было нельзя – на кону стояла защита Отечества. И император принимал непростые решения под свою ответственность.
    Наличествующие исторические источники, как наши, так и французские, дают довольно чёткий ответ: ни один высокопоставленный русский генерал или дворянин не был доказано уличён в шпионаже в пользу Франции перед войной 1812 года! Французской разведке так и не удалось создать в России надёжную агентурную сеть среди военных и гражданских чинов, - по мнению самого французского агента Савана, «патриотизм русских делал случаи подкупа военных и гражданских лиц весьма редким».
Были русские генералы, которых французы считали потенциально «своими» - сторонниками мира с Наполеоном. Например: генерал-лейтенант Николай Бороздин, командующий корпусом, участник убийства Павла I. Французская актриса Мари-Терез-Этьенетта Бургоен, состоящая в труппе Петербуржского театра, «подаренная» Наполеоном после Эрфурта Александру Павловичу, как раз для таких чувствительных дел, - сообщила Наполеону, что Бороздин якобы желает мира. Но никаких доказательств реального сотрудничества нет - это была, скорее, разведывательная интрига. Некоторые генералы- особенно из числа немцев на русской службе, заподозрены были «в сношениях с неприятелем»! Например, французский эмигрант маркиз де Лезер, служивший в русской разведке, был выслан в Пермь после неудач под Смоленском просто из-за подозрения.
    Были и реально  работавшие на французов дворяне-коллаборационисты, но это уже во время оккупации, а не до войны.
Алексей Бестужев-Рюмин, потомственный дворянин, до войны находившийся под следствием за растрату. При французах стал заместителем городского головы Москвы и жил в одном доме с адъютантом Наполеона. Был пойман казаками при отступлении французов, лишён чина и пожизненно отстранён от службы.
Владимир Ярославцев, титулярный советник, возглавивший «оккупационное правительство» Смоленска. Был повешен после изгнания французов.
Виленские дворяне встречали Наполеона восторженно, надеясь на восстановление Великого княжества Литовского - но это политическая лояльность, а не шпионаж.
    Между тем, российская армия была нашпигована агентами Наполеона. Сегодня, по истечению большого периода истории, об этом знает каждый ученик, а не только историк. Были  добровольные осведомители, увлечённые идеями французской революции, которые, якобы, проводил в жизнь Наполеон. Но … Наполеон спекулировал на революционных лозунгах, и не более того. Постепенно это осознавалось «заблудшими» и подтверждалось массовыми преступлениями врага на российской территории. Однако, штатных агентов Наполеона в русской армии было немало, так что противник тоже не дремал и использовал предвоенный период на полную катушку.
   Наполеоновская разведка, созданная и отработанная за время непрерывных наполеоновских войн, обладала немалым опытом добывания военно-политической информации. На ее счету было большое количество успешных операций в Италии, Германии, Австрии, Англии.
Деятельность разведки оставалась обычно в тени, ибо ее затмевали военные победы французского оружия, но почва для них в определенной степени была подготовлена именно разведчиками.
Все дела разведки находились под личным контролем Наполеона, к нему стекалась вся информация. Его непосредственными помощниками по руководству разведкой против России стали министр иностранных дел Ю.Б. Маре, кстати, бывший секретарь Наполеона,  и командующий Эльбским корпусом в северной Германии, - маршал Даву. В штаб-квартиру Даву в Гамбург поступила информация о русской армии, полученная из войск, а в Париж к Маре стекались сведения от французских дипломатов и агентов.
    Начало тайной войны против России можно датировать первыми месяцами 1810 г. когда французская разведка стала действовать уже по многим направлениям, главное внимание уделяя агентурной работе. Тогда ещё ротмистр Чернышев, уже прямо предупреждал и императора и военного министра об этом, на основе решений и действия Наполеона. Французская агентура проникала в страну под видом артистов, монахов, путешественников, торговцев, отставных русских офицеров, и даже эмигрантов-монархистов, якобы убегающих от реакционной полиции Франции. Французской разведкой активно использовались жившие в России французы и иные иностранцы, - гувернеры, врачи. преподаватели и прислуга русской аристократии. Под руководством Парижа действовали и разведки государств, находившихся тогда в орбите французского влияния, из них наибольшую активность проявляла разведка герцогства Варшавского. Поразительную осведомленность в тогдашних русских делах демонстрировал австрийский посол в Петербурге. Посольство Пруссии в Петербурге также имело своих информаторов. Это был период времени, когда все шпионили против всех!
    В то же время разведывательная деятельность наполеоновских служб в России была осложнена и требовала значительных затрат и усилий из-за существовавших политических, культурных и экономических различий, определенной территориальной замкнутости страны, языкового разрыва между российским населением и народами Западной Европы. Кроме того, проведению разведки мешали контрмеры, предпринятые русским правительством для защиты своих государственных секретов.
    Самой работоспособной органом в системе тайных служб Наполеона была разведка министерства иностранных дел Франции. Еще в XVIII столетии французские дипломаты в России для достижения реальных результатов часто использовали тайные, или, как тогда выражались, «спионские» методы. К 1810 г., ввиду перемены военно-политической ситуации, изменились стоящие перед ними задачи. До конца XVIII в. не существовало общих границ между Францией и Россией, и вероятность прямого военного столкновения между ними была мала, поэтому основными целями французской дипломатии являлись: сбор политической информации и ведение придворных интриг для получения контроля над внешнеполитическим курсом России! Скажем прямо, на внешнюю политику такой крупной державы как Россия, всю её историю пытались влиять! Каждый раз разные восходящие и нисходящие государства, и параллельно они ещё и воевали между собой.